16+ Художник.
27.08.2014 365 5.0 0



Из цикла "Заметки о Китае".

К вечеру жара спадает.

Жители ближайших домов словно ручейки, бегущие вниз, стекаются по тротуарам на городскую набережную, где в это время особенно прохладно, чтобы потанцевать здесь под музыку – для этой цели многие приносят с собой магнитофоны – позаниматься зарядкой или просто погулять. Небо без единой звёздочки. В чернеющей дали оно сливается с морем, в котором  мелко сверкают огни плавучих рыбацких домиков, всегда на одном и том же месте, да моргает синим глазом маяк на далёком острове. Сияет полная Луна, освещая жёлтую, дрожащую на воде дорожку, танцует фонтан, руководимый негромкой музыкой, горят высокие фонари, соревнуясь с надменной небесной красавицей, в воздухе пахнет рыбой. Атмосфера пронизана ожиданием ночи и ощущением долгожданного покоя.

Иногда сюда приходит пожилой китаец, привлекающий внимание не столько своим белым шёлковым костюмом в национальном стиле, что уже необычно на фоне разношёрстной публики, сколько гигантской белой кистью, почти с него ростом, которую он держит в одной руке, и круглым жёлтым пульверизатором в другой. Мужчина останавливается под фонарём, недалеко от фонтана, куда не долетают брызги, прислоняет кисть к столбу, кладёт на землю пульверизатор, делает для разминки несколько плавных движений из тайци-цюаня и, приняв сосредоточенный вид, приступает к удивительному, на мой взгляд,  занятию.

Прыснув из пульверизатора водой на волосяной пучок своего орудия, он берёт кисть в правую руку впереди себя, левую убирает за спину и начинает писать иероглифы. Сверху вниз, по одному в каждом квадрате набережной, в той её части, на которую падает свет от фонаря. Вокруг него быстро собирается толпа. Люди стоят, с удивлением наблюдая за тем, как проворно он двигает  кистью, и беззвучно шевелят губами, пытаясь прочесть написанное. Кисть то скользит, едва касаясь поверхности гранита, то застывает, распластавшись на нём веером,  то вдруг отрывается от него с такой стремительной резкостью, что ты на секунду теряешь её из виду и облегчённо вздыхаешь, когда она с не меньшей виртуозностью опускается вниз, в то самое место, откуда только что взлетела. Следя за быстрым появлением размытых водяных знаков на граните, с нетерпением ждёшь, когда они оживут, ненадолго заблестев своими округлыми контурами, и тут же высохнут, не оставив после себя и следа. К тому моменту, как искусный мастер начинает третий столбец, первый почти полностью исчезает.

Странная, завораживающая картина! Чёрное небо, жёлтая Луна, оранжевый свет фонаря, художник в белой одежде и с белой кистью в руках, и эти мокрые иероглифы, на несколько минут проступающие сквозь серость гранита и тут же пропадающие в нём, сжимаемые со всех сторон сухостью камня. Только что он был полон экспрессией их сложных линий, и можно было прочитать «Будьте внимательны к своим мыслям - они начало поступков», только что кто-то тихо произнёс «Лао-Цзы!», как снова пустота и снова каменная серость, словно и не было ничего! И опять быстрый щелчок пульверизатора, небольшой взмах кисти, изящное прикосновение её тонкого конца к граниту, и новый иероглиф уже влажно темнеет у нас под ногами.

Каждый раз, когда мне доводится видеть художника, я думаю не о бренности нашего мира, о чём, казалось бы, должны напоминать уходящие в никуда иероглифы, а о том, как хорош этот долгий прохладный вечер на берегу тёплого Жёлтого моря! И этот маэстро, превращающий процесс письма в захватывающее зрелище, и его артистичная кисть, бережно несущая воду к равнодушному камню, и каждый новый иероглиф, рождающий вздох удивления у зрителей.

3. август. 2012г.




Свидетельство о публикации № СП-19198 от 27.08.2014.

Теги:Рассказы., Николай Гантимуров

Читайте также:
Комментарии
avatar