Миллионы у ног серебрятся пушистых снежинок,
И мороз красный нос их целует в хмельные уста,
Не видать под снежком умощенных заветных тропинок,
Под сугробами спят и томятся родные места.

Кружева заплели опустевший беленый пейзаж,
На карнизах растет серебристый сосульчатый ряд,
Опустился в сугроб, и пригрелся начальный этаж,
Серебрится на солнце холодный, бесценный наряд.

А зима в зеркалах поправляет смущенно прическу,
От приветливых глаз, не возможно свои мне от весть,
В серебристых туфлях потянула холеную ножку,
Затянувшись в корсет, попыталась бесчувственно сесть.

По регламенту вымерив каждый виток гардероба,
Потянулась за шубкой, решив, что уже собралась,
И завет за собой, разгулявшись на славу погода,
И теснится в душе - умиленно, холодная страсть.