064 Харитонова Лидия Калининград - Литературный форум
Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS
  • Страница 1 из 1
  • 1
Литературный форум » Архивы конкурсов » Архив различных конкурсов » Православный причал » 064 Харитонова Лидия Калининград (рассказ)
064 Харитонова Лидия Калининград
Софья Леваневская (sofia)Дата: Понедельник, 09.01.2017, 07:35 | Сообщение # 1
Постоянный участник
Группа: Администраторы
Сообщений: 138
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Слёзные откровения
Крик души
Наталья Дмитриевна – учительница с двадцатилетним стажем проснулась в пять часов утра от необычного сна. Любимая мать, ушедшая в иной мир, настойчиво просила её не ходить через сады. «Мамочка, – думала Наталья Дмитриевна, – о каких садах ты говоришь? Небольшой загородный участок продан десять лет назад. Рядом никаких садов нет. Спи спокойно, родная».
В конце рабочего дня подошла завуч:
– Наталья Дмитриевна, Вы не могли бы навестить Анну Григорьевну? Её уже выписали из больницы.
– Хорошо, – привычно ответила Наталья Дмитриевна. Завуч другого ответа и не ожидала. В любом коллективе есть рабочая лошадка, которая и без оплаты, с валидолом под языком, будет везти воз за ленивых и хитрых. Наталья Дмитриевна сердцем чувствовала чужую боль и утешала себя словами: «Зато человек обрадуется. И меня Бог не оставит». Посмотрев на листочек с записанным адресом, учительница села в маршрутку, идущую в новый микрорайон. На месте стала интересоваться у людей, как ей добраться до нужного дома. «Самый короткий путь – через сады», – объяснил мужчина. И Наталья Дмитриевна отправилась коротким путём. Полумрак. Справа высокий забор с начатым строительством. Слева кустарники. А вот и тропинка, ведущая в заброшенные сады. Откуда ни возьмись, появились огромная рыжая собака, а за нею свора собак разной масти и калибра. Все в один миг с овчаркой-лидером с хищным оскалом и лаем ринулись вперед к Наталье Дмитриевне. Бедная учительница впала в ступор, хотя собак любила и не боялась. Ужас увиденного парализовал её сознание и тело. Ни мыслей, ни чувств. Она стояла без языка, без рта, без тела. Внезапно из груди вырвался крик: «Богородица, радуйся!». И тотчас рыжий озверевший пёс и вся его свора грохнулись на землю! Позы собак были настолько неестественными, что к Наталье Дмитриевне вернулись чувства и мысли. Огромный рыжий пёс, прижатый к земле невидимой силой, тщетно пытался оторвать голову и переднюю часть туловища от земли. Он и его компания выли, скулили и огрызались неведомо кому, зло глядя на непрошенную гостью. Всего каких-то пять-семь метров отделяли учительницу от разъярённых, но кем-то остановленных собак. Наталья Дмитриевна, восстановив дыхание, начала молиться: «Богородица Дева, радуйся! Благодатная Мария, Господь с Тобою; благословенна Ты в жёнах и благословен плод чрева Твоего, яко Спаса родила еси душ наших».
Только у магистрали спасённая учительница услышала отдалённый и надрывный лай бродячих собак.

Печальное откровение
Зима. 8 января 2013 года. Только отпраздновали Рождество Христово, а на душе открытая нескончаемая печаль. Там, у берегов Днестровского лимана родной Украины изнывает от боли мой единственный, драгоценный папочка. Только 19 сентября 2012 года отметили ему 87 лет. Когда началась Великая Отечественная война, он приписал себе два года, чтобы попасть на фронт, спасать родное Отечество от фашистов. Русский парень из Самары направляется в Крым. Там же получает своё первое ранение. Затем участвует в крупнейшей в истории Великой Отечественной войны – Ясско-Кишинёвской операции. Младший сержант стрелковой дивизии, командир расчёта Александр Васильевич Шалимов будет освобождать город Аккерман (9 августа 1944 года Аккерман переименуют в Белгород-Днестровский). Но это было в далёком 1944 году.
А сейчас звонок на домашний телефон:
– Да, – отвечаю я с боязнью, так как постоянно преследовал страх услышать что-то плохое.
– Лидочка, – плачет в трубку младшая сестра. – Ты говорила, что хотела бы застать отца живого. Так вот он резко сдал. Временами нас не узнаёт. Сильно мучается.
– Всё, всё, Галочка! Сейчас же позвоню в агентства аэропорта, постараюсь завтра же улететь, – отвечаю как автомат.
Со стороны кажется всё естественным: человеку 87 лет, Слава Богу! Но я всегда ощущала всей своей сущностью, что родители, как бы далеко они ни были – это воздух, живительная сила, спасательный жилет, эфирные нити, поддерживающие меня в этой жизни. Когда родители начнут уходить, истончатся мечты, обессмыслятся многие цели, ущербнее станет душе из-за глубинной пустоты, ничем невосполнимой. Обзвонила все кассы, какие были в справочнике. Все предлагали один и тот же маршрут: Калининград – Москва – Киев – Одесса. Времени на то, чтобы перебежать с одного терминала в другой, впритык. Соглашаюсь. Буду бежать с валидолом, энапом, без лишнего багажа, только бы успеть посмотреть в живые родные голубовато-серые с искоркой глаза, полные мудрости и любви, прижаться щекой, как в детстве, поплакаться и пожалеть. Только бы успеть! «Господи! – упав на колени перед иконой Иисуса, просила я, заливаясь слезами, – если папочка должен оставить нас, прошу Тебя, дай мне хоть полчаса с ним пообщаться. Пощади Господи, меня, грешницу, дай проститься с живым отцом». Сообщаю сестре о том, что билеты уже заказаны, в Одессе буду где-то в 18 – 19 часов.
Самолёт подали вовремя. Взлёт. «Господи, прошу, только не забирай папочку, даже если его час уже пришёл!», – бормочу молитвы о здравии отца и матери, успешном полёте.
Самолёт летит хладнокровно медленно, по сравнению с бешеной пульсацией тревожных мыслей в моём мозгу.
– Мамочка, а почему я не вижу в небе Бога? – спросила девочка лет пяти, сидящая сзади меня.
– Потому что Он не человек, чтобы его видеть. Он на небе не сидит. Он заполняет собой весь космос, – спокойно ответила ей мать.
– Как это?
– Вот так, просто. Он большой, любящий и Вездесущий.
– Как это? – не унималась девочка.
– Доченька, ты съешь лучше конфетку. И давай поспим. Нам лететь далеко, –предложила мама.
– Пристегните, пожалуйста, ремни, – обратилась к пассажирам стюардесса. – Самолет идёт на посадку.
Ну, вот и Москва. Теперь бы успеть перебежать на другой терминал. Благо, чемодан небольшой и лёгкий, успеваю, как говорится, тютелька в тютельку. «Посадка на рейс Москва-Киев закончена», – сообщили по трансляции. Моё место у окна. Сутки не спала, мозг в диком напряжении. Боюсь уснуть, не договорить молитву, потерять ментальную связь с отцом. Отец любил Украину, как и свою родную Россию. Здесь он женился, навеки породнился с хлебосольным украинским народом, вырастил детей, внуков и правнуков. Украинцы ему отвечали такой же любовью. Каждый год на День Победы в дом приходило много гостей с цветами и подарками. Когда на Украине начались смутные времена, отец то и дело хватался за сердце, не понимая, какие распри могут быть между родной Украиной и Россией, между теми, кто столько лет жил одной единой родной семьёй?!
– Пристегните ремни. Приведите кресла в вертикальные положения. Самолет пошел на посадку.
Вот это да! Так быстро. Или я потеряла чувство времени. Звонит сестра:
– Лидочка, не волнуйся, папа тебя очень ждёт. В Одессе, прямо в аэропорту тебя встретит моя сотрудница с мужем, так что доедете быстро. Ждём.
– Спасибо, дорогая сестрёнка. Слава Богу, что папочке хорошо. Что я его скоро увижу. Что есть на земле чуткие и отзывчивые люди. Спасибо Тебе Господи, за всё.
– Извините. Вы не слышали, на Одессу ещё не объявили посадку? – спросила я у мужчины, чувствуя сильное недомогание.
– Кажется, уже идет, – ответил он. – Да вон смотрите на табло: «Продолжается посадка на рейс Киев – Одесса».
– Спасибо, – сказала я и бросилась к стойке. Документы. Автобус. Самолёт. Место у иллюминатора. «Господь со мной! И рейс не прозевала, и место у окошка, и папочка ждёт меня. Слава Тебе Господи, Упование наше!». Куча таблеток, которые я забросала в себя, начали действовать. Склонила голову к окну и сразу же уснула. Спала полчаса, а сил прибавилось столько, словно спала двое суток. Вот и Одесса. Звоню домой и слышу: «По-прежнему», – коротко отвечает сестра. Я поняла, что мой звонок застал её рядом с отцом, и она что-то не договаривает. «Господи, – умоляю Творца, – задержи папочку моего дорогого, хоть на полчаса!».
Вечер. Темно. На бархатном небе появились звёзды. Нигде и никогда в жизни я не встречала такого сказочного неба, как у себя на родине. Родной дом. Ступеньки. Прихожая. Комната. Часы – 20 часов 30 минут 09 января 2013 года.
– Папочка, – бросаюсь я к отцу, находящемся в постели в полулежащем положении. – Я приехала, родной мой. Сейчас ты у меня начнёшь по минутам выздоравливать и крепчать, – целуя отца, стараюсь не плакать, даже улыбаюсь. На меня смотрят живые любимые глаза, полные страдания и радости встречи.
– Здравствуй, Лидочка! Доченька, как ты добралась? Получается, ты весь день летела. Мы тут с мамой и Галей по часам тебя сопровождали. Где ты находилась, там и мы мысленно были. Как ты себя чувствуешь?
О, родители, мои дорогие! Даже сейчас, почти на смертном одре, отец интересуется моим самочувствием.
– Папочка, ты посмотри, какие я фотографии привезла со дня твоего рождения.
– Молодец, доченька. Спасибо. Память будет. А цвета какие сочные, – отец, держа фотографии, внимательно рассматривает одну за другой. Остановился на фотографии, где они вдвоём с мамой. Несколько секунд смотрит на мамочку с явно «прощальной любовью», затем бережно, как драгоценность, прикладывает фото правой рукой к своим губам, нежно целует, прижимает сверху ещё левой рукой и заливается беззвучными слезами. А у мамы, всё так же сидящей рядом, как на неподвижной статуе горя, по всему лицу тихо текут ручейки безвозвратной утраты.
В разговор вступает сестра, желая отвлечь нас от печальных мыслей:
– Папочка ты посмотри, как Лида великолепно фотографирует. Не то, что я. У меня так художественно не получается.
Отец, успокоившись, просматривая мои фотографии, отвечает:
– Да, она у нас профессионал! Спасибо, доченька, очень хорошие фотографии. Эту мы с мамой в рамочку поставим.
– Во, молодец, папуля. Позитивно мыслишь, – сказала я, – конечно, поставим в самую красивую рамочку.
Отец тихонько засмеялся. Мне так хотелось его развеселить. Готова была что угодно соврать, лишь бы увидеть его и маму весёлыми.
– Папуля, смотри, сколько я молитвословов накупила, – показываю я пачку маленьких книжечек, – все перечитаю, и ты будешь, как огурчик. Отец засмеялся, глядя на меня своими добрыми глазами. Как в детстве обнял меня и сказал:
– Хорошо, доченька, хорошо!
– Смотри, – показываю я отцу молитвослов с образом Пресвятой Богородицы Марии. – Мне сказали, что эта молитва самая сильная.
– Доченька, – улыбнулся отец и, посмотрев на маму, сказал – вот моя любимая богородица. И на глазах у него снова заблестели слёзы.
Вдруг, совершенно неожиданно, отец резко забеспокоился, в теле появилась дрожь, на лице ужас боли. Он встал и, глядя на меня, с мольбой сказал:
– Доченька, ну всё. Теперь ты меня проведёшь. Мне нужно уезжать.
Я, не знаю почему, бросила взгляд на часы. Там было 21.00! Как током меня пронзило: отец общался со мной в полном сознании ровно полчаса, как я просила у Господа. Почему я не попросила больше, почему я ляпнула именно «полчаса». Я готова была убить себя, не понимая, что надо Господа благодарить!
– Папочка, дорогой, – обнимаю я отца. – Я привезла сюда из Калининграда мороз. На улице холодно. Минус 9 градусов. Темно.
– Ничего, доченька, я надену кепочку серую. (Он очень любил – модную осенне-зимнюю кепку).
– Папуля, поздно уже, – ответила я.
– Доченька, ну пожалуйста, мне надо уезжать отсюда. Я не замерзну, – жалостливо упрашивал меня отец.
Я думала, что сойду с ума, глядя на его молящие о помощи глаза! Вместе с сестрой мы, обнимая отца, уговорили его лечь поспать немного, а потом уже «уезжать». Больно было смотреть, с какой вынужденной обречённостью он ложился в постель. Его лицо отражало невыносимую душевную и физическую боль. Я, сдерживая слёзы, сразу начала читать молитвы, крестя отца. Он тихонько успокаивался и, наконец, уснул с маской страшной боли на лице, словно заснул в момент пыток. Я молилась сердцем: «Отче наш..», «Да воскреснет Бог..», Псалом 50 и др. Собственное тело я не ощущала, словно его не было. Это потом, по прибытии в Калининград, я попаду в кардиоцентр и к другим серьёзным врачам. А тогда я была рядом с дорогим папочкой. Отец спал уже более 4,5 часов, изредка стонал. Тихо горела лампадка. Я непрестанно молилась. Стоя прямо у его изголовья, я заметила, как он резко изменился в лице: ушли признаки боли, мучений. На лице появилось «приятное удивление»; он «всматривался» во что-то, вероятно, неблизкое или недостаточно видимое, или ранее неизвестное ему. Он даже веки напряг как будто хотел что-то «получше рассмотреть». Затем насторожился, стал дышать тише. В моём сердце вспыхнул обжигающий грудь огонь. Я испугалась, но не растерялась. Молиться стала твёрже, но тише. Отец осторожно повернул голову слегка влево, и мимика его лица показывала, что он с изумлением «рассматривает» что-то прекрасное! Через несколько секунд он повернул голову вправо, причём очень осторожно и напряжённо, словно сопровождал взглядом что-то приятное и боялся его спугнуть. Я читаю молитву (наизусть), внимательно смотрю на отца и чувствую, что мои ноги теряют силу и я могу упасть на него. «Господи, спаси, сохрани и помилуй!» – душой закричала я. А вслух продолжаю: «Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, прости, сохрани и помилуй раба Божьего Александра!». Отец, не спеша, просветлённый, повернул голову ровно. Затем на лице пробежало выражение «принятого решения». Он был готов! Готов к чему-то неизвестному! Боковым зрением я заметила, что мамочка с ужасом зажала себе рот руками. Отец сильно напряг руки, собрал пальцы в кулаки, сжал их сильно, причем это делалось как бы осознанно, в раздумьях, поэтапно. Потом слегка согнул руки и с силой оттолкнулся, совершив резкий рывок всем туловищем вверх! Словно выпрыгнул в невидимый для нас мир, в который влекла его душа. Последний выдох! Тело обмякло. Руки выровнялись, ослабли, на лице сохранилась приятная умиротворённость. Потом все люди на похоронах будут отмечать его необычно приятное выражение лица. Это случилось 10 января в 03 часа 15 минут 2013 года. Отец «уехал», «улетел», «выпрыгнул» из своего бренного тела в мир иной, судя по его реакции, в мир неизвестный, но внушающий надежду на спокойствие, добро и любовь!
Спасибо, папочка, тебе за последнее родительское, душу и сердце разрывающее, откровение! Спасибо, Господи, за всё!

Послесловие. Преданная и всю жизнь любящая Валюша – убитая горем, наша дорогая мамочка, недолго пережила отца. Даже конец страдальческой судьбы своего любимого она покорно повторила. Упав, мама, полгода мучаясь в постели, ушла с молитвой и с мыслями о встрече с Сашенькой 2 сентября 2014 года. А я, слезами обливаясь, с нею не простилась из-за бессмысленной ненавистной войны! «Прости меня, мамочка любимая. Ты ведь сама меня просила не рисковать и вас от неприятностей сберечь!».

«Упокой, Господи, души усопших раб Твоих Александра и Валентины и прости им вся прегрешения вольные и невольные, и даруй им Царствие Небесное. Аминь».
 
Михаил (mixail)Дата: Воскресенье, 22.01.2017, 19:18 | Сообщение # 2
Долгожитель форума
Группа: Администраторы
Сообщений: 5054
Награды: 65
Репутация: 124
Статус:
Честно говоря не поверил в чудо. Молитва творит чудеса, но мне кажется что не так как это описано.
Я не рекомендую.
Оценка 6


михаил

«Знаете, как бывает, когда вы пытаетесь разжечь костер из сырых веток: вы отыщете сначала несколько сухих сучков, дадите им разгореться; и пока они горят, они высушивают несколько веток вокруг, которые в свою очередь разгораются и высушивают дрова дальше. И если вы будете оберегать этот разгорающийся огонь, постепенно разгорится и весь костер. И тогда огонь, который вы начали с одной спички и одной веточки, может стать купиной неопалимой, горящей в пустыне».
Митрополит Антоний Сурожский

Моя копилка на издание книги.
 
Елена (Елена_Александрова)Дата: Понедельник, 27.11.2017, 16:28 | Сообщение # 3
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 39
Награды: 1
Репутация: 0
Статус:
Бывают чудеса ещё более невероятные!

Сообщение отредактировал Елена_Александрова - Понедельник, 27.11.2017, 17:15
 
Литературный форум » Архивы конкурсов » Архив различных конкурсов » Православный причал » 064 Харитонова Лидия Калининград (рассказ)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:
© Все права защищены 2018. Союз писателей - академия литературного успеха, .
Раздача наград