А душа была чистая-чистая
Белизною слепяще - неистовой
И оттенками тускло- землистыми
Не прошлась еще кистью неискренность.

Но хватали ручищами липкими,
Сапогами топтали бессовестно
И предательства чувствами пылкими
Истрепали в предчувствии горестном.

Надломилась душа безучастием,
Стосковалась по свету лучистому...
Сорок градусов - чем не причастие,
Но печальна концовка эпистолы.