На будущее зря ты сердишься, Сальери, -
злодейство очернит любой судьбы сюжет.
Излишне ты, мой друг, так пёкся о карьере -
легенды породил последний наш фуршет.
Мне повезло - я умер! Ты остался.
Доказывай теперь, что не подсыпал яд.
Я людям отдал всё из Божьего аванса -
на небесах дела усопших говорят.
И важно ли потом фуршетом иль обедней
потомки обзовут туманные дела –
ведь «Реквием» живёт мелодией последней,
симфонии живут, похоронив тела…
А на Земле - молва: казнит, пытает, дразнит,…
Сладкоречивый яд касается ушей –
завистников слова любви отравят праздник…
Не потому ли, друг, покоя нет в душе?