Дмитрий Виноградов - Литературный форум
ГлавнаяДмитрий Виноградов - Литературный форум
[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Mickelson, Павел_Черкашин  
Литературный форум » Архивы конкурсов » I Международный онлайн-фестиваль "Живая память" » Проза » Дмитрий Виноградов (так начиналась война)
Дмитрий Виноградов
LitvinДата: Вторник, 03.03.2015, 12:16 | Сообщение # 1
Житель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 589
Награды: 12
Репутация: 12
Статус:
Так начиналась война
Сквозь сон слышалась настойчивая трель телефонного звонка. Негромкий голос Ивана Сергеевича что – то коротко ответил. Затем скрипнула входная дверь и всё стихло. Настенные часы пробили половину пятого утра. Но сон уже не шёл. Надя подумала, что остался последний рывок, и впереди самостоятельная жизнь. Завтра экзамен по хирургии, и его тоже надо сдать на «отлично». Ну, сегодняшний воскресный день позволит в который раз всё повторить. Марку одной из сильнейших студенток медицинских курсов нужно держать до конца. Надежда мечтательно смотрела в окно, но она не видела всей красоты наступившего утра. Мысленно девушка пробегала свою ещё короткую жизнь. Выросла в многодетной семье. Сама Надя была пятой, и родилась через два месяца после смерти отца. Мать разрывалась между работой в колхозе и семьёй. Жили дружно, но голодно. Поэтому заявление младшенькой, что она едет поступать на медицинские курсы, было встречено всей семьёй в штыки. Но убедив мать, Надя получила чёткий наказ, что на помощь семьи рассчитывать она не может. Таким образом, строптивую дочь пытались удержать для последующей работы в колхозе.
Но желание получить профессию медика пересилило все возражения. И вот она студентка. Приходилось без поддержки семьи жить практически впроголодь. Проживало их на квартире 8 девчонок. Получаемой стипендии не хватало даже поесть раз в сутки. А надо ещё и обуваться – одеваться. Иногда её подкармливала хозяйка квартиры. Знали об этом и преподаватели.
И сама не могла бы сегодня сказать, как выдержала этот первый год. Хотелось бросить, но встретить насмешливые взгляды односельчан и членов семьи сдерживали её.
Помог случай. После окончания первого курса к ней подошла одна из местных студенток и предложила на месяц пожить в семье военных, поскольку жене батальонного комиссара Новикова потребовалось лечение на курорте. А детей троих не на кого оставить. Надя согласилась. Забот с детьми было конечно много: старшему Гарику было 6 лет, среднему Лёне – 4, а самой младшенькой – Майе – и вовсе два годика. Дети за этот короткий срок так привыкли к девушке, что когда приехала мама, то они просили её оставить Надю жить у них. Трудолюбивая, добрая студентка пришлась по душе и хозяину. Поэтому решение семьи было единогласным: Надежду не отпускать. Девушка пользовалась неограниченным доверием хозяев. И они старались принять посильное участие её в судьбе: интересовались успехами в учёбе, переживали за неё во время сессии, покупали даже одежду и обувь. Этот последний учебный год, пожалуй, был самым счастливым в её жизни. И главное, в жизни девушки появился парень, который вызывал зависть у сверстниц. Николай – так звали её избранника. Любила ли его она не знала, но при каждой встрече сердце радостно и учащённо билось. За эти восемь месяцев дружбы они были почти неразлучны. И как он совмещал встречи с ней со своей ответственной работой главного бухгалтера предприятия? Он даже помогал ей готовиться к экзаменам по гуманитарным дисциплинам. И Новиковы благосклонно относились к выбору Нади. А девушка ждала последний экзамен, который должен состояться завтра – 23 июня 1941 года. После него должно состояться распределение на работу. Так хотелось вернуться в Хойники и работать в районной больнице.
Но сердце знало, что этому не суждено быть. Вероятно, женская интуиция подсказывала, что в этот день Николай скажет те слова, после которых люди обычно идут по жизни одной дорогой. И из родного Мозыря он никуда не уедет, и её не отпустит. Ну и пусть, Мозырь тоже прекрасный город. Как - никак, столица Полесской области.
Надя встала и долго любовалась утром, просыпающимся городом. Улица Ленина, где жили Новиковы, была очень красивой. Ей невольно подумалось, что если они с Николаем будут вместе, хорошо бы тоже жить на этой улице. Девушка улыбнулась своим мечтам.
Надя заметила среди немногочисленных прохожих высокую фигуру Новикова, который быстро, очень быстро (что ему было несвойственно) шёл к дому. Сердце отчего – то тревожно сжалась. Она вышла в прихожую, где свежая, улыбающаяся Анна Павловна приводила у зеркала себя в порядок. Она доброжелательно кивнула девушке, но вошёл Иван Сергеевич. Он был суров и бледен.
-Что случилось? – вырвалось у Анны Павловны.
-Война! Утром в четыре часа немцы начали войну с нами.
-Так, быть может, отобьют врага? – растерянно спросила жена.
-Не так всё просто, - печально отозвался Новиков. – Получен приказ сегодня же эвакуировать семьи командного состава. За вами приедет машина к одиннадцати утра. Берите с собой только самое необходимое. И, конечно же, еды дня на три…
-А ты? – со слезами спросила Анна Павловна.
-Я человек военный. Где прикажут, там и буду.
Анна Павловна со слезами бросилась к мужу на шею, но он бережно отстранил жену:
-Аня! Не омрачай последние часы. Кто знает, когда свидимся.
Видя вопрошающий взгляд жены, Иван Сергеевич сказал:
-Думаю, что война будет долгой и тяжёлой. Иди, Аня! Иди и собирай детей. А я на работу. Буду к одиннадцати.
-А я? – вырвалось у Надежды. – Мне что делать?
-А тебе, Надюша, завтра всё на курсах скажут. Скорее всего, отправят на фронт.
В суматошных сборах время пробежало быстро. Анна Павловна хотела взять как можно больше, но два чемодана имели свой предел. Поэтому, наконец, они были закрыты, а Гарику и Леньке были сделаны небольшие заплечные мешки.
Сигнал машины заставил встрепенуться, Анна Павловна выходила последней, окинув взглядом квартиру, где прожито столько счастливых лет, тяжело вздохнула и закрыла дверь. К машине, запыхавшись, прибежал Иван Сергеевич, благо военкомат, где он служил, был совсем рядом. Прощанье было недолгим. Новиков и Надя долго смотрели вслед ушедшему грузовику, где тесно сидели женщины и дети.
-Надя! Ты поживи пока у нас. А если тебя куда отправят, оставишь записку. Ну, прощай! – Иван Сергеевич круто повернулся и ушёл, чтобы исчезнуть навсегда.
В понедельник директор курсов Столяров собрал всех в красном уголке. Был он немногословен, видно, что и сам он растерян и знал немногое:
-Девчата! Последнего экзамена не будет!
Он постучал по столу, погасив одобрительный гул:
-Распределения тоже не будет. Будьте пока дома, вас, скорее всего, призовут в армию. Но кто хочет, может сам подать заявление в военкомат об отправке на фронт добровольцами. Пока у меня всё.
Повеселевшие девушки не медля раздобыли бумагу и гурьбой с заявлениями отправились в военкомат. Утром 24 июня из военкомата за Надей пришёл посыльной. Там, в общей сутолоке, обнаружила она двух девчат с курсов - Галай Галю и Осипчук Антонину. Работник военкомата сообщил, что они назначаются на работу в областной Дом грудного ребёнка: Лукашенко Надежда - старшей медсестрой, а Галай и Осипчук - её подчиненными. Разочарованные девушки отправились по указанному адресу.
Заведение располагалось в небольшом одноэтажном здании. Здесь они застали отчаявшуюся заведующую Домом, невысокую щупленькую выпускницу Витебского мединститута. В слезах она рассказала, что из прежних работников осталась только одна уборщица. А на попечении их двоих осталось 50 детей, в том числе 15 до трёх месяцев. Девушки сразу впряглись в работу. Но за Надеждой приехал Николай, который уже получил повестку в армию; через несколько часов он должен отбыть в Барановичи в часть. Уже возле дома девушка, узнав, что приехал попрощаться отец Николая, постеснялась зайти в квартиру. Сборы были недолгими, и вскоре Николай с провожающими вышел на улицу. Прощанье при отце было скупым на нежности и кратким. С собой идти парень никому не разрешил: «Долгие проводы – лишние слёзы!» Надя едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Вернувшись в Дом грудного ребёнка, девушка узнала, что вернулись две воспитательницы – Петруня Карловна и Вера Петровна Триматлова. С этим коллективом уже можно было управляться с детишками. Заведующая оказалась скромной, застенчивой. Поэтому все как – то принимали за старшую Надежду, с ней и решали почти все вопросы.
Первого июля пришло распоряжение облздравотдела всему составу Дома грудного погрузиться на самоходную баржу в Пхове, пригороде Мозыря. Для перевозки детишек и немудрёного имущества понадобилось делать два рейса. Наконец все разместились, и капитан баржи дал гудок отправки. По - домашнему, спокойно стуча двигателем, судно двинулось вниз по течению Припяти в сторону Киева.
Экипажа было всего двое: капитан и матрос. Девушки всё удивлялись, что матрос не столько занимается делами, сколько глазеет в небо. Да и торчит всё больше на корме баржи. Поняли причину только через два часа.
Вдруг матрос закричал: « Воздух», а сам бросился на корму, где, оказывается, стоял пулемёт. Матрос направил ствол в небо, а капитан повернул громоздкое судно к берегу. Над судном низко промелькнул ревущий самолёт, и сразу же справа по борту взметнулись два больших столба воды. Очевидно, немец побоялся нарваться на очередь пулемёта и поэтому отвернул.
Девушки бросились в каюту, где размещались дети. Своими телами они старались прикрыть малышей. Страх рвал душу, но наивные глазёнки детишек удерживали сильнее цепей. Ещё один заход сделал немец, понапрасну израсходовав ещё одну бомбу. Стало тихо, смолк пулемёт. «Ну, что, напугались? - спросил вошедший капитан. – Постоим пока у берега. Должен гад скоро вернуться. В случае чего… сами понимаете – берег рядом.»
Так женщины лицом к лицу впервые повстречались с войной. За время плавания к Киеву, а плыли целых двадцать дней, их бомбили неоднократно, с интервалом в час. Скорее всего, им удавалось избегать попаданий бомб благодаря мастерской стрельбе матроса.
Капитан при подходе к Киеву старался по возможности идти как можно ближе к правому берегу. Здесь Днепр был уже довольно широким. Беда случилась, когда заходили в Киевский порт. Во время интенсивной бомбёжки одна из бомб попала в носовую часть баржи. Судно стало заполняться водой. Капитан развернул баржу и задним ходом пошёл к берегу. Их заметили и как только баржа села на прибрежный грунт, к ним подошёл катер с солдатами, которые оперативно, ложа на носилки по 5 – 7 малышей, эвакуировали всех на берег. Целы были все. Последним сошёл капитан.
В Киеве Надежда отвезла одного ребёнка в больницу с подозрением на воспаление лёгких. Его оставили для лечения в больнице. А всех остальных в этот же день посадили в пассажирский вагон и отправили в Днепропетровск. Поездка продолжалась двое суток. Очень опасались бомбёжек, но как – то пронесло на этот раз. Из Днепропетровска Дом Грудного ребёнка был направлен на Кавказ в Ставропольский край.
Не описать мытарства по уходу за детьми, добывание и изготовление еды для малышей, стирка пелёнок и одежды, когда даже простое умывание временами было проблемой. А вокруг толпы беженцев, эвакуированных. Навстречу спешили воинские эшелоны, которые пропускались вне очереди. Поэтому поезд не столько ехал, сколько стоял. Наконец город Ипатово. Всех разместили, и им было объявлено, что они должны пройти сорокадневный карантин.
Где – то полыхала война. А здесь было тихо. Надю часто мучила совесть, что все однокурсницы на фронте, а им приходилось отсиживаться в спокойном месте. Где – то воюет Николай. Девушке даже не приходило в голову, что парень может погибнуть. После карантина их перевели в станицу Благодарное.
А война потихоньку настигала их. Предчувствуя предстоящую оккупацию Кубани немцами, райздравотдел объявил в местной газете, чтобы жители брали в семьи детей из Дома грудного. Очевидно, война сделала людей добрее и отзывчивее. Поэтому вскоре осталось только 6 детей и с ними 6 сотрудников. Надя рассчитывала, что теперь она вправе идти на фронт, как бы там не было страшно и опасно.
Всё окончилось резко и внезапно. Начались бомбёжки. В один из налётов была разрушена городская водонапорная башня. Воды не стало, поэтому девушки по очереди с коромыслами ходили за водой на реку Кубань. В один из налётов была очередь Нади. Уже на обратном пути, услышав вой сирены, обвестившей воздушную тревогу, она поставила вёдра на землю, а сама укрылась в придорожной канаве. До месторасположения Дома грудного оставалось совсем ничего. В разрывах между взрывами, подняв голову, она увидела, как из дома зачем – то выскочила заведующая с чемоданом, в панике заметалась по улице. Рядом взметнулся чёрный столб земли. И всё стихло.
Как слепая, Надя в трансе осторожно подходила в дому. На краю воронки лежало разорванное пополам тело заведующей. А на месте дома, где располагалось их заведение, дымилась другая, ещё более огромная воронка. Было понятно, что погибли все. С огромной болью и отчаянием стояла девушка у края воронки, не замечая проходящих мимо людей. Сколько времени она стояла в безысходности, не зная куда пойти и что делать дальше, она не понимала.
Из бесконечной текущей толпы отделился молодой раненый моряк. Бывший командир роты знаменитого Первого полка морской пехоты Леонид Виноградов после контузии и ранения был списан вчистую и эвакуировался в тыл. Слегка шаркающей походкой, он подошёл поближе. Постояв некоторое время, моряк стал рядом и взял за руку:
-Пойдём… Здесь уже никому не поможешь.
Надя, очнувшись, с удивлением посмотрела на моряка. А он, потянув её за руку, повторил:
-Пойдём… На войне нельзя стоять на одном месте.
Надя поверила этой сильной, хотя и слегка трясущейся от контузии, руке, и пошла за моряком. Так на дорогах войны встретились родители автора этих строк.
 
ledolaДата: Суббота, 21.03.2015, 01:38 | Сообщение # 2
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 9697
Награды: 88
Репутация: 267
Статус:
Цитата Litvin ()
Так на дорогах войны встретились родители автора этих строк.


Мне всегда волнительно читать о судьбах людей на войне, а здесь вы рассказали о своих родителях. Получилось очень хорошо, ясно увидела Надю.
Хочу вас попросить, если можно, прикрепите сюда фото родителей, снимки тех лет имеют особую ауру, всегда рассматриваю их долго и с удовольствием.
Спасибо за рассказ! biggrin biggrin


А зверь обречённый,
взглянув отрешённо,
на тех, кто во всём виноват,
вдруг прыгнет навстречу,
законам переча...
и этим последним прыжком
покажет - свобода
лесного народа
даётся всегда нелегко.

Долгих Елена

авторская библиотека:
СТИХИ
ПРОЗА
 
LitvinДата: Воскресенье, 22.03.2015, 19:55 | Сообщение # 3
Житель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 589
Награды: 12
Репутация: 12
Статус:
ledola, Попробую найти, так как часть фотографий у сестры, а она умерла 6 лет назад.
 
Литературный форум » Архивы конкурсов » I Международный онлайн-фестиваль "Живая память" » Проза » Дмитрий Виноградов (так начиналась война)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: