Главная » 2016 » Апрель » 2 » Расклад мадам Ленорман. Часть 7.

Расклад мадам Ленорман. Часть 7.

Автор материала:
...
Логин на сайте: ...
Группа: ...
Статус: ...
О материале:
Дата добавления материала: 02.04.2016 в 23:07
Материал просмотрен: 88 раз
Категория материала: Детективы
К материалу оставлено: 0 комментариев
***
Красные от недосыпа глаза Бруклина слипались. Он сидел на скамейке в парке, вытягивая ленивыми глотками остывшее кофе, и наблюдал за прохожими.
Два старика в одинаковых шляпах и светлых куртках разложили на соседней скамейке шахматы и медлительно передвигали фигуры, с искренними переживаниями, обсуждая события в Ираке.
Еще один моложавый мужчина лет сорока пяти стоял у большого дерева с широким стволом, читая газету, и периодически хмурился.
Пара девушек нарезала круги по аллее, одна из которых совершенно не умела бегать и перебирала ногами, как неуклюжий медвежонок, пытающийся влезть на сосну.
Молодая мама с коляской-бронетранспортером медленно вышагивала по узкой тропинке между деревьями, заглядываясь на вершины деревьев и прячущихся в них птиц, рассказывая что-то увлекательное по телефону своему собеседнику.
Парень и девушка, очевидно, сбежавшие из школы, наслаждались обществом друг друга неподалеку от Бруклина.
Бруклин допил кофе, выкинул стаканчик и, прищурившись, посмотрел вглубь парка. Там, прижавшись к одному из деревьев, стояла женщина. Ее длинная юбка собрала остатки листвы и покрылась серо-зеленой пылью. Женщина обняла ствол дерева, будто это был ее возлюбленный, которого она встретила после долгой разлуки.
Бруклин внимательно осмотрел ее, а затем пошел следом. Ее выкрашенная в неестественно красный цвет голова маяком мелькнула между деревьями, и Бруклин прибавил шаг.
Он уже хотел окликнуть ее, но вовремя остановился. Мужчина встал в воротах парка и посмотрел, как женщина перескочила через дорогу и зашла в магазин. Бруклин поднял глаза. Вывеска, не горящая днем, гласила: «Магазин Мадам Ленорман». Бруклин чуть ли не в голос рассмеялся, вышел на тротуар, поймал такси и, еще обернувшись на магазин, уехал.
Уже в машине он долго думал над тем, что двигает людьми, идущими за помощью к магам и гадалкам. Иногда он тоже чувствовал подобное желание, страсть узнать свое будущее была такой горячей, что жгла в груди и стучала, пытаясь вырваться наружу. Бруклин закрыл глаза и сложил руки на груди. На улице начался дождь, который как капризный ребенок хныкал с небес. Бруклин погрузился в мечты, отбивающие ритм на стекле такси.

***
-Мне нужен мистер Рудетта. Он сам вызвал меня.
-Доктор Рудетта сейчас на обходе. – Девушка за стойкой посмотрела на расписание, потом на часы. – А вот и он! – Она указала вперед по коридору.
Макмайер мило улыбнулся дежурной сестре, вызвав у нее смущенный румянец, и направился к врачу, который стоял в коридоре, дружелюбно беседуя с одним из пациентов. Увидев журналиста, он быстро распрощался с собеседником и, приветливо улыбаясь, пошел навстречу.
-Рад видеть Вас, мистер Макмайер.
Мужчины пожали друг другу руки.
-Есть разговор? – Предположил журналист.
Рудетта обернулся и, заметив внимание медсестры, стоящей неподалеку, повел журналиста в кабинет.
-Лучше поговорить наедине. – Ответил он.
Когда они вошли в кабинет врача, тот сразу предложил гостю выпить, но журналист, на этот раз, брезгливо поморщился.
-Спасибо. Я решил не пить по утрам. – Ответил он.
Врач усмехнулся.
-Отличное решение. Если бы его приняли мои пациенты несколько лет назад, я бы остался без работы.
Макмайер натянуто улыбнулся.
-Так о чем Вы хотели поговорить?
Рудетта сел на свое место и скрестил руки на столе.
-Вы пишете книгу?
Макмайер неопределенно покачал головой.
-Продолжаю, но пока не очень активно. – Он быстро посмотрел на врача и добавил: - Времени нет.
Доктор с пониманием кивнул.
-Может быть, после сегодняшней истории, время и вдохновение пожалуют.
Рудетта загадочно улыбнулся. Макмайер поерзал на стуле, но мимика его оставалась каменной. Он терпеливо ждал продолжения.
-Знаете, я верю в чудесную силу гипноза. – Рудетта повернулся спиной к журналисту и лицом к окну. – Я очень часто его применяю в своей терапии и действительно верю, что он может помочь. Эту веру я доношу своим пациентам.
-Мистер Рудетта, Вы не могли бы… - Макмайер нетерпеливо поморщился и начал нервно дергать ногой, но Рудетта не обращал на него внимания.
-Но у этого есть обратная сторона медали. Они так много говорят, часто не то, что нужно. Но я не могу их остановить. Они так много говорят. – Он покачал головой и надменным недовольством. – Я даже не всегда могу слушать. Но я всегда верю им.
Рудетта повернулся лицом к журналисту и всмотрелся в его лицо. Макмайер хотел улыбнуться, но у него получилась такая вымученная мина, что Рудетта мог бы подумать, что у него защемление лицевого нерва.
-Вы слышали о маньяке, который убивает гадалок?
Макмайер кивнул.
Рудетта снова отвернулся к окну, будто не мог рассказывать свои наблюдения, глядя кому-то в лицо.
-Я знаю одну девушку, которая настолько глубоко влипла в свою собственную иллюзию, вызываемую героином, что теперь срывает ярость на других. Она пришла ко мне потому что ее отец был слишком жесток с ней. Он не любил и не заботился о ней, он не сочувствовал ей, не жалел ее, не чувствовал ее. Она не могла больше терпеть черствость этого человека и решила уйти в другой, ирреальный мир, где ее любят, где любит она и где она сама себе принадлежит.
-Давно она на героине? – Перебил его Макмайер.
Рудетта снова проигнорировал его вопрос.
-Она рано потеряла мать, и все время искала оправдание этому. Она не могла понять, почему жизнь так несправедливо обошлась с ней. Она не могла найти ответа в чем-то объективном, и пошла туда, где можно найти ответы на все.
Макмайер раскрыл рот, но тут же понял, что его все равно не услышат.
-Она обратилась к гадалке. – Ответил на его незаданный вопрос Рудетта. – И ответ ее не устроил.
Он снова повернулся к Макмайеру.
-Понимаете? – Переспросил он.
-Как ее зовут? – Только уточнил журналист.
Рудетта долго посмотрел на собеседника.
-Мелисса Штейн.

***
Под Доннованом уже готов был загореться стул от его волнения по поводу скорого прихода Кетрин. Его коллега с хитрой усмешкой наблюдал за страданиями Доннована.
-Ты как ребенок, который ждет Сочельник. – Насмешливо заметил он.
-Ты бы лучше помолчал и, наконец, представил отчет Теренсу по делу Фаллена.
Коллега оскалился.
-Здравствуйте!
Кетрин сияющее улыбнулась. Доннован готов был улететь на своем стуле на Марс за такую улыбку.
«Если бы ты улыбалась так каждый день только для меня…», - подумал он и тут же усмехнулся: «Не будь таким эгоистом. Она улыбается всем».
-Вы что-то нашли? – Поинтересовалась Кет.
От нее пахло цветами и мандаринами. Доннован прикрыл глаза на секунду.
-Агент Доннован? – Побеспокоилась Кетрин и прикоснулась к его плечу.
Мужчина издал судорожный тяжелый вздох и открыл глаза.
-Простите, просто я устал. Очень много работы.
Кетрин улыбнулась сочувственно.
-Понимаю. Так Вы что-то нашли?
Ее рука опустилась с его плеча, и Доннован жалобно проследил ее путь, наблюдая за тонкими длинными пальцами.
-Да, агент Робинсон. – Он вернулся к микроскопу и подвинул его Кетрин. – посмотрите.
Кетрин наклонилась и посмотрела в увеличительные стекла.
-Что это? – Переспросила она, увидев незнакомые для себя частицы.
-Это микрочастицы, которые мы нашли на теле убитой Анжелы Вэйн. Я сравнил их с теми частицами, которые мы нашли на теле первой жертвы.
Кетрин приподняла бровь.
-Они совпадают? – Предположила она.
Доннован заменил образцы под микроскопом и снова подвинул его женщине.
-Смотрите сами.
Кетрин снова посмотрела. Даже не эксперту было понятно, что они идентичны.
-То есть…
-То есть наше предположение о двух убийцах начинает рассыпаться. – Закончил за нее Доннован.
Его маленькие круглые глаза ярко засветились.
Кетрин закрыла глаза рукой.
-Я не понимаю, почему. – Она положила одну руку на стол рядом с рукой Доннована, и тот соблазнительно посмотрел на ее кисть, желая прикоснуться.
-Я не понимаю, почему. – Повторила она. – Если убийца один, если он… То… - Она заикалась, не находя объяснений. – Почему?! – Широко распахнув глаза, она посмотрела на Доннована.
Тот быстро отвел свою руку, которую медленно приближал к ее и вздрогнул. Кетрин даже не обратила внимания на его манипуляции.
-Я, - он потерянно посмотрел на женщину, - я не знаю, Кетрин.
Робинсон удрученно выдохнула.
-Ладно, мне пора. – Она забрала отчет Доннована и, снова ярко улыбнувшись, вышла.
Запах цветов и мандаринов остался надолго.

***
-Послушай, я не хочу тебя лечить, но ты же сам сказал, что хочешь поставить точку.
-Я был пьян.
Оливер собрал всю волю в кулак, чтобы эти самым кулаком не заехать Питеру в челюсть.
-Я просто не понимал, что говорю. – Оправдывался Марлини.
-Ты никогда не понимаешь, что говоришь! – Выкрикнул Оливер.
-Что с вами двумя?!
Кетрин стояла в дверях кабинета в позе надменной, недовольной учительницы, которая прямо сейчас готова была за уши оттащить своих нерадивых учеников к директору.
-Ничего! – Ответили они в голос и разошлись по углам кабинета. – Что у тебя? – Спросил Оливер.
Кетрин раскрыла отчет Доннована и отдала его коллеге.
-Кажется, что мы окончательно запутались. Раннее предположение об убийце и подражателе рассыпается также быстро, как и возникло. – Женщина увидела немой вопрос на лицах напарников и поспешила пояснить: - На месте убийств первой жертвы и Анжелы Вэйн, которые, вроде бы, должны были быть убиты разными людьми, нашли абсолютно идентичные следы, которые принадлежат одному и тому же лицу и оставлены они были за несколько минут до смерти, что говорит о присутствии этого человека в момент убийства на месте преступления, а значит…
-А значит, убивал один и тот же человек. – Перебил ее Питер.
Кетрин кивнула и, перехватив дыхание, продолжила.
-Конечно, можно предположить, что убийцы два и действуют они вместе, но…
-Это также реально, как факт высадки на Марс завтра утром. – Снова перебил ее Марлини. – Маньяки почти никогда не действуют в паре, а если и делают это, то всегда убивают быстро, без долгих наблюдений. – Он обошел Кетрин и налил себе кофе. – Вряд ли маньяк решил взять себе подмастерье.
Кетрин отчаянно выдохнула и рухнула на кресло перед столом Питера.
-Я тогда вообще не понимаю, зачем убивать, а потом делать вид, что у тебя есть подражатель? Ради собственного самолюбия?
Марлини сел перед ней за свой стол.
-Всем приятно, когда есть поклонник. – Загадочно ответил он и искоса посмотрел на женщину.
Кетрин поджала губы, но ничего не ответила.
-Кроме того, все величайшие убийцы прошлого имели своих подражателей и неоднократно становились кумирами психопатов, желающий превзойти по значимости своих предшественников: Петер Кюртен, Генри Ли Лукас, Доктор Холмс и так далее. Список может быть бесконечен. – Продолжил Марлини обывательским тоном.
-Они пытаются привлечь к себе внимание, пытаются добиться славы самым изощренным способом. – Добавил Оливер, подойдя к напарникам и встав за спиной Кетрин.
-Стать кумиром и есть показатель признания? – Недоуменно переспросила Кетрин.
Питер пожал плечами.
-У каждого свои способы. Не всем же строить глазки всем прохожим. Не у каждого красивые глаза. – Его голос был пропитан горечью и ядом.
Кетрин посмотрела на него с нескрываемым презрением и яростью. Питера прошиб пот от ее взгляда исподлобья. Она смотрела долго, не отрывая глаз от него, пробирая до костей своим холодным, бирюзово-ледяным взглядом, который мог бы заморозить Гибралтар.
Он понимал, что должен остановиться, но его, что называется, несло.
-Ну, у кого-то и мозгов нет, им же это не мешает работать. – Произнесла Кетрин сквозь зубы.
Оливер сделал робкую попытку вернуть разговор в рабочее русло:
-Некоторые серийные убийцы до того жаждут «добиться славы», что приходят в настоящее буйство, если их преступления не встречают должной оценки. Они считают, что если они просто убивают, этого не достаточно. – Оливер прокашлялся, встал между агентами и посмотрел на Питера, так чтобы Кет не заметила его взгляда.
Он взглядом приказал ему не продолжать разговор, который грозит привести к новому убийству. Но Марлини не обратил внимания на Нолла.
-То есть преступник решил создать себе образ почитаемого «Джека Потрошителя» сам, пока на него никто не обратил внимания? – Переспросила Кет, повернувшись к Оливеру. Она из всех сил пыталась не смотреть на Питера, но его прожигающий злорадный взгляд говорил, что сегодня ничего не закончится просто так.
-Я надеюсь, что какой-нибудь подросток из Алабамы, не повесил еще портрет нашего маньяка вместо постера с Ханом Соло . – Ответил Нолл.
Телефон в кабинете зазвонил, и Марлини быстро поднял трубку.
-Да. Агент Марлини. Что?! Когда?! Черт, что с ним?! Да, мы уже едем.
Кетрин и Оливер уставились на Питера, когда тот схватил пиджак. Он ответил им уже в дверях:
-Пол Рейс умер в камере.

***
Люди боятся сказать, что думают. Люди боятся общества, которое всегда будет смотреть на них с осуждением. Люди боятся быть счастливыми. Люди выбирают тех, кому они не нужны, потому что другие люди видят в этом престиж. Люди отвергают тех, кому нужны, потому что думают, что все несерьезно. Люди сами делают свои отношения фикцией. Просто попросите сказать правду. Просто скажите правду. Просто задайте себе вопрос: «Почему нет?» Если в ответ на Ваше «почему» Вы думаете о том, что Вас осудят, значит, Вы еще не готовы.
Больше всего Штейн теперь хотел услышать правду и сказать ее. Сказать своей дочери, что она любима. Услышать, что она любяща. Обнять ее. При всех. Расплакаться. Рассмеяться. Не натянуто и фальшиво, а по-настоящему. Искренне.
Штейн положил голову на руки и опустил их на стол.
-Профессор Штейн?
Если бы не острие скрепки, врезавшееся ему в руку, Штейн подумал бы, что ему все снится. Он нехотя поднялся, оторвал прилипшую скрепку от ребра ладони и посмотрел на двери.
На входе в кабинет стоял молодой человек с приветливой, но слащавой улыбкой, в костюме, и с блокнотом в руках.
-Кто Вы? – Если бы Штейн не помнил всех своих студентов, он бы подумал, что это один из них.
-Меня зовут Брэдли Макмайер. – Мужчина сделал несколько шагов в сторону Штейна и протянул ему визитку.
Профессор без интереса посмотрел на нее, прочтя все, что было указано и все с тем же вопросом в глазах, который был скорее необходимостью, чем любопытством.
-И что нужно репортеру в моем кабинете? – Спросил он, как мог вежливо.
-Я по личному вопросу.
Макмайер почувствовал себя увереннее, произнеся эти слова, и бесцеремонно сел на стул, напротив стола профессора.
-По личному? – Штейн уже боялся спрашивать дальше.
Макмайер кивнул.
-На счет Вашей дочери.
Штейн мгновенно перегнулся через свой стол и схватил журналиста за лацканы пиджака.
-Мелиссы?! Что с ней?! Вы знаете, где она?! Она у Вас?! Что с ней?! – Он кричал так оглушительно, что Брэдли боялся как бы весь университет не сбежался.
-Успокойтесь.
Он отвел руки профессора от себя и отклонился назад.
-Я понятия не имею, где Ваша дочь, но знаю, где ее можно искать.
Штейн прищурился и пристально посмотрел на журналиста. Он понимал, что ничего в этом мире не дается просто так.
-Что Вы хотите от меня? – Спросил он, садясь обратно на свое место.
Макмайер улыбнулся догадливости профессора.
-Ваше официальное разрешение на написание книги.
-Какой, к черту, книги?! – Разъяренно спросил Штейн.
-Обычной. – Спокойно ответил Макмайер. – Книги о Вашей дочери и ее друзьях. И о том, как она убивала людей.
Штейн раскрыл рот, не зная как реагировать на слова журналиста. Он понимал, что рано или поздно все раскроется, но не думал, что правду ему кинут в лицо как мокрую тряпку.
-Что Вы несете? – Пытался придать спокойствия своему голосу мужчина.
-Что я несу? Правду. Ведь это она убивает гадалок? – Надменно произнес Брэдли.
Штейн посмотрел в глаза мужчины напротив. Его серые, лунного цвета глаза не двигались и сосредоточенно смотрели на Штейна. Они горели огнем страсти. Страсти человека, который хочет открыть правду, но хочет получить за это не только признание, но и нечто материальное.
-Какую правду и что Вы за нее хотите?
Журналист снова улыбнулся.
-Послушайте, я же не собираюсь писать настоящие имена. Я просто хочу написать стоящий детектив. Вот и все.
-Детектив?! – Надтреснуто рассмеявшись, переспросил Штейн. – Моя дочь не будет куклой для игры неудавшегося писаки.
Брэдли протер лоб ладонью.
-Послушайте, я ведь не требую от Вас признания моего таланта…
Профессор фыркнул.
-Или бездарности, - продолжил журналист, - я просто хочу, чтобы Вы рассказали мне все, что знаете, не препятствовали моему изданию и тогда я помогу найти Мелиссу. Как Вы понимаете, я тоже заинтересован в этом. Ведь она – моя героиня.
Штейн молчал, обдумывая предложение. Что он теряет? Что найдет? Что готов заплатить? Что готов отдать просто так?
-Или ее найдет ФБР. Я слышал, этим заняты очень интересные люди. – Добавил журналист.
Штейн издал тяжелый грудной вздох и обмяк на кресле, принимая неизбежное.
-Где ее искать?

***
Дождь не мог помешать ей. Мелисса укрылась за кустами сирени, по другую сторону от паркового забора и терпеливо ждала. Ее волосы и одежда намокли и прилипали к телу, но девушка не обращала на это никакого внимания. Она почти не моргала, смотря за дверями магазина «Мадам Ленорман». Посетители были редкими, но если и заходили, то оставались там подолгу. Мелисса провожала каждого жалостливым взглядом, смотрела какими напряженными они входили внутрь и какими воодушевленными выходили. Девушка усмехнулась про себя: если бы то светлое будущее, которое рисовали псевдоэкстрасенсы своим клиентам, становилось реальностью, мир бы задохся в приступе доброты.
Мелисса снова посмотрела на дверь магазина. Хозяйка вышла оттуда, явно удовлетворенная сегодняшней работой. Мелисса подождала немного, пока та закроет магазин и отойдет на несколько метров. Несмотря на дождь, гадалка не стала брать такси, и пошла пешком до станции метро.
Мелисса не хотела выходить из своего укрытия и лениво поплелась по другой стороне тротуара, боковым зрением смотря за объектом своей слежки.
Гадалка свернула за угол, прошла еще квартал, зашла в булочную, где купила несколько круассанов с разными начинками и спустилась в метро. Мелисса чуть было не потеряла ее, но вовремя сориентировалась и забежала в вагон. Гадалка стояла лицом к окну и могла лишь видеть отражение Мисси в стекле. Если бы была более внимательна.
Женщины сошла через несколько станций и, когда поднялись наверх, дождь уже прекратился. До дома гадалки оставалось совсем недалеко и Мелисса, уже уставшая от этих гонок, решила остановиться. Она спряталась за фонарем и достала сигареты. Те насквозь промокли, и девушка выбросила их в урну рядом.
Гадалка зашла в подъезд. Мелисса перегнулась через дорожное ограждение, чтобы еще раз убедится в своих наблюдениях и, прождав еще пару минут, пошла обратно.

***
-Тебе хоть сказали, что с ним произошло?
Оливер, Кетрин и Питер почти бежали по коридору тюрьмы, спеша к камере Пола Рейса.
-Агенты ФБР? – Спросил охранник в дверях, и напарники одновременно показали ему свои удостоверения.
Барбара уже снимала перчатки, смотря как накрывают еще теплый труп простыней.
-Честно говоря, я уже замоталась бегать по трупам. У меня не то положение…, - пожаловалась Барбара. – И я устала видеть своего мужа на выездах чаще, чем дома.
Они с Оливером быстро поцеловались и устало улыбнулись друг другу.
-Что с ним? – Поинтересовался Питер.
Барбара скривила губы.
-Умер своей смертью. Я, конечно, возьму все анализы, но сдается мне, что тут рак – единственный убийца.
Марлини недовольно выдохнул и закрыл лицо руками.
-Мы даже допросить его толком не успели.
-А что с тем убитым, другом Анжелы? – Спросила Барбара.
Агенты вышли из камеры, и она махнула санитарам, чтобы они забирали тело.
-Его настоящее имя Роберт Фемистоколос. Родители переехали в Америку из Греции в 1994 году. С 1997 года был замечен в компании крупного наркодиллера, тоже грека, Демиса Энтополуса, но в полицейских базах никогда не светился. Скорее всего, был мелкой пешкой у этого Энтополуса. Квартиры менял часто, на работу устраивался для прикрытия. Единственным постоянным местом пребывания был тот мотель, где он виделся с Анжелой. Кстати, видимо, был против ее увлечения картами.
-Выяснили, кто приходил к нему накануне?
Питер подошел к машине и, открыв дверь со стороны водителя, облокотился на крышу.
-Нет. Техники сейчас просмотрят записи с камер видеонаблюдения с соседнего супермаркета, может, что-то выяснится.
Коллеги переглянулись.
-Что теперь? – Спустя долгую паузу раздумий, спросила Кетрин.
-Теперь…, - задумчиво произнес Питер, - теперь надо поговорить с Мелиссой Штейн, пока она еще жива.

***
С крыши небоскреба город выглядел куда лучше. Может быть дело было в том, что людей почти не было видно, а небо, словно, лежало у тебя на плечах.
Штейн стоял у перил остекленной панорамной площадки и рассматривал верхушки других высоток.
-Она вчера виделась со своим другом – Бруклином Джозефом. По всем адресам, которые Вы мне дали ее нет.
Журналист встал рядом с профессором и отдал ему картонный стаканчик с кофе.
-Бруклин Джозеф. – Повторил Штейн. – Он мой студент.
Журналист заинтересовано посмотрел на профессора. Тот по-прежнему се свое внимание дарил пейзажу за окном. Его напускное безучастие стало раздражать Макмайера.
-Вы вообще хотите ее найти? – Выплеснул он.
Штейн резко развернулся, схватил Макмайера за грудки и прижал к перилам.
-Не смей! Никогда, черт бы тебя побрал, не смей говорить мне подобное! Мелисса – все, что у меня есть. И я найду ее, с тобой или без тебя.
-Мистер Штейн?
За спинами мужчин раздался настороженный голос, и профессор с журналистом обернулись. Макмайер увидел уже знакомую ему агента Робинсон с двумя мужчинами, видимо, ее коллегами. Он высвободился из захвата профессора и протянул руку агенту.
-Агент Робинсон. – Слащаво поприветствовал он женщину.
-Мистер Макмайер. – Хладнокровно подтвердила та.
Она повернулась к коллегам и поспешила объяснить:
-Это тот журналист, о котором я вам говорила.
Оливер безучастно кивнул, а Марлини нахмурился.
-Что-то произошло? – Спросил Оливер, напоминая об инциденте между Штейном и журналистом.
-Нет-нет! – Мгновенно заверил его журналист. – Просто мистер Штейн очень расстроен пропажей дочери.
-Пропажей?! – В голос воскликнули агенты.
Профессор и журналист переглянулись. Их тайна, кажется, грозила раскрыться по их собственной воле.
-Мелисса несколько дней не появлялась ни дома, ни в университете. – Попытался обойти скользкую тему Штейн.
-Вы обратились в полицию? – Задала банальный вопрос Кетрин.
Штейн посмотрел на журналиста с немой просьбой в глазах помочь ему освободиться от этих агентов.
-Нет. Мелисса совершеннолетняя и вполне может позаботиться о себе. – Ответил он неуверенно.
-Но, тем не менее, Вы расстроены ее исчезновением. – Заключил Марлини.
Профессор странно посмотрел на него и хрипло спросил:
-Агент, у Вас есть дети?
Марлини бросил беглый взгляд на Кетрин, которая тут же отвела глаза.
-Да. Дочь. Рейчел. Ей почти два года.
Штейн ядовито улыбнулся, но в глазах его светилось соучастие. Он моментально расположился к человеку, который мог бы его понять не просто со стороны, а с той же высоты, на которой стоял и сам профессор.
-Тогда представьте, что ей двадцать и она ушла не предупредив. И Вы даже не знаете с кем она.
Марлини сжал челюсть и на скулах проступили желваки. Кетрин обреченно вздохнула. Оба родителя явственно представили, что до такой картины не так уж и далеко.
-Тогда почему Вы не обратились в полицию? – Недоуменно спросила Кет. – Сколько дней прошло?
-Не так долго.
Штейн промолчал еще немного, потом крепко схватился за перила и покачнулся вперед, будто хотел одним полетом с высоты панорамной площадки решить все проблемы.
Агенты обернулись к Макмайеру, желая хотя бы от него получить часть ответов.
-Я думаю, сегодня разговора не получиться. – Ответил он.
-Нет! – Оборвал его профессор. – Я все расскажу. – Он огляделся и увидел несколько свободных столиков. – Давайте сядем.
На лице журналиста отразилась неподдельная паника. Казалось, что он готов взорвать небоскреб лишь бы тайна, которую раскрыл ему Штейн, оставалась только его владением.
Всего комментариев: 0
avatar
45
Свернуть
Развернуть чат
Необходима авторизация
0