До декабрьских ид – то ли снег, то ли дождь, да и, в общем, добра ты от неба не ждёшь. Ты постиг, что молчанье – такая же ложь, как и прочие игры словами. Спорим, ты проиграешь и эту игру – что соткёт Пенни за день, распустит к утру (третий лист А4 предательски тру, заполняя опять кружевами).
    
     Кенотаф из её не родившихся слов и твоих сумасшедших,  несбывшихся снов… Снова скобка в конце, вместо слова «любовь» (ты же видел и сам, что так надо). Да, клялась, что «…ни волос с твоей головы» (хотя, знаешь, уже не уйти от молвы - слишком часто касались твоей тетивы те, кто просто случайно был рядом).
    
     Только, бьющийся в рёбрах, саднящий комок отдаётся в висках: «ты бы смог, ты бы смог, ты бы смог переплыть липкий морок и смог» (усмехнувшись: «как ёжик в тумане»). Обучив её сам странной магии – ждать, ты однажды не сможешь вернуться опять на Итаку (Кассандра, едрить твою мать! - ну, так мы же играем, да? А не…)