Ладно, я тебя вытащу
из пасти стиральной машины;
барабан остановится, 
станет в комнате тихо...
Испугаются пустоты
пластмассовые тазы
и наполнятся мокрым бельём - 
белое на голубом.

Твоя голубая рубашка
пропахла чужими духами,
и я растянула
вдоль горизонта нервы -
пусть сохнут на длинной верёвке
бабочки из оригами,
а челюсти синих прищепок
намертво стиснут рубашку...
С тобою мне холодно,
без тебя - тяжко.

Я долго стирала...
Я стёрла ночь в порошок 
обмылком луны;
на чистой одежде 
пятна почти не видны...
Нам стало трудно...
Утро 
разбудит осенним дождём,
влажно стекая по коже -
это тебе и мне
небо включило отжим.