Главная » 2016 » Апрель » 2 » Расклад мадам Ленорман. Часть 9.

Расклад мадам Ленорман. Часть 9.

Автор материала:
...
Логин на сайте: ...
Группа: ...
Статус: ...
О материале:
Дата добавления материала: 02.04.2016 в 23:08
Материал просмотрен: 90 раз
Категория материала: Детективы
К материалу оставлено: 0 комментариев
***
Бруклин ожидал, что Мелисса не станет его дожидаться и уйдет раньше, чем он проснется. В какой-то мере, он именно этого и хотел, но теперь он с напряжением думал о том, куда она могла бы пойти и самое главное – зачем. Самое простое объяснение, которое он и дал тому журналисту – она вернулась к отцу, но, возможно, это было не столько объяснение, сколько самоуспокоение.
Он прошел пешком до своего дома, хотя дождь вряд ли способствовал долгой прогулке. Тюбетейка вряд ли могла защитить от того ливня, который опустился на город, да и Бруклин не искал укрытия.
Он зашел в подъезд, стряхнул с одежды капли воды и остановился на пороге.
Темный силуэт, промелькнувший между этажами, нагнал на парня волну страха. Знакомая фигура в простой рабочей одежде никак не вязалась со всем происходящим. Бруклин побежал вперед и поднимался все вышел и выше, вслед за странной фигурой. Наконец, человек, показавшийся ему знакомым, остановился и обернулся. Бруклин подался назад от неожиданности и чуть не упал, только успев схватиться за перила.
-Господь Всемогущий! – Хрипло воскликнул он, когда понял, что вся его фантазия оказалась правдой. Перед ним стоял Пол Рейс, его покойный друг, теперь почему-то смотрящий на него с недовольством и с предупреждением.
-Что ты наделал, Бруклин? – Спросил он своим размеренным голосом.
-Ты же умер! – Смог вышептать парень и опустился на колени.
-Я? – Парень рассмеялся в ответ. – Скорее, это ты похож на мертвого!
Бруклин опустил голову на руки и вцепился себе в волосы.
-Ты умер! Умер! Умер! – Закричал он.
Он зажмурил глаза и стал биться головой о кованые перила лестницы, где они стояли с Рейсом.
-Эй, да ты что?! Что ты творишь?!
Но Бруклин уже не слушал ничего, хотя до его сознания и доносились остатки звуков. Он продолжал биться головой о перила, ощущая, как все крепче сжимается кольцо чьих-то рук вокруг него. Его пытались остановить. Его сосед с верхнего этажа попытался остановить помешательство парня, видя, как тот, спутав его с кем-то из своих знакомых, не может отделить реальность от вымысла.
В тумане припадка Бруклин услышал, как воют сирены «скорой» и как санитары, подхватывая его под руки, кладут на твердые носилки. Сил сопротивляться и посмотреть, что происходит вокруг не было.
-Ты же умер… - Прошептал Бруклин и отключился.

***
Уильям нежно обнял Кет за талию и притянул к себе.
«Что со мной? Зачем я это делаю? Господи, ну почему…», мысли неслись в голове Кет, пока Билл опускался в своих поцелуях все ниже, делая их все более горячими и страстными.
«Ты же просто пытаешься забыться…Ты же будешь ненавидеть себя за это…Ты просто шлюха!»
Предательская слеза скатилась по щеке Кет и капнула на разгоряченную покрасневшую от желания шею мужчины. Тот поднял глаза и, всматриваясь в лицо женщины, которая пыталась выдавить из себя хоть что-то похожее на улыбку, старался понять, что послужило поводом для этой слезы.
Кетрин криво улыбнулась и сморгнула, но это только ухудшило ситуацию, влажные глаза освободились от слез, поплывшим по болезненно-бледным щекам женщины.
-Что с тобой? – Участливо спросил Уильям.
Девушка хотела сказать, что в порядке, но ей не дал соврать ввалившийся в двери Марлини.
Кетрин сразу отпрянула от Билла, словно застуканная на месте преступления неверная жена и уставилась на Питера. Она еще никогда не видела его таким.
Сказать, что он был пьян, было равносильно тому, чтобы назвать Майкла Флетли уличным плясуном. Марлини был не просто пьян, все его существо, казалось, пропиталось алкоголем. Вместо крови текло виски, вместо плоти были наполненные текилой клетки, основу жизни которых составлял не углерод, а водка, и теперь Питер Марлини был организмом, состоящим на 80% из С2Н5ОН.
-Убери от нее свои руки, мерзкий ублюдок! – Прорычал он, встряхнув Билла за плечи и отстраняя его от Кет еще дальше.
Несмотря на опьянение Питера и на то, что Билл был достаточно крепким парнем, он не смог побороть сопротивление агента, выталкивающего мужчину за дверь, но, тем не менее, желающего сделать с ним нечто гораздо более опасное.
Кетрин знала, насколько силен мог быть Питер в стрессовых ситуациях. Как загнанный зверь, сражающийся из последних сил, только потому, что ему ничего не оставалось, он выбрасывал на противника мощный энергетический шар ярости, еще никогда и никем не подавленный. Поэтому чтобы не допустить серьезных увечий ни с чьей стороны женщина ухитрилась ухватить Уильяма за рукав рубашки, уже почти спущенной им и вытолкнуть его за дверь, спасая от гнева пьяного Питера.
-Что? Какого дьявола! – Кричал Монтегю. – Кетрин, оставь меня! – Пытался сопротивляться он, но женщина все-таки выполнила свою миссию и поспешила охладить его пыл:
-Если ты сейчас не уйдешь, будет только хуже. Поверь мне. – Ни один мускул на ее лице не дрогнул. Она произнесла это так, словно сейчас в квартире не было разбушевавшегося напарника в три раза больше ее самой.
-Я вызову полицию, ты с ума сошла! – Кричал Билл над ее ухом. – Ты же…
Но Кет это не останавливало. Она знала что делала.
-Если ты вызовешь полицию, то я сама лично придушу тебя. – Кетрин впилась в мужчину таким убийственно-проницательным взглядом, который мог бы сейчас снести с лица земли половину Нью-Йорка.
Билл все понял и попятился.
Не дождавшись пока его растормошенное тело скроется в лифте, Кет захлопнула дверь. Она по-прежнему внешне была абсолютно спокойна, и только Богу известно, что творилось в глубинах ее души.
-Ну, вот видишь, Питер. Все в порядке. Он ушел. – Без сожаления сказала она, обратившись к напарнику. Несмотря на всю абсурдность ситуации, она была даже благодарна Питеру, что он не позволил ей совершить ошибку, за которую она бы ненавидела себя сильнее, чем обычно.
Тот стоял злой, разгоряченный, готовый набросится на любого. Кетрин испуганно смотрела за реакцией мужчины и с содроганием ждала продолжения. Побелевшие костяшки сжатых кулаков говорили о его ненависти.
Но к кому? Этот вопрос заставил щеки Кет побледнеть еще сильнее.
-Кет…что…черт…побери…этот…слизняк…делал…здесь? – Сипло спросил агент.
-Что прости? – Она сделала вид, что не услышала вопроса.
-Что он здесь делал? – Напрягшись, повторил Питер.
-Тебе не кажется, что это не твое дело? – Уточнила Робинсон, но тут же осознала свою ошибку: это заставило Питера рассвирепеть еще сильнее.
-ЧТО ОН ЗДЕСЬ ДЕЛАЛ???? – Марлини сам чуть не упал от оглушительной звуковой волны.
Кетрин долго смотрела на него, ничего не отвечая, ожидая, что он изменится, извинится, что он просто несет пьяный бред и признает это, но Питер только ждал ответа, как ждет оправдания муж-рогоносец.
Страх Робинсон забился куда-то далеко и уступил место ярости.
-Да как ты смеешь? Кто ты вообще такой? Завалился в мою квартиру и начал командовать! О, как это в твоем стиле, Питер! Ты всегда хотел чувствовать себя главным! Что, я плохо подхожу на роль партнерши, позволяющей мужчине быть мужчиной? Но это не повод вламываться ко мне домой! Что ты смотришь на меня? – На глазах у Кетрин заблестели слезы. – Я сейчас могла бы преспокойно развлекаться с Биллом! – Прокричала она, будто бы пыталась убедить не Питера, а саму себя. – Но ты как собака на сене! Конечно, ведь такая как я всегда должна быть рядом! Плевать на ее собственную душу! Пусть только все время вертится под ногами…надоест - пну ее за дверь, соскучусь – снова позову!
Эти слова отрезвили Питера, он встряхнул головой, пытаясь избавиться от дурных пьяных мыслей, пропахших захолустным баром на окраине города.
-Ты сказал сегодня, что я просто шлюха, которая способна вертеть мужиками, как мне будет удобно, но не подумал о том, что каждому, кого я впускала в свою жизнь было удобно со мной!
Она подняла на него свои влажные от слез глаза и посмотрела с такой болью, что Питер практически физически ощутил ее.
-Любил ли меня кто-то по-настоящему?
Этот вопрос она задала так тихо, что Питер скорее понял, о чем она спрашивает, чем услышал.
«Ты довел ее до этого!» - Проклинал он себя. «Она теперь никогда никому не поверит! Ты же знал, каково ей! Знал ее слабое место! Ты знал, как причинить ей боль и сделал это!»
Марлини не выдержал ее взгляда и повинно опустил голову.
-Что? Неприятно слышать правду? Но так и есть! Так и есть, Питер. – Примирение слышалось в ее голосе. Она просто приняла ту простую правду, которую осознала и больше не хотела бороться с ней.
Раковина захлопнулась.
-Кетрин, это не так… - сделал безуспешную попытку оправдаться он.
-Конечно не так, все еще хуже! – Подтвердила женщина. – Да. Ты просто приходишь сюда с требовательным взглядом, а я должна броситься тебе в ноги и просить о пощаде!
Марлини метался между желанием поговорить, объяснить ей все, промолчать и просто обнять.
-Нет, я просто хотел, чтобы мы прояснили кое-что…, прости, что это вышло так… - Вяло оправдался он.
-Прояснили? А что тут прояснять? Я люблю тебя вот и все, а ты делаешь вид, что не замечаешь и живешь, думая, что тебе все позволено! – Выпалила Кетрин.
Она сама не ожидала, что когда-нибудь скажет это снова, но теперь назад ничего не вернуть.
-Уходи!
Кетрин закрыла лицо руками и спустилась по стенке, сев на пол.
-Кет, я…
-Уходи! – Закричала она и схватила игрушку Рейчел, валявшуюся на полу. – Пошел вон! Я видеть тебя не могу!
-Кетрин, прости меня. Я больше никогда… - хотел договорить ее напарник, но она остановила его.
-Уходи. – Тихо, но твердо сказала она, не оставив ни единого шанса для сопротивления.
Он практически выбежал из квартиры, будучи уверен в том, что потерял ее навсегда. И алкоголь в крови снова прихлынул к мозгу.
В квартире Кетрин раздался телефонный звонок от Макмайера.

***
-С Вами все в порядке?
Кетрин готова была разозлиться на Макмайера, но понимала, что если сейчас начнет выплескивать свою ярость, то покажет этим лишь свою слабость.
-Со мной все нормально. – В своей манере ответила она.
Журналист пристально посмотрел на нее, не поверив, но расспрашивать не стал. У нее были опухшие, ясно не от недосыпа глаза, и красные подтеки по щекам говорили, что женщина плакала. Макмайер разумно решил не лезть не в свое дело.
-Что Вы хотели рассказать?
-Мелисса вернулась.
Кетрин ошарашено посмотрела на собеседника и открыла рот в немом удивлении.
-Она вернулась и, кажется, готова поговорить.
Кетрин протерла заплаканные глаза и тихо спросила:
-Она призналась?
Макмайер покачал головой.
-Нет, но, кажется, она знает, кто убийца.
На этот раз Кетрин даже не удивилась. Она сцепила руки в замок и нахмурилась. Ее взгляд был одновременно обращен и на журналиста, и мимо него, так, будто бы его вообще не было.
-У Вас есть соображения? – Осторожничая, спросил Макмайер.
Кетрин покачала головой, медленно, раздумывая над всем сказанным.
-Нет. – Теперь ее глаза действительно сфокусировались на мужчине. – Нет. – Повторила она, видя его недоверие. – Просто очевидно, что человек, на которого падают подозрения, отрицает это, да еще и пытается перевести стрелки на кого-то еще.
Женщина небрежно подернула плечами.
-Это обычная практика.
Тем не менее, ее слова не убедили журналиста, и он продолжал думать, что несмотря на условную договоренность действовать совместно, агент пытается вести свою игру отдельно него.
-Я не верю, что она убийца. – Сказал он, в надежде, что все же сможет выудить Кет из ее скорлупы.
Женщина приподняла брови, хмыкнула и, усмехнувшись, спросила:
-Почему?
Макмайер поморщился.
В кафе, где они сидели, не было никого и скучающий официант за стойкой, гонял муху по столешнице. Макмайер представил Мелиссу этой мухой.
-Интересно, как долго это продлится?
Кетрин обернулась вслед за его взглядом.
-Продлится что? – Не поняла она.
Макмайер покачал головой.
-Не суть. – Он снова посмотрел на женщину, которая теперь выглядела не такой погасшей, даже, скорее, оживленной и заинтересованной. – Вы не верите в это?
Женщина опустила голову над кофейной чашкой и посмотрела на свое отражение в кружке.
-Поймите, мистер Макмайер…
-Брэдли, - перебил ее мужчина, - зовите меня Брэдли.
Кетрин слабо улыбнулась.
-Брэдли. Так вот, Брэдли, я не так давно работаю в Бюро, но знаю об этой работе больше, чем хотела бы. Мой отец был федеральным агентом, и он всегда говорил, что твое мнение это всего лишь мнение. Оно важно для расследования, но его не достаточно, что обвинить кого-то. Да, я считаю Мелиссу убийцей, но это всего лишь мое мнение. Вы считаете, что она невиновна, но это всего лишь Ваше мнение. Чтобы найти истину мало считать.
Макмайер молчал, впитывая ее слова, но все же не доверял им.
-Что Вы полагаете делать?
Кетрин вздохнула и краем глаза посмотрела на официанта, который поймал муху в кулак и теперь шептал ей что-то.
-Поговорить с Мелиссой и с ее отцом, что же еще.
-Они не будут разговаривать.
Кетрин подняла на Брэдли свои глаза, которые только на секунду светились огнем заинтересованности, а теперь снова погасли.
-Они отказались с Вами говорить или профессор вообще вытолкал Вас за дверь?
Макмайер усмехнулся тому, как быстро она догадалась о произошедшем.
-Второе. – Коротко ответил он.
Кетрин с пониманием кивнула.
-Это так же естественно, как то, что Мелисса пытается оправдаться.
-Вы уже ее обвиняете. – С укором произнес Брэдли. – Не думаю, что это поможет.
Кетрин пожала плечами.
-Кого Вы считаете виноватым?
Макмайер ждал этого вопроса весь вечер, но теперь получив его, не знал что сказать. Он думал над тем, кто может быть виновен по-настоящему, но каждый кандидат оказывался слишком противоречивым, чтобы быть виновным.
-Вы сомневаетесь? – Догадалась Кетрин.
Макмайер поджал губы и ничего не ответил.
-Знаете, говорят, что убийца обычно тот, на кого думаешь меньше всего. Может, Вам стоит воспользоваться этим советом?
Макмайер с вызовом посмотрел на женщину, которая уже встала с места и собралась уходить.
-А Вам? – Спросил он.
Кетрин улыбнулась.
-Не забывайте, я уже определилась.

***
Оливер пришел на работу раньше всех, что для него было не просто исключением, а единственным случаем за все годы. Он даже сначала подумал, что попал не на свой этаж и не в свой кабинет, но потертый диван и старые полки с делами, заваленный хламом стол Питера и аккуратное рабочее место Кетрин дали ему понять, что все верно.
Он уже потянулся к телефону, чтобы разбудить Марлини и выяснить, где Кет и почему на этот раз они оба опаздывают, когда на пороге появилась хмурая Кетрин.
-Привет. Ты сегодня рано.
Оливер оглянулся и лишь краем глаза заметил подавленное выражение лица напарницы.
-Привет. – Все, что смог выдавить он. – Ты…
Женщина быстро сняла пальто, повесила его на крючок и прошла к своему столу тщательно пытаясь скрыть лицо от посторонних.
-С тобой все нормально? – Спросил Нолл.
-Конечно. – Прокашлялась женщина. – Есть что-нибудь новенькое?
Она отвернулась в стеллажу, делая вид, что ищет какие-то документы.
-Нет. Кетрин? – Оливер понимал, что сейчас отступает от своего собственного правила не лезть в жизнь других, тем более если это касалось Питера и Кетрин, но теперь он понял, что ситуация вышла из-под контроля.
-Я говорила с Макмайером вчера. – Кетрин знала, что Нолл не оставит ее в покое, но продолжала упорно гнуть линию неповиновения.
-Кетрин! – Наконец воскликнул мужчина и она невольно обернулась, тут же пожалев об этом.
Никакой макияж не мог скрыть ночи, утопленной в слезах. Она не помнила, когда последний раз выглядела так измучено и чувствовала себя так опустошенно. Внутри была черная дыра, темная материя, которая высасывала все соки.
-Кет?! – Голос Оливера смягчился и он сделал несколько шагов ей навстречу.
Кетрин подняла руку и остановила его.
-Нет, Оливер. Не надо. Мы поставили точку. Это конец и говорить мы об этом больше не будем.
Каждый день преподносил Оливеру новые сюрпризы. Он, кажется, был готов ко всему, но, даже учитывая все тонкости отношений Питера и Кетрин, любой, а Оливер тем более, верил, что они рано или поздно преодолеют все сложности. Они будут вместе, потому что иначе и быть не могло. Они это они. Не было Кетрин без Питера и не было Питера без Кетрин.
-Поставили точку? – Тихо спросил он.
Кетрин снова отвернулась к стеллажам.
-Я говорила с Макмайером. – Упрямо повторила она, и Оливер понял, что точка поставлена и в этом разговоре тоже.
-Он сказал, что Мелисса вернулась. Нам нужно поговорить с ней и с ее отцом. Он не верит, что она убийца, но думает, что знает, кто мог бы им быть.
У Оливера была каша в голове, и он с трудом соображал, кто и о чем ему говорит. Все было пустозвонством. Он был словно в центрифуге, от которой уши закладывало.
Макмайер…Мелисса…ее отец…убийства…подозрения…Питер…Кетрин…точка…
-Оливер, да очнись ты, в конце концов! – Крик Кетрин вывел его из транса и он посмотрел на коллегу.
Женщина теперь уже не скрывала своего лица, которое перекосилось от раздражения. Она понимала, что все новости, которые она вывалила на Оливера, не могли перевариться быстро, но так как сама хотела отвлечься, не могла позволить Ноллу зациклиться на этом.
-Я понял тебя. Мы поговорим с Мелиссой? Нужно позвонить ее отцу.
Кетрин повертела в руках первую попавшуюся папку, которую вытащила из ящика и бросила ее на стол.
-Лучше я поеду одна. А ты и Питер, - Кет бросила на стол Марлини взгляд, полный отчаяния и примирения одновременно, - лучше Вам поговорить с Бруклином Джозефом. Сдается мне, он и есть главный подозреваемый для нашего журналиста.
Оливер не стал спорить, хотя мог бы. Заблуждение о том, что женщина больше доверяет женщине распространено, но в корне не верно. Единственное, что знает каждая женщина на сто процентов – нельзя доверять другой женщине. И Кетрин это знала не хуже других, но Нолл понимал, что она хочет отправиться к Мелиссе одна не потому что девушка сможет быть более откровенна тет-а-тет, а потому что Кетрин самой нужно было остаться в одиночестве.
-Хорошо. – Согласился Оливер. – Я только позвоню Марлини.
Кетрин криво улыбнулась и снова отвернулась к стеллажам.
Оливер понял, что точка, о которой она упомянула, стала для нее самой необходимой операцией. Только операцию эту провели наживую.

***
Бруклин лежал привязанный к больничной койке и понял, что все изменилось. Внезапно для себя, вчера, когда он увидел Мелиссу на своей лестничной площадке, какой она была: ранимой, убитой, запуганной и загнанной, словно, единственным углом, где она могла скрыться был угол его спальни. Он спал с ней не потому что должен был утешить или потому что хотел выплеснуть энергию. Он спал с ней, потому что лю…
Бруклин тряхнул головой. Слово, от которого он бежал как от огня, каждый раз как только оно брезжило на горизонте. Мелисса, которая была его другом, над которой он смеялся. Теперь стала центром его мира. Она была и созидателем его мира и его разрушителем.
Он думал, что хочет, чтобы она утонула в нем вчера ночью, а сегодня понял, что сам утонул в ней. Он готов был умереть, лишь бы снова ощутить бархат ее кожи на своих ладонях и снова увидеть, как мгновенно загораются ее глаза, как два агата, светясь в ночи.
Его осознание собственного чувства к Мелиссе пришло внезапно, как обычно тогда, когда он ее потерял. Вечно так бывает, стоит тебе посмотреть на человека, которого никогда не замечал, как оказывается, что он уже не рядом с тобой. Когда тебе нужно его отпустить, тебе больше всего хочется его привязать к себе.
-Эй, парень!
Бруклин оглянулся. Санитар, держа в руках резиновую дубинку, стоял в дверях.
Парень смотрел на него мутным взглядом. Тот поморщился и подошел к кровати.
-С тобой доктор хочет поговорить. Дурь у тебя прошла? – Он наклонился над Бруклином и заглянул ему в лицо.
Бруклин, не моргая, наблюдал за санитаром. Тот несколько секунд рассматривал пациента, который не реагировал на него никак, кроме пристального взгляда, от которого у мужчины мурашки по коже побежали.
-Пойдем-ка, со мной. – Выдавил санитар, отвязал Бруклина и повел за со собой.
Бруклину было абсолютно все равно, куда его ведут и какими последствиями для него это обернется. Он просто шел, повинуясь мрачному санитару, скорее всего, думающему, что тот уже потерян.
Кабинет врача был классическим рабочим местом психиатра, которое при всей своей расположенности, давило на плечи больше, чем нахождением в любом другом помещении больницы.
-Проходите, мистер Джозеф. – Улыбка психиатра была заманчивой, как у чеширского кота, но такой же надменно-лукавой, в которую поверить – себе дороже. Бруклин хоть и не отошел до конца от лекарств, тем не менее, способность соображать не растерял до конца.
Он сел у стола врача и покосился на кушетку.
-Нет, располагайтесь, где Вам будет удобно. – Сразу сказал врач, заметив невысказанный страх Бруклина оказаться на такой кушетке. Кажется, люди боялись ее также сильно, как кресла стоматолога. Поэтому она стояла в кабинете, просто потому что в кабинете любого врача-психиатра или психолога должна стоять кушетка.
-Как я попал сюда? – Нахмурившись, спросил парень.
Врач сел напротив него и поставил локти на стол, сцепив пальцы, почти полностью загородив свое веснушчатое, рябое после оспы лицо с пробивавшейся светлой щетиной.
-Вы ничего не помните, мистер Джозеф? – Переспросил парня врач.
Тот покачал головой.
-Ничего определенного. Я помню Пола.
Доктор нахмурился.
-Пола Рейса? Вашего друга?
Бруклин сглотнул и посмотрел на кувшин с водой.
-Да.
Наблюдательный доктор тут же налил ему стакан воды, который Бруклин выпил залпом.
-Я видел его? – Спросил он.
Врач слабо улыбнулся.
-Это я у Вас должен спросить.
Бруклин вопросительно посмотрел на врача.
-Он же умер. – Удивленно сказал он, будто это доктор страдал галлюцинациями.
Врач потер руку об руку и положил ладони на стол. Бруклин обратил внимание на толстые короткие пальцы на его руках и брезгливо поморщился. Почему-то такие руки всегда были ему противны. Они казались ему жирными, неуклюжими и скользкими, от прикосновения которых хотелось отмыться.
В дверь кабинета постучали и вошел молодой врач в сером твидовом костюме и узком галстуке в фиолетовую полоску.
-Доктор Ромеро, там агенты ФБР. – Молодой врач покосился на Бруклина.
Доктор Ромеро тоже посмотрел на пациента, а потом прошипел:
-Я же просил их подождать. Они должны были… - Он посмотрел на часы и понял, что агенты прибыли как раз вовремя. – Я еще не успел с ним поговорить.
-Они сказали, что Вы можете поприсутствовать. – Пояснил ему молодой врач.
-Еще бы!
Ромеро встал со своего места, снова подарил Бруклину чеширскую улыбку и подошел к двери.
Через несколько секунд в кабинете появилось двое агентов.
Бруклин неприятно поежился. От них разило недоверием и недоброжелательностью, хотя выглядели они вполне приветливо. Бруклин поймал себя на мысли, что рассуждает как отсидевший много лет барыга, ненавидящий любого стража порядка, зачем бы тот не пришел.
-Мистер Джозеф.
Двое мужчин показали Бруклину свои жетоны, но тот и внимания на это не обратил.
-Что им нужно? – Спросил он у доктора Ромеро.
Врач снова сел на свое место, а с агентами вел себя также неприветливо, как и его пациент.
-Они просто поговорят с тобой о случившемся. – Попытался спокойно объяснить врач.
Бруклин подергал плечами, будто тем самым пытался сбросить с плеч ненавистных агентов.
-Бруклин, мы понимаем, что сейчас не самое подходящее время…
Парень засмеялся.
-Этой фразе учат во всех юридических школах?
Марлини и Оливер переглянулись. Не так-то просто иметь дело с человеком, который знает о твоих профессиональных «хитростях» не понаслышке.
-Мистер Джозеф, мы хотели бы поговорить о Мелиссе.
Если уж парень не скрывает своего презрения, то и скрывать истинные цели от него бессмысленно – решил Марлини.
Бруклина перекосило от одного упоминания имени Мисси и, хоть, он и пытался скрыть свое волнение, получилось у него из рук вон плохо.
-С чего вы взяли, что я буду о ней говорить?
-Ты разговаривал с Макмайером, почему бы тебе не рассказать все, что знаешь и нам. – Предложил Оливер.
Бруклин рассмеялся.
-С чего Вы взяли, что я что-то знаю?!
Марлини начинал выходить из себя. Он посмотрел на психиатра, который пока спокойно наблюдал за происходящим и, судя по сосредоточенному взгляду, делал выводы.
-Потому что ты знаешь Мелиссу и, кажется, что ты единственный, кому она может доверять. – Объяснил Питер.
Бруклин отвернулся и погладил себя по макушке. Без тюбетейки он чувствовал себя неуютно, будто голым.
-Она убийца? – Прямо спросил Оливер.
Доктор Ромеро испуганно вздохнул и предостерегающе посмотрел на агентов. Он только раскрыл рот, чтобы остановить их, как Бруклин заговорил.
-Я не верю в это. – Прошептал он.
-Веришь ты или нет, ты знаешь правду. Скажи ее. – Мягко, но требовательно произнес Питер.
Бруклин развернулся обратно к агентам и с ненавистью проскрежетал:
-Даже если это так, думаете, я способен предать ее?! – Он бросил на Питера такой прожигающий взгляд, что тому показалось, будто Бруклин осуждает его лично. – Думаете, я теперь расскажу все?! Вы правильно сказали, я единственный, кому она может доверять. И я предам ее доверие? – Криво усмехнувшись, сказал он.
Марлини повинно опустил глаза. В голове всплыла Кетрин. Этот парень прав. Может быть, он поступает не по закону, но он поступает по совести. Если даже он нечестен перед Фемидой, то перед Мелиссой, он будет сохранять эту честность.
Оливер заметил замешательство коллеги и понял все за мгновение. Марлини бегло взглянул на него и вышел из кабинета. Доктор Ромеро удивился, но ни слова не сказал. Оливер обратился к Бруклину:
-Может быть, дело не в ней, а в тебе?
Парень поднял на агента глаза.
-Ты не веришь, что она убийца, потому что точно знаешь, кто это.
У Бруклина перехватило дыхание.
-Я прав? – Спокойно сказал Оливер. – Ведь убийца ты?

***
Кетрин вышла из машины и запрокинула голову, чтобы рассмотреть дом профессора. Белые колонны, оливковый сад, мощеные дорожки, аккуратно стриженые кусты, зеленый забор, покатая крыша со спальней под потолком…Мало верилось, что все это принадлежит профессору. Больше было похоже на особняк крупного промышленника.
-Мэм? Я могу Вам помочь?
Приятный голос за спиной Кетрин вернул ее на землю.
Она увидела позади себя садовника, который приветливо улыбался ей со всей расположенностью.
-Я агент Робинсон. – Она показала ему свое удостоверение, и улыбка сменилась удивлением. – Могу я поговорить с Мелиссой?
Садовник насупился, хотя и продолжать говорить дружелюбно.
-Понимаете, мэм… - Он раздумывал над своими словами, думая как сохранить тайну этого дома и не солгать представителю власти. – Мелисса плохо себя чувствует.
Кетрин прищурилась. Она понимала, что садовнику было велено говорить, но ее цель попасть в этот дом была непоколебима.
-Мистер… - Она пристально посмотрела на садовника.
-Генри. – Улыбнулся ей мужчина.
-Генри, я знаю, что произошло вчера ночью.
Садовник перехватил воздух и попытался оправдаться, но Кетрин быстро остановила его.
-Нет, Генри. Я все равно добьюсь разговора с Мелиссой.
-Генри?!
На пороге дома появился профессор, который поставил руки на бедра и напряженно смотрел на Кет и своего садовника.
-Мистер Штейн, я…
Кетрин остановила Генри и подошла к профессору.
-Мистер Штейн, я агент Робинсон. Я должна поговорить с Вашей дочерью.
Штейн подергал усами и брезгливо дернулся.
-Нет. Кажется, что мой работник все Вам пояснил. – Безаппеляционно ответил Штейн.
Кетрин вступила на лестницу дома и, не отводя глаз, смотрела в лицо профессора.
-Я все равно поговорю с Вашей дочерью, сэр. Здесь или в участке.
Профессор открыл рот, но Кетрин продолжала напирать и теперь уже стояла почти вплотную к Штейну.
-Вы хотите, чтобы Вашу дочь арестовали и опозорили? Хотите, чтобы все узнали об этом?
Кажется, она подсознательно знала, на что надавить. Профессор передернулся от одной только мысли, что все вокруг узнают, в чем замешана его дочь. Он представил снисходительные улыбки, перешептывания, сплетни за спиной, надменные взгляды.
-Хорошо. – Тихо согласился он.
Кетрин подавила улыбку и прошла вслед за хозяином дома.
В спальне Мелиссы было темно и неуютно. Давящее чувство опускалось на плечи, когда ты входил туда. Ты, словно, сам перенимал беспокойство, которое давило на хозяйку и сам становился его частью.
-Мелисса, с тобой хотят поговорить.
Девушка лежала на кровати, отвернувшись от двери и, когда отец пришел, даже не повернула головы.
-Я не буду ничего говорить. – Заявила она.
Отец посмотрел на агента: «Я же говорил!», но Кетрин лишь придержала его за рукав пиджака и попросила уйти. Штейн готов был возразить, но упрямство Кетрин лежало на поверхности и профессор не стал сопротивляться.
Когда дверь за ним захлопнулась, Кетрин подошла к Мелиссе. Девушка напряженно ожидала продолжения, но молчала.
-Мелисса, я должна с тобой поговорить.
-Зато я не должна. – Буркнула девушка.
Кетрин натянуто улыбнулась.
-Тогда послушай, а если я скажу что-то не то, поправишь меня.
Мелисса никак не отреагировала, но ее молчание дало Кет повод продолжать.
-Ты думаешь, что мы подозреваем тебя в совершении тех убийств. – Кетрин выдержала паузу, все еще надеясь на диалог, но безрезультатно, поэтому продолжила говорить: - Ты думаешь, что я пришла арестовать тебя, или выбить из тебя признание, но мне это не нужно. Я просто хочу знать правду, кто убил на самом деле и я знаю, что ты можешь мне в этом помочь.
Мелисса издала рваный смешок, но продолжала слушать.
-Ты ведь знаешь, кто убийца? Хотя твой отец и подозревает тебя.
Девушка втянула воздух и повернулась.
Ее удивленный взгляд говорил, что Кетрин попала в точку.
-Откуда Вы знаете?
Кетрин пожала плечами.
-Расскажи ты.
Мелисса посмотрела на дверь и, убедившись, что та плотно закрыта, села на кровать.
-Все неправы. Ни я, ни Бруклин не причем.
Кетрин приготовилась слушать.

***
Макмайер приехал в редакцию, когда там уже вовсю кипела работа. Девушка, пролетевшая мимо него с кипой исписанных листков, резко притормозила:
-Мак! – Крикнула она.
Журналист оглянулся и посмотрел на нее тяжелым, утомленным взглядом.
-Что с тобой? – Спешно спросила она и тут же, второпях бросила ему: - Тебя ждет редактор. – Она снова окинула его оценивающим взглядом. – Очень ждет. – Добавила она и побежала дальше.
Макмайер не удивился этой суматохе. Он провел в ней так много времени, что любое спокойное течение рабочего времени было для него чем-то из ряда вон выходящим.
Он свернул к кабинету редактора и, не постучав в дверь, вошел. Шеф сидел за своим столом и кричал в трубку.
-Какого черта? Я же сказал – сдать ее вчера! Нет! Мне плевать! Я сказал, что верстка должна уже быть у меня на столе! К черту все! Мне плевать, даже если все станки в городе сломаются!
Макмайер ухмыльнулся и сел на диван: «Как в дешевом романе», - подумал он.
-Я все сказал! – Крикнул редактор и бросил трубку, чуть не разбив телефон.
Он метнул на Макмайера обреченный, но в тоже время полный надежды взгляд.
-Ну, скажи, что там у тебя?
Макмайер тяжело вздохнул.
-Как я понимаю, ты ждешь, что я обрадую?
Редактор хмуро посмотрел на телефон.
-Мне просто больше нечему радоваться.
Брэдли подернул плечами и ослабил галстук.
-Ничего определенного. Мелисса Штейн не хочет признаваться. Бруклин Джозеф ее покрывает. Агенты молчат, как… - Он замялся, рассмеялся чему-то и снова посерьезнел. – Черт их разберет.
Редактор поморщился. Ему претило больше всего отсутствие информации. Пусть она лучше будет ложной, чем ее не будет вообще.
-Что собираешься писать? – Спросил он, еще не успокоившись.
Мак пожал плечами и раскинулся на диване.
-Ничего. – Он сбросил ботинки, закинул голову назад и закрыл глаза. – Все молчат, что я могу написать.
Он услышал, как стал из-за стола его начальник, как тот подошел к окну, как одернул жалюзи и яркий солнечный луч ударил Маку прямо в глаза.
-Черт возьми! – Ругнулся он и перевернулся на бок.
-Ты уверен, что правильно определился с выбором?
Макмайер открыл один глаз и посмотрел на мужчину.
-Я имею в виду, тот ли убийца? И вообще, их же вроде два?
Макмайер с трудом поднялся на ноги и заходил из угла в угол.
-Я не понимаю.
Редактор вопросительно посмотрел на подчиненного и Макмайер, почувствовав затылком его взгляд, поспешил ответить:
-Я не понимаю ничего в этом деле: ни того, один убийца или два; ни мотивов; ни целей; ни характеристики преступника. Ни-че-го!
-Может, мы не туда смотрим? – Предположил редактор.
Макмайер остановился и повернулся к мужчине:
-Как это понимать?
Редактор выдохнул и указал журналисту на кресло.
-Понимаешь, - стал говорить он, когда они село напротив друг друга, - я не верю ни в то, что убийцы два, ни в то, что это Мелисса или Бруклин. Я вообще не вижу никаких причин подозревать их.
Макмайер прищурился, но молча ожидал продолжения:
-Думаю, это кто-то со стороны. Кто-то, кому было выгодно вмешаться в это дело.
-Вмешаться?! – Переспросил Брэдли.
Редактор помедлил и, собравшись с мыслями, продолжил:
-Хорошо, давай по порядку. Сначала в убийствах подозревали Пола Рейса, потому что его следы оказались на местах некоторых убийств. Он даже сознался! Что может быть удачливее! – Редактор хлопнул в ладоши. – Только вот незадача – он умер от рака, а убийства продолжились. Потом была Мелисса. Так?
Макмайер кивнул, он до сих пор не понимал, к чему ведется разговор.
-Но и Мелисса, какая-то вялая кандидатура. – Редактор поморщился. – Что в ней такого особенного? Она ходила к гадалкам? Была знакома с Анжелой? Ненавидела людей? – Мужчина фыркнул. – Так живут миллионы.
-Бруклин… - Вяло произнес Макмайер.
Редактор, наморщив губы, покачал головой.
-Бруклин еще хлеще Мелиссы. Он просто псих, помешавшийся на оккультизме и Таро. Может, он как и ты, хочет расследовать это дело.
Макмайер удивился выводу начальника и только открыл рот, чтобы возразить, когда мужчина его перебил:
-Я только один вопрос задам: ты пришел сюда после того, как зарезал очередную гадалку?
Глаза Макмайера округлились и он застыл в немой позе, с открытым ртом, в то время, как редактор достал из кармана маленький револьвер.
-Тебе лучше все рассказать мне сейчас, чем когда приедут агенты ФБР.
Всего комментариев: 0
avatar
25
Свернуть
Развернуть чат
Необходима авторизация
0