Ведь в перспективе – славный холмик дёрна,

Даже не думай об этом холмике!

А слов твоих святое серебро Замысловатой разрисую чернью, Вложив в рисунок нежный звон вечерний Бесчисленных космических миров,

Мой свет, останови меня, одёрни – Ведь в перспективе – славный холмик дёрна,

Известны мне таких стихов повадки, Певцов несостоявшейся любви… Останови меня, останови.

Шаманишь потихоньку? Я знала...

Наконец-то дождь пошёл.... Ура!

Ах, этот дождь… И рюмка коньяка
давным-давно забыта на столе,

Среди ночи проснусь и привычно рукою нашарю...
Не нашарю тетрадку – рассудок прибрал на столе.

Кто с моего варенья слизал все пенки?
Тоже не знаю. Какие-то чудеса.

. Может, старею...

Спасибо, Мила!

Призываю на помощь холодный и мерзкий рассудок,
Отрешаюсь от света, входя в положенье слепца,
Только факты и даты. Малейшие признаки чуда
Изгоняю из строчек… Итак, достаю из ларца
Пожелтевшие письма – совсем бесполезные вещи,
Фотография Ваша – а в этом, какая нужда?
Мой холодный рассудок сегодня отнюдь не трепещет –
Ни к чему сантименты, сквозь пальцы текут, как вода.

Твои ладони на моих плечах
Меня согреют, утолят печали.
Любовь болезнь – я думала вначале,
Но я другого не ищу врача.

Жаль, что в варенье пеночек не осталось,
как его есть, не приложим теперь ума –
так и засахарится, ведь любой гурман
скажет - здесь не хватает самую малость...
Можно и съесть, но это же самообман.

Мчится Пассат, и навстречу ему Туареги,
И Тигуаны пристроились вдоль мостовой.
Мерсы потёртые, Ауди, тоже - с пробегом,
Немца приветствуют, происхождением - свой.

Мой холодный рассудок под корень обрежет мне крылья,

Любовь болезнь – я думала вначале

Мила, да вы АС по части марок авто! Супер!

Как же это знакомо. ))

Но вот болезнь - отсутствие любви.

Кто с моего варенья слизал все пенки? Тоже не знаю. Какие-то чудеса. Вечер июньский росой укрывает сад, небо темнеет, а пламенные оттенки гасит, летящий на Запад, сырой Пассат.

Мчится Пассат, и навстречу ему Туареги, И Тигуаны пристроились вдоль мостовой. Мерсы потёртые, Ауди, тоже - с пробегом, Немца приветствуют, происхождением - свой.

Как жаль… Как жаль - закончится Игра
И все дороги отвернут от Рима,
Все языки не в Киев поведут,

прочитала у тебя и как-то стало веселей.

Хороший образ!

Доброе утро! Хорошего дня!

Мила, добрый день!

Где-то там, посреди незнакомых, неблизких,
Говорящих с тобой на чужом языке,
Ты от скуки затеешь со мной переписку,
Обнаружив случайно засохший букет
Светло-синих цветов. И холодной реке
Доверяя письмо, без особого риска,
Просто бросишь в неё, смяв листок в кулаке.

.Дежавю. в общем...Спасибо

Шалфей

Так и тянет погладить ладонью соцветья,
Сладкий запах на пальцах с собой унести.
Светло-синие кисти, как память о лете,
Я впишу, может быть, в этот маленький стих,

В тёплый вечер, когда догорает заря,
Проплывая ручьи и пруды, и болотца,
Бросят в море бумажном свои якоря.

Между тем, всё июнь. Скоро белые ночи.
В эти ночи такое вокруг колдовство…
И кузнечик всё так же, как раньше стрекочет,
И шалфей всё цветёт. Ароматом его
Пахнут руки и письма.

Цветов синевой
Можно небо синить – цвет его так молочен
Над бескрайним простором загадочных вод.

Образы душистые.

Между тем, всё июнь. Скоро белые ночи. В эти ночи такое вокруг колдовство… И кузнечик всё так же, как раньше стрекочет, И шалфей всё цветёт. Ароматом его Пахнут руки и письма. Цветов синевой Можно небо синить – цвет его так молочен Над бескрайним простором загадочных вод.

Это такое чудо расчудесное... Достаточно, проходя мимо, провести рукой по грозди цветов - такой запах... слов никаких не хватает. И в нём всё - и мама, и детство,и бабушка любимая - мы всегда собирали и сушили букетики шалфея. Запах на веранде стоял изумительный.

Похоже, белые ночи не отпустят никогда!

Какая же ты, Мила!..