05 Июн 2015
Он ей говорил о прошлом...
Он ей говорил о прошлом. В словах не скрывал азарт.
Казалось, что жизнь итожит, от света прикрыл глаза.
Про море и свод лазурный без грани небес и вод,
Про летнюю свежесть утра и в горы весной поход.
Как Крым исходили вместе, у каждого – свой рюкзак.
И было вдвоём не тесно в палатке одной, с пятак.
Он прошлое помнил свято, где было дышать легко.
Восходы, потом – закаты… Как пили «Вдову Клико».
А ей нестерпимо грустно, что всё позади у них.
В палате больничной пусто и двор неуютный тих.
И знает, что шаг до смерти… И видит, как лгут врачи.
Ему говорит, что верит. Солжёт, а потом молчит.
Всю правду сказать не может ему, прямо здесь, в глаза.
Лишь мысленно шепчет – Боже, и Бог говорит – нельзя.
Сидит у него подолгу, молчит и глядит в окно,
Где небо в лазурном шёлке, и солнца блестит пятно.
Казалось, что жизнь итожит, от света прикрыл глаза.
Про море и свод лазурный без грани небес и вод,
Про летнюю свежесть утра и в горы весной поход.
Как Крым исходили вместе, у каждого – свой рюкзак.
И было вдвоём не тесно в палатке одной, с пятак.
Он прошлое помнил свято, где было дышать легко.
Восходы, потом – закаты… Как пили «Вдову Клико».
А ей нестерпимо грустно, что всё позади у них.
В палате больничной пусто и двор неуютный тих.
И знает, что шаг до смерти… И видит, как лгут врачи.
Ему говорит, что верит. Солжёт, а потом молчит.
Всю правду сказать не может ему, прямо здесь, в глаза.
Лишь мысленно шепчет – Боже, и Бог говорит – нельзя.
Сидит у него подолгу, молчит и глядит в окно,
Где небо в лазурном шёлке, и солнца блестит пятно.
Иллюстрация - картина "Окно" Людмилы Авраимовой
из Интернета.
