Последнее приключение Мюнхгаузена, случившееся лунной ночью в берлинской таверне
07.06.2016 110 0.0 0
12+
Барон Мюнхгаузен спешил по штрассе городской -
фриволен и чертовски мил в камзоле щегольском;
хорош парик подзавитой, а бравые усы
стремились к славе мировой штандартами красы.
Наш ферт хромал, но стать горда, стучала бойко трость,
звала в таверну, где всегда фон-фарс желанный гость.
В радушной кнайпе на столах бесплатно пунш и грог;
олени, вишни - на холстах известных мастеров.
Всё в честь барона здесь: вот стул, похожий на ядро,
вот над таверной медно-смугл прибит походный рог.

Зашел барон. Блестящий бред, остроты в рукаве,
от небылиц - профит, не вред. В чести король таверн.
Сморозил сходу каламбур, горяч полночный смех,
но видит, что сидит понур поэт среди потех.
Пиит надумал сочинить бессмертный мадригал
и спеть барона! Правда, нить сюжета потерял:
- Шут с ним, с сюжетом, рифму бы, - вблизи камина сел,
блокнот раскрыл, про всё забыв, пером скрипел, скрипел...

Барон ему: «Послушай, друг, ты веришь в чудеса?»-
и сделал вид, что потянул себя за волоса.
Поэт молчит и де-капо над стансами склонён,
сильней, резвей пера напор! Жаль, слов недостаёт.
Слюну сглотнул: «ядро - нутро, конь - вонь, мура - пора»,
тогда схватил его барон: «Действительно, пора!
Давай-ка, братец, на Луну скорее полетим,
там ждет нас Альберт*, я клянусь! Блокнотик захвати...»

Поэт был за. Они ушли сквозь стены, как в туман,
и кто-то пунш с небес пролил. Да..., сказочка – обман.
Рассказана неужто зря?
Из рифм, из слов трясин
тащу за шкирку я себя, тащу что стало сил!

*Генрих Альберт - известный немецкий поэт и композитор времён барона

автор иллюстрации Владимир Любаров

Читайте также:
Комментарии
avatar
Раздача наград