Главная » 2016 » Февраль » 27 » Распятые. Часть 6.

Распятые. Часть 6.

Автор материала:
...
Логин на сайте: ...
Группа: ...
Статус: ...
О материале:
Дата добавления материала: 27.02.2016 в 18:28
Материал просмотрен: 84 раза
Категория материала: Детективы
К материалу оставлено: 0 комментариев
***
Я думала, что Барбара захочет взять несколько дней отпуска, после того происшествия, но она выехала на случай уже на следующий день и выглядела достаточно хорошо. Знаете, я сразу вспомнила свою беременность. Это было восхитительно. Нет, правда. Конечно, было много неприятностей, как, например, утренняя тошнота, неприятные ощущения в течение дня, желание бегать в туалет каждые три минуты, и в последние недели я даже подумывала переселиться жить в ванную, чтобы мне не пришлось далеко бегать каждый раз, как мой ребенок начинает возиться и давить мне на мочевой пузырь. Но я бы прошла это еще раз, и еще, и еще. Это настолько восхитительно – знать, что внутри тебя растет маленькая жизнь, жизнь, созданная тобой и твоим любимым.
Барбара не захотела рассказывать Ноллу все по телефону и заметно нервничала, наверное, подбирая слова. Я помню, как сама узнала о Рейчел и думала, как сказать об этом семье. Я три ночи не спала, подбирая сценарий для речи, а в итоге просто выпалила это невпопад, так что у мамы чуть челюсть об пол не грохнулась. Я всегда знала, что моя мать противница абортов и понимала, что будет рада моей беременности, несмотря на фактическое отсутствие отца у ребенка. Так или иначе, сказать было все равно не просто.
Я почувствовала, как слезы скапливаются у меня в уголках глаз и мгновенно вытерла их, сделав глубокий вздох, чтобы успокоиться.
-Кетрин?!
На землю меня вернул удивленный возглас Барбары, вдруг оказавшейся прямо передо мной. Я поняла, что в течение нескольких минут стояла перед дверью ее лаборатории, размышляя о прошлом и настоящем.
-Я уже думала, ты превратилась в лунатика. – Усмехнулась она.
-Нет. Я просто задумалась. – Я улыбнулась и указала взглядом на ее живот.
-О! – Понимающе воскликнула она. – Все хорошо. Я чувствую себя вполне нормально, только вот немного тошнит и спать хочется. – Она поморщилась.
-Тебе нужен выходной. – Пожала я плечами.
-Брось! Тогда я умру от скуки! – Она прошла обратно в лабораторию, уводя меня за собой.
Не мне ее винить в желании вырваться на работу.
-Как идут дела? – Поинтересовалась она.
Я села в кресло рядом с ее столом и оперлась локтем на столешницу.
-Пока медленно. Детектив Райдек привезет кассеты с камеры внешнего наблюдения. Может, нам удастся что-нибудь разнюхать.
Барбара кивнула.
-У меня есть кое-что. Под ногтями я нашла эпителий и смогла выделить ДНК.
Я аж вскочила с места от неожиданности.
-И?!
-Это мужское ДНК, которое не совпадает ни с какими следами в доме, в том числе и самого хозяина.
-То есть, это может быть ДНК убийцы? – Просияв, спросила я.
-Очевидно. – Кивнула Барбара. – Я пробила его по нашим базам и вот тут тебе лучше сесть.
Я отступила на шаг назад, наткнувшись на кресло, но не села.
-Что там? – Пролепетала я.
-Это ДНК полицейского. Троя Коллинза. Он работает в одном участке с детективом Райдеком.
Ну, если вы когда-нибудь прыгали с высокого берега в холодную реку, то можете представить мои тогдашние ощущения.
-Трой Коллинз?! – Звук из моего горла прозвучал как у мальчишки в период «ломки» голоса.
Барбара кивнула и протянула мне результаты экспертизы.
-Наверное, тебе стоит поторопиться. – Проговорила она, заметив мой ступор.
Я дернулась на месте и, прижав документы к себе, быстро чмокнула Барбару в щеку и выскочила из лаборатории, оставив ее с удовлетворенной улыбкой на лице.

***
Большую часть времени я себя ненавижу. В общем-то, наверно, больше трехсот дней в году приходится именно на ненависть. Я бросаю едкие замечания в адрес людей, которые мне дороги; зло подтруниваю над ними; часто плету всякую ересь, не задумываясь, хотят ли ее слышать остальные. Я отвечаю скабрезными шутками на любые попытки помочь мне. Я знаю, как психолог, что юмор - лучшая защита. Если хочешь скрыть правду, произнеси ее в шутку. Нет, конечно, близкие мне люди, давно уже раскусили меня, только вида не подают, снисходительно принимая мои попытки отгородиться от мира.
Кетрин тоже поняла. Черт! Да она поняла это с первого дня нашего знакомства, когда я ядовито отшутился от какого-то ее замечания, она только пренебрежительно посмотрела на меня и сказала, что я мог бы приберечь свои шуточки для психоаналитика. Бог! Наверное, тогда я и влюбился в нее по уши.
Есть, конечно, дни когда меня можно выносить дольше пятнадцати минут. Но их, в общей сложности, не больше двух месяцев в году и они, чаще всего, приходятся на те дни, когда я один сижу в своей квартире. Ха, вы думаете, что я ни один вечер не провожу в одиночестве, но это не так. Ну, я в последнее время часто бываю у Кет, конечно, под предлогом повидать Рейч. Я люблю свою малышку, люблю играть с ней и, иногда, Кет даже позволяет мне выкупать ее перед сном. Я люблю кормить ее и готов съесть ее саму, когда она еле-еле лопочет слово «папа». Я чуть не разревелся как девчонка, когда она первый раз назвала меня папой. Я схватил ее на руки и кружил по комнате, она хихикала, а Кет стояла в дверях детской и улыбалась. Потом я обнимал Рейч и Кетрин, и последняя даже не сопротивлялась, дразня меня «папочкой» и сказала, что часто говорит с дочерью обо мне. Я хотел спросить, что именно она рассказывает, но не решился.
Проклятье! Я никогда не решался на самые важные поступки в моей жизни. Я не решился признать, что влюблен в нее, когда мы учились в Академии; я не решился сказать, что хочу ребенка, когда она сказала, что беременна; я не решился связать свою жизнь с ней, когда она была так близко, променяв все на свободу. Что сказать? Я получил свободу. И теперь, помимо частых вечеров у дочери и Кетрин, я еще чаще тащу в свою кровать какую-нибудь девицу из бара, в попытке поверить, что именно это мне и нужно. Черт, ты же хотел свободы – так получай! Можешь свободно трахаться с кем угодно! Америка – страна возможностей.
Иногда мне кажется, что это приносит Кетрин боль. Хотя, ведет себя так, будто ее не трогает с кем я сплю и даже шутит по этому поводу, называя меня «старым развратником». Обычно она ведет себя очень стоически, не вынося свои эмоции наружу и нося любую обиду в себе, как бы больно не было. Она не любит «грузить» других своими проблемами, говоря, что им и без нее дерьма в жизни хватает. Но если вы будете пристально смотреть, когда задаете вопрос о ее самочувствии, то за мгновение до того, как она скажет свое излюбленное «нормально», увидите истинное чувство. Наверное, я все же не зря учился на психолога, потому как именно на ней я и тренирую свои навыки чтения эмоций. Каждая ее черта может рассказать мне так много. Вот морщинки на лбу от приподнятых бровей – удивление; вот наморщенный нос – пренебрежение; вот сложенные трубочкой губы – размышление; две ямочки в уголках рта – смущение; плотно сжатые губы и скривившийся на одну сторону рот – еле сдерживаемая ухмылка; вот приоткрытый рот и слегка сдвинутые брови – боль.
Боль. Именно этот огонек вы можете увидеть, если присмотритесь. Вернее, не огонек, а секундную искорку. Но эта искра зажарит вас к чертовой матери. Когда я первый раз заметил что-то подобное, то у меня чуть кровоизлияние в мозг не произошло. В тот день мне на работу позвонила одна из секретарш Бюро и трубку как назло взяла Кетрин.
-Тебе звонила секретарь Теренса. – Сказала она, когда я вернулся в кабинет.
У меня чуть стаканчики с кофе из рук не выпали. Я задрожал будто пойманный с поличным муж-изменник.
-Просила перезвонить. – Все также спокойно проговорила она.
Я поставил стаканчики на свой стол и сделал вид, что увлеченно ищу старые документы.
-Она не захотела говорить со мной. – Кетрин пожала плечами, не понимая в чем суть звонка.
-Это личное. – Пробубнил я.
-Личное? – Переспросила она, широко распахнув глаза. Потребовалось несколько секунд, чтобы до нее дошло.
-О! Понятно! Прости, я подумала, что это связано с новым делом. – Она покачала головой и опустилась на свое рабочее место.
Я повернулся к ней, но ее лицо было скрыто за монитором компьютера. Сначала мне показалось, что она просто смущена подобным вторжением в мою личную жизнь и постарался заверить ее, что все в порядке.
-Кет, ты как? Все нормально. Ты же не застукала меня с ней на этом столе. – Снова мой долбаный юмор. – Ты не должна быть сконфужена.
И в эту секунду она посмотрела на меня. Вот она – та самая искорка, о которой я говорил. Искорка боли. Секунда до того, как она сказала:
-Все нормально. Мы же взрослые люди.
Дьявол! На моем надгробии напишут: «Посвятил жизнь причинению боли Кетрин Робинсон». Каждый следующий раз, когда она случайно становилась косвенным свидетелем моих амурных дел, я старался не смотреть на нее, чтобы не быть убитым этим взглядом. Но даже если бы на меня надели защитный биологический костюм, я бы все равно почувствовал жжение от этой искры.

***
Мы с Райдеком смотрели эти гребаные кассеты до полуночи. Решив, что необходимо пока оставить Троя Коллинза в сладком неведении, мы сосредоточились на видео. Мы установили за полицейским наблюдение, чтобы, в случае чего, наброситься не только с органическими доказательствами его присутствия в жизни (или смерти) последней жертвы, но и рядом других улик.
Естественно, мы начали с просмотра кассет за ту ночь, когда убили последнего мужчину, но все что нам удалось поймать так это странную тень возле двери Карла Блекморса, по которой невозможно было даже понять, кто отбрасывает эту тень. Поэтому пришлось отматывать видео назад. В общем, я уверена, что стоит переписать комедию Данте и составить новый список пыток в аду . Пытка нудной работой будет где-то на пятом круге.
-Если я выпью еще чашку чая, то мою кровь можно будет использовать в качестве заварки. – Пробормотал Райдек, вставляя в проигрыватель очередную запись.
Я усмехнулась, понимая, о чем он говорит. Вернее, даже физически ощущая, о чем он говорит. Чай и кофе бурлили во мне и еще чуть-чуть вышли бы из берегов. На самом деле я уже радовалась, что Райдек сосредоточился на работе, а не на содержимом моего декольте и, надеялась, что вчерашнее помешательство прошло и больше не вернется.
-Если бы мы хоть знали, кого искать… - Пробормотала я, сокрушенно.
-Терпеть не могу свою работу. – Буркнул Райдек, усевшись рядом со мной. – Брошу все к чертовой матери.
Я слабо рассмеялась, прекрасно зная, что такие мысли приходят к каждому служителю порядка во время особенно тяжелых дел. Но они также быстро улетучиваются, когда приходит конец расследованию и появляется новое дело. Это замкнутый круг, цепь которого разорвать практически невозможно. Как говорил мой отец: «Ты можешь поклясться себе закончить все сегодня или завтра, или в понедельник, но один раз окунувшись в эти помои – не отмоешься никогда». И теперь я знала, что он имел в виду.
-Смотрите! – Я ткнула пальцем в экран и нажала паузу. – Кажется, кто-то есть.
Райдек подсел ближе к монитору, а я перемотала запись чуть назад.
-Смотрите! – Снова воскликнула я. – Это, наверное, тот человек, о котором говорила свидетельница.
Мы оба уставились в остановившийся кадр на пленке, щурясь, разглядывали запечатленного на ней человека. Он был в бейсболке и широкой толстовке, так что нужно было постараться, чтобы разобрать лицо.
-Бинго! Гребаное бинго! – Закричал Райдек.
Я вынула запись из магнитофона и, помахав ею перед лицом детектива, сказала:
-Отдам ее экспертам. Пусть увеличат и сделают изображение более четким.

***
Мелинда, как и ожидалось, не была против сеанса регрессивного гипноза, и я пригласил своего знакомого – доктора Рочестера для проведения процедуры, который прибыл уже на следующий день. Сначала он захотел несколько минут переговорить с девушкой наедине в простой дружественной атмосфере, как он сказал, для налаживания личного контакта. Я не знаю, о чем шла речь в том разговоре, но он, видимо, позволил наладить тот контакт, и Мелинда выглядела вполне расслабленной перед непосредственным погружением в гипноз.
Рочестер, по обыкновению, настоял на том, что сеанс проходил без свидетелей и мы с Ноллом, Деборой и мистером Бейкером ожидали в гостиной их дома, в то время как доктор занимался девушкой наверху.
Я поймал странный взгляд детектива Тернер на себе, когда она думала, что я не вижу. Что? Эта несгибаемая полицейская машина разглядывает меня? Ха, это уже интересно!
Дебора отошла к окну и прикрылась краем почти прозрачного тюля, ее лицо было наполовину прикрыто органзой, а наполовину скрывалось в лучах солнца. Но она учла, что с кресла, в котором я сидел, угол обзора был таков, что я мог смотреть на нее не щурясь.
На самом деле она была привлекательной женщиной с тонкими, правильными чертами лица, подчеркнутыми ее стрижкой. И я уверен, что за этой показной серьезностью женщины-сухаря скрываются такие черти, что самая топовая порно-звезда нервно затянулась бы марихуаной.
Господи, не ходи туда, Марлини! Ты же обещал сам себе! Ты же сам говорил, что ненавидишь себя, так сделай милость, откажись хоть раз от приза, который плывет тебе в руки. Зауважай себя самого. Хотя бы постарайся.
Ладно, год только начался, а поводов для самоненависти у меня было еще не так много. Я подошел к Деборе ближе и, отдернув штору, посмотрел в окно. Нолл и мистер Бейкер вышли на кухню за кофе, а я получил от сатаны возможность поговорить с женщиной наедине.
-Дебора, ты же не веришь в эту ересь с регрессивным гипнозом? – Спросил я.
Она пожала плечами и села на подоконник.
-Главное, чтобы Мелинда верила, разве нет?
Разумно. – Признал я про себя.
-Ты давно в полиции? – Спросил я.
Дебора неопределенно покачала плечами, подсчитывая свой стаж.
-Семь лет. Мой отец был полицейским и был так рад, что я пошла по его стопам, что умер от сердечного приступа через три месяца после моего выпуска.
О, грязная шутка, наполненная горьким опытом. У нас могло быть много общего.
-Понятно. А как твоя семья отнеслась к этому?
Глупый разговор, - корил я сам себя мысленно.
-Мама умерла, когда мне было три года. Моя тетка по отцовской линии помогала отцу в воспитании меня, но после того, как мне исполнилось четырнадцать, ей стало на меня плевать. Так что сказать о сочувствии или понимании, или непонимании с ее стороны я не могу.
Она ненароком коснулась моего бедра, поправляя рубашку на себе, и мы мгновенно встретились взглядом. Это не было случайным прикосновением, и я не случайно подошел к ней. Что ж Капитан Очевидность, на этот раз Вы победили. Я наклонился к ней и медленно провел губами по ее губам. Она притянула меня ближе, проведя ладонью по моей шее, и жадно впилась губами в меня. Мои руки расположились за ее спиной, оперевшись на подоконник, но поцелуй прервался также быстро, как и начался.
-Сегодня в девять часов в кафе напротив твоего мотеля. – Сказала она, спрыгнув с окна и облизнув губы.
Я улыбнулся и кивнул. Мне были по душе женщины, знающие, чего хотят.

***
Итак, мы с Райдеком уже получили фактическое подтверждение присутствие сержанта Троя Коллинза возле дома последней жертвы незадолго до смерти того, но по неведомой причине не торопились с допросом. На самом деле наблюдение за Троем продолжалось и пока не давало никаких двусмысленных намеков на его нечистоплотность и, несмотря на некоторые улики, связывающие его с жертвой, я не верила в его вину.
Думаю, что Райдек был того же мнения, что и я, поэтому мы решили пока разнюхать что-нибудь о нем.
Я пришла в участок, якобы опять к лейтенанту, хотя прекрасно знала, что его нет на месте. Его секретарь учтиво предупредила меня, что я могу подождать в приемной, и, видимо, даже знать не хотела, почему я не могу ему позвонить и выяснить, как скоро он будет.
-Просто мы договорились встретиться здесь. – Оправдывалась я, не зная зачем. – Не хочу его отвлекать.
Секретарь подарила мне мягкую снисходительную улыбку и продолжила печатать. Я присела на диван, рядом с кабинетом и стала разглядывать журнал, лежавший здесь еще с прошлого года. Мне нужно было найти предлог, чтобы заговорить о Трое, но тут как манна небесная на меня свалился он сам.
-Привет! Начальник у себя? – Он подошел к двери кабинета Райдека и подергал за ручку.
-Не-а. – Протянула секретарша. – Не знаю, когда будет. – Ответила она, не отвлекаясь от монитора.
Трой повернулся ко мне и лучезарно улыбнулся, получив сдержанную улыбку в ответ.
-Агент Робинсон? Как продвигается ваше расследование? – Поинтересовался он.
«Ну, парнишка, если не ты убийца, то хреново», - подумала я.
-Продвигается. – Уклончиво ответила я.
Я, на самом деле, только сейчас рассмотрела его как следует. Среднего роста, худощавый брюнет с карими, почти черными глазами. Хотя он был младше Марлини всего на год, выглядел он еще совсем молоденьким.
Он понимающе кивнул и, прикоснувшись указательным пальцем ко лбу, откланялся.
Мы с секретарем посмотрели друг на друга и я поняла, что другого шанса поговорить мне не представится.
-Эээ, Полли, прости, можно я буду так тебя называть? – Осторожно начала я.
-Конечно, агент Робинсон. – Разрешила девушка.
-Хорошо. Ты меня тоже называй Кет. Так удобнее.
Полли кивнула. Пауза протянулась еще пару минут.
-Он хороший парень, да? – Я попыталась вести себя равнодушно.
-Трой? – Уточнила Полли.
Я кивнула.
-Неплохой. – Согласилась секретарша.
-Вы с ним встречаетесь? – Как бы невзначай бросила я. – Ой, прости. Это не мое дело! – Тут же изобразив смущение, осеклась я.
Полли улыбнулась и отвлеклась от своей рутинной работы.
-Все в порядке. Мы с ним просто друзья. - Ответила Полли. Было видно, что она только рада с кем-нибудь поговорить, чем я воспользовалась.
-Я думала, что он ухаживает за тобой. Мне казалось, он так смотрит на тебя… - Я закатила глаза и изобразила ту же интонацию, которая проскальзывает у посторонних в разговоре о нас с Питером.
-Ты думаешь? Вряд ли. - Поморщилась Полли.
-Почему? – Я положила журнал на место и подсела поближе к секретарше на невысокий стул, стоящий рядом с ее письменным столом.
-Понимаете, он хороший парень, но немного…как бы это сказать… -
-Закрепощенный? – Помогла я подобрать слова.
-Ну да, типа того. – Закивала она.
-А друзья помимо тебя у него есть?
Кет, ну не будь такой напористой. – Укорила я себя.
-Вроде нет. – Пожала плечами девушка. – Но я точно не знаю.
-Он закрытый человек, да?
Полли наклонилась ко мне и перешла на шепот.
-Знаешь, по-моему, его обижали в школе. Он так всех шугается!
-Да, такое бывает… - отметила я.
«Возможно, в свое время пострадал от типажа. Например, ищи молодого паренька, примерно возраста жертв, который в школе страдал от издевательств. Типичная жертва, неспособная выместить злобу на конкретном обидчике, ищет подобие, но так как копия всегда хуже оригинала эмоциональная подпитка слабая и он пытается возместить это жестокостью».
Слова Питера как транспарант над Линкольн-авеню засветились у меня перед глазами.
-Угу. Он мне как то рассказывал, что ненавидит своих одноклассников, но за что не сказал. Просто сказал, что терпеть не может какого-то там Чака, который увел у него девушку, только знаешь, - Полли оглянулась, боясь, что нас услышат, - кажется, у него и девушки то никогда не было.
-Что вообще никогда? – Я старалась изобразить удивление на лице.
Полли только пожала плечами.
Я откинулась на спинку стула и прикрыла рот рукой в раздумьях. Все сходилось, как в удачном паззле. Но все равно не хватало маленькой детали, потерянной еще давно и теперь не позволяющей увидеть картину целиком.

***
В тот день мы с Кет больше не виделись. Она потратила свободное время на походы по магазинам и, как я заметил, притащила с собой такое количество вещей, которые все вместе, наверное, весили больше, чем она сама.
Я же провалялся на кровати, в своем номере переключая каналы и ловя на кабельном какие-нибудь передачи, не напоминающие мне о собственной убогости. Я слышал, как она приехала и видел, как она заходила в номер, боясь, что за этим последует тот звук, который пугал меня сильнее всего – звук закрывающегося замка в смежной двери. Пожалуй, страшнее этого мог быть только ее плач.
Может, она все еще надеялась, что мы поговорим и что я объясню все. Я несколько раз порывался зайти к ней и поговорить, хотя бы ради того, чтобы соврать, что просто плохо чувствовал себя утром, хотя я никогда не чувствовал себя лучше. Я проснулся с ней, она принесла мне кофе, и она не была на меня зла. Но я струсил. Как всегда. Я мог быть откровенным, похабным и раскрепощенным со всеми кроме нее.
В общем, увиделись мы только следующим утром, отправляясь на тренинг. Она закрывала дверь своего номера, когда я вышел в коридор. Лучше бы она ударила меня тогда, чем посмотрела так, будто ничего не было.
-Привет, Питер. – Она слабо улыбнулась.
Даже той искорки боли, которая обычно сверкала в ее глазах, на этот раз не появилось. Только холодный, равнодушный взгляд и деланная улыбка на губах.
-Привет, Кетрин. – Кивнул я, притупив глаза.
-Готов к новому испытанию? – Поинтересовалась она, пока мы шли к машине.
Я пробурчал про себя, что никогда не буду к этому готов, а сам подумал, что главное испытание я сам на себя накладываю.
На этот раз мы приехали первыми, и Деллом явно заметил разительную перемену в нас, но ничего не стал говорить. В любом случае, произошедшее точно не было его делом.
Среди испытуемых сегодня не было того задаваки, который получил от Кетрин за день до этого, очевидно, что Деллом сам подал на него рапорт за несоответствующее поведение. Ну, хоть какая-то польза от этого недоумка.
На этот раз задача состояла в том, чтобы без слов объясниться с партнером, описывая ему какую-либо эмоцию. Никто не видел, что досталось другому, но судя по взгляду Кет, это было нечто очень забавное.
Я посмотрел в свою карточку:
«Покажите,
Страх»
Это что романтический триллер? Как, он думает, я должен это показать с Кетрин?
Я снова посмотрел на Кет и она, по-прежнему улыбалась. Видимо, ситуация в ее карточке была по-настоящему забавной.
-Агент Марлини. Прошу. В прошлый раз вы с агентом Робинсон блеснули своими талантами, так что «право первой ночи» за вами. – Деллом так и светился любезностью как задница новорожденного.
Я почти готов был сплюнуть.
Я встал напротив Кет и поймал удовлетворенно-надменное лицо моей женщины. Мы уже начали мысленную коммуникацию? Если да, то эта леди кричала мне, чтобы я постарался или катился ко всем чертям.
-Начнем? – Глупо улыбнулся я.
Она небрежно покачала головой.
Я снова углубился в чтение будто это был роман в триста страниц.
Так, ладно…
Я прислонил ладонь к своей груди. Кет приподняла бровь, но, как я наделся, поняла, что я хочу сказ… показать.
-Мужчина? – Угадала она.
Это моя девочка. Я кивнул. Она лишь отклонила голову набок с выражением полной предсказуемости.
Я снова приложил руку к груди и потом сложил ладони к лицу.
-Мужчина спит. – Все еще незаинтересованно ответила она.
Я отвел ладони от лица и потянулся.
-Мужчина просыпается. – Кетрин улыбнулась.
Я приложил палец к себе, а потом дотронулся до нее.
Кетрин удивленно уставилась на меня и медленно проследила взглядом путь моего пальца от меня к ней. Я знаю, что многие в комнате не понимали происходящего, ведь от меня требовалось только показать одно слово. Но мне-то нужно было, чтобы весь смысл поняла Кет.
-Мужчина просыпается с женщиной?- Сказала она медленно.
Я поиграл бровями и помахал ладошкой перед своим лицом. Кет недоумевала.
-Чернокожий мужчина просыпается с женщиной?- Усмехнулась она.
Я засмеялся и впервые за несколько минут обратил внимание на окружение. Все смотрели на нас будто мы на сцене театра Глобус. Первый раз мне стало плевать по-настоящему. Кет даже не повернулась к этой внимающей толпе.
Я снова улыбнулся ей и взял за руку. Наверное, сейчас в этой комнате наполненной потными агентами ФБР в гребаных костюмах, вышедших как из одной задницы, я хотел сказать ей все, что не мог сказать наедине в той комнате в мотеле.
-Мужчина просыпается в постели с красивой женщиной. – Сжав мои пальцы, прошептала она. – Страх? – Предположила она.
Ее глаза сверкали, а рот чуть приоткрылся в улыбке. Я ощущал себя как перед алтарем, где священник Деллом попросит меня поцеловать невесту. В ту секунду я понял, что она все поняла и приняла. И если вы спросите меня, в какой момент жизни я понял, что буду любить эту женщину всю оставшуюся жизнь, то это именно тот момент.

***
К вечеру в Райдеке снова проснулась навязчивая идея приударить за мной. Он как летучая мышь или сова, чья активность возрастает к полуночи. Однако на этот раз он действовал обходительнее и тактичнее.
-Ваше непосредственное назначение в Бюро тоже заставляет работать допоздна? – Спросил он, когда я в сотый раз посмотрела на часы.
Восемь тридцать. Отлично. Рейчел уже скоро ляжет спать, а я по обыкновению услышу только ее сипение в глубоком сне, когда приду домой.
-Часто именно так. – Кивнула я, склонившись над столом.
-И что молодым матерям не положены льготы? – Улыбнулся он, видимо, пытаясь быть сочувствующим.
Я покачала головой и продолжала писать в блокнот свои размышления за день.
-А Ваш муж? Он не против такого поворота событий? – Райдек не унимался.
-Мой, простите, кто? – Переспросила я, сделав вид, что не расслышала.
Райдек усмехнулся.
-Ну, Ваш муж, друг, парень, жених. Как Вы его там называете? Отец Рейчел? Он не против, что его женщина так поздно работает?
-Ах, это! – Жеманно воскликнула я и, поморщившись, покачала головой. – Не против.
Райдек встал со своего места и медленно подошел ко мне. Я сидела напротив него за длинным столом, приставленным к его рабочему столу, и краем глаза следила со всеми его манипуляциями. Он сел рядом на край стола и сцепил руки в замок.
-Ну, да. Когда я был в последний раз у Вас дома…
-В последний раз – справедливое замечание, лейтенант. – Перебила я.
Он отрывисто засмеялся.
-Когда я был у Вас дома, мужчины я не обнаружил. Вы воспитываете дочь одна?
-Это не Ваше дело, детектив. – Буркнула я.
-О, простите, что наступаю на больную мозоль. Но это так несправедливо. Такая молодая, - он провел рукой по моему плечу и я резко отпрянула назад, - красивая, привлекательная женщина не должна быть одна.
С довольным видом пресытившегося кота он сел передо мной на корточки и схватил за лодыжки.
-Я бы мог скрасить твое одиночество, Кетрин.
Я резко поднялась со стула, отчего Райдек пошатнулся и повалился назад.
-Я думала, в прошлый раз мы прояснили ситуацию. – Сощурив глаза, прошипела я.
-Детка, это была только прелюдия. – Он поднялся на ноги и приблизил свое лицо к моему.
Я уже готовилась влепить ему очередную пощечину, когда в кармане зазвенел телефон. Я приподняла бровь и удовлетворенная передышкой ответила.
-Агент Робинсон.
-Кетрин, привет.
О, Господи, знакомый голос. Я бы сейчас убила кого-нибудь, если бы не он. Хотя почему «кого-нибудь», вполне конкретного человека.
-Привет, Питер. – Я улыбнулась.
-Как ты?
-Нормально. Дело движется, кажется, мы нащупали кое-что. Возможно, ты был прав насчет маньяка-жертвы. – Мой голос приходил в норму постепенно, и я совершенно не желала, чтобы Питер услышал в нем нотки раздражения.
Питер пару секунд помолчал.
-Оу, всегда рад помочь, ты же знаешь.
Я услышала его улыбку.
-Но теперь мне нужна твоя помощь.
Я напряглась, продолжая сверлить взглядом самодовольную физиономию Райдека, улыбавшегося так, будто мы только что переспали.
-Для тебя все что угодно, милый. – Ядовито ответила я, убеждаясь, что детектив все правильно расслышал.
-О, Кет, ты там Викодина переела, что ли? – Удивился Питер.
Я рассмеялась и отвернулась к стене.
-Нет, все нормально, правда. Что ты хочешь, чтобы я сделала?
-Ну, теперь я уже сомневаюсь, чего хочу по-настоящему. – Он явно потешался надо мной, но это была привычная игра для нас двоих.
-Тогда тебе придется приехать домой. – Прошептала я, но обернувшись к Райдеку, поняла, что он все слышал. Тем лучше, парень.
-Кетрин, Кетрин, Кетрин…
Я захихикала, представив выражение лица Марлини.
-Ладно, серьезно, что ты хотел?
-На самом деле я отправлю тебе фоторобот человека, которого нам описала одна из жертв, а ты посмотри, есть ли на него что-нибудь.
-Без проблем. Пришли факсом в офис лейтенанта Райдека. Пиши номер.
Я продиктовала цифры, записанные на телефонном аппарате в кабинете детектива и снова уставилась на мужчину.
-Что-то еще?
-Нет, сладкая, позвони поскорее. – Медоточиво ответил Питер.
-Конечно, пупсик. – Подыграла я ему, заметив, как глаза Райдека превратились в летающие тарелки, и уже хотела положить трубку, когда решила сделать контрольный выстрел. – О, Питер!
-Да, родная?
Я улыбнулась.
-Твоя дочь передавала тебе привет и просила поцеловать папочку. – Я говорила медленно, проговаривая каждый слог с тщательностью логопеда и, ехидно прищурившись, смотрела за детективом.
-Передай, что папочка скоро ее поцелует. – Расплывшись в улыбке, которую я могла отметить даже здесь, ответил Питер.
-Конечно, дорогой.
Я положила телефон и встала перед детективом, заложив руки за спину.
-Вы, кажется, что-то хотели мне сказать?
Райдек был больше похож на окаменевший баклажан с часто хлопающими ресницами.
-Нет, агент Робинсон. – Прохрипел он. – Нам должны прислать факс? – Теперь уже он искал повод, чтобы сменить тему.
Я отошла к факсимильному аппарату и сложила руки на груди, как раз когда бумаги стали приходить.
-Да. Мой напарник просит помочь.
Райдек недоверчиво поморщился и причмокнул губами.
-Напарник просит помочь. – Повторил он.
Я усмехнулась. Что ж, надеюсь, эта маленькая игра стала ему уроком. Я вытащила бумаги из факса и сначала даже не поняла на кого смотрю. Передо мной было лицо привлекательного мужчины, чьи черты лица, даже на этой смазанной, нечеткой картинке выглядели настолько самоуверенно, будто бы он только что был избран президентом.
-Агент Робинсон? Что-то не так? – Райдек подошел ко мне и выхватил бумагу из рук.
-Пресвятая Дева Мария Матерь Божья! – Он оторопело смотрел на изображение, раскрыв рот. – Звоните своему напарнику, пусть тащит свою задницу прямо сюда и не мешкает!

***
Что? Это сон? Боже мой… Я не хочу… не хочу открывать глаза…
Я проснулся и почувствовал, что Кетрин лежала в моей постели – мягкая, сонная, нежная, спокойная. Она чуть поднялась на руках и, приблизив свое лицо ко мне, кротко поцеловала уголок губ.
Это невыносимо, что она делает? – Думал я, но глаз по-прежнему не открывал. Я боялся, что если сделаю это, то потеряю все. Она исчезнет как видение, как сон, которого не было.
Кетрин смотрела на меня, не отводя взгляда, она касалась своими тонкими пальчиками моих волос, нежно поглаживала по лбу, проводила по щекам, медленно, но верно приближаясь к губам. Она снова поцеловала меня, еще более мягко, чем в прошлый раз, но еще более горячо. Она не хотела меня будить и не разбудила бы, если бы я уже не спал.
О, черт, как я хотел бы сейчас подхватить ее, перевернуть, крепко прижать к себе и безудержно целовать, слыша как она тихо и часто стонет подо мной.
Но что же она, черт побери, делает? Она рассматривает меня, она улыбается, она… Господи… Нет… Кетрин, нет, не уходи, нет…
Она встает… она уходит… куда, Кетрин, нет, полежи со мной еще….нет….Кетрин…
Я открыл глаза.
-Привет.
Дебора лежала в моей кровати, завернувшись в одеяло и, прикусив нижнюю губу, наблюдала за мной.
-Привет. – Попытался улыбнуться я.
Она наклонилась ко мне и поцеловала.
-Как ты? – Прошептала она в мое ухо.
Я чуть-чуть приобнял ее и, улыбаясь, всмотрелся в лицо, будто надеялся, что еще сплю, и Дебора превратится в Кет.
-Хорошо. Это было весело.
Я поцеловал женщину в бровь и поднялся на кровати, ухватив край покрывала.
-Да, миленько. – Кивнула она.
Я недоверчиво посмотрел на нее через плечо, нахмурив лоб, и она рассмеялась. Грудным, чуть хриплым, рассеянным и развратным смехом.
-Брось, Питер, я же пошутила. Все было великолепно. – Она стащила с меня одеяло и направилась в ванную. – А теперь, прости, мне нужно привести себя в порядок.
-Конечно. – Развел я руками, когда как раз в дверь постучали.
Я, натягивая штаны, проскакал на одной ноге к двери и дурашливо усмехнулся, когда увидел за дверью Оливера.
-Марлини, чертов ты ублюдок, до тебя как до Пентагона! – Он отстранил меня плечом и прошел в комнату, тут же оценив ее своим профессиональным взглядом. – Ты что был с бабой?! – Проскрережетал он.
-О, агент Уинстер, откуда такие выражения? – Я усмехнулся, снова повалившись на кровать. – С женщиной, причем, очень приятной. – Я поиграл бровями, дразня своего безнадежно женатого друга.
-Заткнись, Марлини! – Он бросил в меня пару фотографий. – Этот парень, фоторобот которого ты отправил Кет, оказался безвременно почившим подозреваемым в убийствах, которые расследует твоя ненаглядная с этим лейтенантом.
-Шшшш, - я приложил палец к губам и указал взглядом в ванную, дав понять, что не самое время упоминать о Кет, - кто он?
-Собирайся, племенной жеребец, выпроваживай свою мадмуазель и поехали! – Крикнул мне Нолл, уже открыв дверь.
-Агент Уинстер.
Оливер повернулся так резко, будто перед ним был сам Роберт Мюллер .
-Детектив Тернер. – Его улыбка такой пресыщено сладкой, что я чуть не умер от гипергликемии.
-Я не расслышала всего разговора, но, кажется, нам стоит поторопиться. – Она застегивала последние пуговицы на рубашке, не отпуская взгляда Нолла.
-Агент Марлини Вам все расскажет. – Он презрительно посмотрел на меня и хлопнул дверью.
Я посмотрел на Дебору, но она лишь тупо улыбнулась, а я опустился на кровать, придерживая фотографии у груди.
Всего комментариев: 0
avatar
14
Свернуть
Развернуть чат
Необходима авторизация
0