Птица у твоего окна. Глава 14

Птица у твоего окна. Глава 14

Птица у твоего окна

Глава 14. Сергей. «Мне отмщение, и аз воздам»

Через неделю после происшедших событий трое «гостей» сели в его машину.
Был тихий и беззвучный вечер. Он уже устал и собирался в парк, но когда они бесцеремонно щелкая дверцами, расселись по сидениям, он, не глядя в их лица, привычно хлопнув по рулю, спросил, куда их нужно везти.
- За город, – небрежно бросил один из «гостей».
Когда они выехали к желтеющим в вечерней полумгле новостройкам, один из них сказал:
- Ты ведь хотел заработать?
- Вы от Катрин?
- Так нам верно передали? – уклончиво спросил тот же голос. – Ну что же, сейчас опробуем тебя на деле. Давай, жми к бару «Звезда».
Показались золотые окна бара. «Гости» попросили подождать за углом. Машина должна быть «на газу». Предупредили – ты уже наш, в деле, подведешь – пожалеешь!
Он сделал все, что просили. Ждал недолго, и когда они выскочили, сели в машину, он погнал, мчался предельно быстро, петляя по улицам. В конце концов, они вырвались за город и через двадцать минут въехали в дачный поселок.
Здесь у крайнего домика «гости» рассчитались с ним, бросив ему на сидение столько, сколько он мог заработать за полгода. Уходя, приказали держать язык за зубами, предупредив, чтобы их не искал – сами найдут, если будет нужен.
Ровно через десять дней проделали то же, но в другом месте.
Затем Сергею пришлось поучаствовать в ограблении кассира.
Один из членов банды долгое время работал в одной из строительных организаций, знал все входы и выходы, узнал примерную сумму денег, выплачиваемую в десятых числах ежемесячно.
Ровно в одиннадцать часов кассир и бухгалтер с двумя сумками и чемоданчиком – «дипломат» вошли в подъезд.
Навстречу спускались молодые спортивные парни приятной наружности. Мощный удар одного из «спортсменов» свалил бухгалтера на ступеньки. Лицо его залилось кровью. Сумка и «дипломат» перекочевали из одних рук в другие. Ошеломленная происходящим, пожилая кассирша закричала страшным голосом. Новый удар приковал ее к стене. От боли она потеряла сознание. Пальцы женщины намертво сомкнулись на ручке сумки, и вырвать ее не удалось.
Сверху по лестнице уже спешила помощь. Медлить более нельзя было, и, нырнув в цветную радугу выхода, грабители сшибли по дороге милиционера и скрылись на автомобиле.
Сергей высадил их у ближайшей станции метро. Вечером собрались в условленном месте, и Сергей получил свою долю.
Так постепенно он начал считаться «своим» в их кругу. Им нужны были такие ловкие и проворные парни, не трусливого десятка, падкие на деньги и готовые ради них на все. А Сергей изо всех сил, используя свои актерские способности, старался заслужить именно такую репутацию. Кроме того, он был неболтлив и в опасных ситуациях надежен.
Как-то они собирали дань с кооперативов, и кто-то вызвал милицию. «Рафик» служителей порядка засек их и устроил погоню. Хорошее знание Сергеем города, его ловкость, как водителя помогли оторваться от преследования во время кружения по боковым улочкам. Хорошо, что они предусматривали замену номера машины или заляпывали его грязью, иначе дождался бы Сергей гостей к себе в таксопарк.
Так началась для Сергея новая опасная и рискованная жизнь, где он занимал выжидательную позицию мстителя, внедряясь все больше в преступный мир. Но о Янисе он так ничего и не смог узнать. Узнал лишь о существовании двух криминальных группировок, одна из которых занималась рэкетом, другая – грабежами. Слышал еще и о существовании киллерской группы, но о торговцах наркотиками ничего не было известно. И все же тщательная спланированность проводимых операций говорила о существовании единого координационного центра. Видимо где-то далеко существовали могущественный шеф и его подручные, державшие в руках все нити. Они руководили группами, сбывали товар, снабжали людей оружием и фальшивыми документами. Но даже водка не могла развязать языки новых знакомых Сергея. Возможно, они вообще мало что знали.
Как-то Сергею довелось услышать о некоем таинственном Бородаче, занимавшемся рэкетом и заказными убийствами. Знала о Бородаче и Катрин, валютная проститутка, с которой Сергей познакомился при столь необычных обстоятельствах. По словам Кати, Бородач был связан с теми, кто наверху. Несколько раз он брал Катю с собою на вечеринки, где она должна была развлекать иностранцев, также имеющих связи с могущественным шефом, завязанных на наркотиках, вывозах ценностей за границу, а также русских девушек в бордели различных государств. В основном, это были люди из Румынии, Болгарии, Венгрии, Польши и даже Турции. На этих совместных банкетах бывал и тот, кто был с Катей на фото, и кого Сергей называл Янисом.
Но конкретно о нем Катя знала крайне мало и дел с ним не имела.
Итак, Бородач. Встретиться с ним было не очень сложно. Труднее заслужить доверие. Здесь нужно было приложить немало старания.
Сергей ни с кем, кроме Майи, не делился своими планами. Ей он доверял. Но сама Майя понимала его не до конца. Ей казалось опасными и ненужными все его дела и планы мести.
***
Как-то Сергей предложил Майе на несколько дней съездить к морю.
Выправив себе недельный отпуск на работе, он в гулком поезде умчался в синюю даль. Деньги у него были, и он щедро тратил их на девушку.
Они бродили по крымским горам и ущельям, купались в холодных ручьях, нежились на пляжах, ныряли в лазурных водах пенистого могучего моря.
Когда им надоели общественные пляжи, они уединились в лесу в палатке у горных скал.
Майя фотографировала Сергея, но тот был хмур, улыбался деланно, натужно. На душе у него был камень. Майя понимала, что все это – следствие происходящих в его жизни событий и вновь отговаривала его мстить.
Но он вдруг превращался в хмурого и злобного человека и говорил правильные и высокие слова:
- Пойми, это не только личная месть, не только месть за Мальвину. Это акт справедливого возмездия за все их грязные дела. Они ведь губят сотни людей.
- Ну и пусть. Тебе - то, какое дело до всего этого? Это дело милиции! А тебе, зачем совать голову в петлю? Мало тебе Афганистана!
- Понимаешь, пока они живут и ходят по земле, нет мне покоя на этом свете. Я бы всех их словил и с наслаждением расстрелял, как это делали в Афгане.
- Но, Сережа, это ведь жестоко!
- А они по отношению к другим разве не поступают жестоко?
- Да нет, ты меня не понял. Не для них жестоко. Они бы понесли заслуженную кару. Для тебя самого это слишком жестоко! Ты бы убил в себе что-то… гуманное, человеческое…
- Красивые слова.
- Но зачем ты так? – взволнованно сказала Майя. – Разве ты никогда не мучился от того, что убиваешь?
- Ха, еще как мучился. А сейчас все равно! Привык!
- Ну, все - таки расстреливать страшно…
- Поначалу страшно. Ножом убивать страшно, душить страшно. А когда у тебя в руках автомат Калашникова вырабатывается новая психология: убиваешь не ты. Убивает оружие, а ты просто нажимаешь на спусковой крючок.
- А кровь?
- До сих пор не могу переносить кровь, хотя уже немного привык…. Та ведь как было. Не убьешь ты, убьют тебя. Попался к нам как-то важный душман, заместитель какого-то их начальника. Ну, допросили его. А потом мне говорят, давай, Серега, в расход его, очередь твоя. Это приказ. А я тогда молодой был, «череп» назывался… Мне его жалко было. Глянул на него, а он ведь старик, седой весь и дырка у него в ноге – ранен, ходить не может. Долго я не решался… Подходит ко мне майор и говорит: «Слушай, если ты сейчас его не…, то завтра он тебя.… Понял? Завтра придут освобождать его и убьют тебя, и много наших». И я нажал на гашетку…. Потом мучился. Вот так впервые…
- Боже, какой ужас! Слушай, Серега, а вообще вам этих афганцев жалко было? По телику все твердили о гуманитарной и военной помощи…
- Ха, видел я это по телевизору. Какие мы благородные, какая у нас доблестная армия – освободительница. Интернациональный долг! Бедным дехканам помогаем обрабатывать землю, мешки с мукой раздаем. Не скрою, было, но не всегда, да и не это главное. Я помню, что и сам поначалу во все это верил. По своей наивности и неопытности дарил галеты и сгущенку, консервы… Но однажды нас обстреляли. Погиб мой лучший друг. Тогда я призадумался – ведь и меня могли убить, так же, как и его. И мать моя могла получить мой холодный труп в цинковом гробу. А когда я узнал, что мать пережинала инфаркт – у меня к ним отношение изменилось. Я стал бороться за свою жизнь. Стал думать о том, что зачем все это? Чем мы им помогли? Они там друг друга режут и убивают, а нам то до этого какое дело?
- Сережа, я тебя понимаю. Но боюсь, что ты уже испытываешь наслаждение, когда направляешь оружие на человека и видишь, что держишь в руках его судьбу.
- Это неправда. Я бы не смог этого. И, наверное, это во мне сказывается наше советское гуманное воспитание, которое, во многом, правильное. Но по отношению ко всяким мерзавцам и скотам – да!
- А отличаешь ли ты хорошее от плохого, заблудшего, от продавшегося дьяволу?
- Майя, хороший вопрос…. Я считаю, что, да, ибо перевидал их много. И еще… Я видел, как ребята, чтобы уйти от этого мрака действительности пристрастились к этим чертовым наркотикам, стали их рабами. Так вот, я найду это логово, чего бы мне это не стоило и уничтожу его, даже ценою своей жизни.
- Сплюнь и прикуси язык, безумец! Такие речи говоришь! Я вижу, тебя не переубедить. Ты просто болен этим!
- Называй это как хочешь, - Сергей взял палку и поворошил ветки костра, на котором варилась в котелке уха. Ветер усилился, раздувая рубиновые угли.
- Не забудь перец, лавровый лист и соль, сказал Сергей, заглядывая в котелок.
- Ох, знаю, - вздохнула Майя и поднялась. Она казалась тяжелой, бронзовой от загара. Шорты обнажали ее стройные, длинные ноги.
- Слушай, комары кусаются, - она хлопала себя по ногам.
Покончив с пахучей и жирной ухой, они решили искупаться в озере. Зной усиливался. Сочная, густая тропическая зелень дышала жаром.
Ручей, звонко петляя меж базальтовых скал, серебрился на солнце, пеной бушевал по камням. Озерко было холодным, солнце бросало золотые отблески в голубую воду.
Когда они искупались в острой освежающей воде, Майя, вытираясь полотенцем, спросила:
- А что ты думаешь делать дальше?
Сергей не отворачиваясь, стоя спиной к ней ответил, глядя куда-то в скалы:
- Постараюсь выйти на Бородача… А то чувствую, что топчусь на месте. Надоело помогать грабителям.
- Да нет, я говорю о дальнем будущем. Ну, когда вся эта кутерьма закончится.
- Об этом не думаю. В общем-то, постараюсь избежать тюрьмы…. Да и жить здесь мне совсем не хочется. Поднакоплю деньжат и уеду…. Ведь будь я поумней – ушел бы к духам и давно преспокойно жил бы на Западе. Там простому дворнику живется лучше, чем у нас инженеру.
Майя промолчала. Сергей ничего не сказал о ней. Она не входит в его планы. Неужели все это временно?!
Ночью эти беспокойные мысли вернулись. Майя лежала на спине, слыша рядом его посапывание. В густой темноте слышны были крики ночных птиц.
«Дурак, сломит себе голову», - думала она. – «А жаль. Только сейчас мне становится понятно, что не смогу жить без него, так как просто… люблю его. Да, да, люблю его такого, каков он есть. Злой, безумный… Рыцарь, борец со Злом! Дон Кихот! Или лучше – Ланселот! Ричард Львиное Сердце. А судьба у них видимо одна. Поэтому это и моя судьба, и я разделю ее с ним!»
Майя тихо вышла из палатки.
Горел восход. Миллиарды алмазных звезд тускнели и таяли.
Ее сердце охватила необъяснимая тревожная грусть.

***
Бородачу Сергей понравился. С ним он вел себя ласково, но начальственно. Предложил работать с ним постоянно, платить будут «зелеными». Сергей для вида размышлял неделю. Он уже все взвесил. Добраться до нежной шейки Яниса, а потом уйти. Опасения, что его убьют или поймают и подвергнут суду, его не пугали. Он сознательно шел на риск, зная, что бороться с ними можно лишь изнутри. И все это постепенно, не сразу. Нужен был уход в глубину, а скольжение по поверхности ни к чему не приведет. Он может выдать ментам или еще как-то обезвредить лишь маленькую ячейку, что после приведет к регенерации. Это все равно, что у ящерицы оттяпать хвост – он вновь отрастет.
Сергей быстро понял, что Бородач лишь мелкий босс, пешка в этой игре, а наверху другие люди, дергающие за веревочки. Они не любят слишком «крутых», ценят простоту и послушание. Тем, кто зарывается, пробует соскочить или провернуть свое дельце посылают предупреждение, а то и вовсе могут «убрать» неугодного.
- Поэтому, если не хочешь, чтобы твой труп нашли в реке в мешке – будь проще, - советовал Бородач.
Как-то Сергей спросил Бородача, не опасается ли он уголовного кодекса, тот улыбнулся его наивности и ответил:
- Запомни, дружок. На нашей работе не сажают. Убивают – это да, «отпускают» - тоже верно, а сажать – никогда. Это исключено. Садят молокососов, которых подставили «старики», садят тех, кто «зарывается», садятся круглые идиоты, бедолаги какие-нибудь… Кстати, не вздумай без разрешения «свалить». Этого мы тоже не любим. Ты наш или ничей! Убрать мы можем всегда, руки у нас длинные. Есть у нас способы различные: от обычной драки в кабаке, до ножа в спину в темном переулке. А то еще бывает, люди внезапно попадают под машину, либо вообще бесследно исчезают. Заруби себе это на носу.
Бородач стал не только шефом-боссом для Сергея, но и своеобразным наставником. Он обучал его маленьким хитростям игры с людьми, умению перевоплощаться, быть осмотрительным и острожным в делах, умению быстро уйти от погони или слежки, владеть оружием.
- Это тебе всегда может пригодиться, - говорил он, закладывая обойму в вороненый пистолет. – Но еще главнее то, что у тебя на плечах – твоя голова. Всех этих Фантомасов, Зорро и Бондов не спасло бы лишь умение драться и стрелять. А они еще и головой думали! И пистолет не всегда может оказаться рядом, да и кулаки не всегда могут помочь…
И он, стоя в глубине необозримого и пахучего соснового леса, выделяясь грузноватой фигурой на фоне блестящего БМВ, ловко стрелял в сосну на противоположном конце поляны.
«Ишь, философ выискался. И пострелял я гораздо больше тебя», - думал Сергей.
Но вслух ничего не сказал.
Когда они, петляя по узкой грунтовой дороге, выруливали из леса, Сергей спросил:
- А вам приходилось убирать?
- Всякое бывает, - неопределенно ответил Бородач, увлеченно крутя рулевое колесо. – Вообще-то мордобой, убийства – дело недоносков. Такие дела нельзя делать своими руками, для этого есть охрана.
- И как вы набираете охрану?
- В семи случаях из десяти это малолетки. Их набирают в разных секциях, клубах, на тусовках, дискотеках. Ценим культуристов – каратистов, просто - лихих и хулиганистых парней, бывших армейцев. Чаще всего это люди низкого пошиба, невысокого интеллекта, с куриными мозгами, у которых чешутся кулаки. Иногда - просто отчаявшиеся люди. Ты ведь с подобными общался, наверное, надоело?
- Конечно. Хочется какого-то настоящего дела, серьезного….
- Будет. Не все сразу…Так вот. Мы их вербуем. Ты сам искал нас через подружку, мы испытали тебя, проверили твои качества. Тебе можно поручать кое-что посерьезнее.
А других рядовых берем так. Подходит кент на «пятачке» просит закурить, предлагает заработать. Вот и все. Отказываются далеко не все. Проверяем, если подходит – допускаем на более высокий уровень, даем работку посложнее. Если нет – можем отпустить. Убираем лишь в крайнем случае, в зависимости от того, что он выполнял.
Бородач внимательно объезжал темные лужи, временами давил кусты.
Сергей подумал немного и спросил:
- А может ли уйти человек, заработавший для себя, но знающий ваши секреты?
- «Спрыгнуть» у нас нелегко. Надо откупиться. Сумма большая. Или еще одно важное дело сделать и отпускаем. Но тем, кто глубоко влез в наши дела, а потом решил тихонько смотать удочки – одна дорога.
И Бородач многозначительно свистнул.
Сергею стало жутко. Бородач наконец-то выехал на трассу и, наслаждаясь мощью двигателя, разгонял автомобиль. Мимо проносились скучные поля, вдалеке темно-зеленой стеной стоял лес. Мелкий дождь начал моросить в стекло.

***
Своего шефа Бородача Сергей видел нечасто. Ходили слухи, что кроме рэкета их шеф заведует еще какой-то охраной, выполняет важные поручения верхушки, которая руководит Сообществом.
Со временем Сергей понял, что это была хорошо организованная сеть, проникающая в различные слои общества. Эту систему обслуживали коррумпированные сотрудники правоохранительных органов, отдельные представители советской и партийной власти. Грабежи, наркобизнес, заказные убийства, игорный бизнес (организующий катраны – игорные дома), проституция, торговля оружием – традиционные занятия Сообщества. Некоторые группы даже действовали легально, занимались кооперативной деятельностью.
«Проработав» год с рэкетирами Сергей кое-что узнал.
В ядро группировок редко входили люди с уголовным прошлым. Нет, это были преступники иного уровня. «Рядовые» исполняли «грязные дела», им тут же платили, о верхах они ничего не знали. В группировках были люди с высшим образованием, было много бывших военных, спортсменов, афганцев. Они следят за своим здоровьям, пьют очень умеренно, посещают сауну, ездят на отдых в Прибалтику или за границу. Конечно, Сергей реально оценивал свои возможности и прекрасно понимал, что всего «спрута» ему не одолеть. Но подорвать одну группировку ударом изнутри, то есть обрубить одно щупальце чудовища – это его долг. Это значит избавить десятки, а может и сотни людей от искалечения и смерти. Но дальше Сергей продвинуться не мог. Была какая-то стена, в эту стену Сергей уперся. Заниматься дальше криминальными делами у него желания не было.
Сергей находился на грани отчаяния, когда на помощь пришел его величество Случай.
Все началось с внезапного вызова Бородача.
Он, поглядывая на Сергея маленькими лукавыми, маслянисто блестевшими на тыквенном лице глазками, поручил Сергею встретить и привезти крупную партию «сухого молока». О том, что понимается под «сухим молоком» Бородач не распространялся, но Сергей, имея некоторый багаж знаний, примерно догадывался. Действительно, это было серьезное поручение. Товар был крупную сумму. Эта, с точки зрения «верхов» не очень значительная операция, для уровня Сергея была допуском в иной слой, и он насторожился. Появился хоть какой-то шанс узнать, вывезти, проследить.
Партия шла не в очень удачное время. «Органы» внимательно проверяли все главные въезды в город, под наблюдением были речпорт, автовокзал, железная дорога и аэродром.
Товар везли в автомобиле, под видом обычного торгового груза. Это было безопаснее, так как бывалый, хорошо знавший все пути водитель, мог проскользнуть в город по второстепенной дороге.
Сергей должен был выехать к ближайшему селу Грибки. Там, в 15 километрах от города, он должен был встретить машину, принять товар, доставить его в город и сдать людям Бородача.
На всякий случай Сергей изменил внешность: приклеил усы, подстриг пышную шевелюру, превратив ее в короткую, спортивного типа прическу, одел большие, скрывающие пол - лица очки. Такого барахла – маскарада у Бородача хватало. Взяв у шефа пистолет Макарова и запасную обойму, Сергей почувствовал себя увереннее. Бородач был против оружия, ибо его обнаружение, даже случайное, могло привести к провалу всей операции, но Сергей его оставил.

***
Впрочем, все прошло успешно.
К Грибкам он выехал утренним рейсом. Старенький автобус высадил его и двух старушек у огромного колхозного поля. До самого села нужно ковылять по грунтовке несколько километров.
Сергей ушел в лесопосадку, отделявшую одно поле от другого. Пирамиды взметнувшихся вверх веток создавали надежную тень. Пахло придорожной пылью, полевыми цветами и сеном. Густо разросшийся кустарник оказался черной смородиной. Сергей пососал черные ягодки, вспоминая забытый вкус детства. Он слушал шепот листьев под легким дуновением пахучего полевого ветерка и вспоминал прошлое, хотя собирался строить план. Голова работала плохо. Почему-то вспомнился Князев, которого все - таки загребли в армию, который служил где-то на Балтике, вспомнил неудачное «похищение» ими видеомагнитофона. Все это выглядело сейчас дико, наивно и смешно.
Вспомнилась Зоя. Где она сейчас? Какой она стала? Хотелось бы ее увидеть!
Пытался он думать также о смысле сегодняшней жизни, о будущем. Он представлялось ему зыбким и неясным. Работа, семья, дети – начнется бег по кругу…Нет, все это не для него. Вот сейчас, пока он не нашел мерзавцев, его жизнь имеет смысл. А что будет далее? Всплыло лицо Майи. Она добрая, нежная и одновременно имеет авантюрную жилку. Она также вряд ли приспособлена для семьи. Как развернутся их отношения? Сможет ли он назвать ее своей женой? Женой? Это слово кажется таким скучным! Почему не подругой, верной спутницей жизни? Как сковывает, унижает, ограничивает людей брак! Человек всю свою жизнь стоит перед проблемой выбора. В детстве, юности и зрелости. И каждый раз может выбрать по-разному. Так почему же его заставляют выбирать раз и навсегда!
Сигнал электронных часов отвлек его от размышлений.
Размахивая пыль и паутину, Сергей выбрался к обочине дороги, надел очки.
Солнце блистало на черном зеркале асфальта, вспыхивая игривыми миражами. Пекло августовское солнце. Запах горячего асфальта переплетался с душным и пыльным запахом придорожной травы.
Скромный фургон «Москвича» подъехал через двадцать минут. Машину вел веселый парень в фуражке с козырьком, а рядом сидел еще один, припевавший под музыку приемника.
Они угостили Сергея дорогими сигаретами, вручили ему товарную накладную и вышли, пожелав удачи.
Несмотря на потрепанный внешний вид «Москвич» шел неплохо. Сергей мчался по почти пустынной трассе. Свернув на боковую дорогу, колеса автомобиля застучали по сухой грунтовке. Среди деревьев блеснула серебряным зигзагом речка.
На берегу, местами заросшем густым кустарником, Сергей остановился. Вокруг было тихо и безлюдно. Он открыл багажник, отбросив в сторону тряпки. Здесь стояли ящики. Сергей аккуратно поддел крышку одного из них и осмотрел содержимое. Догадаться о том, что он вез, было делом нетрудным.
Это было партия маковой соломки. Тридцать килограмм ядовитого зелья были закатаны в большие жестяные банки под видом сухого молока. «Товар» был привезен из Нежинского района Черниговской области, где мак выращивали на колхозных полях и были «свои» люди.
Сергей подивился изобретательности перевозчиков. Доставка была продумана до мелочей: герметично закатанные в банки маковые головки вряд ли бы учуяла служебная собака. Еще одним отводом для глаз была товарная накладная. Но - осторожность, прежде всего!
Сергей почувствовал удачу. Он сел в кабину, посмотрел на часы и устало склонил голову на руль. Перед глазами стояли одурманенные, несчастные люди, которые жизни не мыслили без «кайфа». Выплыло из небытия лицо Мальвины и заставило больно сжаться сердце…
Он видел людей, у которых был абстинентный синдром – вынужденное воздержание от приема наркотиков. Такие люди всегда были напряжены, злы, готовы убить кого угодно, лишь бы получить свою дозу. Бессонница, тревога, беспричинные страхи не давали покоя. Лишь только после очередной лозы у них восстанавливалось самочувствие. Такие люди деградировали, как личности, обеспечивали себе раннюю и мучительную смерть. Сергей слышал о детях, которые бывают у наркоманов. Ему рассказывали о ребенке – калеке, родившемуся у одной матери, принимавшей героин. То, что лежало сейчас в безобидных банках из-под «сухого молока», было медленной смертью…
Банки полетели в воду…
Набив ящики камнями, Сергей накрыл их двойным слоем бумаги и заколотил.
Забросав тряпками, он хлопнул багажником и выехал на шоссе.

***
В город он попал без приключений. Ему, таксисту, это было нетрудно. Возле универмага к нему должны были сесть два человека, которых он знал лишь по фото, а они не знали его вовсе, ибо ориентировались лишь по номеру машины.
Это был некий Валик, коренастый, хорошо сложенный, спортивного вида парень и его подручный, которого Сергей знал по кличке Шпинт, бывший «вор в законе».
Им он должен был отдать руль. Не доезжая до места встречи, Сергей свернул на автостоянку и пробил колесо гвоздем. Оно потихоньку спускало.
Когда они сели в его машину, Сергей доложил, что все обошлось без приключений, за исключением одной неприятности, произошедшей, видимо из-за дальности пути, пройденного машиной – спустило колесо.
Ехать далее было невозможно. Это не входило в планы Валика, и он недовольно бурчал. Вообще он был замкнутой личностью. Сергей знал о нем понаслышке. Валик занимался наркотиками и приезжал с какого-то острова. Что за «остров», Сергей не знал. Он не сомневался, что это название условное. Шпинт сказал, что у них в городе есть «точка» - неплохо оборудованный гараж, но вот кто будет всем этим заниматься? Оба признали себя несведущими в автомобильном деле.
Сергей сказал, что для него, водителя с опытом, сменить колесо — это пара пустяков.
- Ладно, давай, только быстрее, - проворчал хмурый Валик.
Кое-как они дотянули до гаража. Он был действительно хорошо оборудован и пуст – автомобиль был на руках. Рядом располагались закрытые на замки гаражные боксы. Безлюдность была на руку Сергею. Он не сомневался, что Валик непосредственно связан с Янисом и надеялся у него кое-что выведать.
Работая домкратом и ключом, Сергей исподтишка наблюдал за этой парой.
Шпинт, поведав пару грязных анекдотов, нашел в ящичке полбутылки вина и был доволен, похлебывая, расхаживая взад-вперед.
Валик уселся на раскладном стульчике у входа, сославшись на то, что не переносит запаха бензина. От вина он отказался, достав из сумки банку немецкого пива, сквозь дырочку похлебывал его, затягиваясь сигаретой.
Обстановка казалась безмятежной.
Сергея, создавая видимость работы, прилег на коврик под машину. Когда Шпинт проходил мимо он, сделав узлом ноги, свалил его. Один удар ребром ладони – и Шпинт остался недвижим. Воцарилась тишина.
Валик лениво цедил пиво у входа, поглядывая на часы. Он сидел спиной к Сергею.
Пошарив в куртке Шпинта, Сергей обнаружил пистолет с глушителем. Подойдя, он ткнул им в спину Валика. Тот вздрогнул, медленно обернулся, сигарета выпала изо рта.
Сергей поманил его внутрь гаража и там прижал к стене.
- Я не понял, ты что, мент? – спросил Валик. Он еще не верил в реальность происходящего.
- Куда нужно отправить товар? – процедил Сергей.
- На кого работаешь? – недоуменно спросил Валик.
- Я тебе задал вопрос.
- Да иди ты…со своими вопросами.
Сергей прижал ствол к животу бандита.
- Я тебе вышибу все твои гнилые внутренности, если не скажешь!
И он взвел курок.
Валик сглотнул слюну и презрительно глянул на него.
- Ну!
- Ладно, черт с тобой! Что ты мне гарантируешь?
- Компанию со Шпинтом в темном подвале. До утра. Рядом с бензинчиком. Понятно?
Валик состроил презрительную мину.
- Так куда нужно отправить товар? – резко спросил Сергей.
- На остров.
- Что за остров?
- В нижнем течении реки, где … это самое… водохранилище расширяется. Там несколько островов. Этот называется Солнечный.
- Как его найти?
- Ну как? Плыть вниз по течению. Несколько километров. … Любая карта области укажет его.
- А что там на острове?
- Небольшая вилла. В ней какая-то лаборатория химическая. Подробности не знаю. Знаю только, что все это оборудовано под эту, как ее, метеорологическую площадку. Кажется, так.
- Как она охраняется?
- Ребятами Бородача.
- Где Янис?
- Какой Янис? Ян?
- Ну да, Ян.
- Там он. Рядом с лабораторией в подвальном помещении есть небольшой бункер. Стены звуконепроницаемые. Там можно прятаться неделю, и никто не найдет.
- Что собою представляет обслуга, охрана?
- Один неотлучно живет на катере у причала. Один слуга и одновременно повар. И пять человек охраны.
- Не врешь?
- А на хрена мне врать? Не веришь, стреляй… В разное время на острове бывает разное количество людей. Так что, сколько там их будет определить точно трудно.
- Сидор там?
- Не знаю такого.
- Как вы доберетесь туда?
- Слушай, ну ты даешь! Ты что собрался… Сколько тебе заплатили?
- Говори!
- Ну, через полтора часа у городского причала будет прогулочный катер. Он должен забрать нас с товаром. Если машина задержится или нас не будет, по какой иной причине, катер будет в шесть утра. Если машина придет в этот … промежуток времени – ставим ее в гараж под охраной и ночуем.
- Почему такие предосторожности?
- А ты думал! Менты проводят свои операции… Шеф велел быть предельно осторожными.
Сергей убрал руку с пистолетом.
- Ладно, давай, открывай люк и спускайся в подвал.
- Слушай, странный ты… Тебя найдут и голову оторвут!
- Это мы посмотрим.
Сергей немного отвлекся, и Валик не упустил этот момент: он внезапно ударил по руке так, что пистолет выпал.
Сергей не успел сориентироваться, как последовал новый удар в скулу. Он отлетел назад, но тут же вскочил, готовый к обороне. С лица закапала кровь.
Они стояли друг против друга, приняв боевые позиции. Пистолет улетел куда-то под багажник автомобиля, виднелся лишь кончик его рукоятки.
Валик ловкими движениями ног аккуратно снял туфли. Он бесшумно ходил по резиновому коврику гаража и улыбался.
- Тебе крышка, птенчик! Понял? Перышки еще не отросли!
Сергея охватила злость, он еле сдерживал себя. Он понимал, что перед ним опытный каратист, который вероятно тренируется почти ежедневно и шансов у него крайне мало. Он уже более года не тренировался, хотя и помнил уроки майора Мудрова. Он согнул ноги в коленях, выставил левое плечо вперед, немного нагнувшись, сжав кулаки, защищая правой рукой грудь. Страха он не чувствовал, была лишь ненависть и даже какой-то азарт.
Противник вскрикнул и ударил Сергея левой рукой в лицо. Сергей резко отклонился вправо, но Валику только это было и нужно – он, повернувшись на пальцах левой ноги, с полуоборота ударил Сергея правой ногой в склоненную голову. Но то ли он был меньше ростом, то ли брюки его были слишком для него тесны, то ли Сергея спасла мгновенная реакция, но попал он всего лишь в плечо.
Силой удара Сергей был отброшен к стене, где густым ворохом висели промасленные комбинезоны – они смягчили удар.
Сергей вскочил почти мгновенно, не обращая внимания на ноющую боль в плече, и тем самым избежал дополнительного удара ребром ладони своего противника.
Он понимал, что попади каратист в голову – его череп был бы уже разбит, и он бы валялся на полу побежденным. Сергей знал, как многое в бою зависит от психического состояния, и сконцентрировал всю свою волю на уничтожение противника.
Оба были поглощены этим, для них ничего более не существовало, глаза глядели в глаза, замечая каждое движение.
Валик немного досадовал, что потерял хороший удар. Он понял, что перед ним тренированный соперник, хотя и не профессионал. Он успокоился, надеясь, что все еще впереди. Последовало еще два удара ногой, но Сергей парировал их, защищаясь, не переходя в контратаку. Краешком глаза он видел рукоятку пистолета, видневшуюся из - под борта машины. Понимая, что это единственное его спасение, он стал ближе к нему. Это был шанс.
Сергей метнулся в сторону оружия и тут же присел, так как противник вскрикнул. И присел он не напрасно – Валик, пытаясь ударить его ногами, в прыжке перелетел через его пригнувшуюся голову и растянулся за ним. Сергей избежал еще одного опасного удара и теперь все решал вопрос времени.
Для того, чтобы подняться, противнику нужны были секунды, и он, резко взмахнув ногами, поднялся, но еще меньше секунд понадобилось Сергею, чтобы схватить пистолет. Последовал новый страшный прыжок, но он уже был последним. Сергей нажал на спуск прямо во время удара в лицо и тут же отлетел.
Пришел в себя не сразу. Лицо его было разбито, глаза заливала кровь, челюсть ломило. Отерев лицо платком, он взглянул на противника. Тот лежал неподвижно, на груди его белой рубахи росла кровавая ленточка.

***
Пылающий день клонился к закату. Речная гладь отливала сталью и алела вдали. Остро пахло черемухой, яблонями, рыбой и гнилыми ветками.
Сергей длинным черным ключом отпер замок. Тяжело грохнула и упала змеей в песок железная цепь. Лодка тихо плясала в темнеющей прибрежной воде.
Заходящее солнце, вынырнув из серой массы противоположного берега, залило воду желто-оранжевым цветом. Сергей тронул воду веслом, тихо сморщив ее поверхность, и разбудил лодку. Короткими сильными взмахами он направил лодку к середине реки, вытирая вспотевший лоб.
К путешествию он подготовился тщательно. Одел легкие, обтягивающие тренировочные брюки, мягкие кроссовки, безрукавку. К поясу были приторочены нож и пистолет. В специальном резиновом мешочке находились две дополнительные обоймы и металлическая коробка, перевязанная крест - накрест – взрывчатое устройство. На дне лодки лежала веревка. С собой Сергей захватил компас и планкарту района. Судя по ней, до острова необходимо было плыть часа два с небольшим.
Он выплыл к середине реки и пошел не спеша, экономя силы.
Мягкие руки Майи еще скользили плавными взмахами перед его взором, а прощальные ее поцелуи пламенели на лице. На мгновение, бросив весла, он сжал в кулаке и поцеловал маленький образок на цепочке, данный девушкой на прощание.
Майя произнесла на прощание строки:

Месяц плывет
И тих, и спокоен;
А юноша-воин
На битву идет.
Ружье заряжает джигит,
И дева ему говорит:

«Всегда награжден,
Кто любит до гроба,
Ни зависть, ни злоба
Ему не закон;
Пускай его смерть и погубит;
Один не погибнет, кто любит!

Любви изменивший
Изменой кровавой,
Врага не сразивши,
Погибнет без славы;
Дожди его ран не обмоют,
И звери костей не зароют!»

Месяц плывет
И тих, и спокоен;
А юноша-воин
На битву идет!


Девушка просила взять ее с собою, но Сергей не поддался на уговоры. Его дело – мужское дело. Ему был бы нужен помощник, но лучше бы парень!
Сергей поклялся, что вернется, хотя сам до конца не верил этому. Дело, затеянное им, казалось ему невозможным для исполнения, как невозможна битва с бушующим во время бури океаном. Он шел на смерть, не боясь ее, зная, что умрет не напрасно. Он приложит все силы, чтобы победить Зло.
Выглянул блистающий, переливающийся месяц. Сгущавшаяся сталь воды заблистала серебром. Река, казалось, застыла, только под килем бурлила вода, да плескались в серебряных струях весла. Сергей слился с серым, продолговатым телом лодки. Стучали часы, неумолимо мчалось время, проплывали рядом загадочные темные ночные острова, полные тайной жизни.
Сергей временами включал фонарик, поглядывая на план. Он миновал уже два острова – необходим третий. Рядом с ним на карте был помечен крохотный островок – там Сергей рассчитывал спрятать лодку.
Отдыхая, Сергей «сушил» весла и отдавал лодку на волю течения, чуть корректируя движение отдельными взмахами. Он ложился на дно лодки и тщательно, в который раз, обдумывал свои действия. Многое зависело от обстановки. Где-то далеко в городе, сияющем огнями, в гараже сидел запертый в подвальчике несчастный Шпинт, которого утром, с помощью Майи, должны были обнаружить. То, что когда-то было Валиком – зарыто в лесу. Здесь у него проколов не было. Сергею не жаль было этих людей. Собственно, за людей он их не считал. Они пожали то, что посеяли…
Над ним было только одно звездное небо, огромное, таинственное и глубокое, щедро усыпанное звездной пылью. На мгновение ему показалось, что он летит меж звезд и более ничего не существует – ни земли, ни людей, ни смерти. Только он и громадная, необъятная Вселенная.
Он заставил себя поднять и заметил, что отклонился от курса. Сильными взмахами весел он направил путь лодки и пошел, методично работая мышцами.
Темная громада острова показалась вдали. Она наплывала постепенно, будто затягивая в свою черную пасть. Здесь река делалась шире и опаснее.
С берега тянуло тиной и сыростью. Чуть шелестел ветерок в прибрежном кустарнике. Месяц слегка заливал своим светом верхушки темных деревьев и металлическую вышку.
Сергей знал, что подходы к острову время от времени просматриваются, но надеялся, что в ночное время это происходит не так тщательно. Но в любом случае нужно было соблюдать осторожность.
Сергей подошел к небольшому островку и, прыгнув в воду, вытащил лодку на низкий скользкий берег. Отмахиваясь от надоедливых комаров, тучей зудевшими в прибрежном ивняке, Сергей надежно привязал лодку к дереву и быстро перешел на противоположную сторону островка. Сел, наблюдая за большим островом. Вынул из пакета термос с кофе, добавив туда коньяку, выпил, закусив кусочком шоколада.
Густое звездное небо купалось в воде. Шумели под ветром деревья, распугивая тишину. От острова веяло обманчивым покоем, лишь кое-где за деревьями тревожно мигал свет.
Отдохнув, Сергей вошел в теплую маслянистую от лунного света воду и, оттолкнувшись от песчаного дна, поплыл.
Плыл не спеша, отдыхая, переворачиваясь на спину, старясь не плескаться и не шуметь.
Берег острова порос густым тростником. Пряная духота, смешанная с сыростью и веющий с реки ночной прохладой охватила его. Земляная жижа чавкала под ногами. В полную силу концертировали лягушки. Сергей нарочито выбрал такой труднодоступный берег, но тростник предательски шуршал и резал пальцы. Наконец он, отряхиваясь от воды и насекомых, вышел на твердый, точно орех берег, прислонился к дереву, ожидая, вслушиваясь, набираясь сил. Казалось, кудрявые стволы густых деревьев поглотят его усталое тело.
Потом, пригнувшись, пошел берегом навстречу волнам слабо доносившейся музыки.
Здесь был небольшой причал. Сергей взобрался на дерево, с высоты которого мог рассмотреть в звездном сиянии всю бухточку.
У причала покачивался небольшой катер. Свет горел в кабине, оттуда слышалась музыка. Моторных лодок не было. Это был хороший знак: большая часть обитателей острова безмятежно отдыхала на берегу.
Сергей, путаясь в тине, вошел в теплую воду и нырнул. Через какое-то время голова его показалась у борта катера.
На палубе сидел на раскладном стуле и жрал консерву здоровенный детина.
Брюхо его колыхалось от удовольствия. Цепляясь за поручни, Сергей взобрался на корму и мягко подошел к открытому люку. Он громко хлопнул крышкой и затаился.
Детина, насторожившись, вскочил. Взяв в руки ружье, он быстро подошел к люку и загнул внутрь. В это время Сергей ударил его под зад. Тяжелым мешком здоровяк ляпнулся в трюм, а Сергей закрыл за ним люк, задраив его.
- Отдохни!
Сделав поломку в двигателе катера, Сергей вернулся на берег.
Оглядевшись, пошел к тому месту, где подобно затерявшимся в лесу звездам светились окна дома. Самое опасное было еще впереди.
Мысли его, перемешавшись в голове, бурлили и кипели, глаза, давно привыкнув к темноте, внимательно бегали по местности.
Двор был окружен сравнительно невысоким забором. Над забором шел ряд колючей проволоки, лунный свет блестел на полированной поверхности железной калитки и обширных ворот. Переходя от куста к кусту, Сергей наблюдал за домом, освещенными окнами.
Чьи-то осторожные шаги заставили его распластаться в кустарнике.
На освещенном месте показался силуэт человека в шляпе с закрученными полями. В руках наперевес он держал ружье. Он шел тихо, и только шелест травы выдавал его движение, глаза вглядывались в темноту. Он остановился неподалеку от Сергея, а затем медленно пошел вглубь рощицы.
Серей повернулся, задев ветку, ощутив боком острый камень.
Человек в шляпе насторожился. Где-то ухала ночная птица. Все вокруг казалось, спало, кроме дома и этого человека.
- Кто здесь? – громко спросил стоящий. – Выходи, а то стреляю без предупреждения.
Сергей замер. Человек, вглядываясь, подошел ближе, но тучи скрыли месяц, погрузив мир во мрак.
Зажав в руке камень, Сергей легонько бросил его в ближайшие кусты. Тишина лопнула выстрелом, разлетелась в пух толстая листва, посыпался порошок древесной коры.
Выстрел оживил дом. Скрипнула калитка, вышли люди.
- Петрович, ты стрелял? Что, все же есть кто-то? – раздались голоса.
Петрович ответил хрипловатым голосом пожилого человека:
- Кто-то тростником шуршал на берегу и дорожку протоптал. А теперь слышу шаги, шорохи.
Люди топтались на месте, оглядываясь.
-Это у тебя галлюцинации. Ветер шумит…
- Стар ты больно стал, да и шпионских фильмов по видику насмотрелся.
- Надо выпускать Султана, - сказал Петрович.
- Думаешь?
«Собака. Это плохо» - мелькнуло в голове у Сергея.
Хлопнула калитка. В глубине двора заскулила собака, загремела цепь.
Сергей, подобравшись, гибкой кошкой прыгнул на спину человека с ружьем.
…Ружье оказалось карабином, что, в общем-то, видно было по выстрелу. Оптический прицел позволял вести меткий огонь. Захватив оружие, Сергей с разгону прыгнул на забор, и, едва не сорвавшись, повис, затаившись, услыхав, как отпирается калитка. Затем, вновь подтянувшись, вылез на забор и, перешагнув осторожно через проволоку, прыгнул на рядом растущее ветвистое дерево. Под тяжестью тела ветка сломалась, и Сергей, исцарапавшись, упал в какие-то кусты. К счастью отделался лишь царапинами.
За воротами слышны были голоса. Лаяла собака. Видимо в темноте еще не успели четко определить, откуда шум. Но рано или поздно собака выйдет на него. Значит надо действовать.
Сергей замер за кустом. Это было удобное место. Кусты смородины и густые ветви яблони надежно скрывали его. Отсюда были видны калитка и дом.
Сергей, сняв оружие с предохранителя, взял под прицел железную калитку.
Вскоре послышались голоса и злобное урчание собаки. И когда ее силуэт, освещенный желтым дождем фонарного света, появился в зоне прицела, Сергей мягко нажал на спуск. Раздался визг, двое сразу же прыгнули в траву. Один тут же поднялся, подбежал к дереву. Пуля Сергея ударила в ствол рядом с его головой. Бежавший тут же упал ничком.
Второй едва заметно полз к кусту. Сергей выстрелил, но пуля, лишь вспахав темноту, ушла в землю.
Из-за куста застрекотал автомат, и пули горохом рассыпались по местности. Сергей узнал это автомат по звуку, он его видел в Афганистане. Это был израильский автомат «узи», один из лучших в мире, завезенный в Союз то ли с Афгана, то ли после землетрясения в Армении, кода прибывшие с гуманитарной помощью иностранные самолеты почти не подвергались таможенному досмотру.
Пули щелкали по стволу дерева, сбивали ветки, шуршали в кустах. Сергей вжался в землю.
Из – за дерева послышался вперемешку со стрекотанием «узи», тяжелый бой пистолета «ТТ». «Откуда у них такое оружие?», – механически подумал Сергей. И сам себе ответил: «Воруют с военных складов и продают потом на «черном рынке» по тысяче за ствол… Сволочи, высунуться не дают».
Действительно, видимо сильно напугавшись неизвестного стрелка, охранники били в темноту почти беспрерывно.
«Сейчас должен замолкнуть «ТТ», - подумал Сергей. – «Если, конечно, у него нет запасной обоймы. А ведь стрелять не умеют, гады. Особенно тот, что с «узи». Стреляет длинными, в белый свет, как в копейку. Разве так воюют! Только в кино!»
Из всего этого Сергей заключил, что охрана состоит из неопытных молодых людей, вероятно еще не служивших, или давно позабывших службу.
Вскоре «ТТ» действительно замолк. Сергей подобрал грудку земли покрупнее и бросил к забору, чтобы создать впечатление ухода неизвестного нарушителя. И действительно, «узи» забил в ту сторону. Тот, кто был с «ТТ» вышел в полосу лунного света и оголил себя, тут же получив пулю. Заорав, схватившись за шею, он привлек внимание своего товарища.
Вспыхнувший яркий свет фонаря, озарившего сад, и суета в доме свидетельствовали о подходе помощи. На какое-то время стала видна полная фигура стрелка с автоматом. Сергей тут же поймал его в прицел и выстрелил. Тот ойкнул по – поросячьи, и, выронив из полных маленьких рук автомат, повалился в траву.
«Это только трое. А сколько их еще в доме?» - подумал Сергей.
В это время из дома выбежало еще два человека.
Один был лохмат и вооружен, видимо обрезом, стрелявшим картечью. Другой был высокий, спортивный, держал в руке пистолет Макарова. Он выпали два раза наугад в темноту.
Сергей, быстро перекатываясь по траве, скрываясь за кустами и деревьями, спрятался за небольшой кирпичной постройкой, стена которой надежно защищала от пуль. Он наблюдал за происходящим.
Люди метались в панике. Выйдя в ночную мглу из дома, где видимо было застолье с играми, они ничего не могли разобрать, метались по дорожкам, стреляя наугад.
-Что такое?
- Кто здесь?!
- Фред! Где ты, Фред!
Сергей вспомнил Фреда и улыбнулся. Ну, вот еще один голубчик готов. Вендетта, черт возьми!
- Что здесь происходит? – это раздался твердый голос Бородача. Он спускался в струйке света по ступенькам, держа автомат стволом вниз.
Кто-то в темноте сказал:
- А может здесь менты?
- Ерунда! Менты так не действуют! – послышался ответ.
- Обычные воры?
- Хватит болтать, - грозно сказал Бородач. – Немедленно обыщите сад. Если кого-то найдете – постарайтесь взять живым. Хотя бы одного. Если невозможно – ликвидируйте! Где собака?
- Убита.
- Черт с ней! Что там с Пампушкой?
- Ранен в живот.
- Внесите в дом, олухи, не бросайте здесь. Аккуратно! А Фред?
- Наповал…
Один из охранников крикнул в темноту:
- Кузьма Петрович! Ты где? Что-то его не видно…
- Может он на территории. Леха, давай сгоняй на территорию.
Сергей понял, что он держал в руках карабин этот самого Кузьмы Петровича.
- Возьми мою машину. Объедешь остров. Побывай на причале. Узнай хорошенько, что произошло. Найдешь Петровича – ко мне! И будь внимателен и осторожен! – распорядился Бородач.
В освещенном прямоугольнике двери появилась сумеречная фигура. И тут же нырнула в темноту крыльца.
С волнением и замиранием сердца Сергей слышал знакомый голос.
- Что значит вся эта суета? У нас здесь ранчо или салун времен освоения Дикого Запада? Полигон для стрельб? Выхожу за бутылкой бренди и слышу пальбу, как в вестерне!
Бородач заговорил виновато:
- Было проникновение на территорию сада. Один или двое. Но, видимо, не больше двух. Сейчас все обшарим и выясним…
- Странно. А чем у нас занимается охрана? Если напились – подписали себе смертный приговор! В общем, так. Делайте, что хотите, но тишину мне обеспечьте! Обыщите сад, остров, не знаю. … Вызовите людей из города. Но через полчаса, максимум – минут через сорок должна быть полная тишина! Я сейчас в бункере с этим румыном, хорошо, хоть он еще ничего не слышал, а то подумал бы, что у нас здесь Чикаго! Через сорок минут мы поднимается в кабинет подписывать контракт. К этому времени все должно быть кончено. Все понятно?
- Ясно, шеф. Все будет спокойно!
- Если это разборки, то Малыш у меня хорошенько попляшет. Под пулями! Если надо, вызываете ментов, но только наших.
- Ну, это понятно!
Сергей не сводил прицела с освещенной двери, но Янис как в воздухе растворился! Как он мог его упустить! Столько ждал этого часа!
Сергей опустил карабин. Поплыли картинки прошлого: день рождения, нарядная Мальвина, румяный Янис… Избитая Мальвина на кровати… Огонь и дым, пылающая квартира…
Сергей поднял карабин и поймал в прицел Бородача.
Раздался глухой щелчок – магазин был пуст.
Сергей имел еще два патрона и зарядил оружие.
К сараю осторожно приближался блуждающий свет фонарика. Сергей притаился за углом. Когда неизвестный приблизился, Сергей ударил его прикладом под ноги, а потом по голове. Тот более не шевелился. Сергей подобрал двустволку, затаился и стал ждать.
Итак, охрана – пятеро. Петрович выведен из строя. Фред убит. Пампушка - ранен, значит, серьезной опасности не представляет. Лохматый Леха с обрезом выехал на территорию. Остался значит один. Это тот, который высокий, спортивный, с пистолетом Макарова. Он где-то шастает по саду. Этот с ружьем очевидно просто прислуживает в доме. Он будет в отключке еще долго. Значит, остался Бородач, который тоже представляет собой опасность. Остался Янис и еще какой-то румын, но они глубоко в бункере, ничего не слышат. Есть ли кто еще в доме? Неизвестно.
Нужно спешить. Иначе может быть еще хуже! Леха может найти того толстяка на катере. Неизвестно, в каком он состоянии, но все - таки. Возможно, Бородач уже вызвал по телефону людей из города. Они соберутся, хотя и не скоро. И все - таки нужно спешить.
Сергей осторожно вышел из темноты постройки на лунную дорожку и тут же грохнул выстрел. Все - таки его обнаружили! Сергей мгновенно спрятался за стену, что-то течет за воротник. Кровь?
Рана оказалась простой царапиной, пуля лишь зацепила мочку уха. Еще немного в сторону – и он бы разговаривал бы с духами. Новая пуля взрыхлила кирпич, посыпался порошок. Кто-то неплохо стрелял. Скрипнула дверь – на пороге появился Бородач
- Кисленко, ты где?
Сергей быстро выстрелил, но Бородач мгновенно пригнулся, и пуля разбила окно.
- Здесь я! – откликнулся невидимый Кисленко. – Я его нашел. Он за складом. Заходи, с другой стороны.
Сергей по голосу определил местонахождение противника. Тот находился за каким-то сооружением, расположенным слева. Вероятно, это была трансформаторная будка. Морщась от боли, Сергей вытер платком окровавленное ухо, залепил его ватой и пластырем. Он научился обрабатывать раны быстро.
Затем нырнул в густую траву. Грохнули сразу два выстрела. Пули, пропахав ночь, взвизгнули совсем рядом. Сергей определил, что справа подбирался к нему Бородач, стрелявший из «узи» одиночными. С этой стороны слышались тихие шаги. Бородач белел в темноте рубашкой. Он перебегал от дерева к дереву, производя редкие выстрелы.
Нужно было уходить. Но если он поднимется, то немедленно будет сражен, ибо уже обнаружен. Сноп яркого света ударил в глаза, осветил темные крючковатые ветви, разлапистый кустарник, окаймлённый густой травой. Сергей вжался в траву. Луч скользил, и новые пули спрятались в траву. Быстро подняв карабин, Сергей навскидку выпустил последнюю пулю. Фонарь задрожав, упал в траву. Видимо Бородач был ранен.
Сергей вынул пистолет с глушителем и послал еще пару пуль в ту сторону, где упавшей звездой затерялся в траве фонарь.
Ответа не было. Но зато запели пули из-за будки.
«Сейчас вернется тот, с территории и будет хуже. Пора проявлять активность».
Сергей кубарем перекатился в сторону. Пули засвистели за ним.
Налетев на очередной куст, Сергей подхватился и выстрелил, но это было бесполезно. У противника была безупречная позиция, будка находилась на пригорке. После одного из выстрелов, Сергей, громко вскрикнув, упал. Через несколько секунд послышался новый выстрел из «Макарова».
«Кончает вторую обойму», - думал Сергей. – «Сейчас пойдет, и, не доходя до меня, выстрелит».
Он резко поднялся, и едва различив фигурку в полумраке, нажал на спуск несколько раз. Выманенный из засады противник был в нескольких шагах. Закричав от боли, он упал навзничь в траву.
Сергей осторожно пошел к тому месту, где был Бородач. Тот белой глыбой лежал на спине, раскинув руки. Рядом валялся автомат. Фонарь ярким золотым пятном горел в фосфорически святящейся траве.

***
Разбуженный, встревоженный сад засыпал медленно, скрывая во мрак тайны только что происходивших событий. Тишина ночи нарушалась лишь гулом идущего по реке судна, шепотом деревьев и одинокими резкими криками ночных птиц.
Окна второго этажа вспыхнули сиренево-голубым светом. В комнату вошли двое. Один, выделяясь белой рубашкой и галстуком с брошью, был постаревшим Янисом. Седина тронула его виски, мешки под глазами делали лицо несколько обрюзгшим. Прищур глаз оставался знакомым, коварным, тонкие губы сложились в презрительную улыбку. Рядом с ним стоял темноволосый курчавый мужчина в аккуратном дорогом костюме. Янис жестом пригласил гостя сесть, открыл маленький бар, разлил вино по бокалам. Затем, долго о чем-то говоря, встал, открыл сейф.
Черноволосый забеспокоился, поднялся, открыл дипломат. Какие-то бумаги и свертки перекочевали из сейфа в чемоданчик незнакомца.
Сергей, раскачав веревку, размахнулся и, разбив ногами окно, влетел в комнату.
Янис схватил пистолет, но тут же бросил его на стол, ибо на него смотрело дуло автомата.
В разбитом окне стоял незнакомый ему человек. Вряд ли он признал бы в этом полуобнаженном, исцарапанном, окровавленном юноше с глазами безумца того самого нескладного паренька, когда-то давно имевшего наглость ухаживать за Мальвиной.
- Я не понимаю причин этого вторжения. Кто вы? Здесь территория метеорологической станции. Здесь проводятся научные изыскания … Во всяком случае, могли бы войти через дверь.
- Оружие на стол!
Это приказание, произнесенное уже успевшим слегка отдышаться Сергеем, адресовалось незнакомцу в костюме, который стал испуганно пятиться и шарить в кармане. Тот, заговорив в извинительном тоне на непонятном языке, вынул из кармана небольшой браунинг, небрежно бросив его на столик, поднял руки кверху.
- Я не понимаю! – повысив голос, повторил Янис. – Придется вызывать милицию.
-Такую же продажную, как и вы сами! Научные изыскания… Хороша исследовательская станция, где полно вооруженных до зубов убийц, а главный убийца прячется здесь!
Янис изменился в лице. Он как будто что-то припомнил.
- Кто ты? – резко спросил он.
- Я? – ухмыльнулся Сергей. – Твоя смерть. Ты меня не узнал? А я тебя искал долго, ой, как долго.
- Мы знакомы? Где-то встречались? Подожди, давай поговорим, как джентльмены.
- Нет, - Сергей покачал головой. – С тобой говорить я не буду. Ты лучше меня вспомни. Чемоданчики, юный посыльный, Мальвина. Ну, что, вспомнил? По глазам вижу, что вспомнил.
- Ладно. Сколько тебе нужно?
Янис явно затягивал время.
И тут же раздался голос.
- Брось, автомат на пол … Ну!
В раскрытой двери с обрезом в руках застыл длинноволосый Леха.
Сергей небрежно бросил автомат и посмотрел на часы.
Янис и гость тут же завладели своим оружием.
- Ну, вот и конец всей истории, юный Робин Гуд. Или может лучше – граф Монте-Кристо? – саркастически заговорил Янис. – Только вот не вышло! Нашел с кем тягаться, играть в благородство! Кишка тонка! Отсюда ты уже не выйдешь живым, это ты понимаешь?
- Значит, мы вместе взлетим на воздух, - спокойно сказал Сергей.
- То есть?
- Под здание подложена мощная мина с часовым механизмом. Через пятнадцать минут будет взрыв.
Янис побледнев, подскочил к Сергею.
- Где мина? Говори, быстро!
Сергей внезапно схватил его за шею и приставил к горлу нож.
- Ни одного движения! Бросьте оружие, или ему конец!
Леха и гость замешкались.
- Выполняйте, что он говорит! – закричал Янис, чувствуя, как кровь от пореза бежит за воротник.
Гость первым бросил пистолет, и Сергей мгновенно метнул в Леху нож. Тот, падая, механически нажал на спуск. Заряд картечи разбил люстру, и она, подобно цветку, разлетелась лепестками.
Янис ударил Сергея, отскочив в сторону.
Сергей быстро включил фонарь и схватил автомат. Под столом сидел гость и трясся от страха. Яниса не было, и только в стене виднелась открытая запасная дверь.

***
Сергей сидел на островке и курил, когда тишина вдруг взорвалась страшным пламенем, ослепив окружающий массив леса. Сергею почудился в этом грохоте звон колоколов. Молочно - алый и зеленый блеск затанцевал на речной глади, вдруг вздыбившейся, словно волчья шерсть. Взлетевшая в небо башенка с грохотом пронзила деревья, свалившись в лес. С неистовой силой бушевало пламя, пожирая дом. Трещали стекла, деревья вспыхивали, как свечи.
Сергей потирал заложенные уши.
Надо было уходить. Он вывел лодку в теплую воду, оттолкнулся веслом и пошел через пролив. У большого острова метались моторки, слышались крики. Но он уже не обращал на это внимания. Он ощущал смертельную усталость, а главное – какую-то пустоту и безнадежность. Более всего он сейчас жалел, что не может пустить себе пулю в лоб.
____________________________________________________________________
Продолжение следует.

Оставить комментарий

Подписка: 1

Литературный портал для писателей и читателей. Делимся информацией о новинках на книжном рынке, интервью с писателями, рецензии, критические статьи, а также предлагаем авторам площадку для размещения своего творчества!

Архивы

Интересно


Соцсети