Главная » 2016 » Февраль » 8 » Десять казней египетских. Часть 2.

Десять казней египетских. Часть 2.

Автор материала:
...
Логин на сайте: ...
Группа: ...
Статус: ...
О материале:
Дата добавления материала: 08.02.2016 в 21:50
Материал просмотрен: 70 раз
Категория материала: Детективы
К материалу оставлено: 0 комментариев
***
Примерно около десяти часов, агентов пригласил к себе заместитель директора Теренс. Они прошли в его кабинет и сели на привычные места.
Кетрин сидела в кресле у стола замдиректора Теренса и пыталась разглядеть на его лице хоть малую толику радости от предстоящего праздника. Но, похоже, что Рождество совсем не заботило начальника. Он сидел, погрузившись в свое уютное офисное кресло, и пытался что-то внушить агентам. Половину разговора Кетрин уже прослушала и украдкой посмотрела на напарников в надежде, что позже они ей все объяснят.
Женщина задумалась над тем, как Питер будет праздновать Рождество. Конечно, ответ был очевиден. Теперь у Питера появилась постоянная подружка…, нет, девушка. Хорошая, милая и верная. И, кажется, он был в нее влюблен. Он будет с ней. Они устроят скромный ужин, подарят милые подарки друг другу и …
Женщина тряхнула головой, отгоняя мысли о подробностях личной жизни своего друга.
-Что-то не так, агент Робинсон? – Услышала она вопрос начальника и посмотрела на него.
-Нет, сэр. Все хорошо. Я слушаю Вас. – Соврала она.
-Это хорошо. – Недоверчиво произнес Теренс.
Он снова заговорил он о деле, а Кет опять погрузилась в свои раздумья.
Ей предстояло еще одно Рождество в компании с родителями, старшим братом и его невестой. Ей осточертели семейные праздники, на которых ее обязательно будут расспрашивать о Питере, о том, как у них складываются отношения и почему она редко приглашает его к ним. А она в очередной раз будет врать, что он уехал к родным и вернется только через неделю и вообще у него своя жизнь, к которой она не имеет никакого отношения, что они только друзья и ничего больше. А потом будет всю ночь бороться с подступающими слезами, рыдать от обиды и злости на саму себя, рыдать от непонимания самой себя. И мать, конечно, все это услышит, а утром будет искоса поглядывать на нее, понимая, что дочь, наверняка врет, причем врёт не только им, но и что самое страшное самой себе.
-Итак, агент Робинсон, что Вы думаете по этому поводу? – Оглушил ее вопрос Теренса. Она недоуменно посмотрела на него, вопрошая, что она должна была прокомментировать.
-Что, сэр? – Переспросила она, вкрадчиво.
-Вы можете сказать, встречались ли подобные случаи? – Удивленно повторил вопрос замдиректора.
-Подобные случаи… – Женщина посмотрела на Марлини, ища поддержки.
Тот сконфуженно улыбнулся, не зная как ей помочь. И что она пропустила?
-Да, конечно, сэр. Да. – До сих пор не понимая, что происходит, ответила она.
-То есть это уже не первый случай? – Сквозь очки подозрительно переспросил замдиректора.
Кетрин показалось, что она вся испариной покрылась под предупреждающе-строгим взглядом начальника.
-Я думаю, сэр, что мне стоит ознакомиться с этим делом поближе и тогда я смогу сказать гарантированно. – Выкрутилась она.
Генри Теренс посмотрел на Оливера и Питера, отеческим строгим взглядом «что вы опять натворили, засранцы», в недоумении таким неоднозначным поведением агента Робинсон.
-Агент, может быть, что-то произошло? – Осмотрительно спросил начальник, сильнее наклонившись над столом.
Кет подняла на него свои блестящие голубые глаза, обрамленные угольно-черной окантовкой ресниц и, быстро сморгнув, тут же опустила взгляд на бронзовую статуэтку орла на столе.
-Все в порядке. Просто не очень удачное утро.
Теренс снова строго посмотрел на мужчин, словно обвиняя их в чем-то, но, поймав тот же недоуменный взгляд в ответ, отвернулся.
-Ладно, идите. Работайте. – С предрешенностью махнул он, понимая, что большего все равно не добьется.
Агенты вышли из кабинета и тут же на девушку обрушились вопросы от напарников.
-И что с тобой сегодня? Ты хорошо спала? – Поинтересовался Питер.
-Нет, все было в порядке. – Вяло ответила Кет, идя чуть впереди. – Я просто немного…эээ… - Замялась она.
-Витала в облаках! – Закончил за нее Оливер. – Это мы поняли.
-Вы мне не объясните, что хотел от меня Теренс? - Кет виновато улыбнулась и пожала плечами.
-Нас отправляют в составе группы агентов, которые должны будут следить за порядком во время встречи высших чиновников Египта и США, которая назначена как раз на канун Рождества.
-Что за встреча? – Спросила Кет, когда они зашли в лифт.
-Ой, там что-то связанное с подписанием нового контракта на межгосударственном уровне, то ли об аренде, то ли еще о чем. Я, честно говоря,…я сам на этом моменте… - Ухмыльнулся Питер.
-Предпочел повитать в облаках! – Закончил за него Оливер и нажал кнопку их этажа.
Весь путь до их кабинета они провели в мертвом молчании и только когда они вошли в кабинет, Кетрин, наконец, заговорила.
-А почему к этому привлекли ФБР? Ни АНБ, ни ЦРУ?
Она прошла к своему столу и присев на его край, сложила руки на груди.
-Потому что из всего ФБР едем только мы и еще пара агентов. – Пояснил Питер, искоса смотрящий на Кет, будто боялся, как бы она чего не выкинула, передал ей папку с документами. – Здесь все, что есть.
Кет взяла папку, случайно проведя ладонью по его руке, тут же бессознательно дернувшись и выронив документы.
-Да что с тобой, Кетрин! – Нетерпеливо прикрикнул Питер, собирая бумаги с пола.
-Прости. – Прошептала она, присев рядом с ним. – Просто все так не вовремя.
Ее шепот был еле слышен и Питер скорее ощущал его отголоски, обдававшие жаром его кожу, от близости с девушкой.
Они вместе поднялись на ноги и Марлини, положив бумаги на стол, даже не посмотрел на нее. Оливеру стало жутко неудобно, будто он подглядывал в женскую раздевалку на физкультуре.
-Мне надо выпить кофе. А ты пока посмотри, что там. - Спасаясь бегством, покинул он кабинет, оставив напарников наедине. Но вопреки логике Марлини последовал за ним, даже не пригласив Кетрин.
Женщина проводила их взглядом, лишь медленно кивнув и закрыв глаза, долго выдохнула, когда дверь за напарниками захлопнулась.

***
Несколько мужчин, одетых в черные балахоны и с повязанными на головах черными платками сидели вокруг ночного костра посреди пустыни. Огонь разгорался все ярче и его маленькие быстрые искорки брызгали во все стороны, то и дело, обжигая руки и прожигая одежду.
Мужчины медленно и терпеливо курили длинные трубки, высеченные из цельного куска дерева, и молчали. Тонкие струи дыма поднимались к небу и понемногу рассеивались, оставляя после себя только горьковатый запах, смешанный с ароматом табака.
Их наслаждение тишиной прервал молодой человек, подошедший к одному из старейшин и что-то тихо прошептавший ему на ухо. Старейшина покачал головой и жестом дал понять, чтобы гонец ушел.
-Нам принесли добрую весть. - Сухим скрипучим голосом произнес он. – Первое пророчество сбылось.
Мужчины радостно закивали головами и заговорили на древнееврейском языке. Их голоса перебивали треск полуночного костра. Слова было не разобрать, но, судя по всему, событие и правда, было довольно радостным.
-Успокойтесь! – Старейшина вознес свою руку над головой, что заставило остальных моментально замолчать. – Нам нужно расходиться. Сегодняшний день принес нам первую удачу, но это только начало. Боги Нила устранены. Кувшин Хапи навсегда опустел .
Ему помогли встать с небольшой подушки и проводили в большой шатер, накрытый сверху яркими расшитыми тканями.
Все остальные мужчины последовали за ним, и вскоре лагерь затих, костер был потушен и только узкая полоска дыма, возносящаяся к небу, давала знать о присутствии где-то рядом людей.

***
-Хорошо, господа, мы выезжаем сегодня же. Дело государственной важности, касающееся подписания межгосударственного контракта на размещение ракет средней и малой дальности на военных базах Египта. В условиях тяжелой международной обстановки, особенно на Ближнем Востоке, существует реальная угроза серии террористических актов в Каире и его окрестностях, а также на территории всего Египта, с целью срыва переговоров.
Майкл горделиво прошагал из одного угла конференц-зала до другого, остановился у проектора и кивком головы попросил переключить слайды. Перед ним сидело более двух десятков человек в темных строгих костюмах, будто вышедших с конвейера одной фабрики, делавших их роботоподобными клонами. Майкл выделялся на их фоне лишь заносчивым выражением лица карьериста, готового растоптать все на своем пути.
-Кто-то уже взял на себя ответственность? – Спросили его из зала.
Майкл покачал головой.
-Официального подтверждения не поступало, однако, на имя одного из местных чиновников из министерства обороны поступило несколько угрожающих сообщений, суть которых говорит нам о вполне прямых целях террористов.
-Если это дело касается министерства обороны, то зачем привлекать ФБР? – Спросил еще один «человек в черном».
Гордон терпеливо выдохнул и велел переключить еще один слайд.
-Дело в том, что все это дело имеет густую пелену ритуальной подоплеки.
На проекторе появились несколько фотографий людей в черных балахонах, снятых достаточно далеко, чтобы можно было хоть что-то разобрать, затем снимки обрывков записок на странном диалекте и, наконец, фото убитого мужчины, распухшего от египетского духоты.
-Есть некоторые подозрения, что помимо террористов в этом деле замешаны еще и сектанты, таким образом, министерство юстиции и министерство обороны решило привлечь специалистов по подобным преступлениям.
-Но не приведет ли это к нежелательным последствиям? – Недоверчиво переспросил один из слушателей.
Майкл понимал недоверие ЦРУ к ФБР и даже их некоторую ненависть их друг к другу, но разумно предположил, что на данном этапе необходимо их коллективное сотрудничество, чем соперничество, поэтому постарался сгладить назревавший конфликт.
-Если вы беспокоитесь о вмешательстве агентов в дела разведки, то ошибаетесь, никто из привлеченных «федералов» не будет заниматься тем, что им не полагается. – Уверил он слушателей, однако, судя по их снисходительно-недовольным лицам, это не возымело успеха.
-Это связано с группировкой «Маддэикин»?
Гордон провел вспотевшей ладонью по нахмуренному лбу и сел на край стола, перед проектором.
-Точных сведений о существовании этой группы у нас нет. Операция как раз и направлена на выяснение обстоятельств деятельности «Маддэикин», если они вообще существуют.
-То есть? – Неопределенно спросили из зала.
Гордон потерянно посмотрел на дверь, будто ожидая помощи извне.
-До сих пор мы получали противоречивые сведения о существовании данной группы и есть основания полагать, что другие ваххабитские организации просто пытаются создать иллюзию массовости, создав эдакую голограмму реальной группировки.
-Я все равно не понимаю причин участия ФБР? – Спросил один из самых молодых агентов, поднявшись со своего места.
Гордон нервно сжал кулаки. «Хотелось бы мне и самому это знать», - подумал он.
-Просто примите это как факт, агент. Это совместная акция – больше Вам знать не нужно.
-Тем не менее, они единственные кто может совершить подобные акции. Никто из радикальных группировок на Востоке не решает проблемы таким путем. Это единственная организация, ссылающаяся на Ветхий Завет.
Гордон раздраженно выслушал выпад коллеги.
-Именно поэтому мы и привлекаем ФБР. Они обладают достаточным опытом в раскрытии подобных дел, привлекающих внимание своей религиозной подоплекой.
-Ритуальное убийство, скрывающее факт террористической акции? На такое радикалы еще не шли.
-Современная ситуация заставляет их принимать любые меры проявления агрессии в адрес США и союзников. – Пояснил Гордон. – Хорошо, господа, каждый из вас получит индивидуальную информацию дополнительно. Вылет завтра в четыре часа дня. Сейчас у меня все.
Он беспрекословно выпалил последние слова, собрал бумаги со стола и необорачиваясь вышел из зала.
«Кому ты лжешь, Гордон! Для тебя это дело так же связано с терроризмом, как всемирное тяготение с пастой Болоньезе. Ты же знаешь в ком причина, так не лги, хотя бы, сам себе».

***
-Привет, Кетрин! – Радостно поздоровалась Тереза с девушкой, одновременно целуя Питера в щеку. – Как дела?
-Все хорошо. – Сухо улыбнулась Робинсон, и села за столик в маленьком кафе, напротив здания Эдгара Гувера.
Многие служащие Бюро обедали здесь и отправлялись на ланч, здесь назначали деловые встречи днем и романтические свидания вечером. Это было одно из тех универсальных кафе, которое могло сойти и для простого и быстрого перекуса, и для долгой, дружеской посиделки.
-Мы едем в Египет! – Восторженно сообщил Марлини.
-В Египет? – Удивилась Тереза. – Ты мне не говорил.
-Мы сами только сегодня узнали. Дело государственной важности. – Ответила за напарника Кетрин.
Она спокойно рассматривала меню, не обращая внимания на влюбленные переглядки Питера и его девушки и вела себя достаточно уверенно, стараясь не чувствовать себя при этом «пятым» колесом. Оливер и Барбара опаздывали на ланч или, вообще не собирались приходить. В последнее время и Кет, и Питер заметили, что их супружеская чета все чаще стали удалятся вдвоем, ища уединения в любое время и в любом месте.
Возможно, это были последствия дела в Палм-Бич, оказавшись там взаперти, будучи похищенными придурковатым уборщиком, они, наверное, нашли там себя. Кетрин понимала их, потому как сама, пережив насилие, многое уяснила для себя. Именно после того, как ее избил Майкл, она решила изменить все кардинально. Ну, или почти кардинально. По крайней мере, она сделала первый шаг – сообщила Питеру о Рейч.
-Что-то интересное? – Осведомилась Тереза, взяв чайную карту.
-Ничего особенного. – Покачал Питер головой, указывая на тот чай, который бы хотел заказать.
Тереза нахмурилась, но сопротивляться не стала. Ее – человека, который разбирался в изысканных сортах чая и любивших его в разных формах и объемах, угнетала простота выбора мужчины, как угнетает ценителя Титанов Возрождения современное искусство.
-Просто кое-кто считает, что нам в Вашингтоне не хватает дел, за неделю до Рождества. – Раздосадовано сказала Кетрин, отложив меню и уже определившись с выбором.
-Кстати! Что ты делаешь на Рождество, Кет? – Вдруг вспомнила Тереза.
Кетрин подняла на нее свои кристальной чистоты глаза и затем перевела взгляд на Питера, но тот лишь недоуменно пожал плечами. Интонация вопроса Терезы заставляла Кет задуматься, что вопрос был задан не просто так.
-Еду к маме. – Коротко ответила она.
-О! Знаешь, я подумала… - Тереза хотела что-то предложить, но Кетрин сразу же перебила ее.
-Я так давно не видела маму и брата. У него ведь скоро свадьба, я должна побыть с ними хотя бы пару дней. – Жалобно проговорила девушка. - Надеюсь, что все причуды в Египте пройдут до Сочельника. – С нетерпением добавила она. – Вообще-то мы празднуем Рождество два раза в году – католическое и православное, но я не хочу пропускать первое, потому что это дань памяти моему отцу.
Тереза состроила страдальчески-наивное выражение лица, но сказала с пониманием:
-Да, конечно. Это твой старший брат? – Поинтересовалась она.
-Да, он старше меня на четыре года. – Ответила Кетрин, рассматривая простой до тошноты рисунок на молочно-белой скатерти в кафе.
-Питер сказал, что он врач. – Сообщила девушка.
Кетрин посмотрела на напарника, но тот упорно смотрел в окно, делая вид, что чем-то заинтересовался.
-Хирург. – Подтвердила агент. – Как и мама. – Она направила свой взгляд туда же, куда смотрел Питер.
-Твой отец погиб, да? – Полюбопытствовала Тереза.
Питер обернулся на нее и посмотрел с выражением крайнего недовольства, о чем говорило странное шипение, вырвавшееся от него.
-Да, Тереза. Погиб. – Спокойно ответила Кетрин, рассматривая прохожих, торопящихся в обеденный перерыв перехватить не только ланч, но и пару подарков близким.
-Питер мне говорил. – Неуютно сказала девушка Питера.
Кетрин усмехнулась и посмотрела на напарника. Тот стыдливо отвел взгляд.
-У меня такое чувство, что вы с Питером только обо мне и говорите.
-Нет, просто так вышло. - Засмущалась Тереза. – Прости за любопытство.
Она даже слегка покраснела и резко замолчала, понимая, что перешла дозволенную грань.
-Все нормально, это ничего. – Успокоила ее женщина-агент, все еще сверлящая взглядом Марлини. – Думаю, что смогу с этим жить.
Питер посмотрел на коллегу с извиняющейся улыбкой на лице. Он знал, насколько щекотливой для Кет была тема, связанная с ее отцом, и был благодарен мудрости женщины, не ставшей развивать эту тему.
Робинсон держалась довольно дружелюбно, добродушно отвечала на вопросы Терезы, и Питеру могло бы показаться, что они могли бы стать подругами, если бы не улыбка Кетрин. Такую улыбку она берегла для начальства, для неуступчивого коллеги, для раздражительного пострадавшего. Это была милая, простая, но натянуто-вежливая улыбка безысходности. Кет снисходительно принимала вопросы и так же снисходительно, но без надменности или высокомерия отвечала на них, лишь ради вежливости интересуясь чем-то сама.
Питер мог бы предположить, что Кет чувствует себя неуютно, но зная свою напарницу, прекрасно понимал, что если бы ей было неуютно, она бы не стала участвовать в этих обедах и ленчах, на которые их частенько вытаскивала Тереза.
Он и представить себе не мог, что все это Кетрин делала для него, замечая как важно ее мнение для него. Она изо всех старалась держать марку, даже если, иногда, ей приходилось черпать последние силы из невиданных источников, что потом оборачивалось бессонными ночами и душевным опустошением.
Всего комментариев: 0
avatar
15
Свернуть
Развернуть чат
Необходима авторизация
0