Библиотека современной поэзии

Бесплатный дизайн обложки, тиснение, ISBN, реализация книг в Интернете и в розничной сети.

Журнал "Союз писателей"

Прием заявок постоянно! ISSN 2224-0756. Выходит 12 раз в год.

BabyBook

Книга с рисунками Вашего ребенка.

Страница 1 из 11
Литературный форум » Я памятник себе воздвиг нерукотворный » Социалистический реализм (ХХв) » Марков С.Н. - поэт, писатель, историк, географ (12 сентября 2011 года - 105 лет со дня рождения)
Марков С.Н. - поэт, писатель, историк, географ
Nikolay Дата: Суббота, 23.04.2011, 10:31 | Сообщение # 1

Дик Николай Францевич

Nikolay

Заблокированные

  • Сообщений: 8932

Награды: 165 / Репутация: 248 /

МАРКОВ СЕРГЕЙ НИКОЛАЕВИЧ
(30 августа (12 сентября) 1906 — 4 апреля 1979)

- известный русский поэт и писатель, историк и географ, ученый - путешественник и архивист, этнограф; действительный член Географического общества СССР (1946), член Союза писателей СССР (1947).

Родился в Костромской губернии. С г. Грязовцем связаны детские годы, где в 1914-1917 годах он учился в местной гимназии. Отец его, Николай Васильевич, служил в Грязовце, был «непременным членом уездной землеустроительной комиссии», от его фамилии получило название село Марково под Грязовцем. В 1924 г. впервые выступил в печати со стихами. Автор сборников рассказов «Голубая ящерица» /1928/, «Арабские часы»/1931/, «Солёный колодец» /1933/ и др. Первый сборник стихов «Радуга-река» увидел свет лишь в 1946 г. Затем были изданы «Золотая пчела» /1959/, «Небесные горы» /1961/, «Земные корни» /1961/ и др. В годы Великой Отечественной войны поэт три года служил рядовым в Советской армии. Он написал цикл стихов о героях русской земли: Минине, Сусанине, Суворове, Багратионе. Одержимой страстью С.Н. Маркова стало изучение истории географических открытий, и не только по научным трудам, но и в собственных многодневных походах. Сам себя он называл «последним жадным следопытом». Создал целую серию книг о русских землепроходцах и истории путешествий - нашем земляке Дежневе «Подвиг Семёна Дежнева», Н.Н. Миклухо-Маклае «Тамо-рус Маклай», Н.М. Пржевальском «Повесть о Великом Охотнике», исследователе Аляски Лаврентии Загоскине «Юконский ворон». Результатом упорных поисков и трудов явилась книга «Земной круг» /1966/ - монументальное научно-художественное и историко-географическое исследование. Исследователь и сам сделал ряд открытий, донеся до современников незаслуженно забытые или полузабытые имена. Заслуги С.Н. Маркова в развитии литературы отмечены орденами «Знак Почёта» и «Дружба народов».
***

Старший из шестерых детей в семье; отец — сын верхнеуральского мещанина, землеустроителя, проводивший межевые работы в Костромской губернии; мать — дочь крепостного, впоследствии врача, и столбовой дворянки Вологодской губернии. В 1912 вместе с семьёй переехал в Вологду, незадолго до первой мировой войны — в Грязовец, где закончил два класса гимназии, после Октябрьской революции — в Верхнеуральск, затем в Акмолинск. В 1920 оставил учёбу, чтобы помогать младшим братьям и сёстрам, попавшим в приюты после смерти родителей (отец умер в 1919 от сыпного тифа, мать — в 1921 от холеры). Служил в уездном продовольственном комиссариате, заготконторе, военном комиссариате, уездной прокуратуре, канцелярии народного следователя.

Впоследствии жил в Петропавловске, Новосибирске, где сблизился с местными литераторами — Л. Мартыновым, В. Итиным, А. Оленичем-Гнененко. В 1929 переехал в Москву. В 1930—1932 гг. путешествовал по Средней Азии, был в Тянь-Шане, где участвовал в операциях против нарушителей советских границ с Западным Китаем. 10 апреля 1932 был арестован по обвинению в создании контрреволюционной группировки (т. н. «дело Сибирской бригады»; по нему же проходили Л. Мартынов, Е. Забелин, П. Васильев, Н. Анов), содержался во внутренней тюрьме на Лубянке. 2 июля 1932, по окончании следствия, отправлен с первым этапом в ссылку в Мезень сроком на три года, считая срок заключения. В конце 1932 по ходатайству М. Горького и редактора газеты «Ударник лесоэкспорта» Б. А. Чернакова был переведён в Архангельск. В последующие годы работал в газете «Правда Севера», в СевРОСТА и СевТАСС, состоял собственным корреспондентом газеты «Вечерняя Москва» по Северному краю. В 1937—1941 жил в Калинине и Можайске. В 1941 мобилизован, несмотря на возраст, болезнь и плохое зрение; с 9 сентября 1941 по 16 декабря 1942 служил рядовым 33-й запасной стрелковой бригады Западного фронта, демобилизован вследствие крайнего истощения. По окончании войны вместе с семьёй жил в Москве.

Первое стихотворение («Революция») опубликовал в 1920 году в газете «Красный вестник» (Акмолинск); в 1921—1924 публиковал стихи, фельетоны, заметки в акмолинской газете «Маяк степи». Первая столичная публикация — в 1924 в журнале «Красная нива». Впоследствии печатался в журналах и газетах «Мир труда» (Петропавловск), «Рабочий путь» (Омск), «Советская Сибирь», «Сибирь» и «Сибирские огни» (Новосибирск) и др. Благодаря публикации рассказа «Голубая ящерица» («Сибирские огни». 1928. № 3) был замечен М. Горьким, при его поддержке выпустил первый сборник рассказов под тем же заглавием и был привлечён к сотрудничеству в журнале «Наши достижения». В годы Великой Отечественной войны публиковал в газете «Комсомольская правда» цикл стихов о русских героях: Кузьме Минине, Иване Сусанине, Суворове, Багратионе и др. В 1946 выпустил первый поэтический сборник «Радуга-река». Всю жизнь занимался поиском и исследованием материалов об открытиях на Тихом океане, принадлежащих русских мореплавателям и землепроходцам; вёл обширную переписку со многими краеведами и архивистами. Среди разысканий, сделанных самим Марковым или по его инициативе, — архивы, библиотеки и документы Г. И. Шелихова, Г. В. Юдина, К. Т. Хлебникова, М. Булдакова, И. А. Кускова, И. О. Селифонтова, Л. А. Загоскина, И. М. Симонова, Н. П. Резанова, Н. А. Бегичева, А. А. Баранова, рода Строгановых и др. По результатам исследований в конце 1930-х составил «Тихоокеанскую картотеку», материалы которой легли в основу его повестей о Н. Н. Миклухо-Маклае («Тамо-рус Маклай») и Н. М. Пржевальском («Повесть о Великом Охотнике»), романа о Л. Загоскине («Юконский ворон»), «Летописи Аляски», книги о Ф. Достоевском и Ч. Валиханове («Идущие к вершинам») и др. произведений; многие карточки-новеллы после Великой Отечественной войны публиковались в журнале «Вокруг света».

По инициативе Маркова Госпланом СССР были выделены средства на регулирование русла р. Нуры (1930), сооружён памятник-маяк Семёну Дежнёву на мысе Дежнёва, присвоено имя Александра Грина одному из островов в северной части Тихого океана, восстановлена Триумфальная арка в Москве в память о победе над Наполеоном.

Издания

Поэзия
Радуга-река: Стихи. — М.: Сов. писатель, 1946. — 136 с.
Золотая пчела: Стихи. — М.: Изд-во ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия», 1959. — 128 с.
Земные корни: Стихи. — М.: Сов. писатель, 1961. — 216 с.
Небесные горы: Стихи / Вступ. ст. Н. Анова. — Алма-Ата: Казахское гос. изд-во худ. лит-ры, 1961. — 200 с.
Стихотворения / Вступ. ст. В. Уткова. — Новосибирск: Западно-Сибирское кн. изд-во, 1965. (Серия «Библиотека сибирской поэзии».) — 240 с.
Топаз: Стихотворения / Предисл. С. Поделкова. — М.: Худ. лит., 1966. — 232 с.
Стихотворения. — М.: Худ. лит., 1971. (Серия «Библиотека советской поэзии».) — 256 с.
Серебряный простор: Стихи. — М.: Сов. писатель, 1978. — 288 с.
Стихотворения / Сост. Г. П. Марковой. — М.: Современник, 1985. — 320 с.
Светильник: Стихи / Сост. Г. П. Марковой; вступ. ст. Б. Т. Примерова. — М.: Сов. Россия, 1986. — 320 с.
Горячий ветер: Стихотворения. — Алма-Ата: Жазушы, 1987. — 256 с.
Знаю я — малиновою ранью…: Стихотворения / Сост., примеч. Г. П. Марковой; вступ. ст. Ю. М. Медведева. — М.: Молодая гвардия, 1989. (Серия «В молодые годы».) — 174[2] с.
Баллада о столетье: Стихи / Сост. Г. П. Марковой; вступ. ст. С. Золотцева. — М.: Сов. писатель, 1989. — 336 с.

Проза
Голубая ящерица. [Рассказ.] — Новосибирск: Сиб. союз писателей, 1928. — 11 с.
Голубая ящерица: Рассказы. — М.: Федерация, 1929. — 125, [1] с.
М.: Сов. писатель, 1973. — 367 с.
Арабские часы: Рассказы. — М.: Федерация, 1931. — 224 с.
Избр. рассказы / [Илл. Р. Граббе.] — Алма-Ата: Казгослитиздат, 1959. — 180 с.
Солёный колодец. — 1933.
Люди великой цели: Н. М. Пржевальский, Н. Н. Миклухо-Маклай. — М.: Сов. писатель, 1944. — 223 с.
Великий охотник (Н. М. Пржевальский). — [Смоленск:] Смолгиз, 1946. (Наши знаменитые земляки.) — 106 с.
Русские люди на Курильских островах. — Пенза: Изд-во газ. «Сталинское знамя», 1946. — 12 с.
Русские на Аляске. — М.: Воениздат, 1946. (Б-ка офицера ВМС.) — 152 с.
Летопись Аляски. [Изд. 2-е.] — М.—Л.: Изд-во Главсевморпути, 1948. — 223 с.
Юконский ворон. [Повесть о путешествии лейт. Л. А. Загоскина по Аляске в первой половине XIX в. и летопись Аляски / Илл.: В. С. Житнев.] — М.—Л.: Изд-во Главсевморпути, 1946. — 336 с.
М.: Сов. писатель, 1947. — 267 с.
[Илл.: Г. В. Храпак.] — М.: Географгиз, 1954. — 192 с.
М.: Сов. писатель, 1958. — 206 с.
[Илл.: В. Кульков.] — М.: Гослитиздат, 1961. — 239 с.
[Илл.: Е. А. Михельсон.] — М.: Сов. Россия, 1970. — 367 с.
Изд. 7-е. [Послесл. В. Милькова.] — Ярославль: Верх.-Волж. кн. изд-во, 1974. — 165 с.
[Вступ. ст. В. Милькова; Худож. В. П. Александров.] — М.: Сов. Россия, 1977. — 380 с.
Подвиг Семёна Дежнёва. — [М.:] Географгиз, 1948. — 88 с.
Идущие к вершинам: Ист.-биогр. повесть [о Ч. Валиханове]. — Алма-Ата.: Казгослитиздат, 1963. — 352 с.
[Ил. М. О. Бишофс.] — М.: Сов. писатель, 1968. — 375 с.
Земной круг: Книга о землепроходцах и мореходах. — М.: Сов. писатель, 1966. — 655 с.
Изд. 2-е. [Ил.: И. Блиох и В. Зуйков.] — М.: Мол. гвардия, 1971. — 560 с.
Изд. 3-е. [Худ. Б. Лавров.] — М.: Современник, 1976. — 623 с.
Вечные следы: Книга о землепроходцах и мореходах. — [М.: Мол. гвардия, 1973.] — 495 с.
Тамо-рус Маклай: Повести. — М.: Сов. писатель, 1975. — 208 с.
Летопись / [Послесл. И. Иноземцева.] — М.: Мол. гвардия, 1978. — 287 с.
Обманутые скитальцы: Книга странствий и приключений / [Послесл. С. Золотцева.] — М.: Русский центр «Пересвет», 1991. — 207, [1] с.
Рыжий Будда: [Роман] / [Послесл. Ст. Золотцева]. — М.: Русский центр «Пересвет», 1992. — 159 с.
(Источник – Википедия; http://ru.wikipedia.org/wiki/Марков,_Сергей_Николаевич)
***

Я слушал их язык

Трудно найти на земле Средней Азии и Казахстана уголок, где не довелось бы побывать писателю Сергею Маркову. Его юношеские годы прошли в Казахстане, в городе Акмолинске, издавна стоявшем на перекрестке караванных путей. Юг и север, запад и восток сходились в Акмолинске. Здесь он начал свою литературную деятельность журналистом газеты «Красный вестник» и опубликовал свои первые стихи, наполненные восточным колоритом. Год от года литературная деятельность Сергея Маркова становится плодотворней. Он покидает степной городок и начинает работать в новосибирском журнале «Сибирские огни», выступая не только как поэт, но и как писатель. Его имя то и дело появляется в печати. Но не раз писатель будет возвращаться на свою вторую родину: «В 1931–1932 году я снова увидел просторы Казахстана, побывал в АлмаАте, Джаркенте, Чардаре, в пустыне Кызылкум, в Голодной степи… Там я научился обиходить коня и верблюда, постиг начала языка «чужих» народов». Результатом этих путешествий стали две книги рассказов «Арабские часы» и «Соленый колодец». События Гражданской войны в Казахстане, Средней Азии, свидетелем и участником которых был сам писатель, нашли отражение и в других его произведениях: «Немеркнущий полумесяц», «Халат Десяти Светил». Он был одним из первых русских советских писателей, обратившихся к изображению жизни народов Средней Азии и Казахстана. Его привлекала непосредственность нравов обитателей Востока, гармоническое слияние человека и природы, устойчивые традиции многовековой культуры.

Круг интересов писателя огромен, но его излюбленная тема — история географических открытий, пронизывающая все творчество Сергея Маркова. В 1963 году в Казахстане он приступает к созданию книги «Идущие к вершинам», рассказывающей о выдающемся ученом, потомке казахских ханов, офицере русской армии Чокане Валиханове. Уроженец русской земли, он был одним из лучших знатоков Востока, утверждая в своих произведениях уважение к другим народам и нациям.

Осень в Ташкенте
В Ташкенте утром пыльные лучи
В решетчатые окна заструятся —
И ты придешь. Я вздрогну… Научи
В минуты встреч с тобой не задыхаться!
На цыпочках неслышно подкрадись!
Я позабуду вкрадчивое горе.
Подумай, как неповторима жизнь —
Огромная и громкая, как море!
Пусть на минуту мы — счастливей всех.
Заплакал тополь? Лоб к стеклу прижму я, —
О, этот среднеазиатский снег
Теплее и лукавей поцелуя!
Любить и знать — не за одних — за всех,
Что над Ташкентом — облака, как льдины,
Что юность тает, как осенний снег,
И назревают первые седины!
(Источник - http://www.gazeta.islamnn.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=99)
***

Самородная солнечность строф и строк

Из книги судеб.
Поэт, прозаик, путешественник, общественный деятель. Сергей Николаевич Сергей Николаевич родился в посаде Парфентьев Кологривского уезда Костромской губернии 30.08. (12.09.)1906. Его отец, Н.В. Марков, происходивший из уральского казачества, был землеустроителем, производил межевые работы в Костромской и Вологодской губерниях. По материнской линии предки поэта – вологодские и петербургские мелкопоместные и обедневшие дворяне, чей род не раз соприкасался/пересекался с историком литературы Ф.Д. Батюшковым, известным писателем-этнографом С.В. Максимовым и другими славными именами.
В вологодском уездном городке Грязовце будущий поэт стал гимназистом, но учился лишь два года. После февральских событий 1917-го его отец с семьей переехал к себе на родину, в город Верхнеуральск, на должность мирового судьи, а затем председателя земельной комиссии. В поездках вместе с отцом, улаживавшим в южноуральских краях конфликты между казачеством и степными племенами, юный Марков начинает знакомиться со стихией «горячего ветра», с бытиём восточных народностей.
В 1919-м семья Маркова с отступающими под натиском красных колчаковскими частями Каппеля и Дутова уходит в казахские степи. Марков глазами подростка видит ужасы братоубийственной гражданской бойни, что впоследствии станет основой его рассказов и романа «Рыжий Будда» (прототип главного героя – барон Унгерн). В Акмолинске от тифа умирает отец Маркова, а вскоре – и мать. 13-летний Марков берёт на себя заботу о младших братьях и сёстрах.
Творческое созревание Маркова было стремительным. В 1924 его приглашают работать в газеты казахстанского Петропавловска, потом в Томск и Омск. Первая поездка в Москву – 1924, первая публикация в журнале «Красная нива». 1926–1928 – самый плодотворный период творческой молодости Маркова: работа в Новосибирске, в газете «Советская Сибирь» и новом журнале «Сибирские огни». Окружение Маркова: В. Зазубрин, писатель-минералог П.Драверт и практически весь цвет русской сибирской литературы двадцатых…
Сергей Николаевич участвует в геологических экспедициях по всей Сибири и Алтаю, идёт по следам русских землепроходцев былых веков, работает в архивах. В эти годы Марков становится тем «следопытом веков и тысячелетий», который и оставил свой след в отечественной культуре. Пишет и поэзию, и прозу (созданный в тот период роман «Рыжий Будда» впервые опубликован лишь в конце восьмидесятых). Рассказы, очерки, стихи Маркова публикуются в сибирских изданиях и в столицу. Его приглашают в Москву.
Но нежданно на окружение Маркова и на него самого обрушиваются репрессии со стороны сил, имевших ключевые позиции в местных органах власти и ЧК. Марков вынужден спешно уехать в Ленинград.
10 апреля 1932 Сергей Марков был арестован по обвинению в создании контрреволюционной группировки (так называемое «дело Сибирской бригады»; по нему же проходили Л.Мартынов, Е.Забелин, П.Васильев, Н.Анов), содержался во внутренней тюрьме на Лубянке. 2 июля 1932-го, по окончании следствия, отправлен с первым этапом в ссылку сроком на три года, считая срок заключения.
В 1932–1936 жил в Мезени, Архангельске, работал в газетах «Правда Севера» и «Ударник лесоэкспорта», состоял собственным корреспондентом газеты «Вечерняя Москва» по Северному краю, работал в СевРОСТА и СевТАСС. Ссыльный Марков участвует в морских и сухопутных полярных экспедициях, делает ряд важных историко-географических открытий, исследует быт народов Севера. В Вологде находит и обрабатывает архив Русско-Американской компании XVIII–XIX веков, ставший основой его «Тихоокеанской картотеки» и ряда будущих книг о «Русской Америке». В 1935 его очерки и корреспонденции спасают от уничтожения ряд народных промыслов Севера (устюжское серебро). В 1936 поселяется под Калинином, в «Тверской Карелии». И… – новый арест, Лубянка и Таганская тюрьма. Поэта поселяют в Можайске. Там он пишет роман «Юконский ворон» и свои вершинные стихотворения, входящие во все антологии русской советской поэзии (например, «Знаю я – малиновою ранью…», посвящённое красавице Галине, на которой он женился перед войной).
В 1941 СМ был мобилизован, несмотря на возраст, болезнь и плохое зрение; с 9 сентября 1941 по 16 декабря 1942 служил рядовым 33-й запасной стрелковой бригады Западного фронта, демобилизован вследствие крайнего истощения. По окончании войны вместе с семьёй жил в Москве.
В центральной периодике печатаются циклы его историко-патриотических баллад и очерков. Живёт Марков с семьей во флигеле Литинститута. В 1945 вышел в свет «Юконский ворон», бестселлер следующего полувека (переиздавался десятки раз!)
В 1946 вышла первая книга стихов Маркова, «Радуга-река», сначала встреченная восторженными откликами в печати, а затем (после Постановления ЦК и речи А. Жданова о журналах «Звезда» и «Ленинград») яро ошельмованная за «русопятство».
Марков ждал нового ареста. Но по личному телефонному указанию Сталина приступил к написанию книги «Летопись Аляски», доказывающей право России и СССР на владение территориями Северной Америки (на основании исторических документов). Это спасло писателя! В сороковые-пятидесятые выходят его книги о Н. Миклухо-Маклае, Н. Пржевальском, Ч. Валиханове, С. Дежневе.
Но лишь в 1959-м увидела свет вторая книга его стихов «Золотая пчела». Шестидесятые ознаменовались выходом ряда книг стихов и прозы Маркова. В начале семидесятых издана книга его избранных поэтических произведений и двухтомный свод повествований о русских землепроходцах за минувшую тысячу лет – «Вечные следы» и «Земной круг». В 1978-м увидела свет лучшая прижизненная книга его стихов «Серебряный простор».
Сам себя СМ называл «последним жадным следопытом».
Среди разысканий, сделанных самим Марковым или по его инициативе, – архивы, библиотеки и документы Г.И. Шелихова, Г.В. Юдина, К.Т. Хлебникова, И.А. Кускова, И.О. Селифонтова, Л.А. Загоскина, И.М. Симонова, Н.П. Резанова, Н.А. Бегичева, А.А. Баранова, рода Строгановых… По почину или радениями Маркова были спасены многие музеи и культурные ценности России, поставлены памятники Афанасию Никитину, Семёну Дежнёву, Николаю Пржевальскому, Чокану Валиханову, восстановлена Триумфальная арка в Москве, присвоено имя Александра Грина одному из островов в северной части Тихого океана.
Умер Сергей Николаевич 4 апреля 1979 года…
Посмертно изданы: «Избранные произведения в двух томах» (1980); книги, романы, сборники стихов и прозы: «Стихотворения» (1985); «Вечные следы» (1982); «Светильник» (1986); «Юконский ворон. Роман» (1986); «Знаю я – малиновою ранью» (1989); «Баллада о столетье» (1989), «Рыжий Будда» (журнал «Сибирские огни», 1989), «Картонный домик» (1990); «Избранные произведения в двух томах» (1990); «Обманутые скитальцы» (1991)…
(Первоисточники: Сайт «Института русской цивилизации» и другие сетевые ресурсы)
(По материалам сайта - http://www.45parallel.net/sergey_markov/)

***

Биографический очерк Золотцева С.

МАРКОВ Сергей Николаевич (30.08[12.09].1906—4.04.1979), поэт, прозаик. Родился в посаде Парфентьев Кологривского у. Костромской губ. Его отец, Н. В. Марков, происходивший из уральского казачества, был землеустроителем, производил межевые работы в Костромской и Вологодской губерниях. По материнской линии предки поэта — вологодские и петербургские мелкопоместные и обедневшие дворяне, чей род не раз соприкасался с историком литературы Ф. Д. Батюшковым, известным писателем-этнографом С. В. Максимовым и др. славными именами. В вологодском уездном городке Грязовце будущий поэт стал гимназистом, но учился лишь 2 года. После февр. 1917 его отец с семьей переехал к себе на родину, в г. Верхнеуральск, на должность мирового судьи, а затем председателя земельной комиссии. В поездках вместе с отцом, улаживавшим в южноуральских краях конфликты между казачеством и степными племенами, юный Марков начинает знакомиться со стихией «горячего ветра», с бытием восточных народностей.
В 1919 семья Маркова с отступающими под натиском красных колчаковскими частями Каппеля и Дутова уходит в казахские степи. Марков глазами подростка видит ужасы братоубийственной гражданской бойни, что впоследствии станет основой его рассказов и романа «Рыжий Будда» (прототип главного героя — барон Унгерн). В Акмолинске от тифа умирает отец Маркова, а вскоре и мать. 13-летний Марков берет на себя заботу о младших братьях и сестрах. Творческое созревание Маркова было стремительным. В 1924 его приглашают работать в газеты казахстанского Петропавловска, потом в Томск и Омск. Первая поездка в Москву — 1924, первая публикация в журнале «Красная нива». 1926—28 — самый плодотворный период творческой молодости Маркова: работа в Новосибирске, в газете «Советская Сибирь» и новом журнале «Сибирские огни». Окружение Маркова: В. Зазубрин, писатель-минералог П. Драверт и практически весь цвет русской сибирской литературы 20-х. Участвует в геологических экспедициях по всей Сибири и Алтаю, идет по следам русских землепроходцев былых веков, работает в архивах. В эти годы Марков становится тем «следопытом веков и тысячелетий», который и оставил свой след в отечественной культуре. Пишет и поэзию, и прозу (созданный в тот период роман «Рыжий Будда» опубликован лишь в н. 90-х). Рассказы, очерки, стихи Маркова публикуются в сибирских изданиях и в Москве. Его приглашают в Москву. Но нежданно на окружение Маркова и на него самого обрушиваются репрессии со стороны троцкистско-сионистских литературно-общественных сил, имевших ключевые позиции в местных органах власти и ЧК. Марков вынужден спешно уехать в Ленинград.
В к. 1932 Марков арестован по обвинению в «белогвардейско-колчаковской русско-фашистской и антисемитской деятельности» (вместе с А. Васильевым и др. выходцами из Сибири). Его ссылают на поселение в Мезень.
1933—35: ссыльный Марков добивается возможности сотрудничать в газетах Архангельска. Участвует в морских и сухопутных полярных экспедициях, делает ряд важных историко-географических открытий, исследует быт народов Севера. В Вологде находит и обрабатывает архив Русско-Американской компании XVIII—XIX вв., ставший основой его «Тихоокеанской картотеки» и ряда будущих книг о «Русской Америке». В 1935 его очерки и корреспонденции спасают от уничтожения ряд народных промыслов Севера (устюжское серебро). В 1936 поселяется под Калинином, в «Тверской Карелии». Новый арест, Лубянка и Таганская тюрьма. Поэта поселяют в Можайске. Там он пишет роман «Юконский ворон» и свои вершинные стихотворения, входящие во все антологии русской советской поэзии (напр., «Знаю я — малиновою ранью…», посвященное Г. Марковой, на которой он женился перед войной).
1941—42: Марков призван в армию рядовым, участвует в обороне Москвы. Демобилизован по болезни. В центральной периодике печатаются циклы его историко-патриотических баллад и очерков. Живет Марков с семьей во флигеле Литинститута. В 1945 вышел в свет «Юконский ворон», бестселлер следующего полувека (переиздавался десятки раз).
В 1946 вышла первая книга стихов Маркова, «Радуга-река», сначала встреченная восторженными откликами в печати, а затем (после Постановления ЦК и речи А. Жданова о журналах «Звезда» и «Ленинград») яро ошельмованная за «русопятство». Марков ждал нового ареста. Но по личному телефонному указанию Сталина пишет книгу «Летопись Аляски», доказывающую право России и СССР на владение территориями Северной Америки (на основании исторических документов). Это спасло писателя. В 40-е и 50-е выходят его книги о Н. Миклухо-Маклае, Н. Пржевальском, Ч. Валиханове, С. Дежневе. Но лишь в 1959 вышла вторая книга его стихов «Золотая пчела». 60-е ознаменовались выходом ряда книг стихов и прозы Маркова. В н. 70-х вышла книга его избранных поэтических трудов и двухтомный свод повествований о русских землепроходцах за минувшую тысячу лет «Вечные следы» и «Земной круг». В 1978 увидела свет лучшая прижизненная книга его стихов «Серебряный простор».
По почину или радениями Маркова были спасены многие музеи и др. культурные ценности России, поставлены памятники А. Никитину, С. Дежневу, Н. Пржевальскому, Ч. Валиханову, восстановлена Триумфальная арка в Москве.
Соч.: Избр. произв.: В 2 т. М., 1980; Избр. произв.: В 2 т. М., 1990; Стихотворения. М., 1985; Земной круг. М., 1976; Вечные следы. М., 1982; Светильник: Стихи. М., 1986; Юконский ворон: Роман. Хабаровск, 1986; Знаю я — малиновою ранью… Стихотворения. М., 1989; Картонный домик: Повести и рассказы. М., 1990.
Лит.: Дияжева Р. С. Марков: Очерк творчества. М., 1983; Фоняков И. Сергей Марков. Новосибирск, 1983; Дементьев В. Исповедь земли. М., 1984; Владимов В. Уроки и подвиги его жизни // Простор. 1986; Укачин Б. «Верный мечте и труду» // Сибирские огни. 1987. № 6; Золотцев С. «Земные корни и рудные жилы…» // Там же. 1990. № 1; Он же. Искатель живой воды. Роман-исследование о Сергее Маркове // Подъем. 2000. № 2—5.
Золотцев С.
(Источник – Институт Русской Цивилизации; http://www.rusinst.ru/articletext.asp?rzd=1&id=4677)
***

СЛОВО ПАРФЯНИНА
(«Литературная Россия», №31-32. 04.08.2006)

Отсюда родом Сергей Николаевич Марков, из глухой костромской стороны (12 сентября 1906 г.), где издревле уроженцев Посада Парфентьева называли парфянами. Отец его «межевал земли Северных Увалов, пространства между Унжей и Неей в Кологривском уезде, изучал чертежи старых землевладений, знал удивительные парфентьевские истории»...
На исходе прошлого века читатели и библиотекари редко упоминали земляка, в периодике не появлялись публикации даже к памятным датам. Потому областная писательская организация подготовила специальный выпуск ежемесячника «Литературная Кострома»: стихи, статьи, очерки, воспоминания, страницы рассказов о жизни «под надзором вьюг». Материалы из семейного архива присылала жена писателя Галина Петровна. Просматриваю эти материалы, и слышится голос искателя живой воды: «Всю жизнь я верен звуку «о» – на то и костромич!»... » И говор предков сохранив, я берегу слова: «Посад», «Полома», «Кологрив»...
Истинный поэт, обладающий дарованным свыше метафорическим мышлением, очень долго живёт «широкой свободною речью». В одном из самых ранних рассказов С.Н. Марков высказал суждение: «Вероятно, боязнь забыть слово и породила поэзию». Первый его поэтический сборник «Радуга-река» вышел в 1946 году к сорокалетию автора – раньше он не смел объявиться в ряду поэтов или были другие причины? А позднее пошло. Столичные издательства выпустили восемь поэтических книг. Но это малая часть из того, что успел он высказать в прозе, поэзии, науке и вообще для истории русских географических открытий. До сих пор знатоки творчества Сергея Маркова говорят об ощущении недооценённости им сделанного.
Этого нашего земляка называют редкостным, имеющим собственную вселенную. Он с высоким достоинством олицетворял собою одновременно и поэта, и прозаика, и учёного исследователя-географа, путешественника, историка, чей вклад в отечественную культуру объёмен и многообразен. Художественная проза органично смыкается с историко-географическими и этнографическими изысканиями.

Он создал исследовательский эпос, наполненный описаниями путешествий, экспедиций, совершённых более чем за тысячу лет. Он и сам сделал немало славных открытий, написал интересные, поучительные книги, роман о русских, обживающих берега Америки.
Среди героев его произведений – Лаврентий Загоскин, Чокан Велиханов, Семён Дежнёв, Николай Пржевальский, Миклухо-Маклай, Николай Судзиловский, Василий Мамалыга... Капля по капле всю жизнь собирал Сергей Николаевич фактический материал, дающий нынче возможность по-новому взглянуть на историю географических открытий, на великие подвиги исследователей и путешественников. Ещё двадцатилетним журналистом он выступил в «Правде» с проблемным очерком о горнорудных богатствах Средней Азии, который обсуждали в Госплане страны, а вскоре в Кремле обратили внимание на другое исследование по обводнению безлюдных солончаков с помощью подземных рек. Он выступал инициатором восстановления Кутузовской арки в Москве – памятника народному подвигу, предлагал присваивать имена открытым островам, спасал музеи, парки, библиотеки, памятники зодчества, отстаивал доброе имя деятелей культуры и общественной жизни. Его называли и хранителем народной мудрости.
Судьба Сергея Николаевича сложна, многотрудна, иссечена ветрами подозрений, наветами, оговорами. Немало лет находился искатель живой воды «под надзором вьюг». Прислушаемся к его голосу ещё раз:
«Было два снегопада в бренной жизни моей.
Гнётом стала отрада ослепительных дней.
Не надеясь на кровлю, что меня сохранит,
Сердце к снегу готовлю – облекаю в гранит»...
Спецслужбы не оставляли редкостного человека без придирчивого внимания, потому что он обладал голосом правды, способным защищать других. Он состоял в переписке с трудовыми людьми, учёными и художниками, зарубежными историками и географами. Однажды, взятый в заключение, сказал: «Объявляю голодовку до тех пор, пока мне не скажут, где поэт Павел Васильев! И тогда я получу формальный приговор за то, чего я никогда не совершал». На третий день, по его воспоминаниям, когда уже галлюцинировал борщами, бифштексами, приходит начальник тюрьмы и говорит, что по секрету может сообщить: Павел Васильев отпущен распоряжением Коллегии ОГПУ. К исходу дня Маркова «волокут в Бутырки. А там уже другой мир»... Нынче известна трагическая судьба молодого поэта Павла Васильева. Впрочем, тогда в подозрении находился каждый, имевший личное знакомство или переписку с «буревестником революции»...
Ещё в Сорренто Горький прочитал рассказ Маркова «Голубая ящерица», опубликованный журналом «Сибирские огни» в 1928 году, и сразу же определил, что выходец из Парфентьева Посада – прирождённый рассказчик. Через год была издана первая книга прозы, о ней специалисты литературы и читатели говорили похвально. Молодой писатель был заинтересован сотрудничеством с журналом «Наши достижения». Ответственный секретарь издания С.Б. Урицкий писал Алексею Максимовичу: «Мы также заказали писателю С.Маркову статью об обновлении племён, о культуре и быте нацменьшинств. Думаем, что он напишет хорошо и что эта статья могла бы пригодиться для первого же номера».
При первой встрече Горький шутливо и ласково спросил:
– Откуда происходить изволите?
И сердце Маркова, как он сам писал, дрогнуло: больно уж хорошо получалось в речи нижегородца исконное парфянское «о». Услышав ответ, Горький тут же вспомнил о другом парфянине – писателе С.В. Максимове. И, расспрашивая о детстве, юности самого Маркова, несколько раз цитировал описания обычаев нашего края. Заинтересовал, конечно, расположил к беседе. Пришлось пуститься в подробности о своей родине и о том, почему и как попал отсюда в Акмолинск, начал работать с четырнадцати лет в различных учреждениях, затем – в газете. Теперь известны факты, осложнявшие судьбу писателя, учёного и поэта, путешественника и романтика, подробности литературных и политических баталий в Новосибирске, где некоторое время жил и работал Сергей Николаевич. Здесь творческие силы к началу тридцатых годов оказались тоже под особым контролем. Отрицатели художественной литературы из лефовской группы «Настоящее» вносили подозрительный политический оттенок в полемику. Появилась статья «Почему Шолохов понравился белогвардейцам» и другие доносительские материалы. Горький, защитивший молодых писателей Васильева, Мартынова, Маркова, других поэтов, тоже попал под хулиганские наскоки. Так начались «снегопады» и в судьбе нашего земляка. Нынешние биографы Сергея Маркова сочувствуют ему, в частности Ст.Золотцев, с удивлением вглядываясь в «крутые и опасные повороты», признаёт: «Начинающий писатель тогда в буквальном смысле еле спасся от физической расправы над ним, готовившейся троцкистами и лефовцами, засевшими в сибирской верхушке РАППа».

Уже в двадцатых годах поэзия Маркова была широко известна в Сибири, но в центре России она замалчивалась. Позднее и проза – тоже. Теперь книги о путешественниках и первопроходцах известны всему миру, точнее сказать, пользуются спросом заинтересованных читателей многих стран. А поэтическое наследие ещё не издано в полном объёме, не проанализировано с достаточной последовательностью и глубиной. Есть у него программное стихотворение «Современник», завершённое такой строфой: «Сочти сейчас мои скитанья, / Мои заботы и труды / И награди высоким званьем / Искателя живой воды!»

Романтик, подвижник и заступник за всё справедливое обрёл этот единственный желанный титул. Поэт, художник слова, не искал иных наград, иных званий. С детства в его сознании было ключевым слово «землеустроение». Обустройство родной земли, Отечества своего. Культура – возделывание. Писатель родился в семье землемера, землеустроителя, занятого межеванием земли Северных увалов. Детство прошло в провинциально-дворянском культурном доме под крылом любящих родителей. Огромная домашняя библиотека, заповедный лесной край с корабельными соснами поблизости, деревянная архитектура в сёлах неподалёку от реки да земледельческая по сути и торговая Русь вокруг – факторы, формирующие сознание, душу и образ мысли. Потом были Вологда, Грязовец (в стихах Сергей называл его Снеговец), подарившие расширенное восприятие северной красоты, стилизованной в кружево плетёное, резное, тканое.
Начались необходимые долгие странствия и подневольные скитания. Восток, Урал, Средняя Азия, Сибирь, Поволжье. Открытия, творческие удачи. И вдруг – наветы, арест, Лубянка, допросы, высылка на Север, в Мезень. «Ссыльный поселенец», условное затворничество. Активная работа. И вот выпала доля путешествий ледяными побережьями. Было освобождение, но после смерти Горького – снова арест. Однако в особых условиях появляются у него лирические и гражданственные баллады, поэмы, стихи – не только для тех будущих восьми сборников.

Странное и необъяснимое было многолетнее замалчивание многоплановой работы редкостного человека. Удивляет идеологическая придирчивость к истинному патриоту, зафиксированная, к примеру, в «Сибирской советской энциклопедии». Она сообщала любознательным читателям устоявшуюся точку зрения на известного молодого писателя: «В рассказах и стихах Маркова, написанных иногда со значительным мастерством, но идеологически неустойчивых и подчас вредных, рисуется Сибирь, главным образом Казахстанская степь, в период гражданской войны и колчаковщины». В чём проявлялась эта «идеологическая неустойчивость» писателя, причисленного к «правым попутчикам», не сказано.
Возрастание интереса к подлинной российской истории, к правде народной жизни, к подвигам первопроходцев и романтиков, расширяющих не только географическое понятие России, видимо, призовёт новых читателей к творчеству С.Н. Маркова. Полезно раскрепощённым взглядом перечитать его книги: «Летопись Аляски», «Юконский ворон», «Повесть о Великом охотнике», «Подвиг Семёна Дежнёва» и другие произведения. Свежо будут восприняты и поэтические откровения «голоса в серебряном просторе».
Главным содержанием и смыслом жизни творческого подвижника всегда были почтение к предшественникам, поэзия и романтическая проза бытия. Рукописи его терялись, горели. Картотеки попадали под бомбёжку, в том числе и «Тихоокеанская картотека», созданию которой посвящены многие годы. Эшелон, в котором ехала семья Марковых, дважды бомбили. Галине Петровне чудом удалось найти среди руин драгоценный ящик с архивом. Марков был солдатом. В 1943 году его демобилизовали по причине крайнего истощения. После окопов попал в госпиталь на «подкрепление» – бывали и такие «счастливые случайности». Затем многие годы с архивными хлопотами бедовал без своего угла.

Лишь за два года до смерти Сергей Николаевич смог разместить свою гигантскую картотеку, ценнейший архив и редкостные издания в новой квартире....
Михаил БАЗАНКОВ г. КОСТРОМА
(Источник - http://www.litrossia.ru/2006/31-32/00637.html)

***

Прикрепления: 2302627.jpg(41Kb) · 3201493.jpg(13Kb) · 5434430.jpg(4Kb)


Редактор журнала "Азов литературный"

Сообщение отредактировал Nikolay - Суббота, 23.04.2011, 10:32
Литературный форум » Я памятник себе воздвиг нерукотворный » Социалистический реализм (ХХв) » Марков С.Н. - поэт, писатель, историк, географ (12 сентября 2011 года - 105 лет со дня рождения)
Страница 1 из 11
Поиск: