Меню

Поиск



"Тайна Кроссворда" (Отрывок из романа)

"Тайна Кроссворда" (Отрывок из романа)

аватар отсутствует
Добавил Gleb_Sokolov
14 Окт 2012
Детективы
0 комментариев

Оценка читателей

ПРОГОЛОСОВАЛО ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ: 0 ЧЕЛ.

Г Л Е Б С О К О Л О В

"Т А Й Н А К Р О С С В О Р Д А"




П О Э М А В П Р О З А Х


copyright©Соколов Глеб Станиславович Все права защищены

Копирование без ведома Автора запрещается



O tempori, o mori! (лат. "О, темпура (креветка японская жареная) у моря!")

1. Милый дядя

- Дядя, милый дядя!.. Ты не знал моего дядю!.. Что это был за человек!
Они по-прежнему стояли в пробке. Кошелев успел сбегать за пивом. На заднем сидении таксикэба "Ситройон" разложили сырок, колбаску, хлебушек.
Дядя Матвей был глуп и потому на свое счастье не смог освоить серьезную профессию. Из него не вышло врача, инженера или даже издерганного снижением товарооборота продавца бытовой электроники. Долгое время он прозябал, не в силах обнаружить своего места сначала в советской, а потом и в рыночной экономике. Смирившись с участью презренного идиота он пошел в ту сторону, откуда в те годы с негодованием отворачивались тщеславные юноши, лелеявшие в себе предпринимательскую жилку. Он победил их. Он доказал, что это не он, а они - идиоты, и жилка здесь трепетно бьется вовсе не там, где она бьется там, на Западе.
Жилка эта - хитрая бестия, угадать ее петляния трудно. Каждому тщеславному юноше я бы посоветовал не читать учебников, а изучать опыт какого-нибудь своего дяди Матвея. Такие, как он, всегда стоят к жилке ближе, чем высоколобые книжники. Пока те морочат друг-другу голову про то, как должно быть, золотая жилка бьется в пухлой изящной ручке дяди Матвея.
- Ты не поверишь, но Скотопасские - старинная дворянская фамилия. Мы не пасли скот. Мы владели скотами. Отсюда и фамилия - сын тех, кто пасет скотов - скотопасов - скотопасских сын - Скотопасских. Не мог же дядя с такой фамилией руководить налоговой инспекцией!.. Это не политкорректно. Он решил взять себе другую. Но не отказываться от нашего поистине дворянского фамильного прозвания, а слегка преобразовать его. Сначала дядя убрал Пасских. Получилось Матвей Скот. Дискредитирует. Дядя облагородил: Матвей Скотч. Вот это уже совсем другое дело!..
- Скотч… Скотч… Подожди… Это откуда?..
Угрюмый водитель двинул модный "Ситройон" с места. Двигатель работал беззвучно: казалось, что "шеф", вцепившись в руль, просто перебирает в дырке под сиденьем ногами, медленно движа таксикэб вперед.
- Шотландец! Шотландский виски. Идея пришла дяде в баре, где он этот самый скотч и пил. Матвей Скотч! Звучит. Я тоже со временем возьму себе эту фамилию. Дэн Скотч!.. Абсолютный лидер на рынке!.. Скоро мы вернем себе родовое поместье - Кремль. А ты станешь моим первым крепостным мужиком. Будешь отдавать мне десятину, - Дэн воодушевился. Импортное пиво было отменно. - Заведешь кур на балконе и станешь отдавать мне каждое десятое яйцо, которое они снесут.
- Сначала пусть твой дядя Матвей выйдет из тюряги!
- Это не проблема. С его связями он там не задержится… Можешь быть уверен, ему привезут выходной костюм прямо в камеру. И он отправится на вечеринку у мэра… Чистый и самодовольный он будет реготать над анекдотом, рассказанным начальником тюрьмы. Этот будет там же и будет одет в такой же полосатый костюмчик, как и дядя. Ворон ворону глаз не выклюет! Они там все в полосатых костюмчиках, точно беглые каторжники. Только полоска - уже!
Именно в эту секунду мобильный телефон Дэна Скотопасских заиграл бравурную трель, радостно оповещая окружающую публику, что в его электронное чрево из воздуха гадюкой вползло сообщение. Беда была в том, что после аварии с первым изящным "рено" Дэнова мобила оказалась в окружении посторонних людей. Проще говоря, телефон у Дэна забрали крупные мартышки.
"Найми адвоката. Меня все кинули" - писал безутешный дядя.
Но Дэн не читал его писем, кроме самого первого.

+ + +
- Мне нужно одиннадцать тысяч!..
- Никто не даст тебе этих денег, - Виталий был крепко уверен в том, что говорил. - Да и зачем они тебе?.. Скоро ты станешь миллионером.
- А как мы доедем до Пушкино? На электричке?..
- А что такого?! Наберем пива и поедем…
- Нет уж, извини. Такие мучения - не для меня. Пиво - это прекрасно. Но тащиться в Подмосковье на электричке… С чего ты взял, что улица Ленина - рядом с вокзалом? Придется переть черти куда пешком или на автобусе. Без тачки я не могу. Первым делом - взять тачку. Это начало начал. Так велел Великий Леннон!.. Все остальное - во вторую очередь.
Они добрались до места. В четырех метрах от края тротуара возвышалось офисное здание - розового цвета дом, перестроенный то ли из фабрики, то ли тюрьмы. Маленькие, глубоко запавшие окошки походили на бойницы. За входной дверью открывался мир, - он был несхож с нелепым и странным фасадом. Здесь - белые, с интеллигентной матовостью стены, темно-коричневые лестничные перила полированного дерева. Маленький финский лифт хвалился электроникой и зеркалами. На его табло медленно сменяли друг-друга красные циферки.
Виталий икнул, - ему нравилось в офисе Дэна, - в выборе друга он не ошибся!.. Что очевидно, то очевидно. Йог ты, как сказал товарищ Мэнсон!

За двенадцать часов до этого…

2. Дэнова могила

В дверь кладбищенского домика три раза ухнули кулаком.
Два сотрудника сферы обслуживания, гадали: кого черт принес в позднень. Регулярная клиентура придерживалась строгого покойницкого расписания.
Давил страх: в жизни прорезалось много нового. Груженые щебенкой "вольво" летали аки птицы, нежные барышни матерились, из земли фаллическими символами перли в небо лужковские высотки. Бывалому, ко всему привычному человеку с могильным заступом становилось не по себе.
Новая Москва резалась не невинными молочными зубами, - острой акульей челюстью. Население вымирало. Покойник прибывал косяком. Доходы сервисников росли, но невидимая дрожжа баламутила цены. Ей-ей, стремно!
За пятой бутылкой большую часть бригады одолел страх. Мужики шатались и хватали друг друга за рукава. Покидали кладбище. Из-за кирпичного забора к хмурому ночному небу вздымались клубы выхлопов. Там бойцы за личное счастье гуртом возвращались к гаражам. Они были всех видов и мастей, но спешили однообразно.
Светило зловещее полнолуние. Среди звезд, харкая на правила и светофоры, кандыбили жидкие облака. Они заражены неизлечимым туберкулезом. Им не хотелось плыть, - взвыть и усесться на землю непроглядным туманом. Но облака не пьют, не ширяются. В бессильной злобе они облевывают низ подлым холодным дождем.
Стоял декабрь, в котором начиналась история. Вполне современная, чтобы назвать ее историей нового времени.
Русская зима превратилась в старуху - она сопливелась, кисла, пускала ветры, слезы дождя. Как пенсионерка, отчалив с митинга КПРФ, воспоминала прошлое. Но тем, кто был жив и смел, хотелось поймать что-то и в будущем… Это была задача, достойная титана. И этот титан явился.

+ + +
- Ну и рожа!.. Если бы у меня была такая рожа, ни за что б не ходил фотографироваться!.. - сказал Терентьич напарнику, Виталию Кошелеву, отходя от окна.
В маленьком домике, расположенном на Введенском кладбище, был еще третий могильщик. Но он спал на лавке мертвецки пьяный.
- Не открывай, - Виталий подцепил со сковороды вилкой, на которой не хватало двух зубьев, жареный пельмень и отправил в рот. Пельмень неслышно взвизгнул.
- Само собой… Что я дурак открывать такой роже.
Терентьич подсел к столу. Его собственная рожа была ужасна.
- Послушай, от коньяка может пучить живот?..
- Если только коньяк гороховый…
- Гороховый? Это как?
- Настоян на стрючках молодого гороха.
- Ни о каком горохе тут нет и помина! - с раздражением произнес Терентьич, поднимая бутылку коньяку в воздух и разглядывая этикетку. - А брюхо у меня теперь раздувает, как будто мне компрессор в задницу вставили.
- В задницу или из задницы?.. От горохового коньяка ты сам бы был компрессором. Следовательно, у тебя било бы из задницы, а не в задницу… - философски проговорил Кошелев.
В этот момент в дверь треснули, точно кувалдой.
- Что такое?! - Терентьич подошел к двери и уставился в глазок. - Чего вам надо?!
- Похоронить…
- Кого похоронить?!.. Ночь на дворе… Идите на химию!
Очередной удар сотряс кирпичную избушку.
Могильщик приоткрыл дверь.

+ + +
Мертвяка не оставила жажда жизни. Он выл в гробу, пытаясь вылезти. "Суки!", выкрикнутое на том свете, отражалось от стенок гроба. На этом свете оно раздавалось какими-то "щуками".
- Он же орет… - после молчания, продолжавшегося не менее пяти минут, выдавил могильщик. Как будто для того, чтобы ситуация стала нормальной, обитателю гроба достаточно замолчать...
- Погоди, я друга позову… - кладбищенский скрылся в домике. Кругом торчали кресты.
Вышел второй, - здоровенный парень в темно-синей, как таджикская ночь, куртке-аляске с откинутым капюшоном, джинсах, заляпанных кладбищенской глиной. Первый запропастился.
- Клиент всегда в кайф! - проговорил новый могильщик и уставился на них.
Больше он не произносил ни слова.
- Это бараны какие-то… - проговорил главный клиент своим товарищам. - Настолько тупы, что даже испугаться не могут. Ты испугаться можешь?..
- Могу, если трезвый… - ответил могильщик.
- Испугайся, бери лопату, найди место и копай! - велел клиент. - Я тебе бабок дам. Много бабок. Ужрешься - потом неделю дрожжи разбавлять станешь. У тебя пробка в затылке есть?
- Зачем мне?.. - вяло спросил могильщик, а сам профессиональным спиртовым глазом окинул заколоченный гроб.
- Отвинтишь, мозги водой разбавишь - сразу окосеешь!
Приезжие посмеялись.
Большая часть гвоздей были вогнаны в дерево не до конца. Сквозь щели мертвец питался воздухом.
- Это хорошо! - пьяно и сладко улыбнулся молодой могильщик. - Воды, значит, попью и окосею…
- Ну да…
- А сколько?..
- Чего сколько?.. Воды сколько?! Ты сейчас договоришься!.. Тебя как зовут?
- Виталиком звали, - мрачно заметил парень. Он был полным дегенератом и подонком. На общем фоне сходил за нормального.
Клиент поманил Виталю пальцем. Они отошли метров на десять от гроба.
- Покойный был очень нехорошим человеком. Понимаешь?..
- Само собой… Хорошие давно померли.
- Накажем его. Что б помнил… Сейчас ты выкопаешь ему яму. Можно неглубокую. Метр - достаточно. Опустим туда гроб. Начнешь засыпать…
- Он задохнется.
- Ничего... Отдышится. Немного засыплешь, а потом вытащишь…
- Штука баксов!
- Пятьсот… И тебе за это ничего не будет.
- Ну если только так… - согласился Виталик и оба, остановившись на этих условиях, пошли к новопреставленному мерзавцу.

+ + +
Черный продолговатый ящик стоял на земле и смотрелся для виталиного зрения непривычно. Хоть бы тележку, хоть бы что… Он убрал пять сотенных купюр в карман. Была могила, которую готовили для бригадира. Виталик решил ею воспользоваться. Яма вырыта не до конца, но так даже лучше.
Мертвец больше не издавал ни звука.
Парень сходил в сторожку, приволок ремни, лопату. Приехавшие люди - их было пятеро, подняли гроб и, кряхтя и спотыкаясь, двинулись за могильщиком. Бригадир должен был упокоится на хорошем месте недалеко от входа, - идти пришлось недолго.
Над ямой был сооружен полиэтиленовый шатер выше человеческого роста, - чтобы не заливала вода. Лампочка-времянка, тянувшаяся на длинном проводе, спускавшемся со столба, давала достаточно света. Совместными усилиями спустили гроб в могилу. Виталик принялся засыпать ее. Работал нехотя. История не нравилась. Когда деревянную крышку прикрыл тонкий слой комковатой земли, ночные гости неожиданно развернулись и пошли прочь…
- Эй, вы что?!.. Куда?.. Что я с ним делать буду?.. - могильщик побежал за ними.
- Выкопай и поставь к батарее! - бросил главный. Спутники засмеялись.
Когда ему сунули под нос пистолет, Виталик отстал.
- Счастливо оставаться, дебил! - весело крикнул один из поздних клиентов.
Виталик торопливо вернулся к могиле и принялся откапывать гроб. Что скажет покойник?.. Мысль - может стать соучастником убийства - приводила могильщика в ужас. Наконец Кошелев добрался до крышки. Вытянуть гроб в одиночку было не по силам. Он достал из кармана плоскогубцы и немного вытащил гвозди наружу. От его усилий крышка приподнялась. Теперь она держалась за ящик лишь кончиками гвоздей. Покойник не издавал ни звука.
"А ведь он и вправду мог умереть!" - пронеслось в голове. Он окончательно протрезвел и набрав полные легкие воздуха и упираясь в неровные стены ямы сапогами, потянул крышку за край.

3. За гранью

В гробу лежал юноша необыкновенной красоты. Бледное его лицо с тонкими чертами обрамляли длинные светлые локоны. Две восковые руки были сложены на груди. Легкая синева оттеняла закрытые глаза с широкими бледными веками, губы сжаты. Челюсть подвязана бинтом. Бинт, впрочем, сполз и торчал где-то за ушами.
- Что же это? - пробормотал могильщик. - Он же был живой… А он - мертвый… Что же с ним теперь делать?!
Виталик был бы рад, если бы мертвец вскочил и набросился на него с кулаками, но тот был недвижим. Он вытащил крышку наверх и отбросил ее в сторону. Кладбище располагалось в городской черте, неподалеку выла сирена, сигналили машины. Вокруг ближайшего светофора как обычно в пасмурный зимний день распространилась пробка.
Могильщик осторожно, стараясь не угодить ногой в покойника, спустился в яму и, скрючившись, приложил ладонь к его сердцу. Похороненный был тепл. Еще через несколько секунд Виталик уловил биение сердца. "Слава богу! Жив! Просто без сознания!"
Он засуетился.
- Надо же, изверги! Живого человека в могилу закопали! Кто бы мог это сделать?.. Сволочи, перепились все! Охрана где-то бродит…
Могильщик приподнял "мертвеца" - голова того запрокинулась - принялся тащить, держа под мышки, наверх. Делать это нелегко, но Виталя очень старался. Вскоре похороненный оказался на земле, отваленной из ямы. Ноги свесились вниз. Подул резкий ветер и усопший, испытав его на своей коже, открыл глаза. Могильщик замер. Никаких действий не последовало. Воскресший опустил веки и безвольно свесил левую руку в яму.
Виталик приподнял его и, крякнув, взвалил на плечо. "Тяжелый, зараза! А с виду не скажешь…" - могильщик посеменил с грузом к сторожке. Предстояло еще утилизировать гроб. Разрубив на части, предполагалось сжечь его в костре.

+ + +
С погодой происходит пакость. Это уже не требует доказательств науки. Дни с гнилью выдавались прежде время от времени, - теперь оккупировали всю зиму. Глобальное потепление не дало роста тропической растительности. Толстые баобабы не возросли посреди Тверского бульвара. В Александровском саду не появилось гигантских секвой и араукариев. Не приобретя пальм и попугаев, москвичи лишились хрустящего снега, мороза, солнца…

+ + +
Еще раз удостоверившись, что похороненный жив, Кошелев перетащил его в домик. В кармане нашел паспорт на имя Дениса Анатольевича Скотопасских, двадцати семи лет от роду, уроженца Ростова-Папы. "Кого только не понаехало в Москву!" - чертыхнулся Виталий. Между последней страницей и корешком вложена странная записка…

+ + +
"Понедельник: десять часов утра - взять в долг до вторника одиннадцать тысяч долларов, полдень - купить изящное "рено", три часа дня - съехать с квартиры. Вторник: к пяти пополудни - взять миллион долларов, подъехать к концу рабочего дня, отдать одиннадцать тысяч, семь часов вечера - начать обмывать полученный миллион долларов. Все быстро, четко, по современному!".

+ + +
Понедельник отсчитывал последние минуты. Ровно в полночь юноша приоткрыл глаза.
Виталий взял со стола бутылку "Кенигсберга" - пять звезд, набор медалей, как у сенбернара на выставке - подался к восставшему из гроба. Тот мгновенно утерял сознание. Глаза парня раскрыты, зрачки закатились. Испугавшийся Кошелев прислонил горлышко к синим губам. Юноша вновь пришел в себя. Виталий влил в него огненную жидкость, - закашлялся, коньяк проглотил. Могильщик поддал новую порцию... Жидкость во чреве бутылки по-унитазному булькнула. После пятого раза Скотопасских сел.
- Сволочи! Всех ненавижу!..
- Вот потому тебя в гроб и засунули!..
- Я разбил их машину. Потом качал права… Всех ненавижу: бандитов, бюджетников…
Гость выхватил из рук могильщика коньячную бутылку. Выпил. Глаза его подернулись туманом.
- Депрессуха сушит! Ужас! - проговорил он. - Меня зовут Дэн. А почему этот спит?..
На лавке алкогольным сном дрых третий могильщик.
- Это он тебя закапывал…
- Устроим пляски на гробах. Тащи гроб!
Когда деревянный ящик был извлечен из могилы и принесен в домик, они уложили туда спящего воина, накрыли крышкой. Принялись по очереди танцевать на ней. Играло радио.
Кошелев танцевал не потому, что хотелось. Выбора не было: или подладиться под общество, или остаться за бортом. "Как же спросить про миллион?.. Что это за миллион и что все это значит?.. Только бы втереться ему в доверие".
Вот так же он втирался в доверие к автослесарям, портным, могильщикам. "Легкие пути - мое кредо!" - говаривал Виталий Кошелев.
В пылу танца они не заметили, что третий могильщик уже проснулся, но на всякий случай не подает признаков жизни.
Сизое алкогольное утро наступило для всех троих одновременно.

Нынешним утром…

4. Взгляд анаконды

Москва - удивительный город. Его жители любят игру. Поставщики игровых автоматов любят его жителей. Жители обожают их продукцию. Продукция обожает деньги, а деньги не любят дураков. Но дураки любят игру.
Так движется мир.
К десяти утра деньги, взятые Скотопасских в долг у Кошелева были проиграны целому ряду одноруких бандитов. Ночной гость призадумался.
"Куда же теперь идти?.. Съемную квартиру я освободил. Деньги истратил, "рено" забрали. Да еще должен этому идиоту пятьсот баков. Что же получается: атака захлебнулась?!.. Но как?! Почему?!.. Светило солнце, я был полон радужных надежд!.."
- Землячок, я теперь от тебя, пока ты не отдашь мне тринадцать тысяч, на шаг не отойду! Уж извини… Где мне тебя потом искать?.. Я тебя не знаю… Кстати… Уже десять тридцать! Ты никуда не спешишь?..
"Спешу! Конечно спешу… Разрабатываю новый план…"
И в голове Дэна Скотопасских закрутились лихорадочные идеи.

+ + +
"Вторник. К двум часам дня взять в долг одиннадцать тысяч долларов. (Какая разница, сколько быть должным - одиннадцать или двадцать две?!..)"
- Ты должен мне пятьсот баксов, понял, рожа?!.. Или ты ничего уже не соображаешь?!
"Ну тебе-то я отдавать не собираюсь!.. Имея в пассиве двадцать две тысячи долга, купить к пяти вечера изящное "рено". К восьми загрузить в него миллион баксов. В девять вечера приступить к обмыванию первого в жизни миллиона. Нарядно! Главное - чтобы атака не захлебнулась!"

+ + +
- Что ты привязался ко мне?!.. Подумаешь, пятнадцать тысяч деревянных! Я ворочал более крупными суммами!.. Оставь телефон, я тебе перезвоню…
- Ну ты хам! - вымолвил Кошелев.
"Того мне и надо!" - подумал он и вцепился Дэну в грудки. Рука могильщика скользнула противнику в карман, обшаривая его, якобы в поисках денег. Она наткнулась на знакомый паспорт, поздоровалась с ним, дала документу поддых, потащила его наружу.
Гигантская змея анаконда, проживающая в дебрях по берегам реки Амазонки сидит на свиной диете. Случайная встреча анаконды и дикой свиньи примечательно во всех отношениях. Как правило, свинья успевает заметить свою гибель заранее. И тут анаконда, не шевелясь, уставляет на свинью фирменный взгляд. Он пронзает глаза жирной свинки, лишая ее воли. После чего анаконда спокойно подволакивает к жертве свое омерзительное длинное тело и спокойно заглатывает парализованную свинью целиком. Явление хорошо знакомо парапсихологам и часто приводится ими как доказательство существования передачи мыслей на расстоянии.
"Сволочь! Я всегда кладу паспорт в левый карман. Значит ты обыскал меня, пока я валялся без сознания!"
"Я все знаю. Бесполезно сопротивляться. Не отстану от тебя ни на шаг!.. Тринадцать тысяч, твой ресторан и дружба до последней копейки, оставшейся от миллиона!"
Скотопасских сдался. Фирменный взгляд, который Кошелев обрушил в его синие глаза, сделал дело: свинья осознала - пиршество гада неизбежно.
"Ничего, я еще поворочаюсь у тебя в брюхе! Ты еще ощутишь мучительные рези!.. Ты будешь гадить мною каждые пять минут!"
Виталий демонстративно прочитал записку. В огромных ладонях могильщика она оказалась соринкой.
- Что за миллион долларов? - равнодушно спросил Кошелев.
- Это аллегория!.. Я начинающий поэт. Речь идет о килограмме черкизовской ветчины ко дню рождения.
На этот раз Кошелев посмотрел в синие глаза друга с кротким смирением.
"Я у тебя ничего не отниму. Все, что мне нужно - это быть рядом. Пить за твой счет, курить твои сигареты, купаться в отблесках твоей золотой славы! Ты не смотри, что я такой большой. Я - человек маленький!"
"Ну ладно. Уговорил!.. В конце-концов есть некоторые обстоятельства, которые заставляют меня не пренебрегать дружбой такого кретина, как ты…"
- Дай сюда! - Скотопасских грубо вырвал из огромных рук могильщика паспорт и записку. Дрожащими тонкими пальчиками с розовыми аккуратно подстриженными ноготками воткнул бумажку между страниц, убрал в карман.
- Скот ты! Всех ненавижу!.. Когда я приду к власти, в этом городе не останется ни одного незанятого фонаря!.. Дэн-вешатель - вот как меня прозовут!
- Ты чего?! Обиделся что ли? - смутился Кошелев.
- Йог ты! Иди на химию! Пиджак помял!..
- На химию… На химию… Сам ты иди на химию. Йог ты! Живешь-то ты где?..
Кошелев пригласил Дэна в свои апартаменты. Не озвучил он только того, что квартира уже пять дней как сдана скромной студентке из Ростова по имени Даша Дай за сто пятьдесят долларов в месяц. Это было в три раза дешевле рыночной цены… Сам Виталий проживал на кладбище и у соседа двумя этажами выше. Обстоятельства - позже. В данный момент не имело значения. По плану на апартаменты не оставалось времени. Следовало срочно двигать за миллионом долларов. Пардон, килограммом черкизовской.
Друзья сели в такси. Платил за все с бандитских и своих тысяч Кошелев. Он себе нравился: новая дружба, как бизнес-проект… Вложения: пройти двадцать метров до могилы, держа в руке лопату, понаблюдать, как крупные мартышки опустят в нее на ремнях деревянный гроб, бросить привычными движениями десять лопат земли на крышку, счистить землю, открыть гроб, вынуть покойника, перенести в домик… Легкое волнение, поднесение ко рту коньяка (расходы на пойло вычитаются из полученных авансом пятисот баксов), танцы, оговор старшего товарища…
Скотопасских милостиво позволял за собой ухаживать. Великие должны быть благородны. Миссия давалась с трудом: время от времени по лицу юноши пробегали отсветы глубокой внутренней изжоги: как я всех ненавижу!..
- Вообще-то, я больше люблю сам быть за рулем, - произнес Дэн. Водитель такси был один из тех, к кому он испытывал легкую неприязнь. - Я без тачки - никуда. Была б моя воля, я б и в сортир на машине ездил!.. Терпеть не могу ходить пешком.
- Действовать будем современно, четко, по быстрому!.. - умудрено произнес Кошелев.
Скотопасских прищелкнул пальцами: Y-YES! Новый друг начинал ему нравится.
Через триста секунд у новой евроразвязки на третьем транспортном кольце они въехали в пробку, в которой простояли ровно сорок пять минут. Из них тридцать минут они двигались мимо домов сорок шесть и сорок восемь. Выхлопное марево стелилось над угрюмой зимней столицей, проникало во все щели, ухало в голове молотом. Вдали пенсионерки перебегали улицу, пугливо отскакивая от никуда не двигавшихся машин. Дэн ослабил ворот.
"Y-YES! Y-YES! Y-YES! Мы сделаем это!.."

+ + +
Дядя Дэна Матвей Скотопасских трудился на Государство Российское. Иными словами, был чиновник.
Как выразился Коля Гоголь в своей неопубликованной повести "Драповое пальто" "Он был простой коллежский регистратор…"
Денег у этого п р о с т о г о регистратора были п р о с т о кучи! Однажды милый дядечка попал в пренеприятнейшую историю. Его сотоварищи вознамерились арестовать какие-то злые демоны из ФСБ. Ни в чем виноват он не был. С крупного банка вымогали взятку за прекращение одного налогового дельца, только и всего. Да этих дел закрывают по десять штук в день! А привязались именно к Матвею. Проклятые приверженцы избирательного правосудия! Просто он был лучше других, чище, изящней одевался, мозолил глаза. Вот к нему и придрались.
Матвей лишь посредничал и был в группе не один. Пока брали других коллежских регистраторов, смог побегать на свободе.
И отправить провинциальному племяннику, недавно приехавшему в Москву странный SMS с загадочного чуждого номера.
"Пушкино. Улица Ленина, 13. Съемная квартира 47, там никого нет. Под кроватью сумка с миллионом долларов. Забери. Дядя Мэтью".

+ + +
Накануне Дэн занял у своего коллеги Константина Виноградова одиннадцать тысяч долларов, пообещав отдать их до конца следующего рабочего дня. Как и было обговорено, он появился в офисе, но не для того, чтобы отдать бабки.
- Мне нужно еще одиннадцать тысяч! - с ледяным аристократическим спокойствием выговорил Дэн Скотопасских.
Константин Виноградов был нынче в чистом, по последней моде костюме - темно-синий, в полоску, слегка длинноватые брюки отутюжены и добродушными складками спадали на черные туфли. Розовая рубашка, полосатый французский галстук из бугристой ткани…
Вдумчивые глаза начальника отдела по продажам червячно-катальных устройств фирмы "Хаум Раум Баранаум" лучились спокойным вниманием. Глядя на него собеседник понимал: в жизни Константин Виноградов не делает необдуманных шагов. Рекламный слоган крупной страховой компании - "Все правильно сделал!" - незримо реял над его головой.
Работавший в той же фирме Дэн был начальником смежного отдела: катально-червячных устройств. Отдел Скотопасских насчитывал лишь одного сотрудника - его самого. Но ему уже было сообщено из отдела по персоналу: скоро предложат кандидатуры, подчиненные будут!
- Подвернулся хороший вариант. Хочу взять джип! - сообщил молодой человек и уверенно посмотрел Виноградову в глаза.
- Ты же говорил, подвеска...
Собираясь приобрести "рено", Дэн яростно охаивал все другие марки: то подвеска слаба, то дизайн угловат…
Любой нормальный человек, у которого заняли на сутки одиннадцать тысяч, на следующий день с нетерпением ждет возврата долларов. Если должник требует выдать новые одиннадцать тысяч, здравомыслящий кредитор испытывает тоску, отказывается. Начинает с тяжкими предчувствиями расспрашивать, почему нельзя отдать долг.
Костя вдруг пришел в невероятное возбуждение. Глаза его загорелись. Тело заходило ходуном, словно уже решив бежать куда-то, но еще не зная, в каком направлении. Словно не Скотопасских, а он сам покупал джип.
- Подвеска - ерунда… - привычным развязным тоном человека, хорошо разбирающегося в вопросе заговорил Дэн. Он чувствовал, что водопровод дал первую струю. - Это - особая модель "ленд ровера"…
- "Ленд ровер"?! Ты берешь "ленд ровер"?!.. Но погоди… Как?!.. Он же стоит гораздо больше!.. - какое-то сомнение, казалось, пробежало по Костиному лицу.
- Это только начальный взнос. Я беру в кредит под очень маленькие проценты. Один школьный приятель. Он давно в Москве…
- Ладно, не рассказывай. Это твои дела. Ну что ж, поздравляю: растешь! Растешь! - Виноградов похлопал Дэна по плечу.
- Сейчас беру у тебя деньги, потом беру джип, потом беру в банке кредит, вечером отдаю деньги тебе… Все нужно срочно, а то машина уйдет. Уж больно хороший вариант!
- Само собой! - произнес Костя.
Объяснение отдавало чистым обманом: ну что такое "сейчас деньги, потом джип, потом кредит в банке". Дураку понятно - если можно взять кредит, зачем перезанимать до вечера?
Но Константин не почувствовал обмана, его привычные ноздри ловили иной запах - запах "узаконенного идиотизма". Он относился к этому явлению с душой, любил его и, уж само собой, не имел ничего против.
Начальника отдела червячно-катальной продукции охватило еще большее лихорадочное возбуждение.
- Дэн! Это здорово! Мудрое решение! Так и надо!.. Но где же я возьму одиннадцать тысяч?.. Черт…
- Ты друг мне или нет?! Сейчас из-за тебя "ленд ровер" уведут! Прямо из под носа, - справедливо вознегодовал Скотопасских.
Лицо Константина осветилось серьезным светом.
- За кого меня держишь?!.. - проговорил он. В голосе играли бандитские нотки. Так актер классического репертуара десять лет не выходивший из театрального здания на улицу, станет изображать братка-уголовника. - Я не найду, если нужно, одиннадцать штук грин?.. Знаешь, какой у моего отдела бизнес?! Какой оборот?!.. Да мне… Да вот сейчас только… Да вот за пять минут до тебя притаранил клиент, привез наличными пятнадцать штукарей баксов! Пятнадцать косых предоплаты за товар!.. А ты!..
- Зачем предоплата? - встрял в разговор Кошелев. В джинсах с вещевого рынка и заляпанном свитере он не подходил к этому офису.
- Главная контора, козлы, без предоплаты отгрузку не хотят делать!.. - пояснил ему Костя. - Бизнес тормозят!.. Счастье, деньги еще в бухгалтерию не сдал… Все это - мое дело: хочу сдам, хочу - у себя подержу.
Скотопасских подобрел:
- Так бы и сказал сразу… Сам понимаешь, дело крутое - "ленд ровер"!..
- Еще бы! На твоем месте не так нервничал!.. "Ленд ровер" из под носа уходит!..
- Если дашь одиннадцать тысяч, не уйдет! Договоренность с автосалоном.
Виноградов достал из кармана маленький ключик. Открыл верхний ящик стола, - единственный, запиравшийся на замок. Такие, потеряв ключ, вскрывают маникюрными ножницами. Достал увесистый конверт, в нем - пачка долларов.
- Бери пятнадцать, чтобы не пересчитывать… - проговорил Виноградов.
- Думаешь, мне в автосалоне будет охота пересчитывать?.. Ведь придется изъять отсюда четыре тысячи…
- Нет, я пересчитывать не буду… - неожиданно заупрямился Константин.
- И я не буду! - не уступал ему Скотопасских
- Ни за что не стану пересчитывать!..
- А уж мне-то как неохота это делать!..
- Ну ведь все же ты у меня берешь в долг, а не я у тебя… - резонно заметил Константин.
- Ладно, - пошел на уступку Скотопасских. - Пятнадцать так пятнадцать… Что мне?.. Кину им лишних четыре куска - пусть подавятся. Пусть вычистят мне перед первой поездкой весь салон зубными щетками. Чтоб ни пылинки! Поговорить насчет тебя? Может тоже возьмешь "ленд ровер"… Они любят работать с крутыми парнями.
Костя задергался:
- Буду признателен!..
Дэн покидал офис… С завистью его спину наблюдал Виноградов. В голове роились заносчивые мысли:
"Все же умею я жить!.. Имею способность вовремя оказать услугу друзьям: я ему с деньгами помог, он завтра поможет с "ленд ровером"!
Константин уселся обратно за офисный стол. Денег не было теперь никаких: ни своих, ни чужих. Однако думать о "ленд ровере" было неизъяснимым блаженством.
Через пятнадцать минут, когда опьянение разговором улетучилось, дошло - срочная отгрузка товара, на которой настаивал клиент, без депозита невозможна…
"Ерунда! - подумал Костя. - Как-нибудь выкручусь! Главное, у Дэна теперь будет "ленд ровер" - покатаемся!.."

5. Ошеломление Люси Тупозаглотышевой

- Второй "рено" покупает за два дня! Офигеть можно!.. - проговорил
сотрудник автосалона. Это был маленький круглоголовый молодой человечек в черном костюме: пиджак на четырех пуговицах, ворот запахивается чуть ли не в десяти сантиметрах под кадыком. Рубашки не видно - какая она? - во весь ворот торчит широченный розовый галстук. И огромные уши - двумя лопухами по бокам стриженой головы.
- А ты уверен, что это он? Тот, вчерашний?.. - недоверчиво спросил второй - выше среднего роста, худощавый, с длинным, загибавшимся книзу носом и рачьими глазами.
- Еще бы!.. Я его хорошо запомнил! И костюм на нем тот же, что и вчера. Только сумок нет… Вчера он был весь обвешан сумками…
- Распродался уже… - пробормотал длинноносый по фамилии Чинарев.
Дэн Скотопасских и Виталий Кошелев стояли в десяти метрах от стола с компьютером, за которым беседовали продавцы. Покупатели осматривали новенький изящный "рено". Кошелев пребывал в совершенном восторге. Машина нравилась. Никогда бы не мог подумать, что скоро поучаствует в покупке эдакой штукенции.
Новенькие сиденья с обивкой из недорогой ткани - укрыты прозрачными целлофановыми мешками. Пухлый руль, приборная доска, торпеда - все источало невыветрившийся запах пластика.
- Класс!.. - потрясенно выговорил Виталий.
- А я тебе говорил!.. А ты не верил!.. Это - то, что нам нужно!..
До продавцов автосалона, оформлявших документы, доносилось "А я тебе говорил!.. А ты мне не верил!" И так минут пятнадцать. На шестнадцатой минуте лопоухий понял - ничего не получается. Компьютер отказывался выдавать требуемый документ.
- Черт бы их побрал! - разразился обладатель широкого галстука, удачно скрывавшего несвежую рубашку. - Покупают тут "рено" каждый день… А что я им, железный что ли?!.. Хоть бы через день ходили!..
"А я тебе говорил!.. А ты не верил!" - продолжало нестись от дальней стенки автосалона. Там стоял "рено", деньги за который были уже получены.
- Нет… Все! Полная труба! - пробормотал лопоухий. - Ничего не работает!.. Теперь они от нас до ночи не уедут. Проклятая автоматизированная система!.. Что же делать?!.. Стоп… Что это такое?.. Погоди, что это?
Чинарев, до этого смотревший на экран невнимательно, судорожно вильнул головой.
"Вы уверены, что вы хотите отформатировать жесткий диск? Да. Нет." - выскочило на экране.
Лопоухий попытался навести курсор на эту странную, ничем не спровоцированную надпись, но это ему не удалось - при приближении стрелочки надпись сама собой отпрыгнула в угол экрана. Лопоухий тупо взглянул на своего товарища.
- Что это? - вялым голосом спросил он.
- А я откуда знаю…
Лопоухий опять подвел курсор. Ужасная рамка отскочила в сторону… Широкий розовый галстук, казалось, сам собой полез у лопоухого из под пиджака.
Он щелкнул мышью. Просто так, ни на чем… Согласие "Да", которого он не нажимал, на мгновение выделилось и исчезло. Выскочило окошко форматирования диска.
- Что же это?!.. - лопоухий вытаращился на экран. - Спасите! Да помогите же кто-нибудь!..
В этом вопле звучала бездна отчаяния.
- Эй, вы долго там будете колдовать?!.. - зычным голосом выдал могильщик. - Нам ехать надо…
- Вирус! Вирус! - завопил лопоухий. От ужаса волосы на его ногах встали дыбом и зашевелились.
Снимая с себя ответственность, Чинарев поспешил из торгового зала. Зайдя во внутренних помещениях в комнатку бухгалтеров он проговорил сидевшей там в одиночестве худущей девице - у нее были рыжие крашеные волосы:
- Люда только что на компьютере жесткий диск отформатировал!.. Там вся база данных! Все-все!..

+ + +
"Смело товарищи в… О-па!
Духом окрепнем в борьбе!
В царство свободы дорогу,
Эх да блин оп па проложим себе!"
Революционная песня разносилась над прекрасной современной улицей.
Перевший ее лопоухий человечек размазывал по лицу слезы. Он был уволен.
Народу на тротуаре было мало, а потому певец не чувствовал внимания публики. Вдоль бордюра стояли припаркованные машины, - их было множество. Работали рестораны - шум голосов и звон посуды доносился из дверей. Посетителям рано было расходиться. Тротуары пустовали.
Два-три особняка, из тех, что славятся офисами солидных корпораций, - ничего не производят, зато близки к правительству, - стояли с темными окнами. Трудовой день и организация денежных потоков уже закончены. Люди давно разъехались.
У входа в особняк, украшенного колоннами и статуями античных героев, лопоухий остановился.
- Гнида долговязая!.. - проговорил он отчетливо. В голосе звучала ненависть и песня отчаяния.
Про царство свободы он более не горланил.
Тут же из тени, создаваемой гипсовым античным героем, выступил рослый человек. Не стесняясь преградил путь лопоухому. Тот отшатнулся и уставился на незнакомца.
- Это я-то?!.. - угрожающе, тщательно разделяя слова, выговорил человек из тени.
Лопоухому он показался очень старым - чуть ли не дедушкой, - однако одетым по молодежной моде. Это был плохо выглядевший работник пера Иван Харепробойцев.
- Нет!.. - поспешил уверить лопоухий человечек. - Чинарь! Паскуда!.. Это он в компьютер вирус занес. А меня уволили. Постой, а может это вовсе и не Чинарь вирус внес?.. Как же я сразу не догадался!.. Это же афера! Ясный корень, афера! Заговор, преступление!..
Работник пера как раз в эти дни искал тему для журналистского расследования. Ему хотелось соорудить что-нибудь из ряда вон, так, чтобы прогреметь на всю страну! Но темы до сих пор не было.
- Какое еще такое преступление?..
"Только бы этот пьяница мне все откровенно выложил!" - молил Господа Иван Харепробойцев. - "Боженька, пожалуйста! Ты же видишь: нуждаюсь в твоем заступничестве! Больше всего на свете требуется хорошенькая темочка для журналистского расследования".
- В последние дни в нашем автосалоне один и тот же человек постоянно покупает одну и ту же модель "рено". Купил уже две штуки. Сегодня так торопился, что уперся вообще без документов.
- Семен Дуборыльцев… - представился Иван Харепробойцев. На всякий случай он конспирировался. Во времена оные - не лишне.
- Люся Тупозаглотышева! - протянул руку лопоухий.
- Е-мое, а я думал ты мужик!
- Нет, я девушка!.. Но баб ненавижу! И потому одеваюсь во все мужское. Это новая мода среди нас, московских девушек…
Лопоухий тоже конспирировался. Делал он это изысканно. Харепробойцев поверил.
Любой нормальный человек, видя мужчину, представляющегося женщиной, думает, что это извращение. Иван подумал, что все в этом мире настолько съехало к катушек, что он, при всей журналистской проницательности, больше в состоянии отличить мужчину от женщины.
"Как же жить?! - ужасался Иван. - Как же заниматься сексом если женщины и мужчины неразличимы?! Один выход - не заниматься им вовсе!.."
Тоска охватила Харепробойцева. Чудовищные уши Люси Тупозаглотышевой торчали перед его лицом. "Если молодые женщины дошли до такого, то что же случится с мужчинами?" - с ужасом думал журналист. В голове его рождался план эпической статьи. Тема расследования была на время забыта. В будущей статье Харепробойцев обличал современность, предлагал насильно переодеть Люсю в женское платье и ратовал за простую жизнь.

+ + +
- Скотопропойцев! Скотопродавцев! Скотоубивцев!.. Скотосвинкин! - неистовствовал Люда.
Пока Иван клокотал журналистскими страстями Тупозаглотышев яростно мусолил прошедший день. Он отошел от Чинарева и сосредоточился на молодом покупателе. Его фамилию он склонял на все лады.
- Скотокабанчиков! Скотособакин! Скотоублюдков! Ското…
- Скотособакин… - с неожиданной задумчивостью произнес Харепробойцев. - Значит, его фамилия Скотособакин… А где он работает?
- Если бы знать… - вслед за новым знакомым Люда посерьезнел. - Скотособакин!.. Все из-за него…
Иван вздрогнул. Его дерганые мысли вновь повернулись.
- Молодец! Ты догадалась!.. - голос его был зловещ. Он не смотрел на Люду. - Все из за таких, как он!.. Каждый день "рено" покупают!.. Скотособакин… - журналист заговорил с ненавистью. - И такие, как ты, Люся, появились из-за них, Скотособакиных… Из-за них теперь мужчины и женщины неразличимы. А ты вынуждена ходить в мужском костюме и ненавидеть нас, мужчин…
- Да, это правильно… - подтвердил лопоухий Люда. - Скотособакин ко всему руку приложил.
- И уши тебе это они оттопырили!.. - Харепробойцев бросил на Тупозаглотышева короткий взгляд.
- Не исключено… Сегодня я могу в это поверить. Два "рено" за два дня. И одновременно - жуткий вирус в компьютере и мое увольнение. Все это - звенья одной цепи.
- А имя ей - Скотособакин! - с ненавистью проговорил журналист.
- Да!.. - с той же ненавистью, встрепенувшись, подтвердил Тупозаглотышев. - Все нити сходятся к одной Скотособаке!

6. Адам зла

Когда-то один человек по имени Адам дал жизнь всему человечеству. Это доказывает, что единица вовсе не ничтожна.
Мог ли один единственный Дэн Скотопасских дать жизнь всему современному Злу с большой буквы, Его Величеству Злу?..
Этого нельзя отрицать… Одиночка вовсе не так безобиден, как кажется. Любимому человечеству я бы посоветовал повнимательнее присматриваться к одиночкам. Их слабые ручонки поворачивают стрелки, проклиная которые летят под откос целые составы, ведомые могучими локомотивами. В столкновении глупого локомотива и хитрого одиночки выигрывает всегда последний. Жаль, что он не всегда прав.
- Скотский город! - приговаривал Дэн. - Я заставлю его подавиться собственными выхлопными газами. Я затолкаю ему в задницу шпили от его несравненных высоток!.. Проклятое место!.. И ведь никуда же от тебя не денешься. К тебе ведут все дороги. Тоже мне, третий Рим!.. На месте первого Рима я бы обиделся и подал в суд!.. Ничего, я заставлю тебя пожалеть о таком навязчивом гостеприимстве!.. Моя ненависть поглотит тебя точно навозная жижа. В один прекрасный день ты станешь неотличим от выгребной ямы. Будешь знать, как требовать к себе повышенного внимания!
Машина без номеров катила по московским улицам. Их давно бы задержало дэпеэс - у Дэна не было ничего, кроме паспорта. Но в этот день, привлеченная сырой зимней мглою и слабыми, ненадежными светофорами в Москву прибыла Ее Величество Пробка. Она расселась в центре, раскидав руки и ноги по всему городу. Там, до куда она дотянулась - а ей хватило роста до самых дальних окраин, человека с жезлом встретить было нельзя.
Давно подмечено: дорожная милиция, как и все автомобилисты, ненавидит пробки и скрывается от них, как от огня.
В этот день Скотопасских и Кошелев могли передвигаться по городу без прав, номеров и документов на "рено". Но скорость при этом не превышала заветной цифры три. Иногда она возрастала до пяти километров в час. Тогда изящное "рено" умудрялось перегонять пешеходов: старух, инвалидов и сидевших на лавках влюбленных. Бойкие студенты, торопившиеся в библиотеки, развивали шесть - шесть с половиной кэмэ и оставались для Скотопасских недосягаемыми соперниками. Мотор "рено", эквивалентный сотне породистых лошадок, оказывался бессилен перед парой спортивных тапочек, неутомимо шагающих по свободному тротуару.
Кошелев забавлялся с радио.
- Козлы! Как я всех ненавижу!.. - повторял то и дело Дэн, косвенно подтверждая правоту Харепробойцева, которого он не знал и Тупозаглотышева, которого видел мельком.
Стемнело. Пока они не добрались даже до кольцевой дороги. Изящное "рено" лишь приближалось к окраинам, но машин там было ничуть не меньше, чем в центре. Смрадное облако, испускаемое Ее Величеством Пробкой, висело над городом.
- Говорил тебе, надо было на электричке! Зря только одиннадцать тысяч потратили! Зря ты в автосалоне распсиховался - могли бы и подождать: все равно спешить некуда… До ночи из Москвы точно не выедем.
- Пустяк. Это лучше, чем толкаться в вагоне. Электрички сейчас переполнены… Пассажиров убивают еще на подходе к вокзалу. Тех, кому чудом удалось пробраться на платформу и проникнуть в вагон, вышвыривают из него на первом же перегоне. Остальных укладывают штабелями и везут на конечную станцию, откуда в течение недели тела забирают родственники… - Дэн бредил. Утомительные манипуляции с рычагом и педалями разъедали его психику.
Кошелев захрапел. Крупное тело могильщика склонилось вправо. Слюни, накопившиеся у него во рту, грозили пролиться через приоткрытую щелочку на плечо друга. Дэн толкнул его.
Выпрямившись, Виталий продолжал спать.
Наконец они перебрались через кольцевую дорогу. В какой-то момент уличная толпа автомобилей разом двинулась вперед и минут через пятнадцать от пробки не осталось и следа. Но ночь уже настала… Кошелев по-прежнему дрых.
По радио стали передавать танцевальную музыку без слов. Уставший и окончательно осатаневший Скотопасских гнал машину все дальше от города. Куда ехать он не знал. В какой-то момент закралось сомнение: по той ли трассе двинулись?!.. Уже хотел разбудить храпевшего Кошелева, но тут взгляд выхватил указатель с расстояниями. Пушкино - среди перечисленных пунктов.
Танцевальная музыка становилась все монотонней и унылей. Дэну хотелось ее выключить, но он опасался заснуть. Раз проскочили мимо стоявшего на обочине человека с жезлом. Но "рено" без номеров мчалось с такой скоростью - тот не успел ничего сообразить.
"Гоняють!.." - подумал он, плюнул на асфальт и пошел досиживать дежурство в свой стеклянный домик…
Вот и улица Ленина. Скотопасских немного ослабил давление на газ. Но напряжение в его голове не ослабевало. Напротив - увеличилось.

+ + +
В главной конторе "Хаум Раум Баранаум" вечером царствовало оживленное беспокойство. Сотрудники - возбуждены. Все обсуждали неприятность, приключившуюся в московском офисе компании.
За час до окончания рабочего дня клиент Константина Виноградова - фирма "Прыг Ко Ко" - принялся нервничать. Требовалось купить у "Хаум Раум Баранаум" запасные детальки для крупного клиента. Пятнадцатитысячная предоплата внесена. Но от Кости приходило ноль сообщений о произведенной отгрузке.
Менеджер "Прыг Ко Ко", - его звали Андреем, - понукаемый хозяином Прыгуновым Константином Константиновичем набрал Виноградова, все еще пребывавшего в счастливых мыслях об удачной операции с "ленд ровером". Звонок из "Прыг Ко Ко" вызвал раздражение.
- Отгрузка уже произведена?
Костя молчал, надеясь, что упорство собеседника иссякнет и он прекратит домогаться.
- Константин, вы отгрузили товар?
Виноградов по-прежнему ничего не говорил.
Потом ему пришлось ответить "не знаю". Сделано это было только потому, что прыгкоковский Андрей оказался слишком настойчивым.
- Как "не знаю"?! Они что там, офигели?! - этот вопль пятью минутами позже раздался в кабинете Прыгунова. - Долби, пока не ответят!
- Мы ничего не понимаем!.. - промямлил Андрей в трубку. - Мы же разместили депозит, а отгрузки как не было, так и нет… Ничего не понимаем…
Виноград запаниковал. Настойчивость прыгкоковцев не предвещала хорошего. В отчаянии Костя прицепился к фразе:
- Я же не виноват, что вы ничего не понимаете!..
Еще некоторое время он героически морочил собеседнику голову. При этом были произнесены следующие фразы: "Что тут говорить. Давайте дождемся разговора, тогда и будем говорить…", "Я вам не могу ответить, потому что для ответа еще нет ответа". Это не считая стандартных Костиных отговорок "Сейчас вообще все очень сложно…", "В завершении рабочего дня мы такими делами не занимаемся", коих было произнесено достаточно.
Неожиданно прыгкоковец замолчал. Он не вешал трубку, но и не произносил ни слова. Костя подул в микрофон. Сомнений быть не могло: связь - в полном порядке!
Виноград с облегчением перевел дух. "Кажись, одолел придурка!" Радуясь победе, не произносил ни слова. Молчал прыгкоковец, молчал Виноград. Тишина становилась тревожной. Молчал Виноград, молчал прыгкоковец. "Что же это? Чего он молчит?!" - в голове Кости разрасталась паника.
Наконец, молчать стало совсем трудно.
- Андрей… - негромко произнес Виноград.
В ответ - полная тишина.
- Андрей… - чуть громче повторил Виноградов.
Опять ни слова… "Да слышит ли он меня на самом деле?!" - усомнился кредитор Скотопасских.
- Эй, вы слышите?..
Виноград уже готов был с облегчением положить трубку на рычаг, но сотрудник "Прыг Ко Ко" откликнулся:
- Слышу!.. Конечно я вас хорошо слышу…
И опять - тишина.
Это становилось невыносимо. Виноградов разнервничался.
- Неужели нельзя было заказать эти детали заранее?!.. - воскликнул он. - Замучили претензиями! Невозможно работать! Все в последний момент!..
На этой фразе Константин, наконец, повернул голову и заметил: позади него, за спинкой стула стоит сам Хоппер фон Поппер Первый - управляющий московским представительством фирмы "Хаум Раум Баранаум".

+ + +
Взгляд Хоппера фон Поппера Первого не предвещал Винограду хорошего…
- Пройдемте кабинет… - сердито произнес начальник.
Фон Поппер не прислал секретаря, а пришел сам, - плохое знамение! Почище затмения солнца!
Константин посерел. Молчание сотрудника "Прыг Ко Ко" отошло, - то ли на второй, то ли на третий план…
Кабинет начальства… За столом - Хоппер фон Второй - заместитель Первого. Любитель кадровых вопросов.
- Меня обокрали… Обвели вокруг пальца… Выманили все деньги… - признался Константин под строгим взглядом.
- Кто обвели пальца?.. - произнес Хоппер фон Второй.
- Скотопасских пальца обвели. Обвели пальца пятнадцать тысяч, - забормотал Виноградов, с перепугу подстраиваясь под обороты начальства. - Сначала обвели пальца одиннадцать тысяч, потом обвели пальца пятнадцать тысяч… Долларов!
Хоппер фон Первый сел за стол, выдвинул ящик, достал оттуда калькулятор, протянул фон Второму. Тот застучал по клавишам.
- Итого обвели пальца двадцать шесть тысяч! - подвел итог вычислениям. - Махинация особо крупный размер…
- Идиот особо крупный размер… - добавил Первый.
Оба фон Поппера уставились на Винограда.
- Их было двое… - Костя потупился. - Я давно уговаривал "Прыг Ко Ко" приобрести у нас запчастей на пятнадцать тысяч… - спокойно, ни на что не надеясь, принялся врать Константин. - Надо создать небольшой склад запчастей для гарантийного ремонта проданного. Но "Прыг Ко Ко" медлило. Я решил заказать запчасти за свой счет. Тут позвонило "Прыг Ко Ко" - посыпались китайские "баранаумы". Для ускорения поставки хотели разместить в нашем офисе депозит в пятнадцать тысяч. Тогда Главная контора готова отгрузить детали не дожидаясь банковского перевода. На руках у меня оказалось двадцать шесть тысяч - пятнадцать прыгкоковских и одиннадцать своих. В офисе появился Скотопасских с каким-то незнакомым мне человеком. Дэн сказал: это - широко известный в подпольных кругах колдун.
- Какое имя?.. - спросил Хоппер фон Поппер Первый. - У этого… Э-э… Мага…
- Маг Дух Бурий… - не задумываясь сочинил Константин.
- Буридух!.. - сказал Хоппер Второй.
- Буридух, признался Скотопасских, уже передал ему часть своего мастерства. Дэн устроился на работу в представительство неслучайно…
- Случайно-не… - проговорил Хоппер фон Поппер Второй. - Надо срочно сообщить главный офис!..
Он встал со своего глубокого кресла и заходил вдоль окон. За ними - ночная чернота.
- Буридух составил за него резюме и отправил в отдел кадров. У Скотопасских были более выгодные предложения, но Буридух приказал устроиться на "Баранаум"… - Виноград сделал многозначительную паузу. - Со мной Скотопасских начал странный разговор: им с Буридухом необходима автомашина. Затем спросил, как ситуация с "Прыг Ко Ко". Я собирался отнести депозит в бухгалтерию. Они вдвоем - Скотопасских и Буридух начали произносить странные заклинания. Точно не помню текст. Примерно… "Джип - деньги - кредит - банк - беру - отдаю - сегодня - завтра - холла - молла - балла - колла - Баранаум - обкрадаум - комплито - идиото - беру - отдаю…" Я опешил… На столе была чашка остывшего чая. Я взял и сделал глоток. Возможно…
- Они всыпали что-то в чай! - воскликнул фон Первый.
- Не видел этого, - с чистым сердцем признался Виноградов. - Полагаю, все дело в заклинаниях. "Поппераум… Попераум… Фирма-фирма обкрадаум" - говорили они. И полный обкрадаум!.. Пока я отвлекся на чай, Скотопасских вытащил из стола свертки с деньгами…
- Обкрадаум… - задумчиво проговорил Хоппер фон Поппер Второй.
- Уходя, Скотопасских сказал: "Хочу активизировать мировое зло! С помощью Буридуха стану его вождем. Как Адам был прародителем человечества, так я стану прародителем нового мирового зла. Передвигаться буду на "ленд ровере"!..
Подробность произвела на обоих Хопперов фон Попперов особенно тягостное впечатление. С минуту они молчали.
- "Первой жертвой нового мирового зла станет "Хаум Раум Баранаум"!" - так утверждал Скотопасских, - добавил Виноградов.
- Мы свяжемся с главной конторой, а вы приготовьте все, что рассказали в письменном виде. Я отправлю в Европу… - проговорил фон Поппер Первый.

7. Сорок седьмая квартира

Они вышли из "рено". К ночи еще сильнее потеплело. Лил не прекращавшийся теплый зимний дождичек.
Дом номер тринадцать был кирпичной пятиэтажкой. В большей части квартир свет не горел. Сквозь окна подъезда виднелась неярко освещенная лестница.
Зевнув, Виталий Кошелев, еще не знавший, что отныне он Дух Бурий или Буридух, проговорил:
- Погода совсем не зимняя. Настолько не зимняя, что это наводит на подозрения.
Дэн вглядывался в номер дома, висевший над соседним, первым подъездом. Все верно: они приехали точно по адресу, указанному в дядином сообщении.
- Подозрения о чем?..
- Ты что, разве не слышал?.. - продолжал тем временем беззаботно болтать Кошелев. - Американцы нарочно что-то делают с погодой. Ты спросишь, зачем… Я тебе отвечу. Это диверсия. Год от года по всей России будет становиться теплей и теплей, пока, наконец, не наступит настоящая тропическая жара. Этот дом, к примеру, будет утопать в джунглях. Красная площадь зарастет пальмами, кругом будут валяться кокосовые орехи… Ты спросишь, какая от этого польза американцам?.. Они забросят к нам обезьян из своих зоопарков. Пока это невозможно. Из-за сурового российского климата обезьяны дохнут.
Они двинулись к подъезду. Джунглей по сторонам пока не было видно, но у самой двери валялись осколки нескольких пивных бутылок. Не считая окурков, шелухи от семечек… Мартышки, не боясь холодов, уже прибыли.
- Как только вырастут пальмы, тотчас появятся и обезьяны… - не прекращал своих разглагольствований Виталий. - Это так же верно, как и то, что не зная кода, мы сюда не попадем!..
На панели домофона светилась яркая красная точка. Скотопасских принялся набирать номера квартир. Но тщетно - никто ему не отвечал.
- Обезьяны по замыслу американцев, приведут жизнь России в полный беспорядок. Дни и ночи они будут скакать и гримасничать. Наш отзывчивый народ начнет им подражать, лупить среди пальм в барабаны, орать песни, веселиться... От этого рухнет промышленность…
- Нам надо попасть в подъезд!..
Вдруг оба явственно услышали голос, который проговорил:
- Попасть внутрь стоит десять рублей…
Молодые люди переглянулись…
- Просуньте червонец в щель внизу… Тогда я открою.
Теперь стало ясно, что говорящий находится по другую сторону двери. Дэн сделал Кошелеву знак и могильщик послушно достал из кармана тоненькую пачку денег, вытащил из нее самую мелкую купюру - пятидесятирублевку. Наклонившись, подсунул под дверь.
Секунд десять продолжалась пауза. Человек с другой стороны нагибался за деньгами. Дверь не открылась…
- У меня нет сдачи… - донеслось с другой стороны.
- Черт со сдачей! Открывай! - Скотопасских забарабанил кулаком.
Дверь тут же отворилась… Перед ними стоял маленького роста тщедушный мужичок в старомодной шапке-ушанке из собачьего меха, купленной еще до двадцать шестого съезда КПСС.
- Иногда по три вечера кряду стоишь - никакого дохода. А то за ночь три-четыре раза открываешь… На сегодня хватит. План выполнен! - проговорил мужичок. - Можно отдыхать. С пивом!..
Выйдя из подъезда, он пропустил в него молодых людей. Скотопасских, а за ним - Кошелев - стремительно взбежали по лестнице. Сорок седьмая квартира располагалась на четвертом этаже. На лестничную площадку выходило четыре двери. Ниоткуда не доносилось ни звука. В подъезде было на удивление тихо. Предстояло самое трудное… Ключей от замка у приятелей не было.
- Что же делать?.. - упавшим голосом сказал Кошелев.
Дверь была железной, крашеной черной краской. Хотя и знали - деревянных дверей в этом мире не осталось, до последнего момента надеялись: в съемной квартире хозяева поскупились на металлическую. Теперь надежды умерли…

Другие публикации

На правах рекламы



Оставить комментарий

avatar