ДОМОВУШКА. ЧАСТЬ 4
13.10.2017 57 0.0 0
6+
ГЛАВА XIII

Если день с утра не задался, то таким он и будет незадачливым до вечера. Только мы вышли из дома, как серое питерское небо закапризничало, пошел дождь. И не какой-нибудь скромный дождичек, а настоящий дождище.
- Может, домой вернемся? – спросила я дедулю.
- Ты что, приехала для того, чтобы дома сидеть? – возмутился он, - А город малышам показать? Сейчас поймаем такси и поедем на Невский.

Мой дедуля очень и очень целеустремленный человек. Он с энтузиазмом выскочил на дорогу, пытаясь остановить машину. Но они проносились мимо, обдавая нас брызгами из луж. За полчаса стояния мы промокли до последней нитки. Казалось, что вода у меня булькает внутри, как у Водянушки. Дедушкин энтузиазм тоже несколько подмок. Он уже не кидался на проходящие машины, а робко голосовал, стоя на тротуаре, поглядывая на небо. По всей видимости, дедушка начал уже сомневаться: стоит ли гулять в такую погоду? Но тут подъехало такси, из него выглянул веселый водитель:
- Садитесь, горемычные, подвезу.

Долго просить нас не пришлось.
- Куда едем? – спросил таксист и, взглянув на дедушку, сказал, - Ба! Да я же, дед, тебя недавно подвозил из аэропорта, помнишь? Тогда тоже дождь шел?
- Вот так встреча, - обрадовался дедуля, - Второй раз ты меня выручаешь.
- Работа у нас такая,- трогая машину с места, сказал таксист, - Вы по делу куда едете?
- Внучка с друзьями в гости приехала, хочу им город показать.
- В такую погоду гулять? – удивился таксист, - простудиться не боитесь?
- Уезжают они скоро, хочется все успеть, - объяснил дедушка.
- Понятно. А где договорились встретиться с друзьями?
- Так они ж с нами едут, - сказал дедушка и поставил портфель на колени.
Таксист удивленно обернулся назад:
- Теперь не понял. Они что, не успели сесть в машину?

- Это дедушка шутит, - вмешалась я, - Мои друзья ждут нас на Невском проспекте.
- Понятно, - еще раз сказал водитель.
- Вы у Пассажа притормозите. Я Марии Ивановне гостинец обещала привезти.
- Этой Жадине Ивановне гостинец? – возмутился из портфеля Домовушка.
Водянушка возмущенно булькнул животом, а добрая Газовушка сказала:
- Не такая она уж и жадина. Просто очень хозяйственная.
Дедушка покрепче обнял свой портфель, а таксист принялся крутить ручку приемника:
- Не понял. Приемник выключен, а работает. Слышите, - обратился он к нам, - Спектакль передают о какой-то Жадине Ивановне.

- Слышу, - сказал дедушка и пальцами забарабанил по портфелю.
- Может, у вас в приемнике лампочка перегорела? – спросила я, - На самом деле он работает, а лампочка не горит и, кажется, что не работает.
- Может, конечно, - согласился водитель, - Только я все равно не понял.
В этот момент Газовушка чихнула.

- Будьте здоровы, - вежливо сказал таксист, обращаясь ко мне.
Мне ничего не оставалось, как ответить:
- Спасибо.
Газовушка чихнула еще раз.
- Будьте здоровы!
- Апчхи!
- Будьте здоровы!
- Апчхи!
- Ишь, как вас пробирает, точно простудились.
- Вы не обращайте, пожалуйста, внимание, сейчас пройдет, сказала я.
Но пока я говорила, Газовушка умудрилась чихнуть еще три раза.
- Как это у вас получается, - удивился таксист, - Чихать и говорить одновременно?
- Это у нее с детства, - сказал дедушка.
- Чего только на свете не бывает! Все-таки у меня хорошая работа. С такими интересными людьми встречаешься! Приеду сегодня в парк, расскажу, ребята не поверят.
- Апчхи!
- Значит, правда не поверят, - засмеялся таксист.
- Работа у вас, действительно, хорошая, - сказал дедушка, - Спасибо. Вот мы и приехали.

Дедушка раскрыл портфель:
- Вот я бестолковый! – всплеснул он руками, - Забыл, совсем забыл! Ой, дыря моя головатая!
- Что у тебе, дед, головатая? – таксист покосился на дедушку.
- Голова у меня дырявая, вот что! Как можно было забыть?
- Кошелек дома забыли? Не беда. В другой раз заплатите.
- Нет, я как раз ничего не забыл, - сказал дедушка и извлек из портфеля два зонтика, - Представляете, взял с собой и забыл, что взял.

- Всяко на свете бывает, - философски заметил веселый таксист, - Теперь-то вам дождь не страшен.
Перед входом в магазин я остановила дедулю:
- Ну-ка, открывай портфель, доставай чихающую команду.

- Никакая мы не чихающая команда, - сказал Водянушка.
- Подумаешь, три разика чихнула Газовушка, а уже обзываются, - сказал Домовушка.
- Конечно, - обиделась Газовушка, - Если б вас на веник посадили, тоже, небось, расчихались бы.
- Ага, - заступился за нее опять Домовушка, - Может быть, у Газовушки летаргическая реакция на ваш веник была.
- Какая реакция? На какой веник? – я ничего не понимала.
- Аллергическая реакция, - засмеялся дедушка и достал банный веник из портфеля, - Это же мой чудесный эвкалиптовый веник. Я с ним в баню хожу.
- Дедуль, ты, что с портфелем в баню ходишь?!
- Ты мне прикажешь с авоськой в баню ходить, - обиделся дедушка, - Я все-таки интеллигентный человек, с высшим образованием.

- С портфелем, так с портфелем, - примирительно сказала я.
- Наташ, какой подарок ты надумала купить Марии Ивановне? – спросила Газовушка.
- Молоток ей надо купить, - забурчал Домовушка, - А то эта Жадина Ивановна на чужие молотки зарится. Прямо чуть что, хвать чужой молоток и тащит к себе и тащит.

- Лучше два молотка, - вступил в дискуссию Водянушка, Или даже три, раз она жадина.
- Положить в красивую коробочку и обвязать ленточкой, - добавила Газовушка.
- Перестаньте зловредничать, - попросила я троицу, - Она, между прочим, за квартирой присматривает. И я решила духи подарить Жадине… тьфу, совсем меня с панталыка сбили, Марии Ивановне.
- Ага-ага, - обрадовался Водянушка, - Запах у них должен быть такой… такой…
- Молотком они должны пахнуть, - захихикал Домовушка.
- Это девичье дело по парфюмериям ходить, - сказал дедушка, - Я пойду шляпу себе новую присмотрю, а то моя поизносилась совсем. Просто, даже неприлично интеллигентному человеку в такой шляпе ходить.

Я и Газовушка отправились покупать духи. Дедушка с Водянушкой и Домовушкой – за новой шляпой. Мы с Газовушкой управились достаточно быстро. Безусловно, мне пришлось перепробовать все духи, какие были в магазине. И не потому, что я такая привередливая. Просто Газовушка не могла отказать себе в удовольствии, а я ей. У меня даже голова закружилась от этой безумной смеси запахов. Но Газовушка сияла как фотомодель с обложки журнала, так ей все нравилось. Кроме того, что она сияла, она еще и пропиталась насквозь этими запахами.

- Выбрали? – спросила меня продавщица.
- Не знаю… Еще не решила…
- Значит, не решили?
- Нет.
- Значит, вам шестой раз все духи показать? – мрачно спросила продавщица.
- Нет, шестой раз не надо.
- А что надо?
- Дайте мне вот ту большую красивую коробочку, - и я показала на полку.
- Это мужская туалетная вода, - сказала продавщица, подавая коробочку, - Вы сказали, что даме подарок хотите приобрести.
- Ну да, даме, - задумчиво ответила я, - Дедушка очень обрадуется.
- Какой дедушка?!
- Мой, Иван Алексеевич.
- Вы хотите сказать, что даму, которой вы покупаете духи, зовут Иван Алексеевич, и она ваш дедушка?!
- Ой, что вы! – засмеялась я, - Конечно, нет. Я Марии Ивановне хочу купить духи, моей соседке, а дедушке – Ивану Алексеевичу туалетную воду.

- Какое счастье! – обрадовалась продавщица, - Какое счастье, что ваш дедушка мужчина и зовут его Иван Алексеевич. Я уж думала, что с ума сошла, - пояснила продавщица свою радость, - За день так навертишься-накрутишься, что поневоле подумаешь, что с головой не все в порядке. А ваша соседка, извините, какого возраста?
- Ну-у…- я задумалась, - Я бы сказала зрелого.
- Перезрелого, - хихикнула Газовушка.
- Чудесно! Вот как раз духи для вашей соседки. «Алые паруса». Она будет вам очень благодарна. И не забудьте туалетную воду для вашего дедушки, - обаятельно улыбнулась продавщица.

Я поблагодарила ее, и мы с Газовушкой отправились разыскивать нашу мужскую компанию.

Дедулю мы нашли в шляпном отделе перед зеркалом. Рядом с ним лежала гора, состоящая из невероятного количества шляп, фуражек, кепи, бейсболок, которые он мерил по очереди, а продавец подносила ему все новые. Надо сказать, что нерешительность во время покупок – это наша семейная черта. Все время кажется, что не купленное, не померенное, не понюханное, не попробованное лучше чем то, что ты держишь в руках. Вот так и дедушка, с фантастической скоростью он менял одну шляпу на другую, затем в дело шли то кепи, то береты и даже панамки. Ошалевшие Водянушка и Домовушка сидели на зеркале, не мигая, глядя на дедушку. Они впервые присутствовали при подобном зрелище.

Дедуля бурчал:
- Нет, это не шляпа, а кастрюля без ручек. А эта – слишком вызывающая. Этот берет, пожалуй, слишком простоват. А у этого какой-то чаморошный цвет. В этой фуражке можно только бутылки ходить собирать. Под эту шляпу у меня нет, к сожалению, подходящего галстука.

- Девушка, - обратился дедушка к продавцу, - Вас как зовут?
- Маруся.
- Марусечка, что вы еще можете мне предложить?
- Вы уже все перемерили.
- Все-таки я не очень уверен, что предложенное мне подходит. Может еще есть модели?
- Есть. Плавательные шапочки для бассейна. Принести? – ехидно спросила продавщица.
- Нет, пожалуй, шапочки мне ни к чему. Вот в витрине у вас модные шляпы.
- Эти фасоны вам уже предлагались. Вы сказали, что зеленая не подходит к вашей бороде. В песочной вы похожи на индюка. Вы сами не знаете, что хотите.

Тут к Марусе и дедушке подошла, нет, даже не подошла, а величаво подплыла заведующая отделом. Она слегка отодвинула Марусю и сказала, впрочем, она не сказала, а пропела:
- Милочка, вы не правы. Товарищ покупатель знает, что ему надо. Просто у товарища покупателя изысканный вкус. Сейчас, товарищ покупатель, я вам предложу то, от чего вы не сможете отказаться. Посмотрите, - из горы головных уборов она вытащила светло-серую шляпу и широкими полями.

- Я вижу вы человек удивительной душевной организации, и в то же время, вы мужественны… как мушкетер!
При этих словах дедушка покраснел и, почему-то открыв свой портфель, достал любимый веник, взяв его наперевес. Оно и понятно, шпаги то у него с собой не было. Впрочем, у дедушки не было никогда шпаги.

- Обратите внимание, - пропела заведующая, - Это элегантность и добротность. Смело могу утверждать, на сегодняшний день – это апофеоз искусства шляпников. Скромно и богато. Именно так должен выглядеть настоящий мужчина.
Дедушка зачарованно осмотрел на заведующую отделом.

- Будьте любезны, примерьте, - попросила она дедушку.
Дедуля неловко взял шляпу, выронив веник из рук, и повернулся к зеркалу. Но вместо своего отражения он увидел Домовуха точь-в-точь такой же шляпе. Тот подмигнул дедушке, а дедуля от неожиданности громко икнул. Домовух со звуком «чмок» наполовину вылез из зеркала и со словами:
- Мадам! Вы чародейка! Восхитительная и несравненная! - поцеловал руку заведующей отделом.

Затем с тем же звуком вернулся в зеркало, стекло покрылось рябью, и через секунду в нем отразился дедушка, шляпа у которого сползла на затылок. Маруся в ужасе завизжала.
- Милочка, я вас умоляю, - томно пропела заведующая отделом, - Не шумите. Неужели вам никогда мужчины не целовали руки?
- Но это чудовище вылезло из зеркала, - дрожащим голосом ответила продавщица.
- Какие пустяки, - ответила заведующая отделом и с легкой улыбкой на лице уплыла к себе в кабинет.
- Дедушка, дедуля! – позвала я, - Мы ждем тебя. Плати и скорее пошли.
Дедуля расплатился с Марусей, и мы быстро вышли из магазина. На улице дедушка перевел дух:
- Этого я от Домовуха не ожидал! Чуть скандал не устроил! Не ожидал!
- Подумаешь, - сказал Домовушка, - Бабульке ручку поцеловал и уже скандал.
- Никакая она не бабулька, - запальчиво ответил дедушка, - А очень даже интересная женщина.
- Дедушка влюбился! Дедушка влюбился! – запрыгал на одной ножке по лужам Водянушка.
Дедушка сердито покраснел и отвернулся. А Газовушка грустно сказала:
- Мы веник в магазине забыли.
- Как хорошо! – обрадовался дедушка, - Значит, мне придется вернуться за ним. Значит, я ее опять увижу, - мечтательно сказал он.

Вдруг мое внимание привлекло жалобное потявкивание, идущее неизвестно откуда.
- Слышите? – остановила я всех.
- Это там, - сказал Домовушка и решительно потащил нас за угол дома.
На тротуаре сидел мокрый, худой и несчастный щенок-боксер. Увидев нас, пес встал и завилял хвостом. Вернее это был не хвост, а так, несерьезная кочерыжка. Но мордаха у него была славная, да и характер, судя по всему, доброжелательный. Дедушка погладил его и спросил:
- Что, барбос, потерялся? Есть, наверное, хочешь?

Пес еще радостнее завилял своей кочерыжкой.
- Надо бы хозяина найти, - сказала я.
- Послушайте, - заволновалась Газовушка, - Это ведь о нем в газете писали, что потерялся, и хозяева его разыскивают.
- Газета дома осталась, - загрустила я.
- Вот что! – деловым тоном сказал Домовушка, - Мы с Водянушкой сейчас смотаемся домой, прочитаем объявление, а вы нас подождите.
- Да, - поддакнул Водянушка, - Прочитаем и скажем адрес хозяев. А вы можете пока этого маленького четырехлапого бомжика покормить.

И они в ту же секунду исчезли.
- Покормить его надо, - согласился дедушка, - А то видишь, какой худой и глаза голодные. Намыкался, поди, по улицам-то бродить? – спросил дедушка у щенка.
Барбосина горестно тявкнул.
- Смотрите, - сказала Газовушка, - Пирожки продают. Ты пирожки ешь? – спросила она у щенка, и его хвостик-кочерыжка весело завилял.

Я купила пять пирожков. Четыре он проглотил в один момент, а вот пятый жевал уже обстоятельно, как добропорядочный пес. Мы с умилением смотрели на щенка. Раздалось смущенное покашливание. Это вернулся Домовушка, но он был чем-то огорчен.
- Прочитал объявление? Какой адрес? – наперебой стали мы спрашивать Домовушку.
- Такая история… газета эта… Там такие буквы непонятные: кружочки, палочки, закорючечки всякие… - забормотал он.
- Говоришь, непонятные. А читать-то ты умеешь? – спросил дедушка Домовушку.
- Думал, что умею, - печально ответил он, - А оказалось, что нет. Поэтому я Водянушку с собой взял. Думал, он умеет.
- Кстати, где Водянушка?
- Он тоже читать не умеет, поэтому остался дома плакать.
- Зачем плакать? – удивилась я.
- Ну, как вы не понимаете, если вы вернетесь домой и увидите, что он плачет, то ругать его не будете за то, что он забыл, что читать не умеет, - пояснил Домовушка.
- Мы бы его и так не ругали, - сказал дедуля, - Ругать стоит тех, кто потерял такого хорошего барбоса.

Пес подпрыгнул на всех четырех лапах и залаял, глядя в небо. Мы обернулись и увидели летящий бумажный самолетик, сделанный из газеты. На нем сидел Водянушка. Самолет сделал вираж и приземлился.
- Домовушка сказал, что ты дома сидишь, плачешь.
- Я плакал, честное слово, плакал. Целую лужу под раковиной наплакал, - признался Водянушка, - Но Домовух говорит, что реветь – дело последнее. Всегда можно что-нибудь придумать. Он и придумал, как эту газету вам доставить. Теперь читайте.
- Молодец! – похвалил дедушка то ли Водянушку, то ли Домовуха.
Я развернула газету.
- Ага, вот объявление: «Пропала собака породы боксер. Адрес: Серебристый бульвар».
- Далековато, браток, ты живешь, - сказал дедушка, почесав пса за ухом, - Как же нам быть?
Водянушка подлетев к щенку и, подергав его за хвост, пробормотал:
- Нет, из этой собаки самолетик не получится. Жаль, а то мы бы его раз и на этот Серебристый бульвар быстро доставили бы.

Щенок недовольно тряхнул головой. Ему явно не хотелось, что б из него делали бумажный самолетик.
Рядом с нами притормозило такси. Из него выглянул утренний водитель.
- Привет, пассажиры, что случилось?
- Понимаешь, сказал, - дедушка, - Вот газета – пропала собака. Вот собака, которая пропала. Теперь бы ее хозяевам надо бы доставить.
- Понял. Садитесь, отвезем.
- Это далеко, у нас денег не хватит оплатить поездку, - сказала я.
- Не понял. Обижаете? – спросил водитель, - Я что, на живодера похож, чтобы за спасение живой души деньги брать? Животину спасать надо, ишь, как отощала, мыкаясь по улицам, - серьезно добавил он.
Пока дедушка усаживался на заднее сидение со щенком, я успела шепнуть троице:
- Я вам умоляю, только без хулиганства.
Они дружно закивали головами и нырнули в дедушкин портфель. Таксист всю дорогу поглядывал в зеркальце заднего вида, умиляясь щенком:
- Ты посмотри, какая у него морда выразительная! И любопытный в окно глазеет.
Потом начинал волноваться:
- Собаку покормить надо, а то не собака, а скелет на ножках. Давайте приторможу у магазина, колбасы ему купим.
Мы с трудом уговорили таксиста, что пес уже накормлен. Наконец мы приехали. Водитель остановил машину у нужного дома и сказал:
- Я с вами пойду, хочу посмотреть, как хозяева обрадуются встрече со своим блудным сыном.

Дверь нам открыл тостомордый дядька в штанах и подтяжках. Он что-то жевал смачно чавкая:
- Че надо?
Щенок, увидев мужика, радостно залаял и стал подпрыгивать, стараясь лизнуть его. Мужик сдвинул щенка ногой и повторил вопрос:
- Ну, так че надо?

- Дело в том, - начал объяснять душка, - Мы нашли щенка, а в газете объявление и ваш адрес. Вот мы вам его и привезли.
- Этого что ли? – спросил мужик, посмотрев на пса, - И правда, этот у меня потерялся, - удивился он. Щенок еще раз попытался подпрыгнуть и лизнуть мужика, а тот опять отпихнул его ногой.
- Он мне больше без надобности, - сказал мужик, - Я себе уже другого купил. Еще лучше.
- Не понял, - возмутился таксист, - Собака – она же друг человека. Она не просто друг, а преданный друг. А вы другого купили!

- Вот именно, что друг, - сказал мужик, - Мне, что его дружбу на хлеб намазывать что ли? Или она в кошельке зазвенит у меня? Не, такое мне не надо. Этот дурачок своим обрубком виляет и к каждому лизаться лезет. Тоже мне дружбан. Нынче надо силу иметь, когти и зубы, - нравоучительно сказал мужик, - Вот такого я себе и купил. Сейчас дачу мою охраняет. Чужого увидит: шерсть на загривке дыбом становится, глаза кровью наливаются. Два раза железную цепь рвал, - с гордостью сообщил мужик.
- Теперь не понял. Зачем ты объявление в газету давал? – спросил таксист.
- Так-то ж две недели назад было. Они мне и говорят, мол, если дам объявление на две недели, то дешевле будет. Я и сэкономил. Но сейчас этот поскребыш мне без надобности. Делайте с ним что хотите. Хоть пирожки, хоть чучело для зоомагазина, - захохотал мужик.

- Пойдем, дружок, - сказала я щенку и потрепала по печально опущенной голове.
- Теперь я все понял, - сказал таксист, - Ты паразит, тебя самого надо на цепь посадить, что б никого не покусал.
- Пошли вон отсюда! – закричал мужик на нас, - Привели шелудивого пса и еще морали читают!
- Что б ты лопнул, косопузый! – в сердцах сказал интеллигентный дедушка.
И вдруг на мужике лопнули подтяжки, лопнули штаны, и он остался в одних трусах. Я хихикнула. Глаза у мужика вылезли на лоб и, совершенно неожиданно для нас, он завизжал тонюсеньким голосом:
- Караул! Грабят! Караул!

Дверь с грохотом сама по себе захлопнулась, треснув противного мужика по носу. На фоне двери я увидела довольную собой троицу. Они нахально подмигнули мне и унеслись вниз по лестнице. Хорошо, что еще этих борцов за справедливость никто не видит, а то даже не представляю, что могло бы произойти.

Все спустились к машине и расстроенный таксист спросил:
- Что теперь будем делать?
- Домой поедем, а там уже и решим, куда барбоса пристроить, - ответил дедушка.
- Я бы его, конечно, к себе взял, - сказал таксист, Но работа у меня такая, что ухожу рано утром, прихожу поздно вечером. Живу один. И будет он целыми днями один сидеть скучать. Эх, жизнь, - вздохнул он, - А пес просто отличный пес! Настоящий друг человека.

Дедушка открыл заднюю дверцу машины, и щенок запрыгнул на сидение, чем вызвал восторг водителя:
- Посмотри, какой умный! Уже знает, где его место.
Я села рядом с водителем, покрепче прижимая дедушкин портфель, в котором разместилась троица.
- Знаете, что, - сказал водитель, - Раз сегодня такой день, давайте я вас по городу покатаю. А то друзей вы не встретили. Питер не увидели. Давайте?

- Я не возражаю, - сказал дедушка.
- Мы тоже! – пискнула троица из портфеля.
- Вы, наверное, артистка. Чревовещателем работаете? Я такое в цирке видел, - спросил у меня таксист, - То вы чихаете и говорите одновременно, а теперь вообще тремя голосами разговариваете.

Я не люблю врать, но тут пришлось. Не могла же я рассказывать о Водянушке, Домовушке и Газовушке.
- У вас, наверное, гастроли, поездки, автографы раздаете, разные города и страны видите? – спросил водитель.
- Вот были мы как-то в Африке, - влез вместо меня Домовушка.
- На нас напало стадо диких кроликов, - продолжил Водянушка.
- Нет, это была стая хищных кузнечиков, - постарался перекричать его Домовушка.
- Это были дрессированные макаки, - вмешалась Газовушка.
- Где ты у макак рога видела? - возмутился Водянушка, - Я точно знаю, это были кролики
- Не было у них рогов, - сказала Газовушка, - Они были в юбочках, и у каждой макаки был банан в лапке.
Таксист, поглядывая на меня, хохотал. А я понимала, если троица расхулиганится, то ее уже не остановить, поэтому я хлопнула по портфелю и сказала:
- Хватит балаган устраивать.

Троица примолкла, а я спросила таксиста:
-Хороший из меня чревовещатель?
- Да, настоящее искусство облагораживает душу.

Мы выехали в центр города, и водитель принялся рассказывать:
- Слева вы видите Исаакиевский собор. Между прочим, это уже четвертый собор. Первый был построен при императоре Петре I, вон на том лугу, напротив Адмиралтейства.
- Это я его построил, - гордо сказал Домовушка. Водитель решил, что я опять чревовещаю, хихикнул, но продолжил:
- Но он был маленький, деревянный и переделали его из чертежного амбара. Но, не смотря на то, что он был неказистый, в нем венчались Петр I и Екатерина Алексеевна.

Троица высунула мордашки из портфеля. Им надоело сидеть в темноте и хотелось все рассмотреть.
- А второй собор, когда построили? – спросила я.
- Второй заложили уже через десять лет. Видите памятник Петру I. Называется он «Медный всадник». Примерно на этом месте собор и возвели. Уже каменный. Хотя простоял тоже не долго. Всего восемнадцать лет. В него ударила молния.
- Сгорел, - догадалась Газовушка.
- Не совсем, но пострадал сильно. Поэтому Екатерина II спустя много лет…
- Это же она в Севастополь приезжала! – обрадовался Водянушка, - Я помню. Кропоткин рассказывал.
- Кто такой Кропоткин? – спросил таксист.
- Знакомый. Он историк, - ответила я, надеясь, что я не очень соврала.
- Да, было дело, - серьезно сказал таксист, - Возникла, значит, в те времена идея воссоздать храм, и Екатерина поддержала ее. Его построили, но неудачно. И так неудачно, что народ стал всякие обидные стишки сочинять. А одного сочинителя даже в Сибирь за это сослали.

- За стихи? – удивилась я.
- За стихи, - подтвердил наш экскурсовод, - То, что мы сейчас видим, это уже четвертый. Гордость Санкт-Петербурга. Строили его долго, сорок лет. В то время императором был Николай I. Он самолично следил за строительством. Такая вот длинная история у этого собора.

- Почему он называется Исаакиевским?
- Был такой святой Исаакий Далматинский, уважал его Петр. Знаете почему?
- Нет, не знаем.
- Петр родился в день памяти этого святого, - сказал таксист, - Сейчас мы въехали на улицу, которая называется Большая Морская.

- У нас в городе тоже есть Большая Морская.
- Не удивительно. Севастополь в те времена называли маленьким Санкт-Петербургом. Это одна из старейших улиц. Жил здесь сначала работный люд. Те, кто работали на адмиралтейской верфи. Много позже на этой улице стали строиться богатые дома. Вот такая судьба бывает у улиц.

- И у городов, - сказала я, - Получается, что Севастополь – младший брат Петербурга.
- В самом деле, - обрадовался водитель, - Получается, что мы почти родственники.
- Как же тебя зовут, родственник? – спросил дедушка, - А то целый день вместе катаемся и еще не познакомились.
- Саня меня зовут, - ответил таксист.
- Мою внучку Наташа, а меня – Иван Алексеевич, - представил нас дедушка.
- Очень приятно, - вежливо сказал Саня.
- Значит, ты Саня. А Саня – это Александр. Александр – защитник.
- Это точно, - засмеялся таксист Саня, - Всю жизнь кого-нибудь защищаю или спасаю. Не поверит, я как-то бабку с коровой спас на железнодорожном переезде. История получилась. Приехали мы с друзьями на рыбалку в одну деревеньку. Природа, озеро. Хорошо. Караси там красавцы. День, значит, отрыбачили. Отдохнули, как полагается. Карасей штук сто поймали.

- Так уж и сто? – хитро спросил дедушка.
- Может, оно конечно, и не сто, а штук пятьдесят точно. Но караси были здоровые как… как…
- Как чемоданы, - пискнул Водянушка.
Но таксист Саня подумал, что это я сказала, поэтому благодарно кивнул мне головой и продолжил:
- Точно, размером с чемодан.

Дедушка засмеялся и сказал:
- Еще ни разу в жизни не встретился мне охотник или рыбак, который не приврал бы.
Саня смутился:
- Если честно, то с ладонь были караси. Но красавцы! Так вот. Едем мы обратно, домой. Уже темнеет. Впереди железнодорожный переезд. Но ни шлагбаума, ни дежурного нет, только семафор горит красный. Понятное дело: поезд идет. Я притормаживаю и тихонечко подъезжаю к переезду. И вдруг, откуда ни возьмись, бабка с коровой выныривает на дорогу, чешет прямо к переезду и тормозить не собирается. А поезд уже виден. Бабка решила, значит, дать по газам, и прошмыгнуть перед поездом, мол, хоть и я старая, но быстрая. Гляжу, такое дело, сейчас от бабки мокрое место останется и от коровы тоже. Я зашел на вираж, обошел, все машины и тут понял, что если бабку обгоню, то, как раз на рельсы и встану под поезд. А не хочется, понимаешь, погибать под железными колесами из-за бестолковой бабки. Только, можно сказать, красотой насладился и на тебе! Поэтому я извернулся и схватил корову за хвост. Корова испугалась, да как заорет! Бабка испугалась, как заорет тоже. Машинист понять не может, что у нас происходит, и свисток свой включил. Гудит вовсю! Ужас. Поезд пролетел и, значит, уже не гудит. Корова тоже уже не орет. Бояться перестала. А бабка все верещит. Тут другие водители подошли, стали ее стыдить, но не помогает. Тогда один дал ей водички. Глядим, полегчало старушке. Оказывается, истерика у женщины случилась, когда представила, что с ней могло бы произойти. Но ничего, потом прошло. Бабка такая благодарная оказалась. Прямо на обочине подоила свою корову, и молока мне настоящего парного дала. Ну, а мы с друзьями карасиками с ней поделились. Вот такая история, - закончил свой рассказ Саня.

- В самом деле, защитник, - сказал дедушка.
А щенок взял и лизнул Саню прямо в ухо. Все засмеялись. Тут мы подъехали к дому.
- Ну, что, - сказал Саня, - Будем прощаться, мне еще работать надо. Но я попрошу тебя, Иван Алексеевич, когда пса пристроишь – позвони мне. Я его навещать буду.
- Хорошо, - сказал дедушка, - Обязательно позвоню.

Мы распрощались с Саней, и вышли из машины. Он нам помахал рукой, посигналил и уехал.
- Здорово, Алексеевич, - сказал подошедший дворник Трофимыч, - Собачку приобрел?
- Приобрел, - ответил дедушка, - Трофимыч, может, ты поможешь пристроить этого барбоса в хорошие руки? Я бы, конечно, себе его оставил, но ты знаешь, уезжаю я часто. И как быть с ним не представляю.
- Алексеевич, такого я от тебя не ожидал, - с осуждением сказал дворник, - Только взял собачку и в чужие руки норовишь уже отдать. Не ожидал.

- Ты не понял, - ответил дедушка и рассказал о злоключениях пса.
- Слушай, Алексеевич, - сказал дворник Трофимыч, - Ты же меня знаешь. Человек я во всех смыслах положительный и даже больше – наукой интересуюсь. Это я к тому, что давно сам хотел себе собачку завести. Потому как я не просто дворник, а старший. И часто совершаю обход вверенной мне территории. Знаешь, даже начальство просил собачку приобрести. Но они люди неразумные, не понимают, только хихикают. Говорят: « Тебе, Трофимыч, можем большую метлу прикупить, как старшему дворнику». А на что мне метла? У меня и так самая большая. А вот собачка как раз мне и нужна. Я бы книжки о собачках почитал и как полагается, с ней занимался. А, Алексеевич?

Щенок понял, что говорят о нем, подошел к Трофимычу и, глядя ему в глаза, завилял своей веселой кочерыжкой.
- Я вижу, ты ему понравился, - сказал дедушка,- А как ты его назовешь?
- Имя, оно конечно, дело серьезное, - ответил Трофимыч, - От этого, можно сказать, судьба зависит, - он погладил щенка, а тот еще веселее завилял хвостом.

- О! – сказал Трофимыч, - Назову я его Перпетуум-мобиле, потому как хвостик его ни на секунду не останавливается. Точно вечный двигатель. А пока он маленький буду ласково звать Мобилкой, - довольный своей сообразительностью сказал Трофимыч.
- По крайней мере, оригинальная кличка, ни у кого такой нет, - похвалила я Трофимыча.
- С таким именем теперь не потеряется, - засмеялся дедушка.
- Трофимыч, - обратилась я к дворнику, - Я давно вас хотела спросить. Все вас зовут только по отчеству – Трофимыч. А почему не по имени отчеству?

- Могу объяснить, - сказал он, - Мой отец Трофим Пантелеевич человек был, конечно, не шибко образованный. Но завсегда понимал, что наука двигает прогресс. Хотелось ему, чтоб сын его, то есть я, этот самый прогресс двигал. И решил он назвать меня именем самого известного ученого. Долго думал, советовался и узнал, что самый-самый – это Архимед. Так и получилось, что я Архимед Трофимыч. Но люди, они же непутевые. То арифмометром меня назовут, то, прости господи, архимандритом. Стал я представляться просто – Трофимыч. А что по научной части не пошел, так-то время тяжелое было. Как школу закончил, на завод и пошел работать. Сейчас на пенсии, но все равно, старшим дворником тружусь. Но ты, Наташа, не думай, что я просто так свое имя ношу. Я же изобретатель. Вот метлу на воздушной подушке изобрел. Летает она, понимаешь, хорошо, но пока не метет. Но я доведу ее до ума. Может мне за это премию дадут, а то и в газете статью обо мне пропечатают.
- Обязательно напечатают, - сказала я, - Спасибо вам, Архимед Трофимыч.
- За что? – удивился дворник.
- За то, что вы хороший человек. Думаю, Мобилке с вами хорошо будет.
- А то! – ответил Трофимыч, достал из кармана веревочку, привязал ее к ошейнику щенка, - Счастливо вам. Мы домой пойдем, - сказал он и повел Перпетуум-мобиле в его новый дом.

А нас дома ожидал Домовух. На плите кипел чайник, а под полотенцем доходила каша. Румяная, рассыпчатая. Но дедушка этого не заметил и накинулся на Домовуха:
- Ты что это в магазине учудил?
- Ванюша, не шуми, - сказал Домовух дедуле, - Во-первых, ты чуть такую замечательную шляпу не проворонил, а, во-вторых, такую замечательную женщину. Вот потому я и вмешался. Сколько лет ты бобылем живешь. А хорошая женщина в хозяйстве всегда пригодится.

Зазвонил телефон. Я взяла трубку, это была Мария Ивановна, моя соседка.
- Мария Ивановна, здравствуйте, что-то случилось? – разволновалась я.
- Нет-нет, Наташенька, все в порядке. Я просто звоню узнать как у вас дела.
- Все хорошо, спасибо, - ответила я.
- Ты не забыла, что гостинец мне обещала привезти? – спросила Мария Ивановна.
- Не только не забыла, но уже и купила.
- Какой? – голос Марии Ивановны задрожал от волнения.
- Я купила вам духи, называются «Алые паруса».
- Как чудно, - сказала Мария Ивановна, - Запах моего детства! Как чудно!
- Я рада, что вам нравится.
- Наташенька, приезжай, скорее, домой, - сказала Мария Ивановна, - Я жду тебя с нетерпением. Дедушке передавай привет. Я вас всех целую.
И повесила трубку. Ну, что ж, день, который не задался с утра, все-таки закончился благополучно.

ГЛАВА XIV

Следующее утро началось с того, что нас всех разбудил Водянушка. Причем самым бессовестным образом. Он носился между мной и дедушкой, брызгая на нас водой. Можете мне поверить, это не самая приятная процедура для человека, когда он еще не проснулся.
- Водянушка, прекрати!
- Подъем! Мы едем на экскурсию.
- Какую экскурсию?
- Вы что, забыли?! В Петергоф.
- Но еще очень рано.
- Знаю я вас,- обиженно забормотал Водянушка, - Опять будете полдня собираться, а потом никуда не поедем.
- Если ты, Водянушка, на вчерашний день намекаешь, то, извини, я в этом не виновата.
- Знаешь, Наташа, чего я не люблю с утра: это когда кто-нибудь на что-нибудь намекает, особенно до завтрака, - сердито сказал Домовушка, - Я кушать хочу.

- Это мне вместо «доброго утра», - вздохнула я.
- Доброе утро, - сказала Газовушка.
- Вот если мы поедем на экскурсию, - сказал Водянушка.
- А перед этим хорошо покушаем, - сказал Домовушка
- То тогда утро, действительно, будет добрым, - сообщили хором мне два маленьких нахала.

В Петергоф мы отправились первым экскурсионным автобусом. Погода стояла прекрасная, и поездка доставила нам удовольствие. Экскурсовод очень милая женщина, с увлечением рассказывала о городе, о его истории, о легендах, связанных с Санкт-Петербургом. Безусловно, троица не смогла усидеть в моей дамской сумочке. Они взмыли вверх под потолок автобуса и крутились вокруг экскурсовода. Как я поняла, чтобы лучше слышать, о чем она рассказывает. Экскурсовод не видела их, но почему-то все время отмахивалась рукой, как будто над ней кружили надоедливые мухи. Один раз она сильно взмахнула и зацепила Домовушку, который, получив ускорение, пролетел вдоль салона автобуса, ударился об одного из экскурсантов и полетел в обратном направлении. Мне пришлось вскочить с места, чтобы поймать Домовушку. По счастью, мало кто заметил мой маневр. Все с интересом разглядывали проносившиеся мимо пейзажи. Так без особых происшествий мы приехали в Петергоф.

Когда группа вышла из автобуса, экскурсовод предложила всем пройти во дворец. Но Водянушка громко сказал:
- Что на тот дворец смотреть? Дворец как дворец. Фонтаны надо идти смотреть.
Милая женщина экскурсовод растерялась. Она не поняла, кто это в группе столь не вежливо высказывает свое мнение.
- Что вы! Как можно такое пропустить! Это очень интересно. Там жили Российские императоры.
- Императоров много, а фонтанов мало, - опять влез Водянушка, но я успела закрыть ему рот рукой.
- Что ж, это ваше право выбирать, - обиженно сказала экскурсовод, - Сделаем так: кто хочет попасть во дворец, пройдемте со мной. Кто хочет идти в парк к фонтанам, пожалуйста, отправляйтесь туда. Но все мы встречаемся в двенадцать часов у автобуса.

И она гордо ушла, уводя за собой группу. На площадке остались только дедушка, я и троица. Водянушка освободился у меня из рук и виновато забормотал:
- Не понимаю, от чего она разобиделась. Какая обидчивая тетенька попалась. Обижается ни с того ни с сего.
- Как это ни с того ни с сего, - сказал дедушка, - Ты вел себя как птеродактиль! Только о себе думал.
У Водянушки от расстройства забулькал живот. Чем больше воспитывал дедушка Водянушку, тем громче было бульканье.
- Немедленно прекрати булькать! В конце концов, это просто не прилично. Ты находишься в публичном месте, - кипятился дедуля.
- Водянушка делает это не специально, - заступилась за друга Газовушка.
-Как это не специально?! Хм…хотя, конечно, не специально, - согласился дедушка, - Но все-таки надо себя контролировать. На то ты и разумное существо.

Я и Домовушка умирали от хохота. Дедушка в этой ситуации выглядел презабавнейшим образом. Так как люди, проходящие мимо нас, не могли видеть троицу, получалось, что дедушка ругает свой бурчащий живот. Наконец, он отвлекся от процесса воспитания Водянушки и спросил меня:
- Я что-то смешное говорю?
- Нет, дедуля, все правильно ты говоришь, но мы же приехали на фонтаны смотреть. Малыши так об этом мечтали.
- В самом деле, - сказал дедушка, - Что это я так раздухарился? Об этом можно и дома поговорить.
- Так пойдем быстрее, - поторопила я дедушку.

Мы повернули направо и спустились по лестнице. Перед нами во всем своем великолепии предстал Большой каскад фонтанов. Хрустальные струи вздымались над золотым Самсоном, разрывающего пасть льву.
- Перед нами фигура Самсона. Она венчает Большой каскад. Этот фонтан символизирует победу Петра I в Полтавской битве и установлен в честь двадцатипятилетия победы русского оружия, - рассказывала экскурсовод одной из групп.
Вдруг небольшое голубое облачко поднялось над фонтаном. Солнечный луч пронзил его и внутри облачка заиграли золотые блики, которые вырвались наружу золотым дождем. Струи фонтана начали подниматься все выше и выше навстречу волшебному дождю. Они соприкоснулись, и над каскадом расцвела радуга. Публика зааплодировала. Экскурсовод хлопала в ладоши:
- Божественно! Божественно!

Облако увеличилось в размерах, изменило свою форму, превратившись в Самсона и льва. Две белые, как искрящийся снег фигуры, окутывали золотые водяные струи. Восторженные люди очнулись, схватились за фотоаппараты. При первых же щелчках фотокамер псевдо-Самсон скукожился, радуга растаяла в воздухе, золотой дождь испарился, и две великолепные фигуры превратились в Водянушку и Газовушку. Водянушка плюхнулся в воду и как большая лягушка поскакал вниз по каналу, обрызгивая глазеющую публику, а Газовушка полетела по направлению к заливу.
- Смотрите! Смотрите! – раздался крик, - Летающая тарелка!
Мужчина рукой показывал на удаляющуюся в небе Газовушку. Я присмотрелась к мужчине и о, ужас! Это был уфолог профессор Корешков.

- Дедулечка, - зашептала я, - Быстро бежим от сюда, пока нас не заметили.
- Спасайся, кто может! Воздушная тревога! – заверещал дурным голосом Домовушка. Люди кинулись врассыпную.
- Не убегайте, - кричал профессор Корешков, - Это НЛО! Летающая тарелка!
А Домовушка не переставал стараться, добавляя сумятицы:
- Внимание! Воздушная тревога! Летающие тарелки, а так же летающие кружки, кастрюли и ложки напали на нас! Спасайся, кто может!

Я сгребла Домовушку и запихнула его поглубже в свою сумочку
- Дедулечка, побежали, а то добром это дело не кончится.
Мы припустили со всех ног. Чтобы не привлекать к себе особого внимания, свернули с центральной аллеи, забежав в глубину парка. Оглядевшись, дедушка сказал:
- Давай, внучка, передохнем, я уж запыхался. Вон лавочка стоит, пойдем, присядем.

К скамейке вела дорожка, аккуратно выложенная камешками. Все они были гладенькие и ровненькие.
- Умели же в старину делать, - сказал дедушка и наступил на дорожку.
- Очаровательная дорожка, - ответила я и смело пошла по ней.
- Где? – высунулся из сумки любопытный Домовушка.

Неожиданно из-под камешков, со звуком «шу - шу - шути», вырвались струи воды, облив нас с головы до ног. От испуга мы с дедушкой отпрыгнули в сторону. Струи тут же опали. Дорожка выглядела умытой и веселой. Наш внешний вид оставлял желать лучшего: у дедули с бороды текла вода, Домовушка был похож на мокрого котенка, а о себе я и не говорю, по той простой причине, что себя-то я не видела. Но, судя по тому, как расхохотался дедуля, взглянув на меня, можно было предположить, что я выглядела ничуть не лучше чем остальные. Домовушка отфыркивался:
- Фу-фу-фулиганство, чистой воды фулиганство!

Дедушка осторожно сделал шаг, другой, третий…и наступил на камень побольше. Нас опять окатило водой. Дедуля в испуге убрал ногу:
- Я понял, - сказал он, - Здесь есть специальные камни. Если на них наступить, то выбрызгивается вода. Если будем внимательны, и нам повезет, то к лавочке мы сможем добраться сухими.

Очень аккуратно, как будто мы шли по минному полю, мы стали пробираться к скамейке.
- Выбирай камешки поменьше, - сказал дедуля, - Думаю, что эти хитрые механизмы спрятаны где-то под большими. Я наступила на самый маленький.
- Шути! Шути! Хи-хи-хи! – зашипели струи, и нас опять окатило водой. После этого мы перестали с дедулей хитроумничать и как два зайца, не разбирая дороги, побежали к лавочке. Домовушка вывалился у меня из сумки прямо на дорожку. Но он не растерялся, а шлепая босыми ногами по камням, вырвался вперед и первым плюхнулся на сухую скамейку. Мы пристроились рядом с ним. Когда же мы отсмеялись над нашим маленьким, но мокрым приключением над дорожкой взметнулись струи воды, и над каждой струйкой я увидела, да и не только я, дедушка тоже, резвящихся Водянушек. Пять, десять, сорок, пятьдесят…я сбилась со счета. Они подпрыгивали вверх и вниз вместе со струйками, казалось, что Водянушки танцуют.

- Мало нам одного, так их целая куча набежала, - забурчал Домовушка.
- Домовушечка, - спросил добрый дедушка, - ты же любишь нашего Водянушку?
- Одного, да, - забухтел Домовушка, - А их тут вон сколько! Варенья на них не напасешься, молока, небось, еще и на мои любимые тапочки позарятся.

- Как тебе не стыдно, - сказала я, - Никто ведь не собирается забирать твои тапочки, тем более что они остались дома.
Домовушка хотел что-то мне ответить, но тут зашумели ветки и прямо из кустов вышел профессор Корешков.
- Так это вы! – сказал он и ткнул в меня пальцем.
- Нет, не я! – испугалась я.
- Я знаю, это вы! – настаивал Корешков.
- Честное слово не я!
- Не спорьте, если я говорю вы, то вы это вы.
- Гражданин, - вмешался дедушка, - Кто вам дал право лазать по кустам, а потом тыкать в мою внучку скрюченным пальцем? Если моя внучка говорит что она - это не она. А я как ее дедушка точно знаю, что она - это не она. На каком основании вы утверждаете, что она - это она. В то время как я говорю вам, что она - это не она.

- Ну, дедуля, молодец! – подумала я, - Это надо же произнести такую речь и ни разу не сбиться.
- Хорошо, - сказал несколько растерявшийся профессор, - предположим, что она это не она, тогда кто это?
И он показал на мокрого Домовушку, который не успел исчезнуть.
- Это моя любимая игрушка – талисман, - сказала я и взяла Домовушку на руки.
- Я слышал, вы с ним разговаривали.
- Да это вам померещилось, - отмахнулся от профессора дедушка.
- Нет, разговаривали о тапочках, я слышал, - уперся профессор.
- Нет!
- Да!
- Нет!
- Да!
- Слышал он, да что ты мог слышать сидя в кустах, - вдруг недовольно закряхтел Домовушка.
- Он и сейчас разговаривает, - обрадовался Корешков.
- Дедуля, ты что-нибудь слышишь? – спросила я дедушку и, отвернувшись от профессора, стала подмигивать одним глазом.
Дедушка сделал серьезное лицо, повертел головой в разные стороны и сказал:
- Да, птички поют.

- А еще? – и я еще сильнее стала подмигивать дедуле.
- Тебя слышу. Вот этого гражданина, правда сейчас он молчит.
- И я ничего не слышу, - поддержала я дедушку.
- Да, гражданин, вы ошиблись, - сказал дедуля, - До свидания, будьте здоровы.
Но Корешков и не собирался уходить. Он пристально смотрел то на дедушку то на меня, то на дедушку то на меня, а потом сказал:
- Все-таки ваша внучка это она.
- Кто она?! – не выдержал дедушка, - Толком объяснить можете?
- Могу, очень даже могу. Она летела со мной в самолете из Севастополя
- И что? – спросил его дедушка.
- И не призналась, - сказал профессора, - Что она это она. И не призналась перед прессой, что видела гуманоидов. Тоже скажете, что мне в самолете померещилось?
- Я спала, поэтому ничего не видела, - ответила я, - До свидания, мы торопимся.
Схватив дедушку за руку, я потащила его через каменную дорожку.
- Это не честно по отношению к науке, - крикнул нам в след Корешков, - Я подозреваю, что в руках у вас тоже гуманоид. Вы должны, нет, вы обязаны отдать его в руки науки!
- Ничего я не обязана, - на ходу ответила я уфологу.
- Тогда я… Тогда я его у вас заберу, пусть это будет бесчестный поступок, но я его заберу силой во имя науки! – решительно крикнул Корешков.

И он побежал за нами следом. Но как только он ступил на каменную дорожку, из нее взметнулись высоченные струи воды. Сотни Водянушек заплясали вокруг уфолога, не давая ему сделать и шага. Он метался в водном плену, стараясь вырваться. Но стена воды вставала перед профессором и, как только он делал шаг назад, вода опадала, затем поднималась со всех сторон, окружая Корешкова. Со стороны это выглядело, будто профессора накрыли стеклянным колпаком. Но что интересно, на самого Корешкова не упало ни единой капли. Профессор понял, что сопротивление бесполезно, но он не опустил рук, а как раз наоборот взял в руки свой фотоаппарат и принялся фотографировать. Уж и не знаю, какие у него снимки могли получиться.

- В общем-то, они не такие и плохие ребята, эти петербургские Водянушки, - сказал Домовушка.
- Профессор тоже неплохой человек, - сказал дедушка, - Просто он…
- Приставучий, - пробурчал Домовушка.
- Не приставучий, а одержимый, - поправил его дедуля.
- Надеюсь, с Корешковым ничего плохого не случится. Нам Газовушку и Водянушку надо бы отыскать, - напомнила я.
- Наташа, я тут, - раздался шепот.
Оглядевшись, заметила Газовушку, которая пристроилась на мохнатой ветке ели. Казалось, что маленькое облачко устав, присело отдохнуть.

- Газовушечка, - кинулся к ней Домовушка, - Тут такое было! Такое было! К нам опять фуфолог приставал.
- Что? Он опять Водянушку женить хочет?!
- Нет, он меня хотел забрать!
- Какой кошмар! – воскликнула Газовушка.
- И опять нас обозвал гуманоидами, - наябедничал Домовушка
- Фу! Как это некультурно, - сморщила нос Газовушка
- Где Водянушка? – прервала я беседу двух друзей.
- Ой, дедулечка, ой Наташечка, я совсем забыла, меня за вами послали.

И она полетела вперед. Нам же ничего не оставалось, как последовать за Газовушкой. Мы вышли к заливу. За спиной у нас остался Петергоф, дворцы, парк, фонтаны. Перед нами расстилался Финский залив. Тяжелая и спокойная как гранит вода лежала у наших ног. Веселые и легкомысленные облака, отразившись в этой суровой воде, казалось, тоже становились мощнее и строже. Потрясенные этой фантастической картиной величия и силы мы замерли. И даже Домовушка и Газовушка затаили дыхание. Только ветер позволял себе прикоснуться к серой глади воды, и она отвечала ему легкой рябью. У самого горизонта поднялась волна и с тяжелым рычанием пошла в нашем направлении. Чем ближе она приближалась, тем огромнее казалась. Матовый блеск волны завораживал так, что невозможно было отвести взгляд. Подойдя к нам, волна с грохотом опала и пред нами во всей красе предстал водяной. А наш маленький милый Водянушка сидел у него на руках. Он замахал нам, радостно приветствуя нас:
- Наташа, я хочу вас познакомить со своим дедушкой.

- Водяной, - с достоинством представился водянушкин дедушка. И протянул свою мокрую лапу.
- Дедушка, - с чувством представился мой дедушка и пожал лапу водяному.
Потом спохватился:
- Ой, извините, господин Водяной. Какой же я вам дедушка? Иван Алексеевич.
- Для меня большая честь познакомиться с вами, - ответил водяной, - А по части дедушек извините, уважаемый Иван Алексеевич я-то постарше вас буду.

- Рада познакомиться с дедушкой нашего Водянушки, - сказала я и тоже пожала водяному лапу.
- Скажите, господин Водяной, - спросил дедушка, - Значит все эти каскады, фонтаны, шутихи ваших рук дело?
- Нет, это не мое,- ответил Водяной, - Это наша молодежь резвится, а я только приглядываю за ними. Мое же дело: Нева, Финский Залив, та же река Мойка и даже Балтийское море
- Даже Балтийское море? – с уважением переспросил дедушка, - Вижу, работы вам хватает.
Вдруг Водяной захохотал, глядя за наши спины:
- Опять этот смешной профессор.

Я обернулась и увидела бегущего к нам Корешкова.
- Стойте! Стойте! Я вас сфотографирую! – кричал он.
- От него невозможно скрыться, - всплеснула я руками.
- Почему невозможно? – Водяной взмахнул своей лапой, и под ноги подкатилась волна, подхватила нас и понесла. Мы летели над Финским заливом, брызги воды сверкали на солнце. Я думала как хорошо, что мы приехали в Питер. И как здорово, что познакомились с таким милым Домовухом и замечательным Водяным, и как хорошо, что у меня есть Водянушка, Газовушка и Домовушка. Как здорово, что Перпетуум-мобиле живет теперь у Архимеда Трофимовича, и какой у меня чудесный, самый расчудесный дедушка. И я догадывалась, что с моей беспокойной компанией меня ждет еще немало приключений.

Читайте также:
Комментарии
avatar
Раздача наград