Меню

Поиск


Теодор Драйзер - американский писатель и публицист - Литературный форум

  • Страница 1 из 1
  • 1
Литературный форум » Я памятник себе воздвиг нерукотворный » Натурализм (XIX - XX вв) » Теодор Драйзер - американский писатель и публицист (27 августа 2011 года - 140 лет со дня рождения)
Теодор Драйзер - американский писатель и публицист
Nikolay Дата: Четверг, 07 Апр 2011, 10:42 | Сообщение # 1
Долгожитель форума
Группа: Заблокированные
Сообщений: 8927
Награды: 168
Репутация: 248

ДРАЙЗЕР ТЕОДОР
(Теодор Херман Альберт Драйзер)
(27 августа 1871 – 28 декабря 1945)

- знаменитый американский писатель, публицист, журналист и общественный деятель.

Ранние годы
Родители Драйзера - Джон Драйзер и Сара Шёнёб были совладельцами шерстопрядильни. После пожара, уничтожившего запасы шерсти, отец работал на стройке, где его тяжело покалечило. Вскоре погибли трое старших сыновей. Семья долго переезжала и, в конце концов, обосновалась в провинциальном городе Терре-Хот в штате Индиана. Теодор Драйзер, девятый ребёнок в семье, родился 27 августа 1871 года. В 1887 году окончил школу. В 1889 году поступил в университет штата Индиана. Через год прекратил обучение из-за того, что не смог оплачивать учёбу. После работал клерком, возчиком фургона прачечной.

Журналистика
Драйзер решает стать репортёром. В 1892-1894 годах был репортёром в газетах Питтсбурга, Толедо, Чикаго и Сент-Луиса. В 1894 году переезжает в Нью-Йорк. Его брат Поль Дрессер организует музыкальный журнал «Эври манс», и Драйзер начинает работать редактором. В 1897 году покидает журнал. Писал по заказу «Метрополитен», «Харперс», «Космополитен».

Одна из первых опубликованных Драйзером литературных работ - очерк «Артистический квартал Нью-Йорка: литературно-артистическое убежище в Броксвилле» (журнал «Метрополитен», ноябрь 1897). До появления своего первого романа в 1900 году Драйзер опубликовал 42 статьи и ряд поэм. Драйзер указал в интервью для справочника «Кто есть кто в Америке» (1899), что им были написаны две книги: «Исследование о знаменитых современниках» - очерки о Вильгельме II, Барнуме и т. д. - и «Поэмы».

Литература
Романы
Обычно библиография работ Драйзера начинается с его романа «Сестра Керри» (1900). Этим произведением Драйзер продолжал реалистические традиции писателей Америки конца XIX века (Ф. Норрис, С. Крейн), но уже в условиях упадка этого движения. Роман был встречен критикой и обществом крайне враждебно, как «безнравственное» произведение. Без предрассудков и обычного в то время пуританизма Драйзер дал реалистический образ девушки, выступающей против общепринятых моральных взглядов. Только в 1911 году Драйзер опубликовал свой второй роман - «Дженни Герхардт», в котором развивает мотивы «Сестры Керри». Американская пресса обошла выход романа молчанием.

Романом «Финансист» (1912) Драйзер начал свою монументальную «Трилогию желания». В её основу положена история жизни миллионера Ч. Иеркса. Герой «Трилогии» (второй том - «Титан», 1914; к третьему тому - «Стоик» - Драйзер приступил в январе 1929 года) - Фрэнк Каупервуд; Драйзер показывает, как буржуазная и коммерческая среда, окружавшая Каупервуда, уже с детства формирует в нем психологию дельца и приобретателя, для которого все средства хороши, если они помогают достигнуть власти и богатства. Начав с мелких спекуляций, Каупервуд постепенно приобретает состояние, подкупает чиновников и муниципалитет, незаконно приобретает городские концессии в Филадельфии, но в финале терпит поражение, попадает в тюрьму и затем вынужден оставить Филадельфию. В романе «Титан» Драйзер развёртывает жизнь Каупервуда в Чикаго, где на расширенной базе повторяется цикл его деятельности в Филадельфии.

«Трилогия желания» - значительнейшее произведение американской и европейской литературы XX века. С исключительной изобразительной силой обрисовывает Драйзер быт и нравы финансовой среды.

Нападки консервативной критики особенно усилились после публикации в 1916 году романа «Гений», который Драйзер считает своим лучшим произведением. По настоянию «Общества уничтожения порока» суд запретил распространение романа, и лишь позднее этот запрет был снят. Тема романа - власть денег и чувственности над искусством. Герой романа, художник Витла, цель существования которого сводится только к искусству и к женщинам. Это опустошает его творчество, он становится преуспевающим дельцом, утрачивает свои художественные способности.

В своём романе «Американская трагедия» (1925) Драйзер выводит среднего американского юношу Грифитса, малообразованного, легкомысленного, слабовольного. Сущность трагедии Грифитса, кончающего свою жизнь на электрическом стуле, - его социальная неприспособленность к окружающей действительности, сочетающаяся со стремлением выдвинуться, занять исключительное положение, войти в буржуазные круги. Грифитс - жертва американского псевдодемократизма. Как и во всех своих романах, Драйзер в «Американской трагедии» даёт широкую картину нравов и быта изображаемой им среды. Роман считается одним из самых успешных произведений писателя. Сразу после выхода он получил хорошие отзывы критики. В 1930 году киностудия Paramount Pictures заказывает сценарий советскому режиссёру Сергею Эйзенштейну. Однако спустя месяц контракт оказывается расторгнутым - сценарий не устраивает студию. Кроме того, организация Hollywood Technical Director's Institute начинает критику режиссёра из СССР. В 1931 году Драйзер подал в суд на студию. По словам писателя, в фильме режиссёра Йозефа фон Штернберга был искажён смысл его книги.

Драйзер - художник-натуралист. Он строит свои произведения на колоссальном материале наблюдений и опыта. Его искусство - это искусство точного до скрупулезности изображения, искусство фактов и вещей. Драйзер передает быт во всех его даже мельчайших подробностях, он вводит документы, иногда почти целиком взятые из действительности (письма Роберты Олден в «Американской трагедии» приводятся почти целиком), цитирует прессу, пространно объясняет биржевые спекуляции своих героев, внимательно прослеживает развитие их деловых предприятий и т. д. Американские критики неоднократно обвиняли Драйзер в отсутствии стиля, не понимая особой природы его натуралистического стиля.

Драйзер во всех своих произведениях тяготеет к социальным темам, что не мешает ему быть художником-психологом. Беря общественные темы, он перемещает их в плоскость индивидуальной психики, показывая в итоге психологически-индивидуальную сторону больших общественных явлений. Ограничению темы в объеме сопутствует у Драйзера её углубление.

В ноябре 1932 года Драйзер заключил контракт с Paramount о постановке фильма по роману «Дженни Герхардт». В 1944 году Американская академия искусств и литературы награждает Драйзера почётной золотой медалью за выдающиеся достижения в области искусства и литературы.

Очерки и рассказы
Драйзеру принадлежат два сборника рассказов - «Освобождение» (1918) и «Цепи», в которых разрабатываются главным образом психологические и сексуальные мотивы. Им написано также два тома пьес: «Рука гончара» (1919) и «Пьесы естественные и сверхъестественные» (1916).

Ранние очерки Драйзера о Нью-Йорке собраны в его книге «Картина великого города» (1923). «Hey Rub-A-Dub-Dub» (1919) - сборник статей Драйзера, из которых наиболее интересна статья «Американский финансист». В 1926 вышел том стихотворений Драйзера: «Настроения», близких по форме к Уитмену. Кроме указанных, Драйзером написаны ещё следующие произведения: «Книга о себе» (1922, является вторым томом автобиографического цикла; первый том «Заря» закончен Драйзером в конце 1928), «Каникулы» (1916) и «Сорокалетний путешественник» (1913) - книги путешествий.

В «Галерее женщин» (1928) собраны биографические очерки Драйзера, так же как и в книге «Двенадцать мужчин».

Как и в последней книге, Драйзер обращается к самым различным общественным слоям, выискивая в них оригинальных, выдающихся людей. Но «Галерея женщин» резко отличается от «Двенадцати мужчин» тем, что Драйзер подчеркивает сексуальное, именно в половом ищет он объяснения не только чисто субъективных, но и социальных поступков и процессов. Роман Драйзера - «Безумие» (1929) представляет собою ряд любовных эпизодов, объединённых тем, что в центре их поставлен один герой - сам автор.

В 1930 году кандидатура Драйзера была выдвинута на получение Нобелевской премии по литературе. Большинством голосов премию присудили писателю Синклеру Льюису. В мае 1931 года выходит автобиографическая книга Драйзера «Заря», где он описал своё детство и юность.

Общественная деятельность
В 1927 году Драйзер принял приглашение посетить СССР и принять участие в праздновании годовщины Октябрьской революции. В начале ноября он прибыл в Советский Союз и 7 ноября был на Красной площади. В ходе своего 77-дневного путешествия Драйзер побывал в Ленинграде, Киеве, Харькове, Ростове-на-Дону, Баку, Тбилиси, Одессе и других городах, встречался с Владимиром Маяковским и Сергеем Эйзенштейном. После поездки опубликовал книгу «Драйзер смотрит на Россию».

В начале 1930-х годов в горнорудных районах США - Харлане и Белле произошли столкновения шахтёров с полицией. Вместе с комиссией комитета защиты политических заключенных Драйзер отправляется на место событий. Его встретили угрозы физической расправы со стороны владельцев шахт и полиции. Против Драйзера возбудили судебный иск и предложили его отозвать при условии, что писатель прекратит освещение событий. Однако Драйзер продолжил выступления в газетах и на радио, сообщая о положении дел - избиениях членов профсоюза и полицейских расправах. В 1932 году он издает книгу «Трагическая Америка».

Драйзер часто выступал на митингах, публиковался на страницах коммунистической прессы США. В 1932 году поддержал кандидата американской компартии в избирательной кампании. В 1932 году был членом всемирного антивоенного конгресса, в инициативный комитет которого входили Анри Барбюс, Максим Горький, Альберт Эйнштейн.

В 1938 году Драйзер был делегирован на антивоенную конференцию в Париже, открытую в связи с бомбардировками испанских городов. Летом посетил Барселону, где встречался с президентом и премьер-министром страны. На обратном пути посетил Англию, где надеялся встретиться с членами английского правительства. В США ему удалось добиться кратковременной встречи с Рузвельтом. После этого безуспешно пытался организовать комитет для поставки продовольствия в Испанию. В итоге в Испанию по указанию Рузвельта было отправлено несколько грузовых судов с мукой.

Теодор Драйзер скончался 28 декабря 1945 года на 75 году жизни.
***

Произведения

Романы
* 1900 - Сестра Керри
* 1911 - Дженни Герхардт
* 1912 - Финансист
* 1914 - Титан
* 1915 - Гений
* 1925 - Американская трагедия
* 1946 - Оплот
* 1947 - Стоик

Сборники рассказов
* 1918 - Освобождение
* 1919 - 12 мужчин
* 1923 - Краски большого города
* 1927 - Цепи
* 1929 - Галерея женщин

Автобиографии
* 1929 - Газетные будни
* 1931 - Заря

Публицистика
* 1920 - Бей, барабан
* 1928 - Драйзер смотрит на Россию
* 1931 - Трагическая Америка
* 1941 - Америку стоит спасать
***
(По материалам сайта - Русскоязычный сайт Теодора Драйзера. Биография. Полное собрание сочинений. Статьи; http://www.theodoredreiser.ru/)
***

ТРАГИЧЕСКАЯ АМЕРИКА (1931)
Главы из книги
(Перевод: Е. Калашникова, О. Холмская (1953))
(Отрывок)

I.

Американская действительность
Спешка и гонка — вот что определяет темп жизни в этой обширной стране.
Пусть как можно больше будет скорость автомобилей, мощность машин, высота небоскрёбов, сооружаемых в рекордные сроки, как можно головокружительней бег поездов по туннелям подземки! Побольше городов, побольше бизнеса, побольше дел и забот, — как будто именно мы, из всех народов, призваны не только механизировать, но и заселить весь мир! Но зачем всё это делается? Для какой-то определённой цели? Ради создания каких-то высших духовных ценностей? Мне кажется, что, наоборот, в такой обстановке человек неизбежно “выдыхается” и физически и морально; и с миллионами людей это либо уже произошло, либо должно произойти в ближайшем будущем. Они живут и умирают, так ничего и не испытав, ради чего стоило бы жить. Жизнь среднего человека превратилась в сплошную муку: так она ничтожна и бессмысленна, до такой степени сам он сбит с толку и заранее обречён на поражение!

Короче говоря, самые условия жизни в наших промышленных городах и посёлках таковы, что не только отнимают у человека покой, но и вконец разрушают его нервную систему, а людей более впечатлительных, случается, даже доводят до самоубийства. Число тех, кто в смерти видит единственное избавление от жизненных тягот, не только не уменьшается, но неуклонно растёт.

Больше того: теперь уже совершенно ясно, что на Америку и на страны, связанные с ней в финансовом отношении, надвигается катастрофа. Во время нынешнего мирового кризиса Англия вынуждена была отказаться от золотого стандарта и временно закрыть Лондонскую биржу. Аналогичные явления происходят и в других странах: Норвегии, Швеции, Дании — и Египту тоже пришлось отказаться от золотого стандарта. Мировой кризис всё углубляется. Стараясь его предотвратить, наши частные банки в последнее время ссужали Германии большие суммы. И хотя было постановлено, что репарации Соединённым Штатам Германия выплачивает в первую очередь, теперь наши банкиры сами требуют, чтобы платежи по репарациям были отсрочены на год. Они опасаются за судьбу займов, выданных ими под залог определённых обеспечений, понимая, что претензии по этим обеспечениям подлежат удовлетворению лишь во вторую, а не в первую очередь.

Катастрофа в сущности уже разразилась в Америке; и первый её признак — безработица, охватившая сейчас миллионы людей. Те, кто потерял работу, терпят жестокую нужду и страдают от голода. А те, у кого ещё есть работа, живут под постоянной угрозой снижения заработной платы. Когда компания “Юнайтэд Стэйтс Стил” снизила зарплату своим рабочим, в газете “Нью-Йорк Таймс” на 1-й странице появился жирный заголовок такого содержания: “Снижение зарплаты продолжается — акции поднялись на 14 пунктов”. Это уже прямой сигнал бедствия. В данной книге я ставлю себе задачей выяснить причины нынешнего экономического положения. Что привело нашу экономику к тому состоянию, в котором она находится сейчас?

В настоящее время в Америке ясно ощущается всё растущее недовольство рабочих масс и близость кровавых классовых боёв.

“Нью-Йорк Таймс” выражает опасение, что в некоторых округах штата Кентукки борьба труда и капитала может перерасти в гражданскую войну. В округе Харлан крупные угольные компании, контролируемые Морганом, Инсуллами, Фордом, Меллоном и проч., создали для своих шахтёров совершенно нечеловеческие условия существования. Полиция шахтовладельцев в борьбе со стачечниками прибегает к беззаконным террористическим действиям, попирая все права, гарантированные им Конституцией и законами штата. Шахтёров арестовывают сотнями — исключительно для того, чтобы их запугать. Родственники окружного судьи сами являются владельцами шахт. Выборы фальсифицируются. И всё это, включая такие действия полиции, как взрыв бесплатной столовой для бастующих или автомобиля, развозящего им продовольствие, беззаконное вторжение в квартиры стачечников и беззаконное их избиение, а также расстрел безоружных шахтеров из пулемёта, — всё это говорит о крайнем обострении борьбы труда и капитала, причём теперь рабочим приходится бороться уже за самое своё существование.

Этот звериный индивидуализм, эти типично капиталистические формы борьбы и делают нашу жизнь столь мрачной; это-то и лишает нас всякой уверенности в завтрашнем дне. Под словами “на Господа уповаем”, выбитыми на нашем долларе, следовало бы написать: “И к чёрту тех, кто слабее!” — т. е., в данном случае, рабочих. А правительство, не считаясь более с общественным мнением, уже не находит нужным заботиться обо всех и опекает только самых сильных (предоставляя им, если на то будет их добрая воля, позаботиться, в свою очередь, об остальных). Миллионы людей в Америке живут сейчас в постоянной тревоге, не зная, будет ли у них завтра кров и пища. И на эту тревогу они обречены до последнего своего дня, пока смерть не положит конец их мучениям. Ибо как может рабочий и даже мелкий предприниматель — по существу жертва крупных трестов и банков — обеспечить своё будущее?

Один предприниматель борется против другого, одна группа против другой группы, один трест против других трестов — а страдает везде “маленький человек”; и вся наша жизнь служит подтверждением научной теории, гласящей, что там, где мельчайшие частицы энергии находятся в движении и сталкиваются между собой, суть процесса сводится к тому, что одна частица теряет некоторую долю своей силы, а то и всю, а другая её присваивает. Но откуда это неистовство, эта глухота ко всем доводам рассудка, из-за которой миллионы мужчин и женщин вынуждены работать так много и получать так мало? Какие особенности американской жизни породили свирепствующую ныне борьбу между трудом и капиталом, отдельной личностью и трестом, правительством и народом?
***

АФОРИЗМЫ

В минуты высшего напряжения всего заметнее растет человек.
***

В конце концов главное в жизни - это сама жизнь.
***

Жизнь по настоящему красива лишь тогда, когда в ней заложена трагедия.
***

Искусство - могучее средство исправления людского несовершенства.
***

Искусство - это нектар души, собранный в трудах и муках.
***

Слова - это лишь бледные тени того бесчисленного множества мыслей, которые роятся у нас в голове.
***

Слова - это лишь маленькие звенья, связующие большие чувства и стремления, о которых мы не говорим вслух.
***

Так жизнь, возведя человека на вершину благополучия, продолжает и там дразнить и мучить его. Впереди всегда остается что-то недосягаемое, вечный соблазн и вечная неудовлетворенность.
***

Целью жизни должно быть счастье, иначе огонь не будет гореть достаточно ярко, движущая сила не будет достаточно мощной - и успех не будет полным.
***

Любовь матери всесильна, первобытна, эгоистична, и в то же время бескорыстна. Она ни от чего не зависит.
***

Лишь сильная любовь может загладить те мелкие недоразумения, которые возникают при совместной жизни.
***

Для того чтобы человек мог получить хоть какую то радость на отведенном ему коротком отрезке пути, он должен думать и составлять планы, как улучшить положение не только для себя, но и для других, поскольку радость, испытываемая им самим, зависит от того, насколько он радуется за других и насколько другие радуются за него.
***

Самое безнадежное дело на свете — пытаться определить характер человека. Каждый индивидуум — это клубок противоречий, тем более личность одаренная.
***

Жизнь познается из книг и произведений искусства, быть может, еще в большей мере, чем из самой жизни.
***

Правдивость — это дыхание жизни, это основа всякого достоинства.
***

Прикрепления: 8004891.gif(23.9 Kb) · 3249725.jpg(35.2 Kb) · 2473771.jpg(34.6 Kb)


Редактор журнала "Азов литературный"
 
Nikolay Дата: Четверг, 07 Апр 2011, 10:44 | Сообщение # 2
Долгожитель форума
Группа: Заблокированные
Сообщений: 8927
Награды: 168
Репутация: 248

Ю.Ковалев
Теодор Драйзер открывает Америку
(Отрывок из статьи
)

1
Если сравнивать между собой зарубежных писателей XX столетия по степени их популярности в России, то Теодор Драйзер займет, пожалуй, одно из первых, если не первое место. Наше знакомство с его сочинениями случилось в 1925 г., и началось оно странным образом - не с его знаменитых романов, а с рассказа "Негр Джефф", ныне почти позабытого. С тех пор прошло без малого шестьдесят лет. Количество изданий Драйзера на русском языке неудержимо растет, не обнаруживая тенденции к сокращению. В 1928 г. начало выходить первое собрание его сочинений (в 13 томах), в 1950 г. - второе (в 12 томах), в 1955 г. - третье, в 1973 г.- четвертое... Количество изданий отдельных произведений, сборников, журнальных публикаций почти не поддается учету: тиражи исчисляются миллионами экземпляров. Сегодня издательствам, берущимся за выпуск сочинений Драйзера, не понадобится компьютер, чтобы выяснить, сколько экземпляров требуется для удовлетворения читательского спроса. Сколько ни издай, все мало. Как это ни парадоксально, но у нас есть все основания считать, что мы ценим Драйзера выше и понимаем лучше, чем американцы. И уж, во всяком случае, мы читаем его больше и чаще. Для нас Драйзер - пролагатель новых путей в литературе, открыватель новых миров в жизни, писатель безоглядно смелый, честный и бескомпромиссный. Мы можем только согласиться с Г. Менкеном, который писал после смерти Драйзера в 1945 г.: "Он был великий художник, ни один другой американец его поколения не оставил такого прочного и прекрасного следа в нашей национальной словесности. Американская литература до и после его времени отличается почти так же, как биология до и после Дарвина". "Русский Драйзер" - явление значительное и важное в нашем духовном мире. Книги великого американца читаются у нас по-прежнему с неослабным интересом, помогая нам понять Америку, мир, человека и доставляя высокое художественное наслаждение. Если попытаться выразить одним словом наше представление о Драйзере-художнике, то, пожалуй, трудно подобрать что-нибудь более удачное, чем название одного из его романов - "Титан".

2
Теодор Драйзер (1871 -1945) прожил долгую жизнь, почти целиком отданную литературному творчеству. Его наследие поражает своей обширностью и разнообразием. Драйзер писал стихи, пьесы, статьи, очерки, эссе, рассказы, повести, романы, репортажи, рецензии и критические заметки. Сочинения его многочисленны и неравноценны. Как поэт и драматург Драйзер не оставил следа в литературе. Многие его рассказы и очерки справедливо позабыты. Сегодня к ним обращаются лишь биографы да историки литературы. Очевидно, что центральным ядром в творческом наследии Драйзера, обладающим непреходящей историко-литературной и эстетической ценностью, являются его романы. Их всего восемь: "Сестра Керри" (1900), "Дженни Герхардт" (1911), "Финансист" (1912), "Титан" (1914), "Гений" (1915), "Американская трагедия" (1925), "Оплот" (1946, издан посмертно), "Стоик" (1947, издан посмертно).

Появление каждого из романов Драйзера вызывало целую бурю в американской литературной критике. Писатель отказывался следовать "правилам игры", нарушал все общепринятые "нормы" литературного творчества. Он писал о том, что полагалось запретным для искусства, писал с откровенностью, приводившей в содрогание благопристойных критиков, позволял себе вскрывать истинное содержание нравственных ценностей, аксиоматически принятых в буржуазном обществе. Он высказывал суждения и оценки, повергавшие почтенную публику в состояние шока. Драйзер не щадил никого и ничего. Он утверждал принципиальную трагичность судьбы каждого рядового американца и обвинял в этом социальную систему. В поисках решения кардинальных проблем национальной жизни писатель сближался с идеологией пролетариата, что привело его логически к вступлению в Коммунистическую партию США - шаг, которого и сегодня американская критика не может ему простить.

3
Если окинуть общим взором историю оценок сочинений Драйзера в американской буржуазной критике, то легко увидеть, что она распадается на три этапа: 1900-1917 гг., 1917-1945 гг. и с 1945 г. по настоящее время. Скажем сразу, что ни на одном из этапов критика не могла игнорировать творчество Драйзера. Каждый из его романов был слишком значительным явлением, вызывал слишком мощный общественный резонанс, чтобы можно было обойти его вниманием. Драйзер никогда не мог пожаловаться на недостаток интереса со стороны критиков. Но интерес этот, как правило, был недружелюбным.

На первом этапе романы Драйзера подвергались уничтожающей критике, исходя преимущественно из соображений морального порядка. Драйзеру не могли простить вторжения в запретные области, жестокого разоблачения фальши, лицемерия, ханжества нравственных устоев буржуазного общества. На втором - критика сосредоточилась в основном на идеологических аспектах творчества писателя, на его социальных теориях, политических симпатиях. Особенное неудовольствие со стороны буржуазной критики вызывала деятельность писателя в поддержку американского рабочего класса, в защиту Советской России, его непримиримые выступления против фашизма (европейского и американского). Настойчивый интерес к марксизму, к идеям социалистического переустройства общества, который Драйзер обнаружил на склоне жизни и который привел его, в конечном счете, к вступлению в Коммунистическую партию, приводил многих американских критиков, даже тех, кто прежде был благожелательно настроен по отношению к писателю, в неописуемую ярость. Третий этап начинается с момента смерти Драйзера. Писатель завершил свой путь. Теперь уже бесполезно было полемизировать с ним, опровергать его или наставлять на "путь истинный". Стало очевидно, что творчество Драйзера, взятое целиком,- огромной важности явление в истории американской культуры XX столетия. Это явление следовало изучать, и критика приобрела более академический характер. Тем более что дерзкие вторжения в запретные области (например, физиологические аспекты человеческого бытия) не могли уже более раздражать критиков, поскольку сами эти области перестали быть запретными. Что там говорить, Драйзер с его "деликатными" описаниями любовных авантюр Фрэнка Каупервуда или Юджина Витлы на фоне нынешней литературы, балансирующей на грани порнографии, выглядит робким провинциалом.
Сегодня изучение Драйзера в США идет в основном по двум направлениям - биографическому и эстетическому. Теперь уже ясно, что в массе своей американские критики успеха не достигли. Можно назвать два-три удачных исследования, подобных монографии Фрэнсиса Матиссена, и это все.

Биографы тщательнейшим образом собирают мелкие подробности жизни Драйзера, сведения о его друзьях, родственниках, о состоянии его финансовых дел, о его женах и любовницах, о разного рода ссорах и спорах, в которые ои оказывался втянут. В написанных ими биографиях есть все, включая мельчайшие подробности быта, но, как справедливо заметил старейшина американских критиков Малькольм Каули, нет главного - самого Драйзера. Они нисколько не помогают нам понять "феномен Драйзера". Красноречивым образцом такого рода биографий можно счесть сочинение У. Сванберга, вышедшее в 1965 г.

Критики "эстетического" направления сосредоточили своя усилия на "антилитературности" творчества Драйзера, на установлении погрешностей в языке его сочинений, их стиле, на громоздкости сюжетов, неразработанности характеров и т. п. Они довольно убедительно показали, что Драйзер небрежен в языке, вплоть до погрешностей против грамматики, что ему недостает вкуса, что он бывает не в ладах с логикой, что стиль его сочинений лишен изящества и отшлифованности, что ему не хватает образованности, что во многих случаях поступки его героев недостаточно мотивированы, и вообще с психологией у него дела обстоят неважно, что в некоторых своих понятиях и суждениях Драйзер примитивен. Они охотно и часто противопоставляют Драйзера его выдающимся современникам - от Джеймса и Хоуэллса до Андерсона и Хемингуэя и неизменно приходят к выводу: Драйзеру не хватало таланта. При этом все они ссылаются на слова самого Драйзера, который заметил как-то, что недоволен своими книгами и что все их, в сущности, следовало бы переписать. Им, естественно, возражали ценители творчества Драйзера: помилуйте, как же так? Драйзер - один из самых читаемых американских авторов XX столетия. Его книги заложили фундамент нового развития национальной литературы, определили ее направление на многие десятилетия вперед. Свой долг Драйзеру признают все крупнейшие писатели новейшего времени! Этот спор, по-своему мудро, разрешил Малькольм Каули, который в своей рецензии на книгу Сванберга выразился примерно следующим образом: не ссорьтесь, джентльмены. Драйзер - это "необтесанный" гений, не облагороженный и не подкрепленный талантом, но - гений. Он - наш великий примитив! Насчет "примитива" Каули, пожалуй, перестарался, но в целом был прав. Ол только не сказал, в чем именно заключается гений Драйзера.

4
Гений Драйзера, при всей его оригинальности и необычности, был в общем традиционен для Америки. История американской национальной культуры складывалась таким образом, что на протяжении многих десятилетий главная задача великих американских писателей заключалась в том, чтобы "открывать Америку".

Напомним, что американское государство создали иммигранты из разных стран Европы, расселившиеся вдоль узкой полосы Атлантического побережья обособленными колониями. Они сохраняли свои нравы, обычаи, язык, культуру, плохо знали друг друга и совсем не знали огромных территорий континента к западу от Аллеганских гор. Горные хребты, каньоны, леса, пустыни, прерии, реки и водопады оставались долгое время великой загадкой, окутанной дымкой легенды. Они мало что знали об индейцах - коренных жителях страны, с которыми вели кровавую войну на истребление. Население Америки росло в основном за счет притока переселенцев из Европы. Вновь прибывшие иммигранты были еще более невежественны относительно своей новой родины, знали о ней еще меньше. И это касалось не только "географии" континента, но также истории Америки, ее общественно-политических установлений, государственной структуры, нравов и т. д. Даже на рубеже XVIII и XIX веков, когда страна уже освободилась от колониальной зависимости, когда сформировалось новое самостоятельное государство - Соединенные Штаты, в сознании американцев все еще отсутствовала общая концепция Америки как единого комплекса естественно-географических, этнологических, социально-исторических, политических и нравственно-психологических моментов, образующих само понятие "Америка". С этим, кстати, была связана сложность и замедленность становления нации и формирования национального сознания в Соединенных Штатах.

Нет ничего удивительного в том, что на ранних этапах своего существования американская литература оказалась вовлеченной в мощный поток "нативизма" - культурного и литературного движения, смысл и пафос которого заключался в художественно-философском освоении Америки, ее природы, истории, общественных и политических институтов, нравов и обычаев. Великими "нативистами" были Ирвинг и Купер, Готорн и Мелвилл, Брет Гарт и Твен и многие другие гении XIX столетия. Каждый из них открывал "свою" Америку, которая становилась частью, аспектом, элементом национальной жизни, национального сознания.

Во второй половине XIX века стало, однако, очевидным, что "открыть Америку" раз и навсегда невозможно. Темпы развития экономической, социальной, политической жизни страны, в особенности после Гражданской войны 1861 - 1864 годов, были столь высоки, что буквально в считанные десятилетия Америка неузнаваемо изменилась и весьма мало напоминала Америку Ирвинга, Купера или Готорна. К концу столетия она превратилась в страну концентрированного производства и капитала, в страну банков и монополий, трестов и картелей. Происходило стремительное сосредоточение богатства на одном полюсе и чудовищной бедности на другом. Возникла многомиллионная армия фабрично-заводских пролетариев. Безработица сделалась национальным бедствием. К этому же времени относятся и первые значительные организованные выступления американского пролетариата. Коррупция в органах государственной власти - от городских муниципалитетов до федерального конгресса - достигла чудовищных масштабов. Иными словами, американский капитализм вступил в монополистическую стадию развития.

Это была уже другая, "новая" Америка, и ее следовало "открывать" заново. Задача была не из легких. Переход совершался быстро, но не одномоментно. Чтобы уловить характер перемен, их значимость, оценить их важность, отделить главное от второстепенного, окинуть взором всю картину и разглядеть "новую" Америку в ее типических чертах, требовался особый дар, неповторимый склад ума, способный к анализу, синтезу и обобщению. Более того, нужно было не только умение увидеть и понять, но еще и способность пересоздать увиденное в художественных образах, выстроить художественный мир, который адекватно и выпукло отражал бы мир. реальный. Всем этим обладал Теодор Драйзер. В этом, собственно, и состоял его гений.

Открывая и художественно пересоздавая "новую" Америку, Драйзер, фигурально выражаясь, "работал топором". Ему было не до тонкостей стилистической отделки, не до углубленной психологической разработки характеров и мотивировок, не до поэтических описаний или органической сбалансированности повествовательной структуры. И дело не в том, что он "не мог". Многолетний опыт редакторской работы Драйзера, как, впрочем, и некоторые его сочинения, свидетельствуют о том, что он умел, когда надо, быть превосходным стилистом, виртуозом, владевшим всем мыслимым набором художественных средств. Просто он не стремился к этому в своих крупных полотнах. То, что он создавал в своих романах, была сама жизнь. Она не нуждалась в специальной отделке во имя правдоподобия. Она была описана грубо, неизящно, порой небрежно, но все равно это была жизнь. Лучше всего литературную специфику своего метода Драйзер определил сам, когда сказал о "Сестре Керри": "Это книга, близкая к жизни. Она создана не как пример литературного мастерства, а как картина общественных условий, обрисованная так просто и сильно, как позволяет английский язык... Когда она попадет к народу, он поймет, потому что это рассказ о действительной жизни, об их жизни"'.

В своих усилиях открыть, показать и разоблачить "новую" Америку Драйзер был не одинок. Рядом с ним работали Фрэнк Норрис, Стивен Крейн, Хемлин Гарланд, Джек Лондон, Эптон Синклер и целая компания "разгребателей грязи" во главе с Линкольном Стеффенсом. Американская критика именует их "натуралистами", что хоть и не совсем точно, но в целом не лишено оснований. Они были "натуралистами" в духе Эмиля Золя, с его острым социальным зрением, разоблачительным пафосом и стремлением выявить природу социального поведения человека.

Драйзер был бесспорно самой крупной фигурой среди своих соратников. Он сделал далеко не все, что мог бы, но он проложил новый путь в литературе. Мы можем смело утверждать, что американский реализм XX столетия начинается именно с Драйзера. Уже в годы первой мировой войны многие американские писатели признали в нем патриарха и первопроходца.

В апреле 1916 г. Шервуд Андерсон писал о нем: "Теодор Драйзер стар - он очень, очень стар. Я не знаю, сколько лет он прожил, может быть, тридцать, а может быть, пятьдесят, но он очень стар2... Когда Драйзер уйдет, мы будем писать книги, много книг. В книгах, которые мы напишем, будут присутствовать все те качества, которых недоставало Драйзеру. У нас будет чувство юмора, а ведь всем известно, что у Драйзера нет чувства юмора. Более того, у нас будет изящество, легкость мазка, мечты о красоте, прорывающейся сквозь оболочку жизни.
Да, у тех, кто пойдет за Драйзером, будет многое такое, чего у него не было. Чудо и красота Драйзера в том, что все это у нас будет благодаря ему...
Тяжелы ноги Теодора. Как легко разнести его книги "в пух и прах", посмеяться над ним. Но... топ, топ, топ - это шагает Драйзер, грузный и старый. Ноги Драйзера прокладывают нам путь, грубые, тяжелые ноги. Они шагают через пустыню, прокладывая тропу. Со временем тропа превратится в проспект с арками над головой и изящными шпилями, пронзающими небо. И дети будут бегать по этой улице, крича друг другу: "Посмотри на меня!", позабывши о ногах Теодора.
Людям, которые пойдут за Драйзером, предстоит сделать многое. Их путь будет долог. Но, благодаря Драйзеру, нам в Америке не придется прокладывать дорогу через пустыню. Это сделал Драйзер".
***
(Источник - http://www.uspoetry.ru/books/1)

Прикрепления: 0913797.jpg(30.9 Kb)


Редактор журнала "Азов литературный"
 
Литературный форум » Я памятник себе воздвиг нерукотворный » Натурализм (XIX - XX вв) » Теодор Драйзер - американский писатель и публицист (27 августа 2011 года - 140 лет со дня рождения)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: