Геннадий Дмитричев - Страница 7 - Литературный форум
ГлавнаяГеннадий Дмитричев - Страница 7 - Литературный форум
[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 7 из 7
  • «
  • 1
  • 2
  • 5
  • 6
  • 7
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Проза » Геннадий Дмитричев (пишу роман)
Геннадий Дмитричев
strongДата: Воскресенье, 28.10.2018, 07:16 | Сообщение # 151
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 289
Награды: 4
Репутация: 13
Статус:
Компьютер посыпался. Две недели куковал.

ВАМ, ЛЮБИТЕЛИ ФАНТАСТИКИ
 
Ла-РаДата: Среда, 31.10.2018, 06:15 | Сообщение # 152
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 3383
Награды: 42
Репутация: 127
Статус:
Не, ну что за дела такие! Оставила комент, а он исчез!
Геннадий, пусть у вас не ломается техника - никогда! очень хочется узнать, чем всё закончится)) Ждём продолжения!
:)


От себя не убежишь...
 
strongДата: Среда, 31.10.2018, 06:44 | Сообщение # 153
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 289
Награды: 4
Репутация: 13
Статус:
Счас вроде всё в порядке. Думаю ещё 5-6 глав.
Четыре моих рассказа вошли в сборники «Внеклассное чтение». Там же Татьяна Можорина.


ВАМ, ЛЮБИТЕЛИ ФАНТАСТИКИ
 
Ла-РаДата: Среда, 31.10.2018, 19:48 | Сообщение # 154
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 3383
Награды: 42
Репутация: 127
Статус:
Цитата strong ()
Четыре моих рассказа вошли в сборники «Внеклассное чтение». Там же Татьяна Можорина.

Это здорово! Поздравляю!


От себя не убежишь...
 
strongДата: Суббота, 05.01.2019, 07:13 | Сообщение # 155
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 289
Награды: 4
Репутация: 13
Статус:
Глава 12
РАЗГОВОР НАЧИСТОТУ

— Ты ту белую «Ниву» больше не видел? — Спрашивая, Трубецкой заправлял сигарету в мундштук. Роман покосился на антиквара, заметил, что у того подрагивают пальцы. «Ага, и на тебя нашлась управа», — не без злорадства подумал Волгин. Вслух же сказал:
— Вроде нет.
— Вроде или нет? — В голосе антиквара чувствовалось раздражение.
Роман пожал плечами:
— Не заметил.
Выпустив струю дыма, Вячеслав Аристархович снова спросил:
— Ты что-нибудь слышал о тринадцатом отделе?
— Тринадцатый отдел? Что это?
— Понятно. Говорят, был такой в КГБ. Занимался… — Трубецкой оборвал сам себя и задумчиво уставился в окно.

* * *
Реставратор мог работать на даче профессора Бицкого не более двух часов в день. Основное время мастер проводил на своей основной работе — в музеях Петергофа. Но даже, несмотря на такое малое время (работа над экспонатом велась уже три месяца), результат был налицо. Посвежела краска на одеяниях мумии, да и сам скелет всё больше приобретал человеческие черты.
Два раза пришлось заказывать редкие ингредиенты и материалы за рубежом. Посылки из-за границы влетели Вячеславу Аристарховичу в копеечку. Но профессор не скупился, чувствуя, что овчинка стоит выделки.
Однако Бицкой не часто наведывался на дачу. Во-первых, не хотел отвлекать специалиста. А во-вторых, было просто неприятно: работа реставратора напоминала работу патологоанатома. К тому же, совершенно неожиданно, появилось дело, мимо которого он не мог пройти.
Времена изменились, и граждане вновь могли приобщиться к благородному сословию. То есть, становиться князьями, графьями… Если, конечно, они — граждане могли доказать, что в жилах их течёт хоть толика голубой крови.

Вячеслав Аристархович выбрал в свои пращуры графа Трубецкого. Профессора не смущало громкое имя. На его выбор повлияло сходство фамилий. Из истории знал: у аристократов было принято записывать внебрачных детей под своей сокращённой фамилией, убрав лишь первый слог. И пусть различие в фамилиях всё же существовало, но кто нынче обратит внимание на одну буковку?..
Он сам «нарисовал» довольно хитрое генеалогическое древо, якобы хранившееся в архивах семьи (Бицкой уже имел богатый опыт в подделке), в коем напрямую не указывалось, что основатель рода – Екатерининский вельможа, однако всё намекало на это. Правда, тщательную экспертизу на подлинность документ не выдержал бы. Но Вячеслав Аристархович считал, почти был уверен в этом: спектральный анализ никто проводить не будет. По стране катилась перестройка, а значит неразбериха.
В архивах он отыскал и сделал фотокопию документа: краткую биографию графа Трубецкого, где говорилось, что у сановника, якобы, был внебрачный ребёнок от одной из фрейлин Екатерины II. Доказательство ещё то! Тем более, автор биографии неизвестен. Но на безрыбье и рак рыба…
Приложив подробное резюме, Бицкой отослал документы в комиссию. Зная, как работают чиновники, не надеялся на скорый ответ и, если до конца быть честным с самим собой, не очень надеялся на положительный ответ.

Однако Вячеслав Аристархович был приятно удивлён. Через месяц в университет на его имя пришёл большой конверт. Вместе с поздравительным письмом там находился красиво оформленный в золотой рамке с ярлычком на кручённом шнурке патент на дворянский титул.
Эйфория была настолько сильной, что на минуту Бицкой поверил в перестройку. Его никуда не вызывали, никуда не пришлось ходить — обивать пороги. И даже взятку не пришлось давать, к чему он уже был готов.
Новость моментально разнеслась по университету. Посыпались поздравления.
На следующий же день он выправил себе новые документы и с этого момента из простого советского профессора превратился в графа. Теперь новоиспечённый аристократ имел право на собственный герб. А впоследствии мог рассчитывать на реституцию. Насколько знал: у Екатерининского вельможи недвижимое имущество имелось не только в России, но и за рубежом.

За всеми этими делами он совсем забросил дачу, лишь изредка позванивал, справляясь, как идут дела. Когда, наконец, приехал буквально был поражён метаморфозами, произошедшими с мумией. У него даже промелькнула мысль: «А не волшебник ли человек, стоящий рядом с ним?!»— Кожа на лице мумии посветлела, приобрела телесный цвет. Появился нос с широким крыльями ноздрей, пухлые мясистые губы. Правда, бровей ещё не было. А глазницы залиты какой-то белой субстанцией. Но отталкивающего впечатления от этого не создавалось.
Реставратор стоял рядом и, вытирая руки о тряпку, улыбался, явно наслаждаясь произведённым впечатлением. Чем дольше Трубецкой вглядывался в лицо мумии, тем больше оно кого-то напоминало. На его вопрос, уверен ли мастер в том, что экспонат будет похож на оригинал, тот, кажется, обиделся:
— Я же сказал — портретное сходство. Надеюсь, вы не сомневаетесь в моей компетенции, граф? Восстановление ведётся по прекрасно сохранившемуся черепу. — Специалист пустился в рассуждения о тонкостях реставрационной работы. В общем, как все творческие люди, он оказался обидчивым человеком.
Трубецкой слушал в пол уха. Его мало интересовали подробности. В конце оставив на рабочей тумбочке реставратора приличную сумму, хотя никто его об этом не просил, в радушном настроении покинул дачу.
Всю дорогу думал, кого же напоминает мумия? С младых ногтей Вячеслав верил в реинкарнацию. Не столкнулся ли сейчас с этим феноменом? Но так ничего не вспомнил, ни до чего не додумался.
Но уже на следующий день его хорошее настроение улетучилось. Вдруг почувствовал, что над ним сгущаются тучи.

* * *
…Опять начал накрапывать дождь. Роман включил дворники. Трубецкой наполовину опустив стекло, выкинул окурок и, продув мундштук, спрятал в нагрудный карман.
— Заедем на фазенду, — мрачно сказал он.
Роман кивнул. Они только что проехали Петергоф. До особняка оставалось не более получаса.

Волгин свернул на узкую аллею и остановился у широкой мраморной лестницы. Антиквар вышел из машины. Так как никаких распоряжений не последовало, Роман двинулся за ним. Вячеслав Аристархович уже беседовал с охранником.
— Нет, ничего подозрительного, — сказал тот, видимо отвечая на ранее заданный вопрос
— Чужаков не было?
Страж заколебался, не сразу ответив:
— Всё как обычно. Туристы гуляли по берегу.
— Кто? А ну, подробней…
— Три бабы. Болтали по-шведски.
— Гм, шведки, говоришь. Что-нибудь у них было?
— Всё как обычно — фотоаппараты, видеокамера.
— Гм, гм. Ладно, открывай.

Поднимаясь по парадной лестнице, Трубецкой что-то ворчал под нос. Антиквар распахнул тяжёлую двухстворчатую дверь напротив лестницы и, не обращая внимания на своего водителя, быстро прошёл внутрь помещения. Волгин последовал за ним. Войдя в зал, он был буквально ослеплён. Антиквар нисколько не преувеличивал, когда говорил: Оружейная палата блекнет перед его коллекций. Правда, Роман никогда не был в Московском кремле. Но что касалось Эрмитажа… То, что он видел сейчас, не шло ни в какое сравнение с тамошними экспозициями.
Вспыхнула хрустальная люстра, свисающая с лепного потолка. Осветила затянутые зелёным атласом стены, на которых висело холодное и огнестрельное оружие всех эпох и времён: перекрестья алебард и секир, копья, шпаги, сабли и кинжалы с инструктированными драгоценными камнями эфесами. Также — великолепные дуэльные пистолеты, с перламутровыми рукоятками. Здесь же — современное оружие: пистолеты, автоматы… Большинство из них, Роман был в этом уверен, из чистого золота. Рядом стояли средневековые латы, с замысловатыми чеканными узорами. На бархатных пуфиках — шкатулки, различных размеров и конфигураций, фигурки из фаянса, лазурит а и нефрита.
Хозяин всего этого великолепия быстрым шагом направился в дальний угол зала, где стоял большой белый компьютер. Когда экран засветился, Волгин понял, что это личный сервер антиквара. На экране висели несколько значков подключения к удалённым компьютерам.
С минуту Роман наблюдал за действиями Трубецкого, стоя за спиной, пока не понял, что тот чистит жёсткий диск, — уничтожает информацию. Пожав плечами и неслышно хмыкнув, но больше никак не проявив себя, бесшумно отступил и медленно пошёл по залу.
Особенно долго он задерживался у картин, нисколько не сомневаясь, что все они подлинные. Перед одной вдруг встал, как вкопанный.«Зачем она здесь?» — недоуменно подумал Роман. Картина отличалась от других, выбивалась из общего строя. На ней была изображена широкая улица, по которой шла целая толпа людей в просторных, похожих на плащи, цветных одеждах. Ехали повозки, запряжённые чёрными и белыми волами, гружёные корзинами, доверху заполненными фруктами и овощами. А в конце улицы выплывали из дымки, будто парили в воздухе, громадины пирамид.
Чем дольше Роман всматривался в картину, чем больше погружался… Вот уже казалось, что узнаёт лица, слышит звуки улицы: гомон, крики погонщиков и скрип повозок, запахи…Вдруг вспомнил свои детские сны — ощущение один в один. Сон наяву

Сколько находился в этом странном состоянии — не знал. Тряхнул головой и отвёл взгляд от картины. Шагнул к затянутому ажурной решёткой стрельчатому окну, из которого открывался вид на Финский залив. Но Волгин ничего не различал. Затуманенный взор был устремлён вдаль — в пустоту. Создавалось впечатление, что ему специально подсовывают все эти египетские мотивы. Начиная ещё с разговора Трубецкого со старым архивариусом. Теперь Роман уверен: «Всё устроено было так, чтобы он услышал тот разговор. А эпизод в Туринском музее… Настойчивый совет антиквара посетить Египетский зал в Эрмитаже… и эта картина… Но к чему всё это? Не проще ли…»
— Прекрасно, прекрасно. В ясную погоду отсюда виден Кронштадт. — Волгин резко обернулся. На него пристально смотрел Трубецкой. Ощущение было не из самых приятных, — как долго за ним наблюдал антиквар? — Садись, — кивнул Вячеслав Аристархович в сторону небольшого кресла на колёсиках, стоящего с торца стола.— Мне надо с тобой поговорить. —Роман, молча, прошёл и сел, чувствуя, что разговор предстоит серьёзный.
Трубецкой начал не сразу. Сначала потянулся к нагрудному карману пиджака, но, словно спохватившись, быстро опустил руку и внимательно взглянул на своего водителя: — Думаю, ты уже догадался, что появился у меня не случайно? — Волгин кивнул. — Хорошо, — продолжил антиквар. — Признаюсь, мой интерес к тебе был не совсем бескорыстным.
— А Маша? — нарушил Роман своё молчание.
— Да, Маша… — усмехнулся Вячеслав Аристархович. — Когда догадался?
— Недавно, — уклончиво ответил Волгин.
— А какова актриса, а?!
— Актриса — зашибись.
Трубецкой хрюкнул и продолжил:
— Так вот. Сначала скажи: ты веришь в реинкарнацию? Знаю, знаю, что веришь. Итак, моя корысть заключается вот в чём… — Он всё же не выдержал, достал мундштук и портсигар. Закурил: — Ходят слухи… да нет, не слухи: где-то там, ты понимаешь где, хранятся несметные сокровища, которые вот уже несколько столетий ищут авантюристы разных мастей и археологи со всего мира. Я же решил пойти другим путём… — Он усмехнулся… — Да, мы пойдём другим путём…
— Можете не продолжать, — перебил Волгин. — А как же Маша? Она ведь тоже…
— Я знал, что ты умный парень? — Трубецкой выпустил колечко дыма, повёл глазами по сторонам. Приподнялся, взял с соседнего столика серебряную посудницу в виде ладьи, времён Ивана Грозного, а может быть старше, украшенную самоцветами, и стряхнул туда пепел. — Машка? —пренебрежительно хмыкнул он.— С ней ничего не вышло. И вообще, я не уверен… — Он сделал паузу. — Только не спрашивай, как вышел на тебя. Длинная история. — Антиквар взглянул на Волгина, видимо ожидая вопросов, но их не последовало. Неожиданно Вячеслав Аристархович помрачнел: — Но кажется, я кому-то перешёл дорогу. И сдаётся мне… Ну да, ладно. — Он загасил в импровизированной пепельнице недокуренную сигарету и поднялся. — Нам пора. Поехали.

Выруливая на автотрассу, Волгин усиленно думал: почему Трубецкой решил открыться? Хотя антиквар до конца не был искренен. «Несметные сокровища, как же, — про себя усмехнулся Роман. — Сказочка про белого бычка!» Кто-то наступил антиквару на хвост. Вячеслав Аристархович, действительно, выглядел испуганным.
Не поворачивая голову, Волгин спросил:
— Всё же, что такое тринадцатый отдел?
— А-а? Что? —рассеянно откликнулся Трубецкой. — Тринадцатый отдел? Говорят, есть такой в КГБ, вернее ФСБ, — занимается паранормальными явлениями.
— Понятно.
В это время в кармане Трубецкого булькнул телефон.
Разговор был краток и состоял из одних восклицаний, во всяком случае, со стороны антиквара:
— Да… Что?! Когда?.. Понял.. Уже… Отбой. — Отключившись, зашептал: «Плохо, ох плохо!».
Роман покосился на него. Уткнувшись в телефон, Трубецкой тыкал в разные кнопки. Волгин понял: антиквар уничтожал контакты.

Прежде, чем покинуть автомобиль, Вячеслав Аристархович сказал:
— Поставь машину в гараж, на сегодня ты свободен.
Волгин кивнул и долгим задумчивым взглядом проводил антиквара.


ВАМ, ЛЮБИТЕЛИ ФАНТАСТИКИ
 
strongДата: Суббота, 05.01.2019, 07:17 | Сообщение # 156
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 289
Награды: 4
Репутация: 13
Статус:
Глава 13
МОРОК

Его рука метнулась к поясу. Азиб попытался вскочить, но колени подломились. Нестерпимая боль пронзила правую сторону тела, в глазах вспыхнул голубые огоньки. Заскрежетал зубами. Перед взором метались языки пламени, уродливые фигуры и тени, будто в мгновенье ока перенёсся в Сторонний мир. Его вывернуло наизнанку.
Но постепенно зрение приходило в норму. Дикая пляска прекратилась. Сотник различил склонившуюся над ним человеческую фигуру и кусочек синего неба. Вместе со зрением возвращалось сознание. Перевёл взгляд на своё плечо и понял, что лишь в воображении пытался выхватить меч. Меча, как и руки не было. Повязка на культе быстро намокала, окрашиваясь в тёмно-красный цвет.
Незнакомец помог Азибу сесть и сказал:
—Тебя ждут. Идём со мной.
Сотник, наконец, разглядел говорившего. Судя по длинной просторной тунике, это был служитель храма Бастет. Бывший сотник не стал противиться, когда тот помог ему встать и потянул за собой. Державшаяся у него на одном плече хламида соскользнула. Азиб чувствовал: если нагнётся за ней, — снова свалится. Хламиду поднял и накинул на него жрец.

Они вошли внутрь храма, вернее Азиба ввели. Он находился в полуобморочном состоянии, почти ничего не видел и еле переставлял ноги. Правая сторона плаща пропиталась кровью. Алые капельки падали на мраморный пол и размазывались полой плаща. За ним тянулся кровавый след. Долго шли по тёмным узким коридорам. Порой проскакивала мысль, что когда-то он уже проделывал этот путь. В отдалении мелькали какие-то тени — не рассмотреть. И вдруг Азиб очутился в просторном светлом зале. В глаза бросилось что-то яркое и жаркое. Прежде, чем потерять сознание, услышал: «Помогите ему».

Ему казалось, в забытьи находился всего несколько мгновений. Через сомкнутые веки пробивался яркий свет. С трудом разлепив глаза, обнаружил себя лежащим на мягкой тахте в небольшой светлой комнате. Напротив тахты находилось окно, из которого лился яркий свет. Присмотревшись, с изумлением понял: это не окно вовсе, а зеркало, только не бронзовое… Но откуда этот волшебный свет? Комната была почти пуста. Стены, потолок и пол — из розового мрамора. Ни одной деревянной детали. Даже тахта была каменной. Но почему такая мягкость? будто лежал не на твёрдой поверхности, а утопал в подстилке из страусиного пуха.
На мгновение Азиб уверовал, что уже умер и впрямь очутился в Стороннем мире. Боль исчезла, кровь больше не сочилась, культя была перебинтована чистой белой тряпицей. На нём оказалась короткая туника, тоже белого цвета. От кожи исходил приятный запах ароматических масел.
Но вот его обострённый слух уловил шорох. Быстро оглянулся. У стены сидели две Нубийские кошки. Одна, задрав лапу, не обращая никакого внимания на человека, вылизывала живот. Другой зверёк неподвижно сидел около своей подружки и миндалевидными глазами смотрел на него. Азиб понял: это всё ещё храм Бастет. Но зачем он здесь? Цель его путешествия далеко отсюда.
Пошевелился, пытаясь встать. В это время подопечные богини Бастет оживились: вскочили, подняли хвосты трубой и призывно замяукали. Однако это была реакция не на его движение. В комнате появился человек с небольшим столиком-подносом в руках. Одет он был так же, как и тот первый, что привёл его в храм — в длинную серую тунику. Сотник не увидел сразу, откуда тот взялся. Только позже заметил узкий, ничем не завешанный, дверной проход.

Жрец взял с подноса и поставил миску перед зверьками, которые сразу успокоились и с утробным урчанием стали поглощать содержимое. По комнате распространился одурманивающий мясной дух. Коротко взглянув на бывшего сотника, служитель установил перед ним столик, где лежали несколько ячменных лепёшек и точно такая же миска, из которой ели кошки. Как не голоден был Азиб, прежде чем приступить к еде, спросил:
— Где я?
Служитель храма Бастет, молча, указал на зверьков и на столик, стоящий перед сотником. Что означал этот жест? То, о чём уже догадался или приглашение к трапезе? Он неловко взял деревянную лопатку и зачерпнул из миски. Это оказались бобы, обильно сдобренные чесночным соусом.
Азиб ел с большим аппетитом, изредка взглядывая на стоящего рядом жреца. Когда чашка опустела, тот коротко бросил:
— Идём.
На этот раз, шагая вслед за жрецом по длинному коридору, Азиб ступал более уверенно, голова не кружилась, а мысли упорядочились. Он, наконец, понял, как освещались помещения без окон. Всё дело оказалось в особо расположенных зеркалах, на равном расстоянии расставленных в коридоре, они передавали друг другу солнечные лучи. Собираясь в пучок, лучи отражались в большом зеркале и освещали комнату.
Его ввели в помещение почти в два раза больше того, в котором пребывал до этого. Первое, что увидел — трёх жрецов, сидящих в удобных креслах-тронах с изящно изогнутыми подлокотниками. На их белых хитонах был изображён оранжевый диск — эмблема жрецов храма Ра.
«Зачем они здесь?» — мелькнуло в голове. Потом вспомнил, что Верховного жреца Ра мятежники умертвили, а сам храм разграбили. Только сейчас до конца осознал, какое кощунство свершили заговорщики! Одновременно вспомнил: богиня Бастет — сестра бога Ра. Всё встало на свои места. Ничего удивительного не было в том, что жрецы получили здесь приют.
— Мы жрецы бога Ра,— заговорил тот, кто сидел посередине. Говорящий почти не раскрывал рта, не напрягался, создавалось ощущение, что он шепчет, однако Азиб отчётливо слышал каждое слово, будто находился рядом. — Мы знаем, кто ты. Знаем, как несправедливо с тобой поступили. И мы спрашиваем: хочешь ли ты отомстить?
— Да. — Хотя Азиб не думал о мести, но, наверное, подспудно эта мысль сидела в голове.
—Хорошо. Садись. — Жрец указал на кресло-трон с высокой спинкой.
Вдруг сотник увидел на столике, рядом с креслом, свою отсечённую руку. Обрадовался, будто вновь обрёл потерянного родственника. Не отрывая взгляда от конечности, прошёл и сел.
— Нам понадобится несколько капель твоей крови. Ты готов? — Не сразу до его сознания дошёл смысл слов жреца. Когда же понял — испытал лёгкое беспокойство. Но взглянув на служителей храма Ра успокоился. Никакой опасности или угрозы, исходящих от них, не чувствовал. Кивнул, хотя не понимал, что от него требуется.
— Приступайте, — обратился жрец к своим собратьям.
Те поднялись, подошли к сотнику. Один из них достал из широких одежд узкий блестящий сосуд:
— Выпей это.
Азиб послушно взял странный сосуд. По цвету и вкусу напиток напоминал выжимку из каких-то перезрелых плодов. Был терпким и густым.
Другой жрец оголил его торс и провёл маленькой палочкой под левой грудью. Азиб опустил взгляд: по животу сползала струйка крови. Однако ничего не почувствовал: ни боли, ни каких-то других неприятных ощущений. Наоборот, по телу разлилась тёплая истома.
Жрец подставил под струйку крови сосуд, который только что осушил сотник. Затем передав сосуд своему подельнику, смазал и заклеил ранку. Между тем, первый жрец, судя по его движениям, начал что-то проделывать с рукой на столике. И вдруг голова у Азиба пошла кругом. Предметы, ускоряясь, куда-то поплыли. Боясь свалится с высокого кресла, он вцепился в подлокотник и закрыл глаза.
— Месть свершит твоя рука. — Слова раздавались глухо, откуда-то издалека, сливаясь в единый поток, будто песок сыпался на каменный пол. Сотник с трудом разлепил веки. Главный жрец продолжал что-то говорить. Но Азиб уже ничего не разбирал. Последнее, что запечатлелось в сознании: его мёртвая рука шевелила пальцами!

* * *
Едва за окном забрезжило и в комнате стали проявляться крупные предметы, Пархан хлопнул в ладоши. (Осветительная плошка почему-то погасла. То ли перегорел фитилёк, то ли масло закончилось. В другое время, отвечающий за это слуга, понёс бы наказание. Но сейчас Пархан даже не обратил внимания). Слуга явился незамедлительно, будто вовсе не спал.
— Собери во дворе всех, кто сопровождал меня вчера, — приказал жрец. После короткой паузы, добавил: — Пойдём в Долину Царей.
— Слушаюсь, мой повелитель. — Голос его дрогнул, в нём явственно прослеживались нотки страха. Слухи о произошедшем в подземелье уже распространились по храму, а быть может, и вне его.
Отпустив слугу, жрец с трудом поднялся и подковылял к окну. Птицы вновь свили на козырьке гнездо, там сидела горлица. Прошептав ругательство, протянул руку с тем, чтобы сбросить гнездо. Но вдруг рука замерла на полпути, будто наткнулась на невидимое препятствие. Его словно поразила молния. Покачнувшись, застыл, превратившись в солевой столп. В голове что-то провернулось. Что произошло? На человека, не мигая, смотрели чёрные бусинки глаз птицы.

Сколько он так простоял, не отрывая взгляда от этих чёрных бусинок? Казалось целую вечность. Что увидел в них? О чём думал?..
Очнувшись от странного наваждения, жрец резко повернулся и отошёл от окна. В этот момент в дверях появился слуга:
— Всё готово, мой повелитель. Воины ждут.
Без посторонней помощи Пархан спустился во двор. Сидящие прямо на земле два раба-нубийца, при его появлении, вскочили на ноги. Рядом стояли носилки с закреплённым на них креслом-троном. Чуть далее — покорно опустив голову, мул, впряжённый в синюю тележку, около которой расположился небольшой отряд воинов. Но были ли это вчерашние стражники? Десятник, несомненно, был тот…
Немного поколебавшись, жрец вновь выбрал носилки и, с помощью слуг взобравшись на них, жестом подал знак к движению.

Двигалась процессия в обычном порядке: впереди широко шагал десятник, по бокам — по три воина. Замыкали маленькое шествие двое слуг.
Долины они достигли, когда солнце уже высоко взобралось на небосвод. Кортеж никого не встретил, хотя неподалёку, буквально друг на друге, лепились мазанки бедняков. Возможно, их обитатели прятались при виде стражников? Лишь откуда-то издалека раздавался неясный шум, крики надсмотрщиков, — шло строительство пирамиды.
Пархан приказал остановиться вдалеке от сфинкса и, сойдя с носилок, один направился к величественной статуе. Почему он так поступил? Сам толком не знал. Только вдруг почувствовал: шаг у военных, по мере приближения к центру долины, становился всё неуверенней. А слуги просто тряслись от страха.

Конечно же, никакого люка, ведущего в подземелье, он не обнаружил. Обследовал всё вокруг. И даже, подобрав небольшой камень, обстукал подножную плиту величественной статуи. Ничто не указывало на пустоты внизу. Жрец выбросил камень, отряхнул ладони и, обхватив подбородок задумался.
Так простоял довольно долго. Затем провёл рукой по лицу, словно стирал липкую паутину, и посмотрел вверх. И вдруг содрогнулся. Каменный сфинкс, повернув голову, живым взглядом уставился на него. Жрец покачнулся. Первозданный ужас обуял его.
Когда же осмелился вновь посмотреть наверх, ничего сверхъестественного не увидел, — всё пришло в норму, огромная статуя приняла свой обычный вид. Неужели опять почудилось? Морок?! Марево? Нагретый воздух искажал очертания? Как бы там не было, Пархан поспешно спустился с пьедестала и, подволакивая ногу, быстро направился к кортежу.

Поход в Долину Царей занял почти целый день. В свои покои Верховный жрец храма Сенеки поднялся уже в сумерках. Сел в кресло и устало опустил веки. В голове не было ни одной мысли. Чувствовал себя опустошённым.
И только когда в спальню вошёл слуга, чтобы зажечь ночную осветительную плошку, жрец медленно открыл глаза. Приказал зажечь ещё один светильник на противоположной стене. Затем встал, подошёл к окну. Горлица, спрятав головку под крыло, уже спала. Долго стоял, смотря на засыпающий город, пока на иссиня-чёрном небе чётко не проявился почти идеальный диск луны.
Наконец, лёг на тахту. Но сон не шёл. Прямо напротив узкого окна висела луна — необычного кровавого оттенка, и заливала комнату зловещим светом.
«Чем я прогневал богов, что они посылают такие страшные видения? — думал он. — А быть может, это вовсе не виденья и в их мир, действительно, проникли демоны? Наступают последние дни?! — Легенда гласила: когда родится Красная Корова, на землю обрушатся многочисленные беды. Мало кто выживет. — Так может, Красная Корова уже родилась?!»

Перед глазами поплыли радужные круги, неясные образы — предвестники сна. И вдруг Пархан явственно услышал шорох. Кто посмел нарушить его покой?! Резко открыл глаза. В первое мгновенье показалось, что это змея. «Как она здесь оказалась?» — мелькнуло в голове. Но нет, к нему медленно ползла… перебирая пальцами, рука! Волосы зашевелились на голове, тело похолодело. Он попытался закричать, но из горла вырвалось лишь глухое мычание. Захотел хлопнуть в ладоши, но не в силах был пошевелиться. Ледяной страх сковал его члены.

Утром, не дождавшись привычного сигнала — хлопка, слуга заглянул в спальню своего повелителя и обнаружил сползшее с лежанки мёртвое тело. После поднятой тревоги, комнату заполнили другие жрецы и слуги. Никаких внешних повреждений на теле не нашли. Смерть наступила естественным путём. И только бальзамировщик обнаружил в трахее Верховного жреца храма Сенеки тонкую бронзовую иглу, — осколок наконечника стрелы или копья, неведомо как попавший туда, но никому об этом не сказал.


ВАМ, ЛЮБИТЕЛИ ФАНТАСТИКИ
 
ledolaДата: Суббота, 05.01.2019, 08:50 | Сообщение # 157
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 9978
Награды: 92
Репутация: 267
Статус:
Так, отлично! Дело движется к концу ))) Жду с нетерпением!

А зверь обречённый,
взглянув отрешённо,
на тех, кто во всём виноват,
вдруг прыгнет навстречу,
законам переча...
и этим последним прыжком
покажет - свобода
лесного народа
даётся всегда нелегко.

Долгих Елена

авторская библиотека:
СТИХИ
ПРОЗА
 
strongДата: Суббота, 05.01.2019, 09:31 | Сообщение # 158
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 289
Награды: 4
Репутация: 13
Статус:
Осталось три главы с эпилогом. но до слёз жалко расставаться с героями.

ВАМ, ЛЮБИТЕЛИ ФАНТАСТИКИ
 
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Проза » Геннадий Дмитричев (пишу роман)
  • Страница 7 из 7
  • «
  • 1
  • 2
  • 5
  • 6
  • 7
Поиск: