[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Проза » Сказки о Йорге и Карибонки (цикл сказок)
Сказки о Йорге и Карибонки
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:29 | Сообщение # 1
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ПРО КАШУ И ШУТКУ БОГОВ

сказка первая

Привет.
....Говорят, что все сказки в мире написаны одинаково.
Специальные учёные-сказочники просидели над книгами сказок столько, что бороды их спустились до пола, а макушки сначала поседели, а потом полысели. Они изучали сказки – и узнали только то, что ты давно уже знаешь.
Они узнали, что герой в сказках всегда хороший, что ему обычно помогает волшебный спутник или чудесная вещь, что длинная дорога заканчивается возвращением домой... И кто этого, спрашивается, не знает?
Спросили бы сразу у тебя – избежали бы лысины!

...Говорят, что все сказки мира написаны людьми (ну, кроме некоторых, самых смешных, их тебе расскажут в церкви, синагоге или мечети).
Но ведь мы знаем, что это не так! Когда-то давно было настолько давно, что люди не умели отличать сказки от обычной жизни – только потому, что между ними и в самом деле не было никакой разницы. Людей было ещё так мало, что на дороге легче было встретить кентавра или говорящего льва, чем соседа; а вечером на огонёк в дом вполне мог заглянуть один из богов в обличье путника. Оттуда наш обычай привечать гостя – неизвестно ведь, кто, так похожий на твою бабушку, нынче пьёт у тебя чай...
Но не буду становиться похожим на лысых и бородатых учёных, борода у меня своя есть, а лысину не хочу.
Лучше расскажу сказку, из тех, что писали себя сами; так давно, что это почти правда...

...Йорг, бог западного склона, был мрачен. Он варил кашу.
Каша не получалась.
Йорг был из неглавных богов. Совсем неглавных – он правил только одним заснеженным и обледенелым склоном. Всего склонов было восемь, и вместе они составляли великую снежную гору Шарух, чей пик, словно навершие шлема, венчал Землю. Правда, шлемов ещё не изобрели, и обычно Йорг сравнивал вершину со своей остроконечной войлочной шапкой.
Дрова были сырые и кривые, а главное – их было мало. От этого ячневая каша в котле не кипела, как полагается приличной каше, а только иногда говорила «блюп!», надувая и лопая кашный пузырь. На своём склоне бог был полновластный хозяин и властелин: не шевельнув и пальцем, он мог устроить снежную лавину или камнепад, заставить трястись скалы или запретить ветру пересекать свой склон – но заставить кашу вариться быстрей было не в его силах. Крупа и вода в котле, огонь сучьев – всё это принадлежало другим богам, Йорг просто одолжил у них эти нужные вещи попользоваться.
Бог голодными глазами оглядел унылый склон перед собой. Он уже пробовал устроить метель, чтобы раздуть огонь посильнее, но не рассчитал, и ветер унёс весь костёр; так что пришлось идти за новыми дровами и заново просить искру у Ширка, бога огня…
Но что это такое движется там, скачет с валуна на валун?
Йорг пригляделся и рассмеялся. По вылизанным ветрами камням к нему приближался Карибонки, Шутка Богов.

Карибонки выглядел как помесь лисы и зайца, и был создан в те заповедные времена, когда Арабан, великий бог живого, не слишком хорошо знал ещё, что именно хочет сотворить - потому выходила у него иной раз полная ерунда. Так появились жираф и осьминог, хамелеон, человек, рыба-молот и много чего ещё смешного. Потом уже Арабан приноровился, и удачным зверюшкам позволял размножиться и разбежаться по юной Земле, а неудачных оставлял в одном экземпляре и селил в небесном саду на развлечение гуляющих Богов. Иногда кто-нибудь сбегает оттуда порезвиться – а как, думаете, появились рассказы о всяких единорогах и двухголовых змеях?
Карибонки же не дошёл даже до небесного сада. Увидев его забавную лисью мордашку и длинные рыжие заячьи уши (одно висит, одно торчком), Арабан расхохотался так, что Карибонки выпал из его рук и немедленно убежал – так его и не нашли. Потом, если хотите, расскажу о том, как его поймали и хотели отправить в сад, но простили за то, что он услужил богу музыки...
С тех пор Карибонки скакал по всей земле, появлялся там и тут, и всюду совал свой лисий нос.

Сейчас он сунул его в котёл с кашей, фыркнул, и только тогда сказал:
- Привет, Йорг! Что это у тебя в котле такое?
- Каша, - грустно сказал Йорг, - ячневая…
Они вместе посмотрели на кашу, а она сказала «блюп!».
- Ну, нет, - махнул ушами (одно висит, одно торчком) Карибонки, - это никакая ещё не каша! Она ещё недоваренная, маленькая, это пока ребёнок каши. Учишь его говорить? – (каша вновь сказала своё «блюп!»).
Йоргу было не до шуток. Он угрюмо посмотрел на Карибонки. Карибонки проверил, разделяет ли его и сердитого бога костёр, и сказал:
- Смотри, только не учи ходить – убежит ещё!
Как ни странно, Йорг не запустил в шутника камнем, а вздохнул:
- Хорошо бы, если начнёт убегать – значит, сварилась... Ты всё хаханьки, Шутка Богов, а я со вчера не ел.
Карибонки сочувственно потупил лисий хвост, но сразу почуял, что дело может обернуться хорошей проказой – он даже передними лапками простучал по камню, как делают зайцы от удовольствия.
- Так каши не сваришь! – авторитетно заявил он, дунув в гаснущий костёр и облизав с усов пепел, - ты что, Йорг – поссорился с Ширком, и он наказал тебя какой-то огневой болезнью? Твой костёр при смерти; достань-ка ещё огня и дров!
Йорг невесело рассмеялся.
- Понимаешь, Карибонки – раньше мы с братьями-богами склонов этой горы посылали за огнём, крупой и дровами южный ветер. Но как-то я, будучи в плохом настроении, запретил южному ветру пролетать по моему склону. Как назло, все мои братья именно в этот день сделали то же самое – бедный Вьюви, бог южного ветра, целый день просидел, вертясь волчком, на самой верхушке горы, ведь мы не давали ему даже спуститься по нашим землям!..
Шутка Богов тихонько захихикал.
- Он так обиделся, - продолжал Йорг, - что мы неделю потом сидели и ели старые припасы. Самое грустное, что братья-то догадались извиниться перед Вьюви, и снова вкусно обедают – а я был гордым, и теперь буду жевать сырую старую крупу.
Карибонки сел по-заячьи и по-заячьи почесал ухо (то, что висит).
- Так не годится, - сказал он, - Я-то надеялся у тебя перекусить... Кажется, пришла пора научить тебя ходить по гостям!..
Бог западного склона вздрогнул.
- Это... это надо вставать, выходить со своей земли?.. – осторожно спросил он.
Йорг, как всякий бог определённой местности, был домоседом и старался не покидать своих владений. Сейчас он задумался. Стоит ли его потревоженного покоя его же бедный живот?
В высокогорном воздухе раздалось громкое урчание.
На этот раз вздрогнул Карибонки. Он расправил уши (даже то, что висит) и встряхнулся.
- Да, - мурлыкнул он, - и твой живот, кажется, согласен.
Йорг тяжко вздохнул.
- Но ты же поможешь мне, Карибонки? Я сроду не занимался этим делом...
- Конечно, помогу! – с восторгом закричал Карибонки, - Но и ты должен помочь мне в моей беде.
- Расскажи-ка сперва, в чём твоя беда, - велел бог.
И Карибонки начал рассказывать.

- Недавно я был допущен к Ларру, Верховному Богу Солнца... - важно начал полулис-полузаяц (он скрыл за важностью тот факт, что к Ларру его притащили за ухо - то, что торчком – потому, что он раздавал имена ураганам в море), - У него был большой приём... знаешь, боги там всякие...
Йорг сдвинул брови; Карибонки скорей продолжил.
- Я давно ждал этого случая, и попросил Ларра сделать и меня каким-нибудь богом. Он почему-то удивился.
«Богом чего же именно хочешь ты стать, о наша Шутка?» - спросил Верховный: «Есть у нас тот, кто нас развлекает, бог веселья и вина, толстый Уффрик – а ты, разве, станешь богом глупых шуток?»
- О да, Верховный, сделай меня Богом Глупых Шуток! – вскричал я, - Я и так в какой-то мере им являюсь, если послушать вечерние сплетни на Завалинке Богов, что ещё зовётся млечным путём...
Знаешь, Йорг, как ответил мне Ларр? Он сказал: «Ладно, Шутка Богов, если ты хоть раз заставишь меня засмеяться в этом году – я сделаю тебя Богом Глупых Шуток. А пока – прочь с глаз моих! И не смей больше шутить с ураганами, паршивец...

На этом месте Йорг едва не всхлипнул – он был суровым, но жалостливым богом, и всегда сочувствовал обиженным.
- Но как же мне заставить его рассмеяться, Йорг? – захныкал Карибонки, и уши его повисли, даже торчащее, - Ларр, он единственный, кто никогда не смеялся моим проказам. Даже когда я перепутал упряжки на празднике Лунной Улыбки; тогда морской бог Лиллиме едва не утонул на небесных журавлях, а бог небесной синевы Орос спотыкался в небе, несомый дельфинами... Помнишь? Тогда даже суровый бог мира мёртвых Гдарм немножко хихикнул, а красавица-капризуля Нэль, богиня весны и влюблённости, просто скисла от смеха...
- Я от голода теряю терпение, - напомнил Йорг, и поправил почти погасшие дрова, - Чего ты хочешь, Карибонки?
- Даже и не знаю пока. Ты пригодишься мне неожиданно, так что дай мне всего лишь обещание помочь!
- Хорошо! – зарычал потерявший терпение Йорг, - обещаю тебе исполнить одну твою просьбу, если это не повлечёт за собой гнев Высших Богов – так годится?
- Конечно! – Карибонки едва не запрыгал от радости; шутка начинала расцветать, как полевой мак. Впрочем, внутри него, как внутри каждого из нас, маленький внутренний Карибонки прыгал и пел от радости, никого не боясь.
- Можно приниматься за дело, о Глупейшая из Шуток?
Голодный бог западного склона начал уже прикидывать, как мясо Карибонки сможет приправить его кашу, если добавить чуть дров и воды... не переставая ему сочувствовать – мы тоже умеем сочувствовать тем, кого собираемся съесть...
Но Карибонки зорко следил за Йоргом.
- Кто у нас самый гостеприимный? Кто владеет самыми вкусными вкусностями на свете? – спросил он, - Конечно, добряк Уффрик! Давай наведаемся в его тёплую морскую страну!
Йорг задумался. Для него это было не слишком лёгким занятием, так что он скоро утомился и сказал:
- Я согласен, Карибонки. Идём к Уффрику. И запомни – за моё обещание ты накормишь меня до отвала!
- Не будь я начинающий Бог! - вскричал Карибонки, и они пустились в дорогу.

Йорг повёл плечами, ухмыльнулся – и разом вырос втрое. Потом ещё вдвое – всего, стало быть, вшестеро. Карибонки еле успел ухватиться зубами и лапками за боговы сапоги из оленьей шкуры – Йорг сделал первый шаг. Шаг унёс его за горизонт, за владения зимы, погрузил в тёплое, тающее травяное поле.
Бог западного склона шагнул ещё дважды – и оказался на морском берегу, у входа в покои своего дальнего родственника, бога вина и веселья Уффрика.

- ...Фу-ты, ну-ты, зимой запахло! – Уффрик даже приподнялся на подушках и сощурил на гостя – точнее, гостей – заплывшие улыбкой глазки.
Йорг стряхнул с сапога намертво вцепившегося Карибонки.
- Привет, родственник, - коротко сказал он (а где ему было учиться вежливости?).
- Приветствую! – сказал Уффрик, ворочаясь в подушках широкого ложа, - Рад видеть. Вина, конечно?
- Нет, спасибо... Я, честно говоря, к тебе с просьбой, - начал честный бог, но вредина Карибонки, конечно, вмешался.
- Мы к тебе на обед! – пропищал он, - Прослышали мы о твоём гостеприимстве, родственник Уффрик...
Уффрик даже виноградиной подавился. Но быстро откашлялся.
- Йорг, племяш! – воскликнул он, - Неужто и тебя это коснулось? Боги совсем забыли былую щедрость! Ссорятся только, нет, чтоб накормить голодного родственника! Захожу намедни к Лиллиме (мы соседи), а он отговаривается, что у рыб нерест... Вот лицемер! Хочешь вина? А больше ничего нет. И не готовил сегодня...
Йорг кашлянул и нехорошо посмотрел на Карибонки. И Уффрик, поняв, что к чему, нехорошо посмотрел на Карибонки.
Карибонки вспомнил, как однажды нечаянно вовлёк Уффрика в изобретение уксуса, поджал хвост и развёл ушами:
- Великий Уффрик; но ты, надеюсь, богат советами? Бог западного склона горы Шарух голоден – куда нам направиться?
- Добрая Нэль сегодня занята ссорой с мужем, Грозовым богом Дадрдом... Не думаю, что умно платить жизнью за её стряпню, - начал размышлять хозяин, - Великий Ларр гостит в подземельях мрачного Гдарма... Слушай, Йорг – а ты не пробовал попроситься на обед к человеку?..
- Человеку? - Йорг вновь опасно задумался. – Человеку... Самое странное творение Арабана – что-то меж камнем и звездой, - протянул он, - Думаешь, его пища нам годится?
- Ещё как! – ухмыльнулся Карибонки, кое-что зная о пище людей, - Не сомневайся.
- Ну, хорошо. А где его искать? Человек так редок, реже, чем дракон...
- Положись на меня, - авторитетно заявил Карибонки, - я покажу тебе короткую дорогу к его жилищу! Прощай, о великий Уффрик!
- Прощайте и вы, друзья! – сказал вослед бог веселья, довольный уже тем, что гости уходят так скоро, - Удачи вам!.. Нахлебнички... – но это уже слышали только виноградные лозы...

Пока медленный Йорг заносил ногу для первого шага, Карибонки уже всё продумал – и не только продумал, но уже и начал делать.
Во-первых, он отцепился от сапога.
Во-вторых, дорогу он Йоргу показал короткую, но сам поскакал по вдесятеро более короткой.
А в-третьих, его маленький внутренний Карибонки уже повизгивал от нетерпения.

Вскоре он был уже возле хижины Человека. Солнечная ладья ещё лишь отплывала от причала полудня, когда Карибонки твёрдыми заячьими когтями царапнул в дверь.
- Если ты со злом – оборотись! – крикнула изнутри Женщина, - При мне зеркало и гребень!
- Оборачивался, - проворчал Карибонки, проскользнув за порог и садясь у входа, - Никого сзади нет. Здравствуй, Женщина!
Женщина была настоящей человеческой Женщиной – она подошла и упёрла уставшие от работы руки в крутые бока.
- Это что ещё такое нарисовалось? – усмехнулась она. Трудно было не усмехнуться, увидев Карибонки; он был словно сам смех в рыжем обличье зверёныша.
- Пока я скрёбся, ты была умной, а теперь глупая, - проворчал он, - Я к тебе не с весельем. Знаешь ли ты Ларра, бога света и Солнца?
- Конечно, знаю, - сказала Женщина, - Я постоянно дарю ему масло и ромашки. Он уже должен весь быть промасленным и пахнуть ромашками...
- Но ты не знаешь, что случилось с ним не далее, как сегодня в полдень! Великий Ларр навещал свои владения в пустынях, и слишком долго задержался под солнцем!
Женщина подняла на уши Карибонки (одно висит, одно торчком) вопросительный взор.
- Как ты не понимаешь! – воскликнул Карибонки, - Ты знаешь, что от любой вещи под собой Солнце пытается оторвать его плохую чёрную Тень?
Женщина кивнула. Что-то подобное приходило ей в голову не далее, как позавчера, меж пелёнками и травяным чаем.
- Так знай же, - продолжил завывать Карибонки, - Что Солнце нынче в полдень было так сильно, что оторвало от Великого Ларра тень, и теперь эта тень, обретя облик одного из богов, движется прямиком к твоей хижине! И она голодна, эта Тень!
- Не надо так кричать, шёлковая спинка, - благодушно сказала Женщина, - Бог в дом – это всегда радость. Тем более, голодный бог – у меня на такой случай всегда есть пара лишних лепёшек... Хватит и моему Мужчине, когда он придёт с охоты, и Девочке (она спряталась от тебя, или играет где-то снаружи), и бродячей голодной Тени. Ты, кстати, ушастый – не хочешь ли горячей лепёшки?
- Нет! Спасибо! – пискнул Карибонки, и даже вжался в угол подальше от соблазна – он знал, что на сытый живот и шутки получаются сытые, толстые и неинтересные, - Ты не понимаешь, Женщина, горе идёт к твоему дому! Горе тебе, если ты предложишь пришедшему путнику еды!
- Горе? Ты хочешь, чтобы я нарушила закон гостеприимства и не накормила путника? Чтобы Тень Бога рассердилась? Слушай, Карибонки, рыжий нос – видишь, в углу стоит метла? Вы пока незнакомы, но это дело поправимое... – задумчиво сказала Женщина.
- Не стоит! – Карибонки придвинулся ближе к выходу; он уже имел удовольствие познакомиться с госпожой Метлой в других жилищах.
- ...Вижу, знакомы! – Женщина выпрямилась в полный рост, что в её тесной хижине было непросто, - Ну так у меня ещё есть пестик, точило, кочерга и дрова... Ты не желаешь пообщаться?
- Не люблю большие компании! – пискнул Карибонки, отступая ещё на мизинчик, - Но ты подумай, Хозяйка!.. Что едят люди и боги? – спросил он, и тут же ответил, - Еду. Что едят тени людей и тени богов?
Женщина, соображая, посмотрела на него и подняла бровь.
- Правильно, они едят Тени еды! Твои лепёшки Тень посчитает оскорблением, и не говори потом, что я тебя не предупреждал!
- ...О горе мне, несчастной! – заплакала Женщина совершенно неожиданно (во всех таких сказках женщины обязательно восклицают «о горе мне!» Будто и слов других нет) – Что же мне делать? Придёт путник, ещё и бог, а мне и накормить-то его нечем!.
- Слезами горю не поможешь, - рассудил Карибонки, - Надо быстрей готовить гостю его любимую тень еды...
- Да я отроду не знаю, что это такое! – взмолилась Женщина.
- Подумай, на то ты и человек. Неужели я, несчастная Шутка Богов, должен думать за Человека!
- Помоги хоть немного, Карибонки – когда я начинаю думать про тень еды, я словно иду по дому в темноте!..
Карибонки сел на лисий хвост и немедленно заважничал.
- Это от того, что ты думаешь не в ту сторону, - протявкал он, - Думать, как и идти, можно по разным дорогам. Смотри, я научу тебя... Что такое эти твои лепёшки?
- Ты разве не видел лепёшек? – удивилась Женщина, - Вот, посмотри!
И она взяла со стола круглую дощечку с целой стопкой прекрасных, пухлых лепёшек из дикой гречихи.
- Волосы у тебя светлые и длинные, - вздохнул Карибонки, невольно облизываясь, - а ум тёмен и короток… Какие они, эти лепёшки, расскажи словами!
- Ну... э-э... они мягкие, - растерялась Женщина; она не ожидала, что очевидные вещи так сложно выразить языком, - Тёплые... И тают на языке, когда их откусишь.
- Вот! – подпрыгнул Карибонки, - А Тени любят всё наоборот – поняла?
- Кажется, начинаю понимать... Лепёшки для тени должны быть... твёрдые?
- Не просто твёрдые, а как можно твёрже!
- Ага! – эта игра пришлась Женщине по вкусу, - Значит, очень твёрдые, холодные... И чтобы не раскусить даже Мировому Змею Браху – правильно?
- Ну наконец-то... Вот и принимайся за дело! – вздохнул Карибонки, - Сам всё начнёшь понимать, пока тебе растолкуешь... АЙ!
Он подпрыгнул на месте под самый потолок и, как кошка, развернулся в полёте – всё потому, что из-за приоткрытой двери только что высунулась маленькая, не слишком чистая ручка, и что есть сил дёрнула его за хвост.
- Я тебя съем! – тявкнул он страшным голосом (ему казалось, что страшным), - Я главный по глотанию маленьких детей в этой части мира!
- Сначала догони! – задорно ответили из-за двери, - Я главная по бегу в этой части долины!.. Ты уже бежишь?
Но Женщина на корню пресекла это веселье – когда она вышла за дверь, в одной руке у неё оказалась шкирка Шутки Богов, а в другой ухо существа, всем похожего на саму Женщину, только размерами и растрёпанностью ближе к Карибонки.
Женщина отвела их на цветочную поляну за хижиной.
- Побудьте-ка здесь, - сказала она им, - и не шалите. Мне надо спешить с угощением.

Если вы совсем не знаете Карибонки, то вы поверите в то, что он остался играть с Девочкой.
А он не остался – он показал ей, как заставить муравьёв ходить и ходить по кругу, а сам был таков.

Йорга Карибонки застал ещё на половине второго шага – таким уж коротким путём он его отправил.
- Ага, вот ты где! – запищал он так визгливо, что бог западного склона остановился, едва не споткнувшись, - Я чуть было не потерял тебя. Остановись-ка ненадолго.
- Далеко же живёт этот твой Человек, - подивился Йорг, переводя дух, - Приходится шагать огромными шагами… А человечья еда точно подходит для богов?
- И не сомневайся, - отрезал Карибонки, - Но вот что: приближается время твоего обещания! Помнишь ли ты о нём?
- Конечно, ушастое недоразумение, я о нём помню. Чего ты хочешь?
Уши Карибонки (одно висит, одно торчком) аж засветились от радости.
- Я хочу, чтобы, когда мы будем в гостях у Человека, ты не рассердился на него, что бы он не сделал, и как бы это ни было тебе неприятно.
- Всего-то? – удивился добрый Йорг. Он и так редко сердился, такой уж был у него нрав, - Это легко. Да и разве сможет эта козявка, Человек, чем-то не угодить мне, Богу? Думаю, он изо всех сил постарается меня уважить и накормить всем самым вкусным.
- Так пообещай же мне это! – тявкнул Карибонки, - Поклянись по всем правилам!
- Обычно клятвы следует брать с тебя!.. Ну, если так уж надо... – протянул Йорг, - Но чем же мне поклясться? Разве этими цветами?
Второй шаг остановил их на поляне, полной высоких цветущих трав. Карибонки в два прыжка набрал целый пук красивого небесно-синего цикория и мигом сплёл из него ожерелье.
Йорг взял ожерелье и надел на могучую шею.
- Что ж, ладно. Пока на мне эти цветы, я клянусь: в гостях у Человека не сердиться на него и не причинять ему вреда, что бы он не сделал и как бы мне это не нравилось!.. Ты доволен, Уши-На-Пустом-Месте? Не понимаю, правда, чем это поможет тебе в деле увеселения Верховного Ларра, ну да ладно – не пора ли нам в путь? Мой голод, кажется, скоро станет самостоятельным существом и убежит вперёд нас!
И они отправились в путь.

- Здесь, - сказал Карибонки, спрыгивая с отворота йоргова сапога.
Бог огляделся. Они были на заросшей кустарником и кизилом подошве Великой Горы Шарух.
- Человек живёт на самой границе моих владений? – изумился Йорг, - Вот так новость! Чего ещё я не знаю о своей земле?
- Ты ещё не знаешь всей глубины человеческого гостеприимства, - скромно заметил отчего-то довольный Карибонки, - Не верти головой, лучше уменьшись – иначе невзначай раздавишь и обед, и хозяев!
Йорг, спохватившись, начал уменьшаться, словно проваливался внутрь себя – вдвое, потом ещё втрое.
Тут только он заметил прямо перед собой хижину, дверь, а в проёме двери – Женщину.
- ...Вот как! Человек-Женщина... – пробурчал он себе под нос.
Он никогда не видывал женщин, но мягкой, чуть настороженной улыбкой, стройным и сильным станом, она напомнила ему знакомых Богинь. На всякий случай, он решил, что к подобному лучше и относиться подобным образом.
Женщине, никогда не видавшей Богов, он напомнил её Мужчину – так же были широки его плечи, сурова и проста одежда, так же курчавилась борода. «Не так уж и страшно» - подумала она: «Кажется, эта Тень – Мужчина».
(Так и ведётся в мире с тех заповедных пор, что мужчины в каждой женщине видят, или хотя бы ищут Богиню, - а женщина даже с Богом иной раз держится как с простым мужчиной...)
Впрочем, на пороге они стояли недолго.
- Гость может войти, о статуя Женщины? – ехидно поинтересовался Карибонки, - Слышишь, о статуя гостя, мы можем войти!
- Да, конечно, прошу в дом! – заторопилась хозяйка, - садитесь к столу - вы, наверное, голодны.
Йорг благодарно кивнул и, наклонившись, вошёл в тепло и запахи человеческого жилища.
Женщина усадила его за низкий, покрытый шкурой стол – за такими сидят на коленях, или скрестив ноги.
- Что нынче на обед? – медоточиво поинтересовался Карибонки.
- Самая лучшая еда, вкуснейшие лепёшки, - захлопотала Женщина, - То есть, конечно, я хотела сказать – тень лепёшек!
- Тень лепёшек? – Йорг не понял, но решил, что это название экзотического человеческого кушанья, - Здорово, давай скорее – я так голоден, что оставлю от этой тени одну тень!
Карибонки скривился, услышав эту нехитрую шутку – он почитал шутки только своим делом. Тем временем, Женщина еле донесла и бухнула на стол целую груду чего-то, отдалённо напоминающего толстые чёрные пирожки.
Йорг взял пару, взвесил в руках и постучал друг о друга. Звук его озадачил – жаль, он не видел, как за его спиной Карибонки, еле дыша от беззвучного смеха, пятится к выходу...
- Не знал, что Люди питаются так плотно и тяжело... Кажется, чуть зачерствели? Хрустящее вкуснее! - сказал бог, прикидывая, как ловчей, аппетитней и побольше откусить от той «тени», что справа. Голод в нём весело оскалился и нацепил бы салфетку, будь они известны в то отсталое время.
- Приятного аппетита! – сказала Женщина, и ласково улыбнулась, как все женщины при виде едящих их стряпню мужчин, - Надеюсь, вам по...

Карибонки успел кубарем вылететь за дверь.
Грохнуло так, что, казалось, небо с разбегу треснулось лбом о землю. Хижина затряслась осиновым листом, заскрипела, – и оттуда по очереди, выбив дверь, вылетели: Женщина, дикий рёв Йорга и, наконец, сам Йорг, держащийся за щёку и машущий половиной «тени лепёшки».
(Женщина честно не пожалела трудов. В ближнем ущелье она отобрала только те гранитные плитки, что не раскололись при сильном ударе друг о друга. Но не пожалел усилий и бог западного склона! Божественное усилие оказалось о двух концах – ни гранит, ни зуб не выдержали.)
Карибонки сам не ожидал такого эффекта от безобидной, казалось, шутки – рёв Йорга прижимал кустарник к земле. Надо помнить, что бог находился в своих владениях, которые немедленно, как зеркало, отражали все его мысли и чувства, - где-то вдали прогремел обвал, в тёплом воздухе предгорья неожиданно повеяло стылостью вершин...
Карибонки прижался к ногам Женщины с одной стороны, а с другой она прижимала Девочку. Все трое тревожно переглянулись.
Йоргу, наконец, надоело просто орать от боли. Он поднял мечущий искры взор на трясущуюся троицу.
- Ничего себе угощение! – неразборчиво прорычал он, - Кто это научил тебя так встречать гостей-Богов?!
На этот простой вопрос был простой и правдивый ответ, но Женщина от страха не догадалась об этом.
- Что ж, - продолжил Йорг зловеще спокойно, - Сейчас и я угощу тебя на славу. Неповадно тебе будет шутить с Богами!..
Он жутко ухмыльнулся, рывком вырос втрое и решительно шагнул к Женщине – та завизжала, пряча в объятия Девочку. Только Карибонки, хоть и с прижатыми ушами, чему-то улыбался.
На втором шаге что-то сдавило и обожгло богу шею. Он недоумённо ощупал себя, горестно вскрикнул – и уменьшился обратно.
- Моя клятва!.. Ах ты, ушастое Проклятие Богов! – сказал Йорг, оставив в покое цикориевое ожерелье, - Вот какова твоя помощь! Утешает лишь то, что не я первый попадаюсь на твои проказы – говорят, сам Ларр попадался. Впрочем, рассмешить его тебе этим не удастся – и меня ты не очень-то рассмешил... Этого я тебе не забуду... Ладно, голод притупился болью – чем бы сейчас притупить боль?..
Он присел на выбитую дверь и, больше не глядя на Женщину и Карибонки, тихонько застонал, держась за щёку.
Женщина, неожиданно для себя, как-то разом перестала бояться. Она подошла и ласково положила руку на сгорбленные плечи Йорга.
- Прости меня, добрый Бог! – попросила она тихо, - Я не хотела причинить тебе боль. Это ошибка, и мне очень жаль. Чем я могу помочь тебе?
Йорг удивлённо поглядел на Женщину, удивляясь её смелости. Вблизи глаза у него были серо-синие, как ледники, а у неё – болотно-зелёные, вязкие. Девочка и Карибонки тоже переглянулись на краю поляны – Девочка широко распахнутыми ореховыми, а Карибонки косящими изумрудными, с горизонтальным зрачком, глазами.
- Что ж, помоги, - согласился Йорг, потирая флюс, - Только чем же? Как вы, Люди, поступаете с больными зубами? У богов это, боюсь, первый случай с начала времён.
- Когда зубы болели у моего Мужчины, я гладила и целовала его – он говорил, что боль проходит. Но ему не понравится, если я буду делать то же с тобой.
- Начинаю его понимать! – усмехнулся Йорг, и тут же скривился снова, - Ох!.. А что же делаешь в таком случае ты сама?
Женщина задумалась, а потом смутилась.
- Ну, не знаю... Подойдёт ли это тебе, добрый Бог...
- Мне уже подойдёт всё, что угодно! – взмолился Йорг, - Кроме советов этой ушастой рыжей жабы, конечно!..
Ушастая рыжая жаба, меж тем, насторожила лисий нос и заячьи усы. Шутка его близилась к сезону урожая.
- Ну... – сказала Женщина, заметно краснея, - Как-то, когда Девочка была ещё в моём животе, у меня болели зубы. Чтобы отвлечься и забыть об этом я… я танцевала!..
Бог поднял густые брови и глубоко задумался.
- В жизни всякому есть место! – решил он, наконец, и встал, расправив плечи, - Я не боялся схватиться с Ледяным Змеем – не побоюсь и танцев. Ну, показывай, как это делается!

Женщина отошла на ровное место и раскинула руки.
- Попробуй для начала делать то же, что и я. Раскинь руки, или подними вверх, как удобнее – и кружись, и раскачивайся, и изгибайся! У меня в голове всегда при этом звучит музыка – а как быть тебе, ума не приложу!..
Едва она это сказала, как Девочка вихрем пронеслась мимо неё в хижину и обратно. Она принесла и разложила на лежащей двери котёл побольше, котёл поменьше и несколько досок-тарелок - сама присела рядом, и вооружилась двумя обломками «тени лепёшки», стараясь не сильно показывать их Йоргу.
Над поляной разнеслись звонкие щелчки и гулкое буханье. Недостаток музыкальной грамоты Девочке не мешал, только стучи посильнее и ори погромче!
Йорг поднял могучие руки и начал неуклюже топтаться на месте. Женщина лёгкой птицей закружилась возле него. Спустя миг Карибонки не выдержал, тявкнул и подскочил к Девочке. Его умелые лапки бросили в небо чёткую дробь, задали ритм – и дело пошло веселей.
- У тебя прекрасно получается! – выдохнула Женщина, еле уворачиваясь от прыжков и взмахов Йорга, - Не правда ли, зубы начали проходить?
- Эгей! – воскликнул, ускоряясь, раскрасневшийся бог, - Не знаю пока, но мне нравится это «танцевать» - так, или примерно так прыгают и танцуют горы, когда хотят вытянуться до неба! Эй-йо!
Ох, он был прав! Склон нависающей над ними горы, послушный настроению своего хозяина, уже начал глухо гудеть и содрогаться.
Йорг и женщина не замечали этого – они плясали так заразительно, и так переливчато звенели тарелки с котлами, что Девочка тоже, бросив гранитные обломки, присоединилась к пляске.
Девочка визжала от восторга, скача огоньком, Йорг орал «ого-го!», Карибонки прыгал и тявкал что-то в общем веселье, даже Женщина напевала тихонько, почти про себя.
И над всем этим торжественно и грозно висел, пронизывая небо, подземный рокот танцующей Горы Шарух.
На фоне такого звукового занавеса особенно странно и удивлённо прозвучал властный голос:
- Великие Боги, да что же это здесь происходит??!

Кому, интересно, такое понравится: сидите за пиршественным столом в гостях у доброго родственника, тихо беседуете – и тут потолок начинает гудеть и трястись, качаются стены, дикая какофония звуков и чьи-то визги перекрывают разговор!.. Неудивительно, что Верховный Бог Солнца Ларр и Хранитель Подземного мира Гдарм, чей покой был так варварски нарушен, не вытерпели и поднялись на поверхность лично – посмотреть, разобраться и наказать как следует!
Но то, что они увидели, поразило даже их.
Развесёлая пляска, в которой сплелись Женщина, ребёнок, зверь и Бог (а танцующий Бог почти так же красив, как танцующая Женщина) – это зрелище заставило их застыть на какое-то время, подобно статуям. Случайный путник мог бы подумать, что это ритуальные идолы Ларра и Гдарма, почему-то изображённые рука об руку.

- Да вы остановитесь, или нет!!! – рявкнул, наконец, Ларр так, что Карибонки опрокинуло на хвост, а остальные замерли, пригнувшись, - Что это вы тут затеяли? Хотите опрокинуть Гору и Небо?
Йорг заставил правую ногу прекратить притопывать и согнал с лица улыбку. В высоком, статном, одетом в струящееся золото Боге он сразу узнал Верховного Ларра. Вторую фигуру, низенькую, но с широченными плечами, не надо было и представлять – никто, кроме Гдарма не носит на плечах накидку из живых змей... Йоргу стало чуть неловко – но стыдно, как не странно, не стало. Он плечом отодвинул и заслонил Женщину с Девочкой.
- Привет вам, о Верховный Ларр и Хранитель Гдарм, - сказал он учтиво, - Я виноват, что помешал вам – но у меня болели зубы, и я лечил их, как мог. Учтите, что я был на своей земле!..
- Мне показалось, что не только твоя, но вся Земля тряслась от ваших забав! – ворчливо буркнул Гдарм, но морщинистое лицо его уже начинало ухмыляться, - Да ты со стороны себя не видел, Йорг! Пристали разве честному богу такие прыжки и ужимки? – но тут он уже откровенно хихикнул.
Карибонки, высунув мордашку из кустов, следил не за его ликом – он ловил хоть малейшую дрожь в изгибе плотно сжатых губ Ларра. А Ларр был рассержен, удивлён, ошарашен – но никак не смеялся. И Карибонки это не нравилось. Неужто всё насмарку? Больной зуб Йорга, ссора с ним из-за этого, потерянное время, силы и хитрость – всё это зря?? Досада придала Карибонки недостающую смелость, и он рыжим яростным клубком вылетел на поляну пред очи Богов.
- Это я, я, это всё сделал я, маленький Карибонки, Шутка Богов! – закричал он, и запрыгал, и замахал ушами, - Я заварил всю эту кашу, заставил богов и людей делать то, что они никогда не делали, чтобы ты засмеялся, Ларр, чтобы ты сделал меня Богом Глупых Шуток, как обещал! А ты не смеёшься – так нечестно!.. Нечестно!..
И так забавна была смелость маленького Карибонки, бросающего укор самому Верховному Ларру, что – Ларр не удержался.
Он закинул голову и захохотал так, что у всех заложило уши. Казалось, вся природа притихла и ждёт, пока отсмеётся Солнечный бог. От начала времён никто не видал его улыбки, и она оказалась удивительно молодой.
- Ну, Карибонки, Шутка Богов, Заноза Богов и Головная Боль Богов – ну ты даёшь! Да тебя ещё нужно им делать – Богом Глупых Шуток?! Что ж, вот тебе всё моё действие: ты, Карибонки, Бог Глупых Шуток, можешь отныне зваться так по праву! Прощаю и прощайте!..
Новоявленный рыжий Бог – одно ухо висит, одно торчком – так и смотрел, высунув язык от удивления, как уходили, растворялись в зелени кизила Ларр и Гдарм, возвращались к прерванному пиру.
Первой голос подала Женщина.
- Какие добрые у нас Боги!.. – покачала она головой, и было понятно, что у неё за такую проделку смехом и божественностью не отделаешься.
- Да уж... – протявкал всё ещё ошарашенный Карибонки, - Неужто это я сейчас наскочил на самого Ларра?.. АЙ, негодная! – и он погнался за нахалкой, дёрнувшей за хвост самого Бога.
Йорг поймал вертящуюся кучу малу, отделил зверя от ребёнка (что было нелегко даже для Бога) и повернулся к Женщине.
- Зубы мои прошли, как ни странно, а голод вернулся. Впрочем, ближе к вершине меня ждёт целый горшок каши. Это, рыжее, если не возражаешь, я заберу – для одного дня твоему жилищу шуток достаточно! Идём, о Бог Холодной Ячки...
- Поешьте у меня, - взмолилась Женщина, - Я сгорю от стыда, что обидела гостя! Есть настоящие лепёшки и травяной чай.
- Ну, нет, - Йорг не зря гордился свое волей, - Скоро вернётся твой Мужчина – ему и без меня хватит новостей. А за угощение я не сержусь, вот тебе в этом порука...
Бог западного склона снял с шеи цветочное ожерелье и надел на Девочку – оно спустилось почти до земли; можно было через него переступать туда и обратно, чем Девочка немедленно занялась.

...На третьем шаге Йорг уменьшился вдвое, потом втрое – всего, значит, вшестеро. Отцепил от сапога Карибонки и склонился над закопченным котлом.
- Смотри-ка! – воскликнул он, - Эй, Божественные Уши, каша-то почти не остыла – а уж какая вкусная стала! Садись, давно пора перекусить...
И два уставших, проголодавшихся бога начали за обе щеки уплетать настоявшуюся без них как и положено, вкуснющую ячневую кашу.

Приятного им и вам аппетита!

КОНЕЦ
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:30 | Сообщение # 2
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ЗОЛОТИСТЫЙ
интермедия

..Карибонки проснулся от того, что на носу его кто-то сидел - маленький, невесомый, золотистый и очень щекотный.
- Что за шутки с Богом Шуток? - промяукал Карибонки.
Именно, промяукал: когда он уже не спал, но еще не проснулся совсем, в нем проглядывало что-то не лисье, и не заячье, а котёночье. Он сам этого стеснялся, но поделать ничего не мог.
- Ты кто такой? Мотылёк?
Он скосил глаза, хлопнул себя по носу - но Золотистый ловко перескочил на лапку, и сидел на ней, как ни в чем ни бывало. Карибонки прикрыл его второй лапкой, потом хвостом, и какое-то время любовался, как на его рыжем с подпалинкой кончике Золотистый пересчитывает шерстинки.
Больше хвостов и свободных лап не было. Карибонки даже заскулил от обиды; он и не подозревал, что на свете есть кто-то более шустрый и ловкий, чем он, Хитрец Карибонки.
- Хорошо же, - мирно сказал он Золотистому, - надеюсь, ты умеешь плавать, а не только скакать по носам и хвостам. Идем-ка..
В десяти шагах баловался с мелкими камешками ручей. Еще вчера Шутка Богов отделил в нем небольшую запруду, отгородил мелкой решёткой из черенков шиповника, и посадил туда трёх голубовато-бронзовых рыбок, похожих больше на бабочек. Он хотел проверить, смогут ли они улететь, раз уж так похожи.
Рыбки не улетели. Когда полулис-полузаяц осторожно принес к ручью свой хвост с восседающим на нём Золотистым, рыбки с интересом посмотрели на эту парочку из-под нежной водяной кожицы.
- Вот вам компания, - протявкал Карибонки, - Научите его вежливости. А, и плаванью, если что.
Он перевернул хвост, развел лапки - но Золотистый не погрузился в воду.
Он отскочил от зеркальной глади и, подмигнув, унесся к облакам..
- Экий ты невежа, Карибонки! - обиженно протянула Девочка, выходя из-за куста шиповника, полного розовых цветов, похожих уже на все сразу - и на рыбок, и на бабочек, - Сейчас он уже не вернётся! А ведь он - твоя родня. Зайчик, как-никак..
И она запустила в отвесившего челюсть от удивления зверька плоским кусочком горного кварца.

За спиной Карибонки тихонько вспорхнули из запруды три крылатых рыбки..
Они тоже кое-чему сегодня научились...


Сообщение отредактировал Nostromo - Вторник, 07.10.2014, 22:39
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:34 | Сообщение # 3
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ЧЕТЫРЕ ЗИМОРОДКА
сказка вторая

Привет.
...Говорят, больше и тяжелее всех работают рабы на рудниках и каменоломнях. Это неправда! Их труд – забава в сравнении с обязанностями тех, кто сопровождает детей в школу и обратно.
Ещё труднее должность того, кто записывает чужие приключения... тут я скромно чешу бороду и перехожу к главной мысли...
Есть, есть в мире существа, что, действительно, тяжко трудятся в поте лица своего, но напрасны их труды... Угадаете?
Да. Это лентяи! Никто никогда не тратит столько сил и времени, на то, чтоб сберечь и не тратить по пустякам время и силы...

...................................................

- ...Если оттопырить палец - будет один палец, - рассуждал Йорг, сидя на каменной приступочке перед очагом и внимательно глядя на собственный большой палец, - Хэ! Палец! ну вот он, палец… Если оттопырить ещё палец...
Йорг старательно оттопырил два пальца. В другой его руке его были зажаты сухие стебли тысячелистника – суровый бог западного склона уже второй час пытался сравнить их число с числом оттопыриваемых пальцев. Иначе говоря – великий Йорг сидел, и учился считать.
Дело это, на западном склоне Великой горы Шарух ещё не виданное, увлекало его всё больше и больше.
Вокруг кипела поздняя весна – даже холодные валуны каменистых осыпей примерили зелёный мох, словно застеснялись своих бледных мордашек. Налилось синевой небо, и далеко внизу, у подножия, цветы маленькой тыквы в огородике за домом Человека шёпотом пели считалку:
....Светит солнышко на нас –
- это раз!
Мы пока ещё трава –
- это два!
Но уже у нас внутри
(это три)
Просыпается подруг
Целый луг!..

Йорг, в своих владениях способный расслышать даже сплетни двух песчинок, второй день дулся на эту дразнилку. Даже глупые цветы умеют считать! Он покачал головой и двумя растопыренными пальцами. Что ж, пора показать этим жёлтым тыковкам-зазнайкам, кто такой Бог западного склона!
Что делают, когда чего-то не умеют? Учатся. Или садятся и плачут, правильно. Только бедный Йорг не умел даже плакать – этому ведь тоже надо учиться, а ему всё как-то не выпадало случая. И он решил научиться считать.
Что нужно, чтобы учиться?..

- Где же это маленькое ушастое недоразумение?.. – пробормотал бог западного склона, выпрямляясь во весь рост и оглядываясь, - Ещё рано утром...

...Ещё рано утром, ни свет, ни заря проснувшийся Карибонки (вы помните эти уши? одно висит, одно торчком) придумал отличный способ умываться – а отличный, по мнению Карибонки, означает «самый смешной». Наскучивши тянуться лисьей мордочкой в плетёные струйки ручейка, он накидал в русло слюдяной гальки. Получилось красиво и удобно. Ручеёк разлился блюдечком мерцающей от слюды водицы. Карибонки умылся, напился и ускакал, решив назвать новую шутку «пруд». Йорг проснулся в самой середине этой шутки, снились ему какие-то холодные нелепости – костры в полнеба и тающие ледники...
Он нашёл Карибонки ближе к полудню (даже среди родственников-Богов Йорг славился упорством в достижении поставленной цели). Карибонки валялся кверху пузиком буквально в нескольких шагах от хижины. Он уже успел перехватить пару вкусностей в терновых зарослях ниже по склону, потянуть кверху ростки сочного борщевика (чтоб быстрее росли, больно он вкусен!), и прилёг вздремнуть там, где искать будут меньше всего – под боком утренней проказы…
- Доброе утро, - смущённо сказал Йорг.
- Ффс… - сладко просвистел полулис-полузаяц, поворачиваясь на левый бок, и там, во сне сказал кому-то, - ...А потом...
А потом он проснулся, увидел ледяные глаза друга-Бога, увидел горшок ледяной воды над собой, - Ух!
Карибонки подпрыгнул, прямо из сна угодив в холодный душ, и приземлился на все лапы и хвост.
- Хорошо, что ты здесь, Шутка Богов. Ты мне нужен, - честно сказал Йорг, и многообещающе качнул горшком, - Ведь ты умеешь считать?
- Я?.. Я-а-а?
Карибонки от такого вопроса немедленно начал гордо раздуваться, как маленькое облачко. Шерсть его встопорщилась, и на конце каждой шерстинки переливалась водяная капелька...
Мокрый ушастый одуванчик, да и только.
- Всем известно, - важно протявкал он, - что это именно я помог сосчитать стороны света, когда Спящий Творец создавал наш мир в Начале Времён. Да-да, это я посоветовал, чтоб их было четыре. А то, представляешь – был бы только один юг, или запад?.. Идёшь, идёшь – и, куда бы ни шёл, всё в одну сторону!
Йорг фыркнул. Всем было известно, что Карибонки врунишка, как и то, что при Начале Времён не было ещё не только Карибонки, но и его создателя, Бога всего живого, Арабана. Но в одном полулис-полузаяц был прав – считать, благодаря своим бессчётным шуткам, он должен был научиться. Иногда это спасает твою шёлковую нежную шкурку (спорим, вы слышали что-то подобное в школе?).
Йорг не собирался упускать такого полезного учителя.
- Ну, раз мы договорились, - сказал он, любезно улыбаясь, - начинай же! Мне сесть, или, может, начать ходить вокруг?
Однако, в отличие от полуспящего ещё Карибонки, лень Карибонки не спала никогда; собственно, она даже в руках Арабана проснулась раньше самого Карибонки – на пару щелчков пальцами, но раньше. И с тех пор всюду успевала первой.
- Ой, что ты! – воскликнул, всплеснув ушами (одно висит, одно торчком), великий Бог Глупых Шуток – или его Великая Лень, - Да мне же совершенно некогда! Где Солнце? ах, проспал, проспал!.. Не позднее, чем к закату, я должен принести Хранителю Болот, змееголовому Стлачу... мммм... четырёх зимородков.
Откуда на непутёвый язык Карибонки вдруг навернулись эти зимородки и скользкий, заморский Стлач – знала только подруга-лень. Но отступать было поздно и некуда.
- Да-да, вот именно! Четыре, и ни зимородком меньше – так мы договорились.
Бог Западного Склона даже головой потряс.
- Зачем? – поражённо спросил он.
- Как, ты не понимаешь?? Впрочем, я и сам не понимаю, - но пока обещание не будет выполнено, никакой учёбы, о Йорг, со Стлачем шутки плохи – даже мои... До заката я буду занят. Впрочем, если только ты не желаешь мне помочь...
- Карибонкятина, - уверенно сказал Йорг, - на углях. Ух, вкусная!..
- Тринадцать. За эту весну тринадцать раз обещалась карибонкятина… Я считал, - добавил вредный Карибонки, - А вот Змееголовый Стлач съест меня сырым, ушастым, и не подавится, друг мой Йорг...
- Считал!
Йорг тяжко вздохнул. По всему выходило, что другу, и впрямь, нужно помочь.
- Ну что ж, - он встал и решительно встопорщил бороду, - Эти твои зимородки – рыба или овощ?
- Слушай, Йорг, - сказал рыжий наглец, - если б я знал – думаешь, возился бы до обеда?..

...На третьем шаге Бог западного склона, ещё не совсем уменьшившись, протянул вниз правую руку, и в ладонь ему, шершавую и большую, с разбегу ткнулось что-то, как ему показалось, похожее на цветок черешни – тёплое, щекочущее, пахнущее цветочным мёдом.
- Пристало ли так носиться? – сказал он, невольно улыбаясь во всю бороду, - Послушай, Женщина (удачной охоты твоему Мужчине, и, надеюсь, что Девочка в порядке), знаешь ли ты, кто такие зимородки? Кстати, ты похудела – не больна ли?
- Ты совсем как мама, - звонко обиделось трепыхание в ладони, - «Худая, ешь больше...» Ушастый-ушастый, хвост мышастый! А зимородки – это птицы, птицы, птицы!..
Девочка-Женщина, обогнув йоргов указательный палец, унеслась дальше, оставив Карибонки возмущённо тявкать, а самого Йорга соображать – сколько же он не спускался со своей вершины, если у подножия завелись такие невоспитанные шустрые существа.
- ...У самой хвост!.. На голове, - фыркнул возле его сапога Карибонки, - Птицы, о Йорг! Значит, мы ищем птиц.
- Значит, пора тебе учиться летать, мой весельчак, - дружелюбно сказал Йорг, - Протяни-ка, будь добр, хвост – посмотрим, смогу ли я забросить тебя к хозяину птиц, Оросу…
Карибонки не сомневался, что сил Йорга достанет закинуть его во владения Бога Небесной Синевы Ороса, но такое путешествие никак не входило в его планы на сегодня. В планах у него было валяние на песке у ручья и дрёма носом в листики брусники; поэтому он даже подскочил от возмущения:
- Орос?! Ни в коем случае! Разве ты не знаешь его манеру принимать гостей? У него даже простое приветствие затягивается на целый послеобеденный сон, а обсуждать дело о зимородках мы будем, наверное, до послезавтра. А всё от того, что он всегда говорит – как это? – стихами.
- Стихами?
- Ну да. Это как обычно, только длиннее и непонятно. Такой уж он уродился, несчастный... Он и гостей заставляет так говорить!
Доброго Йорга передёрнуло. Оросу он по-родственному сочувствовал, но говорить стихами...
- Что же нам делать, ушастый-мышастый?.. ой, прости, запомнилось.
- Нам, - скрипнул лисьими зубками Карибонки, - надо подумать в правильную сторону. Разреши уж, я начну первым.
И он сел на рыжий хвост, и распушил рыжие уши (одно висит, одно торчком). Забывший уменьшиться Бог нависал над ним, словно гранитный, облизанный языками ветров, утёс.
- Из чего состоит всякий? Всякий из нас, Богов?
- Нас? – переспросил Йорг, борясь с искушением отвесить рыжему родственничку подзатыльник, - Из рук, ног... Нет, - он припомнил крыльерукого Ороса, гладкий хвост Лиллиме, клешни и рачьи усы его речного брата Торкрула, и поправился, - из частей, верно?
- Какой ты сообразительный! – восхитился Карибонки, - так сообрази же и вот что: мы, когда нас нельзя потрогать... когда мы говорим друг о друге... ну?..
- Ты говоришь о наших именах?
- Ты и вправду сообразителен, - (Йорг польщено заулыбался), - Именно о именах. По нашим телам понятно, какие мы – вот я, рыжий, красивый, ушастый, с хвостом...
- ...Мышастым... – хихикнул не удержавшийся Йорг.
- Пушистым, - терпеливо прошипел полулис-полузаяц, - И всем понятно, кто я и какой. А по частям имени можно узнать всё остальное.
- Интересно... – Йорг запустил пальцы в лохматую жёсткую шевелюру, - Значит, услышав «Бог западного склона Великой Горы Шарух», можно узнать, что я бог, что управляю западным склоном Великой Горы Шарух... – сообразительность друга вознаградила вредного Карибонки за все мышастые хвосты, - и что искать меня надо... на западном склоне!
- Именно!
- И, значит, если искать там, где происходит какая-то глупость...
- Шутка.
- Глупая шутка – то найдёшь тебя, Бога глупых шуток.
- А если искать там, где родится зима...
Какое-то время Йорг глядел в изумрудные глаза весело скалящегося зверька. Потом хлопнул себя по лбу — так, что вдали, на западном склоне его Горы, неслышно сошел небольшой камнепад.
- ..Можно найти з и м о р о д к о в!
Карибонки потрясенно тряхнул ушами.
 О Йорг, что бы я без тебя делал.. - проворчал он, сдерживаясь, чтоб не взвыть от смеха, - Да, нас ждет Страна Льдов. Долина, где рождается Зима — белые угодья престарелой Кшарры.. - тут Карибонки чуть лязгнул зубками, и тихо добавил, - И вот к ней я точно не сунусь в одиночку. Это тебе не Орос и журавлиные песни..
Пока он говорил, пятерня друга легко сгребла его за шкирку.
 Ещё бы я отпустил тебя одного! - ухмыльнулся Йорг, сажая Карибонки на своё широкое, словно гранитный уступ, плечо, - Ты, чего доброго, сбежишь, о мой Мышехвостый Учитель — а мне сегодня позарез нужно научиться считать!..

..Страна седой и красноглазой старухи Кшарры подмигнула им искоркой ледников, встретила холмистой заснеженной равниной. Йорг, едва не споткнувшись на третьем шаге об изглоданный льдистыми ветрами каменный столб, уменьшился вдвое — но снег уже оказался ему почти по пояс.
Стылый горизонт и блистающая изломаная бесконечность веяли здесь чем-то непривычным ему, - а вот маленький полулис-полузаяц узнал ощущение, и крепче вцепился коготками в йоргов меховой жилет.
 Ох, Йорг.. Здесь пахнет смертью.
 Всего лишь холодом, рыжий трусишка. Подобает ли Богу так дрожать? Нас ждут зимородки, идем. Помнится, Старуха жила где-то возле озера.. Странного озера — среди снега и льда оно кипит и плюётся паром, словно кто его греет снизу.. - и он шагнул сквозь вязкое белое море, - НУ ХВАТИТ ДРОЖАТЬ, тебе не стыдно?
 Мне?? - обиделся Карибонки, - Да это Бога Западного склона колотит так, что я сейчас свалюсь прямо в снег! Наш храбрый Йорг.. - он не договорил и смолк.
И Йорг умолк. Они переглянулись и посмотрели на скалу.
Скала тряслась и осыпалась. Тряслась под ногами земля, и нарастал откуда-то густой клокочущий рокот..
А потом взвихрился буран, и целая орава бурых громадин бросилась на друзей из искр и сияния. Похожие на ожившие валуны, эти звери мигом истоптали весь снег, носясь вокруг, толкаясь, могуче топая и утробно гудя длиннющими мохнатыми носами. Йорг прикрыл сжавшегося в комочек Карибонки ладонью, занёс вторую для удара..
 Да стойте вы спокойно, проклятущие!.. - раздалось сверху.
От этого голоса — скрипящего и звонкого одновременно, властного, как сход лавины — громадины смешались в кучу и попятились. Лишь один, самый большой, выступил вперёд. На его необъятной спине сидела, кутаясь в развевающиеся меховые лохмотья, сама старая Кшарра. Красные глаза её угольями горели сквозь ледяную пыль.
 Внучок, никак, пожаловал? - без тени дружелюбия проскрипела она, - Гости у меня редкость. Зато задерживаются надолго. Иной раз и навсегда..
Карибонки просунул нос меж пальцев Йорга и осторожно принюхался. Потом осмелел и высунул голову. Сделал он это совершенно зря — Старуха встретила его косым неодобрительным взглядом.
 Это мне принёс? - скривилась она, - Не стоило и возиться.. Ну так и быть, бросай сюда. На ужин съем.
Йорг был неотесанным, но честным и молодым Богом; о возрасте же Кшарры никто на свете не мог сказать правды. Сам Арабан знал её уже старухой. Поэтому сперва Йорг низко поклонился, и только потом сказал:
 Приветствую тебя, Ледяная Мать. Это Карибонки, Бог Глупых Шуток и мой друг. Его не едят.
 А не едят, так чего пришёл? - рассердилась Кшарра, - Мышаточек моих распугал, вон, как дрожат, ма-аленькие..
«Мышаточки» угрюмо пододвинулись ближе. Карибонки понял, что нужно действовать.
 О великая и древняя Кшарра! - запищал он тоненько (ближняя громадина даже вздрогнула), - Мы кланяемся тебе и просим о маленьком одолжении!
 Одолжении? - сизые кусты старухиных бровей всползли почти на лоб, - Кшарру не просят об одолжении. Ты, верно, хотел сказать — о плате за услугу? Что ж, я готова выслушать, что это за плата — а после скажу, что это будет за услуга. И помни — в моих владениях не принято торговаться. Я получу то, что попрошу. Так, или иначе.
 Мы согласны, Мать, - поспешно сказал Йорг. Он не сомневался, что отдуваться придётся именно ему, но не привык идти на попятный, - Будет, как скажешь. Слушай же: нам нужны четыре зимородка...
Кшарра расхохоталась, даже ездовая громадина под ней затопала ногами и затрубила носом.
 Четыре зимородка? Всего четыре зимородка? Четыре птицы?? Ты шутишь со мной, маленький Йорг?.. - её лицо склонилось и придвинулось вплотную. Лицо было очень старым — лишь глаза горели багровыми отблесками, а зубы пугали ровным бритвенным частоколом.
Йорг выдержал её взгляд.
 Да, - твёрдо сказал он, - Четыре птицы, называемых зимородками. Я знаю, что они живут в твоих владениях. За это, клянусь, я сослужу тебе любую службу.
Старуха помолчала.
 Хорошо, - ответила она, наконец, - Никогда я не слышала просьбы более странной. Так что — будь уверен — услугу я придумаю ей под стать.
 Не сомневаюсь, ох, не сомневаюсь, - пробурчал Йорг, - Но где же зимородки? Хоть посмотреть, наконец, на этих проклятых птиц.
 В этом-то всё и дело, - довольно ухмыльнулась Кшарра, - Их уже нет здесь. Они улетели на зимовку в эти их противные теплые края. Но обещание я выполню. По дороге они пролетают горный хребет и всегда отдыхают, посвистывая на подоконниках дома у моей внучки, богини Нэль. Там вы их и догоните.
Йорг со стоном схватился за голову, а рыжее чудовище не замедлило спросить:
 А услуга? Чего ты хочешь взамен, о Кшарра??
 Услуга?.. Вот вам она. Малютке Нэль так скучно в горном замке этого сухаря Дадрдра, нужно её развеселить, - Кшарра потянулась и сбросила к ногам Йорга объёмистый тюк, - Это шкура одного из моих мышаток. Ты, мой добрый, услужливый Йорг, наденешь её — НЕ СПОРЬ! - и в таком виде явишься к Нэль домой. Надеюсь, что это развеселит не только её. Смотри же у меня, она должна остаться довольна! Только после этого я разрешаю вам поймать в её доме и унести с собой четырёх — ЧЕТЫРЁХ — зимородков. Вы поняли меня, родственнички? Вот и хорошо. Прощайте. Поклон от меня Дадрду..
Кшарра зычно гикнула, и стадо бурых громадин не спеша потекло по равнине.
 Подумаешь, разыграть девчонку! - смело, но очень негромко тявкнул вослед ей Карибонки, - Да нам с Йоргом это раз плю..
Он встретил ясный, очень говорящий взгляд Бога Западного Склона, пискнул и зажмурился..

..Освещённый горным солнцем, Йорг шагал, карабкаясь по скользким от недавнего ливня камням. Это были горы — но не те, к которым он привык. Его родная гора — Великая Гора Шарух — была приветливой и спокойной, где-то с травой и цветами, где-то каменистая и обледенелая, но не слишком крутая и неприветливая. Здесь же вокруг вздымались заостренные зубцы, нависали мрачные карнизы, и каждый камешек норовил увлечь в пропасть целую стену.
На плечах у Йорга лежала свернутая шкура громадины. На шкуре восседал Карибонки. Надранные уши — одно висит, одно торчком — немножко болели. То, что торчком — сильнее.
 Дороговато мне обходится наука считать! - ворчал под нос Бог западного Склона, - Ты хоть знаешь, кто такая Нэль? Она — богиня весны, влюбленности и очарования. Кто не видел её — не знал настоящей красоты.. (тут Йорг чуть смутился, ибо ему самому предстояло впервые познакомиться с юной Нэль), - Она нежна и чувствительна, словно ветерок.. А я должен заявиться к ней в какой-то жуткой шкуре, напугав до обморока!.. Спасибо тебе, о Бог Весёлых Розыгрышей..
Карибонки только фыркнул. Меньше всего его сейчас волновали чувства капризной Кшарриной внучки.
 Это ещё не всё, - продолжил Йорг, - Ты знаешь, кто таков Дадрд, её муж? Он Великий Бог Грозы и Молний, вот кто! Он сдувает с супруги пылинки и, говорят, ревнует даже к своему отражению в воде.. И что он должен подумать, скажи мне, рыжее несчастье, когда ни с того-ни с сего в дом полезет чудовище, да ещё с таким довеском, как ты?
 Да уж не то, что явился его удачливый соперник, - ляпнул Карибонки.
Йорг, что бы про него не говорили и не думали, был сначала мужчиной, а потом Богом. Он остановился и угрожающе выпрямился.
 Слушай, у тебя что - уши прошли? - поинтересовался он сквозь зубы.
Бог Глупых Шуток вздохнул и промолчал. Йорг шагнул ещё раз, другой — и вылез на сумрачное горное плато, в середине которого, как нос на лице, торчал скальный чертог Дадрда. Стремительно набегали тучи, падала темнота, и замок казался зловещим гигантом в черном плаще.
Бог Западного Склона остановился. Сбросил зверёныша, потом шкуру, потом потянулся — и рывком вырос втрое. Потом ещё вдвое — всего, значит, вшестеро. Поднял шкуру, развернул, и надел её. Получилось ещё более жутко, чем громада замка — бесформенное мохнатое нечто с растопыренными огромными ушами и болтающимся спереди хоботом.. Нечто повернулось и пристально посмотрело на Карибонки.
 Если хоть кто-нибудь, - сказало оно проникновенно, - ну хоть что-то, умеющее слушать, узнает о том, чем я здесь занимался.. Что?
Карибонки от праведного возмущения даже привстал на задние лапки.
 Я??? - изумлённо прошептал он, - Я — никогда! Могила!.
Йорг горестно вздохнул, ясно представляя себе, что завтра же каждый кузнечик будет распевать про него весёлую песенку с рыжими подробностями. Потом решительно зашагал к замку.
Могила счастливо затявкала и побежала следом.

Через дверь Йорг решил не ходить - Дадрда он знал плохо, а тот его ещё хуже, особенно в шкуре «мышоночка». Удар молнии никогда не входил в планы Йорга на вечер, поэтому он тихонько подобрался к высокой арке окна, что вело в скальный коридор. Карибонки сунулся внутрь первым, восторженно пискнул и умчался на разведку.
Йорг последовал за ним – с большим трудом, ибо уши (не Йорга, шкуры) застряли и долго, шумно выцарапывались вслед за Богом из проёма. Хобот он заткнул за свой широкий плетёный пояс, и подумал, что – если уменьшить его до размеров Карибонки - получилась бы отличная игрушка для человечьих детей: что-то маленькое, бурое, двуногое, мохнатое, с большими забавными ушами..
- Эй, чучело Неведомого Бога! – поманил его полулис из-за угла коридора, - иди сюда скорей. И постарайся не размахивать ушами, не то меня сдует. Смотри, там происходит что-то странное..
За углом коридора был выход на каменную галерею, а под галереей – большой зал. Если чуть высунуться из-за парапета, то очень хорошо было видно, что внизу кто-то есть. Йорг немедленно высунулся, пригляделся, тихонько ахнул – и замолчал, любуясь..
Пристально смотреть на юную Нэль было так же трудно, как на пламя, или радугу у водопада – изгибы её плетеного из лепестков платья и черты лица её словно ускользали, текли, оставляя щемящее чувство сладкой потери. И желание смотреть и терять вновь.
Карибонки же, который был сплошным метанием меж зверем и ребенком, видел больше – он видел изящный вздёрнутый носик Богини, тёмно-бронзовую волну волос, балованную гримаску.. и нетерпеливое постукивание прекрасной ножки, обутой в сандалию из яшмового бисера. Нетерпение объяснялось очень просто: рядом с Нэль стоял белокурый статный красавец, прихотливо задрапированный в бело-голубое. Красавец картинно размахивал руками и что-то бубнил звучным тенором. До друзей долетали только какие-то «ледяные розы», «соловьи», «лучистые взоры» - да пару раз «сердце» в опасной близости с «погибелью». Из нормальных слов было ясно, что гость прощается и собирается уходить.
- Глядите-ка, да это же Орос!.. – хмыкнул Йорг, и пихнул напарника пальцем в бок, - Бог Небесной Синевы! Он времени даром не теряет. Не то, что я тут с тобой.. Стало быть, он развлекает хозяйку этими.. как их.. стихами, а мы развлечем мехами..
Бог Западного Склона, сам не заметив, что только что сказал, оправил шкуру, готовясь подняться во весь свой могучий рост..

- ..Журавли понесут меня вдаль,
Но сердце останется здесь!..
Орос красивым жестом протянул ладонь к ножкам прекрасной Нэль, и значительно замолчал. Нэль посмотрела на свои сандалии и наморщила нос – видимо, представила, как неопрятно на полированной яшме будет смотреться выдранное из груди поклонника сердце.
- Тебе пора, великий Орос, - холодно сказала она, - Мой муж может вернуться в любой миг. Ты не представляешь, каким зверем он становится, когда в нём говорит ревность. Просто чудовищем..
Тресь.. – раздалось откуда-то сверху..
Хрусь..
ШМЯК!!!

Из-за шкуры Йорг не видел половины происходящего, но влез на парапет галереи, взмахнул, теряя равновесие, руками – и сверзился точно меж Богиней Весны и Оросом. Он попробовал приподнять кусочек капюшона, чтоб приветливой улыбкой успокоить хозяйку, но не успел. Добрая Нэль азартно взвизгнула, и изо всех юных сил врезала Йоргу пяткой по хоботу. Ну, то-есть, было бы, конечно, Йоргу – но в итоге досталось хоботу, предусмотрительно заткнутому Богом за пояс. От такого обращения Бога Западного Склона подбросило на добрую ладонь, и шкура слетела. Выражение личика Нэль в этот момент описать не смог бы даже поэт.
- Ой.. – севшим голосом сказала она, - Ой-ой. А ты кто ещё такой будешь?
Йорг поправил одежду и приосанился.
- Это Йорг, мой хороший друг! – зазвенело в ушах от писка Карибонки, который, не сильно чинясь, выскочил вперёд и завертелся юлой у ног Богини, - Привет, о Нэль, ты помнишь меня?
Нэль пригляделась. И вспомнила. Этот огненный хвостатый клубок изредка скрашивал ей недавнее детство, проведенное в небесных садах. Взгляд у неё, как у любой девочки, увидевшей что-то пушистое с хвостиком, ласково поглупел.
- Шутка Богов! Как же я (ну же, иди на ручки) рада тебя видеть!.. А ты, значит, Йорг?.. – топазовые озерца её глаз испытующе остановились на растерявшемся Боге Западного Склона, - Что же, друзья моего друга – мои друзья. Будь как до..
- ..Милая, я дома!! – загрохотал именно в этот миг – ни раньше, ни позже – голос, полный искр и раскатов, - Соскучилась?..
- Это Дадрд! – потерянно прошептала Богиня Весны и Влюбленности, - Если он увидит здесь Ороса..
- Ороса? – удивился Йорг, - Да он уже далеко, наверное! На его-то журавлиной упряжке – фьють, и как не было..
- Просто отлично, - всплеснула руками Богиня, - Тогда сделайте, пожалуйста, так, чтоб его действительно не было! – и она указала друзьям за спину, где нервный, как все поэты, Орос лежал в глубоком обмороке.
В коридоре размеренно застучали медные каблуки Грозового Бога Дадрда.

Дадрд был весь словно родные скалы – высокий, угловатый, без единого кустика растительности на задубелой от ветров голове. Ходил он, впечатывая шаги, словно вонзая в землю пики молний, и белесыми прищуренными глазами, казалось прожигал собеседника насквозь. Одеяние его, сотканное из ветвистых разрядов и водяных струй, облегало тело, как перчатка.
Он, не дрогнув, выслушал рассказанную Йоргом историю. Потом обошел по кругу ушастую груду грубого меха. Попинал её.
- Значит, от самой Ледяной Равнины гнались? – недоверчиво скривился он, и посмотрел на жену.
Нэль скромно уткнулась носом в блаженствующего на её руках Карибонки и оттуда пропела:
- Да, мой любимый, они просто герои. Это.. чудовище.. жилец Равнин – оно ворвалось вон оттуда, с галереи. И сожрало бы меня, наверное – но тут появились эти два отважных Бога, и повергли его! Я бы на твоём месте сказала им спасибо, дорогой.
Дадрд – сама подозрительность - хмыкнул и стремительно взбежал на галерею. Потом исчез в коридоре. Когда вернулся – вид у него был виноватый.
- Гм, - прошелестел он (так шелестят разряды уходящей грозы), - На окне шерсть – это, понятно, громадина протискивался. Его следов нет – ваши полностью их перекрыли – это вы его догоняли. И вправду, спасибо. Вот же уродина, а? – Дадрд отвесил многострадальной шкуре ещё один крепкий пинок, - Жаль, я не успел, досталась бы ему пара молний..
- На самом деле, о Великий Дадрд, - смущённо протявкал Карибонки, - не такие уж и бескорыстные мы герои.. Ледяная Мать Кшарра обещала нам награду за этого беглеца – живого, или мёртвого. И награду эту мы должны получить у тебя.
- Чего-чего? – насторожился Грозовой бог, - Какую ещё награду?
- Четырёх из тех птичек-зимородков, что сейчас отдыхают где-то в твоём доме по пути в тёплые края. Скажи, где их можно найти?
Юная Нэль охнула и выронила Шутку Богов.
- Да ведь они улетели! Прямо перед приходом этого.. она прикусила губку, этого.. ужасного зверя. Как жаль.. Впрочем – вы получите их. Птицы всегда летают одинаковыми путями и зимуют в одних и тех же местах. А места эти лучше всех знает..
- Бог Небесной Синевы Орос! – в один голос воскликнули Йорг и полулис-полузаяц, - Точно, пойдём спросим у него.
- Э-э! – рявкнул Дадрд так, что за стенами загрохотал гром, и в окна метнулась сиреневая вспышка, - Это имя я не желаю слышать в своём доме! Бездельник и бабник! Чтоб ноги его здесь не было. Уж лучше я приму в гости вот такое, - и он снова пнул бедного поэта, а того снова спасла шкура.
- Ну, тогда нам пора, - сказал Йорг, - Карибонки, нас ждёт непростой путь, поторопись.
Карибонки в последний раз лизнул хихикающую Богиню в нос и прыгнул на плечо друга.
- Удачи тебе, Дадрд, и тебе, Нэль. Мир вашему дому, - Йорг поудобнее сгрёб в охапку многострадальное чудовище и поспешил на выход, чувствуя, как оно начинает шевелиться..

Упряжку Ороса они обнаружили прямо за водопадом, на косом, взмывающем к небу уступе. Лёгкая полупрозрачная скорлупка..
И три журавля, каждый не меньше человека размером. Журавли посмотрели на друзей, отступили к обрыву, готовые сорваться и раствориться в спасительной синеве.. Из шкуры на руках Йорга высунулась вялая рука.
- Положите меня уже куда-нибудь!.. – без всяких стихов простонал Орос, - Где то чудовище, тот ушастый уродец?? Уже убежал? – тут он заметил, во что наполовину закутан, и побледнел, - ОНО МЕНЯ СЪЕЛО?!
- Да. – терпеливо, как цыплёнку, сказал Бог Западного Склона, - Но мы убили его, разрезали, и вынули тебя. Так что, теперь ты обязан нам жизнью. Но жизни твоей, о добрый Орос, нам не надо – нам надо, чтобы ты отвёз нас туда, где проводят зиму зимородки. Хорошо ли ты меня понял, или повторить раза три? Зимородки. Зимородки. Зимо..
- Я понял тебя, братец, - Орос чуть покачиваясь, поднялся, потряс головой и скомандовал, - Садитесь в лодку. Летим.
В небесной скорлупке Бог Синевы сел спереди, прицокнул языком. Журавли с готовностью изогнули стройные шеи, напряглись..
- Э.. – промямлил Орос, - Э-э.. Мммм.. О УЖАС..
- Что такое? - процедил Йорг сквозь зубы. Нервы его за этот день потрепались настолько, что он боялся сам себя.
- Да вот, братец.. Кажется, чудовища вредны для поэзии. Ни строчки не вытанцовывается.
- А при чем тут поэзия? – подскочил к нему Карибонки, - Нам нужны зимородки, а не поэзия! Полетели скорее!
- Мои журавли, - важно сказал Орос – птицы гордые. Я так их выучил, что они понимают только приказы, сказанные высоким искусством стиха. А без этого – с места не сдвинуться, хоть режь их. Я же, как назло, так перенервничал, что пока начисто потерял дар рифмы. Надо подождать до ночи. Ночь – она как новая жизнь..
- Мы не можем ждать! – вскричал Йорг, - Мне сегодня ещё нужно научиться очень важным вещам. А этому оболтусу – добыть четырёх зимородков. Зимородков! Ты понял, братец?
- Тогда тебе и вожжи в руки, - Орос с наслаждением потянулся, зевнул, и откинулся на изгиб борта, - Погоняй! Но только в стихах. Я же пока посплю – мне торопиться некуда..
Йорг схватился за бороду и тихо взвыл. Карибонки тронул его лапкой.
- Может, хоть попробуем?, - предложил он, - Не торчать же на этой скале до ночи, в самом-то деле!
Бог Западного Склона стиснул зубы и твёрдо посмотрел в серо-стальные спины Оросовой упряжки.
- ..Журавли вы.. э-э.. журавли.. – робко начал он.
Правый пристяжной тронул воздух крылом и переступил на месте.
- Вы.. э.. летали.. э.. как могли!..
Вожак вздрогнул, обернулся и смерил Йорга ледяным взглядом круглых жёлтых глаз, в которых так и читалось: «Что я здесь делаю. О боже». Но Йорг уже понесся по ритмическому бездорожью:
- Не таращьте вы глаза –
А несите в небеса!!!
Тройка хрипло заорала, Карибонки вцепился в рукав друга – и вовремя! Упряжка рванула, и невесомая скорлупка косо ввинтилась в синеву небосклона.

..На прощание Орос помахал рукой.
Когда они остались одни, Карибонки озабоченно поглядел на близкое к закату солнце.
- Нам следует поторопиться, - сказал он, - Змееголовый Стлач ждать не любит.
Вокруг них, тем временем, бушевали краски и запахи. Упряжка с возничим-Йоргом и направляющим его буйную траекторию Оросом привезла их в самое сердце влажных и жарких джунглей. Бог Западного Склона даже расстегнул меховой жилет и снял войлочную шапку – и всё равно обливался потом. Его рыжий напарник тяжко дышал, высунув язык чуть не до земли. Вот только земли здесь не было. Были переплетения трав, переплетения ветвей чуть выше, переплетения лиан и листвы над головой.. Плели свои тайные тропки муравьи под ногами и огромные бабочки перед лицом. Жизнь здесь не стеснялась ничего, а особенно – своей неукротимости.
- Где же птицы, Йорг? – удивился Карибонки.
Но тут они вышли к зеркально-черному лесному озеру, и увидели птиц..
Птиц было не просто много – они были везде. Они носились над водой и плавали в воде, бегали по стволам нависающих над водой древесных великанов, на все лады щебетали из крон.. Что-то миниатюрное прожужжало перед Йоргом и зависло прямо у носа Карибонки – размытое от скорости, переливающееся, словно самоцвет, но с клювом, сердито нацеленным на ошарашенного Бога Глупых Шуток.
- ..Будь осторошшшен, Шшшутка, - прошелестел вязкий голос от самой воды, - Они очень отвашшшны, эти кххолибри. Береги глазссса.
Друзья обернулись.
Из тины, опутанный корнями лотосов и ряской, медленно поднимался Хранитель Болот, Змееголовый Стлач.
Он вставал, как встают струи тумана, словно его выдавливало из себя само болото. Так медленно и неотвратимо вырастает лавовый столб. Плоская змеиная голова Стлача чуть качалась из стороны в сторону, гипнотизируя и приковывая взгляд.
Немножко портила впечатление только задорная маленькая птичка, увлеченно чистящая нос, устроившись прямо на голове болотного Бога.
- Здравствуй, о Стлач, - сказал Йорг, и вдруг почувствовал, как же он сегодня устал, - Кажется, мы все же опоздали с зимородками? Это я виноват. Не делай зла маленькому Карибонки. Он мой друг, и он очень старался. Если уж ты сильно сердит – я могу расплатиться с тобой как-нибудь иначе. Там, по тропинке за нами, лежит отличная шкура диковинного северного зверя – она твоя, если хочешь. Но если, всё-таки, решишь навредить моему другу.. Ты на своей земле, а я нет, ты старше и сильнее.. Но я все равно буду драться за него. Прости.
Растроганный Карибонки прижался к сапогу Йорга и заскулил, жалея сам себя. Стлач же только старчески пожевал беззубой пастью, размышляя о чем-то.
- Дратьссся – этхо ххорошшшо, - прошипел он, - И шшшкурха – тошшше ххорошшо.. Шшкура дашше лучшшше. Только при чщщем тут зссимородки? И этот проххфосст?
- Что? – возвысил голос Йорг, ища Карибонки взглядом, пока тот отчаянно строил глазки бесстрастному Стлачу, - Так тебе не были обещаны четыре зимородка не позднее сегодняшнего вечера? Вот этой ушастой ящери.. о, прости, Стлач.
Стлач поглядел на Карибонки, и в глазах его словно запрыгали веселые искорки. Стлач был мудр. И очень рационален.
- Сстой.. да, я прхипоминаю, был такххой догхххоффор. Не бесспокхойтессь, зссимородкхи ужшше ссами нашшли дххорогху кхо мне. Тхы ссффободен от кххлятвфы, Кхарибхонкхи. Толькхо не зссабудь про вфторую клятффу – помнишшь её?
Полулис-полузаяц разинул пасть и прижал уши – одно висит, одно торчком. Такого поворота он не ожидал.
- Ты обещщал пхеренессти полоффину лотоссоф из моегхо озссера в ссоседнее – там, зса лессом. Зсдессь сстановитсся тессно.. Всспомнил?
- Да, конечно, о великий Стлач! – затявкал Карибонки, у которого словно гора Шарух упала с плеч, когда Хранитель Болот его не выдал. – Я всё сделаю!
- Начщнёшшь зсавфтра сс ссамого утра. А то я фссё вфремя вфссё зсабывфаю..
- Конечно, я приду на рассвете, о Многопомнящий Стлач, - сладко пропел Бог Глупых Шуток Над Собой Самим.
Рядом с ним крошка колибри, покружившись, доверчиво присела на ладонь зачарованно улыбающегося Йорга..

..Почти стемнело, и ручеек пришлось отыскивать по журчанию. Карибонки напился, умыл уставшие за день глаза – и блаженно развалился на молодой травке. «А ведь здорово я придумал, - подумал он, - как ловко увильнул от работы. Уж такое это хлопотное дело – заниматься с Йоргом..»
- Ах вот ты где! – раздалось над ним, и крепкая рука Йорга приподняла полулиса за шкирку, - Слушай-ка, я понимаю, у нас обоих день был непростым. Но спать рановато, мой друг. Меня сегодня чуть не затоптали громадины – это раз. Я позорился перед Нэль в жутком наряде и обманывал Грозового Бога – это два. Я говорил стихами – это три. Я чуть не поссорился со Стлачем из-за тебя – это четыре. И наконец, я так и не увидел, что же это за таинственные зимородки – это пять. Но, как бы то ни было, тебе я помог. Может быть уже и ты выполнишь своё обещание, и всё же НАУЧИШЬ МЕНЯ СЧИТАТЬ?.. Хотя бы до пяти?..

……………………………………………..
КОНЕЦ
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:38 | Сообщение # 4
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ЧТО РАСТЁТ НА НЕБЕ
интермедия

- ..Послушай, Йорг - а что растёт на небе?..
Вопрос застал Йорга совершенно врасплох. Как и появление Девочки.
Бог Западного Склона Великой Горы Шарух стоял по колено в подлеске и наслаждался маревом летнего полудня - нечасто он спускался сюда, и нечасто в часы его появления было лето. Он рассматривал верхние сучья молодой лиственницы, пропускал меж пальцев нежную кору и острые листочки, и полагал, что никто не наблюдает за этим занятием - но вот поди ж ты!
Йорг обернулся и сверху вниз посмотрел в серьёзные, какие бывают только у детей, глаза.
- Ой, ещё здравствуй! - смутилась Девочка, - Мама велит здороваться с богами и большими зверями. А с маленькими я сама здороваюсь.. Так что растёт на небе? Ты же Бог, ты, наверное, знаешь.
- Я такой Бог, - усмехнулся Йорг, - который пришел сюда за гибкими ветвями для изгороди, а нашёл непонятного маленького зверька. Дай-ка я с ним поздороваюсь: здравствуй! Кажется, ты снова подросла? Это лето так тебя вытянуло, или Женщина часто таскает за косички?
- Никто меня не таскает, - разъяснила Девочка, - Потому, что я уже совсем большая. И умная. Только не знаю - что такое растёт на небе, что оно всё синее? Внизу всё зелёное, потому что растёт зелёное; а там, на небе, сидит Девочка, такая же, как я, и видит зелёное небо, и не знает - а что такое тут у нас растёт такое зелёное, что её небо всё зелёное..
Йорг застонал и вскинул ладони:
- Остановись, о Ручеёк Слов! Тогда я расскажу тебе, что знаю и, может быть, смогу потом вернуться к лиственнице и её ветвям. Если, конечно, не будет других вопросов.
Девочка хлопнула в ладошки и подпрыгнула.
- Не будет, если расскажешь!
Бог Западного Склона ухмыльнулся в бороду, осторожно поднял Девочку, и шагнул к цветочной полянке невдалеке. Там он опустил восторженно трепыхающуюся ношу прямо в желтую плетёнку зарослей пастушьей сумки, и сел рядом. Даже так он все равно был на голову выше стоящей Девочки.
Тогда он лёг на спину, закинул могучие руки за голову и сказал:
- Ложись рядом, Вопрос-с-Косичками, смотри в небо, и слушай. Но если перебьёшь хоть словом - уйду.
Он почувствовал, как колыхнулись невесомо стебли и цветы. Посмотрел в небо - оно было звенящим и очень высоким. И синим. "Что же там такое растёт?" - подумал он.
- Я слушаю, - жарко прошептал голосок почти в самое его ухо, - И не перебиваю..

- ..Я, конечно, не Орос, который знает о небе всё, что нужно о нём знать, но вот что мне кажется.. Там всё почти как у нас, только наоборот - ведь и небо от нас на обратной от Солнца стороне. Само же Солнце, должно быть, двуцветное: нам оно светит жёлтым своим боком, и у нас здесь почти всё зелёное, а на небо, где всё синее, оно смотрит своей.. мм.. красной; да, красной стороной.. - Йорг, сам удивившийся своей логике, прислушался; в районе правого уха молчали, только чуть сопели сосредоточенно, осваивая новое мироустройство, - Вот.. Иногда, на закате и рассвете, Солнце путает свои бока, тогда уж мы тоже видим его красную сторону, а жители небес - жёлтую. Трава и листья у них глубокого синего цвета, и растут иначе: стволы деревьев плоские, словно огромный лист, и усажены тонкими листочками, словно иголками, чуть более светлыми, голубыми. Вода желтовато-зелёная и густая, как сливки.. или как кленовый сироп - твоя мама угощала меня таким как-то. Поэтому рыбы не могут плавать, а просто расхаживают по поверхности рек и озёр, как мы по ровной земле. Сама же земля на небе белая и немножко искрится, светится во тьме. Из-за этого небо никогда не бывает совсем тёмным. Другое дело, что и ветер, который обдувает небесный мир, такой же вязкий и плотный, как наша вода, поэтому после сильных ураганов сорванные с синих деревьев голубые листья и светящиеся звёздочки-цветы может занести даже к нам, в наш мир, и усыпать ими крышу твоего домика. Никогда не видела синего листопада?
- ..Нет.. Как жаль!.. - выдохнула Девочка.
- Ну, ты ещё не такая большая, увидишь. Они не так уж часто бывают, но уж в это лето - должен пройти хоть один. Вот.. А птицы на небе ещё интереснее. Они вовсе не цветные, а черно-белые, как наши сороки, но блестят, будто слюдяные пластинки. Крыльев у них нет, они плывут в густом ветре, будто пузырьки пены..

..Йорг увлёкся, и нескоро отследил, как сопение перешло в лёгкое дыхание дрёмы. Он приподнялся на локте. Девочка сладко спала, подложив обе ладошки под голову. Судя по теням под веками, снились ей синие деревья и ветер, несущий небесных рыб.
Бог Западного Склона поглядел на небо, снова на Девочку, потом - с сожалением - на лиственницу.. Невесомо и легко, как умеют только очень сильные существа, встал.
Провёл ладонью по бороде, размышляя - и в полшага, увеличиваясь вшестеро, исчез..

..Девочка проснулась от прикосновения нежного, словно следующий слой сна. В глаза ей постучались косые лучи послеполуденного Солнца. Она села, стряхнула со щеки листок.. И вскочила, потрясённо вскрикнув. Он был узким, остроконечым - и ярко-синим!
Она огляделась. Поляна, деревья, кустарник - там и тут, везде запутались бирюзового и голубого цвета лоскутки. Словно само небо просыпалось каплями.. Девочка подскочила к самозабвенно похрапывающему Йоргу и изо всех сил потрясла за плечо - словно мотылёк потряс скалу. Йорг, как ни странно, прекратил храпеть, открыл один глаз и спросил сонно:
- ..Ну чего ещё? Снова вопросы? Ты обещала..
- Синий листопад! - закричала Девочка, и засмеялась, хоть и слёзы отчего-то навернулись вдруг ей на глаза, - Небесный ветер принёс синие листья, пока мы спали! А я пропустила его - вот жалость-то!.. Представляешь, я уж хотела сказать, - прошептала она вдруг, - что ты всё соврал.. И что небо синее просто потому, что со своего склона ты часто смотришь на него синими глазами, и оно отражает их..
- Ну, раз был один раз - будет ещё, - резонно рассудил Бог, ухмыляясь во всю бороду, - Тогда насобираешь ещё и светящихся цветов.

Он старательно спрятал за спину ладони, с которых так и не смог полностью отмыть пятна кобальтовой краски - её он с неимоверным трудом выклянчил у Морского Бога Лиллиме, после чего едва успел вернуться и раскрасить ворох причудливых листьев из тропического леса, обители Стлача, за которыми тоже еле успел забежать... В общем, путешествие было длинным и таким стремительным, что храп имитировать не пришлось - когда Девочка трясла его за плечо, Йорг просто пытался отдышаться..

Теперь он смотрел в распахнутые от счастья настежь ореховые глазищи, и понимал только одно - он нисколько об этом не жалеет..


Сообщение отредактировал Nostromo - Вторник, 07.10.2014, 22:39
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:42 | Сообщение # 5
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ПЕРВЫЙ ШАГ
интермедия

- ..Ну что ты так носишься! - сказала Женщина, когда мимо неё в очередной раз просвистел подол льняного платьица и простучали юные пятки, - Большие девочки должны уметь красиво ходить. Ну-ка, попробуй. Пройди по полянке спокойно и как подобает.
Девочка остановилась и подумала.
- А как подобает? Как красиво?
- Ну, - пожала плечами Женщина, - Погляди вокруг, вспомни - у кого в лесу самая красивая походка?
- У ёжика! - убеждённо сказала Девочка, - Мне она так нравится! Значит, нужно встать на четве..
- О Боги!, - Женщина подняла несостоявшегося ёжика на обратно ноги и дала лёгкого шлепка, - Вспомни кого-нибудь более подходящего и менее смешного.. Недосуг мне с тобой тут, готовка в разгаре - пробуй так и этак, потом покажешь.
Она ушла, а Девочка снова глубоко задумалась.

Что считать красивым? Как это - как подобает?
Она вспомнила оленя и попробовала пройти от колоды с бельём до ручья, примерив его рваную негнущуюся походку. Это явно было не то.
Она вспомнила пустельгу в небе - но только вздохнула.
Вспомнила змею.. потом какое-то время снимала с себя стебли травы, смеялась, и решила больше змею не вспоминать.
Вспомнила Карибонки.. отогнала это воспоминание подальше.
Вспомнив Карибонки - вспомнила Йорга.
И тихонько ойкнула.

Не то, чтобы он красиво ходил.. Он ходил широко, но осторожно, открыто и стремительно. Но Девочке вспомнилась не его походка, а его взгляд - вполоборота, прищуренный, льдисто-голубой, но очень тёплый..
И под этим взглядом она выпрямилась, словно юный тополёк, голову - почему? так захотелось - чуть опустила, настроилась на откуда-то взявшийся хрустальный звон в груди - и ШАГНУЛА.
Раз, другой.. Ноги несли её, словно не касаясь трав. полянка и хижина остались за спиной, а она всё плыла, пока не ткнулась в толстый ясень, не обняла его и не застыла так, сама не своя.

- ..Совсем другое дело, доченька, - прошептала Женщина, проводив её взглядом мимо окошка, и распрямляя усталую спину, - Только кто же это у нас так ходит? Красиво-то как, заглядение!
Она вернулась к тесту и маслу, чувствуя, что чуть горят виски и щёки чуть краснеют - и долго не могла понять, отчего..
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:47 | Сообщение # 6
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
КИЗИЛОВОЕ ОЖЕРЕЛЬЕ
***Моей Айли, чьим дыханием рождена эта сказка..
сказка третья

..Пузыри родились где-то на границе леса и цветочного луга — радужные, восхитительно круглые, словно игрушечные поросятки. Их взметнуло над кронами, потом опустило к самому подлеску, потом провело радужной чередой по звериной тропе, где половина полопалась и повисла мыльными каплями на вытертых шкурами сучьях.
Стайка самых крепких (и везучих) пузырей вальяжно покачалась над искрящимся малышом-ручейком, всплыла на глиняную осыпь и повисла в чистом, как сонная улыбка, весеннем воздухе.
Главный пузырь, наконец, решился, примерился — и с размаху сел прямо на нос спящему Карибонки.

..!!! - взвизгнул Бог Глупых Шуток, встряхнув мордочкой, и насадив на оба уха (одно висит, одно торчком) по ещё одному пузырю, отчего в глаза ему полетел салют мыльных брызг, - Что ещё за глупые шутки без моего ведома?!
Тут он увидел висящие перед ним радужные солнышки, немедленно сел, наклонил голову и скосил глаза — так ему лучше думалось.
Пока его внутренний Карибонки-бог хмурился и скалил острые зубки на неведомого шутника, а Карибонки-ребенок восхищался и повизгивал от удовольствия, верх взял Карибонки-звереныш, полулис-полузаяц. Он немедленно понюхал ветер, отследил направление взгляда сидящей на вершине дерева вороны, вдохнул нервными ноздрями запах травяного мыла, щелока и чешуек кожи с облезших на солнце плеч..
..Аг-га.. - облизнулся он.
Встряхнулся, быстрыми ударами лапок разогнал уцелевшие пузыри, и скакнул вниз, к ручью, и дальше — через, по тропе, неслышно и неотвратимо, как дежурная шутка.

..Он выскочил на опушку, перепрыгнул заросли дрока одним летящим рыжим кувырком. Невдалеке, у стыка луга и молодого грабинника, на углу хижины мельтешило радужное безумие. Пузыри там взлетали стройными султанчиками, рассыпались фестончиками, кружились вихрем. И все это под сдержанный перелив смеха. Чьего? Голос был знаком и незнаком, словно сквозь юный ветерок прорывалось обещание близкого опасного шквала.
Карибонки бочком подобрался ближе, и раскосые изумрудные его глаза расширились, потемнев.
В старой дубовой колоде, обычно полной белья, плескалась Девочка. Карибонки не сразу понял, что это она — она не просто смеялась.
Она пела.
Что именно она пела, он тоже не понял; только рыжие уши вдруг вздрогнули и вытянулись (оба!), от неведомых сочетаний звуков. Девочка пела о чем-то, для чего слова были так же не важны, как не важны птицам крылья для полёта — ведь всякий знает, что птица летает на чистой радости неба.
Карибонки шагнул вновь — раз, и два, и три.. На третьем шаге его нос уперся в круглое, пахнущее уютом колено. Он поднял и открыл глаза. Женщина, словно зеркало, повторила его движение — склонила голову к плечу и улыбнулась.
Потом спокойно протянула руку, сомкнула сильные пальцы на божьем загривке и вздёрнула звереныша кверху, нос к носу, зрачок к зрачку.
Больше ты не будешь приходить сюда без спросу, малыш Карибонки, - сказала она голосом, от которого рыжий хвост задрожал и поник, - Ты меня услышал, дружок?
За её спиной Девочка шумно выбиралась из воды — пузыри летели выше еловых вершинок.
Карибонки непонимающе тявкнул.
- Трудно объяснять вечно юному Богу человеческие законы, - краем губ улыбнулась Женщина, - но мы, люди, другие. Мы меняемся. И Девочка — изменилась.
Вот именно это Карибонки как раз успел заметить. То, что выбралось из мыльной воды и отряхивалось теперь, поднимая ветер русой волной спутанных мокрых волос – это мало чем напоминало ту Девочку, которую Шутка Богов когда-то учил проказам..
Теперь это был цветок на стройных смуглых ножках, - изящная шея, веснушчатые облезлые от солнца плечи, гибкие взмахи рук-листочков..
Женщина нахмурилась, проследив направление зелёного взгляда, и строго крикнула:
- А ну-ка в дом, я кому сказала?! Я все вижу!..
Она отвесила лёгкого шлепка Карибонки, который как раз тоже почти увидел все и немного больше, развернула его мордочкой к лесу и посадила на землю.
- На сегодня хватит, - сказала она, - И не забудь передать своему бородатому другу, что у меня есть к нему важный разговор. Обещаешь?
Полулис-полузаяц (смертельно оскорблённый, что важный разговор как-то миновал его, хитреца и умницу, и достался невеже Йоргу) только фыркнул, исчезая одним скачком.

..Йорг, Бог Западного Склона Великой Горы Шарух, блаженствовал. День был как раз таков, как он любил – ясный и ветреный, на душе пели послеполуденная лень и полтора бурдюка вина, из двух присланных от Ороса ещё с вечера..
Половина бурдюка ещё даже осталась. Йорг нежно держал кожаное горло своей мозолистой лапищей, чуть встряхивая – внутри звучно булькало. Йорг бездумно улыбался и откидывался спиной на крутой склон пригорка. В трех шагах – не Йорговых, обычных – от мягких сапог Бога начиналась каменистая осыпь – все ниже и круче уходила она, и все меньше камней могли удержаться на её спине. А вдали синела молочная даль, выше размываясь в чистый кобальт, ниже становясь окоемом..
- ..Привет, о Йорг.. – ровным голоском сказало рыжее несчастное существо, оба уха которого почти волочились по камням, - Как ты здесь..?
- Отлично! – Йорг отхлебнул из бурдюка и скосил глаза на друга, - Эх, жаль, что ты не пьёшь вино, Карибонки! Тебе как раз хватило бы. Ложись рядом, посмотри, как красиво..
Тут Бог Западного Склона разглядел, наконец, что с его приятелем что-то не так.
- Э, ты не болен, Шутка Богов??
- Нет, не болен.. Но меня только что выставила из своего дома Женщина. Представляешь – больше нельзя будет просто так приходить и играть с Девочкой!..
- Да ты, верно, что-то опять сломал, разбил, опрокинул, стащил.. или.. или съел! – засмеялся Йорг, - Обычно именно после этого тебя на пару дней выставляют из любых гостей. Только получается, уж не знаю, как, что через пару часов ты уже опять там крутишься..
Карибонки вздохнул – у него получилось сделать это всем телом, даже уши и хвост приподнялись и опали.
- Вот уж нет, о мой бородатый шутник.. Нынче все всерьёз. С Девочкой что-то происходит. Она МЕНЯЕТСЯ – так сказала Женщина, уж ей ли не знать. У людей все иначе. Может, она, словно гусеница, превращается в бабочку.. или сбрасывает кожу, как змея.. Или.. О Йорг!! – завопил маленький Карибонки, вдруг подскочив на добрых пол-йорга, - А что если это она, Девочка заболела?? Или вообще – умирает?..
Малыш Карибонки успел отпрыгнуть и сжаться, - Йорг одним сотрясшим гору движением вскочил на ноги. Бурдюк с остатками вина покатился по осыпи, ниже и ниже, плеща багровым.
Йорг посмотрел на зверька, словно вдавив его взором в камни. Глаза Бога были как два ножа, сверкающие и опасные.
Прыгай за пазуху, чтоб не сердить Женщину, - сказал он, - Да быстрее, или уйду без тебя!..

Женщина из-под руки смотрела на тихо садящееся в развилку огромного тополя солнце. Губы ее шептали что-то, но так тихо, что даже стихающий ветерок не слышал ни слова. Какое-то щебетание, перестук камешков, что-то неуловимое соткалось в воздухе позади нее; она обернулась, успев заметить, как появляется неподалеку тормозящий на третьем шаге Йорг.
Он проявился из бледных теней себя самого, - а тени эти сначала как будто встали с травы и отделились от камней, обретя плоть. Пламенем свечи, то огромным, то маленьким, фигура его затрепетала перед Женщиной. Остановилась, наконец, на маленьком — всего на голову выше её — Йорге, который сказал «уф» и встряхнулся.
Уф. Добра и здоровья в твой дом, - повторил он учтиво.
Женщина огляделась — рыжего пятна не было видно ни за одним из кустов.
Здравствуй, о добрый Бог Западного Склона, - сказала она, - Благодарю тебя, что пришел. Ты нужен мне по важному делу.
Йорг вгляделся в её глаза — болотные, затягивающие. Он помнил их с первой встречи; они не изменились. Лишь стали глубже и чуть темнее.
Я слушаю тебя, Женщина, - мягко сказал он, - Говори.
Она немного помялась, отвернулась на миг, сжала и отпустила узорный кожаный пояс платья..
Ты знаешь мою Девочку..
Что с ней случилось? - вырвалось у Йорга само собой, - Она здорова?
О, она здорова и весела, как целая стая ласточек, - усмехнулась Женщина, - Не беспокойся. Дело в другом. Она..
Она?..
Она выросла, - сказала Женщина.
Это хорошо. Теперь будет помогать тебе и меньше шалить.
Меньше!..
Женщина всплеснула руками.
Уж не знаю, как там это у людей..
..Уж не знаю, как там у Богов, - передразнила она, - а у людей ребенок, почти становящийся взрослым, начинает шалить как.. как.. как десять Карибонки сразу!
Йорг даже вздрогнул. Картинка, нарисованная его воображением, была самая катастрофическая. Десять Карибонки — это было чересчур. Для любых богов.
Я могу чем-то помочь? - спросил он осторожно.
Можешь, о Йорг. Для того я и хотела тебя видеть — и без твоего рыжего болтуна и сплетника.
Йорг скрестил руки на груди, чтоб унять возмущённое шевеление за пазухой.
Люди все время о чем-то просят Богов, - продолжила Женщина, - Об урожае, о милости, о здоровье.. Но к тебе я ни разу не обращалась ни с одной просьбой, великий Йорг. Поэтому — в память о каменных лепешках — выполни только одну.
Какое-то время они стояли друг против друга, оба прямые и сильные, красивые, устремив взгляды друг на друга — и в прошлое, одновременно.
Я слушаю тебя, Женщина.
Мы отправляем Девочку к другим Людям. Далеко отсюда, у моря живут несколько семей — пусть учится быть самостоятельной, взрослой, пусть найдёт занятие по душе. Ей это будет очень полезно.
Понимаю. Думаю, ты права, о мудрая мать, - сказал Йорг, - И, кажется, догадываюсь, о чем ты хочешь попросить меня. Ты хочешь, чтобы я проводил её туда?
Ты самый умный и добрый Бог на свете, мой Йорг, - Женщина чуть смутилась, но вскинула голову опять, - Ты понял правильно. Только ты слишком могуч.. как объяснить.. Ты за три шага можешь унести её за море, я ведь знаю.
Не то что за море, - приосанился Йорг, - Хоть на Завалинку Богов!..
Женщина покачала головой.
Это не совсем то, что надо. Я хочу, чтобы она прошла по лесам и лугам нашего Предгорья. Полюбовалась ими и запомнила. Чтобы увидела, как начинаются прибрежные холмы у далёкого моря.. Я сама оттуда — когда-то я так же пришла сюда пешком. Только меня сопровождал не Бог, а мой Мужчина.. И я прошу — пройди с нею этот путь шаг за шагом. По дороге она соберёт подарки для.. для родственников. Вы не заблудитесь — есть только одно поселение Людей на ближнем берегу Моря.. Ты сможешь сделать это для меня, о Йорг?
Для тебя — я бы подумал, - усмехнулся Йорг, - Но для Девочки - я это сделаю.

Он смотрел, как Женщина уходит к хижине, как скрывается внутри. Перевёл взгляд на солнце — только краешек его уже виднелся сквозь вершинки леса.
Йорг хмыкнул, вынул из-за пазухи полусплющенного Карибонки с помятыми ушами.
Ну, пока все ясно, - сказал Бог Западного Склона, - Все здоровы. Нужно всего лишь прогуляться на пару дней до моря и обратно. И чем только ты ей не понравился? Забыл спросить, извини.
Карибонки с трудом восстановил вертикальное положение одного из ушей. Потом с любопытством поглядел на приятеля.
Что-то здесь не так, вот увидишь- просто сказал он, и начал ловко причесываться острыми кошачьими коготками.

Йорг стоял у входа в своё жилище — полуземлянку с каменными плитами вместо потолка, почти пещеру — и думал о том, что собираться в дорогу ему не приходилось ещё ни разу в жизни.
Весь мир он мог обойти за три шага, если бы это было нужно такому домоседу. Прогулки же в ближних лесах и отрогах никогда не длились долго.. Теперь же предстояло несколько дней путешествовать обычным человеческим шагом — какое там! шагом человечьей девочки.
Нужно взять что-то тёплое.. Йорг взял с завалинки полушубок из шкуры горного дракона. Осмотрел, хмыкая.. Ничего теплее у него не было; но эту негнущуюся штуку не то, что не в силах был бы надеть, но даже не поднял бы ни один Мужчина.
Ладно, надеюсь, Женщина даст ей с собой что-нибудь понежнее.. - проворчал он.
Теперь еда. Всегда можно поймать какого-нибудь зверя.. Но вдруг Девочки не едят мяса? Придётся кормить её лепешками.. или — о ужас — варить кашу! И повкуснее, чем обычно..
Йорг в отчаянии схватился за бороду. На что он такое согласился? На старости лет быть нянькой человечьему детёнышу!
Карибонки рядом покатился со смеху.
Не майся ты так, о Великий Девчачий Пастух, - начал он, но в следующий миг драконий полушубок накрыл его с головой, словно каменный мешок.
Будешь сидеть здесь, - глухо донёсся голос Йорга, - пока не научишься следить за языком..
Ни единой шутливой нотки не было в этом ледяном голосе. Карибонки вздохнул, и начал копать..

Женщина причёсывала Девочку.
Та сидела у её ног на маленькой скамеечке. Мечтательное выражение лица делало Девочку старше и трогательнее.
Какая непослушная прядка.. - говорила Женщина тихо, - Что нужно делать с волосами, чтоб так их запутать!..
Щекотно, - сморщила носик Девочка.
Ничего не щекотно.. Как ты должна вести себя с Великим Йоргом?
Ох уж и великий..
Что?!
Вежливо.
А вежливо — это..
Почтительно. Скромно. Не таскать за бороду, не лезть на закорки, не..
Просто помнить, что ты уже взрослая. Ты видела, чтоб я лазила к Богам на закорки?
Девочка захихикала, и щёки Женщины заалели зарёй. Она чуть нажала гребнем — хихиканье прекратилось.
У тебя будет всё, что нужно взять с собой в дорогу. Только одно ты должна найти и сделать сама. И подарить его тому, кто встретит тебя на берегу моря. Помнишь?
Да, мама. Кизиловое ожерелье.
Да. Кизиловое ожерелье.

А вечером, когда Девочка уже спала и видела сон про скорое утро своего путешествия, её отец спросил Женщину (она как раз распускала волосы перед сном):
А этому Богу.. Йоргу.. Ему можно доверять? С нашей малышкой ничего не случится по дороге?
Можно, - легко ответила Женщина, - Он как его Гора — надёжный и прямой.. Он приведёт её к морю и вернётся. А потом, будущим летом, мы отправимся к ней в гости.
Как ты думаешь — она знает, что её ждёт?
Любая девушка догадывается, что её ждет, - засмеялась Женщина, - Я догадывалась.
Я сам пришёл за тобой..
Значит, она поймет позже. А Йоргу я потом напеку медовых лепёшек..
Она закрыла Мужчине рот тёплой ладонью, и больше они об этом не говорили.
.................................................
продолжение далее


Сообщение отредактировал Nostromo - Вторник, 07.10.2014, 23:15
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:48 | Сообщение # 7
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
Кизиловое ожерелье. Продолжение
.................................................................

..Они неспешно шагали до самого полудня.
Девочка была задумчива, Йорг – бездумен, и идти так было несказанно хорошо. Молча спускаться в тенистые ложбинки у сырого изгиба старицы, восходить на покатые, пропеченные весенним солнцем холмы. Сухие деревья кивали им, живые мягко обнимали за плечи.
Йорг видел, что Девочка прощается с этим лесом и не мешал ей – просто шел, нёс мешок с припасами (на его поясе он смотрелся не мешком, а мешочком), внимательным взглядом отгонял любопытных лесных жителей.
Когда солнце со звоном повисло на миг почти в зените, отдыхая перед спуском, Девочка остановилась и обернулась на спутника. Вокруг шептались листья молодых осинок; в ореховых глазах они тоже отражались мелкой рябью.
- Отдыхаем? – полувопросительно сказал Йорг.
- Да, давай. Ноги отваливаются, - сморщилась она, - Все думала похвалиться, какая сильная и как долго могу идти. А сейчас просто плюхнусь на траву и буду сидеть..
Она, действительно, плюхнулась на траву и стала сидеть. А Бог Западного Склона вынул из мешка бурдюк с подслащенной медом водой и протянул ей вместе с парой гречишных лепешек.
- Поешь, а потом полежи немножко, - посоветовал он, - нам идти ещё до вечера. К темноте я сделаю шалаш из ткани, что дала твоя мать.
«Надеюсь, я соображу, как это делается», - подумал Йорг про себя, - «Вот же незадача!..»
Он, взяв второй бурдюк, сбегал умыться к ручью, брызнул водой на веснушчатое и взвизгнувшее существо. Существо в отместку позабыло все наставления и тут же дёрнуло его за бороду. Впрочем, сразу сказало чужим голосом:
- Извини, о Великий Йорг.. Мама не велела мне дергать за бороду и садиться на шею к незнакомым Богам..
- ..Хоть и очень хочется!, - продолжил за неё Йорг, - Я не незнакомый. Это ты у нас нынче вся незнакомая и, поди-ка ты, взрослая!
Девочка гордо оправила вышитый синей нитью подол льняного платьица.
- А мама сказала – особенно к знакомым..
Йорг подивился предусмотрительности Женщины. Послать Девочку в путешествие с ним, и запретить ей садиться ему на шею, было просто верхом прозорливости.
- Кстати, вечером и ночью может стать холодно. У тебя есть теплая одежда? - спросил он, и тут же, вспомнив Карибонки, прикинул, где тот может находиться теперь. Наверняка уже выбрался и идет по следу.
- Есть куртка и теплые платки из козьего пуха, - отмахнулась Девочка, - Могу даже с тобой поделиться.. Ты будешь лепешку?
Йорг посмотрел на тонкую руку, протягивающую ему половинку гречишного круга. Взгляд его, словно смазанный золотистым светом полудня, скользнул выше, запутался в потоке волос, споткнулся о два ореховых колодца и смеющийся рот..
- ..Великий Бог задумался о чем-то важном?.. - третий раз повторила она, и Йорг, очнувшись, схватил лепешку.
Девочка, беззвучно смеясь, смотрела, как он встаёт и направляется к ручью.
Какую-то странную, небывалую силу чувствовала она в себе. Ей казалось, что это именно её взгляд только что заставил могучего Йорга — просто старого знакомого, неуклюжего и доброго Бога! - застыть на долгие четыре мига.
Девочка встала, потянулась к небу, приподнявшись на носочки.. струнка в её теле зазвенела и напряглась. Что-то стремилось к ней из всех закоулков леса, словно приближалась невидимая волна — со всех сторон..
Испуганная, она сжалась; ощущение пропало. Только глубоко в животе было горячо и странно.
От ручья возвращался жующий Йорг. Он помахал рукой и улыбнулся.

..Закат застал их в сосновом распадке.
Гора Шарух уже не была видна за высокими темными деревьями — просто глухой и чужой лес окружал их к тому часу уже некоторое время. Далеко справа багровое солнце с ветки на ветку сходило в свою ночную постель.
- Будем искать место для сна, - сказал Йорг, - Мне нравится во-он та полянка. А тебе?
- Ох, мой Йорг, - голос Девочки был чуть тише и ниже тоном, чем обычно. Она поминутно оглядывалась, - Я согласна на что угодно, только бы был хоть какой-то дом.. Это ты ничего не боишься — а я впервые буду в чужом лесу ночью.. У подножья твоей Горы я часто ночевала вне дома — меня любил каждый листок и каждая травинка.. А здесь..
- ..А здесь мы сделаем отличный шалаш! - воскликнул Йорг как можно веселее, - Садись вот на это сухое дерево и смотри..
Йорг развил бурную деятельность.
Две тонкие сухие сосны он соединил вершинками, обмотав их стеблями лозы из бочага рядом. Накидал поверх веток, аккуратно зацепляя их самым толстым суком у излома за тело сосны. Не зная принципа, он инстинктивно делал все правильно — так принимает силу и ощущает воздух, разворачиваясь впервые, крыло стрекозы..
Девочка смотрела на него, затаив дыхание. За работой Бог Западного Склона был гармоничен, как огонь. Он скользил сквозь темнеющий лес подобно звуку в пещере — отражаясь от предметов и вещей, изменяя их в момент касания.. Ей казалось, что, если он сейчас коснется её, то и её изменит, сделает другой, вплетет в этот лесной дом, и она больше не покинет этого места.. Перед глазами ненадолго затуманилось, а когда прояснилось - Йорг уже стоял рядом, тихо усмехаясь.
- Наша неженка может спать прямо на поваленном дереве? Ну-ка, уставший зверек, идем в шалаш. Там тепло и мягко, хоть пахнет иголками.
Девочка успела только пискнуть - её подняли и перенесли к порогу неуклюжего, как сам Йорг, но очень уютного сооружения. Она вошла, пригнувшись. Присела на ткань и шерсть. Посмотрела на выход - там почти стемнело, и Бог Западного Склона прилаживал вместо двери кусок шкуры.
- Спасибо, Йорг! - сказала Девочка, отчего-то не добавив "великий".
Она думала, что ночевать в чужом лесу, и впрямь, будет страшно - но уснула легко, как поскользнулась в сон.

Так же легко и резко она проснулась.
Темнота была близкой и липкой, словно стоящее над ухом существо. Ни лучика не проникало из-за шкуры. Девочка села на постели, дрожа всем телом и прислушалась. За шкурой, у порога сопел во сне Йорг. Слышно было, как он повернулся на бок, задев и покачнув шалаш.. Слышен был пересвист ночного ветра в вершинках сосен. Какой-то заблудившийся сверчок начал песню невдалеке, но смолк, когда ему в ответ глухо ухнула сова.. Звуков было много, и не страшных. Но то, что подняло Девочку из сна прямо в дрожь и морок, было беззвучно.
"Звучало беззвучно" - подумала она, - "Только разве так бывает?.."
Подумала - и тут же закусила пальцы, чтоб не крикнуть: рядом с ней, за тонкой стенкой из ткани и лапника, скользнула беззвучно звучащая, но вполне ощутимая тень. Девочка чуяла её движение, словно бы кожей головы, или биением в горле, или.. Теперь крикнуть очень хотелось, но не было сил; тело стало водой и песком, кости рассыпались пылью. Вот, теперь тень сзади, теперь обходит шалаш с другой стороны и..
И сейчас достигнет беззаботно спящего Бога Западного Склона.

Никаких сил не понадобилось.
Девочка закричала так, как не кричала в жизни - хоть ей казалось, что она еле шепчет:
- Йо-о-орг!!! Берегись!!!
Мир на мгновение замер, оглушенный, - а потом взорвался.
Шалаш вдруг встал вокруг неё на дыбы, раскрылся, словно речная устрица, и рассыпался лепестками цветка. Темная фигура Йорга заслонила сереющее небо над головой - огромная, грозная, пахнущая ледяной яростью. Бог шипел свозь зубы, словно ему было горячо, и оглядывался всем телом. Одна огромная ладонь тихо опустилась и прислонилась к спине Девочки. Она почувствовала мозоли и линии его кожи, прижалась - стало тепло. А страх, видимо, весь улетел в крике, потому что его не было вообще.
- Йорг! - позвала она тихонько, - Все хорошо? Прости меня, пожалуйста, мой Бог! Я маленькая и очень испугалась.. Кто-то ползал вокруг нас, он хотел напасть на тебя..
Фигура Йорга заволновалась невидимым пламенем, проваливаясь сама в себя - раз, другой.. Став нормального роста, он вытер пот рукавом, провел рукой по бороде.. Глубоко вздохнул. Открыл глаза (в серой голубизне близкого рассвета они были бездонными) и подошел близко-близко.
Наклонился, поднял сидящую Девочку за плечи, и, не отпуская заглянул в лицо.
- Слушай, кроха, - сказал он чуть хрипло, - Там что-то было в ночи.. Что-то ползало, и ты жутко боялась.. Боялась, что оно нападёт на МЕНЯ?? Бога Западного Склона Горы Шарух??
Девочка не отводила взгляда, пока лицо его не сменило изумление на тревогу.
- Ты сама цела? Никто не укусил, не задело сучьями?
- Нет, - ровно сказала Девочка, я в полном поря..
Она покачнулась и упала, ибо нервы и силы на этом временно кончились.

..Шевеление теплого солнечного луча на щеке медленно вынимало Девочку из полузабытья. Словно ласковые руки – младенца из кроватки. Она подняла вздрагивающие ресницы, увидела зеленый полог леса, и выше – одинокий крестик охотящейся пустельги.
Она села. Лучик перескочил на плечо и был таков. А в глаза бросилось ясное утро соснового леса – все запахи, цвета и линии, что вечером и ночью были так пугающи и мрачны. Теперь это был многомерный калейдоскоп, даже в голове немного закружилось; но уже ласково и неопасно.
Из обломков шалаша и одеял Йорг сделал подобие лежанки; Девочка соскочила с неё и огляделась.
- Не прыгай пока тут очень-то, - раздалось из-за раздвоенной сосны в трёх шагах, - Затопчешь следы. А я пытаюсь понять – что же за тварь приходила к нам в гости..
Йорг шагнул от сосны, разгибаясь и потирая спину.
- Почему я не Карибонки? Все следы перед глазами, нюх звериный.. А тут нагибайся, ползай на четвереньках..
- Нашел что-нибудь?
- Ни следочка. Даже змея потревожила бы хвоинки, а тут – словно чья-то тень побывала. Ладно, буду настороже следующую ночь. Как ты, ничего не болит? Не хватало ещё, чтоб твоя мать устроила мне взбучку за то, что не уберёг бедное дитя..
- Не такое уж и дитя, - засмеялась Девочка, - Смотри, какая высокая! Тебе почти по грудь!.. Ну, я умываться.
- Не отходи далеко! – догнал её голос Йорга, - Если что – кричи так же, как ночью. Это любую опасность обескуражит! Я и не понадоблюсь, - уже себе под нос проворчал он. В ушах его, действительно, ещё стояло эхо ночного крика.
«Берегись!»..
Он никак не мог поверить, что впервые в жизни кто-то испугался не за себя, а за него.

Пока его спутница чистила перышки, он раскопал в её мешке предмет, изготовленный специально для этого путешествия.
Боги не прикладывали к нему руку. Только Мужчина, отец Девочки, умел делать такое, и однажды он принёс одну из.. этих Штук Йоргу в дар. Вместе с извинениями за каменные лепёшки.
Это было простейшее огниво и трут.
Так что, к тому времени, как Девочка, распушая костяным гребнем сохнущие волосы, вернулась от ручья, на прогалинке весело горел костер, а на костре пеклись нанизанные на прутики грибы, грелись лепешки, и рядом стоял маленький глиняный горшок с медовой водой.
Девочка ахнула и хлопнула в ладоши.
- Великий Йорг! – воскликнула она, - Ты заботливый, прямо как моя мама!
Йорг на миг смутился и потерял бдительность, - вихрь нежно пахнущих мокрых волос обернулся вокруг его плеча и что-то, похожее на две шелковичные ягоды, на долгий миг прижалось к шее.
- Прости, о Бог, до щеки твоей мне не допрыгнуть, - сказала Девочка, сматывая с него волосы, - Сейчас высушусь, и будем завтракать. Вечером готовлю, чур, я!
Йорг хмыкнул и тихонько потрогал шею..

Потом они снова шли. День, и второй.
Это становилось привычным, но не скучным.
Ночной страх не появлялся больше. А Мир был молод, как и они — он любил их, подворачивая под ноги путникам удобные тропинки и короткие перевалы, награждая за ясный взор тихим бродом или убирая с дороги болотце.
Когда к полудню третьего дня деревья стали пахнуть иначе, пряно и горячо, да и сами деревья изменились, из широких основательных громад становясь разными по высоте и узору, незнакомыми, другими, - Йорг даже заподозрил, что им помогает кто-то из Богов, и путь невидимо сокращен, словно кто свыше свернул поясок дороги втрое.
Так, или иначе — но они были уже ближе к югу. Ближе к концу путешествия, чем к началу.
И Девочка все чаще оглядывала деревья вокруг, словно искала какое-то одно из них, особенное.
Но пока не находила.

..Смотри, - довольно сказал Йорг, - Река делает изгиб, там отмель. Там должна быть куча рыбы! Ты любишь рыбу?
А ты умеешь ловить рыбу? - подозрительно спросила Девочка, - Что-то я раньше не видела..
Раньше были лепешки, и грибы, и мёд.. Сегодня все это кончилось — я буду ловить рыбу!
Йорг восторженно хлопнул в ладоши, подал Девочке руку, и они стали спускаться по глине и камням берега вниз, где жизнерадостно болтала и играла пеной неожиданно быстрая речушка.
Бог сбросил изрядно похудевший мешок на плоский камень и потянулся.
Сядь и отдохни, эти каменистые тропки ужасно сбивают ноги. Когда придем в селение, нужно будет сделать тебе новую обувь.
Она села, потом полулегла на бок, подставив руку под голову. «Как ленивая ласочка» - подумал Йорг, усмехнувшись в бороду.
Платье Девочки потрепалось и вымазалось травяной зеленью и глиной, мягкие сапожки были порваны, на щеке царапина.. Но она лежала на теплом камне в центре галечного пляжа, жмурясь с такой улыбкой, словно весь окружающий мир служит ей одеяльцем. Деревянный амулет, похожий на плоский квадратик, свесился из-за ворота; и следом волосы с заплутавшим листочком распутались из узла и стекли до земли.
Йоргу расхотелось усмехаться. Он закатал кожаные штаны повыше, снял жилетку, и вошел в живую, холодную воду.
Рыбу он увидел сразу. Серебряные тени то лениво, то как молнии, проносились под рваной пеной, которую несло с близкого переката. На полпути к середине реки Бог Западного Склона остановился; тут было мелко, вода скользила, обнимая лодыжки, гладкая, словно шкура прозрачного зверя.. Здоровенная серо-зелёная рыбина вынеслась прямо на него, попробовала отвернуть, наполовину выскочила из реки; Йорг, выдохнув от азарта, успел метнуться и схватить её прямо за твердые жабры. Поднял на вытянутой руке: добыча была всем рыбинам рыбина! Ростом почти с Девочку, серебряная с зеленью, она разевала узкий угрюмый рот.
Эгэй, смотри, какая красавица! - закричал Йорг, - Ещё одна, и у нас лучший обед за все дни!..
Он обернулся, потряс ношей, и победный крик застрял у него в горле. Рыба, рванувшись из ослабевших пальцев, выпала и ушла на глубину.
Девочки на камне не было.
Ты далеко?! - заорал Бог, чувствуя, отчего-то, что она не просто отошла за кустики, или не спряталась в шутку — хороши шутки в чужом лесу!..
Йорг одним прыжком, увеличиваясь еще в воздухе, оказался на берегу. Со своего божественного роста он видел много, но не всё. Сейчас, оглядывая берег, кусты, осыпи, он видел играющую выдру, куликов, видел серебряные стрелы рыб в реке под собой — но Девочки и следа не было.
Чувствуя непривычный холод в животе, Бог шагнул на гребень откоса, с которого они недавно спустились. Огляделся в тоске и боли — и едва не скатился обратно на пляж.
Девочка стояла в паре ладоней от него. Ничего не замечая (хоть и трудно было не заметить Бога ростом с вековую сосну), она обняла невысокое деревце, все в бело-золотистых цветах. Пальцами перебирая тонкие веточки и гладя соцветия, она что-то шептала, прикрыв глаза..
Йорг плавно уменьшился вдвое, потом втрое — всего, значит, вшестеро. Скрестил руки на груди — уж очень хотелось отвесить шлепка этой мелкой человечьей негоднице! - и медовым голоском позвал:
Ау!
Девочка не замечала его, как и раньше. Уже тревожась, он схватил её за плечи и развернул к себе.
Она улыбалась; но, когда раскрыла глаза, они были мокры, как лягушата. В пальцах вздрагивало несколько веточек с белыми цветами.
Ты не помнишь наш уговор? - сдержанно спросил Йорг, ощущая, что раздражение и страх уступают таки место облегчению и радости. Хотелось потормошить это существо, и проверить, цело ли оно, такое хрупкое, - Ты обещала не отходить далеко. И без спросу. А это было ДАЛЕКО и БЕЗ СПРОСУ! Я отвечаю перед твоей матерью..
Йорг, - она вытерла слёзы и спокойно посмотрела в ледяные глаза Бога, - Это именно то, что мне наказывала мама. Это дерево — кизил. Я нашла его, наконец. И теперь должна сплести из него ожерелье, - Девочка вскинула голову чуть выше, пальцем тронула могучую, как горный кряж, обнаженную грудь Йорга, и добавила с холодным сочувствием, - Это наше с ней дело. Уж прости, о мой Бог, ты здесь совсем не при чём.
Она обошла застывшего Йорга и стала спускаться к речке.
Бог Западного Склона какое-то время унимал шум крови в ушах. Что-то колкое осталось в горле от простых слов, брошенных этим голоском. Хотелось сломать небо и сбросить его в океан.
Йорг повернулся — медленный, морозный, сгорбленный — и двинулся ловить новую рыбу.

..Темнота застала их в редколесье, состоящем из странных деревьев – сладковато и йодисто пахнущих, широколиственных, со светлой корой и какими-то продолговатыми серёжками вместо цветов..
- Мама говорила, что похоже пахнет море.. – прошептала Девочка, растерев лист меж пальцев и принюхавшись, - Так терпко и странно..
- Глупости, - буркнул Йорг, - Как можно рассказать запах? Показать – да, но словами..
Он огляделся, выбрал самое раскидистое дерево с самым могучим стволом, и стал стелить под ним лапник. Впервые используя для этого не хвою, а эти странные широкие листья. Ночи уже были такими тёплыми, что необходимость в шалаше отпала, – Йорг просто сделал Девочке постель, глянул на ясное небо, и решил даже не натягивать навес.
Пока он добывал огонь и разогревал оставшуюся с обеда печеную рыбу, его притихшая спутница занялась своим секретом – своими кизиловыми веточками и цветами. Запах от ее плетения проникал даже сквозь костер и рыбу – нежный, кисловато-сладкий, манящий.
Он дождался, когда она убрала работу в мешочек, мешочек под изголовье. Они поужинали, почти не разговаривая; словно что-то сдвинулось, нарушилось меж ними на речном обрыве, у кизилового дерева.
«Ну и ладно, - думал Йорг, глядя в догорающие угли и слушая, как Девочка проваливается в сон, - Теперь я, наконец-то, не вешалка для бороды и не игрушка. Просто проводник. Выполню обещание – и не буду больше спускаться со своего склона. Эти заигрывания с Людьми.. ничего хорошего они не принесут..»
Он вздохнул. Хуже всего ему было от того, что собственные мысли казались правильными, но крайне глупыми..

На этот раз он проснулся первым.
Проснулся, когда все волоски на его теле почти встали дыбом от чувства близкой опасности.
Он тихо сел, еще просто прислушиваясь и приглядываясь, не спеша вскакивать и увеличиваться. Что-то происходило в лесу вокруг. Шум – не шум, но далекое, как тень, журчание приближалось к лагерю, словно это оставленная позади речка решила дотянуться до путников прозрачными пальцами..
Ленивое облачко сползло, наконец, с молодого, как бычок, месяца; в лесу заблестело серебряным.. Это серебро бросилось в глаза Йорга и отразилось в них, наполнив ужасом. Бог Западного Склона начал было расти и вставать – понимая, что не успевает, не успевает за серебром и рокотом, за взметнувшимися из кустов руками-вихрями..
Твердые и тяжкие, словно древесные комли, струи солоноватой воды ударили почти одновременно со всех сторон. Сперва в потухший костёр, словно в главного врага, затем в так и не проснувшуюся Девочку и, конечно – в Йорга, сметая его, ударяя о комли, загоняя трансформацию увеличения обратно вглубь, наполняя бесстрашного Бога ужасом и болью..
Он и не думал сдаваться, могучий Йорг, он был и не в таких передрягах. Пальцы его нашарили в струях что-то полуосязаемое, какой-то сгусток, живой и бьющийся с неожиданной силой. Бог ухватил его крепче, кувыркаясь в уже иссякающем потоке, сдавил, раскрывая врата своей мощи; скользкое и упругое легко лопнуло в ладонях, ничего не оставив, только вода ударила сильнее, напоследок хлестнув его по лицу мокрым покрывалом с постели. И все кончилось, словно задули лучину.
Он сел в луже и грязи. Было уже почти тихо, лишь журчала уходящая в кусты вода. В покрывале что-то билось, тоже маленькое и скользкое, меньше Девочки, что он понял с неожиданной тоской, но сейчас враг был тоже важен, - Йорг развернул покрывало, занеся кулак, и в неверном свете месяца на него безумно глянул мокрый слипшийся комочек – Карибонки, Бог Глупых Шуток собственной персоной.
Девочки же нигде не было.

- ..Понимаешь, Йорг, я шел даже не по твоему следу, а уже по следу этих тварей. А вот они - они шли за вами едва не от самого жилища..
- Кто они такие? - угрюмо спросил Йорг, сжимая и разжимая кулаки.
Карибонки придвинулся ближе к огню. Подсыхая, шкурка его в лучах рассвета распушалась и играла всеми оттенками веселого пламени, но нерадостно было на душе у друзей.
- Точно не знаю, как их зовут и кто их послал, - грустно сказал маленький Бог, - Знаю, что они живут в воде, передвигаются в воде, повелевают водой, и сами - вода. Причем, о мой наблюдательный друг, вода - соленая. Думаю, их дом - море.
Йорг встал и расправил плечи.
- Им нужна была только Девочка, - сказал он медленно, - И они ждали, когда я приведу её поближе к морю. Я и привел.. - он закрыл лицо ладонями, постоял так немного, и продолжил звенящим, словно не своим голосом, - А теперь я сам туда приду. И если они причинили ей хоть маленький вред - я вычерпаю их море и вылью его в пустыню!
Карибонки даже застыл от этих слов. Бог Западного Склона не шутил.
Совсем.

Йорг рывком вырос втрое. Потом ещё вдвое - всего, стало быть, вшестеро.
Карибонки, сидя на его плече, ахнул от простора, раскрывшегося впереди - невысокие перелески, болотца, холмы почти до горизонта, солнце и синь. Но главное - далеко-далеко эта синь, словно стекая книзу густым потоком, темнела и чуть поблескивала..
- Мы почти рядом, - пропищал полулис-полузаяц, подпрыгнув, - Я вижу его!
Тогда Бог Западного Склона шагнул, думая в этот миг о том, что впервые, кажется, Гора идет к Морю.
Метнулся назад воздух, птица задела плечо Йорга крылом, стало еще теплее и более сыро; первый шаг опустил друзей в болотистой местности, заросшей камышом и лебедой. Странное, белесо-желтое место, болото, набитое песком и пустотой - ни рыбки, ни лягушки..
- Ещё! - тявкнул Карибонки.
Сапог Бога задел вершину холма, прочертив гигантскую рану на песчаной макушке, и утвердился на следующем, поросшем чабрецом и мелкими кривыми сосенками. Здесь уже пахло совсем иначе. И друзья сразу увидели, что же именно так пахнет.
До него было уже рукой подать - доносился глухой шуршащий рокот. Холмы впереди превращались в серо-желтые громады из одного только песка, огромного множества песка, даже так: из Господина Песка. А дальше эти горы песка обрезало сине-зеленым, блескучим, живым.. блики дорожкой убегали наискось вправо, к солнцу, а Море колыхалось, дышало, ждало их. Оно было так красиво, что сразу хотелось довериться ему и упасть с разбегу в бирюзовые ладони.
Но Йорг и Карибонки не доверяли ему ни на единую каплю.
- Шагай, - тихо сказал Шутка Богов, - Ишь, рассмотрелся..
И они шагнули в третий раз. Шагнули, и сапоги Йорга намокли солёным.
Он отошел на ладонь назад, на слежавшийся рыжий песок. Волны обиженно зашипели. Пара чаек подлетели познакомиться с Карибонки и тот отогнал их лапками.
- Вот мы и на месте, о Бог Дальних Странствий, - сказал он другу.
Йорг, искренне почитающий себя домоседом, только вдохнул терпкий горячий воздух и не ответил. Он сам не мог понять, что с ним происходит, и был рад остановиться, отдышаться, подумать.. А подумать было над чем.
Кому и зачем могла понадобиться человеческая девочка, да еще в море?
........................................
продолжение далее
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:50 | Сообщение # 8
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
Кизиловое ожерелье. Продолжение
.....................................................................

Рядом Карибонки, не особо напрягаясь, выхватил из прибоя крупного краба. Оттащил подальше от воды, взвизгнул, ущипнутый за лапу — и стал обедать. С хрустом и чавканьем. Йорг огляделся. Справа и слева чуть выдавался берег, море входило в сушу небольшой лагуной. Ничего примечательного, кроме чахлого деревца, на котором сидела чайка, не было поблизости. Первозданным покоем и Временем веяло от этого места.. Покой и Время это самое время было нарушить.
Эй! - позвал он друга, - Ты как хочешь, а я иду купаться. Будь здесь, Смотри во все глаза, не появится ли кто. Ну, пора смыть дорожную пыль..
Йорг, так и не уменьшившийся, огромный, как утес, сбросил одежду. С белой, словно горный мрамор, кожей, могучий, он вошел в волны, и вода расступилась. Он шагал осторожными шажками, море долго не хотело подниматься и впускать его — но вот щекоткой взбежало по икрам и подколенкам, заплескалось у пояса. Бог с наслаждением поднял полные руки соленой влаги, вылил на себя, еще и еще.. Вода пахла тяжестью глубин и жизнью. И, почему-то — Девочкой.
Тогда он встряхнулся, и сделал то, что собирался — со всего размаху опустил на морскую гладь сложеные чашами ладони. Широкие и тяжелые, как плиты горного сланца.
Грохнуло и загудело по всей лагуне! Карибонки на берегу едва не сдуло одним напором звука, он пискнул и прижал уши. Волна в половину человечьего роста кольцом разошлась от Йорга, взбежала по песку залива и опала, - а Бог Западного Склона вновь размахнулся и хлопнул по воде еще сильнее. Карибонки выругался по-лисьи, лег и начал тихонько закапываться в песок. Вокруг эпицентра цунами начали всплывать оглушенные рыбки. Эпицентр довольно ухмыльнулся, поднял руки вновь.. Покачнулся и едва не упал, не закончив хлопка, - что-то под водой неожиданно больно двинуло ему под коленки твердым и острым. Йорг едва не заорал, но сдержался. Тут же глубоко вдохнул, рывком уменьшился втрое — и, разумеется, целиком ушел под воду.
Там, в бирюзово-желтом кристалле и странных гулких звуках он широко открыл глаза, осматриваясь. И встретил взгляд ещё более широких, чуть святящихся бирюзовых глаз. Они смотрели так, изучая друг друга, какое-то время — Йорг и подводная жительница, женщина с треугольным лицом, облаком багровых, как закат, волос и гибким, зализаным водой, телом.
Бог, вспомнив, что он не рыба, вынырнул на поверхность, отдышиваясь.
- Русалка!.. - тихо воскликнул он.
Та, словно откликнувшись на зов, немедленно всплыла и высунулась по пояс прямо перед ним, - видно было, что она рассержена, заискрившиеся на солнце глаза метали молнии. Тем не менее, Йорг даже немного залюбовался тем, как трогательно волосы обвились вокруг изящной головки, как трепетали жабры по сторонам высокой шеи. Он оторвал взгляд от капель, стекающих по её маленькой груди, улыбнулся и сказал:
- Здравствуй, о Морская Сестренка! Извини за тарарам, но я не знал, как ещё позвать сюда кого-нибудь из хозяев лагуны.
Русалка прошипела короткую гневную фразу на рыбьем языке, всплеснула руками — мелькнули полупрозрачные перепонки.
- Чтож, ты меня позвал! - фыркнула она, наконец, неласково, - Здравствуй, о Горный Братец! Что за нелегкая принесла в мой дом тебя, сухопутного бирюка; а, и еще вон того рыжего оболтуса, что, вижу, жрет уже четвертого моего краба?
- Карибонки, уши наперекосяк! - заорал Йорг в сторону берега, - Не смей больше трогать крабов! Извини, Сестра, он проголодался с дороги. Мы идем от самого большого леса. И мне очень нужно немного поговорить с тобой о человеческих и божественных делах..
- Тогда ты поплывешь на берег, - сказала она холодно, - и, хотя бы, натянешь штаны. А я лягу в прибое — так и побеседуем.
Бог Западного Склона покраснел от бровей до бороды, развернулся и поплыл к берегу.

- ..Не знаю, как сами себя, а наш народ называет их пузырями или Глубнями. Они из самых нижних этажей Океана, тех, где уже никого и ничего кроме Тьмы — сами порождения Тьмы и воды, наверное, поэтому такие недобрые и странные. Очень редко выбираются наверх, и здесь их все побаиваются, - а сами они боятся только Верховного Лиллиме.. Очень древний и странный народ.. Уверен, что видел именно их? На суше? В лесу?..
- Боюсь, что так..
Йорг запустил пятерню в бороду и дернул ее, размышляя. Русалка, лежа перед ним в набегающих волнах, болтала в пене ногами — из каждой лодыжки, словно шпора, торчал изящный складной плавничок.
-Значит, Глубни.. Сами вода, живут в воде, ползают по лесу.. Радует, хотя бы, что их можно убить — я раздавил одного ночью.. А какого бога им понадобилась моя Девочка? В смысле, - смутился он, - человеческая Девочка? Они едят людских детей?
- Сомневаюсь, что они вооще хоть что-то едят, кроме Тьмы, - покачала головой Морская, - Очень трудно сказать. Может, у них какие-то счеты с Людьми? Вот что! - оживилась и всплеснула она, - Сходи-ка ты к людям! В обитель Глубней тебе все равно не попасть — один Лиллиме может выдержать воду и тьму на такой глубине, а пока его найдешь, пока упросишь.. Время для тебя сейчас дорого, а селение Людей — вот оно, за мысом справа, тебе один шаг.
- Я и сам так думаю. Спасибо тебе, Морская Сестренка, - Йорг поднялся на ноги и улыбнулся, - Я придумаю, как отблагодарить тебя и зайду на обратном пути.
- Да, заходите, - она прихотливо свернулась в пене, потягиваясь и блестя серебряной кожей, - Покажешь мне эту лесную зверюшку, из-за которой проделал такой путь. Здешние девчонки часто бегают играть со мной, но ничего особенного в них нет.. Те же рыбки с ножками. Ну, до встречи, Братец!
- До встречи!
Йорг помахал ей, исчезающей в волнах. Обернулся, хлопнул в ладоши.. Кучка вылизанных до блеска клешней и панцирей пошевелилась, выпуская наружу рыжий нос и одно — торчащее — ухо.
- Идем, о Хвостатый Крабовый Кошмар, нас ждут в селении людей.
- ..Оох, может, хоть там мне дадут выспаться...
Карибонки зевнул, потянулся, вытряхнул из уха — висящего — крабью ногу, и сделал вид, что хоть сейчас готов в путь, а Йорг, телепень этакий, никак не соберется..

..Деревня была похожа на стайку больших лохматых грибов, вразнобой выбежавших из леса на пляж. Десяток хижин с крышами-куполами, сети на жердях у воды, перевернутая лодка.. В центре полукольца хижин поднимался дымок дотлевающего костра.
- Эгегей! - осторожно крикнул Йорг, - К вам гости! Добрые гости!..
Карибонки принюхался, привстав на задние лапки.
- Что-то здесь не так, - уверенно сказал он, - Кажется, это странное селение, в котором никто не селится.. Пойдем, посмотрим?
Они неторопливо спустились с гребня дюны и вошли в круг домов. Полулис был не прав — деревня выглядела обжитой и уютной, но хозяева словно покинули ее в панике. Валялись тут и там брошенные впопыхах вещи, плетеные двери качались на ветру. Едко чадила тщательно разделанная и насаженная на вертел рыбина, упавшая прямо в костер..
- Ничего не понимаю, - растеряно сказал Йорг. - Думаешь, и здесь побывали те.. Глубни?
- Чтобы думать, нужно все осмотреть, - резонно заметил Карибонки, - Тем более, что, чует мой нос — не все покинули это место..
Он тихонько, как умеют только лисы, подтанцевал к самому маленькому и жалкому домику. Замер возле притворенной двери. Принюхался. И восторженно задрал хвост трубой.
- ..Тссс.. Тут кто-то есть.. Иди сюда.
Йорг, стараясь ступать осторожнее, приблизился к хижине. В отличие от чутких ушей и носа Карибонки, он пока ничего не различал за дверью, - поэтому, доверившись ему, попросту рывком дернул её на себя.
Нечто узкое и легкое, вылетев из полумрака, ударило его в грудь и, жалобно хрустнув, отскочило.
- Прочь, чудовище! – звонко крикнули из глубины дома, - Уходи, я не боюсь тебя!..
Бог Западного Склона вгляделся и неуверенно заулыбался.
Перед ним явно был человек. Мужчина. Или еще только собирающийся таковым стать – возрастом этот полуголый и черноволосый житель селения не сильно обогнал Девочку. Зато был значительно отважнее и, пожалуй, глупее, ибо своё расщепленное о несокрушимую йоргову грудь копьё он так и держал, грозно выставив перед собой.
- Э-э.. – смущенно протянул Бог, - Ты.. Это.. Я не чудовище. Я – Йорг. Мы пришли поговорить..
- Мы? – подозрительно переспросил Мальчик, - Кто там ещё?
Карибонки незамедлительно просунул меж дверью и другом любопытный нос, по которому тут же едва не получил обломком копья. Йорг легким неуловимым движением взял у Мальчика оружие и выкинул на песок. Потом отступил на несколько шагов.
- Ну хватит баловаться, - решительно сказал он, - Выходи сюда, на свет, и будем знакомы, о Нападающий-На-Гостей. Я тебя не съем.
Осторожным шагом, явно не очень веря последнему заявлению, Мальчик вышел из хижины и уставился на друзей. Йорга он одарил неласковым взглядом, а вот увидев пританцовывающего от возбуждения Карибонки, присвистнул от восхищения.
- Да я же тебя знаю! Ты – Шутка Богов, у нас про тебя сказки рассказывают! Как ты однажды по глупости залез в..
- Глупые сказки! – возмутился Карибонки, - Это был не я, и там все равно было открыто, бери-не хочу..
- Нет, именно ты, бабушка рассказывала..
- Гдарм бы побрал твою бабушку! – не выдержал Йорг, - Мы не за сказками сюда пришли.
Мальчик, кажется, немного успокоился. Его темные, как маслины, глаза блеснули.
- А зачем же вы пришли? Сжечь деревню и всех убить?
Йорг возвел очи к небу.
- А надо?
- Не-а, - уверенно покрутил головой юный защитник селения, - Не надо, жалко. Но все так и подумали, поэтому разбежались, когда дозорные вас заметили.
- А ты чего ж не убежал? – хитро сощурился Карибонки.
- Интересно было посмотреть..
Йорг который раз удивился тому, как странно руки Арабана, Бога Всего Живого, вылепили этих созданий – Людей. Безрассудство, несгибаемое любопытство и трогательная хрупкость. Удивительные существа. Наверное, быстро вымрут. А жаль.
«И Девочку жаль, - горячо толкнулось в его груди, - Ты не забыл про неё?».
- Да! - сказал Бог Западного Склона, - Расскажи-ка нам вот что – здесь не появлялась человеческая Девочка, чуть младше тебя, сама издалека? Мы ищем именно её.
Мальчик совершенно машинальным жестом — о, это движение характерно и для богов, и для людей! - почесал в затылке. Сразу став обычным, не героическим мальчиком, почти уже юношей. Загорелым, оплетенным жгутами мускулов, стройным намеком на будущую мужественность — но Мальчиком.
 Девочка.. У нас есть в деревне несколько девочек.. Но не думаю, что они настолько нужны пришлым Чудовищам, они просто..
 ..Просто рыбки с ножками, - грустно закончил за него Йорг, - Да, я понял. Это не та Девочка. Уверен, что они тоже вскоре кому-то будут чем-то большим. Но я ищу именно ЭТУ.. Знаешь, о Мальчик.. кстати, наверное, у тебя есть какое-то еще имя, как у каждой рыбы и каждого бога оно есть..
 Да, меня прозвали Трехглазым, потому что я первым замечаю рыбу из лодки. Но еще часто зовут Ой-Да-Отвяжись, за любопытство.. А однажды целый месяц звали Косоруким, когда я вылил чашку кипятку брату вождя на..
 Будешь Трехглазым, - постановил Йорг, - Так вот: знаешь ли ты, о мой Трехглазый победитель чудовищ, что-нибудь о тварях, называемых Глубнями?..
Мальчик изменился в лице, и осенил себя каким-то охранным знаком.
- Это нехорошие звери, - сказал он тихо, - Я не видел, но старики рассказывают, что они появляются очень редко, и всегда несут несчастье или потрясения. Они служат лишь Великому Лиллиме да Глубинной Тьме..
- Все с тобой ясно! – бесцеремонно вклинился Карибонки, - Ничегошеньки ты не знаешь. Будем ждать родственников Девочки. Долго у вашего народа положено трястись от страха, разбежавшись из деревни? Я к тому, что Мы, Боги, немножко не любим ждать на голодный желудок..
- Бездонное ты Ухо! – ахнул Йорг, - Только что истребил половину крабов в море, и снова за свое..
- Здесь нет родственников вашей Девочки, - сказал Трехглазый, - Я ничего про них не слышал, и мы никого не ждали. Но что-то странное происходит. Завтра будет праздник Посвящения. Я и еще один мальчик – мы пройдем испытания и станем взрослыми; нам дадут новое имя, разрешат в одиночку уходить далеко в море, участвовать в Совете, и прочее такое.. Целый месяц Морскому Богу Лиллиме приносятся богатые жертвы, раньше такого не было, я помню прежние Посвящения.. А самое странное – праздник завтра, но главной жертвы еще нет! Алтарь стоит пустым, хотя обычно там за несколько дней уже привязан какой-нибудь морской зверь. Не понимаю, что бы это означало. Спрашивал жреца, а мне – ой, да отвяжись!..
- ..Пустой алтарь? – медленно переспросил Бог Западного Склона, и сердце его словно перескочило в горло, сделав голос сиплым и сдавленным, - И главной жертвы еще нет?
Карибонки встрепенулся, подскочил и тронул друга лапкой.
- Йорг, это ничего еще не значит, - сказал он успокаивающе, - Ну-ка, о Трехкосоглазый друг наш, покажи нам этот алтарь. И поживей, не то перестану сдерживать эту бородатую каменную штуку, вам тогда Глубни мальками покажутся!..
Йорг дал ему ласковый подзатыльник, потеплел глазами и кивнул Мальчику:
- Ты слышал приказ Бога? Веди.

Алтарь был похож на все алтари в мире. Укромное место на стыке воды и суши неподалеку от деревни, в чаще мангровых зарослей. Вытоптанный за годы и годы полукруг, вертикальная плита грубого ракушечника, обращенная к Морю. Основания жертвенника касались тихие волны, словно стихия облизывала ложку перед трапезой..
Йорг потрогал потемневшую от - крови? Сока? Краски? – поверхность, оглядел расстилающуюся впереди синеву и обернулся к Трехглазому. Взгляд Бога был таков, что мальчишка попятился.
- Лучше бы вашему жрецу побыстрее вернуться, - прошептал он, и от этого шепота качнулись, роняя листья, стволы лесных великанов, - У меня есть к нему несколько вопросов..
- Чтобы не пугать ваших людей, мы подождем его здесь, - важно сказал маленький Карибонки, опасливо косясь на Йорга, - Иди и передай, что встречи со жрецом и старейшиной ожидает Бог Западного Склона Великой Горы Шарух и Карибонки, Бог э-э.. Просто Бог Карибонки! Все запомнил? Не перепутай! Одна нога здесь..
Возле алтаря уже не было ни одной из мальчишечьих ног, так резво тот бросился бежать по тропинке к селению. А полулис-полузаяц уже в упор посмотрел на друга.
- Ты думаешь? – тявкнул он.
Йорг обеими руками взъерошил бороду. Море, отраженное в его глазах, казалось холоднее, словно вокруг стояла зима. Был близок закат, вечер уже начал вытягивать тени смоляными каплями.
- Я ничего не думаю, - нехотя сказал он, - Я просто хочу выяснить, что тут творится, и что произошло с Девочкой. В конце концов, я дал слово беречь ее в пути. Если эти морские люди задумали дурное, то наш путь не закончен – я должен вернуть ее домой, к Женщине.
- Этот смешной человечек не выглядел очень уж дурным, - заметил Карибонки, - Он мне даже понравился – так лихо поломал об тебя палку!
- В следующий раз пущу тебя первым, - Йорг потер грудь, - Раз уж так нравится остренькое.. Что-то слышишь?
Рыжий звереныш повел настороженными ушами – одно висит, одно торчком – и фыркнул.
- Да.. Пахнет травами, дымом, одеждой, рыбой.. Людьми, в общем. И они идут сюда.

Из-за поворота тропинки медленно вышли и остановились двое.
Жрец Великого Бога Морей Лиллиме был глубоким стариком, седым, иссохшим, как выброшенная морем палка - но таким же, словно палка, прямым и жестким. Даже белесые до прозрачности глаза, которыми он впился в Йорга и Карибонки, были острыми, словно щепки на древесном изломе. Старика, одетого только в плотную бахрому украшений, оберегов и амулетов, поддерживал под руку массивный мужчина – статный, в расшитой раковинами накидке из красиво переливающейся перламутром рыбьей кожи. Йорг вспомнил, что видел куски такого материала в доме у матери Девочки..
Мужчина – вероятно, старейшина селения, - погладил курчавую черную бороду и поклонился. Старик же только нехотя кивнул. И без того смуглый и загорелый, в лучах покрасневшего низкого солнца он казался зловеще кровавым.
- Приветствуем Бога из далеких земель! - густым басом сказал Старейшина; Карибонки, подскочив на месте, тявкнул так красноречиво, что тот поспешил добавить, - И второго.. гм.. Бога из далеких земель. Рады служить вам, чем можем. Народ мы мирный..
- Можете, - вместо приветствия отрезал Йорг, - Очень даже можете сослужить нам службу, ответив на два вопроса. Всего два, и мы уйдем, ничем вас более не потревожив.
Жрец вновь кивнул, а Старейшина вновь поклонился.
- Отлично, - Йорг положил ладонь на сырой от морского ветра ракушечник, заметив, как при этом вскинул голову и нахмурился старик, - Тогда скажите, для чего приготовлен этот алтарь?
- На этом камне завтра, в праздник посвящения, будет лежать жертва, соединяющая наш народ и наше Божество, Великого Лиллиме, - важно сказал Старейшина.
- Это я знаю! – голос Йорга загрохотал, словно камнепад в горах, - Какая именно жертва? Кто или что это будет?
- Только завтра Великий Лиллиме объявит нам об этом, такова Его воля в этот раз, переданная через Его посланцев..
- Йорг, да они над нами издеваются! – громко изумился Карибонки, заскакивая прямо на алтарную плиту и наслаждаясь гримасой на лице старика, - Вы хотите навлечь на селение гнев Божественного Йорга, которого прозывают Ужасом Вершин??!
Бог Западного Склона сжал кулаки, выпрямился, готовясь вырасти втрое – и впервые услышал голос Жреца.
- Наш Бог – Великий Лиллиме, - это словно проскрипела сама морская галька, - Именно Его гнева мы страшимся и на Его защиту полагаемся. Хотите ли вы, о чужестранцы, ссориться с Морским Владыкой прямо в его владениях? Мы – только слабые люди, а вы – Бессмертные, но даже маленькая креветка не боится окуня, если дружит с акулой.. Утишь свой гнев, о Бог-из-Далека, и задай свой второй вопрос.
Йорг несколько мгновений не мог вымолвить ни слова. Он смотрел в колкие глаза Старика, на его гордо вскинутый подбородок, и думал, что – будь побольше таких кремней, и Люди, возможно, не вымрут так уж стремительно..
- Хорошо, - вымолвил он наконец, - Второй вопрос таков: что вы знаете о Девочке, возрастом примерно как ваш Трехглазый? Она шла сюда вместе со мной, к родственникам своей матери, живущей у подножия Горы Шарух, но в дороге была похищена тварями из глубин – Глубнями. Что могло с ней случиться?
Повисло молчание, словно этот вопрос перехватил горло Жрецу и Старейшине; они медленно переглянулись. Глаза Старика заглянули за плечо Йоргу, на коснувшееся воды Солнце. Старейшина тяжко вздохнул и как-то обвис, постарев на несколько лет. Карибонки даже вздрогнул в тишине, словно ракушечник внезапно укусил его за лапки.
- Что вы молчите? - не выдержал Йорг, - Я уже вижу, что вам есть, что сказать. Так говорите, пока я не решил проверить, чьего гнева вам стоит бояться больше – Лиллиме, или моего!
Жрец сделал приглашающий жест, развернулся и медленно заковылял по тропинке.
- Пойдемте, о Боги-из-Далека, - устало сказал Старейшина, - Вас угостят с дороги, отдохнете.. А история все равно длинная, я расскажу ее у костра. Темнеет.. – он развел руками.
Йорг и Карибонки переглянулись и покорно пошли за ним. И вправду, стремительно темнело..

..Южную приморскую ночь они видели впервые, и она поразила их в самое сердце. В недосягаемой прозрачной тьме кружился звездный шатер, яркий, как солнце в решете. Море с ровным шорохом катило валы, костер рвался в небо из последних сил, а в полушаге от него душная влажная тьма поджидала неосторожного.
По пальцам Йорга и карибонковым усам стекал сок жирной рыбы, полная сперва тыква пальмового вина уже обнажила дно, а Старейшина все рассказывал.

- ..Пятнадцать лет тому назад.. - для вас, богов, тьфу, а для нас вполне ничего себе срок! - в нашем селении жила девушка. Была самой красивой на всем Побережье, звонче всех пела, а плавала и ныряла так, что ее прозвали Летящая-в-Воде. Она могла уплыть в открытое море сквозь шторм и вернуться, отдохнувшая, и с полным куканом рыбы..
В год, о котором я рассказываю, из горной страны пришел юноша, чтобы по обычаю найти себе невесту в дальних краях. Он был высокий и красивый, сильный, как дельфин — конечно, они с Летящей выбрали друг друга с первого взгляда!.. Лучшей пары не сыскать было в подлунном мире, и оставалось только дождаться Праздника Посвящения, чтобы Летящая, ставшая взрослой, ушла из селения со своим Мужчиной и, может быть, основала свое селение в его Горах..
У нас положено, чтобы в день посвящения юноша или девушка прошли определенное испытание. Для парней это, обычно, охота на редкого или сильного зверя, или поединок, или изготовление лодки, или.. Мало ли! Девушки чаще выбирают изысканное рукоделие, стряпню, плавание или танец.. Моя невеста, помню, наварила к дню своего Посвящения такого вина — и столько! - что он прервался в самом начале, и так и прерывался еще три дня!.. Ну, а Летящая-в-Воде, разумеется, выбрала испытание Морем.
Тот день помнится мне, как наяву. Страшный шторм поднялся еще с полуночи, валы смыли две хижины и унесли много добра, поломали лодки.. Нужно было послушаться недоброго знака — но Посвящение нельзя отменить, Великий Лиллиме завещал нам так.. Возле алтаря бурлил прибой, поэтому мы стояли среди мангровых зарослей, держась за ветки, по колено в воде. Только юноша с гор подошел ближе — ему было по пояс, но он стоял, цепкий, как осьминог. А Летящая смотрела на нас, стоя прямо на заливаемом доверху алтарном камне, обнаженная, прямая и гибкая.
«Я поплыву прямо в Сердце Бури, - крикнула она сквозь рев ветра, - И принесу то, что там находится!». Остановить ее было уже нельзя — она помахала своему избраннику и нырнула в прибой.
Мы ждали ее до темноты. Трое мужчин держали юношу с гор, чтобы он не бросился искать ее среди гибельной стихии. Когда взошло созвездие Вулкана, шторм стал утихать, и мы поняли, что не дождемся ее никогда — море просто приняло ее, как жертву, такое тоже случается..
Мы пошли в селение, и нашли Летящую возле костра; она смотрела в огонь, и никого не узнавала, только дрожала все время.
Три дня Жрец и целительницы выхаживали ее, и наконец, вылечили. Никто не усомнился, что испытание пройдено. Никто так и не рискнул спросить у самой Летящей, что же именно она принесла из Сердца Бури. А сразу после выздоровления она и Юноша ушли по направлению к Горам.
Никто не знал, что случилось, в тот день — только Жрецу она в полубреду рассказала все.
Летящая-в-Воде доплыла, борясь, до самого ока шторма, туда, где почти нет ветра и валы сталкиваются друг с другом в тишине, как играющие дети гигантов.. Там силы ее кончились, она поняла, что скоро погибнет, но расстроилась только, что больше не увидит своего избранника.. Потом в плеске и шорохе она услышала Голос.
«Ты ведь знаешь, отчего эта буря, и отчего ты сейчас умираешь, да, Летящая?»
Она обернулась и увидела загорелого мужчину с выцветшими от соли и солнца волосами, руками, сильными и жесткими, как крабьи клешни, и бездонным, как Море, взглядом. Он лежал прямо на волнах, удобно развалясь, и она догадалась, что посмеяться над ее смертью явился сам Великий Лиллиме.
«Знаю,- кивнула она, и выплюнула воду, - Я не выполнила одно условие..»
«Правильно, - согласился Бог, - Этой ночью, перед самым Посвящением, ты любила своего Юношу прямо на прибрежном песке у алтаря. Ты знала, что это запрещено до прохождения Испытаний, но соблазн был слишком велик, да?»
«Да! - крикнула Летящая, - Ты убьешь меня за это? Убей, если ты запрещаешь любовь!..»
«Я сделал бы это, ибо дело не в любви, а в законах и непослушании им.. Но получится, что погибнут двое, один из которых невиновен. Ты понесла ребенка от своего горного олуха, я уже вижу биение ее души. Это девочка. Ты сама не боишься смерти — а что готова отдать за жизнь своей дочери, Летящая?»
«Что угодно обещаю тебе, мой Бог, Великий Лиллиме! - закричала она, холодея, - Можешь забрать меня, больше нечего мне предложить тебе, только не убивай мою будущую дочь!»
«Я сделаю иначе. Я отпущу вас обеих. Живите в ваших сухих колючих горах, мне не жаль.. Но твоя дочь отныне посвящена мне, Морскому Богу Лиллиме. И, когда ей исполнится столько, сколько тебе сейчас, ты пришлешь ее мне в дар. Ни к чему тебе знать, зачем, - будь уверена только, что участи ее позавидовали бы многие. Так выбирай же, женщина! Смерть сейчас — или жизнь?»
И Летящая выбрала. «Как ты узнаешь ее, мой Бог? - тихо спросила она, - Нужен какой-то знак?»
«Нужен, - согласился Лиллиме, - Придумай его».
Перед глазами Летящей, уже почти тонущей и обессиленной, мелькали желтые пятна и осколки неба. Они напомнили ей цветущее дерево.
«Это будет девочка в кизиловом ожерелье, - сказала она тихо, но Бог услышал и кивнул, - Мы договорились?»
Она сказала «да», и соленая вода хлынула в ее горло, и она задрожала, и пошла ко дну. И очнулась уже только в хижине, где ее растирали мазями и окуривали целебным дымом..
Даже ее юноша не знает этой истории. И, если уж честно — мы были уверены, что это привиделось ей среди волн и смерти. Но спросить уже не у кого — с тех пор мы не видели Летящую-в-Воде.

..Маленький Карибонки тяжко вздохнул и прижался к ноге друга. Йорг повел плечами, потянулся, вылил в рот остатки из тыквы.
- Ей не привиделось, - сказал он горько, - Я знаю эту Женщину много лет. Сейчас, слушая ваш рассказ, я стал понимать, отчего они такие – она и Девочка. Такие.. ну, словно в их груди есть больше, чем у других – больше сердца, или больше боли.. Непонятно только вот что – отчего она не обманула Великого Лиллиме? Она ведь могла не отсылать ему дочь..
- Ты не понимаешь, что говоришь, о Бог Западного Склона, - вздохнул Жрец, - Глубни доберутся в любое место, где рядом есть хотя бы ручей. И однажды ты просто нашел бы всех их на полу собственного дома – утонувшими..
Карибонки гневно тявкнул и заскулил. Потом поднял на Йорга глаза.
- Как ты думаешь, Девочка сама знала, куда и зачем идет?
- Не думаю, - покачал головой тот, - Но это и неважно. Если я что-то понимаю в подобных делах, у нее будет выбор. Я прав, о Жрец?
Ты прав, о Йорг, - проскрипел тот, - Правда, выбор невеликий. Все будет зависеть от Морского Бога. И зависеть очень скоро – посмотрите, близится рассвет. Когда солнце покажется над лесом, начнем ритуал Посвящения. Думаю, Великий Лиллиме, наш покровитель и заступник, почтит нас своим появлением.
- Думаешь? Да я в этом прямо-таки уверен, старик! – съязвил Карибонки, сворачиваясь клубочком у теплых углей, - Йорг, не забудь разбудить меня, когда начнется интересненькое.. – он сунул нос в рыжий мех и сладко засопел.
Жрец и Старейшина встали; один кивнул, другой поклонился. Йорг не видел, как они ушли – он ничего не видел, он сжимал растрепанные виски ладонями и думал, как не думал ни разу за свою долгую жизнь..

Море, словно смущенное чем-то, было в это утро предельно ласковым, оно ластилось к ногам и откатывалось, морща лаковую бирюзовую шкурку. Ни облачка, ни тени не было в небе; лишь легкий ветерок шевелил волосы собравшихся и играл висячими побегами лиан.
Собралось все селение. Йорг никогда не видел столько Людей – слишком много, чтобы он мог сосчитать. Мужчины, женщины, дети, даже старики приковыляли посмотреть на церемонию. Подножие алтарного камня усыпали разноцветными плодами, связками рыбы и раковин, поверх накидали цветов; вся эта куча пахла так разнообразно и остро, что Карибонки поминутно чихал и фыркал. Они с Йоргом стояли чуть сбоку, в тени древесного изгиба, на них оглядывались с опаской.. так же, как на голый верх плиты, свободный от главной жертвы.
..Жрец, ритмично взмахивая пучком дымящихся палочек, шел по кругу перед алтарем. Дым позади него, причудливо извиваясь, уплывал в сторону моря. Жрец напевал – негромко, на непонятном языке, ритмично.. У Йорга даже ноги тянуло пританцовывать. А в толпе уже вовсю раскачивались на месте и подтягивали в ритм.
- Он заклинает Море, - прошептал Карибонки, - Это не просто песня. Я чувствую Силу!..
Ох, он был прав! Море тоже чувствовало её – рисунок волн в лагуне изменялся с каждым кругом Жреца, теперь они не просто бежали к берегу, а загибались к одному центру, словно вода внимательно приглядывалась к происходящему.
Небольшая тень, клочок серого цвета, морщинка небес показалась над горизонтом. Ветер немного посвежел.
Жрец выкрикнул последнее слово, остановился и вскинул руки кверху. Дотлевшие курительные палочки, крутясь, исчезли в прибое. Меж людьми протиснулись и вышли на песок двое – Трехглазый, сжимающий новое копьё, и его ровесник, паренек чуть пониже ростом, но плотнее и крепче. В руке он сжимал угрожающих очертаний топор с лезвием из морской раковины. Оба юноши упали на колени и коснулись лбом песка перед Жрецом.
- Трехглазый и Тюлень, - сказал старик, - Сегодня день вашего посвящения, поднимитесь!
Они поднялись, красные и надутые от гордости.
- Вам не придется сегодня ловить акул, или меряться владением веслом. Также не надейтесь на поединок друг с другом..
Парни непонимающе уставились на Жреца, а тот оглянулся на море в непонятном беспокойстве, и продолжил:
- Видите то облачко? Оно приближается. Это послание от Великого Бога Лиллиме. Когда оно будет здесь, я разъясню вам ваше Испытание. Сейчас просто стойте и ждите. Вам понадобятся все силы и все умения, поэтому будьте готовы.
Голос и тон старика были такими, что оба юноши побледнели. Толпа же чуть подалась и поредела – женщины с детьми, словно почуя что-то холодное в самом сердце, заторопились в селение. Мужчины переступали с ноги на ногу, хмурились и перешептывались.
А с небом и морем продолжало твориться что-то неладное. Погода портилась; ветер несколько раз менял направление, пока не стал дуть с моря – резко, холодно, острыми зазубренными порывами. Клочок тьмы скользил к берегу, уже было видно, что это грозовая тьма, низкая, - сырой холод, падая из неё, поднимал высокую концентрическую волну, и вскоре ноги стоящих ближе лизнул первый ковер пены.
И стало видно, что под тучей, в том месте, где рождается морская дрожь, плывет что-то блестящее, белое, белее пены и ярче солнечного блика.
Жрец пригляделся и отступил на шаг. Трехглазый и Тюлень, как по команде, стиснули оружие. Толпа – то, что от нее осталось – опустилась на колени в хлюпающий от прибоя песок. Йорг поднял Карибонки на плечо, и они тоже во все глаза смотрели на то, что приближалось по курчавой, как руно, воде.
Это была огромная белоснежная раковина, похожая на сложенные вместе перепончатые ладони.
Она скользила по поверхности лагуны, почти не погружаясь нижней створкой, несомая неведомой – слишком хорошо ведомой! – силой. Нежный, но невыносимый, раздражающий, как заусенец, свет рвался изнутри, и хотелось убежать, или зажмуриться – а потом все равно убежать.. И последние жители селения побежали, не выдержав этого света. Только Жрец, Старейшина, Трехглазый, Йорг и Карибонки остались на песке перед алтарем и приближающейся раковиной. Последним, бросив топор, сбежал Тюлень. И, когда он исчез за поворотом тропинки, ветер немного стих, а туча в зените остановилась, медленно кружась вокруг оси.
Лиловая неяркая молния ударила в белое сияние, словно погасив его. В десяти шагах от берега раковина остановилась. И раскрылась – бесшумно и невесомо, как все чудесное.
Внутри, на слое фосфоресцирующих водорослей, подложив обе ладони под голову, спала Девочка.
.............................................................................
окончание далее
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 22:51 | Сообщение # 9
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
Кизиловое ожерелье. Окончание
.................................................................

Йорга словно ветром качнуло вперед, он сделал два шага и протянул руки — но застыл, и слова остановились в его горле. Так безмятежен был ее сон, так доверчиво сомкнуты ресницы, так трогательно было старенькое дорожное платьице, что нарушить это хрупкое спокойствие было свыше его сил. Он, наверное, так бы и стоял еще долго, но у Карибонки, к чести Карибонки, подобного пиетета даже и не ночевало. Полулис-полузаяц всплеснул ушами, подпрыгнул на плече друга и восторженно заорал:
- Эгей, сушеные крабы и капустная кочерыжка! Да это же наша потеряшка!!!
У Йорга заложило ближнее к Шутке Богов ухо, Жрец и Старейшина вздрогнули, Трехглазый выронил и тут же подобрал копьё. А Девочка — Девочка проснулась.
Она дважды вздохнула, потянулась, как зверек, всем телом, и села, хлопая ресницами. Так выбравшиеся из кокона бабочки сидят и сонно пробуют взмахивать неокрепшими крыльями..
- Карибонки? Йорг? - пролепетала она неуверенно, - Где мы? И что случилось? Кажется, я спала..
- Еще как спала! - сказал звучный молодой голос откуда-то сзади, - А теперь проснулась отдохнувшей. Все в сборе, и можно начинать Посвящение.
От дорожки, ведущей к селению, к площадке у алтаря шагал высокий белокурый красавец, загорелый до бронзы, в одной лишь коротенькой юбочке из сине-зеленых водорослей. Он шел неспешно, вокруг его босых ступней вода юлила, словно ластящаяся собачонка; казалось, струи сами несут его на скользкой спине.
Жрец и Старейшина пали ниц, Трехглазый попятился и сел в прибой.
- Здравствуй, о Великий Лиллиме! - устало проговорил Йорг, - Давно мы с тобой не виделись. Ты почти не изменился.. Почти.
- А ты изменился, мой Йорг, - Морской Бог легко коснулся его плеча, и Бога Западного Склона качнуло, словно от удара волной, - Перестал быть затворником, интересуешься чужими делами.. Приветствую и тебя, Бог Глупых Шуток, Прихоть Ларра. В этот раз шутка твоя может оказаться глупее, чем тебе хотелось бы; ты готов к этому?
Карибонки только сжался и зашипел. Йорг погладил его, успокаивая, и расправил плечи.
- Ты как? - спросил он у Девочки, - Тебе не причинили вреда те скользкие твари?
Девочка вздрогнула, тень воспоминания мелькнула в ее глазах.
- Ох, они были.. противные, - она тряхнула головой и сморщила носик, - А я-то думала, это приснилось.. Йорг, Бог мой, ну вот зачем ты напомнил!
Йорг уже, улыбаясь, вновь протянул руки, но меж морем и небом вдруг прокатился гул, - это Лиллиме топнул ногой.
- Твой Бог — Я! - крикнул он, - Ты должна запомнить это! Все присутствующие будут свидетелями ритуала Посвящения, таково правило. Кое-кого здесь быть не должно, но если они будут вести себя тихо, то могут остаться.. Итак — твоя мать, Летящая-в-Воде, рассказала тебе о своей клятве и о том, зачем посылает тебя сюда?
..Йорг внутренне сжался, а Жрец внезапно приподнял голову и что-то прошептал Трехглазому. Тот деревянно кивнул, встал и коротко оглянулся на Девочку. Девочка вновь потянулась, тоже гибко встала, одернула платье — и вдруг рассмеялась.
- Конечно рассказывала! - воскликнула она, - А ты как думал?! Она много лет говорила мне, что здесь я найду свою судьбу. Что ты поможешь мне в этом, Морской Бог, - но, клянусь в ее рассказах ничего не было ни о слизнях из соленой воды, ни о сне в раковине.
Она спрыгнула прямо в воду, погрузившись по пояс, с очаровательной улыбкой приняла руку Трехглазого, и с его помощью выбралась на берег. Йорг вновь улыбнулся ей в ответ, Карибонки сделал полусальто, упав на хвост и задрыгав лапами в воздухе от радости.
- Судьбу, - задумчиво повторил Лиллиме, - Что ж, ты нашла ее. Подойди сюда и отдай мне то, что ты должна мне отдать. Вот это, - он двинул бровью, порыв ветра откинул волосы с плеч Девочки. Вокруг нежной шеи, спускаясь к началу груди, было обвито кизиловое ожерелье. - Да, и, кстати, Старик — пора начать петь заклинания Посвящения. Я разрешаю тебе встать.
- Конечно, мой Бог! - проскрипел Жрец; он поднял голову, но вставать не спешил, - Только разъясню Посвящаемой смысл ритуала.. О Девочка! - повернулся он к ней, - Это древняя и священная церемония, она отличается от обычного Испытания. Твой Избранник, Тот, кому ты отдашь созданное тобой, станет твоей судьбой навсегда.. Великий Бог Морей Лиллиме возьмет тебя в свое океанское жилище, гда сделает навеки бессмертной. Ты будешь его воспитанницей, помощницей, Хозяйкой над русалками и морскими зверями. Заступницей перед людьми Моря. Нет лучшей судьбы для тебя, чем эта.. Ты готова? Когда я начну петь заклинания, подойди к Великому Лиллиме, склонись перед ним, протяни ожерелье и скажи: «Этим знаком вручаю и посвящаю себя в твои вечные подданные, о Лиллиме». Я начинаю петь..
Жрец запел, все громче и громче, туча вверху начала вращаться быстрее. Йоргу захотелось зажмуриться, но он не мог не смотреть, как Девочка, чуть покачнувшись, сделала шаг, другой, третий — и оказалась перед гордо подбоченившимся красавцем Лиллиме.
«Судьба, - подумал Йорг, - Это Судьба, и она не может ей сопротивляться. Что же тогда я могу сделать? Что я должен сделать? Что я хочу сделать?..»
Напев Жреца стал отрывистым и резким. Девочка, словно в трансе, подняла руки, коснулась ожерелья.. Сняла его через голову. На шее остался висеть старый амулетик — плоский квадрат на веревочке.. Лиллиме властно протянул руку..
- Синие листья, прилетевшие с неба, - пробормотала вдруг она с трудом, словно губы плохо ей повиновались, - И цикорий. Да, цикорий, целая гирлянда! И пляски на поляне перед нашим домом!..
- И ветер в предгорьях.
Лиллиме вскинул брови, отступив на шаг. А Море застыло, потому что Йорг коротко дернул головой, словно стряхивая сон, и добавил чуть уже громче:
- И зимородки - птицы, птицы, птицы.
- И догонялки, и муравьи, и брызгалки в ручейках! - протявкал Карибонки, и каждое их с Йоргом слово, как ключевая вода, промывали девочкины глаза.
- Да.. - она повернулась всем телом, и теперь смотрела на Бога Западного Склона; так, будто видела его впервые, - Да! И теплый шалаш, и рыба в ручье! И камни Горы Шарух, такие теплые на западном склоне! И.. - Девочка схватилась ладонями за пылающие щеки и глаза ее удивленно расширились, - ТОТ, КОМУ отдам!.. Почему же это обязательно должен быть Великий Лиллиме? - она поглядела на Морского Бога, - Надеюсь, у меня есть выбор? Потому что, иначе..
- ..У тебя нет выбора! - спокойно, но как-то зловеще бросил Лиллиме, - Потому что твоя мать выбрала за тебя. Променяла тебя на удовольствие любить.
Он отвернулся и несколько долгих мгновений смотрел на море, - и пока он смотрел, оно менялось. И все находящиеся на пляже на какое-то время вслед за ним обратили взоры к вечной и неостановимой череде трансформаций дышащей от горизонта до горизонта воды. Волны стали ритмичными, словно удары сердца; они были гладки и зелены, прозрачны до темноты, словно изнутри каждой в ответ смотрел чей-то пристальный взгляд.
Лиллиме повернул голову к Девочке и она с вызовом вскинула подбородок.
- А сказала она тебе, - медленно и тяжко проговорил Морской Бог, - что в действительности произошло в день ее Посвящения посреди ока бури? Волны изгладили и обкатали ее память, как они обкатывают самые твердые камешки.. Но слушай меня, маленькая строптивая рыбка, и прими это, как море принимает попавшее в него навечно: Летящая-в-Воде задолго до своего посвящения была избрана мной, а ты - моя дочь! Кто может оспорить моё право на тебя?!
Эти слова покачнули Жреца и Старейшину, заставили вздрогнуть Трехглазого и сжаться в комок смелого Карибонки.
Только Йорг шагнул ближе к Лиллиме, чуть склонив голову.
- Я, - просто сказала Девочка, - Я могу. Мой отец - настоящий отец - никогда не стал бы пугать свою избранницу бурей и топить в соленой воде. Мама рассказывала, что он носил ее на руках и защищал от ночных страхов, как.. как Йорг защищал меня в пути сюда!..
- Судьбу решают Боги, а не люди, - рассмеялся Лиллиме, - а Главный Бог и Закон здесь - я. Жребий брошен и выбор сделан. Если ты еще слишком маленькая, чтобы это понять, я сейчас вновь выберу за тебя, ибо мне это уже наскучило..
За спиной Девочки вспучился мокрый песок. Полупрозрачная извивающаяся колонна выросла в человеческий рост и закачалась, примериваясь. Глубень навис над хрупкой фигуркой. Йорг понял, что не допрыгнет — между ним и тварью стоял Лиллиме, Великий Бог Морей, и не просто стоял, а пальчиком, не глядя, грозил Йоргу, предупреждая глупые действия..
Прыжок не понадобился. Отчаяно крикнув, Трехглазый сделал глубокий выпад, и копье, как ни странно, сделало свое дело - тварь из глубин лопнула, словно налитый водой рыбий пузырь! Соленый водопад обрушился на взвизгнувшую Девочку.
Лиллиме очень медленно повернулся к Трехглазому. Бирюзовые глаза без зрачков давили, словно толща океана, и юноша застонал, упав на колени.
- Да, старик! - проронил Морской Бог, - Мы забыли и еще кое-что. Главную жертву. Чтоб никто не смел сказать потом, что хоть что-то было сделано не по правилам. Возьми этого малька и подтащи к алтарю..
- Не смей его трогать! - крикнула Девочка так, что зазвенело в ушах, - И не смей больше говорить плохое про мою маму! Я поняла, ты — не моя Судьба. Я не отдам тебе ожерелье. Я лучше никому его не отдам. Никто не будет управлять моей Судьбой — ни Боги, ни люди, ни даже родная мать. Потому что она — МОЯ!.. Мне тоже это наскучило. Йорг, забери меня домой, я хочу в наши горы.. - такая гордая и прямая, похожая на огонек масляного светильника, она вдруг села прямо в сырость и горько, безутешно расплакалась.

Лиллиме закричал — страшно, словно ураган. Фигура его заколебалась, просвечивая, растворяясь, исчезая туманом, моросью над водой.. И тут же вода в центре лагуны начала вспучиваться гигантским куполом. Буро-зеленая корявая туша прорвала поверхность, в клочья разметала валы, и не было конца этому ужасу. Из моря вставал чудовищный краб-монстр — Великий Лиллиме в обличьи своего гнева.
Он заслонил полнеба, и лагуна вздрогнула, когда, подняв клешни, Бог шагнул к горстке стоящих у алтаря.
Именно в этот миг — ни раньше, ни позже — Йорга, как ледяной сосулькой, пронзило стыдом. И пониманием. Он поглядел на силящегося встать и поднять свое жалкое оружие Трехглазого, на вытирающую слезы, рассерженно сощурившуюся навстречу смерти Девочку..
- Смотри, Карибонки — люди опять преподают мне урок! - рассмеялся он.
Потом кинул рыжего зверька Девочке, легко, без переходов, увеличился вшестеро — и прыгнул навстречу опускающимся клешням.

Легенды много врут о том дне, который превратился в ночь, в ад и в смерть. До неба вставали смерчи, и водяные стены перекрывали горизонт, когда в открытом море бились Великий Лиллиме — Один из Великих, всесильный в своей Стихии, - и Йорг, чужак с Западного Склона Горы Шарух. Бились насмерть - из-за человеческой девочки.
Только в одном легенды неизменно сходятся. К концу дня оба противника, обессиленные, решили прерваться для разговора.

..Уже не было сил на поддержку трансформации. Йорг, маленький, плохо соображающий от усталости, выполз на песок маленького островка. Кровь хлестала из ран по всему его телу.
Рядом стонал Лиллиме — давно уже не краб, а просто молодой мужчина, валящийся с ног от усталости. Одна рука его висела плетью, и он стонал.
- ..Может, ты больше не хочешь ожерелья, а?.. - поинтересовался Бог Западного склона, когда отдышался настолько, что смог говорить.
- ..Хочу, - простонал Лиллиме, переворачиваясь на бок и баюкая руку, - Но как-то дороговато оно мне выходит..
- О, это только начало! - самонадеяно сказал Йорг. Сказал, впрочем, сквозь зубы, ибо кровь никак не хотела останавливаться, и это было больно.
- Ты же не можешь не понимать, что напал на одного из Великих в его Доме, о Йорг? И чем для тебя это обернется, если я отступлюсь от своего? Есть правила, которые установлены от начала Сущего. Не просто правила, а Правила..
- Я знаю Правила, - устало сказал Йорг. Он пальцем нарисовал на песке смешную рожицу и подмигнул потрясенному Лиллиме, - И я согласен. Отступись. Ты проиграл. И даже не мне.. И даже не знаешь, почему..
- Что ж скажи напоследок, - криво усмехнулся Морской Бог, - Ведь больше мы не увидимся.
- Ты проиграл Судьбе. Потому, что даже человечья девчонка знает: любовь — ни к избраннику, ни к ребенку, ни к другу — ни на что невозможно променять..

..Легенды упоминают многое.
То, как за время морского сражения Девочка, юноша, позже известный, как Бесстрашное Копьё, Старейшина и Карибонки Шутка-Над-Богами отражали атаки взбесившихся Глубней.
Что Жрец в качестве испытания предложил Трехглазому самому выбрать, куда применить копьё и сердце, дал Девочке подсказку о выборе, а потом погиб в разгулявшейся стихии.
Что Девочка, едва утихла битва, без оглядки бросилась в волны в поисках Йорга, и ее, едва не утонувшую, спасли и дальше понесли по морю русалки.
Есть в легендах упоминание и о том, как они нашли тот островок, и узнали, что Бога Западного Склона Великой Горы Шарух больше нет.
И вот тут легенды снова начинают врать..

..Они нашли его, лежащего навзничь на песке. Тихие волны щекотали босые ступни Йорка, но он не смеялся.
Девочка упала к нему на грудь и разревелась, словно вокруг до горизонта и так не хватало соленой воды.
Она плакала до тех пор, пока могла дышать. А когда задохнулась и остановилась на миг - почувствовала, что её уже какое-то время обнимают за плечи.
- Йорг! - ахнула она, - Живой! И впрямь, бессмертный!.. Как ты напугал меня, бородатое несчастье моё!..
- Живой, - согласился Йорг, с трудом садясь и шипя от боли, - Но не бессмертный..
- Не говори глупости, - отмахнулась она, - Ну-ка, прекрати прикидываться, вырастай, и пошли на берег. Тут тебе два шага..
Она обернулась — одна из русалок тронула Девочку за плечо и покачала головой.
- Он сказал правду, - сказала русалка, - Есть Правила. Йорг преступил их, напав на Великого Бога в его Стихии, победил - и теперь лишен божественности..
Девочка судорожно вздохнула и перевела полный боли взгляд на Йорга.
- Он..
- Бога Западного Склона больше нет. Он отныне обычный человек. Мужчина. Притом, серьёзно раненый. Советую поторопиться — мы отвезем вас в селение, там есть целители..
Йорг от неловкости покраснел, попробовал встать — и вновь потерял сознание..

Разумеется, ни в одной легенде — все они заканчиваются героической смертью Йорга - нет и того, что случилось далее.

..Спустя несколько дней едва начавший поправляться Йорг с аппетитом ел вареного краба, полулежа на циновках. Рядом прыгал умявший свою порцию Карибонки — но надежд особых не питал.
Из дверного проема упала чья-то тень. Йорг поднял голову.
- Здравствуй, Летящая, - кивнул он, - Так и думал, что ты идешь следом.. Виделись уже с..
- Виделись, - сказала Женщина и, приподняв бровь, поглядела на Кари.. впрочем, кого? никого уже не было больше в хижине.
Тогда она подошла, села рядом с бывшим Богом, и поцеловала его перемазанную бульоном руку. И долго сидела, прижавшись к ней щекой.
- ..А Лиллиме соврал нам безбожно. Ты знала? Ты ведь все предугадала?.. И потому послала меня? - полуутвердительно спросил Йорг, - Но почему..
- Потому что ты такой, какой есть, - просто сказала Летящая-в-Воде, - И не мог поступить иначе. Спасибо тебе. Поправляйся.
Йорг долго смотрел ей вслед, потом на свою руку.
А Женщина направилась к костровищу в центре селения. Подошла, села на бревно рядом с Девочкой. Та, высуня кончик язычка, трудилась над чем-то.
- Он знает? - кивнула на ее рукоделие Летящая.
- Что? А, нет, что ты. Я так боюсь показывать, вдруг разволнуется — а он ещё очень слаб..
- Ох Девочка.. - Летящая обняла ее за плечи, - Ладно, тебе лучше знать.
- Да, кстати, мам - местные теперь зовут меня Глазок Рассвета. Можешь и ты так звать.
- Глазок Рассвета? - удивилась Женщина.
- Да. Как раз из-за этого.
Девочка доплела последнюю петельку, чуть встряхнула готовое ожерелье и надела его.
На её шее матово, рассветным розовым муаром переливались переплетенные соцветия кизила. И только в самой середине, над нежной ложбинкой, бирюзово светился, подмигивал и не отпускал взгляд секрет из бывшего амулета — из того, старого, чьи деревянные квадратные половинки еще в вечер окончания Битвы сгорели в костре.
Пронзительно-синий цветок цикория из её детства.

…........................................................................................................................
конец
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 23:04 | Сообщение # 10
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ЧТО УСЛЫШАЛ БЫ КАРИБОНКИ
(если бы не потерял след, пойдя искать Девочку на закате)
интермедия
..............................................................................................

- ..А я знаю, куда ты уходишь. Когда тебе грустно, или когда хочешь побыть один, или когда думаешь, что я на тебя не смотрю.
- Наш остроглазый Глазок.. И куда же я ухожу?
- Сюда! К этому ручью, здесь летают бабочки-лимонницы, и большой шиповник. И чабреца целые кусты, а он тебе нравится..
- Твой ум еще острее глаз, Глазок. Но, если я хотел побыть один - то зачем же ты шла за мной? Или только боги имеют право быть одинокими, когда захотят, а с потерей божественности теряют это право?
- Нет. Нет! Затем, что только люди могут быть такими глупыми, что лечат боль одиночеством. Богам это не понять..
- Как это?
- А вот так. Сорви и дай мне вон ту ветку шиповника.. Да, с колючками. Спасибо. Протяни ладонь. Смотри мне в глаза, Йорг. В глаза!..
- Хм. Больно. И кровь. Ты хотела лишний раз напомнить мне о моей уязвимости? Видят боги, у тебя неплохо получа..
- Глупый! Борода и каменное сердце! Не прячь, дай мне снова эту руку; да не вытирай..
- Хочешь повторить урок? Что ж, бери.. Аахх! Что ты делаешь, Девочка! Ты же не..
- Ммм.. Помолчи уже.. Соленая, как море. Интересно, раньше была такая же? - или, как ледниковый ручей? М-м.. Ну вот и все. Не идет больше. Даже жаль. Слизну последнюю капельку..
- Глазок.. Девочка.. Ты меня.. пугаешь? нет. Смущаешь, словно я стал совсем маленьким..
- Ты лучше скажи, боль прошла?
- Какая боль? А, да. Прошла. Я и забыл..
- На тебе твою руку, не вздрагивай так.. Мой храбрый Йорг. Ты понял, что я хотела сказать про боль и одиночество? Про боль и того, кто рядом? Или мне ударить тебя снова? Клянусь Морем, я буду хлестать, пока не поймешь.
- Наверное, я пойму, если не размахивать перед носом колючками, Девочка моя..
- Как ты сказал?..
- Наверное, я пойму..
- Нет, дальше!
- Если не размахивать..
- Дальше!
- ..Девочка. Девочка моя.
- Ты с самого боя с Лиллиме не называл меня так..
- Правда? Прости, наверное, я привыкал к новому состоянию.. Моя.. Но и ты уже не такая уж маленькая моя девочка, что была когда-то. Летящая учит тебя быть взрослой, ты уже совсем высокая и красивая.. Даже смотреть больно.. Ох, что это я? Смотреть приятно, конечно, а не больно!
- Я все та же, Йорг. И совсем другая. Как и ты. Тот же - и совсем другой. И твоя боль сродни моей. А может, это одна боль - только ты не слышишь ее за своей потерей божественности, и путаешь одно с другим. А я проснулась однажды - и перестала путать.
- Какая боль? О чем ты, моя.. моя девочка?
- Хорошо, я покажу. Где та колючая ветка? Ага.. Видишь мою руку?..
- ..Нет!! Ну что ты наделала, глупышка!? Очень больно? Иди сюда скорей, садись.. давай скорее руку.. очень больно, родная?.. Сейчас пройдет, потерпи. Пожалуйста, солнышко мое рассветное, не плачь.. Тоже соленая и горячая, как море, только в полдень.. Ммм.. И пахнешь морем. Уже меньше болит? Ну скажи, только не плачь!..
- Глупый каменный Йорг.. Я не плачу. Это.. это от другого. Теперь ты понял?
- Глупый. Ох, какой глупый.. Не отнимай руку, пожалуйста.. Ты думала, я не знаю о своей боли? Я не знал о твоей.. Или боялся о ней подумать.
- Ну, маленькие девочки иногда смелее и старше бородатых мужчин.. Видишь? И сейчас смелее.. Сижу на коленках, а сказки рассказываю сама.
- Дай-ка снова руку, посмотрю, все ли порезы засохли.. Никогда больше так меня не пугай, родная. Поцелую последнюю капельку.. Ох, девочка моя..
- Йорг.. Йо-орг.. У тебя губы дрожат. Словно им тоже больно.
- На них твоя кровь.
- И твоя на моих.
- Мы совсем как дикие звери, да? Боль и кровь..
- Нет, мой хороший. Мы как люди. Боль и кровь, а потом - радость. И.. знаешь, что?
- Что?
- Моим губам тоже больно.
- Что же тогда сделают люди? В отличие от глупых девчонок и бывших богов?
- Иди сюда, мой хороший. Просто иди сюда..
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 23:05 | Сообщение # 11
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ОДИНОЧЕСТВО НЕБА
интермедия

..Перед ним разнимались слои леса, словно цветок раскрывал понемногу свои лепестки. Сперва редкие лианы возле селения, став тоньше и прозрачнее, пропустили в царство густого папоротника, потом папоротник перешел в низкие султаны ложных кокосов, которые (так незаметно, что это казалось чудом) обнаружили принадлежность к мягкой хвое - здесь будто собрались все стороны растительного мира, и устроили праздник, и встречали его нескончаемой чередой. И пели птицы. И солнечные пальцы путались в волосах, пока Йорг не вышел к обрыву.
Река делала здесь изгиб, крутой, как его внешний берег; и он стоял сейчас на этом берегу, а солнце уже всей жаркой ладонью оглаживало его бороду и непослушные пряди.
Рыжий клубок меха перед ногами Йорга потянулся, фыркнул - и оказался Карибонки.
- Она там, - сказал полулис-полузаяц. Его уши - одно висит, одно торчком - чуть трепетали в порывах осмелевшего ветра.
- Хорошо. Спасибо, старый друг.
Йорг порывисто вдохнул ветер, и сел на жесткий подлесок. Река в двух ростах под ним пела о близком водопаде.
- Ты, может, расскажешь, что случилось?
- Ты достаточно занимался моими делами, малыш Карибонки, это уже просто нехорошо..
- Нехорошо плохо слышать того, кого зовешь старым другом. Что случилось?
- Случилась тьма.
Звереныш дернул ухом, сел на корточки и склонил голову набок.
- Она ушла.
Казалось, шелест текущей воды стал ближе, четче, прозрачнее, и обрел отверстия меж отдельными звуками, и в эти окна теперь сочилась холодная черная паутина.
- Ушла. Еще вчера. Спасибо, что нашел, куда - я уж бросился искать в море..
- Никто не уходит после того, что я чуял меж вами, Йорг. И уж не сидит потом возле заброшенной лесной хижины, не жжет костер и не плачет на рассвете. А она плакала, теперь же просто сидит и напевает. Отсюда не видно - но я слышу самые тонкие звуки. Это колыбельная.
- Я знаю эту колыбельную.. Ее пела Летящая, когда укачивала ее, - пробормотал Йорг, - А потом Девочка пела ее мне перед сном.. И она будет петь ее, если у нее будут дети когда-нибудь..
..Звездное небо смотрит горстями глаз,
Лес укрывает пальчиками листвы.
Я сберегу тебя для любых проказ,
Капелька дождика, ленточка синевы..
Йорг прошептал это так, что Карибонки встрепенулся.
- Вот так и думал, что придется самому тебе все объяснять, - буркнул он с неудовольствием, - С превращением в мужчину ты стал удивительно уязвим для собственной глупости!
Йорг только сжал ладонями голову.
- Она сказала, что хочет побыть одна..
- А ты схватил ее за волосы и пригрозил оставить без купания? - начал ехидничать полулис, но сильная, как прежде, ладонь друга нависла над ним предвестником трепки.
- ..А я сказал, просыпаясь, что лес вокруг селения очень удачное место для таких игр, и что я скоро ее догоню, вот только рыбы наловлю..
- И это меня называют Богом Глупых Шуток! - горестно сказал Карибонки, - Мило, что тут скажешь..
- Но тогда я совсем ничего не понимаю, - прошептал Йорг, - Чем же я мог обидеть ее, друг? Ведь я каждый вечер слушаю ее дыхание, и жду, когда оно смирится на моем плече, а каждое утро - жду, когда ее глаза впустят первый луч..
- ..А может, у нее просто ни разу в жизни не было времени побыть наедине с собой..? - тихо спросил Карибонки.
- С собой? Побыть наедине..
- Ну да. Мать, отец, потом я и ты, потом снова ты, и ты, и я, и мать.. Может, им есть о чем поговорить - Себе с Собой, Девочке и Девочке?.. И, наконец-то, появилось время для этого?..
Йорг закинул руки за голову и лег. Еле видные облачка пробегали перед ним в вышине, а мысли, тяжкие, словно камни Горы Шарух, скреблись в грудь.
- Ты, наверное, снова прав, рыжее проклятие богов, - проговорил он в конце концов, - Но что же мне делать? Сколько может длиться их беседа?
- Разве это важно? - фыркнул мудрый Карибонки, - День, два, месяц.. Просто жди и береги ее. Пусть наговорятся. Это словно вода после долгого перехода в жару. Кажется, что будешь пить бесконечно - но..
В пряди ветра вплелись нити жареных кореньев и рыбы.
- О, чуешь?! - принюхался Карибонки, - Они решили перекусить.. А в селении сейчас мидий варят..
- Беги, - Йорг усмехнулся и ласково потрепал друга по висящему уху, - Ты снова вытащил меня из какой-то темной пещеры.. Я едва не заблудился. Спасибо. Теперь мне нужно подумать, а тебе - поесть.
- Приятно, когда друзья тебя понимают! - вздохнул Карибонки. Потерся влажным носом о йоргов подбородок, и был таков.
Йорг лежал. Облака кончились, раскаленное небо теперь просто звенело как пустое дерево, как котел, как ноющая голова.. Небо это было еще более одиноко, чем Йорг, несмотря на столько бьющихся под ним сердец.
- Поговори в одиночестве, - прошептал сквозь странный туман в глазах бывший бог Западного Склона, - А я помолчу. Я молчал и ждал тебя всю жизнь, пока был богом - что мне человеческое ожидание!..
Он сорвал и закусил стебелек, прикрыл глаза.. И неожиданная причуда ветра донесла до него высокий чистый звук.
Девочка снова пела. Он знал эти слова.

..Чудо морское мне принесешь из сна,
Чудо лесное - если приснится лес,
Чудо земли подарит тебе весна;
Чудо любви моей заберешь с небес..
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 23:07 | Сообщение # 12
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ПОЦЕЛУЙ МОРЯ
сказка последняя

..На стыке ночи и дня есть миг, когда солнце уже высунуло над морем самый кончик языка из жидкого огня, и лучики от него разлетаются по всему просыпающемуся миру. Но летят они так полого, что не могут проникнуть сквозь пленку воды, отскакивают, словно плоские камешки - и получается, что наверху, над водой и в мангровых зарослях, уже светлое радостное утро, а ниже, в море еще зыбучая зеленоватая тьма. Словно день и ночь делят стихии пополам.
Именно это время выбрала Летящая-в-Воде чтоб научить Девочку плавать и нырять.
Они скинули одежду возле алтарного камня (Девочка чуть поёжилась от утренней свежести) и остались только в нитках легких деревянных бус - всплывая, они помогают определить направление на поверхность, если ты на глубине попал в мутную воду и потерял верх и низ.
Обнажённые, словно новорожденные, они молча вошли в теплую утреннюю воду и поплыли. Когда берег стал желтоватой полосой на полпути к горизонту, Летящая сказала:
- Думаю, достаточно. Понятно, что с плаванием у тебя все неплохо.
Девочка фыркнула, тихо перебирая ногами в ночи моря, а ее дневная, верхняя часть хлопнула руками по мелкой волне.
- Мам! С плаванием у меня все отлично. Не думаю, что многие рискнут заплыть сюда с тобой.
- Ты не многие, Глазок. И хорошо плавать - не все, что нужно приличной девушке. Давай-ка поныряем.
Она изящно, не без кокетства, выгнулась по-дельфиньи и, вскинув сильные ноги над масляной пленкой воды, без всплеска ушла вниз. Девочка выждала некоторое время, стараясь увидеть силуэт под водой, опуская в воду лицо и протирая глаза. Летящей не было десять вдохов, и пятнадцать, и двадцать..
- Мама! Мамочка!.. - жалобно позвала Глазок Рассвета.
Летящая тихо появилась за ее спиной и дернула за мочку уха. Девочка взвизгнула.
- Ты напугала меня! Ты что, решила сплавать в подводный дворец Лиллиме?
- Всего-то покружила вокруг тебя во тьме. Там очень хорошо и уютно в это время. Ныряй, доча. Не бойся.
Девочка глубоко и шумно вдохнула, едва не по пояс высунулась из воды и с громким плеском плюхнулась на глубину в целый локоть. Немного помолотив ногами по поверхности, она высунулась с несколько обескураженной мордашкой.
- Кажется.. э-э.. не слишком глубоко вышло?
- О да, не слишком, - кивнула Летящая, - И не слишком долго. Скажем проще: не вышло. Давай-ка снова. Не вдыхай столько, лучше остановись меж выдохом и вдохом. Опусти голову, руки и плечи в воду, выгни спину, как тростниковые кошки, вскинь ноги - и их тяжесть опустит тебя поглубже. А там я буду с тобой. Ну, начали. Отдышись хорошенько..

..Солнце уже собиралось с силами, чтобы неожиданным уколом острых, как ножи, лучей, пробить, наконец, зеркальную гладь, и принести день в морские закоулки - а Девочка не продвинулась ни на шаг. То она неправильно изгибалась, и со всего маху билась плечами о волну, то забывала про ноги, а то вдыхала так, что вода не пускала ее в себя, и на поверхности, словно поплавок, барахталась только аккуратная круглая попка - ни вверх, ни вниз. Летящая очередной раз шлепнула по этому шальному островку, дождалась замены его на отплевывающуюся голову, и вздохнула.
- Ну, мы начали неплохо.. Теперь поплыли завтракать; скоро проснется деревня, и рыжее несчастье всех переполошит, заметив, что нас нет. Завтра продолжим.
- Мама, нет! - воскликнула Девочка почти со слезами (впрочем, невидимыми на фоне целого моря воды), - Дай я попробую еще раз!.. Сама..
Она отвернулась от матери, закрыла глаза, успокоилась. Повисла в воде, словно прядь водорослей - сонно, расслабленно, почти безжизненно. Огромная, соленая, словно слеза Земли, стихия показалась ей губами гигантского животного, что тихо колышут ее своим дыханием. "Море, - подумала она так ясно, как только получилось, - Слышишь меня, Море? Может, я и не дочь Лиллиме, и к лучшему, что не так - но я ведь немножко твоя дочь, правда? Мама плавала и ныряла в тебе, когда я уже сидела в ее животике, и в меня, наверное, влилось много от Тебя.. Я люблю тебя, Море, такое ласковое и сильное, нежное, почти, как мой Йорг.. А ты меня любишь? Если любишь - поцелуй меня.."
Она изогнулась, вскинула ноги свечой, и море втянуло ее в поцелуе.
Мимо мелькнули и пропали светлые пятки Летящей, и начала надвигаться тьма - не просто тьма, а Тьма, глубокая, бархатная, давящая нежно и настойчиво. Глаза привыкли быстро, и с новым взмахом рук Глазок проникла в слой светящихся рачков - словно пролетела сквозь звездное небо, а ниже были еще звезды, и Девочка не собиралась останавливаться. Дышать совсем не хотелось, тело скользило сквозь мрак легко и сладко, только невидимые ладони все сильнее сжимали уши. Где-то на грани слышимости запели голоса. Невидимые, и непонятно в каком направлении, но они были чудесны - переливались руладами, отдавались эхом, тревожили сердце. Далеко впереди, внизу мигнул и пропал малиновый огонек, потом целая цепочка огоньков, потом гроздь цепочек.. Они быстро приближались. Это оказался большой кальмар - ростом едва не с Девочку, он на миг провел по ней теплыми щупальцами, признал своей и пропустил ниже. Впрочем, она и так не остановилась бы. Все мысли пропали, только набегающая вода и тьма заполняли мир..
Её дернули за ногу так, что она неслышно охнула. Обернулась - мама с искаженным лицом махала ей рукой, раскрывала рот в беззвучном крике. Девочка словно очнулась. Почувствовала, как рвутся с шеи деревянные бусы, как стремится войти в голову каменная тяжесть, как колтится из последних сил сердце.
Они рванулись вверх. Теперь Летящая тоже немного сдерживала дочь, иначе та пробкой вылетела бы на поверхность, растеряв силы, нужные для обратного пути. Головы их одновременно показались на поверхности, словно выйдя из ночи в день.
- ..Я тебе уши надеру.. Мы едва не утонули! - задыхаясь прохрипела Летящая. В ее правом глазу от давления лопнула жилка, и капелька крови, словно алая слеза, ползла по веку. Девочка бросилась к матери и поцеловала ее, едва не утопив снова.
- Прости! Это Море.. Я попросила, и оно поцеловала меня. Представляешь? Теперь я навсегда буду уметь плавать и нырять, как сам Лиллиме. Кстати.. - вдруг сказала она тише, - мне показалось, что я видела огни его подводного дворца, слышала пение его свиты.. так странно..
- Не удивляюсь, - вздохнула Летящая, - на такой глубине.. Знаешь ли ты, что мы опустились ниже, чем любой человек, какого я знаю? Я сама никогда не была на этих этажах моря. Не думала, что это возможно - выплыть оттуда живыми..
- Теперь знаешь, что можно, - беспечно сказала Девочка, - Ну что, к берегу?

..На обратном пути Глазок Рассвета несколько раз проверяла новое умение - оно было безупречно. Дельфины позавидовали бы её грации и легкости погружения - только мама еще немного волновалась и неизменно сопровождала ее в воде.
Они вышли к алтарному камню как раз в тот момент, когда солнце отрывало жаркое брюшко от горизонта. Лучи его, проникая в воду и выскальзывая из нее, озарили их загорелые тела зеленоватыми вздрагивающими узорами.
Мама с дочкой направлялись к тропке, ведущей в деревню, а на краю мыса, прячась в воздушных корнях дерева-великана, стоял и смотрел им вслед Йорг. Он незаметно стоял здесь с момента их заплыва, ждал их, волновался - и вот теперь просто провожал взглядом. Две женских фигурки, очень похожие, но все же очень разные - одна чуть крепче и сильнее, шире в плечах и бедрах, другая гибкая и тонкая, как молодой камыш..
Йорг, бывший бог Западного склона Горы Шарух, смотрел на них и пытался понять сам себя - и свою любовь..
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Вторник, 07.10.2014, 23:08 | Сообщение # 13
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
ВЕТРЕНЫЙ ПОЛДЕНЬ
эпилог

..Ветер родился где-то, казалось, на самом небе, - он упал прямо в цветение и мед полудня вертикально вниз, заставив птиц удивленно прерваться и переступить с ноги на ногу на своих ветках. Однажды упав, этот ветер продолжал дуть ровно и мирно, но уверенно. Карибонки, чей мех словно начали оглаживать невидимые ладони, с удовольствием потянулся.
- Слушай, - сказал он, - если этот ветер не остановить, он так и будет, наверное, дуть и дуть вечно, пока весь мир не будет набит ветром, как мешок.. Представляешь, Йорг - полный мешок ветра.. Ну, рассказывай, ты как тут?
Йорг качнул головой, не отрываясь от дела - вырезания тростниковой дудочки. Нож в его руках скользил ленивой рыбкой, исчезая и появляясь.
- Спасибо, что зашел, друг, - сказал, наконец, Йорг, - Мы.. Мы - по-разному. Глазок здорова - наверное, это главное. Я.. Я еще не привык к тому, что можно заболеть, и меня хвори обходят тоже. Вот, дудочку делаю.
Карибонки пригляделся и рассерженно махнул хвостом, едва не стукнув по носу пробегающую ящерицу. Лицо Йорга, приветливое и улыбающееся было застывшим на этом ветру, словно маска.
- Ну-ка, рассказывай! - велел маленький Карибонки, - Ты совсем поглупел, коли думаешь обмануть меня приветливостью и болтовней о здоровье. У тебя внутри - такой же ветер, только дует поперек, и ты звенишь, как ветка ясеня.
Йорг вздохнул, сунул дудочку в рот и издал ею леденящий душу звук. Хмыкнул, и продолжил резать.
- Понимаешь, Карибонки.. Человечность не так легко мне дается. Нет, я не скучаю по возможности вырастать вшестеро и шагать за горизонт. Мне слишком много дали взамен, чтоб скучать. И Гора Шарух, кажется, меня еще любит, хоть и не подчиняется больше.. Нет, это другое. Девочка.. Глазок.. Иногда мне кажется, что ей нравился больше тот Йорг, тот, что бился с глубнями и устраивал синие листопады. Ну а теперь - я просто мужчина, и умею только то, что умеют обычные мужчины, и это не так мало, конечно, но.. Вдруг, ей станет скучно со мной? Вдруг, все, что она во мне хотела, растаяло на том острове?.. Знаешь, - Йорг впервые посмотрел на Карибонки впрямую, и тот поразился, насколько иным стал взгляд друга: синие ледники на дне глаз Йорга растаяли, и теперь плескались теплыми озерами нежности, готовой излиться и согреть до самого сердца, - Знаешь, Глазок сама немножко Богиня. Может, и есть в ней чуть от Лиллиме. Или это я слабею - но ей достаточно посмотреть на меня, пройти мимо, появиться в памяти, как я чувствую её власть надо мной. Это росло, наверное, с давних пор, и только недавно выросло вровень с сердцем. И эта власть заставляет меня пытаться делать то, что я и в божественные-то времена не умел. Вот, смотри.
Йорг снова подул в дудочку. Карибонки сдержался и не подскочил на месте, а вот стайка сорок, треща и ругаясь, сорвались с края леса.
- Не получается пока. Хочу сделать ей игрушку, - пояснил Йорг.
- Пока не очень, - честно покивал полулис-полузаяц, - Но если к вам весной забредет медвель с гор, ты знаешь теперь, как заставить его бежать аж до болот Стлатча. Тоже очень полезная штука.
- Доброе слого старого друга! - ухмыльнулся Йорг, - Как мне его не хватало!
- Тогда выслушай ещё одно доброе слово, - сказал Карибонки, подставляя ветру и солнцу то одну, то другую сторону мордочки, словно умываясь полуднем, - То, что ты чувствуешь - это старо, как сама Гора Шарух. Просто, тебе нужно было стать человеком, чтобы приблизиться к Девочке.. прости, никак не привыкну к этому её имени.. До тебя доходит, о мой тугодум? Твоя божественность и способности только мешали. А теперь её тепло доходит до тебя, не рассеиваясь.. А она - она всегда будет для тебя немножко Богиней. Так вы устроены, смешные люди, и так правильно, наверное..
Он прикрыл на миг глаза в потоке ветра и, не открывая сказал:
- Можешь не красться так громко, я учуял тебя от порога.
Глазок фыркнула гордо, и тонкими руками сзади обняла Йорга за шею. Он закрыл глаза и стал похож на Карибонки.
- Вы чего тут спрятались? - спросила она, и Карибонки услыхал, как изменился её голос - еще сильнее, чем йорговы глаза, - Два старых угрюмых болтуна, да и только. Как я по тебе соскучилась, лисеныш!
Йорг смотрел, как они обнимаются, как Глазок тормошит рыжую кучу меха, а та лижет ее в нос. Потом Зверь, наконец, отделился от Человека.
- Жду вас, пока заваривается травяной чай - не дольше! - сказала Девочка. Поцеловала Йорга в уголок губ, на миг задержав поцелуй - и пошла к хижине, перепрыгивая через камни.
Карибонки какое-то время смотрел на ее уже заметно изменившуюся фигурку, потом перевел взгляд на Йорга. Тот тоже смотрел вслед Глазку - и озера нежности в его глазах колыхались, готовые растаять.
- Давненько меня не было, - тявкнул звереныш задумчиво, - И ты смеешь сожалеть о своей божественности? Чувствую, я поживу у вас какое-то время, пора заняться твоим воспитанием всерьез.
Йорг кивнул, развел руками - и с удивлением посмотрел на пустую ладонь. Нож никуда не делся, но вот дудочки не было.
Звук родился в хижине, выскользнул наружу и полетел над поляной и лесом, вознесся к полуденному ветру и сплелся с ним в одно волшебное целое - нежный перелив тростниковой дудочки. Кажется играл сам ветер, а не Девочка - хотелось прикрыть глаза и поплыть по этим звукам-струям. Йорг так и сделал. И уже там, за закрытыми веками, услышал еще одну нотку в мелодии. Сердце его, не божественное усталое сердце, пропустило удар, потом пошло ровно и сильно. Он засмеялся.
- Пойдем, Карибонки! Чай хорош только горячий и свежий!
А полдень, сплетенный из музыки, ветра и тепла, гладил их по голове.
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Среда, 08.10.2014, 08:59 | Сообщение # 14
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18896
Награды:
334
Репутация: 737
Статус:
Цитата Nostromo ()
сказка первая

А, это я уже вчера прочитала в профиле, (чем вы, собственно, меня и заманили)))
Отличная сказка №1. biggrin
Читаю дальше. Хорошо день начинается)
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Среда, 08.10.2014, 09:14 | Сообщение # 15
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
Доброе утро!
Рад вам, миледи
 
Марина+Борисовна+Новиковская (pantera2)Дата: Среда, 08.10.2014, 09:18 | Сообщение # 16
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2480
Награды:
47
Репутация: 82
Статус:
С удовольствием начала читать вашу сказку. ))))
Написано интересно, с юмором.


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Среда, 08.10.2014, 09:22 | Сообщение # 17
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
Благодарю, леди! Буду ждать результатов)
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Среда, 08.10.2014, 10:38 | Сообщение # 18
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18896
Награды:
334
Репутация: 737
Статус:
Не здесь. biggrin
 
Марина+Борисовна+Новиковская (pantera2)Дата: Среда, 08.10.2014, 11:30 | Сообщение # 19
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2480
Награды:
47
Репутация: 82
Статус:
Цитата Nostromo ()
Потом уже Арабан приноровился, и удачным зверюшкам позволял размножиться и разбежаться по юной Земле, а неудачных оставлял в одном экземпляре и селил в небесном саду на развлечение гуляющих Богов. Иногда кто-нибудь сбегает оттуда порезвиться – а как, думаете, появились рассказы о всяких единорогах и двухголовых змеях?


Вспомнилась мне Библия в иллюстрациях Жана Эффеля. )))

Ох и понамешано у вас персонажей из всемирной мифологии, глаза разбегаются ))) Если все это проиллюстрировать, то веселее, чем у Жана получится )))


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Среда, 08.10.2014, 11:48 | Сообщение # 20
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
Как известно, набор суперсюжетов, хронотопов и архетипов ограничен))))
А Эффеля я тоже люблю))
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Среда, 08.10.2014, 11:58 | Сообщение # 21
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18896
Награды:
334
Репутация: 737
Статус:
 
Ольга Гультяева (olgaishim)Дата: Среда, 08.10.2014, 19:12 | Сообщение # 22
Долгожитель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 3104
Награды:
117
Репутация: 225
Статус:
Сказки - блеск! Карибонки - замечательный оторва biggrin
Спасибо!


Ольга Гультяева
г.Ишим
 
Ирина Кузнецова (irtya)Дата: Среда, 08.10.2014, 23:12 | Сообщение # 23
Долгожитель форума
Группа: Модераторы
Сообщений: 11183
Награды:
247
Репутация: 465
Статус:
Цитата Nostromo ()
От этого ячневая каша в котле не кипела, как полагается приличной каше, а только иногда говорила «блюп!», надувая и лопая кашный пузырь.

именно так и говорят все каши, когда вариться им остаётся самую малость))
Цитата Nostromo ()
На своём склоне бог был полновластный хозяин и властелин

ваще-то, синонимы...
Цитата Nostromo ()
...великий бог живого, не слишком хорошо знал ещё, что именно хочет сотворить - потому выходила у него иной раз полная ерунда. Так появились жираф и осьминог, хамелеон, человек, рыба-молот и много чего ещё смешного.

happy
Цитата Nostromo ()
- Смотри, только не учи ходить – убежит ещё!

Цитата Nostromo ()
на Завалинке Богов, что ещё зовётся млечным путём...

эт - здорово!
Цитата Nostromo ()
скисла от смеха

точно скисла? *Стать скучным, апатичным, вялым, впасть в уныние.
Цитата Nostromo ()
Чего ты хочешь, Карибонки? - Даже и не знаю пока. Ты пригодишься мне неожиданно, так что дай мне всего лишь обещание помочь!

Цитата Nostromo ()
внутри него, как внутри каждого из нас, маленький внутренний Карибонки прыгал и пел от радости, никого не боясь.

Цитата Nostromo ()
Йорг задумался. Для него это было не слишком лёгким занятием, так что он скоро утомился

Цитата Nostromo ()
- Добрая Нэль сегодня занята ссорой с мужем, Грозовым богом Дадрдом... Не думаю, что умно платить жизнью за её стряпню

всё это классно!!!
Цитата Nostromo ()
Слушай, Йорг – а ты не пробовал попроситься на обед к человеку?.. - Человеку? - Йорг вновь опасно задумался. – Человеку... Самое странное творение Арабана – что-то меж камнем и звездой, - протянул он

скорее, - К человеку? Дальнейшее рассуждение Карибонки (или автора)) о том самом творении прекрасно!
Цитата Nostromo ()
А он не остался – он показал ей, как заставить муравьёв ходить и ходить по кругу

Цитата Nostromo ()
...Вот как! Человек-Женщина... – пробурчал он себе под нос. Он никогда не видывал женщин, но мягкой, чуть настороженной улыбкой, стройным и сильным станом, она напомнила ему знакомых Богинь. На всякий случай, он решил, что к подобному лучше и относиться подобным образом. Женщине, никогда не видавшей Богов, он напомнил её Мужчину – так же были широки его плечи

Цитата Nostromo ()
Так и ведётся в мире с тех заповедных пор, что мужчины в каждой женщине видят, или хотя бы ищут Богиню, - а женщина даже с Богом иной раз держится как с простым мужчиной...

Цитата Nostromo ()
- Гость может войти, о статуя Женщины? – ехидно поинтересовался Карибонки, - Слышишь, о статуя гостя, мы можем войти!


Цитата Nostromo ()
- Что ж, помоги, - согласился Йорг, потирая флюс

но почему флюс?!..
это же было совсем другое!
Цитата Nostromo ()
И над всем этим торжественно и грозно висел, пронизывая небо, подземный рокот танцующей Горы Шарух.

Цитата Nostromo ()
Заноза Богов

happy
нравится!


Ирина Кузнецова

авторская библиотека
 
Егор Белоглазов (Nostromo)Дата: Четверг, 09.10.2014, 09:01 | Сообщение # 24
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 162
Награды:
18
Репутация: 50
Статус:
Спасибо на тёплом слове, леди!
Интересно, что скажете по остальным сказкам)))...
Жду с нетерпением
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Четверг, 09.10.2014, 15:57 | Сообщение # 25
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18896
Награды:
334
Репутация: 737
Статус:
Цитата irtya ()
но почему флюс?!..

Он успел вырасти! Иринка, у богов другой метаболизм)))
Цитата irtya ()
нравится!

Класс, да?
 
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Проза » Сказки о Йорге и Карибонки (цикл сказок)
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Поиск:

Для добавления необходима авторизация