Ты ухмыльнёшься в сторону и поймёшь

Кто целовал в сухие и злые губы,

Кто говорил столь лестную сердцу ложь.

Так не смогли бы даже солгать суккубы.

Так не смогли бы даже и сто чертей

Мысли запутать, перемешав свет с тенью,

И в череде избыточных новостей

Выделить ту, что станет в твой ад ступенью.

…Время излечит и перекроет кран

Боли твоей души может быть когда-то.

Дух твой – уставший, раненый партизан

Держит и днём, и ночью в руке гранату.

Ты столько раз хотел свой мир чувств взорвать,

Чтобы не слышать зова любви и эха.

Мысли и сны записывая в тетрадь,

Ты изучал иллюзии человека.

И, находя в неведомой пустоте

Гулких глубин души свет своей надежды,

Ты вспоминал о вечности и мечте,

Бывшей твоей звездой путеводной прежде…

(ИШ)