Я к семисотому сквозь тернии,
сквозь зависть дураков и бури,
сквозь муки творческой истерики,
и выброшенной на мусор дури…
Доплыл до берегов Атлантики,
в Бермудах оказался не случайно,
хлебнул по северам романтики,
и лагерную пыль махнул нечаянно.
Я мел муку песочную по Азии,
и Крымские пейзажи переваривал,
я горные хребты познал Абхазии,
с высот Урала на судьбу плевал…
Любил я женщин и сердца их добрые,
я пил за дружбу разум не теряя,
и телогреечку сушил бывало мокрую,
теплу душевному чаще доверяя.
А время мое веником потертым,
сметало мои годы на совочек,
рисуя своей жизни натюрморты,
я никому не жаловал просрочек.
Не бил я морды без вины виновным,
не обижал я хилых, жалких и убогих,
я отдавал последнее церковным,
был в правилах воспитан очень строгих.
Так времечко катилось к семисотому,
словесному оружию романтика,
я вешки ставил на вершине сотому,
и виделась мне вдалеке Антарктика!
Я понимал, что только начинается,
мой путь к последнему барьеру,
не знаю, как дорога называется,
но буквенную вижу впереди химеру.
Я к семисотому сквозь тернии,
сквозь зависть дураков и бури,
сквозь муки творческой истерики,
и выброшенной на мусор дури…

02.01.2015. А.Бай