Блестит Казбеком лес обледенелый;
метет метель – а нам и невдомек,
что дышит Время в окнах омертвелых
и Новый год, как новый человек.

В его зодиакальных очертаньях
и холод и жестокий летний жар:
январь – морозный рот, февраль – дыханье,
а уши – это любопытный март.

Он хочет знать, что было и что будет
(ах, как ручьями хлещет через край!).
Апрель – подросток чувств! – конечно, грудь. Но
всё, что ниже – разудалый май.

Поверьте, есть и гибкий позвоночник
и даже руки у календаря…
Но мне приснился новогодней ночью
взгляд молчуна седого - декабря.