Я – живой, я – не каменный идол,
Что веками не пьёт и не ест.
Я, наверно, такой только с виду.
Но ранимый в душе, «вот те крест».

Я люблю и хочу быть любимым,
А ему на любовь наплевать.
Он не спит, мне же необходима
Хоть какая-нибудь да кровать.

Я «горю на работе», чтоб греться.
Он же – каменный и лишь фонит,
Я имею, как минимум – сердце.
Он, как максимум – только гранит.

Я – живой, потому и не вечен,
Но, и камень имеет свой век.
И гордиться ему больно нечем.
Истукан – он, а я – человек.