02 Авг 2015
По сонным улочкам Мисхора...
По сонным улочкам Мисхора
Бродили мы когда-то вместе.
И он шептал мне нежно – Дора,
Без фальши в голосе и лести.
И руку брал в свои ладони,
Большие, тёплые. А рядом,
Казалось мне, что волны стонут
И молят искренно – не надо.
И лунный свет сливал по каплям
Минор томительно-прохладный.
Светились окна старой сакли,
Увитой густо виноградом.
И ночь была на редкость дивной:
Сапфиры звёзд дарили боги.
И он шептал мне нежно – Дива,
Умышленно меняя слоги.
И губы пахли мирабелью,
Янтарно-алой сливы соком.
И он шептал мне нежно – Белла,
И шли стихи её потоком.
И мне почудилось, я помню,
Что любит он всех женщин мира.
И взгляд его, тягуче-томный,
Достойным был восточной лиры.
И я почувствовала холод
От губ и от ладоней тоже.
А волны всё бежали к молу,
Сомнения нещадно множа.
Иллюстрация - фото из Интернета.
Бродили мы когда-то вместе.
И он шептал мне нежно – Дора,
Без фальши в голосе и лести.
И руку брал в свои ладони,
Большие, тёплые. А рядом,
Казалось мне, что волны стонут
И молят искренно – не надо.
И лунный свет сливал по каплям
Минор томительно-прохладный.
Светились окна старой сакли,
Увитой густо виноградом.
И ночь была на редкость дивной:
Сапфиры звёзд дарили боги.
И он шептал мне нежно – Дива,
Умышленно меняя слоги.
И губы пахли мирабелью,
Янтарно-алой сливы соком.
И он шептал мне нежно – Белла,
И шли стихи её потоком.
И мне почудилось, я помню,
Что любит он всех женщин мира.
И взгляд его, тягуче-томный,
Достойным был восточной лиры.
И я почувствовала холод
От губ и от ладоней тоже.
А волны всё бежали к молу,
Сомнения нещадно множа.
Иллюстрация - фото из Интернета.
