Главная » 2016 » Август » 11 » Любовь до гроба ч.2

Любовь до гроба ч.2

Часть вторая
6
Поезд «Алматы - Семей» постояв на разъезде несколько минут, снова набрал скорость. Словно он торопился в Семей, желая как можно быстрее сократить расстояние между злосчастным прошлым и новым, неизведанным будущим, которое ждало Людку в её родном городе.
Полдороги было уже позади. И все это время Семакина думала и думала, находясь одна в купе, которое было полностью выкуплено для нее до самого пункта назначения. Одиночество, быть может, это и к лучшему. После нескольких месяцев страшных и непонятных с самого начала событий, происшедших с ней, Людке хотелось побыть одной. Мысли бежали одна за одной, порождая все новые и новые вопросы, на которые она не находила ответов. И, может быть, еще поэтому девушка не переставала пить из небольшой рюмочки дорогой коньяк, стоящий у нее на столике, вместе с шикарным букетов цветов в красивой обертке.
Рядом в открытом пакете лежали бутерброды с красной икрой, а в другом - буженина, порезанная небольшими кусочками и сервелат. А в её небольшой дорожной сумке, лежавшей на противоположной полке, было вдоволь конины, фрукты и еще несколько дорогих рыбных консервов. Такого запаса еды ей бы, пожалуй, хватило до самого Новосибирска. Денег у Семакиной с собой нет. И удостоверения личности - тоже, потому что оно осталось дома в тот злосчастный день, когда Семакина пошла на квартиру к Виктору, желая его напугать своим заявлением в ментовку. И, естественно, пострадавшая не брала с собой свое удостоверение.
Дура, разве так надо было поступить? Сама и попалась к ним в лапки. А к кому именно? Кто в этом виноват, прежде всего? Дипунов или Смирнов? Или может быть – оба?
Чтобы попытаться во всем разобраться, ей надо или поговорить с Алексеем в открытую, или самой попытаться все восстановить в памяти, вспоминая события с самого начала.
Но разговаривать со Смирновым, который ехал в соседнем с Людкой купе, ей не хотелось. Сейчас он выполнял роль её сопровождающего в поезде или охранника, не более того. И опять непонятно, кто это решил? Смирнов к Людке обращается на «Вы», заболел что ли?
Там, в Алматы, её похититель был совсем другой, особенно когда в первый день привез ее к каким-то людям… Как выяснилось позже, те, у кого оказалась Людка, занимались поставкой девушек в ночные клубы и другие бордели Алматы. Всеми делами заправляла немолодая женщина казашка. Людке сразу выделили комнату на двоих, в которой уже длительное время жила Наргиз. Эту девушку, как и Семакину, привезли обманом из её села и заставили работать. Чтобы Наргиз не сопротивлялась, ей, как и Людке, постоянно давали какие-то психотропные лекарства. А иногда делали уколы. После них все проблемы пленницы уходили куда-то сторону, и жизнь начинала казаться интересной, мысли полностью отсутствовали. А голова была словно пуста.
У Людки была своя кровать с чистым бельем, платяной шкаф, с хорошей и модной одеждой по её фигуре. На её столике никогда не переводилась косметика и различные крема.
Кормили их с Наргиз не деликатесами, но всегда вкусно и сытно. Наличных денег Людка никогда не имела, мобильный телефон ей не полагался. Звонить никуда не разрешалось. Также как и выходить в любое место без разрешения и сопровождения. Семакину, как и остальных жриц любви, всегда охраняли крепкие парни. Причем делали это так старательно, что даже сопровождали в туалет, если, к примеру, девушка в тот момент находилась где-нибудь на выезде.
У этих людей, которые держали Людку в сексуальном рабстве, были и другие девушки, с которыми она не очень виделась, только если на крупных вечеринках, куда их свозили сразу на нескольких машинах и из разных мест.
Про саму работу, если так можно было назвать те издевательства, которые выпали на её долю, Семакиной вспоминать не хотелось. Но все же придется.
Поезд снова набирал скорость, и колесные пары на стыках застучали все сильнее. Людка посмотрела в окно, отпила глоточек коньяка из рюмки и снова задумалась. Из этого плена она бы никогда не выбралась, даже если бы как-нибудь убежала и сообщила в местную полицию! Смешно! Её бы сразу вернули назад, да еще бы наказали. Значит, с ней что-то такое произошло, о чем она не знает. И кому-то очень стало надо, чтобы Людка вырвалась из этих пут. Итак, значит надо все вспоминать не сначала, а с конца.
Что же было? Однажды в комнату, где жила Семакина с Нагриз, зашла их хозяйка и сказала:
- Девочки, сегодня вам предстоит важная работа. Вы поедете в дом к одному очень большому человеку. Там будете делать все, что от вас потребуют и даже более того. Человек этот очень важный. Если вы ему понравитесь, то считайте, вам повезло, а если нет, то тогда мне даже страшно и подумать о том, что вас будет ожидать. Одним словом - собирайтесь, красавицы, прихорашивайтесь. Примите душ. Если кому надо, то мы привезем сюда парикмахера. На все, про все, даю вам час!
Девушек привезли в частный крутой коттедж. Надо признаться, что за время своей работы в Алматы Людка успела повидать и не такие домики. И все же девушку это место впечатлило. Коттедж был настолько многокомнатным, что Семакина так и не поняла, сколько всего мужчин в нем отдыхало. Но девушек легкого поведения туда свезли на двух легковушках.
Проведение данного вечера мало чем отличалось от тех гулянок, в которых Людка и раньше участвовала. Сначала гремела музыка, алкоголь лился рекой. От продуктов ломились столы. Затем стали выступать какие-то певцы из России, имена их Людка не запомнила, потом выступление циркачей, фокусника и акробатов. Дальше – недолгий стриптиз от двух девушек до полного раздевания с прокручиванием на шесте с такими силовыми номерами, что их тела принимали вертикальное положение вниз головой вдоль шеста, а ноги были разведены в разные стороны параллельно полу. Как только эти стриптизерши держались на шесте и не падали - непонятно.
В довершении всего праздника или, наоборот, в преддверии его самого интересного продолжения, по залу, по кругу перед сидящими мужчинами прошлись несколько обнаженных девушек, покачивая бедрами. Среди них, конечно же, была и Людка.
А потом Семакину забрал на всю ночь к себе один влиятельный немолодой человек. Хотя всем папикам на этой вечеринке уже было хорошо за сорок. Но Людку это нисколько не напрягало. Она привыкла. Ведь в начале вечера, когда Семакина сюда ехала, её сопровождающие тихо шептались между собой, что сегодня там будет развлекаться сам дед. И это для него все организовано.
Странно, а девушка, к своему удивлению, никакого деда среди присутствующих гостей и не заметила. Только одних мужиков, которым уж перевалило за сорок. И того мужчину, с кем она всю провела ночь.
Людка сделала еще небольшой глоток конька. Пить уже не хотелось. Но мысли сами по себе навязчиво лезли в голову, выталкивая одна другую, тем самым, рождая все новые и новые воспоминания последних событий пребывания девушки в Алматы.
Семакина посмотрела в окно и с грустью поняла, что среди такого большого количества мужчин, с которыми она по воле судьбы переспала, не было ни одного, самого ласкового, желанного, приятного, нежного. Из всего её окружения, на сегодняшний день, таким бы мог стать, только Семен Шадров. Но… Она, дура, сама его отвергала и потешалась над ним. А теперь часто его вспоминала. И даже пожалела, что не Шадров стал первым её мужчиной. Да лучше бы она ему отдалась! Но нет, Семен бы никогда не воспользовался этим! Он не такой. Он настоящий мужчина. Готовый за нее на все. Ведь он даже ей стих посвятил, который она сразу не поняла и не оценила. «Как Данко вырву я сердце, чтоб темноту превозмочь…» Даже так. И где теперь её Данко? Он, наверное, её забыл и стал другим. А может быть, у него уже есть девушка, ведь он такой хороший.
А Людка, зачем теперь ему? Кем она стала за это время, какой? Нервной, потому что её постоянно пичкали какими-то препаратами, от которых, стоило Семакиной лишь немного выпить с клиентами, когда они угощали, «сразу начинало срывать крышу». И не дай Бог, если это случалось в тот момент, когда клиенты, которых девушка почти всех ненавидела, начинали гнуть перед ней пальцы, а её унижать.
Один раз Людкин клиент так получил от нее в челюсть стоящим на столе подсвечником, что мужчину с переломом сразу же увезла скорая, записав инцидент как несчастный случай – «падение с лестницы». Ведь пострадавший был непростым клиентом и ему разборки с полицией были крайне противопоказаны.
И другому своему обидчику Семакина, выпив слегка водки, так указательным пальцем засветила в глаз, что чуть не сделала из мужика Циклопа.
Но из всех своих клиентов она все же могла выделить одного, самого последнего, с которым их свела судьба в загородном коттедже. Как и полагается в её работе, Людка показала мужчине в моменты их близости все, что она знала и могла. Сначала Семакина относилась к нему как просто к клиенту, получающему услуги от жрицы любви. Но потом, в какой-то момент, Людка, по необъяснимой причине, стала обнаруживать к нему непонятное теплое чувство. Нет, это не была любовь. Но оно шло из глубины души девушки.
И мужчина был нежен и ласков с девушкой. А утром его вдруг потянуло на откровенный разговор с Семакиной. У нее уже были пару раз нетрезвые подобные собеседники. Одному Людка пожаловалась, что родилась в детдоме, и прямо из него девочку в нежном возрасте похитили злые дяди и привезли на эту работу. А второму, он был, кстати, журналистом, призналась, что является дочерью американского дипломата, и её выкрали у влиятельного папочки, под залог большой суммы баксов. А когда богатый родитель не смог выкупить свою дочь, то её сразу же отдали в рабство. Журналист все только успевал записывать. А потом своего не упустил и поступил с Людкой так же, как и все его предшественники, кобели.
Но своему последнему клиенту, имя которого она даже и не узнала, да ей и не полагалось задавать подобные вопросы, Людка все же открылась. И рассказала, что родилась и живет в городе Семее, это отсюда всего тысяча км. Отца своего не помнила с самого детства. Что девочку воспитывала сначала одна мать, а потом и отчим, чью фамилию Семакина и носит до сих пор.
А мамина фамилия – Лескина. И мама рассказывала, как в школе её дразнили «леской». И поэтому мать не захотела на свою фамилию записывать дочь. А еще и потому, что у женщины была несчастная любовь с Людкиным отцом. И фамилия Лескина могла бы повторить свою печальную судьбу в следующем поколении. А еще мама упоминала о том, что когда они с мужем ссорились, то она его дразнила «старым дедом». Людка не знает, зачем и почему она так его называла, ведь её отец был молодым.
И в конце своего рассказа девушка уверенно заявила, что когда вернется домой, то обязательно у матери все выспросит про своего отца. А если мать ничего вразумительного ей не скажет, то тогда Людка направится в паспортный стол или в ЗАГС и станет поднимать документы прошлых лет. Она все равно докопается до истины! И точно узнает все про отца!
Собеседник слушал Людку, не перебивая. Лишь только на его лице дергались желваки. А когда Семакина упомянула про «старого деда», её клиент, наверное, обидевшись, и накрывшись простыней, сразу же встал с кровати и, собрав свою одежду, зашел в ванную комнату.
А когда немного погодя мужчина вышел из неё, то это уже был совсем другой человек. Он, стараясь не смотреть Людке в глаза, попросил, чтобы она оделась и приготовилась уходить.
- Вы сейчас поедете на новое место, - Семакина не помнила ни одного случая, чтобы кто-то из клиентов к ней обращался на «вы». Наверное, у дяденьки совсем по старости «башню свернуло» или он пожаловаться решил на девушку её руководству, только и успела подумать Людка. Но услышала:
- И поживете одна несколько дней в гостинице. А потом вас отправят к себе домой, в ваш город - так сказал этот непонятный человек.
Вот и всё. Так неожиданно подошло к концу Людкино пребывание в Алматы. А дальше у Семакиной началась другая жизнь.

7
В последнее время у криминального авторитета Деда, по фамилии Деденко, дела, что называется, шли в гору. Он уже открыл в Алматы несколько ночных клубов и других развлекательных заведений, для работы в которых требовались красивые и привлекательные девушки «нетяжелого поведения», умеющие развлечь любого мужчину. Одним словом – путаны. Хоть Алматы город и большой, но для такого рода деятельности много девушек в нем не отыскать. Лучше всего для таких занятий их привлекать из других небольших казахстанских городов. Этим делом в последнее время и занимался Дед. У него в подчинении были люди, которым он доверял. Один из таких - это Марат (он же Марик). И несколько молодых бойцов, исполнителей его поручений. К ним относился и Алексей Смирнов (Смирный).
Хорошо организовав бизнес в некоторых городах Казахстана, Дед уже метил выйти на рынок Китая. Это очень выгодно и прибыльно. Все под рукой, рядом. Народу там, как известно – валом. Значит, спрос всегда будет рождать предложение. И, наконец, Китай одна из мировых экономических держав, которая по своему статусу может конкурировать только с Америкой.
Как переправлять туда девушек и на каких условиях, Дед уже продумал. Но, в любом случае, такое мероприятие на самых первых порах требовало постоянного капиталовложения. И Деду стали нужны партнеры по бизнесу. У него сохранились старые связи, бывшие заключенные, с которыми он мотал срок. И вот с двумя из них он уже предварительно договорился о совместном бизнесе. Партнеры все будут работать сообща и совместными усилиями выйдут на многомиллионный китайский рынок.
Дед уже давно собирался пригласить к себе в гости этих важных людей, своих партнеров по новому делу. И поговорить с ними с глазу на глаз обо всех деталях. По разному стечению всевозможных обстоятельств и всех сторон, не находилось времени на такую встречу. Лишь только этим летом такая встреча стала реальной. Гости выразили свое согласие. И в один из дней, в коттедже, принадлежащем Деду, было все организовано для их пышной встречи.
Марик и Смирный сбились с ног и разбились в лепешку, чтобы услужить своему шефу. И все прошло по самому высшему уровню. Сначала гостей развлекали музыканты из России, затем выступали артисты цирка, гастролирующие в эти дни в Алматы. Потом было коротенькое выступление без всякой одежды акробаток на шесте. В самом конце Марик привез в коттедж кучу девиц, которые устроили перед гостями голое шествие.
Благо, что друзьям Деда все пришлось по вкусу. И, конечно же, последнее шествие девушек. Несколько из них были оставлены в коттедже до утра, а остальных отправили назад.
Деду приглянулась одна миловидная совсем еще молодая девушка. И он пригласил её к себе в комнату. Почти до полуночи они занимались взрослыми делами. А утром дед почувствовал какое-то особое влечение к этой юной красотке. Любовью это назвать было бы преждевременно, мужчина считал, что он уже вышел из этого возраста. Но Деду очень хотелось просто побыть в обществе девушки и поговорить с ней откровенно о жизни. Его тянула к ней какая-то необъяснимая сила. Мужчине просто хотелось на неё смотреть и смотреть. Находиться с ней рядом и дышать одним воздухом.
Он понимал, что они разные, и общих интересов, как и тем для разговора, у них просто не существует. И все же Дед, на свою беду, разговорил Людку.
И невольно вспомнил свою жизнь с того самого момента, когда освободился после первой отсидки по малолетке. Почти сразу же, гуляя на свободе и наслаждаясь ей в полной мере, а также, радуясь жизни, он познакомился с молоденькой девчонкой, чем-то сильно похожей, ну как две капли воды, на ту, что сейчас находилась рядом с ним, и называла себя Людой.
Деденко влюбился в девушку, по фамилии Лескина. Ему было весело называть её не по имени, а по прозвищу, которое он ей придумал с первого же дня их знакомства – Леска. И в защиту столь странного прозвища, молодой человек говорил, что оно схоже со словом «ласка». А самое главное, что Тань, Марин, Настей, везде хоть пруд пруди. Но нет ни одной девушки по имени Леска. И будущая Людкина мать соглашалась со своим избранником. Но когда они ссорились, она его со зла называла «дедом», тоже переиначивая его фамилию. При этом, нередко добавляя уточнение «старый».
А когда Леска забеременела и вскоре должна была родить, с её молодым мужем произошла очень нехорошая история, связанная с дракой в ресторане. После чего её «старый дед» снова загремел за решетку. И теперь уже надолго. Лишенный свободы он так никогда и не видел свою дочь. После второй отсидки Дед пробовал её искать, но не знал имени своей кровиночки. А долгие поиски девочки по фамилии Лескина не принесли никаких результатов. Мужчина был упрям в своих поисках. И продолжал безуспешно испытывать судьбу, стараясь найти хоть каких-то молодых носительниц фамилии Деденко. Но все это оказалось тщетным.
И вот по стечению ужасных обстоятельств, Дед, сближается с девушкой, которая по её рассказам о своей жизни может быть его дочерью. Кроме того, мужчина и сам почувствовал к ней какое-то необъяснимое влечение, не относящееся к проявлению чисто мужской страсти. А, скорее всего, глубоко душевное и сердечное, даже родительское чувство.
У Деда на миг все похолодело внутри. Многое, что ему рассказала эта девушка, совпадает с его прошлым. Причем такие факты не придумаешь и не угадаешь. Их надо только знать. Если Людмила, действительно, его дочь, то страшную трагедиею, которая по воле злого рока, произошла между ними, мужчина не в силах пережить. Да и не станет ли он это делать? Как теперь жить дальше? Осознавая, что свою единственную дочь, с которой ты долгое время искал встречи, вдруг познал как женщину! Нет, это какая-то ошибка природы! Такого не может и не должно быть! Это возможно только у животных! А не у человека разумного!
Хотя, может быть, в действительности все не так? Или не все так, как он услышал от Людмилы. Может быть, эта девочка, девушка, что-то выдумала или у кого-то подслушала? Наконец, она могла просто его этим шантажировать? Мужчина все еще надеялся себя как-то этим успокоить. Но не получалось. Девушка не была похожа ни на шантажистку, ни на авантюристку. Людмила своим взглядом и поведением показывала, что ей сильно осточертели все мужики со своими постоянными запросами и изощренными желаниями. И к тому же, девушка у Деда ничего не просила. И, если верить Смирному, то оказалась здесь случайно, только по вызову, и не более того.
Надо было срочно что-то делать. Дед решил на несколько дней устроить девушку в хорошей гостинице, в номере люкс, с предоплатой всех возможных её расходов, включая питание в номере из ресторана.
А за то время, пока Людмила будет в гостинице, он пошлет своего помощника Марика в Семей, благо, что он город хорошо знает, и даст ему задание. Срочно разузнать все, что можно о Людмиле Семакиной. Для этого Марик должен заехать в Семее в ЗАГС или паспортный стол и любой ценой получить нужные документы. Причем сами оригиналы. Как у Марика это получится – его дело. Пусть выкупает или сворует, но документы должны быть только у Деда. Ведь Людмила, сразу по приезду домой, собиралась искать отца, то есть его – Деда. И по сути, она сама же и надоумила мужчину насчет получения важной информации в горотделе ЗАГСа.
Марик, по заданию Деда был в отъезде всего несколько дней. Но Деду показалось, что прошла целая вечность. За это время он закрыл все свои ночные клубы и с нетерпением ждал новостей от своего помощника.
А когда Марик привез необходимые документы, то Дед понял, что самые страшные его опасения оправдались! Людмила Семакина - его дочь!
За многие годы своего существования, Деденко немало пережил всякого рода тяжких испытаний. И никогда не терял самообладания и выдержку. Вот и сейчас он хладнокровно принял необходимые решения и с помощью Смирного и Марика приступил к реализации своих планов. Марик должен был купить два билета на поезд до Семея в разные купе. Причем эти купе он должен был полностью выкупить на весь путь следования поезда до места назначения. А Смирный должен был сопроводить Людмилу, до самого Семея, и находиться с соседнем купе, а по приезду, лично передать девушку в руки Дипунова. И затем прямо с вокзала в машине Марика, который его уже будет поджидать, вернуться в Алматы.
В день отъезда Смирный негромко постучался в дверь гостиничного номера, в котором проживала Людмила. Но за дверью было тихо. Тогда парень постучал уже посильнее. И услышал недовольный женский голос:
-Ну, кто там еще тарабанит?
- Людмила, откройте, это я, Смирный…
За дверью что-то зашелестело, а потом тот же голос, громко проговорил:
- Если ты, гад, пришел меня убивать, то учти, у меня в руке нож и твои кишки вмиг окажутся у тебя на носу!
Находясь все дни в гостинице, Людка не просто отдыхала: отсыпалась, ела и пила коньяк. Она опасалась за свою жизнь. Уж очень неспроста ее отправили из коттеджа в гостиницу. К чему бы это? Она недавно услышала историю о том, как несколько лет назад, одну девушку, тоже легкого поведения, за какую-то провинность сначала также поселили в гостиницу, в отдельный номер. А потом она, якобы сама, выбросилась из окна седьмого этажа.
И Людка из своего номера вообще никуда не выходила, лишь принимала еду через дверь от официанток ресторана. И сразу же закрывалась на два оборота, не вытаскивая из замочной скважины ключ. И продолжала попивать коньяк из маленькой рюмочки.
Смирному еще повезло, что он как-то убедил девушку в её безопасности и на машине Марика они успели на вокзал за полчаса до отправления поезда «Алматы – Семей». Ведь если бы что-то пошло не по плану Деда, не по сценарию, то этим двум парням сильно бы не поздоровилось.
8
Выйдя из вагона на вокзале Семея, Людка и Смирный сразу же увидели Виктора. Новая встреча с ним Семакину не обрадовала, но перекантоваться у него на хате после поезда она все же согласилась. К тому же выбора у девушки не было. Общение троих людей на вокзале было недолгим. Отозвав Дипунова на минуточку в сторонку, Смирный передал ему заклеенный конверт. И объяснив, что это деньги принадлежащие Людмиле, строго настрого наказал ему, чтобы парень у себя дома не забыл их ей отдать. Так Смирный выполнил свое последнее задание от Деда, который не мог передать деньги лично Семакиной. Деденко и не хотел, чтобы девушка знала, чьи это деньги. Пусть это будет просто подарок.
Ступив на привокзальную площадь и отнекиваясь от многочисленных предложений мастных бомбил, трое молодых людей сели в машину Марика, который их уже поджидал. Людку вместе с Виктором довезли до его квартиры, и, распрощавшись с ними, Смирный и Марик, сразу же взяли курс на выезд из города, а затем на алматинскую трассу.
Машина, выйдя за черту города, двигалась почти без остановок на предельно допустимой скорости. И Марик все время обращал внимание на местность, по которой виляла их широкая трасса. Он должен был выполнить важное задание Деда при непосредственном участии Смирного.
Для этого Марику нужно было подходящее место: лесополоса или густые кустарники. Но машину все дорогу окружала «степь, да степь, кругом». Как в известной песне.
Когда вечер стал плавно переходить в темную теплую ночь, и Смирный на заднем сидении машины уже задремал, Марик, увидел по ходу их следования долгожданные, правда, редковатые кусты. Другой возможности для выполнения задания Деда, у водителя могло не быть. Да и поскорее ему хотелось избавиться от этой проблемы. Марик остановил машину и позвал Смирного.
- А? Чего? Уже Алматы? – спросил парень, неспособный ничего понять.
- Ага, - ответил водитель. – Рио де Жанейро, не хочешь? Выходи и следуй за мной. Мы должны выполнить важное задание Деда. Или ты что-то имеешь против?
Как только они зашли за ближайшие кусты, отойдя от трассы на расстояние видимости машины, Марик встал перед Смирным, спиной к дороге.
- Ну, давай быстрее сделаем то, что надо, и дальше поедем, - торопил водителя ничего не подозревавший Смирный.
- Не гони, - оборвал его Марик и заложил свою правую руку себе за спину. – Короче. На тебя Дед сильно осерчал. Косяк за тобой. Ты с этой девкой, с Людмилой, сильно прокололся.
-Так это, ничего… приедем в город, и я попрошу прощения у Деда.
- Такой расклад уже не катит, – резко возразил ему Марик. – Извиняться теперь будешь перед Богом. Пойми меня, ничего личного…
Смирный, наверное, что-то хотел сказать и уже открыл рот, но Марик быстро выбросил свою руку из-за спины, держа в руках пистолет с глушителем. И, направив его на приговоренного к смерти, два раза нажал на курок.
Прозвучали глухие хлопки, и Смирный удивленными глазами, в которых навечно застыл ужас, уставился на Марика. А потом, пошатнувшись и слегка взмахнув руками, тяжело рухнул навзничь. Киллер внимательно посмотрел на бездыханно тело и еще раз выстрелил в него. А затем, не торопясь, сел в машину и помчался в Алматы.
Когда он подъехал к офису Деда и, поднявшись на второй этаж, зашел в кабинет, то увидел своего шефа сидящим в кресле за его рабочим столом. Причем он также сидел, когда отправлял в дорогу своих подчиненных. Такое ощущение, будто он и не вставал из-за стола.
- Ну, что скажешь? - вместо приветствия спросил вошедшего Дед.
- Все ровно, – доложил ему Марик. – Дело сделано.
- Волына где? - поинтересовался Дед. – Давай её сюда. Кстати, сколько там патронов осталось?
- Еще три есть.
- Хорошо, все можешь идти. Хотя нет, подожди. – Дед словно вовремя одумался. Выпей со мной с дороги.
- Я это… Дед, не пью сегодня, за рулем и устал сильно,- начал оправдываться Марик, словно что-то предчувствуя.
Но Деденко не унимался:
- А ты газировки выпей, я так хочу! – и, приоткрыв дверцу стола, достал оттуда чистый прозрачный стакан и неполную поллитровую бутылку минеральной воды. Мужчина наполнил стакан и протянул его Марику.
- Ну, минералочку, это можно, – даже обрадовался Марик и залпом выпил. – А то ведь и вправду жарко что-то.
Он даже обрадовался, что так быстро отделался от Деда. Недолюбливал его Марик. И в глубине души, он надеялся, что когда-нибудь, он поднимется и станет серьезным конкурентом Деденко.
Спустившись вниз по лестнице и потянув на себя подъездную дверь, Марик вдруг почувствовал, что его как будто что-то сильно-сильно тряхнуло. А в животе начался нестерпимый жар с невыносимой болью. Во рту сразу пересохло. Еле передвигая непослушные, словно ватные ноги, он вышел из подъезда и медленно повалился на правый бок. Марик попытался встать, но всего лишь перевернулся на спину и стеклянными глазами уставился в чистое и голубое небо. Туда, где теперь на необъятных просторах небосвода будет искать своей покой его душа.
После ухода Марика, Дед, подождав несколько минут, вытащил пистолет с глушителем и зарядил его. Сейчас перед ним отдельными эпизодами пролетала вся его непутевая жизнь. И то, что она сложилась именно так, а не иначе, винить в этом кроме его самого никого другого не приходилось.
Лучшие свои годы Деденко провел в местах лишения свободы. Но судьба смилостивилась над ним и дала ему шанс, когда он женился на своей любимой девушке Леске. Но и тут Дед не смог жить как все люди, по-нормальному. Опять криминал и снова путь - дорога на зону. А что потом? Одиночество, пустота. Гонка за нечестными и грязными деньгами путем прокручивания уголовных дел. Организация притонов, с привлечением туда невинных молоденьких девушек. Которые были кем-то любимыми, чьими-то дочерями и сестрами. И осознал все это Дед только тогда, когда с ним же самим случилось страшная трагедия – близость с родной дочерью. А после такого - жизнь уже не может продолжаться. Приговор один - расстрел. Выход один - пуля в лоб. И Дед не пожалеет себя: если он жил как сволочь, то и умрет как собака.
Мужчина приставил дуло пистолета к виску и нажал курок.
9
Считается, что возвращаться в прошлое это всегда плохо. И когда Людка снова как когда-то, оказалась с Виктором наедине в его квартире, ей показалось что ничего с ней и не происходило. И она все та же беззаботная и веселая выпускница, которую любит Семен. Но себя никогда не обманешь. И то, что хотелось бы забыть, да не получается, из жизни не вычеркнуть.
В комнате Виктора за это время не произошло никаких изменений. Сразу видно, что пацан сам не убирает, и женской руки тут тоже не чувствуется.
- Ну, что сидим, как на именинах? Хозяин ты или где? Доставай водку и ставь закусь какой-нибудь, - скомандовала Людка и в ожидании развалилась на все том же, памятном ей кресле.
Парень уже в первые минуты общения с Семакиной заметил, что она стала совсем другой. Не по годам взрослой, дерзкой, уверенной в себе, наглой и смелой. Но все такой же – притягательной и желанной.
- Ни фига себе, - подумал Виктор, готовя на стол. - Совсем обурела шлюха. Забыла, как тут охала и ахала на моей кровати. Ну, ничего, еще не вечер, все повторится.
От волнения парень решил закурить и нервно стал себя ощупывать в поисках сигарет. Вдруг он обнаружил конверт, который ему Смирный передал для Людки. Виктор быстро заглянул внутрь конверта и даже присвистнул от удивления. В пакете лежали доллары. Десять банкнот. Тысяча баксов!
- Вот это да! Богатенькая подруга, получается, – размышлял парень. - И еще борзеет в моей хате.
Виктор нашел в кармане пачку синего «Бонда» и с сожалением обнаружил в ней последнюю сигарету. С жадностью затянувшись, он сразу же стал соображать совсем иначе.
- Ну, все деньги от меня Людка, конечно, не получит, а то еще морда у нее треснет. Да и за обслуживание надо тоже платить, а то ишь, командует.
Дипунов взял себе триста долларов, а остальные положил в конверт. Потом, пару раз затянувшись, передумал и взял из конверта еще две банкноты. И все равно, как мысленно рассуждал парень, это было неправильно.
- Хватит ей и триста долларов. – Твердо решил он и, положив их в конверт, стал думать, где бы пока сохранить свои семьсот. Его взгляд упал на помятую пачку синего «Бонда», которую он сам же только что бросил себе под ноги. Виктор нагнулся за ней, тщательно её разгладил и положил туда свои деньги. А пачку сунул в левый нагрудный карман рубашки. И только теперь, уже полностью успокоившись, стал резать колбасу, хлеб и огурец с помидорами. В запасе у него была припасена водка и бутылка лимонада.
В ожидании угощения, Семакиной не пришлось скучать. Она сидела и все думала и думала. Ей казалось, что никакой поездки в Алматы вовсе и не было. Все это напоминало страшный сон, который уже завершился. И вспоминать о нем она больше никогда не будет. Да и нечего там вспоминать. Разве что последние минуты её пребывания на алматинском вокзале…
До отправления поезда «Алматы-Семей» оставалось полчаса, но Людка и Смирный стояли у своего вагона и не заходили в него. Было такое ощущение, что кто-то еще должен был подойти. Семакина уже не задавала никаких лишних вопросов. Все равно правду ей никто не скажет, а сюрпризов за последнее время, ей хватило.
Среди многочисленных граждан, снующих по перрону, вдруг выделился один мужчина в черных очках. Он был одет очень скромно и просто, и в руках держал большой букет цветов. И когда незнакомец подошел к Смирному, тот сразу же засуетился и сказал:
- Добрый день, шеф!
- Заткнись, идиот, – услышал он в ответ тихий, спокойный голос. - Вот бери конверт с деньгами. Сделаешь все, как я сказал. А сейчас поднимайся в тамбур и жди девушку.
И после этих слов он посмотрел на Людку.
- Людмила, эти цветы Вам. Не откажите, примите их в знак моей чистой и искренней любви к Вам.
Семакина машинально схватила букет и только сейчас узнала в незнакомце того мужчину из коттеджа, с которым она хорошо провела время.
По всему вокзалу прозвучало: «До отправления скорого поезда «Алматы – Семей» остается пять минут. Провожающих просим выйти из вагонов»…
Девушка уже двумя ногами была в поезде, и тем более у себя в родном городе. И ей совсем не хотелось даже в воспоминаниях возвращаться в прошлые дела. Но Дед продолжал:
- Поверьте, моя любовь к Вам настоящая чистая и вечная. Но для меня она стала роковой. Любовью до гроба…
- Мужчина, прошу вас, не нужно так говорить…- тихо сказала Семакина.
А по вокзалу громко раздалось: «Будьте внимательны, будьте осторожны! Скорый поезд «Алматы – Семей» отправляется с первого пути. Отойдите от края платформы. Счастливого пути»…
Смирный протянул руку Людмиле, которая поставила ногу на ступеньку вагона, а Дед, поддерживая её за талию, помог подняться в тамбур. Локомотив издал пронзительный гудок и резко дернул состав. Вагоны, покачиваясь и постукивая колесными парами, сначала медленно, а потом все сильнее и сильнее набрали скорость и быстро скрылись в северном направлении железнодорожного пути.
- Люд, ты меня, что не слышишь? - где-то рядом совсем под ухом прозвучал голос Виктора. И Семакина, словно очнувшись, посмотрела на заставленный закуской и выпивкой небольшой столик у кресла.
- Очнись, ты, что ли! Хватит мечтать, – продолжал Дипунов. - Слушай, тут тебе твои дружки из Алматы велели мне передать деньги в конверте. Я его не открывал, посмотри.
Людка спокойно глянула в конверт, вытащила из него триста долларов и, усмехнувшись, сказала:
- Ну, ладно, раз так. Значит, будем гулять. Я тогда поживу у тебя с недельку. А потом к матери зайду. Идет? Тогда наливай.
На столе была закуска, которую успел приготовить Виктор: колбаса, салат из огурцов и помидор, кусочки сыра и тонко порезанный хлеб. Парень поставил около Людки большой китайский бокал с массивной ручкой и налил в него лимонад. Запивать. Но Людка быстро выпила почти полный стакан водки и даже запивать его не стала, не то, что бы закусывать.
Виктор, с удивлением смотрел на неё. «Да-а, Семакина сильно изменилась, - думал он. - Но ничего, обломается, и не без его помощи. Не таких видали».
А Людка, словно читая мысли парня, снова плеснула себе в стакан почти столько же и приготовилась пить.
- Эй, подруга, - только и успел сказать Дипунов. - Ты что, берегов не видишь? Хватит тебе пока пить! А то не ровен час, опять уедешь неизвестно куда. Забыла что ли про свое путешествие?
-Ты, мразь подзаборная! - Людка резко соскочила со своего места и оперевшись двумя руками о края стола, настолько близко приблизилась к лицу удивленного Виктора, что казалось их кончики носа соприкоснутся.
- На кого хлебальник свой разеваешь, ублюдок? – и, схватив двумя пальцами за ручку стоявший на столе бокал с лимонадом, Семакина размахнулась и со всей дури заехала им Дипунову выше левого уха. Удар был такой силы, что ручка у бокала осталась в руках драчуньи, а сам бокал с грохотом покатился по полу. И подобно ему, сделав кувырок назад вместе со стулом, к стенке отлетел Дипунов.
Но Людку это нисколько не остановило. И она, кинувшись к лежащему без сознания парню, стала осыпать его тело пинками:
- Что, жертва аборта, смерти своей не дождешься?
Людкино утверждение про жертву аборта, конечно, было глубоко ошибочным. А вот тот факт, что парень невольно стал жертвой уголовных деяний, со стороны Семакиной, это бесспорно.
Он лежал без движения, у стенки. От усталости и злости Семакина плюхнулась на рядом стоящее кресло и успокоилась. А потом словно осенило. За что она так избила Виктора? Что он ей сделал? Он даже по-честному отдал ей деньги. А ведь мог бы и забрать себе. Значит, он порядочный. А то, что Виктор сразу после выпускного соблазнился на её девичью честь, так за это Семакина на него не в обиде. Уж лучше он стал первым её мужчиной, чем бы кто там другой в Алматы.
Людка соскочила с кресла и, прильнув к груди парня, дернула его рубашку так, что несколько пуговиц разлетелись в разные стороны. Девушка приложилась левым ухом к обнаженной груди лежащего и с радостью услыхала его сердцебиение. Семакина сняла с парня его рубашку и зайдя в туалет намочила полотенце, желая протереть Дипунову грудь, чтобы хоть как – то облегчить его страдания. Затем Людка спешно вытащила из кармана его рубашки помятую пачку синего «Бонда» и, не заглянув внутрь, выбросила её в мусорное ведро. А рубашку затолкала в стиральную машину.
Автор материала:
...
Логин на сайте: ...
Группа: ...
Статус: ...
О материале:
Дата добавления материала: 11.08.2016 в 18:01
Материал просмотрен: 50 раз
Категория материала: Детективы
К материалу оставлено: 0 комментариев
Всего комментариев: 0
avatar
18
Свернуть
Развернуть чат
Необходима авторизация
0