Протоиерей Василий Мазур - Страница 5 - Литературный форум
ГлавнаяПротоиерей Василий Мазур - Страница 5 - Литературный форум
[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 5 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Литературный форум » Клубы по интересам » Любители православной литературы » Протоиерей Василий Мазур (творения)
Протоиерей Василий Мазур
abbotДата: Пятница, 21.10.2016, 17:39 | Сообщение # 101
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Печальное детство

Холодный осенний дождь закончился, и озорной ветер стал наводить на небе порядок. Он распахнул тяжелые серые тучи и выпустил на свободу яркие лучи солнца, которые сразу же начали сушить промокшую остывшую землю.
Десятилетняя Люба с радостью надела свои старенькие ботинки, доставшиеся ей от старшего брата Гриши, взяла сделанную папой деревянную куклу и вышла из дома. Родители уже были во дворе. Стоя у амбара, они советовались, как им лучше сохранить собранный урожай.
Петр был ветераном Первой мировой войны. Имел редкую по тем временам специальность водителя. За проявленную в боях храбрость получил от государя два Георгиевских Креста. Анастасия, верная спутница жизни, вымолила его у Господа, и с войны он вернулся целым и невредимым. В Гражданскую Петр ни на чьей стороне не участвовал. Трудился на своей земле и в рыбацкой артели, ведь село находилось на берегу полноводного Днепра.
Неожиданно радостные раздумья супругов прервал раздавшийся на улице шум повозки, на которой ехали три вооруженных сотрудника ОГПУ вместе с двумя сельскими активистами.
Петр и Анастасия с удивлением посмотрели в их сторону, но удивление это быстро сменилось испугом, когда они увидели, что лошади поворачивают к ним. Сотрудник ОГПУ, видимо старший, громко крикнул хозяевам, чтобы открывали ворота. Спрыгнув на землю, порывшись в кожаной сумке, он с непроницаемым видом достал какую-то бумагу и, размахивая ей, потребовал от Петра сдать государству свой урожай. В ответ на объяснения, что у них нет долгов по налогам, ОГПУшник выхватил из кобуры наган и, угрожая им, потребовал отдать все зерно, которое у них было. Петр обнял Анастасию и молча увел ее в сторону, а активисты, с гримасами радости на неумытых лицах, бросились к амбару и стали вытаскивать мешки. Убедившись, что погрузка закончена, старший взял с собой товарищей и направился в дом. Вслед за ними, бросив куклу, устремилась Люба.
Пока они обыскивали одну комнату, девочка пробралась в другую и, вынув из шкафа мешочек с пшеном, спрятала его за большой иконой Богородицы.
Сотрудники ОГПУ, злые, что ничего не нашли, продолжили обыск, и вдруг один из них залился громким смехом и выдернул из-за иконы спрятанную крупу. Люба бросилась к нему и схватила обеими руками мешочек, но мужчина с силой оттолкнул ее. Девочка упала. Мешочек развязался, и пшено рассыпалось по полу. Раздосадованный сотрудник, злобно ругаясь, стал топтать его ногами. А потом, все перевернув в доме и, поняв, что зерна больше нет, довольные своей работой ОГПУшники с тяжело груженной повозкой покинули двор.
Полностью лишившись зерна и круп, семья какое-то время обходилась небольшими запасами овощей и рыбой, которую иногда удавалось поймать Петру, но зимой намело снега под самую крышу, ударили морозы, и Днепр покрылся таким толстым льдом, что рыбачить стало невозможно.
В селе достать еду было негде, и Петр с Анастасией, помолившись Богородице, оставили Любу с Гришей дома и отправились в Запорожье, где рабочим выдавали небольшие продуктовые пайки. Нанялись на заготовки речного льда. Холодильников тогда не было, и в теплое время года для хранения продуктов использовали лед, который зимой складывали в специальные хранилища.
Труд был невероятно тяжелым. Пилить и таскать ледяные глыбы на морозе приходилось целый день, но супруги были рады, что могут получить за это хоть немного крупы. Как-то им удалось наведаться домой. К великой их радости, Люба и Гриша были живы. Рядом же соседские дома уже опустели.
К концу зимы наступившего 1933 года голод стал особо свирепым. Люба и Гриша спасались уцелевшими ягодами шиповника и боярышника, собирали и рассасывали смолу с фруктовых деревьев. Но сил с каждым днем становилось все меньше.
От односельчан, которые еще были живы, Люба узнала, что в соседнем селе, где жила ее крестная Матрона, колхозникам за трудодни дают что-то съестное. Девочка решила прийти к ней, надеясь, что она ей чем-то поможет.
Одев на себя пару кофт и пальтишко, Люба отправилась к Матроне. На ледяном ветру полевыми дорогами прошагала восемь километров, молясь Богородице, чтоб не растерзали голодные волки. Крестная мама вместе с другими женщинами в амбаре шелушила кочаны кукурузы. Вход охранял вооруженный солдат.
Люба поняла, что охранник ее не пропустит. Тогда она незаметно взяла лежащую у стены половинку кирпича, сняла с головы платок и сделала аккуратный сверток. Решительно подошла к солдату и сказала, что принесла маме обед. Тот разрешил ей войти.
Матрона, увидев крестницу, подошла к ней, обняла и отвела в сторону. Затем незаметно прорезала карманы пальто Любы и засыпала под подкладку несколько горстей кукурузы. Девочка со спокойным видом вышла из амбара. Охранник ничего не заподозрил. Она благополучно добралась домой и устроила праздничный ужин.
Пока крестная работала в амбаре, Люба еще несколько раз приходила к ней и выносила в пальто немного кукурузы, но потом Матрону перевели на другую работу, и девочка к ней ходить перестала.
Весеннее солнце растопило снег. Заготовки льда прекратились, и супруги вернулись домой. Петр снова стал трудиться в рыболовецкой артели. Смерть отступила. В селе выжившие дети, подобно гусям, стали пастись на зеленых лужайках, съедая сочные стебельки травы и первые листочки распускавшихся лип.
Всю свою жизнь, уцелевшая в голод Люба будет хранить дома запас крупы и никогда не выбросит в мусор даже корочку черствого хлеба.
 
abbotДата: Вторник, 27.12.2016, 16:11 | Сообщение # 102
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Попранная юность

После жестокого боя части Красной Армии отступили. Солдаты, изредка отстреливаясь, россыпью побежали по склону широкой зеленой балки в сторону Днепра. Те, кто успел, с разгона прыгали в стоявшие у берега рыбацкие лодки и, изо всех сил гребя веслами и кусками попавшихся под руки досок, стали переправляться на другую сторону реки. Вода вспенилась от разрывов снарядов и всплесков пуль. Дым и пар закружились над мутной поверхностью древнего Славутича. Красноармейцы устремились в извилистые протоки плавней, и постепенно стрельба затихла. Немцы успокоились и стали с интересом рассматривать захваченное село. Белые хаты с обеих сторон балки образовывали яркий неповторимый орнамент из черепитчатых, соломенных и камышовых крыш. В садах спели розовощекие яблоки, желтые груши и сизые сливы. На баштанах под августовским солнцем 1941 года грелись огромные полосатые арбузы. Увидев такое богатство, солдаты стали радостно кричать и громко смеяться.
Люба вместе с родителями выбралась из погреба. Едкий дым от нескольких догоравших хат забивал дух. Их дом уцелел. Только несколько осколков от разорвавшегося на соседней улице снаряда оставили на стенах следы.
Высокий немец в сопровождении переводчика и двух автоматчиков стал обходить дворы. Всех жителей согнали на пыльную сельскую площадь и объявили, что их освободили от большевиков и теперь они должны с благодарностью работать на великую Германию.
Лучшие дома фашисты забрали для размещения своего гарнизона. Пришлось и Любиной семье перебраться в небольшую летнюю кухню. Ее папу Петра, ветерана Первой мировой, в Красную Армию не призвали, потому что ему пошел уже седьмой десяток, мама Анастасия неразлучно была с ним. Люба училась в театральном училище, но с началом войны всех студентов отпустили, и она вернулась в родное село. Брат Григорий давно пошел служить в армию, но где он и жив ли, они не знали, потому что связи с ним не было.
Разместившись по домам, солдаты стали праздновать победу. Кто-то уселся на лавке или прямо на широком каменном заборчике и запиликал на губной гармошке, кто-то из сарайчиков и хлевов стал вытаскивать поросят и кур. Забрали молоденькую свинку и у Любы. Зарезали. Взяли лучшие части тушки, остальное выбросили. Петр с Анастасией остатки подобрали, переработали и спрятали в погребе. Потом, правда, немцы добрались и до того, что сразу не съели.
Через несколько дней после начала оккупации фашисты обнаружили на полях уцелевший урожай и заставили жителей убрать его. Мужчин не было, остались только старики и дети, поэтому работать пришлось женщинам. Делали все прадедовскими способами. Убирали хлеб с помощью кос и серпов, молотили цепами, веяли вручную, потому что всю технику эвакуировали на восток, а что не успели — вывела из строя при отступлении Красная Армия. О судьбе местных жителей никто не думал, главным было создание трудностей фашистам.
Зимой работы в селе было мало, и главной бедой стал принудительный вывоз молодежи в Германию. Когда война, время течет быстро, и никто не знает, что с ним будет через миг. Схватили и Любу. Заперли в одном из колхозных зданий, где уже было немало народу. Но девушка не впала в отчаяние, а сразу же стала размышлять о побеге. И придумала.
Изредка охранники разрешали в сопровождении конвоира ходить в туалет. Недалеко от сарая был большой, сколоченный из досок, нужник. Туда и водили. Люба оторвала от каблука подковку и спрятала ее в кармане пальто. С подругами договорилась, что она отвлечет охрану, и в это время те попробуют сбежать. По просьбе девушки конвоир отвел ее по назначению. Собравшись с силами, она подковкой вытащила в нужнике из широкой старой доски гвозди, оставив висеть ее только на одном, и спокойно вышла.
Для отвлечения охранников Люба использовала актерские навыки. Подниматься нужно было наверх по извилистой скользкой тропинке. Не доходя до конца дорожки, она упала и покатилась вниз. Потом неуклюже поднялась и вновь упала. Немцев это очень развеселило. Они стали громко смеяться, а один из них стал дразнить ее, протягивая дуло автомата. Люба схватилась за ствол и дернула с такой силой, что немец кубарем вместе с ней покатился вниз. Это еще больше развеселило охрану, и они не заметили, как две подруги быстро выскользнули в незапертую дверь.
Люба вернулась назад. Через некоторое время опять попросилась во двор. Конвоир ее отвел. Она тихонько отодвинула в нужнике доску и протиснулась в проем, затем все поставила на место и поползла по натоптанному снегу за угол стоящего рядом дома. Солдат подождал, громко постучал в дверь и, не услышав ответа, ворвался внутрь. Но там никого не было. В недоумении заглянул в дыру, подумав, что она, наверное, туда упала и утонула, молча поплелся назад.
Люба домой не пошла, а осторожно пробралась к своей бабушке. Та приняла ее и спрятала в тайнике, который был оборудован в доме.
В шкафу, который занимал всю стену комнаты, была неприметная дверца, ведущая в небольшую каморку. Внутри нее лежал старый тулуп, сидя на котором, можно было даже подремать. Вверху находилось отверстие для поступления воздуха.
Команда, забиравшая людей для отправки в Германию, заходила в каждый двор. Искали не только в домах, но и на чердаках, в сараях, погребах и других местах. Наведались они и в дом Любиной бабушки. Она же, увидев приближавшихся ко двору немцев, быстро схватила двоих правнуков, посадила за стол и поставила перед ними тарелку с кашей. Как только те начали есть, бабушка дала детям по хорошему подзатыльнику. Они, перемазанные кашей, не поняли, за что получили, и расплакались. Когда немцы вошли в дом, бабушка отлупила правнуков еще, и те стали громко кричать. Она же стала их ругать, что они не хотят есть. Солдаты увидев такую картину, рассмеялись и, закрыв уши руками, вышли из дома. Когда команда уехала из села вместе с людьми, которых смогла разыскать, бабушка, дав поручение правнукам сходить на другую сторону села, выпустила Любу из тайника.
Весной комендант села заставил жителей засеять поля. Ни тракторов, ни лошадей не было. Пахали с помощью коров. Бороны же, подобно знаменитым бурлакам на Волге, таскали группами женщины. Работали весь день, и только на ночь всех отпускали домой.
Принудительный вывоз людей в Германию, именуемый в просторечии угоном, не прекратился, и время от времени Любе приходилось всеми силами уклоняться от него. Она не могла себе представить, как будет жить и работать на ненавистных фашистов в их стране, которая принесла столько горя ей и ее любимой Родине.
Немцы стали хитрее. Забирали людей внезапно и тихо, тех же, кто пытался кричать, грозились убить.
Однажды Люба заметила на своей улице хорошо известную команду. Времени на раздумья не было. Девушка схватила тряпку для уборки и решительно вошла в комнату, где размещались немецкие солдаты. Внутри никого не было. Вдоль белой стены на длинной рейке висели шинели, под которыми были сложены скатанные матрацы. Люба спряталась в одной из шинелей. Полицаи обыскали все, но туда войти не решились. Услышав, что они покинули двор, девушка быстро вышла из дома.
В конце оккупации забирали уже не только молодых, но и людей постарше, главное, чтобы были здоровы. И Люба решилась на отчаянный шаг. Взяла большой гвоздь, вбила его в каблук так, чтобы он сильно торчал внутри сапога, потом обула, залезла на каменный забор и, перекрестившись, спрыгнула вниз. Острая боль пронизала не только ногу, но и все тело. Вскоре нога сильно распухла и воспалилась. В Германию ее не угнали, но состояние девушки становилось все хуже. Народные средства, которыми лечила мама, не помогали. Люба, как умела, молилась Богу. И вдруг однажды к ней зашел немецкий врач. Типичный рыжеволосый Фриц сказал, что он против войны и ненавидит Гитлера, который его оторвал от семьи и отправил на фронт. И он тайно стал лечить Любу. Со временем, хоть и с большой неохотой, болезнь оставила ее.
Только в марте 1944 года Красная Армия освободила измученное село. Уходя, фашисты, грабившие его два с половиной года, забрали у местных жителей все, что только могли. А потом подожгли многие хаты обычной бензиновой зажигалкой, цинично прикуривая от края разгоравшейся соломы или камыша.
В бою за село полегло немало наших солдат. Немцы занимали позиции на высотах, а красноармейцам приходилось не только форсировать широкий Днепр, но и под непрерывным огнем противника взбираться вверх по крутым склонам огромной балки. Погибших своих с воинским почестями хоронили красноармейцы, а полегших в бою немцев пришлось предавать земле уцелевшим местным жителям.
Некоторые освободители смотрели на людей, переживших страшную фашистскую оккупацию, свысока и говорили, что они должны были все умереть, но не пропустить врага на восток.
После Победы над гитлеровской Германией недоброе отношение к тем, кто подвергся немецкой оккупации останется на многие годы. И не только им, но и их детям, родившимся после войны, при поступлении на работу, учебу, смене места жительства придется отвечать на вопрос, не были ли они на оккупированной территории.
Как только возвратилась мирная жизнь, открылись учебные заведения. О Любе вспомнили в театральном училище, но она в него вернуться не захотела. Получила педагогическое образование и стала учителем. Любовь, заключенную в своем имени, она щедро дарила всю долгую жизнь и детям, и их родителям.
 
abbotДата: Вторник, 31.01.2017, 20:27 | Сообщение # 103
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Свет школьного окна

Вьюга прекратилась. Небо очистилось от тяжелых серых туч, и в нежно-васильковом небе засияло яркое солнце. Белый снег, словно россыпи чистых алмазов, заискрился разноцветными лучами.
Егор медленно подъехал к дорогому ресторану. Он никогда в нем не был да и другие посещал только по чьей-то настойчивой просьбе. Они с женой Ксенией не любили шумных компаний и праздники отмечали дома. Но его старый друг Шурик, ставший преуспевающим бизнесменом, решил собрать одноклассников и пригласил их на обед.
В безупречно сидящем костюме и наброшенной на плечи модной куртке, Шурик, которого администратор тихим голосом почтительно именовал Александром Ивановичем, встречал у вычищенного входа своих друзей.
Время пролетело быстро, но память настойчиво хранила многие веселые и грустные события школьной жизни, и не верилось, что все это было уже больше сорока лет назад.
Супругов проводили в уютный зал. С радостным волнением (ведь многих Егор не видел со дня окончания школы) он подошел к нарядно одетым одноклассникам. Те внимательно посмотрели на него, а потом шумно приветствовали своего Гошу. Постепенно все, кто мог, собрались.
Подали изысканные блюда и напитки. После первого традиционного тоста «За встречу» все принялись энергично закусывать и говорить друг с другом. Одни увлеченно обсуждали новости спорта, другие рассказывали о необычайно удачной охоте и рыбалке, несколько человек вступили в вечный спор о политике.
Шурик захотел сделать еще один сюрприз и подошел к музыкантам. Долго говорил с ними, что-то напевал, а потом ушел расстроенный. Ни одной из песен, которые когда-то нравились всем в школе, они не знали. Пришлось слушать современные однообразные ритмы.
Собираясь на встречу, Егор предвкушал интересную беседу. Он мало обращал внимания на угощение, а пытался расспросить товарищей о детях и внуках, вспомнить учителей и всякие интересные случаи из школьной жизни. Но большинство отвечали коротко и неохотно и тут же возвращались к еде, пустым разговорам и ненужным спорам.
По сердцу Егора холодной волной прокатилась грусть, которую сразу же заметила Ксения. Они без слов поняли друг друга. Тихонько встали и незаметно вышли из зала.
До школы добирались недолго. И вот, наконец, знакомый, заботливо очищенный от снега порог и все те же резные деревянные двери. Сладкое тепло тронуло душу Егора, когда он шагнул в просторный светлый вестибюль. Здесь уже давно все стало по-другому, но паркетный пол, по которому они так любили прокатиться, когда его натирала тетя Маша, остался прежним.
Занятия закончились, и непривычная для школы тишина наполнила застывший воздух. Егор с Ксенией медленно поднялись по истертой бетонной лестнице на второй этаж. Навстречу им попалась молодая женщина в расстегнутой короткой шубке с большим смартфоном на ладони. Может, учительница или чья-то мама.
В коридоре, как в детстве, стояли большие вазоны с молодыми пальмами. Что стало со старыми, кто знает? Подошли к кабинету химии. Ох, и нравилась она. Когда-то на занятиях кружка решили тайно от учительницы проверить, действительно ли изучаемое вещество взрывается. Химическая реакция пошла так быстро, что друг Паша едва успел сунуть зловеще свистящую колбу в раковину. Все попадали под массивные столы, покрытые кафельной плиткой. Хлопнуло так, что раковина треснула. Пришлось брать веники и ходить по кабинету в поисках разлетевшихся осколков стекла.
Родители, правда, все отремонтировали, и никому за это не попало, а после выпускных экзаменов Егор с Павлом еще и грамоты по химии получили.
Гулкую тишину неожиданно нарушила музыка. В актовом зале ученики начали репетицию выступления.
Для Егора музыка всегда была родной стихией. В старших классах он тоже пел и играл в ансамбле. Это было время прорыва рока в советскую действительность. Купить усилители, акустические колонки было трудно и дорого. Приходилось скидываться на радиодетали и собирать самим. Об электрогитарах, которые только стали появляться, никто и не мечтал. На простые гитары крепили звукосниматели - и все.
Моряки из-за границы привозили виниловые пластинки западных рок групп. Их переписывали на только появившиеся магнитофоны (которых нынешние мальчики и девочки уже не знают), и вскоре вся страна с упоением слушала новые песни. Текстов обычно не имели, слова писали на слух. Подбирали аккорды, и на школьных вечерах поражали друзей всеми любимыми хитами. Кто знает, как бы отнеслись к этим незатейливым исполнениям авторы песен? Может, рассмеялись, а может, заплакали бы. Но всем танцующим было весело.
Егору и Ксении захотелось заглянуть и в кабинет биологии, которую им преподавала молодая симпатичная учительница. На перемене перед уроком ребята обычно помогали ей принести из лаборантской различные наглядные пособия: таблицы, рисунки, муляжи. И вот однажды друзья притащили в класс скелет человека. Надели на него куртку и кепку и поставили за дверью. После звонка, к удивлению девчонок, без толкотни пропустили их в класс. Многие испугались по-настоящему и с криками выбежали в коридор. Шутникам после этого пришлось идти в кабинет директора, бывшего фронтовика, и выслушивать долгие нравоучения.
Дверь в кабинет оказалась приоткрытой, и через щель было видно, что в нем кто-то есть. Егор потянул за ручку, и супруги вошли внутрь. За столом в первом ряду спиной к ним сидели, взявшись за руки, двое. Мужчина в простом сером свитере и женщина в пестрой кофточке. На раздавшийся скрип двери они оглянулись. Оказалось, это были их одноклассники Сережа и Таня.
Шурик приглашал всех, но они в ресторан не пошли, потому что жили очень скромно и подходящей для этого случая одежды у них не было.
Егор с Ксенией взяли стулья и разместились напротив их. И зажурчала ручейком желанная беседа.
Солнечные лучи медленно заскользили по новой классной доске, освещая нахлынувшие на старых друзей веселые и грустные воспоминания.
 
abbotДата: Пятница, 05.05.2017, 18:29 | Сообщение # 104
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Погруженные в нежность

Густой снег крупными хлопьями падал с утреннего неба, заботливо покрывая белой шалью крыши просыпающихся домов, ветви деревьев и продрогшую от мороза землю.
Федор Иванович вышел из подъезда и, нахлобучив шапку, осторожно спустился по заметенным ступенькам. Снег весело закружился вокруг него, играя в прятки, которые он так любил в детстве.
Жена Елизавета Петровна осталась дома. Она тоже любила снежную погоду, но из-за болезни не всегда могла выйти на прогулку.
Возле мусорных баков кто-то поставил большую картонную коробку из-под нового телевизора, и Федор Иванович, обрадовавшись находке, взял ее и понес в приемный пункт. Невелик доход, но, как говорили в старину, копейка рубль бережет. При небольшой пенсии всякой экономии и даже мизерной прибыли рад.
Федор Иванович и Елизавета Петровна всю жизнь трудились в школе. Он преподавал историю, а она была библиотекарем. После окончания университета Федю направили на работу, где он и встретил свою будущую спутницу жизни. Лиза покорила его своей необычайной добротой и трудолюбием.
Долгое время после скромной свадьбы они жили на старой съемной квартире, но однажды директор вызвала их к себе и в присутствии профорга торжественно сообщила о выделении государственной квартиры. Радости Федора Ивановича и Елизаветы Петровны не было конца. Новоселье праздновали всей школой.
Дети любили их за спокойный характер и доброе отношение ко всем. Супруги мечтали иметь своих детей, но они у них так и не родились. Сказалась болезнь, перенесенная Лизой еще в детстве. Попробовали усыновить или удочерить ребенка, но чиновники, осмотрев их небольшую с простой мебелью квартиру и увидев справки о заработной плате, им отказали. Тогда Федор и Елизавета стали помогать многодетной семье и в этом находить себе радость и утешение.
Выйдя на пенсию, они продолжали трудиться, хоть как-то обеспечивая себя самым необходимым. Но со временем сил поубавилось и из школы пришлось уйти, жить стало труднее. И вот Федор Иванович начал добавлять к семейному бюджету мизерную выручку, которую ему иногда удавалось получить за сданную макулатуру. Жену это очень смущало, и она долго отговаривала его, но постепенно смирилась и успокоилась.
Приближался день рождения Лизы, и она решила угостить своего Федю чем-то вкусным. Готовиться к этому событию стала задолго до наступления праздника. Он тоже очень хотел порадовать ее подарком. Часть денег, полученных в приемном пункте, стал откладывать в когда-то модную резную шкатулочку. Но, к великому огорчению, оказалось, что средств на задуманное не хватит, и тогда Федор Иванович решил сдать антиквару старинные наручные часы, доставшиеся ему от отца. Главным достоинством их являлось то, что они изготовлены были еще в сталинские времена и, несмотря на солидный возраст, продолжали исправно отсчитывать время.
В день семейного праздника Федор Иванович, помолившись Николаю Чудотворцу, быстро собрался, нежно поцеловал жену и, сказав, что желает погулять подольше, поскольку погода очень хорошая, открыл входную дверь. Елизавета Петровна не возражала, потому что хотела успеть приготовить задуманное угощение.
Бывший учитель отправился к скупщику старинных предметов. Тот сначала внимательно посмотрел на часы, потом на Федора Ивановича и, растягивая слова, произнес, сколько может дать за эту вещь. Улыбка озарила лицо преподавателя. Веселый, зажав деньги в кулак, он быстро вышел от антиквара. Мечта начала сбываться.
Мороз разрисовал окна магазина сказочными рисунками цветов. Внутри же в многочисленных горшочках и вазах благоухали настоящие. Федор Иванович решительно вошел внутрь. Полноватая продавщица, привыкшая к тому, что в магазин люди заходили часто только погреться или полюбоваться цветами, внимания на немолодого мужчину не обратила. Когда же он стал пристально рассматривать все, что в нем есть, предложила ему небольшой букетик, от которого учитель вежливо отказался, и попросил показать ему полыхающие свежестью алые розы. Женщина, посмотрев на одежду покупателя, иронично заметила, что стоят они очень дорого. Но тот спокойно ответил, что его это не смущает. Продавщица сразу же оживилась и подошла к нему. Помогла выбрать и тщательно упаковала цветы в пакет, чтобы мороз не повредил их и, удивленная, проводила Федора Ивановича к выходу.
На улице он расстегнул свою теплую куртку, чем немало удивил нахохлившихся от холода воробьев, заботливо укутал подарок, и поспешил домой. Тихо открыл дверь своими ключами, стащил ботинки и, спрятав цветы за спину, направился в кухню.
Елизавета Петровна, в белой вязаной кофте, с легким шарфиком на голове, завершала приготовление к трапезе, и по всей квартире пахло пирогом. Горящая восковая свеча, стоящая на столе, благоухала медом.
Лиза заранее терпеливо собирала все необходимое для задуманного блюда. То маслица сливочного кусочек сэкономит и припрячет его в холодильнике, то орешков немного сохранит в баночке. Так и набралось всего на праздничный пирог.
Федор Иванович, с сияющей загадочной улыбкой, вошел на кухню. Елизавета Петровна мягко улыбнулась в ответ, он же внезапно из-за спины достал букет и протянул его жене. От неожиданности она вскрикнула, взяла алый факел из роз, прижала к груди и по-детски тихо заплакала. Слезы выступили на глазах и у Федора Ивановича. Погруженные в нежность, они молча стояли друг напротив друга. Пахло пирогом. Горячий воск янтарными каплями стекал по горящей свече.
 
abbotДата: Воскресенье, 02.07.2017, 16:14 | Сообщение # 105
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Небо помогло

Яркое весеннее солнце весело поглядывало из-за внезапно пригнанной озорным ветром кудрявой тучки. Пасхальная радость, которую так ждали весь Великий пост живые и умершие, быстрым ручейком растекалась по земле.
Надгробные памятники, заботливо убранные после зимы, блестели чистотой. Тюльпаны и нарциссы разноцветными лоскутками пестрели среди сочной зелени. Тихон и Дарья пропели покойным родителям «Христос Воскресе», поклонились и вместе с родными поспешили к машине.
На Радоницу они всегда посещали могилки, чтобы поздравить усопших со Светлым Христовым Воскресением. Побывав на кладбищах в пригороде, сразу же отправились в село, где была похоронена тетя Дарьи.
Не успели немного доехать, как ясное небо быстро потемнело, покрылось огромными тучами и хлынул ливень. Автомобильные «дворники» с трудом успевали сметать с ветрового стекла густые струи дождя. Слова о том, что в такую погоду лучше воздержаться от посещения могилки и приехать в другой раз, настойчиво зазвучали в салоне машины. Тихон предложил вернуться домой. Дарья же, услышав, что покойная тетя Марфа на Радоницу может остаться без поздравлений с праздником Пасхи, начала плакать и говорить: «Представляете, соберутся все наши покойные родственники вместе и будут делиться тем, как их поздравили со Светлым Христовым Воскресением, а тете Марфе будет нечего сказать». Дарья не могла успокоиться, все плакала, и Тихон продолжил путь. Наконец он остановил машину и стал доставать зонт, пообещав жене, что проводит ее к месту погребения тети.
И вдруг тяжелые темные тучи над кладбищем быстро разбежались в разные стороны, и дождь прекратился. Обходя влажные кусты, все прошли к умытой могилке, помолились, дружно пропели «Христос Воскресе» и, довольные, отправились назад. Но как только они сели в машину, тучи тут же сомкнулись и снова полил дождь.
Возвращались домой по блестящему мокрому асфальту, тихие и удивленные небесным чудом, а Дарья, как голубка, ворковала и благодарила Бога.
 
abbotДата: Среда, 26.07.2017, 17:01 | Сообщение # 106
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Цветы святому

Глубокое небо синими осколками отражается в окнах больничного храма. Солнечные лучи густо пронизывают лепестки роз, стоящих в белых фарфоровых вазах у икон. Пышные бутоны, словно горящие лампадки, излучают красный свет.
Дежурная Пелагея внимательно осматривает цветы, потом подходит к одной из икон и забирает букет, чтобы поменять воду и удалить увядшие бутоны. Оценив то, что осталось, решительно переносит вазу к другой иконе. Присмотревшись к следующему букету и, увидев, что он уже весь потерял свежесть, решает с ним не возиться и оставляет его на месте.
Батюшка, с грустью наблюдавший за происходящим, направляется к дежурной и неожиданно спрашивает ее: «Скажите, Пелагея, приятно ли Вам получать в подарок цветы?» Удивленная таким вопросом, она с улыбкой отвечает: «Да кто ж не любит цветы?»
«Верно. И святым приятно, когда мы ставим перед их иконами цветы. Ведь это мы им приносим дар. А теперь представьте себе, Пелагея, Вам вручили красивый букет, а потом подошли и забрали его, и на Ваших глазах отдали кому-то другому. Как бы Вы отнеслись к этому?» - сказал, обращаясь к озадаченной дежурной, отец Петр. «Обиделась бы», - сразу же ответила она. «Вот и святому неприятно, когда мы, поставив перед его иконой букет, потом забираем его и переносим к иконе другого святого».
«Ну, а если бы Вам подарили увядшие цветы, что бы Вы подумали?» - спросил растерянно молчащую Пелагею батюшка. «Какой ужас», - испуганно выкрикнула та. «Вот так и святые думают, взирая на несвежие цветы перед их иконами», - сокрушенно вздыхая, проговорил отец Петр.
Пелагея прослезилась и сказала, что никогда над этим не задумывалась, а теперь ей открылась полнота отношений с угодниками Божьими. Она задумчиво обвела взглядом все цветы в храме, вдохнула полной грудью дивное благоухание и поклонилась святым, которые с теплотой взирали на нее с многочисленных икон.
 
abbotДата: Пятница, 22.12.2017, 13:55 | Сообщение # 107
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Договорились

Дождь закончился, и яркое солнце весело выглянуло из-за тяжелой тучи. Легкий ветерок погнал по поверхности луж сбитые каплями листья. Прохожие стали складывать мокрые зонты.
Лидия вышла из банка, в котором она после выхода на пенсию работала уборщицей, и с радостью вдохнула полной грудью чистый влажный воздух. Невысокого роста, но энергичная и сильная, она быстро справлялась с работой и имела много свободного времени для своих дел.
По пути домой женщина зашла на рынок. Чего здесь только не было! В рыбных рядах сверкали чешуей карпы, лещи и щуки. На прилавках с мясом призывно краснели балыки и вырезки. Глаза разбежались от этого изобилия, но цены не позволили ей что-то купить, и она с грустью ушла. Зато смогла приобрести Митеньке, как она ласково называла своего мужа, розовощеких яблок.
Хотела взять еще и груш, но неожиданно ей помешала подбежавшая полная женщина, которая неистово закричала: «Так вот ты где, воровка»! Кровь прихлынула к голове Лидии, она удивленно посмотрела на незнакомку. Та же крепко взяла ее за руку и категорично заявила: «Сейчас пойдем в мясной павильон и там всем покажешь, что у тебя в сумке»!
Быстро стали собираться люди. Послышались гневные возгласы, что от ворья нет жизни и надо с ними расправляться на месте преступления.
Тогда Лидия, видя, что говорить о своей невиновности не имеет смысла, сказала пыхтящей толстушке: «Хорошо, я пойду с тобой, но давай договоримся. Если ты найдешь у меня краденое мясо, то при всех дашь мне по роже, а если нет, то я тебе». Разгоряченная незнакомка, не раздумывая, согласилась, и они, огибая встречных прохожих, торопливо пошли к мясным прилавкам. Там, в окружении любопытных продавцов и покупателей, женщина спокойно открыла сумку, и все увидели, что, кроме яблок и кошелька, в ней ничего нет. Обвинительница растерялась. Лидия решительно шагнула к прилавку, схватила сочную мясную вырезку и несколько раз отхлестала ею толстушку по щекам. Изумленным же зевакам и продавщице мяса сказала: «Всё, как договорились». Развернулась и молча ушла.
Домой возвращалась в приподнятом настроении. Душа ее праздновала победу. Она была очень довольна, что так проучила торговку.
Прошло несколько лет. Лидия стала посещать храм и однажды, размышляя над прожитой жизнью, вспомнила о своем поступке на рынке. Стыд сжал ее сердце, глаза увлажнились, и губы зашептали слова молитвы за ту, с которой она так поступила.
 
abbotДата: Воскресенье, 06.05.2018, 16:27 | Сообщение # 108
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Орех и вишня

Весеннее солнце щедро поливало теплом усыпанные цветами деревья и кусты. Монахиня Евдокия попросила водителя автобуса остановиться возле старого кладбища. По знакомой тропинке быстро дошла до могилки своего мужа Евгения. Перекрестившись, трижды радостно воскликнула: «Христос Воскресе», затем сломала несколько зеленых веточек березы и смела пыль с надгробия, вырвала молодые сорняки, пробившиеся среди ярко-красных тюльпанов.
Слезы соленой росой упали на нежные лепестки. Немного постояв в тишине, Евдокия тихонько запела пасхальный канон, поздравляя так Женю со Светлым Христовым Воскресением. Птицы дружно поддержали ее звонким разноголосым щебетом.
Помолившись, монахиня возвратилась в город. Незаметно подошла к дому, где они когда-то жили. Сейчас в нем были другие люди, которые на свой вкус сделали ремонт фасада и навели порядок во дворе. Старые деревья вырубили, но орех и вишню, посаженные Евгением, оставили. Орех стоял густо покрытый резными сережками, а вишня была укутана белым покрывалом душистых цветов.
Воспоминания, словно легкий весенний ветер, налетели на монахиню.
Будучи студенткой университета, она, тогда еще Маргарита, встречалась с красивым парнем Кириллом. Они очень нравились друг другу и на последнем курсе решили пожениться. Стали с радостью готовиться к свадьбе.
Лучшая подруга Клавдия, отличавшаяся незаурядной внешностью, с завистью смотрела на голубоглазого стройного Кирилла. Она представляла себе, какие красивые дети могли бы родиться у них. Эта мысль никак не давала ей покоя, и Клавдия решила поссорить свою подругу с женихом. Однажды, как бы невзначай, она сказала, что у Кирилла есть еще девочка, красавица, с которой он тайно встречается. Маргарите глубоко в сердце запали эти слова, и, хотя Кирилл долго убеждал ее, что, кроме любимой невесты у него никого нет, их свадьба расстроилась.
Недовольная Маргарита вспомнила о Евгении, которого немного знала еще со школьных лет. Она разыскала этого тихого парня с печатью болезни на лице, стала с ним встречаться и, чтобы отомстить Кириллу, вышла за Евгения замуж.
Клавдия этому очень обрадовалась. Начала делать красивые прически, надевать нарядные вещи и украшения, стараясь всячески привлечь к себе внимание желанного Кирилла. В конце концов ей это удалось: обиженный на Маргариту, Кирилл поддался на уловки, и через некоторое время, как того очень хотела Клавдия, состоялась их пышная свадьба.
Евгений из-за болезни в основном находился дома, но сложа руки не сидел. Шил одежду, ремонтировал обувь, всячески стремился создать уют и порядок.
В маленькой комнатке на стене висели старинные иконы, и супруг по утрам и вечерам перед ними молился Богу. Маргариту сначала это очень удивляло, потому что у них в семье в церковь ходили только по большим праздникам и никто не молился, но потом она привыкла к тому, что муж по воскресным и праздничным дням не работает и посещает храм.
Жили они простой размеренной жизнью, в доме было тихо, потому что детей они не имели, видимо, из-за болезни Евгения.
Однажды Маргарита случайно встретила в городе Кирилла, которого когда-то, наверное, любила. Они разговорились, и костер воспоминаний незаметно зажег в них страстные чувства. Бывшие жених и невеста стали тайно встречаться. Плодом этих свиданий стало рождение Тихона, и, хотя Маргарита в этом не призналась Кириллу, он, увидев малыша на прогулке, заподозрил, что Тихон - его сын.
Евгений очень обрадовался рождению мальчика, всячески о нем заботился, и ребенок всегда радостно встречал его, когда он отлучался, тянулся к нему всей душой. В честь рождения Тихона Евгений посадил во дворе дома орех. Маргарита долго удивлялась и не могла понять, почему он выбрал именно это дерево.
Какое-то время Кирилл и Маргарита не виделись, но потом их встречи возобновились вновь. Она зачала и родила девочку, которую назвали Анной.
Евгений в память об этом событии посадил вишню. Это дерево жене понравилось больше. Маленькая Анна очень полюбила Евгения, с радостью играла с ним и выполняла различные посильные поручения.
Видя, как муж с большой сердечной теплотой относится к детям, а они - к нему, Маргарита опечалилась, что так бесчестно поступила.
Мечта Клавдии о красивых детях не сбылась. Они у нее не родились. Постепенно телесная красота ее начала увядать, Кирилл же все чаще стал уходить из дома и свободное время проводить в кругу друзей.
Болезнь Евгения с каждым годом все больше и больше отбирала у него силы, и он грустил, когда не удавалось побывать в храме, но тогда к ним приезжал батюшка, исповедовал и причащал Евгения. Муж на свою болезнь не жаловался и терпеливо ее переносил. Его уставшее лицо говорило, что время земной жизни Евгения стремительно сокращается, и Маргарита, терзаемая совестью, решила признаться супругу в грехе измены.
Решившись, она вошла в его комнату, опустилась перед ним на колени и, обливаясь слезами, сказала, что дети не его. Евгений ласково посмотрел на нее и тихо ответил, что он это давно понял. «И ты...», - Маргарита вся задрожала, боясь произнести это слово. «Люблю те...», - он не успел договорить, лишь нежная улыбка на миг озарила его быстро бледнеющее лицо.
Отпевали Евгения, когда во дворе их цвели орех и вишня. Было много людей, но больше всех переживали утрату дети.
С Кириллом Маргарита больше не виделась.
Незаметно для себя она стала чаще бывать в комнате, где молился Евгений, и попробовала молиться сама.
Время летело быстро. Тихон и Анна выросли и оставили родительский дом. Маргарита же, начавшая регулярно посещать храм, все больше задумывалась о своем будущем. Однажды, посетив монастырь, она получила совет от убеленного сединой священника принять монашество. Маргарита восприняла его как волю Божью. Ее постриг состоялся в день их женитьбы с Евгением.
Воспоминания схлынули. Монахиня Евдокия задумчиво смотрела на цветущие орех и вишню. Раскидистый орех был усыпан скромными зелеными сережками, из которых потом вырастут вкусные плоды, скрытые под крепкой скорлупой. Вишня утопала в белых душистых цветах. Когда красные сочные плоды ее созреют, то будут легко доступны, внутри же вишенки находится горькая косточка. «Женя, - мысленно обратилась к покойному мужу Евдокия, - орех мне напомнил тебя. Какая прекрасная душа скрывалась в болезненном теле. А вишня похожа на меня, красивую и сладкую снаружи, но горькую внутри».
Теплый ветер шевелил края монашеской одежды. Слезы увлажняли уголки глаз. Монахиня сосредоточенно молилась. Затем развернулась и с радостным просветленным лицом быстро зашагала на автобусную остановку.
 
abbotДата: Понедельник, 18.06.2018, 18:14 | Сообщение # 109
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Полчаса

Весенняя ночь синими языками растворяется в лучах восходящего солнца. Мир радостно пробуждается. Цветы умываются прохладной росой, птицы вдохновенно благодарят Бога за дарованный день громким пением.
Отец Петр, завершив молитвенное правило, собирается в больницу на процедуры, но выйти из дома у него быстро не получается. К своему удивлению, делает он все почему-то медленней обычного.
Преодолев препятствия и добравшись до нужного кабинета, от медсестры узнает, что время отпуска процедур сместилось из-за большого количества людей и ему придется подождать полчаса.
Настоятель решает провести это время в своем больничном храме. Войдя внутрь и приложившись к иконам, он с дежурной Пелагеей неторопливо начинает обсуждать подготовку к воскресной службе. Вдруг широко распахивается дверь, и в храм быстро входит взволнованный мужчина средних лет.
Осмотревшись, решительным шагом направляется к церковной лавке и просит продать ему три свечи. Батюшка, зная, что они могут использоваться в магии, спрашивает незнакомца, для чего он покупает свечи. Тот растерянно отвечает: «Для совершения православного обряда». Священник, видя, что его предположение оправдывается, интересуется какого.
Мужчина с волнением признается, что ходил к известному у них в районе Сергею, который, как говорят, помогает людям. Он потребовал церковные свечи, а для чего — не объяснил.
Батюшка пригласил мужчину присесть на скамью, узнал, как зовут и зачем он обращался к Сергею. Николай (так звали молодого человека), видя, что ему хотят помочь, рассказал, что никак не может устроиться на хорошую работу и его это очень огорчает. Отец Петр внимательно выслушал Николая и стал объяснять, насколько опасное дело он хочет совершить.
«Знаете, Господь дает нам просимое даром и в наилучшее время, потому что очень нас любит,» - батюшка с теплотой посмотрел на мужчину, - «а лукавый нас ненавидит и, если что дает, всегда берет плату скорбями, болезнями и несчастьями. Скажу Вам, многие обряды, выполняемые не священниками, являются магическими, и какую бы благую цель ни преследовали, Богу не угодны. Вы приходите в церковь. Молитесь, как умеете, и Господь поможет Вам».
Беседа успокоила Николая. О свечах он больше не вспоминал, искренне поблагодарил отца Петра за наставления, и, довольный, ушел.
«Так вот для чего нужны были эти полчаса»,- улыбаясь, подумал священник и в приподнятом настроении отправился в процедурный кабинет.
 
abbotДата: Вторник, 01.10.2019, 09:49 | Сообщение # 110
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Больная нога

Летнее утро ласково обнимало прохладой спешащих прохожих. Радовало яркими красками раскрывающихся цветов.
Медсестра Катя пришла в свое отделение физиотерапии пораньше, чтобы спокойно подготовиться к приему пациентов. Оказалось, что ее уже ждут. Пожилой мужчина, сидящий на скамеечке, встал и громко приветствовал ее.
Катя взяла у него лист с направлением на лечение и проводила в кабинку с аппаратом. Она попросила его подготовиться к приему процедуры.
«Степан Иванович, - мягко обратилась медсестра к мужчине, - обнажите тело, где нога больная. Я приду, и мы начнем лечение». Катя вышла и быстро задвинула за собой шторку кабинки.
В отделении становилось многолюдно. Рабочий день быстро ускорял свой бег.
Через пару минут привычным движением она отдернула шторку, вошла и... замерла. Степан Иванович стоял совершенно голый.
«Немедленно оденьтесь!» - испуганно закричала Катя Степану Ивановичу. Выскочила наружу и задернула занавеску.
Через несколько минут, придя в себя, она вернулась и спросила уже одетого странного пациента: «Зачем вы разделись?» Он удивленно посмотрел на нее и громко ответил: «Но вы же сказали мне: обнажите тело до нага». Женщина с громким вздохом опустилась на стул. «Я попросила вас обнажить место, где больная нога, чтобы начать ее лечение. А вы?» - расстроенно произнесла медсестра. Смущенный Степан Иванович крикнул в ответ: «Простите, я плохо слышу».
После этого случая Катя стала переспрашивать всех больных, правильно ли они поняли ее слова.
 
abbotДата: Вторник, 05.05.2020, 09:25 | Сообщение # 111
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Разбитое окно

Школьный звонок весело позвал всех на большую перемену. Мальчики и девочки с шумом высыпали из классов в коридор. Друзья из 7-г, прихватив старенький футбольный мяч, побежали на спортивную площадку. Там их уже ждали соперники из 7-а. Прокричав приветствия, сразу же стали играть. Получив пас, Витя изо всей силы ударил по мячу. Но тот, стремительно пролетев над верхней перекладиной ворот, неожиданно отклонился в сторону и попал в окно их класса, находящегося на первом этаже. Послышался звон разбитого стекла и, вспыхнув разноцветными огоньками в лучах осеннего солнца, осколки упали на землю. Матч, так интересно начавшийся, внезапно прекратился.
Дежурные ученики тут же, как полагалось, сообщили о происшествии классному руководителю. Осмотрев разбитое окно, Галина Петровна подозвала к себе Витю и строго отчитала его. Размашистым почерком она поставила в дневнике жирную двойку по поведению и сказала, чтобы отец вечером обязательно был на классном собрании. Она всем расскажет о проступке, совершенным Виктором в конце четверти, в канун праздника Великой Октябрьской социалистической революции.
После уроков печальный Витя медленно побрел домой. Маме, работавшей учителем в соседней школе, он ничего не сказал, чтобы не расстраивать ее. Когда с заводской смены пришел папа, Витя тихонько признался ему, что, играя на перемене в футбол, промахнулся по воротам и мячом попал в окно класса. “Промахнулся? Значит надо потренироваться”, - посоветовал отец. Мама стала накрывать на стол, но папа поблагодарил ее и сказал, что хочет немного пройтись по свежему воздуху, а потом они все вместе пообедают. Он на ушко шепнул Вите, чтобы тот ждал его во дворе школы, а сам собрался и вышел. Взял в сарайчике велосипед и быстро поехал в магазин, где продавались оконные стекла. Купив нужный размер, аккуратно прикрепил лист к раме и покатил велосипед.
Витя незаметно выскользнул из дома и побежал в школу. Взял у сторожа лестницу и приставил ее к стене под разбитым окном. Вскоре папа подвез новенькое стекло. Он спокойно поднялся по скрипучим перекладинкам лестницы, аккуратно снял деревянные крепежные реечки и вставил стекло в раму. Сын сбегал в класс за веником и тщательно подмел осколки. Довольные, они сели на велосипед и поехали домой.
В назначенное время папа был на собрании. Классный руководитель похвалила отличников, пожурила неуспевающих, а потом, обратившись ко всем родителям, сказала, что показатели по классу ухудшил Витя, который мячом разбил окно. Теперь ему будет снижена четвертная оценка по поведению, и он не будет на параде идти среди отличников школы. А папа пусть посмотрит на “работу” сына и подумает о том, как вставить стекло. После этих слов она подошла к окну, чтобы всем показать, что натворил Витя, и замерла. “Но оно же было разбитым. Я видела, видела,”- упавшим голосом произнесла учительница, развернулась и, обескураженная, зашагала к учительскому столу. Быстро напомнила родителям, чтобы их дети не забыли надеть пионерские галстуки на праздничную демонстрацию и захватили с собой бумажные цветы для приветствия руководителей города на трибуне. И завершила собрание.
Футболистом Витя не стал, но на всю жизнь запомнил урок любви, который преподал ему отец.


Сообщение отредактировал abbot - Вторник, 05.05.2020, 09:29
 
abbotДата: Пятница, 31.07.2020, 08:43 | Сообщение # 112
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 348
Награды: 14
Репутация: 21
Статус:
abbot,

Помидор

Рассвет легкой волной прокатился по небу, заглянул в комнату через неплотно задернутые шторы. Розовый солнечный луч мягко коснулся ресниц спящего Алексея и осторожно разбудил его. Тихо, чтобы не потревожить жену, он выбрался из постели. Быстро собрался и отправился на ближайший рынок за покупками. Еще с вечера он решил приятно удивить свою любимую Женечку.
Воздух рынка благоухал ароматами свежих фруктов и овощей. Алексей остановил свой взор на роскошных абрикосах и помидорах. Купив их, довольный, поспешил домой. По пути зашел в знакомый с детства парк. А в нем уже кипела жизнь. Весело пели птицы, играл радугой фонтан, переговаривались между собой волонтеры, собиравшие оставленный посетителями мусор.
Пакет с покупками источал душистый аромат, и Алексей, не раздумывая, достал из него большой сочный помидор. Ладонью стер пыль, с удовольствием съел и бросил огрызок под ноги. Представив, как обрадуется вкусному подарку его Женечка, он улыбнулся и зашагал домой. И вдруг путь ему преградил работающий неподалеку волонтер, который попросил поднять остатки помидора и положить в урну.
Веселое настроение Алексея тут же испортилось, и он с раздражением отказался делать это, но юноша не отступал. Тогда мужчина, бросив пакет на скамейку, вплотную подошел к парню и изо всей силы толкнул его. Тот, едва удержавшись на ногах, отлетел назад.
Разгоряченный Алексей вернулся за пакетом и неожиданно заметил двух бегущих к нему волонтеров крепкого телосложения. Испугавшись скорого возмездия, недавний смельчак бросился наутек, но расстояние между ним и преследователями стремительно сокращалось. Тогда убегавший, не раздумывая, забрался на крышу попавшегося на пути киоска, выдернул из кармана мобильный телефон, чтобы позвать друзей, но, поняв, что они не успеют помочь, от этой затеи отказался.
Крепкие парни быстро приближались. Алексей, не зная, что делать, стал растерянно бродить по скрипучей крыше и вдруг обнаружил на ней большую сухую ветку, упавшую со старого дерева. Он с радостью схватил ее и начал готовиться к обороне.
Подбежавшие ребята хотели с ним поговорить, и один из них стал ловко карабкаться вверх, уверяя, что не будет драться. Но дрожащий смельчак вместо ответа замахнулся на него тяжелой веткой. Тот не стал дожидаться удара и спрыгнул вниз.
Готовый к худшему, Алексей в воинственной позе застыл со своей корягой и вдруг заметил девочек из команды волонтеров, заботливо несущих его пакет. От неожиданности ладони его разжались, и ветка со стуком упала на крышу.
Задумчивый, с покрасневшим лицом, он медленно спустился с киоска.
 
Литературный форум » Клубы по интересам » Любители православной литературы » Протоиерей Василий Мазур (творения)
  • Страница 5 из 5
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Поиск: