0+ Странное путешествие Кристины и Егора
02.03.2019 255 4.2 0



Поглядывая на поплавок поверх электронной книги, Егор хмурился. Сельская жизнь уже порядком наскучила. А предстоит провести ещё два месяца в подобном режиме. И зачем только отец подписал годовой контракт? Теперь ещё маме вздумалось уехать к нему на Камчатку на всё лето. А они с сестрой должны скучать в деревне у бабули. 

Конечно, Егору всегда нравилась природа и, особенно, рыбалка. Но целое лето без Интернета и без мобильной связи, это уж слишком. Хорошо, что он догадался закачать побольше книг для летнего чтения. Только это и спасало. Ребят его возраста в селе не было. Одна малышня. А когда тебе тринадцать, то одиночество напрягает.

– Егорка! – услышал он знакомый голос. Через поле вприпрыжку бежала Кристинка. Нежно-фиалковое платье сестры мелькало среди золотистых колосьев. Вот кто, вопреки любым обстоятельствам, всегда находил себе занятие. Даже пребывая в одиночестве. 

Близкие по возрасту дети играли с Кристей неохотно. Между собой называя её «чудовищем». Из-за разноцветных глаз. Поэтому, дружила сестра, в основном, с друзьями Егора. Тринадцатилетние, в отличии от десятилеток, не особо парились из-за цвета её глаз. И, уж тем более, никогда не считали по этому поводу чудовищем.

– Горка, там опять кот с разными глазами! – подбежав, выпалила запыхавшаяся сестра. Жёлтая панамка сбилась на бок, придавая Кристе немного комичный вид. – Пошли, пока он заперт в сарае! Теперь-то ты не будешь смеяться и говорить, что я всё сочинила, – она принялась тянуть брата за руку.

– Я же рыбачу! – возразил Егор. Ему совершенно не хотелось бежать по жаре ради того, чтобы заглянуть в пыльный сарай.

– Да всё равно бабуля обедать звала, – не сдавалась Кристинка, и, забрав у него электронную книгу, отбежала на безопасное расстояние.

– Обедать? – в животе буркнуло. Егор заглянул в корзину с бутербродами. Там виднелись только хлебные крошки, сиротливо прятавшиеся по углам. – Ну, ладно. Пошли. Только снасти соберу, – согласился он.

Весь обед Кристя нетерпеливо ёрзала за столом, высказывая опасения по поводу побега кота. Что заставило Егора усомниться в существовании странного животного.

– Чего здесь только не бывает, – с хитрой улыбкой поколебала его сомнения бабушка, ставя на обеденный стол свежеиспечённые шоколадные кексы.

Да уж! Странностей в селе хватало. И всё не без бабушкиного участия. Она уже много лет лечила людей травами и предсказывала события на больших, потускневших от времени, гадальных картах. Под потолками висели разноцветные гирлянды всяких кореньев, ягод, букетики ароматных трав. А многочисленные полки были заставлены склянками с настойками всех цветов радуги. Егор даже не припоминал дня, чтобы к бабуле не приехал хотя бы один посетитель. Молва об её способностях добралась до большинства ближайших городков, и многие ехали за чудом. 

Егора удивляли взрослые дядьки и тётки, верившие в волшебство. В свои тринадцать он уже прекрасно знал, что Дед Мороз, Баба-яга, монстры, бабайки и остальные: всего лишь сказочные персонажи. И просто так чудес не случается. Нужно самому добиваться желаемого и ставить перед собой реальные цели. Он много читал, предпочитая реалистичные рассказы и повести. Эту привычку, как ни странно, привила ему бабуля, у которой оказалась хорошая подборка сочинений классиков. 

И с девяти лет чтение превратилось в одно из главных увлечений Егора. А чем ещё заниматься, когда родители загоняют домой в девять вечера и к компьютеру подпускают только на два часа?

Кристинке компьютер вообще был не интересен. Она любила рисовать, проводя за этим занятием большую часть своего свободного времени. Кристя рисовала всё: многочисленных бабушкиных посетителей, найденных на лугу букашек, небо, цветы, сказочные платья…

А сейчас все её мысли занимал какой-то запертый в сарае кот. Быстро расправившись со своим кексом, она подгоняла Егора, всё ещё скептически усмехающегося над выдумками сестры.

– Ничего не вижу! – заявил Егор, заглянув в открытый сарай.

– Потому что ты невнимательно смотрел! – громким шёпотом ответила Кристина. – Говори тише, спугнёшь кота.

– Здесь ничего нет, – упрямо повторил мальчишка, уже намереваясь уйти. Но в дальнем, самом тёмном углу сарая послышалось какое-то шебуршание.

– Вот! Я же говорила! – победоносно воскликнула сестра, подбегая к высокой копне прошлогоднего сена. – Он просто спрятался.

– Куда ты полезла? – недовольно ворчал Егор, которому пришлось лезть следом в ворох щекотавшихся травинок. – Кристина?

Выбравшись, Егор увидел не стену сарая, а полянку, множество деревьев и странно одетого мальчишку, примерно на пару лет старше себя.

– Наконец-то, у тебя получилось, Матвей Степаныч! – радостно вопил незнакомец, круживший Кристину. – У нас гости! – поставив девочку на землю, он важно поправил украшенный веточками деревьев ярко-зелёный цилиндр. – Тимофей! – протянул мальчик руку сначала Кристине, затем Егору.

– Матвей Степанович, – раздался рядом приглушённый, растягивающий слова голос. Из сена вылез огромный белый кот с пепельно-серыми прядками по всей спине. Один глаз у него был васильково-синий, а другой янтарно-золотистый. – Мой цилиндр? – тянущим «резиновым» голосом обратился он к странно одетому Тимофею. Тот улыбнулся, подмигнув гостям, нырнул в ближайший куст и вытащил оттуда ещё один украшенный ветками цилиндр, но уже фиолетового цвета.

Кот надел цилиндр, сел на стоящий рядом пенёк, и, закинув лапу за лапу, принялся выбирать травинки из своей шерсти.

– Доволен? – хмыкнул он в сторону Тимофея.

– Конечно! – даже подпрыгнул на месте тот, вытащив из своих ярко-зелёных бриджей несколько конфет в красных обёртках. – Держи, – протянул он гостинец Кристине.

– Спасибо, – девочка уже собиралась взять угощение, как Егор одёрнул её.

– С ума сошла?! – зашептал он сестре на ухо. – Мы их даже не знаем. Может, там наркотики или яд?

– Ты слишком много читаешь, – вслух ответила Кристина. – Я им доверяю.

– Не будь дурочкой! – вновь зашептал Егор ей на ухо. – Только ненормальные могут так одеваться! – он бросил ещё один скептический взгляд на красный в зелёную полоску жилет Тимофея, желтую рубашку, ярко-зеленые бриджи и такой же цилиндр. Плетёный браслет радужного цвета и ужасные красные кеды с зелёными шнурками окончательно взорвали мозг Егора. – Он точно наркоман! 

– Что-нибудь не так? – расстроено произнёс Тимофей. Конфеты на его ладони начали мелко трястись.

– Всё нормально! – улыбнулась Кристина, потянувшись за красными кругляшками.

– Да ему просто не нравится наша, вернее, твоя одежда, – продолжая чистить шёрстку, мурлыкнул кот.

– А мне очень нравится! – сказала девочка, откусывая от конфеты. Взглянув Тимке в глаза, она даже вскрикнула от радости. – Смотри, Горка! И у него глаза разного цвета, совсем как у меня! – она захлопала в ладоши и закружилась. – Такие же! Как здорово! – по-детски радовалась она.

Действительно, один глаз Тимофея был светло-голубого, а другой тёмно-карего цвета. Матвей Степанович многозначительно хмыкнул, поднимаясь с пенька. Продолжая оставаться на задних лапах, он подошёл к дереву и снял с его ветвей две трости. Одну синюю, а другую красную.

– Ещё лучше, – закатил глаза Егор.

– Посмотри же, мы в цилиндрах, очень модных и красивых! – принялся напевать Тимка. Кот подмурлыкивал в ритм, повторяя танцевальные па за своим другом. Стоя на задних лапах, Матвей Степанович ростом был почти с Кристину, которая весело прыгала вокруг танцующих.

– Сумасшедший дом какой-то, – опускаясь на пенёк, вздохнул Егор. – Говорящий кот! Я, наверное, брежу…

Повесив красную трость на ближайшую ветку дерева, Тимка вновь принялся кружить девочку. Та была вне себя от радости.

– Прекрасные гости! – восклицал Тимофей. – Просто замечательные!

– Хотелось бы знать, как мы здесь оказались и когда пойдём домой? – прервал их бурное веселье Егор. Он не верил в реальность происходящего и думал, что вот-вот проснётся.

– Задача со многими неизвестными, – промурлыкал туманное объяснение Матвей Степанович, опираясь на ствол дерева.

– В смысле? – не понял Егор. – Если я снова полезу в сено, то не окажусь в бабушкином сарае?

– Не думаю, – дёрнул хвостом кот. – Но когда-нибудь вы вернётесь.

– Нормально! – вскочил мальчик со своего места. – Когда-нибудь?! Когда состаримся? Или в другой жизни? Что это за место, в конце концов?!

– Наш маленький мир, – объяснил Тимофей, бережно опустив Кристину на землю. – И сейчас вы в нём гости. Наши первые гости за всё время! Это так здорово!

– Не вижу ничего хорошего, – Егор совершенно не понимал и не разделял радости сумасшедшего мальчишки, который даже пять секунд постоять спокойно не мог. Тимофей вертел тростью, слегка пружинил, словно едва сдерживался от того, чтобы не подпрыгивать на месте, всячески жестикулировал при разговоре и постоянно улыбался. Но его улыбка была разной. То весёлой, то расстроенной, то растерянной, в зависимости от преобладающих в данный момент эмоций. Это тоже показалось Егору странным. 

Ему не особо нравились вечные оптимисты, из которых была сестра. Он вечно одёргивал Кристю, объясняя, что мир – совершенно не такой сказочный, каким она себе его представляет. Все, прочитанные им, серьёзные книги пытались донести эту мысль. Он попытался проверить свою версию, забравшись в копну с сеном. Но вылез на прежней лужайке.

– Горка, ну, чего ты? Давай веселиться! – радостно предложила Кристина.

– Я хочу домой, – заявил Егор, снова отряхиваясь. – Бабушка будет беспокоиться, – выдал он веский аргумент.

– Поживём здесь немного, а потом вернёмся. Бабуля и не заметит, – сочиняла сестра. На что Егор скептически усмехнулся.

Пока брат с сестрой спорили, Тимка осторожно подкрался к кустам.

– Что там? – заметил внимательный Егор.

– Лагерь «Кепок», – шёпотом сообщил новый знакомый. – Мы в засаде. Это наблюдательный пункт.

– И сколько вас здесь? – на вопрос мальчика Тимка неопределённо пожал плечами. – А ваш лагерь, так понимаю, называется «Цилиндры»?

– М-гы, – утвердительно промычал странный знакомый.

– Нам не пора мерить Тыквика? – спохватился кот.

– Точно, Матвей Степаныч! Как ты всё помнишь? Что бы я без тебя делал? – подскочил Тимофей. – Только сначала сменим маскировочные цилиндры, – после чего, в очередной раз, покопавшись в кустах, достал ещё два цилиндра: синий и красный в зеленый горошек, но уже без веточек. – Пошли! – он протянул руку Кристине.

– А кто такой Тыквик? – с готовностью схватилась за его ладонь девочка.

– Наш друг, – спешил Тимка, резво отталкиваясь от земли тростью. 

Егор плёлся следом, стараясь держать в поле зрения синий цилиндр и пушистый хвост Матвея Степановича, шедшего впереди него. Мальчик споткнулся, в очередной раз подумав о том, что попал в чей-то сумасшедший сон.

Даже деревья здесь росли какие-то странные. Похожие на замерших в танце сказочных существ, разукрашенных яркими сочными красками. Большие, потрясающе красивые, цветы, яркий солнечный свет – тоже на взгляд Егора выглядели ненастоящими. Когда же он успел заснуть?

Через некоторое время они вышли на огромное поле, заросшее изумрудно-желтыми листьями и цветами. Некоторые из листьев спокойно сошли бы за зонтик, настолько большими они были. На ближайшем краю поля высилась колоссальных размеров золотисто-оранжевая тыква.

– Привет, Тыквик! – громко воскликнул Тимофей, приветственно приподняв цилиндр.

– Привет! – запыхтел овощ, неуклюже пошевелившись. – Вижу, у тебя гости.

– Да, – радостно кивнул мальчик. – Знакомься: Кристина и Егор.

– Привет! – улыбнулась Кристя, касаясь глянцевого бока тыквы.

Егор в очередной раз пожалел, что не захватил планшет. Можно было сделать пару видеосъёмок на память. Если это, конечно, реальность, в чём он до сих пор сомневался.

– Держи, – схватив проползающую по листу красную гусеницу, сказал Тимка. – Запишешь новые размеры, – он отыскал сухой тыквенный лист, оторвав небольшой кусочек, также подал девочке.

– Гусеницей? – удивилась Кристина.

– Да, – мальчик снял с листьев ещё пару красных насекомых. – Как вовремя. У меня как раз закончились красные, – он спрятал находки в один из многочисленных карманов своих штанов.

– Я схожу принесу воды, – промурлыкал Матвей Степанович. – Ты со мной? – обратился кот к Егору.

– Лучше побуду здесь, – Егору не хотелось оставлять сестру наедине с сумасшедшим. Во всех книгах учат: при попадании в опасные ситуации – не разделяться.

Взяв у Кристины гусеницу, Тимка начертил на тыкве отметку.

– Снова щекотно! – запыхтел Тыквик.

– Терпи, – вернув сопротивляющуюся гусеницу помощнице, мальчик развёл руки в стороны, принявшись считать обхваты.

Несмотря на вредную гусеницу, Кристине, хоть и коряво (всё только из-за вертевшейся гусеницы!), но всё же удалось вывести нужную цифру. Клочок листа также отправился в зелёный карман Тимкиных штанов. В это время вернулся Матвей Степанович с полным цилиндром воды, из которой незамедлительно выскочила жёлтая лягушка, быстро скрывшаяся в густых зарослях тыквенных листьев. Полив Тыквика, сумасшедшая парочка (именно так «про себя» прозвал Егор Тимку и кота) заспешила домой.

– Время ужина, – вытряхивая из цилиндра оставшиеся капли, напомнил кот.

– Точно, Матвей Степаныч! – кивнул Тимофей. – Пойдёмте, – он улыбнулся и вновь крепко взял Кристину за руку. – Нам ещё еду нарисовать нужно. Что вы хотели бы? Может, мороженое? – шагая,  обернулся он к Егору.

– Нарисовать?! – ужаснулся тот.

– Да, – обыденным тоном заявил Тимка. – Здесь только булочки можно нарвать. Это как раз по дороге. А остальную еду приходиться рисовать. Ах, нет! Ещё Полина вкусно готовит. И на деревьях в её саду растёт много чего. Но к ней мы пойдём только завтра.

– Завтра?! – это слово Егору среди всей тарабарщины было понятно. – Как завтра? Бабуля будет беспокоиться.

– Не станет она волноваться, – утешил кот. – Я ей записку оставил.

– Ещё лучше, – ужаснулся Егор перспективе хоть один день пробыть в странном мире. Его совершенно не обрадовало раскидистое дерево с разнообразными булочками и кексами, росшими прямо на ветвях, среди листьев.

– Не будь таким букой, Горка, – уговаривала Кристина брата, собирая сорванные Тимкой булочки в подол платья. – Погостим немного и вернёмся.

– Как вообще вернуться? Может, мы уже умерли и это наше чистилище?

– Говорю же, ты слишком много читаешь, – вздохнула сестра. – Может, мы здесь оказались, чтобы ты научился радоваться.

Егор подумал, что это слишком умные мысли для десятилетней девочки. Хотя, чего он ожидал: почти все друзья Кристины были старше неё.

– Конечно, вернётесь, – откусывая от сладкого пончика, кивнул Тимка, услышав их разговор. – Вот только узнаем, каким способом?

– Ещё лучше, – вновь расстроился Егор. Он осторожно попробовал предложенный пончик. Тот оказался сладким и очень вкусным. Оставалось надеяться, что в нём не было никакого дурманящего сознание зелья. В сказочных мирах, наверное, всего можно ожидать. Зря он не читал фэнтази.

Вскоре они вышли на большую поляну с красивым домиком из светлого камня и разноцветной черепичной крышей. К резной двери вела дорожка также из цветной мозаики. Внутри жилище Тимки и Матвея Степановича тоже оказалось ярким и цветным. Стены, каждая разного оттенка, увешаны картинами из сухих цветов, ягод и листьев. Как оказалось: шедевры Матвея Степановича. 

Кухни не было. Лишь уютная столовая.

– Как же мы приготовим ужин? – вдоволь налюбовавшись домиком, поинтересовалась Кристина.

– Нарисуем, – улыбнулся Тимка, доставая из шкафчика сухие тыквенные листья и большой аквариум с разноцветными гусеницами, старательно жующими какие-то ростки. Часть гусениц уже замотались в коконы, тут и там висевшие на веточках в аквариуме. Поместив в склянку собранных на тыквенном поле красных гусениц, мальчик раздал всем листья для рисования. – Только рисуйте крупно, – предупредил он. – Еда будет такого же размера, как на рисунке.

– Ха! – недоверчиво хмыкнул Егор. Но пиццу с сыром всё же нарисовал. Гусеницы вредничали и по-прежнему не хотели вести себя смирно, то и дело выскальзывая из рук.

По завершении художественного процесса, Тимка достал из шкафчика огромную квадратную коробку, украшенную лентами всех цветов радуги.

– Коробка исполнения желаний! – прочла Кристина надпись на крышке. – Как здорово! – захлопала она в ладоши. – Она все-все желания исполняет?

– Нет, только про еду и одежду, – вздохнул Матвей Степанович. – И часто путает цвета.

– Теперь понятно, почему вы так одеты, – прокомментировал Егор.

– Как именно? – в один голос спросили Тимка и кот.

– Классно! – ответила Кристина, перебив брата. – Нарисуешь мне платье и цилиндр? – тут же попросила она.

– Сразу после ужина, – с готовностью кивнул мальчик, поместив рисунки в коробку. Закрыв крышку, он выждал пару минут, нетерпеливо ёрзая на стуле.

– Думаю, хватит, – Матвей Степанович открыл коробку.

Егор не поверил своим глазам: она оказалась полна еды. Рисунки же бесследно исчезли. В голове, в который раз за последние часы, возникло множество вопросов. Но голод оказался сильнее. Похоже, внятных объяснений происходящему он и сейчас не получит. Егор решил не думать слишком много. «Поживём – увидим», вспомнил он одну из присказок бабули. Пицца получилась на удивление настоящей и вкусной.

После ужина Тимка принялся рисовать платье для Кристины. Оно вышло совершенно сказочным: золотистые кружевные рюши и шёлк привели сестру в восторг. Маленький золотистый цилиндр прицеплялся заколками. Кристя полчаса вертелась перед зеркалом. Пока Тимка не выдал всем разноцветные пижамы.

– Умываться и спать! – сказал он.

– Но ещё так светло, – пробовала возразить Кристина.

– Конечно, – кивнул Тимка. – Это же моё солнце. Оно отражает моё настроение, поэтому никогда не прячется, даже ночью. И мы просто закроем ставни.

– А ты говорил, что у вас лагерь «Цилиндры». Что-то кроме нас я больше никого не вижу, – вспомнил Егор разговор в лесу.

– Как же! А это кто, по-твоему?! – воскликнул Тимофей, указывая на набитые соломой чучела, одетые в яркие одежды и цилиндры. Самодельные куклы сидели в креслах, лежали на кроватях, гамаках, даже сидели на крыльце перед домом.

Егор в очередной раз подумал о том, что новые знакомые страдают психическим расстройством. Он промолчал, но, забравшись на верхний ярус кровати, решил, что не сомкнёт глаз. Мало ли что придёт в голову хозяевам дома? Может, они постоянно заманивают детей?

– Мне здесь так нравится, – раздался с соседней кровати шёпот Кристины.

– Как ты можешь спокойно относиться к этим сумасшедшим? Они чучела считают живыми!

– Ну и что? Я тоже иногда так играю с куклами, – невозмутимо заметила сестра. – Потому что у  меня слишком мало друзей. А у Тимки с Матвеем Степановичем их вообще почти нет!

Егор в очередной раз подумал о том, что сестра права. Как бы он вёл себя, оказавшись в одиночестве в сказочном мире, из которого не выбраться? Неужели, они никогда не попадут домой? Эта мысль привела Егора в ужас. Но насколько он помнил, в сказках всегда всё хорошо заканчивается. Правда, читал он подобной литературы не особо много. Возможно, есть и другие, несчастливые сказочные истории? Рядом сопела Кристина. Прислушиваясь к ровному дыханию сестры, и думая о том, как ей, оказывается, бывает одиноко, Егор незаметно для себя уснул.

На следующий день они занялись очередным рисованием еды и одежды. Егор предпочёл не расставаться с любимыми джинсами. В шкафу у Тимки, помимо ярких вещей, он заметил целый ворох в тёмных тонах.

– Это из-за Пашки, – объяснил Тимофей. – Моего брата.

– Брата? Он тоже здесь? – обрадовалась Кристина. – Мы его увидим? – тут же засыпала она Тимку вопросами.

– Да, обязательно, – ответил тот. – Только нарисуем побольше еды. Я каждый день отношу ему что-нибудь вкусное, сухие тыквенные листы для нот и собственные мелодии.

– Ты пишешь музыку? – заинтересовался Егор.

– Да, – Тимка достал ярко-жёлтую гитару из цветного сундука. Мальчик сел на стул и сыграл незнакомую очень ритмичную мелодию.

– Здорово, – одобрил Егор. Он всегда хотел научиться играть на гитаре.

– Раз ты рисуешь для него еду, значит, у твоего брата нет волшебной коробки? – удивилась Кристина.

– Нет, – грустно покачал головой Тимка, отставив гитару в сторону.

– Почему? – Егору казалось, что у каждого живущего в этом мире должны быть волшебные вещи, подобные Тимкиной коробке.

– Увидите сами, – таинственно промурлыкал Матвей Степанович.

Взяв еду и нотные листы для Пашки, Тимофей вручил каждому длинную трость, верхушками которых служили фонарики из витражного стекла. Кристина сразу же спрятала в свой фонарик несколько конфет.

Чем дальше путешественники шли, тем темнее и холоднее становился лес вокруг. Пока шелковистая трава совсем не превратилась в болотные кочки. Тимка и Матвей Степанович ловко наловили светлячков, поместив насекомых в витражные фонари. Подняв трость над головой, Тимка взял Кристину за руку.

– Не сходи с тропы, – обернулся он к Егору.

В лесу совсем стемнело. На деревьях почти не осталось листьев. Тропинку было видно лишь благодаря их тростям-фонарикам и летающим в большом количестве светлякам. Егор заметил рядом с тропой поросшую мхом каменную, похожую на могильную, плиту. На которой едва различил надпись «Стоп». Он обратил на это внимание шедшего рядом Матвея Степановича. Но тот лишь отмахнулся.

– Не переживай, всё нормально.

Чем дальше они шли, тем чаще попадались плиты, похожие на недавно увиденную. И на каждой виднелась предупреждающая надпись.

После очередного поворота перед ними появился кривой тёмный замок, увешанный летучими мышами, словно грушами. Некоторые башни замка были полуразрушены. На стене возле высоких дверей из тёмного дерева висел витой ключ из чёрного металла. Егор вспомнил, что на домике Тимофея рядом с входной дверью тоже висел ключ. Но из золотистого металла. Такой же весь в завитках и очень большой для обычного ключа от дома.

– Что он означает? – обратился Егор к коту.

– Трудно объяснить, – задумчиво промурлыкал тот. – Думаю, это как паспорт или пропуск.

– Пропуск куда?

– Наверное, в наш мир, – нехотя ответил Матвей Степанович. – Не знаю точно.

– Может, он нас и выведет отсюда? – предположил Егор.

– Но ключ же не принадлежит тебе. Значит, ты не сможешь им воспользоваться.

– А где вы взяли свои ключи? – не унимался мальчик.

– Они уже были, когда мы пришли, – вздохнув, ответил кот.

– А как вы здесь очутились?

– Тоже не знаю точно. Кажется, благодаря развитому воображению Тимки. Мы отстали, – Матвей Степанович поспешил догнать уже вошедших в дверь замка Тимку и Кристину.

Замок Егору не понравился. Внутри он оказался таким же тёмным, как и снаружи. Тёмные стены, чёрная мебель, чёрные и тёмно-синие оплывшие свечи, даже витражные окна были в тёмных тонах.

Тимку и Кристину они с котом нашли в музыкальном зале. Облокотившись на готическое пианино из тёмного лакированного дерева, Кристя с любопытством разглядывала грустного мальчика лет двенадцати, одетого в темный костюм и цилиндр. Егор с удивлением заметил, что золотистое платье  сестры стало чёрным. Тимкина одежда также потемнела. Лишь браслет из разноцветных ленточек остался прежним. Егор взглянул в большое мутное зеркало. Его одежда тоже стала чёрной, а на щеке появилась нарисованная тёмным карандашом слезинка.

– Только готом я ещё не был, – буркнул Егор, подходя к сестре. Та лишь засмеялась, увидев одежду брата. Смех Кристины прозвучал серебристым колокольчиком, взметнувшись к высокому потолку замка. – А сама-то!

Девочка заметила изменившееся платье.

– Но почему?! – удивилась она, вопросительно глядя на Тимку.

– Из-за Пашки, – грустно улыбнулся тот, кивая в сторону брата. – Его настроение отражается в цвете.

– Какое же оно у него плохое, – заметил Егор.

– Не плохое, а грустное, – Кристина вновь облокотилась на пианино, продолжая наблюдать за мальчиком, пальцы которого проворно скользили по клавишам пианино.

– Я принёс новые мелодии, – Тимофей выложил листки и еду на лакированную поверхность.

– Он не разговаривает? – заметив, что Пашка никак не отреагировал на их появление, спросил Егор.

– Разговаривает, но пока не хочет, – ответил Матвей Степанович, поправляя чёрный цилиндр.

– Но почему? – выяснял Егор.

– Так он защищается ото всех неприятностей, – туманно объяснил кот. – У него сложный период.

Тимка терпеливо дождался пока брат доиграет, заставил его поесть и посмотреть новые ноты. Но Пашка сыграл их по-своему, и мелодия зазвучала более грустно. Тимофей не стал возражать.

Егор обратил внимание на высокие кипы сухих тыквенных нотных листов, затянутых паутиной. Вообще паутина и пыль были здесь на каждом шагу. Он провел пальцем по полировке пианино. Но пыль тут же появилась снова.

– Бесполезно, – вздохнул Тимка, заметив его действия.

– Почему?

– Паше очень тяжело. И пока он не хочет никаких перемен. Но я стараюсь вытащить его.

– Вытащить? Откуда? – Егор наблюдал за кружившейся по залу сестрой.

– Из депрессии.

– Ему всего лет двенадцать. Какая может быть депрессия?

– Ну, – замялся Тимка, отводя Егора в сторону. – Некоторое время назад у нас погибли родители, и Пашка оказался здесь, – он махнул в сторону зала рукой. – Я же не мог его бросить! Поэтому сейчас мы вместе в этом мире. Полина лучше всё объяснит.

– Полина?

– Наша старшая сестра. Сейчас мы пойдём к ней в гости.

– Она тоже смогла попасть в этот кошмар?!

– Почему сразу «кошмар»? Разве тебе нисколько не нравится наш мир? – несмотря на улыбку, в глазах Тимки заблестели слёзы.

– Немного… нравится, – смутился Егор. Ему не хотелось расстраивать нового знакомого. – Просто я скучаю по дому. И беспокоюсь за бабулю.

– Мне хочется, чтобы вы с Кристиной побыли у нас в гостях ещё хоть немного, – умоляющим тоном произнёс Тимофей, с прежней грустной улыбкой наблюдая за кружащимися в танце Кристиной и Матвеем Степановичем. – Пожалуйста.

– Хорошо, – кивнул Егор, подумав: «Будь, что будет».

– Только не переживай о возвращении. Всё будет хорошо, – заверил Тимка.

Кристина оставила кота и, подбежав к пианино, вновь облокотилась на него, заглядывая в грустные глаза Пашки.

– Мне нравится твоя музыка, – сказала девочка. – Ты мог бы сочинить что-нибудь для меня?

Мальчик перестал играть, внимательно посмотрел на Кристину и кивнул. Увидев это, Тимка ахнул.

– Пашка услышал твою сестрёнку! – тихо сказал он Егору. – Первый раз за всё время отреагировал на чьи-то слова! Нужно рассказать Полине!

– Для меня напишут мелодию! – подбежала похвастаться Кристя.

– Как здорово! – Тимка улыбнулся, погладив светлые кудри девочки.

– А почему твой браслет не стал чёрным? – обратила она внимание на оставшиеся яркими цветные ленточки.

– Потому что сплёл его из настоящей радуги, – объяснил Тимка. – А настоящая радуга живёт вечно.

– Я тоже хочу такой! Ты мне сделаешь?

– Да, только нужно достать радужные ленты.

– Это долго?

– Не очень, – колеблясь, ответил мальчик.

– Кошмар, как долго! – услышал их Матвей Степанович.

– Ну, нам же нужно чем-то заняться, – предложил Егор. – Можно и к радуге сходить.

– Ой, Горка, неужели ты снова превратился в моего брата? – обрадовалась Кристина.

– Сначала навестим Полину, – кивнул Тимка.

Когда они выбрались из холодного, тёмного, голого леса, Егор даже радостно вздохнул. Наконец-то, солнце! На очередной полянке, под раскидистыми лопухами дети заметили огромную чёрно-белую клетчатую доску.

– Шашки! – Кристина побежала к знакомому предмету. – А где же фишки для игры? – она заглянула в ближайшие кусты.

– Не там ищешь, – хмыкнул Матвей Степанович. – И это не шашки, – кот тряхнул листья лопуха. На доске оказалось несколько больших круглых красных и зелёных букашек. – Мы называем эту игру «букашки», – он расставил насекомых по клеткам по принципу шашек.

– Тогда уж, не «букашки», а «букашашки», – внесла поправку сообразительная Кристина, присаживаясь на траву. – Ну, что, Матвей Степанович? Ты со мной? Сыграем против Тимки и Егора?

– Мы вас в один миг победим, – уверенно ответил Егор, занимая место напротив. Но играть в  «букашашки» оказалось сложнее, чем он рассчитывал. Насекомые всё время перебегали с клетки на клетку, улетали на листья лопуха, либо не желали двигаться с места. Вдоволь насмеявшись, игроки решили остановиться на ничьей. Хотя, похоже, победили сами букашки.

До утопающего в цветах домика Полины они добрались, примерно, к полудню. На резном подоконнике остывали воздушные пирожные. Но самой хозяйки дома не оказалось. В большом глиняном чайнике Тимка заварил отвар из душистых трав, разлив чай по самодельным чашкам. Лишь только они закончили пить чай, как дверь отворилась и вошла самая красивая девушка, какую Егор мог себе представить. Синеглазая с каштановыми косами, в длинном бирюзовом сарафане и с плетёной корзинкой в руках.

– Полина! – Тимка подбежал к сестре, помогая отнести корзину к печке и вытащить принесённые продукты. – Познакомься, это Егор и Кристина – наши гости.

– Очень рада! – на вид Полине было не больше восемнадцати лет. – Вы голодные? – похоже, она нисколько не удивилась, увидев новые лица.

– Уж-жасно, – промурлыкал Матвей Степанович.

– Я сделала отличный пирог с тушёной капустой, – девушка принялась доставать из комода тарелки. – Вы от Пашки?

– Да, – кивнула Кристина. – А как ты узнала?

– По одежде, – Полина поставила новую порцию чая на печь.

– Странно, первый раз вижу зелёное яйцо, – любопытная Кристина рассматривала принесённые Полиной продукты.

– Просто они ещё не дозрели, – сказал Тимка, помогая сестре резать пирог.

– Не дозрели?! – переспросил Егор.

– Да. У Полины почти всё растёт на деревьях. А у меня только кексово-булочное дерево получилось. Но я и готовить-то не умею. Только рисовать еду! Полиночка сама почти всё готовит, – с готовностью объяснял Тимофей, попутно накрывая на стол.

– Вы надолго к нам? – присаживаясь, спросила Полина.

– Пока не поймём, как попасть домой, – ответил Егор.

– Но.., – девушка растерянно посмотрела на Тимку. – Ведь…

– Поля, пожалуйста! – наклоняясь к сестре, шёпотом взмолился тот. – Пусть они побудут ещё хоть денёк! – потом уже нормальным тоном стал рассказывать о визите к Паше.

Полина обрадовалась новостям. Брат не реагировал ни на что, не интересовался ничем, кроме музыки. Они с Тимкой с трудом заставляли его поесть. За двери замка он тоже редко выходил. А за пределы своего болота, вообще – никогда.

Егору показалось странным шептание Полины и Тимофея, но он постарался не зацикливаться на этом, продолжая уплетать пирог с капустой и тайком любоваться красивой Полей.

– А как ты здесь оказалась? – ему захотелось услышать историю девушки.

– Я не могла оставить братьев, – ответ Полины оказался слишком простым. – У меня есть только они, а у них – я. Мы должны всегда и везде оставаться вместе.

– Получается, кроме вас здесь больше никого нет? А как же лагерь «кепок»?

– Лагерь «цилиндров» ты уже видел? – засмеялась Полина. Егор кивнул. – Вот и лагерь «кепок» точно такой же. Просто Тимке скучно сидеть без дела, вот он и придумывает себе занятия, – она сняла с брата чёрный цилиндр и потрепала непослушные каштановые пряди. Мальчик улыбнулся.

Поев и отдохнув в маленьком садике, дети собрались в обратный путь. Нужно было полить и в очередной раз измерить Тыквика. Потом нарисовать что-то на ужин и новую одежду на завтра.

Следующий день решили посвятить походу за радужным браслетом для Кристины. 

Идти пришлось долго. Но на этом трудности не закончились. Чтобы прикоснуться к радуге, нужно было ещё больше часа подниматься по лестнице, вырезанной в стволе огромного дерева. Уже на середине подъёма все выдохлись, кроме Тимки. Казалось, в нём встроен вечный двигатель. Даже Матвей Степанович тяжело вздыхая, развалился на широкой ступеньке, задрав вверх уставшие лапы.

– Больше не могу, – вздохнул он.

– Перекусим? – Тимка достал из своей сумки захваченные бутерброды и сок.

– Давай, – с готовностью отозвался проголодавшийся Егор.

Расположившись на ступеньках, все молча жевали. Даже Кристина, по любому поводу задававшая множественные вопросы, пока что вела себя тихо. 

Отдохнув, они продолжили подниматься.

– Ну, наконец-то! – когда у всех вновь иссякли силы, воскликнул Матвей Степанович. – Пришли!

Лестница выходила на небольшой балкончик. Такие выступы встречались по всей лестнице. Но именно с этого можно было дотянуться до висящей между деревьев радужной ленты. Пока Матвей Степанович, тяжело дыша, валялся на лестнице, Егор с Кристиной держали высунувшегося с балкончика Тимку. Он пытался захватить все цвета радуги для браслета. Справившись с задачей, Тимка быстро сплёл браслет и надел его на руку девочке. Кристина зачарованно наблюдала за светившейся, словно дышащей, субстанцией из непонятной материи. Егору тоже понравился браслет сестры. Он одобрил подарок. Но, похоже, сил на обратную дорогу совсем не осталось. Мальчик поделился своими опасениями с Тимофеем.

– Не переживай, – беспечно отозвался тот. – Немного отдохнём и полетим.

– Полетим? – переспросил Егор, подумав, что ослышался.

– Да. У нас парапланы на следующей площадке стоят. Мы почти всегда так спускаемся.

– Но ведь их потом нужно вернуть на место. Опять поднимать?!

– Ага, – кивнул Тимка. – Но мы не часто здесь бываем. Потом поднимем.

– Они, наверное, тяжёлые.

– Зато летать, знаешь, как здорово. Это того стоит!

– Не спорю. Потому что никогда не летал, – ответил Егор.

– Мы полетим?! – наконец оторвалась от любования своим браслетом Кристина.

– Да, – отозвался Матвей Степанович, переворачиваясь на бок. – Если я пройду ещё хоть шаг, то мои лапы отвалятся.

– А шаг сделать придётся, и не один, – улыбнулся Тимка. – Парапланы стоят на следующей лестничной площадке.

Кот недовольно вздохнул, поднимаясь.

Следующие минуты Егор не мог сравнить ни с чем. Полёт оказался одним из самых ярких впечатлений в его жизни. Даже ему, начитанному, умному мальчишке не хватало слов, чтобы передать эти потрясающие ощущения.

Матвей Степанович умело управлял их летательным аппаратом. Тимка с Кристиной держались поблизости. Егор слышал восторженные возгласы сестрёнки, успевая радоваться и за неё тоже.

Приземлились они на полянке у Тимкиного домика. Усталые, но довольные, путешественники, смеясь, делясь впечатлениями и спотыкаясь, пошли в дом. Умывшись, нарисовали ужин и отправились отдыхать.

Убедившись, что Егор и Кристина уснули, Тимка вышел из дома, снял со стены ключ. Матвей Степанович уже достал волшебную коробку. Они положили в неё ключ и клочок тыквенного листа, на котором была нарисована цифра «два». Через несколько минут в коробке появились ещё два ключа. Тимка улыбнулся Матвею Степановичу грустной, дрожащей улыбкой. Тихонько прокравшись в спальню к своим гостям, он аккуратно положил каждому под подушку новенький ключик.

Вернувшись в столовую, он сел в плетёное кресло, Матвей Степанович свернулся огромным бело-серым клубком около ног Тимки.

– Мы всё равно должны были вернуть их, – тихо промурлыкал кот.

– Знаю, но мне так грустно, – вздохнул Тимофей. – Возможно, у нас больше никогда не будет гостей… Ведь у тебя первый раз получилось привести кого-то.

– Хорошо, что кошки могут путешествовать между мирами, – похвалил сам себя Матвей Степанович.

– Да. Что бы я делал без тебя, – согласился Тимка.


Проснувшись, Егор обнаружил, что находится в своей кровати, в доме бабушки. Он быстро поднялся. Неужели это был всего лишь сон? По комнатам плыл аромат жарившихся блинчиков. Из соседней комнаты выбежала Кристина.

– Горка, всё исчезло! – закричала она. – Мы вернулись! Как такое могло произойти?

Значит, это было по-настоящему. Сестра тоже помнит.

– Проснулись? – с кухни выглянула улыбающаяся бабуля. – Умывайтесь и завтракать.

За завтраком Кристина принялась рассказывать бабушке о странном путешествии. На что бабушка лишь загадочно улыбалась внукам и подкладывала на их тарелки очередные блинчики. Приняв странное поведение бабули за недоверие, Кристина показала браслет, сплетённый из всех цветов радуги.

– Вот, это мне Тимка с Матвеем Степановичем подарили, – сказала девочка.

– Очень красивый, – одобрила украшение бабушка.

Ближайшую неделю Егор занимался своими прежними увлечениями: чтением и рыбалкой. А Кристина не могла найти себе места, придумывая, как перенести в свой мир Тимку, Матвея Степановича, Пашку и Полину.

Через несколько дней, в поисках своего баскетбольного мяча, Егор, заглянув под кровать сестры, обнаружил там разноцветную коробку. Надпись на крышке заинтересовала его. Открыв «волшебную коробку», Егор обнаружил там несколько рисунков. Мальчик узнал друзей из странного сна. Или это был не сон? Он уже начал сомневаться. Но ведь не мог один и тот же сон присниться сразу двоим? На одном из рисунков все четверо: Матвей Степанович, Полина, Тимка и Паша были изображены вместе, в синем грузовичке. В самом низу коробки, под рисунками, лежал радужный браслет Кристины.

Сложив всё обратно, Егор закрыл коробку и задвинул её на прежнее место…

Очередным солнечным, вкуснопахнущим сельским утром, Егор проснулся от автомобильного сигнала и чьих-то радостных криков. Выглянув в окно, возле соседского дома он увидел старенький синий грузовичок, с кузова которого спрыгивал Тимка.

Вскочив, Егор в пижаме и даже без тапочек выскочил на улицу. Возле грузовичка уже прыгала радостная Кристинка, прижимающая к себе большого бело-серого кота.

– Матвей Степаныч! – радовалась сестра. Увидев брата, она отпустила кота на землю и заулыбалась ещё больше. – Горка, они приехали! Видишь, моя коробка тоже исполняет желания!

– Привет, – поздоровался Егор с Тимкой и вышедшей из кабины грузовичка Полиной.

– Привет, Егор! – улыбнулся Тимка своей прежней и такой знакомой улыбкой. – Держи! – он достал из кузова жёлтую гитару. – Поможешь нам разгрузить вещи?

Полина тоже улыбалась детям. Кристя заглянула в кабину автомобиля. Там сидел Пашка. Но совершенно другой Пашка, правда, всё ещё немного грустный, но уже умеющий улыбаться.

– Привет, – девочка протянула ему руку. – Если помнишь, меня зовут Кристина. Ты сочинил мелодию для меня?

– Да, – кивнул Пашка, пожимая Кристине ладонь.

– Как у вас получилось вернуться? – спросил Егор, помогая Полине и Тимке переносить вещи в дом.

– Благодаря Кристине, – ответила Полина. – Она уже показала нам свою волшебную коробку.

– А как вернулись мы? Я до сих пор не понимаю.

– Прости, –  виновато улыбнулся Тимофей. – Я мог вернуть вас в любой момент. Но мне так хотелось провести с тобой и Кристей побольше времени. Я же не знал, что у этой маленькой девочки хватит сил вытянуть нас с Полей, а самое главное, Пашку из придуманных нашим разумом миров в реальность.

– Думаю, если бы мы не провели столько времени у вас, то даже у Кристины ничего бы не получилось, – подумав, сказал Егор, наблюдая за прыгающей вокруг них улыбающейся сестрой. Похоже, это лето обещает стать одним из самых нескучных и запоминающихся на всю жизнь…



Свидетельство о публикации № СП-41116 от 02.03.2019.

Читайте также:
Комментарии
avatar