Гудящие ульем разбуженным
горячие улицы Рима.
Вздремнувшие мирно витрины
от натиска шустрых француженок
укрылись кутюрными платьями.

Блаженно парила расслабленность
кофейно-ликёрными лужами
на скатерти так отутюженной,
что больно касаться запястьями.
Полощется в мареве солнечном,

любуясь прямыми фронтонами,
и тихо мечтая о холоде
старинного мрамора, фартук -
каким-то дурацким стандартом
украшенный торсом Давида...

Болтается рядом с газетами,
с фигурками Римского Папы,
с журналами и сигаретами,
толпою туристов залапанный.
Такая взяла вдруг обида -

в тени самого Колизея,
на фоне картин Рафаэля
рука ширпотреба-злодея,
простой вожделея наживы,
состряпала пошлую тряпку!

Схватила я фартук в охапку
из рук итальянской торговки,
Не скрою, слегка суетливо,
(она поздравляла с обновкой!)
Бегом припустила по Виа-

Дель-Корсо...Неделя летела.
Столица гудела, галдела.
Горячие улицы Рима
Являли собой пантомиму,
Рождая предметы "искусства",

Искусно ему подражая...
И как это всё-таки грустно.