Хляби разверглись над нами,
выронив тонны воды.
Смыты её озерцами
поздних прохожих следы.

Вечер. Зажжённые окна
скрылись в потёки, как в сеть.
Хлещет то в спину, то в бок нам
мокрая серая плеть.

Полупустые трамваи.
Тощих маршруток кольцо.
Ветер афиши срывает
встречно идущим, в лицо.

Мокнет бельё на верёвке.
Пёс в подворотне дрожит.
Холодно на остановке.
Спят под стрехою стрижи.

Дождь над моим переулком,
вялая серость крыльца.
Двери парадного гулко
бьют о порог,без конца.

Город смиряется, тонет,
в вере о светлом угас.
Колокол, в жалобном звоне,
молит о брошенных нас.