Главная » 2016 » Март » 19 » Визит Глава третья (2 часть)

Визит Глава третья (2 часть)

Автор материала:
...
Логин на сайте: ...
Группа: ...
Статус: ...
О материале:
Дата добавления материала: 19.03.2016 в 16:05
Материал просмотрен: 104 раза
Категория материала: Фэнтези
К материалу оставлено: 0 комментариев
Голос, прозвучавший в соседнем кресле, вывел Светлану из оцепенения. Повернув голову, посмотрела на сидящего там Амона.
— И как долго ты будешь сидеть, и горевать? — спросил он. — Я уже давно наблюдаю за тобой. Неужели ты так близко к сердцу всё воспринимаешь? Если это так, то мне будет довольно трудно с тобой. Что-то я тут не досмотрел.

Нахмурившись, девушка отвернулась, проговорив куда-то в сторону:
— Оставьте меня одну.
— Нет, может сейчас и поздно, и ты устала, но разговор на потом откладывать не стану. Я вижу, люди по-разному воспринимают одно и то же событие или происшествие. Хочу разобраться: что на тебя так подействовало? Скелеты? Барк? Или реакция людей в порту?
Отвернувшись Светлана молчала. Пауза затягивалась. Амон вскочив с кресла, мягко ступая, подошёл к девочке и, опустившись возле её кресла, заглянул в глаза. Она быстро отвела взгляд, помня, каким образом он её гипнотизировал.
— Говори. Отвечай на вопрос. Что поразило тебя - корабль?
— Да нет, я знала, что это видение, ну, как кино. Неприятное зрелище, только и всего. Наверное, меня ужаснула реакция людей, как они, потеряв разум, затаптывали друг друга. Эта безликая вопящая в страхе толпа. Она как стадо металось из стороны в сторону. Зачем, зачем Вы такое сделали? Я хочу покинуть ваше общество.
Амон вскочил на ноги и, пройдясь по комнате, зашёл за спинку кресла, где сидела девушка. Облокотившись о спинку кресла, посмотрев на ковёр украшающий стену, пожав плечами, ответил:
— Им ничего не грозило. Им просто не хватило смелости и выдержки побороть страх и взглянуть в лицо опасности. Таким людям не место на Земле.
— Если бы я не знала, что это галлюцинация, то, возможно, подобно остальным поддалась бы панике.
— Что ж, если тебе легче поддаться влиянию толпы, а не разумно рассуждать и соответственно действовать, то и получила бы то, что заслужила. Я уверен, что этого не было бы. У тебя есть свое мнение. И действуешь ты соответственно ему. На тебя трудно повлиять, приказать. Легче убедить логикой, разумным подходом к смыслу вещей. В этом случае, ты просто отошла бы в сторону, чтобы толпа не растоптала и более-менее спокойно дождалась конца спектакля.
— Вам нравилось смотреть, как они убивают друг друга?
— Вообще-то не очень. Предпочитаю сам, это делать. Но каждому своё. Юму по душе такие вот массовые безумия и убийства. Может он хочет уподобиться Местеру, но это его дело. Моё - действовать по приказам Хозяина, прикажет он мне уничтожить развлекающихся туристов, я сделаю не задумываясь. А Юм просто чудил, баловался, люди сами себя довели до такого состояния.
— Это было, как кошмарный сон, Амон, не надо было заставлять меня смотреть на всё это.
— Ты будешь смотреть. Но смотреть очень внимательно, ведь именно в таких случаях ярко проявляется сущность человека, его характер, действия. Ты должна разбираться в людях. Знать их психологию. Предсказывать поступки. Так надо.
— Вы хорошо разбираетесь в людях?
— Вполне. — Усмехнувшись, ответил Амон.
— Тогда почему Вы удивились, увидев мою реакцию на выходку Юма? Вы сказали что, что-то не досмотрели.
— Бывают отклонения. Ты, совсем другой человек и очень сильно отличаешься от остальных. Твоя судьба была предопределена с самого рождения. Замечала ли ты когда-нибудь, что твои взгляды отличаются от мировоззрений окружающих тебя людей и тебе трудно понять их? Чувствовала себя «белой вороной». К таким людям нужен другой подход, тут нужно заново постигать сущность, натуру, даже если ты и видишь ауру, то не всегда она подскажет, что у человека в голове. Ведь можно быть добрым, и милосердным идиотом. Приняв это происшествие так близко к сердцу, ты удивила меня, хотелось больше равнодушия увидеть. Но, не будь душа так отзывчива, может, тогда ты бы и не отличалась от остальных. В тебе есть нечто, что коренным образом выделяет тебя из общего фона. И это не значит, что ты хуже остальных, наоборот, ОН посылает тебя к нам, и мы не можем отвернуться от Его дара. Но за нами, право поступить с тобой, так как считаем нужным. И мне решать убить тебя, или оставить жить. И предупреждаю, не раздражай своими выходками, иначе я за последствия не ручаюсь. Дорн не отпустит тебя, даже если я откажусь, он сам станет твоим учителем или отдаст Барону. У тебя нет выбора. И в следующий раз не отворачивайся от безумств толпы, а постигай её натуру сущность, характер, действия. Словом наблюдай и анализируй.
— Вы хотите от меня очень многого. И главное, не пойму зачем мне всё это. — покачала головой девочка. Выслушав Амона, она не знала что сказать, и что решить. — Я не знаю, к какому выводу мне прийти. Но если прислушаться к внутреннему голосу, то он мне советует покинуть ваше общество, пока не сошла с ума.
Амон усмехнулся.
— Вылечим.
— Неужели нет другого человека. Мэгги, например? Она же не случайно оказалась здесь? Её опекуном Вы не хотите стать?
Амон рассмеялся. Светлана с удивлением развернувшись в кресле, подняв голову посмотрела на развеселившегося дьявола.
— Что смешного я сказала?
— Мэгги, — фыркнул с пренебрежением Амон. — Мэгги даже не человек – кукла. Она думает, что подцепила миллионера, и сейчас обхаживает его. Сучка! Она ещё получит своё, по заслугам!
— Почему бы вам, не высадить её, и оставить в покое?
— Нельзя. Если не мы, то кто научит жизни? Я смотрю, ты опять на милосердие давишь. Оставь эту затею, только лишний раз разозлишь меня. И это будет, не в твою пользу.
— Я даже не могу попросить за неё?
— Не можешь. Сейчас не можешь. Милосердным здесь может быть только магистр. Но он не будет, а уж тем более к Мэгги.
— Что мне делать? — с отчаянием вздохнула девочка.
— Без драм. — Амон ухмыльнулся. — Что тебе делать? Ложись-ка спать. Не забудь, утром на тренировку, тебя будут ждать. После уроков, тренер отправит тебя, туда, куда ты пожелаешь. Счастливо.
Амон отпустил кресло, о которое облокачивался и собрался, было уйти, когда Светлана остановила его вопросом:
— Отсюда следует - с утра Вас я не увижу?
Амон обернулся, и весело сверкнув глазами, спросил:
— А что, боишься соскучиться?
— Да нет, просто спросила. Уточняю.
— Не увидишь до вечера. Дела, знаете ли, дела...
— Убить, кого-нибудь? — спросила с иронией девочка, и содрогнулась от жёсткого взгляда Амона. Веселье исчезло, и он смотрел сурово и холодно.
Ничего не сказав, он отвернулся и покинул каюту. Девочка ещё некоторое время посидела в кресле, призадумавшись, вздохнув, пробормотала:
— Ну и вляпалась же я в историю. Похоже, она мне будет стоить жизни. Даже скрыться никуда не могу, дьявол везде достанет, везде найдёт. А если в церковь или монастырь, Священная земля. Нужно будет попробовать. Может получиться сбежать, а если нет, он меня убьёт.
Ещё раз, вздохнув, она поднявшись с кресла, подошла к кровати. Свернувшись под мягкой шкурой чёрной пантеры, Светлана попыталась заснуть. Но ещё долго обрывки образов и мыслей, мешали это сделать. Уже где-то под утро ей, наконец, удалось погрузиться в беспокойный сон полный кошмаров. Она не знала, захваченная страшными видениями, что ночью Амон вновь посетил каюту. Он постоял над метавшейся в беспокойном сне девочкой. Разглядывая её лицо. Потом наклонился, и его жаркая ладонь легла на лоб девочки, прогоняя ужасы. Светлана глубоко вздохнула, повернулась набок и теперь уже спокойно заснула. Дьявол ещё немного постоял над кроватью, охраняя от ночных кошмаров. Затем он исчез. Светлана проспала до позднего утра, и уже больше ничто не беспокоило её сон. Хорошо отдохнувшая она в хорошем настроении, отправилась к своему тренеру на занятия.

В который раз Катерина пыталась позагорать, и опять день не выдался. Лёгкая пелена облаков, по-прежнему висела над океаном, и солнце тускло просвечивало сквозь них.
Приглушенно ревели моторы судна, слабый плеск волн доносился до её.
Окончательно заслонив солнце, на Катерину упала тень. Открыв глаза, она укоризненно посмотрела на стоявшего над ней человека, это была Мэгги.
Внимательно вглядевшись в её лицо, Катерина, заволновавшись резко села на свое ложе, не отрывая напряжённого взгляда с расстроенной Мэгги. Глаза её были красными, бледная с блуждающим взглядом она вызвала опасения Катерины.
— Тебе плохо? Укачивает? — заботливо спросила Катерина, протягивая Мэгги руку и усаживая её рядом на шезлонг. Мэгги машинально села, уставившись невидящим взглядом себе под ноги. Катерина ласково обняла её за плечи, и почувствовала, как, мелкая дрожь сотрясает тело девушки. Отстранившись, Катерина внимательно заглянула ей в глаза. — Что с тобой, милая. Что случилось?
— Это ужасно, ужасно. Он не человек. Он дьявол! — закрыв лицо руками, Мэгги разрыдалась.
— Он сам тебе сказал? Он сказал, что он дьявол?
— Нет, не говорил. Но то, что он делает - ужасно! Человек не может быть таким жестоким!
— Он тебя обидел? Что произошло?
— Он… — Мэгги захлебнулась слезами, и некоторое время Катерина кроме рыданий ничего не слышала. Совладав с собой, прерывающимся голосом Мэгги продолжила: — Он заставлял смотреть, как истязали человека.
— Расскажи, что ты видела.
— Сначала, они были такими милыми, рассказывали весёлые истории. Кот этот, странный какой-то, будто и не животное, чудовище словом. Фокусы показывал. Потом Барон предложил посетить его замок, утверждал, что рыцарь. Говорил, что в замке праздник и там будет весело и забавно. Только, говорят, нужно завязать глаза, когда туда пойдём. Я согласилась. А когда повязку с глаз сняли, — тут Мэгги снова разрыдалась. Катерина ласково стала шептать на ухо слова утешения. Немного успокоившись, девушка продолжила: — Я оказалась в большом зале. Его стены были уложены из крупных, плохо оттёсанных каменных блоков. Очень мрачно и жутко. Много людей. Они стояли, окружая кольцом подвешенного за руки человека. Он был обнаженный. К нему подошли двое и стали над ним измываться. Я не смотрела, что делается, но крики несчастного были ужасны. Не знаю, сколько времени это длилось, но когда, мне с угрозой приказали смотреть на несчастного, я взглянула. Боже! Он был без кожи! Кровь огромной лужей растекалась под его ногами! Глаза сияли пустотой. И он жил! Я слышала его стоны! Все кто был в зале принялись рукоплескать, а стоявший рядом с жертвой палач, рассёк его мечём пополам. Половина туловища упала в лужу крови, разбрызгав её далеко в стороны. Его внутренние органы, словно с неохотой потянулись вниз. Потом я не помню. Очнулась в кровати, одна. И вот пришла сюда. Хорошо по пути мне никто не попался. Я боюсь его видеть!
— Ты говоришь, очнулась в кровати, может, тебе приснилось? Вчерашняя галлюцинация повлияла на твой сон, — предположила Катерина. Мэгги посмотрела на Катерину и горько улыбнулась.
— Нет, это не сон. Когда я очнулась, я увидала вот это... — она приподняла подол юбки, показывая ноги. Охнув, Катерина с ужасом воззрилась на пятна крови, впрочем, не просто пятна, а потёки. Ноги были облиты кровью. Она уже запеклась, но видно было, что ещё совсем недавно была выпущена из вен. Катерина отвела глаза.
— Я попробую поговорить с Хозяином, — не совсем уверенно заверила она Мэгги. — Может он прислушается к моей просьбе. Ты кого-нибудь кроме Барона там видела?
— Кот постоянно под ногами шнырял, и этот рыжий тоже там был. Это он разрубил несчастного, одним ударом. Он невероятно силен.
— Бедная девочка, — прошептала Катерина. — Надеюсь, она ничего не узнает. — обращаясь к Мэгги, попросила: — Если увидишь девочку, что была с нами на пирсе, не рассказывай ей ничего. Особенно про рыжего.
— Почему... — начала было спрашивать Мэгги, но, тут вспомнив что-то, закончила начатую речь. — Так этот рыжий её друг! Я видела, как они вместе стояли там. В порту. А потом она попросилась куда-то, и он вместе с ней ушел из кают-компании. Катерина, так нужно предупредить её! Сказать, что он собой представляет!
— Она знает, кто он. Не стоит ещё больше пугать. — Катерина посмотрела на Мэгги. — Мэгги, милая, ничего ей не рассказывай.
Мэгги пожала плечами:
— Хорошо, если ты так просишь. Впрочем, я не знаю её языка, а она моего.
— Она знает английский, но на школьном уровне. Ты ей ничего не скажешь, а я попытаюсь поговорить и упросить хозяина.
На время, позабыв свои страхи, Мэгги с любопытством посмотрела на Катерину. Что-то странное происходит на яхте. Этот гордый «Летучий голландец» имел свои тайны. Мэгги попыталась разобраться:
— Девочка из этой шайки?
— Нет. Совсем нет. Я даже не знаю по своей ли воле она здесь. Я её видела на материке с твёрдым желанием попасть к себе домой, а после, уже на судне. И я бы не сказала, что выглядит она счастливой.
— Но если ей здесь не нравится, то почему не уйдёт? — удивилась Мэгги. — Вот я убежала из дому, и теперь путешествую по миру.
Катерина с грустью покачала головой.
— Не всё так просто. Она не сделает этого, даже если захочет.
— Её здесь сторожат? Почему? — заинтересовалась Мэгги, но осёклась.
На палубе появился Барон в самом замечательном расположении духа. Он что-то насвистывал и даже пытался сделать ногами танцевальные па, словом, настроение у него было преотличнейшее. Он явно был склонен к приятной и продолжительной беседе. Мэгги отшатнулась, когда он в галантном поклоне склонился над ними.
— Моё почтение дамы, — повернулся к отползающей от него Мэгги, — доброе утро Мэгги. Ты так быстро ушла, я даже не успел поинтересоваться, позавтракала ли ты, или, может, составишь мне компанию?
Мэгги побледнела.
— Я не хочу есть, — отрезала она, выискивая глазами что-то в океане.
Барон с безразличием выслушал ответ, похоже, он даже его и не слушал. С легкой иронией, окинув её взглядом, голосом в котором скользнул металл, сказал:
— Пойдём, пойдём. В кают-компании уже все собрались, вас там только не хватает. Там так необходимо женское общество.
— А Светлана, она разве не проснулась? — удивилась Катерина.
— Это не в моей компетенции, — отмахнулся Барон, — у неё какие-то свои дела, думается мне, она попозже присоединится. Идёмте.
Пожалев испуганную Мэгги, Катерина ответила отказом тоже. Барон, равнодушно пожав плечами, развернулся и направился назад, в кают-компанию предварительно послав такой взгляд Мэгги, что она опять затряслась от страха.
— Я боюсь. Боюсь остаться с ним наедине. Что делать? Кругом океан и никуда, не скрыться.
— Не волнуйся ты так. Я с ними поговорю. Всё будет в порядке.
Катеринины заверения немного утешили Мэгги. Успокоившись после пережитого, она стала оглядываться по сторонам и разглядывать судно. Спустя несколько секунд она снова отвлекла Катерину от её попыток загореть, попросив бинокль чтобы получше рассмотреть, что там, на линии горизонта. Наведя бинокль, она увидела яхту. Понаблюдав несколько минут, Мэгги обнаружила, что яхта явно приближается.
Можно было разглядеть и людей управляющих яхтой.
Один их них тоже направил оптический прибор, разглядывая пассажиров «Летучего голландца». Удивлённая Мэгги констатировала, что в его руках не бинокль, а нечто мощное, что-то вроде телескопа. Мэгги помахала рукой, с интересом наблюдая, ответит ли он тем же. Он ответил, снисходительно махнув кистью, но трубы не отвёл. Катерина заинтересовалась, кому это Мэгги машет рукой. Та ответила, что их догоняет яхта.
— Какой-то странный человек, разглядывает судно в телескоп.
Заинтригованная Катерина, встав с шезлонга, подошла к перилам. Взяв бинокль у Мэгги, направила его на виднеющуюся вдали яхту.
Человек у телескопа, на этот раз не довольствовался вялым приветствием. Его реакция была более бурной.
— Это нефтяной магнат. — Я его узнала, — сказала Катерина, отложив бинокль.
— Миллионер? — оживлённо спросила Мэгги, перехватывая бинокль и направляя вновь на яхту. — Смотри, какой он оживлённый. Он явно не может отвести от тебя глаз.
— Конечно, — усмехнулась Катерина, — женщин на его Родине прячут в паранджу, а тут в открытом купальнике! Вот он глаз и не отводит. Небось, телескоп одолжил у астронома. На таком расстоянии, он и под купальник заглянет. Видимо даже через доски может смотреть, увеличение то, какое!
— Катерина, а как ты с ним познакомилась. Он твой друг, приятель?
Мэгги внимательно разглядывала в бинокль яхту. Оттуда ей отвечали тем же. Был взаимный интерес к пассажирам обоих судов. Катерина улыбнулась.
— Он хотел купить меня. На последней остановке нашего судна.
— Купить!? — на секунду оторвавшись, чтобы бросить удивлённый взгляд на Катерину. Мэгги снова прильнула к окуляру. Через несколько секунд, она, отвернувшись от океана, сказала: — Он с таким интересом разглядывает. Мне кажется, он может сказать какого у меня цвета глаза, и пользовалась ли я дезодорантом.
— Может быть, — рассмеялась Катерина, — несомненно у него самые новейшие технологии. То, что ты предполагаешь, в действительности может быть и так.
— Но это не этично, так пристально разглядывать женщин! Можно подумать он их никогда не видел, и сейчас делает для себя открытие, что есть ещё один пол рода человеческого.
— Чего-чего, а женщин у него хватает.
— Интересно, сколько же он отвалил бы за тебя, стараясь выкупить? Что предлагал, золото? Драгоценные камни? Деньги?
— Всего понемногу. Говорил что я - драгоценный камень, нуждающийся в соответственной оправе, и, якобы у него такая имеется
— Используя в качестве оправы женщин своего гарема?
— Возможно, но меня это как-то не прельщает.
Отвернувшись от океана, Катерина вернулась на свой шезлонг, подставлять жиденьким лучам солнца части тела. Мэгги повернулась удивленная:
— Разве ты не хочешь сообщить капитану о приближающейся к нам яхте?
— Он уже знает.
— Кто же ему сообщил?
— Никто. Дорн всегда всё знает.
— Знаешь, Катерина, мне кажется, яхта не собирается ни обгонять нас, ни догонять. Сколько я за ней наблюдаю, расстояние остается прежним, словом она преследует нас.
—Ты же говорила, что она приблизилась и людей можно видеть.
—Да, но после этого, яхта как привязанная.
— Выброси из головы, не нам об этом волноваться.
— Привет!
Катерина вскочила, услышав знакомый голос. Рядом с ней стояла босая девочка с распущенными светлыми волосами, в чёрной рубашке и в чёрных шортах с медальоном на шее. Со странной татуировкой на руке, с пустыми ножнами.
— Хеллоу, Мэгги! — поздоровалась она с Мэгги, приветливо улыбаясь, с искорками в глазах. Глаза девочки были светлыми, как перламутровые жемчужины и лучились добротой, и что-то похожее на сочувствие промелькнуло в них. Поражённая Мэгги подумала, что сочувствие адресовано ей. Где же она её видела? Перед глазами Мэгги промелькнул порт, стоявшая рядом с ними девочка, не пожелавшая смотреть на эту забавную галлюцинацию. Их вчера представили, как же её зовут?
— Светлана, — ответила на мысленный вопрос Мэгги Катерина, обращаясь к девочке, — Светлана ты помнишь вчерашнего миллионера?
— Я много, что помню со вчерашнего дня. — грустно ответила девочка, и страх промелькнул в её глазах. Она нервно потерла татуировку, словно пытаясь стереть её. — И твоего араба я помню. К чему ты спросила?
— Он преследует нас на яхте.
— В самом деле? Где он?
Катерина попросила Мэгги передать бинокль Светлане, та не понимая ни слова из их разговора, отдала его девочке, показав, куда нужно смотреть, догадавшись, для чего той бинокль. Пока Светлана вглядывалась в человека на яхте, который с восторгом воспринял появление новой красавицы. Мэгги спросила Катерину:
— Ты говоришь, что не знаешь по своей ли воле она на судне, ну, так спроси её сейчас.
— Нет, не буду. Если бы она хотела, сама рассказала бы без наших вопросов.
— Почему носит ножны. Новая мода? — не унималась Мэгги, не в силах совладать с любопытством она теребила Катерину.
— Если человеку нравиться так ходить то, что в этом такого? — Отмахнулась от Мэгги Катерина.
— Действительно, это он. — сказала Светлана, наконец, толком разглядев человека на яхте. Протягивая бинокль Мэгги, удивлённо спросила: — Но, что он здесь делает? Не может быть, что ему плыть в ту же сторону, куда и нам. Наверное, действительно преследует наш корабль, и, похоже, из-за тебя.
Катерина весело рассмеялась.
— Оставим яхту в покое. Пойдёмте лучше в кают-компанию, мне необходимо поговорить с Дорном.
В кают-компании были почти все пассажиры судна, разве, что Амона не было среди них. Барон и Валентин гоняли бильярд. Кот, как всегда был в своем репертуаре: лез в разговор, прохаживаясь по столу, мешая игрокам. Дорн восседал в кресле, наблюдая за игрой и участвуя в беседе.
Весело и непринуждённо болтавшая с Катериной Мэгги, переступив порог кают-компании, как-то сникла. Страх промелькнул на её лице, она в нерешительности остановилась возле дверей. Светлана с удивлением следила за происшедшими с англичанкой изменениями, недоумевая, что могло так испугать её. Проследив за взглядом Мэгги, девочка догадалась, что страх вызван присутствием здесь Барона. А тот, с усмешкой бросив взгляд на Мэгги, склонился в почтительном, но немного наигранном, поклоне перед Светланой и вновь погрузился в игру.
Судя по оставшимся на столе шарам, игра близилась к концу, и от этого становилась ещё увлекательней. Даже Юм прервал словесные прения и с энтузиазмом следил за ходом игры. Похоже, здесь было заключено пари, ибо, игра шла с ожесточённым азартом, решимостью и риском. Вероятно, Юм сделал ставку на Валентина, так как «болел» за него, а соперника пытался отвлечь разговорами, на что тот, шипел сквозь зубы на кота.
Девочка с Катериной подошли поближе, остановились позади кресла Дорна. Они молчали, стараясь не мешать игрокам. Не пожелав присоединиться к компании, Мэгги отправилась в противоположную сторону к бару, где в полном уединении стала смотреть телевизор.
Дорн оглянулся на стоявших позади него девушек. Поманив ладонью Светлану, Дорн жестом предложил ей сесть на низенький табурет, что стоял у кресла. Она молча повиновалась, Дорн, мягко, словно гладя, положил руку на её голову, благо, что она сидела низко и голова находилась как раз на уровне подлокотника его кресла. Светлана подняла голову и посмотрела на Дорна, их глаза встретились. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. В глазах полыхнул огонь. Дорн улыбнувшись, мягко спросил:
— У тебя в глазах грусть. Кто огорчил? Или тоска не дает покоя?
Девочка вздохнула.
— Сир, я не могу забыть вчерашнее происшествие.
— Зачем так беспокоиться? Могу заверить, все кто там был, уже забыли.
— Но не те, кто был растоптан или разорван акулой, — возражая, прошептала Светлана и, отведя глаза в сторону, повторила: — Им, это не приснилось.
Чувствуя на себе горящий взгляд Дорна, она не смела поднять глаза и посмотреть на него. Его ладонь по-прежнему водила по её волосам. Прошло не меньше минуты, прежде чем он ответил.
— Вся жизнь - сон. Мгновение. Тем несчастным он приснился страшным, и, они просто, раньше положенного срока проснулись. — Дорн, взяв второй рукой её за подбородок, заставил взглянуть себе в глаза. —Я знаю, ты хочешь попросить у меня не смотреть на всё это. Но я тебе скажу, что раз ты при свите, то и присутствовать будешь везде. Впрочем, в кое-каких мероприятиях, Амон сам решит, обязательно ли твоё присутствие.
Дорн опустил руку на подлокотник, но другую, лежащую на её волосах, оставил. Он перевел взгляд на игроков. Барон выигрывал у Валентина. Об этом можно было догадаться, даже, несмотря на бильярдный стол. Хватило бы одного взгляда, на расстроенного Юма. Посматривая на играющих, он молчал. Последний шар оказался в лузе.
Игра закончилась. Но не в пользу Валентина. То, что происходило дальше, девочка никак не могла ожидать от степенного Валентина. Широко раскрыв глаза Светлана с удивлением наблюдала как Барон, запрыгнув на спину Валентина, погнал его по кругу. А так как каюта была довольно велика, то Валентин «прискакал» обратно, взмыленный и запыхавшийся.
Катерина весело смеялась и хлопала в ладоши, подбадривая своего друга, на что Валентин пытался даже взбрыкнуть, как самая настоящая лошадь.
— Хватит! Хватит! — смеясь, закричала Катерина. — Ты совсем загонял моего друга, смотри, он уже без сил! Покатайся на Юмчике, он ведь ставил против тебя!
— Протестую! — тоже завопил Юм. — Я только наблюдал за игрой! Если хочешь покататься на мне, то сначала выиграй партию у меня! А лучше сыграй со своей подружкой, а то она скучает!
Барон отпустил Валентина и осенённый новой идеей посмотрел на кота
— Действительно, скучает. Сейчас я её развеселю.
Перейдя на английский, он что-то сказал, обращаясь к Мэгги. Как приказ прозвучало в его словах. В отличие от всех присутствующих Светлана не всё поняла что он сказал, но увидела, как вздрогнула и побледнела англичанка. Она нехотя выключила телевизор, который смотрела, и медленно подошла к Барону, с неприязнью и страхом глядя на него. Светлана заметила как руки Мэгги, как бы крепко она их не стискивала, заметно тряслись. Катерина обратилась к Барону:
— Друг мой, Мэгги очень напугана. Я очень прошу тебя, не бери её с собой.
— Уже пожаловалась. — усмехнулся тот, — Извини Катерина, но этого я сделать не могу. Для чего же я ещё взял её с собой. Мне нужна компания, и она мне её составит, везде, — последние слова он особенно подчеркнул.
Катерина умоляюще посмотрела на Дорна. Светлана тоже повернулась к нему, ничего не понимая, что тут происходит, и о чем Катерина так их упрашивает. Дорн был спокоен и безразличен.
— Катерина ты же слышала, что сказал Барон. Такую сделку он заключил, а значит, она должна осуществиться. Не огорчайся, через два дня прибудем в Италию, там с ней распрощаемся. Ты всё поняла?
— Да, сир, — покорно склонила голову Катерина и дрогнувшим голосом спросила: — Сир, я могу идти?
Дорн кивнул:
— Можешь.
Катерина почти бегом выскочила из кают-компании, даже не посмотрев на Мэгги. Чуть помедлив, Валентин поспешил за ней.
Мэгги догадалась, о чем был разговор и по реакции Катерины, поняла, чем он закончился. Тихо простонав, метнулась к выходу, но Барон был начеку и перехватил её. Прижав к себе, он еле слышно прошептал на ухо:
— Теперь, моя дорогая, мы вернёмся в замок. В мой прекрасный, ночной замок. Но теперь жертвой будешь ты!
Светлана не знала, что он ей шепнул, но видимо что-то страшное услышала Мэгги в его словах. Закричав, Мэгги, рванулась в сторону от Барона крепко и больно державшего её за руки. Забилась в истерике в его объятиях,
Без эмоций, спокойно Барон наблюдал за её агонией. Юм равнодушно развалясь, на бильярдном столе, похоже, спал.
Светлана рванулась на помощь Мэгги, но тяжелая ладонь Дорна, прижала к табурету, не давая возможности встать. В отчаянии, девочка посмотрела на Дорна, ища в нём поддержку, но он был подобен каменному изваянию. Не двигаясь и не сводя безразличного взгляда, он получал большое удовольствие, видя всё это.
Потеряв сознание Мэгги, повисла на руках Барона. Он разжал их, и девушка рухнула под ноги. Дорн махнул рукой, еле заметно поморщившись.
— Убери её.
— Слушаюсь, сир!
Барон исчез, вместе с лежащей без сознания англичанкой. Притворявшийся спящим кот вскочил и нетерпеливо, нервно спросил:
— Сир, разрешите удалиться?
— Боишься чего-то упустить? — усмехнулся Дорн, иди уж, развлекайся.
Счастливый Юм тут же исчез в каюте, остались девочка и Дорн. Он молчал, думая о чём-то своем. Не решаясь встать с табурета. Светлана сидела, уставившись в окно, чувствуя, как Дорн пропускает через пальцы её волосы. Неожиданным вопросом, адресованным к ней, Дорн прервал своё молчание:
— Ты веришь в Бога?
Светлана мысленно перебрала короткие ответы, но «да» или «нет» здесь не годились. Глубоко вздохнув, она ответила:
— Раньше, сир, наверное, не верила. А теперь, когда я встретила Вас, я думаю, что Он есть.
— Думаешь или веришь? — потребовал уточнения Дорн.
Тщательно проанализировав ответ, девочка несколько неуверенно произнесла:
— Думаю.
— Почему? Объясни.
— Я так думаю, если есть тень, то должен быть и свет. Если есть Люцифер, то должен быть и Создатель.
— Но почему, ты не веришь, что есть Бог, а только думаешь? — поинтересовался Дорн. Настойчивость позвучала в его голосе.
— У меня нет уверенности в действительности ли Вы – Люцифер. Мне только сказали. Но сама я не имела возможности убедиться в этом. Конечно, что-то необычное присутствует, но может, Вы фокусник? Я не видела ничего такого, чтобы после сказать: — Это действительно Люцифер.
Дорн рассмеялся. Звонко звякнули, отвечая, рюмки в баре, зазвенели стёкла. Смеясь, он поднялся с кресла, хмыкнув, покачал головой.
— Значит, хочешь убедиться Люцифер ли я в действительности?
Не поднимая глаз, Светлана возразила:
— Нет. Я сказала - у меня не было возможности. Желания увидеть, как-то не возникало.
— Но если не увидишь, то не поверишь?
— В общем... Да
— На островах Зелёного Мыса я спалил человека, разве не доказательство? Какой смертный может такое сделать?
— Спалили? Когда? — удивилась девочка. — Наверное, меня там не было. Не помню, чтобы я присутствовала.
Дорн внимательно посмотрел на девочку, и словно увидев что-то, улыбнулся:
— А... Вижу, тут поработал Амон, ничего не видела - говоришь? Но это не совсем так. Ты присутствовала, а потом раз, — он щёлкнул пальцами. — И ты всё забыла. Не ожидал я от Амона... Но ему решать...
Дорн молча прошелся по каюте, затем, остановившись, повернулся к девочке и с полуулыбкой спросил:
— Какое доказательство, ты сочтешь достаточным аргументом?
Немного поразмыслив, Светлана подняла голову и, глядя ему в глаза, твердо произнесла:
— Мне достаточно одного Вашего слова подтверждающего, что Вы являетесь Люцифером.
— И всё? — улыбнулся Дорн. Но потом серьёзно произнес: — Я Люцифер. Теперь ты веришь?
— Да.
— И сразу стала верить в Бога? — ухмыльнулся он.
— Соответственно.
— Да, интересный разговор у нас получился. Мне еще никогда, не приходилось доказывать так своё существование.
Дорн подошёл к бильярдному столу и стал устанавливать шары. Кивнув Светлане, предложил:
— Сыграем?
Светлана, встав с табурета, подошла к столу. Неуверенно осмотрела его со всех сторон.
— Я не умею, даже правил не знаю.
— Мелочи, — отмахнулся Дорн. — Правила простые. А вот игра, требует мастерства. Попробуй, может получиться.
Он протянул ей кий.
Дорн начал первым, разбив шары.
Вечером, когда звёзды высыпали на небе. Светлана отправилась в свою каюту. Полдня провела она в компании Дорна. А когда, в кают-компании стали появляться остальные пассажиры, она поспешила укрыться в своей комнате. Но до самого вечера, она так и не увидела Мэгги. Катерина была хмурая, а Валентин молчаливый. Решив не мешать им. Светлана, отозвав Барона, попросила его помочь покинуть кают-компанию. Что, он незамедлительно и сделал.

Утром девочка проснулась от уже знакомого звука, стук вонзающегося в дерево дротика. Амон на своем неизменном месте - в кресле, снова метал дротик в цель.
Светлана, сладко потянувшись, вскочила с кровати. Замерла. В нескольких сантиметрах от неё, в воздухе висел дротик с направленным на неё остриём.
— Метни. — предложил Амон, указав глазами на стену.
Светлана, неуверенно протянула руку и пальчиками прикоснулась к дротику, медленно потянула на себя, и, он без сопротивления последовал за рукой. Коротко размахнувшись, послала в цель. Результат оказался плачевный. Дротик вонзился в стену на расстоянии двух ладоней от нарисованной цели, попутно, пробив ковер.
Какая-то сила выдернула дротик из стены, и снова он завис возле девочки. Она даже отшатнулась от стремительно летевшего к ней острия.
— Ещё, — коротко приказал Амон.
Но и следующий бросок не был блестящим.
— Хорошо, оставим до лучших времен. После всему научишься. — сказал Амон и, прищурившись, спросил:
— Ну, как, вчера не скучала?
— Нет. Вчера, мне кажется, никому скучно не было.
Светлана села во второе кресло, напротив Амона.
— Там, наверху, сейчас не очень поздно? — поинтересовалась она.
— Сейчас раннее утро. Признаться, я удивлен, Вашим ранним пробуждением.
— Вы меня разбудили. Может, я и до обеда проспала бы.
— Как нехорошо, — ехидно ухмыльнулся Амон. — Я тут освободился, прихожу к моей девочке, а мне тут «не дали поспать» не гостеприимно звучит. Какими словами нужно встречать хозяина? Скажи мне, что я должен был услышать, как только ты открыла глаза и увидела меня?
Светлана опешила. Помолчав, решила не связываться с ним и сказать то, что он хотел услышать:
— Доброе утро, Амон.
— Вот это другое дело, — кивнул он. — Такими словами приятно начинать новый день. Вчера Дорн беседовал с тобой...
— Откуда Вы знаете? — удивилась Светлана. — Это он вам сказал?
— Нет. Просто знаю и всё тут.
— И о чём мы говорили?
— Вот сейчас ты, мне это и расскажешь.
Он выжидающе посмотрел на Светлану. Та, беспокойно поёрзав в кресле, растерянно произнесла:
— Разговаривали… Да обо всём понемногу.
— Короче, — потребовал Амон, не сводя взгляда со смущённой девочки. Она явно не знала с чего начать.
— Разговаривали о Создателе.
— Да? И что же ты ответила? — оживился Амон.
— Ответила, что не верила, а теперь верю, что Он есть.
— И что тебя убедило в этом?
— Дорн подтвердил что он - Люцифер.
Искра изумления промелькнула в глазах Амона. Он откинулся на спинку кресла и озадаченно уставился на Светлану, по-видимому, что-то переваривая.
— Ты, потребовала от него доказательств? — Изумление все ещё светилось в его глазах. Амон покачал головой. — Какие доказательства он тебе представил?
— Дорн сказал, что он Люцифер, и я ему поверила, — пожала плечами девочка, и в свою очередь спросила: — Что в этом так удивило Вас?
— Никогда. Я подчеркиваю, никогда ещё Дорн не доказывал, таким образом, свое существование. Люди сами приходили к такому выводу, и, как правило, слишком поздно для себя. Что ещё было вчера?
— Он учил меня играть в бильярд.
— Успешно?
— Совсем нет. Но гонять шары интересно, даже если при этом не попадаешь в лузу. Потом поговорили о мире. Я согласилась с ним, что он несовершенен. Но мне показалось, что в это слово Дорн вкладывал иной смысл. Поэтому я думаю, теперешний мир всё-таки лучше того, другого, каким хочет видеть Хозяин и каким он хочет его сделать. И он строит какие-то планы относительно будущего. Он не вдавался в подробности, а я не спрашивала, однако из его слов можно сделать вывод, что он задумывает - Армагеддон.
— Хорошо звучит, не правда ли? — спросил Амон. — Вот, что нужно миру. Армагеддон, конец Света! И всё изменится и будет только один владыка - мой Хозяин!
— Будет ли людям хорошо?
— Приспособятся, — отмахнулся Амон. — Если человек не умер, то он будет жить - вот неизменная истина!
Светлана резко встала с кресла.
— Пожалуй, я умоюсь, — сказала она, уходя в соседнее помещение.
Амон снова принялся метать дротик, в ожидании, когда Светлана освободится. После, он сообщил, что в этот день она будет заниматься не с тренером, а он сам проведет с ней занятие, но не сейчас, а ближе к вечеру. Сейчас же, составят компанию Дорну в застолье. Так пожелал Хозяин.

Они очутились в полной темноте, где единственным источником света служили несколько свечей, стоявших на широком столе. Свет свечей не достигал стен помещения. Казалось, в этом мире, только и существует стол, накрытый церковной парчой, служившей скатертью. Пара золотых подсвечников и небольшой клочок ковра под ногами. Он границей четко очерчивал пространство света, дальше этой границы была тьма. Создавалось впечатление островка жизни, вокруг которого, царил непроглядный мрак. Казалось, их вышвырнули в открытый космос, и кто-то позаботился о воздухе и притяжении, но зачем-то убрал звёзды.
Тьма пришла в движение, и на ковёр ступил Люцифер.
Светлана попятилась, не узнав его в иной одежде. Спиной, наткнувшись на стоящего позади Амона, остановилась, вглядываясь в новый облик Дорна. При шпаге выглядывающей из-под чёрного плаща с алым подбоем, и одеждой напоминающей рясу, во всём чёрном. Дорн выглядел волнующе и таинственно, устрашающе грозно. Словом, видом своим он наводил страх и почтение, в ней он действительно выглядел Хозяином Ночи.
Низкий голос пронёсся над гостями и ушёл куда-то вдаль, в тёмную бесконечность.
— Садитесь за стол.
Широким жестом Дорн пригласил их к столу. Возле стола возникли три кресла и, хотя, стол был довольно широк, кресла стояли в один ряд недалеко друг от друга. Дорн сел первым посередине Подталкиваемая в спину Светлана, повинуясь указаниям Амона, села в кресло стоящее справа от сатаны, Амон занял левое. Дорн повернулся к Светлане.
— Прежде чем приступим к трапезе, нужно уладить одно дело, — повернувшись к Амону, спросил: — Амон как там насчет моего подопечного? Я обещал ему власть, но он остался недоволен. Нужно выяснить.
— Магистр, — с почтением произнёс Амон. — Человек в пути, через несколько мгновений он будет перед вами.
Несколько томительных секунд и царящую тишину разорвал крик ужаса. Это кричал возникший из ниоткуда человек. Похоже, его выдернули прямо из постели. Всклокоченный вид и нижнее бельё не могло навести на иную мысль. Смуглый с черными волосами и глазами, он походил на индийца, да и язык, на котором он лепетал, был знаком Светлане из индийских фильмов. Самый настоящий индиец стоял перед столом полуголый, трясясь мелкой дрожью, но не от холода.
«Наверное, он решил, что попал на суд. Ведь со стороны кажется, что сидящие за столом судьи. Есть чему испугаться. Вероятно, он считает, что умер и над ним вершится правосудие». - подумала Светлана. И она была права. Этот человек действительно решил, что находится на небесах.
Судьи с суровыми лицами, в чёрных одеяниях. Двое из них внушали ужас. Но когда он перевёл взгляд на третьего, в его душе зародилась надежда на благополучный исход. Ведь не может эта прекрасная девушка, со светлыми волосами и чистым одухотворенным лицом, с выражением тревоги в глазах за него! Не может желать зла. Было ощущение, что ореол святости окружает её, а за спиной можно разглядеть призрачные крылья ангела. Нет, лицо девушки не было суровым, оно выражало грусть, внимание и заботу о нём. И когда Дорн заговорил с ним резко и жёстко, человек отвечал не ему, а ангелу сидевшему с ними за одним столом. Эти глаза так внимательно и сочувственно смотрели, казалось, ловили каждое слово, но узнай, что ни одно слово сказанное им, девушке понятно не было, этот человек совсем бы упал духом. А так, он цеплялся за её ласковый взгляд, подобно утопающему за спасательный круг. Дав прибывшему минуту прийти в себя, Дорн учинил допрос:
— Ты нелестно отзываешься об имени моём. Ты - который уже принадлежишь мне, позволяешь такие вольности. Не забывай, кто твой Хозяин! И в разговорах со смертными не смей упоминать с пренебрежением имя моё! — Грозно гремел голос Сатаны и уносился в чёрную бездну.
С перекошенным страхом лицом, человек рухнул на колени, и в отчаянии протягивая руки, под горящим взглядом Дорна, лепетал объяснения. Не дослушав, Дорн прервал его. Тихо, но от этого у человека не прибавилось бодрости, спросил:
— Махмуд, знаешь, я могу призвать тебя? — голос Дорна звучал ласково, как если бы он разговаривал с ребенком. — Сделать так, что завтрашнее утро люди встретят уже без тебя? И враги твои будут торжествовать над твоим телом.
— Повелитель! Повелитель! — взвыл, мгновенно покрывшись холодным потом, Махмуд. — Прости меня! Я использовал имя твоё, дабы устрашить врагов моих! Мне строят препятствия, и я не могу их устранить! Они мешают моему восхождению к власти! Подписывая договор, я был уверен, что получу власть и буду богатым. Я богат, но они мешают мне взять власть в свои руки!
Дорн повёл рукой.
— Всего-то! Укажи моему посланнику этих людей. И впредь не смей кидаться именем моим, иначе, срок договора может заметно сократиться.
Затем, обращаясь к Амону, распорядился:
— Последуешь за ним, разберёшься.
Вскочив с кресла, Амон исчез. Исчез и полуголый человек, бормотавший слова благодарности.
Дорн повернулся к Светлане.
— Пока Амон отсутствует, я покажу кое-что.
Дорн положил на стол колоду карт. Так поначалу решила девочка, но, приглядевшись, обнаружила, что вся колода состоит из картинок, и все они находятся в постоянном движении, как будто маленькие экраны были вставлены в них. Дорн вытащив несколько карт из колоды, показал Светлане. В каждой карте незримая камера преследовала одного человека, где бы он ни находился. В квартире, в бассейне, спящий, выступающий на трибуне, просто переходящий улицу или пьющий в баре. В некоторых картах были и женщины. Светлане особенно запомнилась одна, на карте помеченной девяткой пик, в зелёной маске на лице, голая, развалившись на диване, она весело болтала по телефону. Карты были беззвучными, словно немое кино. Дорн показывая всё новые и новые живые картинки, объяснил:
— Люди, которых ты сейчас видишь, существуют в реальном мире, и прямо сейчас. За свою жизнь, они ничего примечательного не совершили. Впрочем, если они появились тут, то, по крайней мере, для одной инстанции они представляют определённый интерес. Среди них есть убийцы, маньяки, садисты, словом, в будущем, если они не изменяться, попадут в моё царство. Вот эти, которых я показал, войдут в мой мир через несколько минут. Они живут последние мгновения.
Люцифер указал на шестерку треф, там угрюмый, седой мужчина чистил пистолет.
— Он выстрелит в себя. Случайно разумеется, для него. А вот этот, сгорит заживо в машине, её занесёт на повороте. Что сделаешь, слишком большая скорость. — Тот, о ком он говорил уже садился в серый ягуар. На дальнем плане виднелась горная дорога. Там он и встретит свой конец.— Её задавит автобус. А вот эту девушку, просто, вытолкнут в окно, и лететь ей придется тринадцать этажей, — Дорн хмыкнул. — Роковая цифра.
Молодая девушка, на карте дамы червей, вышла из машины, прошла в высотное здание и с нетерпением нажимала кнопку вызова лифта.
— Хочешь сыграть в карты? Ставка - жизнь этих людей, — неожиданно предложил Дорн. — Та карта, которая выиграет, даст возможность человеку исправить свою жизнь в лучшую сторону.
— Но, как может спастись мужчина с пистолетом? — удивилась девочка.
— Элементарно - осечка.
— А девушка с тринадцатого этажа?
— Сломается лифт и она разминется с убийцей. Любой человек на карте может избежать смерти, до которой кстати, остались считанные минуты. Хочешь дать шанс обреченному?
Светлана молча вглядывалась в карты. Жизнь там продолжалась, люди двигались, ели, смеялись, разговаривали, но последние песчинки часов их жизни, неумолимо падали вниз.
— Да, я хочу дать шанс, хоть одному. Но тут проблема, я не играю в карты. Не умею, а учиться, по-видимому, нет времени.
— Мелочи, — махнул рукой Дорн. — Карты всё время пополняются. Уйдёт один, тут же появится другой.
— Можно просто помиловать, без игры в карты?
— Разве так интересно? — удивился Сатана. — Где азарт и чувство риска? Карта, изменившая ход игры получает приз - жизнь и возможность исправить её в лучшую сторону. А я потеряю одну из душ. Я так понимаю, собственноручно умертвить у тебя желания не возникнет, или я ошибаюсь? — Дорн прищурившись с лёгкой усмешкой, посмотрел на потрясённую девочку.
Отпрянув, Светлана отрицательно покачала головой. Новая идея осветила её глаза надеждой.
— Сир? Может можно сделать исключение, и без игры сотворить чудо?
Дорн скривился в усмешке, с иронией посмотрел на ней и, покачав головой, произнес:
— Везде милосердие, и никуда от него не деться. Хорошо. И кого же ты хочешь помиловать? Я подарю тебе одну из карт моей колоды. Сразу предупреждаю, даже если я его и помилую, то это не значит, что он избежит своей участи. Для этого человеку необходимо измениться самому, и ты дашь ему на это время. Так кого?
— Перевернём рубашкой вверх. Я выберу наугад.
Взяв первую попавшуюся, перевернула. На валете треф виднелась уже знакомая горная дорога, и серый ягуар мчался по узкой дороге над пропастью.
Дорн взяв карту, покрутил её в пальцах внимательно, словно запоминая, всмотрелся в счастливчика, убрал карту в колоду.
— Ну что ж, этот человек получит шанс. Возможно, он им воспользуется. Колода карт исчезла со стола. — Нужно научить тебя играть в карты. А то так и придётся, заниматься милосердием, а это уже никуда не годится.

Тэд мчался по дороге, выжимая из серого ягуара всю мощь и скорость, на которую тот был способен. Мелькнул знак сужения дороги. Знак опасности дошел до его сознания на следующем повороте. Тэд сбросил скорость. Поздно. На него шла встречная машина - огромный рефрижератор. Вдавив тормоза до упора, Тэд попытался, вывернуть руль, обойти надвигающуюся громаду.
Завизжали тормоза. Машину занесло. Сорвав зеркало у ягуара, рефрижератор унёсся, скрывшись за поворотом.
Тэд с трудом вылез из машины. Ноги от пережитого, чудовищного напряжение не держали. Облокотившись о капот, осмотрел машину. Правое переднее колесо висело над тридцатиметровой пропастью, ещё немного вращаясь. В воздухе висел запах горелой резины. Чёрный след, начинавшийся от поворота, обрывался у колёс машины.
Вытерев, внезапно задрожавшей рукой, пот, Тэд вознёс благодарную молитву небесам за чудесное спасение. Тормоза оказались на редкость надёжными, иначе, при такой скорости лежать бы его ягуару в пропасти, пролетев по инерции ещё десяток метров по воздуху. Ну, как тут не поверить в чудо! Все-таки есть Бог на Земле!

— Сир! Дело сделано, — сообщил Амон материализовавшись на ковре. — Все улажено. Враги устранены
— Расскажи, каким образом от них избавились. — Дорн повернулся к Светлане. — Не всегда убийство является единственным способом убрать кого-нибудь с дороги. Есть и другие, не менее эффективные способы и возможности. Амон, изложи поподробнее, и мы приступим к трапезе.
— Что тут рассказывать, — пожал плечами Амон, — по одному делу сейчас девица в участке дает показания об изнасиловании. За деньги найдутся и пострадавшие и свидетели. Может и не посадят, но репутация будет испорчена. По второму делу уже обыскивают дом подозреваемого сбытчика героина. И найдут героин в достаточном количестве, для громкого судебного процесса. Решетка обеспечена, заметь без убийств, мы достигли желаемого результата. Махмуд получит власть, без претендентов на неё. Он будет единственным кандидатом на высокий пост, и будет творить на этом посту только «добро» на благо своему Хозяину.
— Хорошо сработано, — кивнул Дорн, — теперь приступим к трапезе.
После его слов на столе, среди свечей, появились блюда и напитки в кувшинах. На островке света началось застолье, незримые силы прислуживали им.
— Амон, — обратился Дорн, — объясни, почему нет кинжала в ножнах у нашей девочки. Какими соображениями ты руководствовался?
Светлана с удивлением ждала ответ Амона. До этого разговора, она воспринимала пустые ножны как украшение, а оказывается дело здесь совсем в другом. Амон развёл руками.
— Сир, я не уверен до конца ли она с нами. И дело не в том, опасаюсь ли я давать ей оружие, это ерунда. С оружием никакой опасности она не представляет. Я имею в виду другое.
— Я догадываюсь, о чём ты. — задумчиво произнес Дорн. — Конечно, в твоём понимании, вручить человеку кинжал, означало бы признать его равным себе, что-то похожее на узы дружбы, будет связывать вас. Я прав? — Амон соглашаясь, склонил голову. Дорн продолжил: — Ты ставишь под сомнение такую возможность?
Амон снова соглашаясь, кивнул. Его глаза вспыхнули, когда он посмотрел на изумленную девочку.
— Может возникнуть ситуация, и мне придется убить. Но если я вручу кинжал, то по своим законам я сам уже не смогу этого сделать. Убить должен будет кто-то другой. Но я отвечаю за неё, она под моей опёкой, и наказать могу только я, и никто другой.
Дорн понимающе кивнул.
— Да, может возникнуть замкнутый круг, нужно наказать, а наказать не можешь, так как лично вручил ей оружие. Хорошо, Амон. Я исправлю ситуацию, и дам оружие. Она по-прежнему останется под твоей опекой. Со временем ты сам вручишь оружие, когда будешь уверен, что время настало.
— Благодарю магистр, — склонил голову Амон, прижимая правую руку к груди. — Теперь порядок будет соблюдён.
— Не стоит, — отмахнулся Дорн, — мне доставит удовольствие, сделать этот маленький подарок девочке. Пусть кинжал послужит небольшой компенсацией за неприятности, которые с ней произошли за короткое время, проведенное с нами на корабле. Светлана, возьми этот стилет, он на время заменит тебе отсутствующий кинжал, и займёт пустующие ножны. Это не просто оружие, а нечто большее. А что именно, со временем, возможно, узнаешь.
Светлана взяла из рук Дорна протянутое ей оружие. При свете свеч, с интересом принялась разглядывать его. По ручке стилета шла гравировка рун, символов. Ручка была костяной, а глубокие письмена залиты золотом. Лезвие было тонким, острым и трёхгранным. Отличной полировки. Под падающим светом, стилет отливал разными цветами, то становился тёмным как застывшая кровь, то огоньки пробегали по лезвию, делая его ослепительно белым. Отбрасывая мысль, что ручка стилета может быть сделана из кости человека, Светлана вложила его в висевшие на боку ножны, и ощутила их непривычную тяжесть.
Амон одобрительно цокнул.
— Отличное оружие, не правда ли? Острое и узкое, оно отлично входит в тело. Что ещё требуется от стилета, даже если он и служит украшением.
Немного поколебавшись, Светлана всё-таки спросила:
— Ручка стилета костяная?
— Ты уже догадалась, — усмехнулся Амон. — Ты правильно решила, что эта не простая кость, но не нужно так пугаться, она не причинит тебе вреда.
Дорн мягко рассмеялся над испугом девочки. Хлопнул в ладони, уничтожая остатки пиршества, сказал Амону:
— Общение с вами приятно, но меня ждут дела. А вы идите, развлекайтесь, сдаётся мне сейчас на палубе идет представление.
Дорн исчез.
(продолжение следует)
Всего комментариев: 0
avatar
25
Свернуть
Развернуть чат
Необходима авторизация
0