ПОЭЗИЯ. Лилия Слатвицкая
руб.30.00
Наличие: 0
Единица: шт.

Немного о дверях

Стучаться лбом в захлопнутую дверь –
нелепей нет занятия на свете…
Тем паче, что за дверью – суховей
по выжженной пустыне безответья…
Бесцветье лет, бесснежье жутких зим,
календарей спрессованные даты, 
а лучший лекарь вечно тормозит – 
опять заснул под ёлочкой, поддатый!

Сквозит… сквозит навылет… На износ
моторчик слева дёргается тонко…
Песком у двери высыпан вопрос:
«А вдруг?»… И «Почему?» – ему вдогонку.
И что ж так сладко, сладко, боже мой!
долбить её челом, кровавя густо,
не понимая битой головой,
что там, за нею – пусто… пусто… пусто.

Не видеть стен, проросших трын-травой,
не слышать колокольного «Доколе?»
что хрипло издаёт звонок дверной,
но на него не выйдут… не откроют…
Мусоля память – кладбище потерь,
клепать и клеить старое корыто,
не замечая по соседству дверь,
что для тебя давным-давно открыта.

Текстильно-геометрическое

Есть человек. И он тебя не любит.
Он существует где-то вдалеке,
и утром не твои шальные губы
к его колючей тянутся щеке.
И не твоя ладонь скользит по складкам
сатиновой измятой простыни
на край кровати, чтобы там украдкой
его прикосновеньем подразнить.
…И ты, всё это представляя ясно,
Встаёшь… Затем, привычным взмахом рук
ныряешь, как в бассейн, в халат атласный, 
идёшь, включаешь чайник, фен, утюг…

А есть – другой. Он говорит, что любит,
и даже верит сказанным словам.
А у тебя… Как будто без прелюдий 
дерюгой натирают старый шрам.
Ты гладишь креп… Тебе почти не больно.
Привычный, нерушимый быт, уклад.
Сюжет – не пресловутый треугольник,
а так… недорисованный квадрат. 

Один день

Прошедший год…
Он был несносным:
то нёс пургу, то просто – нёс
куда-то влево, високосно,
с откоса, с насыпи, вразнос.
Он был жестоким и опасным:
бросался бедами, бросал
прицельно, в яблочко – напасти,
сшибал вестями наповал.
Он бил наотмашь – беспрестанно,
он бредил, вскрикивал, молчал…

Но всё же, знаешь, как ни странно,
я остро чувствую сейчас,
что в этом будто угорелом,
с цепи сорвавшемся году,
был тихий остров – день в апреле,
и я опять в него иду,
чтоб там пропасть на те пятнадцать,
у года отнятых минут,
где ты и я… Где длятся, длятся
слова, что этот год спасут.