Знакомство с писателем Иваном Межениным
30.01.2019 92 5.0 0


То, как складывается жизнь писателя, в какой атмосфере он воспитывается и строит своё будущее, с какими людьми общается и с каким отношением сталкивается, очень сильно влияет на его книги. Чтобы понять, почему были выбраны те или иные темы, какие акценты расставлялись и какова сама цель творчества, следует проследить путь, который прошёл человек от рождения и до момента появления на свет его произведения. О непростой судьбе Ивана Яковлевича Меженина (Петра Межина), автора книг «Каждая жизнь – подвиг», «Одна жизнь» и других, мы поговорим сегодня.

Иван Яковлевич родился в селе Зуевка в 1935 году. Помимо маленького Вани, в семье росли ещё четверо детей. Его отец, Яков Петрович Меженин, был мельником, а мать, Евдокия Ивановна, работала в колхозе. В 1941 году, когда началась Великая Отечественная война, Яков Петрович ушёл на войну, где спустя год погиб. Трагедия произошла под Старой Руссой в совхозе «Дубки». С этого дня мать одна поднимала малышей, воспитывая их в строгости, но с любовью и лаской. Старшие дети помогали, чем могли. О своих родных Иван Яковлевич рассказывает: «Старшая сестра Анна в войну и после приходилась нам второй матерью: умная сестра, заботливая, рассудительная. Брат Михаил проработает восемнадцать лет шофёром в колхозе без единой аварии. Загадочно погибнет под автомобилем во время технического осмотра. Брат Василий закончил десятилетку, до армии окончил бухгалтерское отделение техникума, а после службы – Куйбышевский плановый институт. Женился, будучи ещё студентом. По распределению долгое время работал в управлении «Башнефть» начальником отдела снабжения».

Иван Меженин окончил семь классов. До того, как пойти в армию на срочную службу, успел поработать водовозом, горючевозом, конюхом в колхозе. Уже в юности писатель проявил себя человеком упорным, не боящимся трудностей, готовым к испытаниям. О тех годах он вспоминает: «В зиму пятьдесят третьего с группой сверстников ушёл пешком в Алексеевскую школу механизации. Располагалась школа в двадцати пяти километрах от родного села. Там учились на трактористов и комбайнеров сироты войны. И нас, как полусирот, директор Конев принял из жалости на учёбу. Помню, одиннадцать зуевских ребят жили в просторной, плохо отапливаемой комнате. Сироты жили напротив, приходили к нам голодные, просили домашнего хлеба. По паре буханок хлеба мы каждый понедельник приносили в школу из дома. Запомнились их радостно блестящие глаза от полученного ломтя хлеба. Их кормили в столовой недостаточно. Весной вручили нам права трактористов, распределив по совхозным отделениям на работу. На тракторе работал до призыва в армию». Избалованному современнику покажется, что это слова из романа. Но нет, это та самая настоящая жизнь, которая воспитывала настоящих людей.

В 1954 году Иван Яковлевич пошёл в армию. Ему предстояло три года служить радистом танкового батальона в Германии. Вернувшись домой, учился в Куйбышевской школе киномехаников. Работал киномехаником в посёлке Берёзовый и был секретарём ВЛКСМ. Работал бы дальше, не вторгнись лётчик Пауэрс в воздушное пространство СССР. После этого, как радиста, Ивана Меженина отправили на военную переподготовку в ПВО города Похвистнево. Отслужив, писатель получил распределение в родное село. Дома он стал секретарём комсомольской организации и киномехаником. Параллельно с работой успевал учиться. Закончил недостающие классы и поступил в сельхозинститут на агрономический факультет. «Я колхозный агроном. Работа связана с природой, со степью и речкой. Работая, стараюсь хоть как-то спасти и улучшить нашу природу», – говорит Иван Меженин.

В 1980 году Нефтегорский райком КПСС порекомендовал Ивана Яковлевича в председатели Зуевского сельсовета. На этой работе главной задачей стояла охрана природы, экология и благоустройство села. «С девяностого года работал агрономом. Разработал собственную систему повышения плодородия пашни и защиты её от эрозии. Основана она главным образом на безотвальной обработке пашни. Гумусный слой при этом за счёт стерни накапливается, но не смывается. Зимой накапливается снег, а весной влага. В условиях засушливой зоны это позволяло получать ежегодно высокие и устойчивые урожаи», – о своих профессиональных достижениях рассказывает писатель.

Литературную деятельность Иван Меженин начал в качестве селькора. Его статьи, посвящённые быту и жизни односельчан, выходили во множестве СМИ. В местной газете «Луч» публиковались критические статьи автора. Он брал интервью у старожилов села, которые родились, начиная с 1870 годов, расспрашивал их о прошлом, о войне. «Я особенно горжусь тем, что много взял интервью у фронтовиков Великой Отечественной, записывая их воспоминания на видеокамеру. Это была большая и неоценимая работа. Так как теперь о войне и об участниках, освободителях Европы, на Западе много вранья можно услышать, как и о революции, о Гражданской войне, о голоде 1921 и 1933 годов. А в моём творчестве эти страшные события из жизни старшего поколения описаны с их слов, правдиво и художественно».

С течением времени вырезки статей накапливались. Именно они легли в основу первой книги писателя, названной «О зуевцах и о себе». В результате получилось трио, изданное небольшим тиражом. «Попытка удалась, селяне моё творчество оценили положительно. Чем и вдохновили на написание четвёртой книги об истории села «Путешествие во времени», – признаётся автор.

Сегодня на счету Ивана Меженина (Петра Межина) – семь книг. Он много участвует в конкурсах и премиях. Неоднократно становился лауреатом и дипломантом в крупных литературных состязаниях, например, в конкурсе «Ни дня без строчки». «И, действительно, так это в моей жизни и выходит», – улыбается писатель.  

О себе, писательском ремесле, классической и современной литературе Иван Яковлевич Меженин (Пётр Межин) рассказал нашему корреспонденту.

Екатерина: «Здравствуйте, Иван Яковлевич. Любите ли Вы читать? Каким книгам отдаёте предпочтение?»

Иван Яковлевич: «Любил читать книги, правильно будет сказано. Особенно в школьные годы и в юности, когда ещё не было телевизоров, а с кинопередвижкой в наше село Зуевка киномеханик Николай Щербаков приезжал один раз в неделю, обслуживая несколько сёл. Поэтому мы и считали главным творческим увлечением чтение книг, которые брали на дом из сельской библиотеки. А поскольку до 1958 года в селе не было электричества, читать приходилось в лучшем случае при семилинейной керосиновой лампе, а то и при «коптушке» (самодельный светильник, работающий тоже от керосина). Коптушка ставилась на печную грубку (дымоход), она сверху свет излучала, а читатель, лёжа на тёплой печке, книгу интересную читал. А поскольку мы являлись детьми военных лет, у которых отцы погибли на фронтах Великой Отечественной войны, книги нас интересовали в большинстве своём на военную тематику. «Повесть о настоящем человеке», «Молодая гвардия», «Как закалялась сталь»… А также меня лично привлекали книги, где описывалась деревенская жизнь. Это писатели Шукшин, Шолохов, Белов, Астафьев.
А теперь мне книги читать просто некогда. Как Виктор Астафьев говаривал: «Теперь собственной писанины невпроворот. В интернете сижу, постоянно статьи пишу, с украинцами об отношениях спорю. Хотя книг для прочтения много. Особенно подаренных коллегами, местными писателями. Которые тоже прославляют людей труда, сельских жителей – раньше их считали звёздами, героями нашего времени, им посвящали телепередачи, например, «Сельский час». А теперь «звёздами» являются извращённые образы, бездарные артисты, испорченные временем, славой, вниманием, богатой жизнью. Перевёрнуто всё теперь в нашей действительности с ног на голову».

Екатерина: «Повлияли ли на Ваше творчество работы других писателей?»

Иван Яковлевич: «Повлияли ли они на моё собственное занятие этим творчеством, спрашиваете Вы? Наверно, да. Не помню, в каком классе, наверное, в восьмом (я после седьмого класса до десятого учился заочно и вдобавок к тому моменту прошло уже 10 лет, как отслужил в армии), мы писали сочинение о подвиге лётчика Мересьева. Потом учительница Елена Никитична Седых, подводя итоги, оценила моё сочинение выше всех, зачитала его классу. Меня похвалила, сказала, что у меня есть литературный талант, я умею сочинять, размышлять. И я стал пробовать на практике свои способности к сочинительству. Подвернулся случай: когда я работал киномехаником в глухом посёлке и секретарём комсомольской организации, у нас сломалась клубная гармонь. Молодёжь осталась без танцев, плясок, припевок. Председатель новую гармонь покупать не хотел. И мы с завклубом Лёшей Ильченко критическую статью сочинили, в районную газету отправили. Её напечатали, колхозный председатель обиделся, но на новую гармонь денег выдал. С этой заметки и началась моя селькоровская работа.

Любовь к чтению книг на военную тематику, где описывается героизм советского солдата, внушая чувство гордости за своих героев и патриотизм читателю, осталась на всю жизнь. И я с моими единомышленниками подумал: о героях из других городов мы читаем, их изучаем, а свои герои войны и труда живут среди нас, а мы об их жизни мало что знаем. И решили мы с того дня ходить по их домам с кинокамерой и записывать интервью. Много материала интереснейшего набралось, многие статьи о наших старожилах печатались в разных СМИ: в районных газетах, в областных. На сайтах в интернете много моих рассказов о жизни селян. Книги выпущены (шесть экземпляров, и ещё можно выпустить столько же).

А стиль письма я, конечно же, стараюсь перенять у более способных, опытных литераторов. В первую очередь, у местных, но уже признанных писателей. Например, учусь у Александра Станиславовича Малиновского, члена Союза писателей России. Он мой земляк, пишет о прославленных людях, известных, заслуженных, о проблемах жизни, о способах их преодоления. Пишет простым языком, понятным читателю любого возраста».

Екатерина: «Что в писательстве Вам кажется самым интересным?»

Иван Яковлевич: «Для меня самым главным в писательстве является правдивое освещение темы, за которую ты взялся. Другое дело – её художественно украсить (романтикой, природой, пением птиц, любовью – всем, что возвышает личность человека, умелым раскрытием его характера, поступков, души). И ни в коем случае не надо прибавлять своим героям всякого рода отрицательных черт: умения хитрить, обманывать, ненавидеть, насиловать, убивать. Надо о приятном, о нужном сочинять рассказы, описывать истории людей, у которых можно взять что-то полезное, а не учить читателя, как стать ему героем-насильником.
Это сейчас в литературе и в кино распространено. Поэтому я и прославляю в своих книгах жизнь советского времени, которая была трудной, но более честной, справедливой, люди больше общались, имели более широкий доступ к образованию, учёбе, работе, отдыху. Мои книги направлены не на возврат к той системе, которую во многом критикуют справедливо, а на всё хорошее из той жизни, что можно и нам перенять. При этом я указываю на плохие стороны того бытия, чего нам допускать не стоило бы.
Поэтому и выпускам книг, и кино общественный контроль нужен. А то вранья в этом творчестве теперь сверх головы, и ложь затмила правду. Стало просто всё купить, даже талант. Были бы деньги. Такие феномены, к сожалению, есть».

Екатерина: «Что Вы скажете о своей книге «Одна жизнь»? Соответствует ли она главной концепции Вашего творчества, о которой Вы говорили ранее?»

Иван Яковлевич: «Эта моя книга от корки до корки вся правильная и позитивная – полная противоположность нынешним художественным выдумкам некоторых писателей (Вы их знаете), прославляющих ложь, обман, интриги, убийства, насилие. Я против этого направления литературы, кино, спектаклей и СМИ, категорически против. Потому как мы этим извращаем молодёжь, портим её, учим поступать, как поступают отрицательные герои. И мы за пройденные годы после известных девяностых уже испортили целое поколение наших людей. Мы пожинаем и будем пожинать ещё долго то, что сеем в нашем творчестве. И хотелось бы, чтобы моя книга стала альтернативой, капелькой правды в этих потоках лжи, свидетельством очевидца».

Купить книгу «Одна жизнь» можно в интернет-магазине «Планета-книг».

Статья подготовлена Академией литературного успеха

Источник




Теги:Иван Меженин, Писатель, о жизни

Читайте также:
Комментарии
avatar