Я в темноте один, в костер бросаю хворост.

И слушаю, как кровь теряет скорость.

И бьется маленьким комком в груди синица.

Стремительный полет все реже снится,

Она пока еще жива, еще щебечет.

И тонкий голосок звучит предтечей.

 А запах тлена от листвы вина пьянее -

Кладбищенский отсвет на всем синеет.

Молчим о смерти мы, не поминаем всуе.

Готические шпили ночь рисует.

И тщатся вырваться из замкнутого круга

Влюбленные, проросшие друг в друга.

И слышно мышь, шуршащую в подполье.

Покоя нет, все – суета безволья…