[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Татьяна Белая Любовный роман
Татьяна Белая Любовный роман
Королёва+Зинаида+Алексеевна (korzina0505)Дата: Воскресенье, 14.09.2014, 22:04 | Сообщение # 26
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 257
Награды:
7
Репутация: 10
Статус:
Вы меня порадовали.А то современные любовные романы читать невозможно. А хочется именно вот такой чистоты.
А у меня больше повести не получается. У вас хороший, лёгкий слог.
Успеха вам.
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Воскресенье, 14.09.2014, 22:18 | Сообщение # 27
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
А у меня короткие произведения не получаются. А крупные читают мало. Все заняты. Времени нет. Я тоже у других авторов романы читаю редко. Если сильно заинтересует.

Татьяна Белая
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Воскресенье, 14.09.2014, 22:40 | Сообщение # 28
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
МилочкаТ, МилочкаТ, МилочкаТ,
Не знаю, как исправить ошибку. Случайно нажала на ЧС. Потом попробовала убрать это сообщение. Не знаю, получилось ли. Ответьте мне, пожалуйста. Сижу, плачу. Я ещё плохо на сайте ориентируюсь.


Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Воскресенье, 14.09.2014, 23:55
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 05:12 | Сообщение # 29
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
АРАБСКАЯ СКАЗКА. ГЛАВА 7.


Елизавета оглянулась. До набережной, где много народу бежать надо метров триста. Она понимала, что не успеет. Женщина в отчаянии зажмурилась, набрала побольше воздуха в легкие и собралась кричать. Вдруг, кто-нибудь услышит. Звук шагов стих. Неизвестный стоял рядом с ней. Она слышала его прерывистое дыхание. Женщина с опаской приоткрыла глаза и онемела. В джинсах, с голым торсом и босиком, перед ней стоял никто иной, как Самир бен Махрам Шихабуддин собственной персоной.

Они смотрели друг на друга и молчали. Было очень темно, Лиза не могла рассмотреть выражение его глаз. Самир сделал шаг навстречу, и женщина увидела, что очи её милого уже не источают гнева. В них читалась растерянность и даже мольба. И вдруг, она осознала, что гордому, самолюбивому арабскому шейху пришлось смирить свою гордыню. Переступить через собственное «Я», да ещё на глазах у прислуги броситься в полураздетом виде за женщиной-иноверкой. Это казалось невероятным.

Не помня себя, Лиза с такой силой кинулась к нему на шею, что тот не устоял. Они упали на мокрый песок. Катались по берегу, шептали какие-то немыслимые слова и целовали, целовались, целовались, пока не обессилели. Наконец, Самир подал Лизе руку и помог подняться. Влюбленные посмотрели друг на друга и рассмеялись. С ног до головы в грязи. Волосы, одежда, лица. Он взял её за руку и повел в море прямо в одежде. На ходу Лиза сняла и отбросила в сторону туфли. Берег в том месте очень пологий. До глубины пришлось идти долго. Когда вода дошла ей до груди, молодые люди остановились и обмыли лица.

-Прости меня, Лиз, - прошептал Самир, прижимая её к себе.
-И ты меня, - тихо ответила она.

Выйдя на берег, она глянула на свои некогда белоснежные брюки и горько усмехнулась. С них обоих ручьями стекала вода. Лиза взяла свои сброшенные туфли, а Самир подхватил женщину на руки. Подойдя к ограде, набрал код двери, не спуская её с рук, и так внес в дом. Преданный индус Кирен, стоял в полупоклоне, опустив глаза в пол. Оставляя мокрые, грязные следы, они поднялись наверх и сразу проследовали в ванную комнату.

-Надо бы одежду застирать, - сказала Лиза. – Как я завтра домой пойду?
-Это не твои проблемы, - ответил тот и указал на большую корзину. – Бросай сюда.

Раздевшись, вместе встали под душ. Теплые струи смывали с их тел морской песок и соленую воду. А вместе с ними и последние остатки обиды и непонимания.

-Когда ты улетаешь? – тихо спросил он.
-Послезавтра ночью.
-У нас два дня. Всего два дня, - со стоном произнес Самир, обнимая Лизу. – Давай, не будем снова искать поводов для ссоры.
-Не будем, - согласно кивнула она, подставляя губы для поцелуя.

Потом Самир наполнил ванну водой, и они долго плескались и дурачились, как дети. Намазывали друг друга пышной пеной, без конца целовались. Отмывали волосы от забившегося песка.

Обессиленные и счастливые упали на кровать, и почти моментально заснули. Именно сейчас между ними возникло что-то большее, чем обыкновенная страсть. Самиру и Елизавете уже не так важно стало слияние тел. Аллаху было угодно, чтобы соединились и переплелись их души.

Лизу разбудил монотонный и противный голос муллы с минарета. За окном едва рассветало. Самира рядом не было. Она накинула халат и тихонько вышла из комнаты. Осмотрелась в коридоре. Его плетеные сандалии из тонко выделанной крокодиловой кожи стояли у комнаты, в которую он вчера её не пустил. Неслышно ступая, она подошла к чуть приоткрытой двери и осторожно глянула в щелочку. Самир сидел на коленях со сложенными определенным образом ладонями и молился. На голове его была кумма, белая шапочка. На теле длинная, белая рубаха. Глаза закрыты.

Лиза змейкой скользнула обратно в спальню и улеглась в постель. Через несколько минут сон сморил её. Ведь, практически, они уснули не более двух часов назад.

Вновь проснулась, когда за окном уже было светло. Самир безмятежно спал рядом. Она приподнялась с подушки и стала внимательно рассматривать его лицо. На брови с правой стороны у него был небольшой шрам. Лиза осторожно провела по нему и по носу с едва заметной горбинкой пальцем, желая разбудить. Не получилось. Больше всего ей нравились его губы. Нижняя была слегка вывернута вниз, что явно говорило об упрямом характере. Женщина нежно прихватила её своими губами. Веки Самира дрогнули, но он не проснулся.

Она прилегла на подушку и продолжала любоваться своим шоколадным красавцем. Хотя прекрасно понимала, что он не принадлежит ей. И никогда не будет. Чужой муж. Законный супруг трех женщин! Елизавета никак не могла понять, как они делят Самира между собой? Как их сердца не разрывается от ревности? Для русской женщины, это казалось непостижимым.

«А хотела бы ты стать единственной женой этого мужчины?» – мысленно спросила она себя. И затруднялась найти однозначный ответ на собственный вопрос. Как не крути, но в своей семье её слово всегда было решающим. И что бы там Самир не говорил о равноправии женщин, по сути, он властелин. Это у него в крови, в генах. И не вытравишь. Вряд ли он поднимет руку на жену. Но пригвоздить может одним взглядом. Она уже испытала это на себе. Став его супругой, ей бы пришлось жить по его правилам. Умный и изворотливый араб и в Коране найдет оправдание любому своему поступку. Все так, но какая-то неведомая и неподвластная сила тянула её к нему. И бедная Лиза ничего не могла с собой поделать.

Она глянула на часы. Было половина одиннадцатого. Мария уже давно должна быть дома. О том, что подруга скажет ей, Лизе даже представить было страшно. Собралась встать, но руки Самира обхватили её и повалили обратно.

-Куда это мы собрались? – весело спросил он.
-Ты проснулся, соня? Времени уже много. Представляешь, что мне Маша устроит?
-Позвони и предупреди, что у меня.
-Я, думаю, она догадалась, - вздохнула Лиза. – Прислуга видела, как вчера утром ты увозил меня.
-Вот и прекрасно, - сказал он, набрасывая на неё одеяло и прижимая к себе. – Значит, волноваться не будет.
-Легко сказать.
-Лиз, у нас всего два дня осталось. И никуда я тебя не отпущу, - прошептал он, страстно припадая к губам. – У меня другие планы.
-Погоди, погоди, - лукаво улыбаясь и вяло изображая сопротивление, шутливо произнесла та, - а положенная молитва?
-Аллах милостлив. Простит, - сверкнул глазами Самир. – В утреннем намазе я ему уже все сказал и покаялся.

Она снова лежала у него на плече и гладила бархатную грудь. Этот мужчина умел покорять. Самое ужасное, Лиза вдруг поняла, что это ей нравится. Безумно нравится принадлежать ему без остатка, выполнять его волю. Что тоже было невероятно для весьма строптивой женщины, каковой она являлась.

-Лиз, ты меня простила? – тихо прошептал Самир ей на ушко.
-За что?
-Ты понимаешь, за что, - усмехнулся он. – Должен тебе признаться, я сильно разгневался. Совладать с собой не мог.
-Но, почему?
-Почему? – возмущенно уставился он на женщину. – Представить, что ты вернешься в Россию и тут же попадешь в объятия другого мужчины, - вскочил он с кровати, сжимая кулаки. – Это невыносимо!

Лиза с улыбкой наблюдала, как он надевает халат, разжигает кальян и пытается успокоиться, затягиваясь дымом. По выражению его глаз, можно было прочитать все. Самир не умел скрывать свои эмоции. Он сделал несколько глубоких затяжек и продолжил:

-Я, может, впервые понял, что такое ревность. Клянусь Аллахом, первый раз в жизни.
-Неужели? – иронично заметила Лиза. – Нет, я действительно на тебя не сержусь. Нас с тобой уже не переделать, - насмешливо произнесла она, вставая и присаживаясь рядом.
-Понял, что такое ревность, говоришь? А я вот не в силах понять логику твоих жен. Представляю такую картину. Приехал ты, предположим к первой жене. Пообщался, исполнил свой супружеский долг и отправился домой, - начала она, беря с тарелки персик. – Проезжаешь мимо дома второй жены. Ты же говорил, что они рядом в одном районе живут. А там во дворе детишки играют. Увидели тебя и кричат: «Папа, папа, иди к нам». Как любящему отцу не остановиться? – лукаво улыбнулась Лиза. - Зашел ко второй. Супруга рада, обхаживает тебя. Ну, и со второй возлег на ложе. Почему нет? Едешь дальше. По пути дом третьей. И снова та же ситуация. Дети видят отца. Супруга нежна и ласкова. Ну, как не ублажить женщину? – Самир слушал её и улыбался.

-А потом, с сознанием честно выполненного долга перед супругами и Аллахом, возвращаешься в свой дом. Как там пророк Мухаммад говорил? «В совокуплении каждого из вас – садака». Выходит ты сразу три подарка заслужил. Трижды герой.
-О, Аллах, Милостливый и Милосердный, - складывая ладони и поднимая глаза к потолку, с улыбкой произнес Самир, - за что Ты послал мне испытание в лице этой женщины? Она богохульствует, а я слушаю её речи. И нет у меня сил, не только изгнать её из дома своего, но из сердца и души. Так овладела она моим сердцем, что все прощаю.
-Это я к тому, как они тебя не ревнуют? Дома рядом. Вышла твоя первая жена на балкон и видит, что твой автомобиль уже у дома второй супруги стоит. Понятно, чем ты там занимаешься.
-Лизонька, у них другое воспитание, - пожал плечами Самир. – А ты уж напридумывала. Я не забегаю к женам на полчасика. Отстрелялся и пошел. Люблю поиграть с детьми. Позаниматься с ними. И остаюсь у супруги на ночь. Никогда сразу не иду к другой.
-Тебя и на пятерых хватить, - прыснула Лиза.
-Скажешь тоже, - рассмеялся тот. - И потом, вторая и третья жена знали, на что шли. У вдовы брата, конечно, обстоятельства так сложились. А вторая супруга, можно сказать, сама меня штурмом взяла, - хмыкнул он.
-Как это? Что значит, штурмом взяла? – удивленно уставилась на него Лиза.
-Гизлян единственная дочь очень богатого и знатного шейха. Я дружил с её братом. Она во Франции высшее образование получила. Влюбилась в меня и была очень настойчива.
-Она влюбилась, а ты?
-Мммм, - покрутил глазами Самир, - девушка умная, красивая. Наверное, я тоже. Только её отец второй женой за меня отдавать не хотел. Какие там четыре кольца, - усмехнулся он. – Я за неё пять килограммов золота выложил.
-Нифигассе, как говорит моя Маша. Не жалко было? Сейчас не раскаиваешься?
-Вообще-то вторая жена у меня довольно строптивая и избалованная, - покачал головой мужчина. - Но, у нас уже трое детей. Обратного пути нет. Терплю. Перевоспитываю потихоньку.
-А развестись нельзя?
-Зачем?- удивленно посмотрел он на неё. – Ты, наверное, слышала, что мусульманин может три раза произнести: «Я с тобой развожусь», и все.
-А, что не так?
Нет, - покачал он головой. – Развестись я могу. Только у неё трое малолетних детей. До исполнения каждой из дочерей девяти лет, я должен содержать жену. Платить за жилье, кормить и поить всех. В девять лет обязан забрать ребенка себе в семью. Практически, лишить дочь матери. А ребенок нужен будет моим мамкам, нянькам? Вряд ли. Я враг своим детям? Это немыслимо. Скорее Гизлян от меня сбежит. За неверность.
-А, может?
-Теоретически, да. Правда, надо найти свидетелей неверности.
-Что искать? Слуги твои могут подтвердить.
-Лиза, ты почему такая наивная-то? – расхохотался Самир. – Да, Кирена каленым железом прижигай, он ничего не видел и не слышал. И Синду ничего не скажет. Я просто куплю их семье билет в один конец. В Индию. У них там ни дома, ни работы. Я в Омане оплачиваю обучение детей прислуги в частной школе. Кстати, ребятишки умные и хорошо учатся.
-Выходит, их преданность зиждется на деньгах.
-Лиза, они меня уважают. Это разные вещи.
-Значит, первая и вторая жена тебя любят. А не ругаются?
-Да, подкалывают друг друга при случае. Жалуются мне наедине. Что я могу сделать? Стараюсь не садить их рядом, когда на семейные праздники собираемся.
-А бывшая жена брата?
-Зульфия смирилась. Она покорилась судьбе. Наверное, не забывает Саида, но с ней у меня конфликтов нет.
-Вы с братом похожи?
-Ну, не как близнецы. Похожи, конечно. Мама, папа одни.

Они позавтракали и собрались в супермаркет. Лиза позвонила Марии. Но, ответил слуга и сообщил, что хозяйка куда-то уехала вместе с сыном. Женщина облегченно вздохнула. Разговор с подругой оттягивался.

Самир опять нарядился в дидшаху. Женщина попыталась уговорить его переодеться ради неё. Но, он покачал головой. Сказал, что в горы ещё мог себе позволить джинсы. А в супермаркет не хочет.

-Ну, почему? – капризно произнесла Лиза. – Дай мне на тебя полюбоваться. Последние денечки.
-Лизонька, не спорь, - обнял он её. – Я чувствую себя чуть ли не раздетым без дидшахи в арабской стране. За границей, другое дело. У арабов мужчин аурат на теле от пупка до колен.
-Что ещё за аурат?
-Ну, это как бы стыдное место. Не для постороннего взора. В брюках у мужиков в этом месте кое-то выступает. Это может привлечь взгляд женщины. Ввести её в искушение.
-Ты каждый день для меня открытия делаешь. Значит, передо мной можно было в обтягивающих джинсах рассекать, - улыбнулась та. – А перед арабками стесняешься.
-Лиза, чего мне перед тобой-то стесняться? Ты и так у меня уже все высмотрела. Собирайся и поехали. Я хочу свозить тебя на фиш пилинг. Слышала о таком?
-Это, когда рыбки кожу со ступней обгладывают?
-Ага. Можно и руки дать обработать. Знаешь, какую легкость чувствуешь после этой процедуры.
-Ты и сам пробовал?
-А что? За руками и ногами надо тщательно следить. Ко мне, конечно, на дом приезжают. Некоторые люди вообще все тело в емкость погружают. Говорят, приятно.

Он вышел из комнаты и через некоторое время принес её одежду уже постиранную и отглаженную. Прислуга не дремала.

Когда они подъехали к супермаркету, парковка была забита до отказа. Самир медленно проезжал мимо автомобилей и, казалось, что-то внимательно высматривал. Все стоящие машины были пустыми. Наконец, на водительском сидении белого джипа, он увидел дремлющего араба в коричневой дидшахе.

-О, довольным тоном произнес он, - думаю, сейчас нам место освободят.
-С какого такого перепугу? – хмыкнула Лиза.
-Посмотрим, - ответил тот и остановился, чуть не доезжая.

К несказанному удивлению женщины, увидев автомобиль Самира, бородатый араб приветливо улыбнулся и действительно отъехал.

-Это что за чудеса в решете? – поинтересовалась она, когда Самир уже поставил машину. – Он тебя знает?
-Нет, он просто уступил место шейху. В арабской стране так принято.
-У тебя на лбу не написано, что ты шейх.
-На лбу нет, - усмехнулся тот. – На номере автомобиля есть.
-Прям так и указано: «За рулем шейх», - насмешливо усмехнулась Лиза.
-Запоминай, пока я жив, - весело ответил Самир, открывая дверцу с её стороны. – В мусульманской стране отношение к людям, строго по регалиям. У простых смертных пять цифр в номере машины. Три цифры – влиятельное семейство. Две – родственники шейха. У меня в номере одна цифра, значит, шейх. Следует проявить почтение и уступить место для парковки.
-Так прямо в Правилах автовождения прописано? – изумилась она.
-Нет, в Правилах такого не написано. Почтение к шейху – это внутреннее состояние араба, - пояснил Самир.

Они долго шли по бесчисленным коридорам огромного магазина. Поднялись в лифте на третий этаж. Елизавета отметила, что облачившись в национальную одежду, движения Самира вновь стали неторопливыми. Даже, чуть замедленными. Никакой суеты. Осанка гордая, прямая. Как заметила в свое время Маша, он себя нес, а не просто шел. От вчерашнего улыбчивого и энергичного мужчины в джинсах и расстегнутой рубахе не осталось и следа. Перевоплощение было удивительным. Хотя… Лиза видела, что глаза арабского шейха светятся счастьем и нежностью.

Наконец, вошли в комнату, по периметру которой располагался огромный аквариум с рыбками. Рядом стояли мягкие скамейки. Лизу усадили на одну из них и велели опустить в воду ноги. Малюсенькие рыбки целой стаей накинулись на ступни. Она чувствовала легкое покусывание и было немного щекотно. Процедура оказалась безумно приятной.

После окончания, она обтерла ноги предложенным полотенцем и вышла в коридор, где её дожидался Самир.

-Тебе понравилось?
-Очень. Просто летать хочется. Спасибо тебе.
-Не за что, - он широко улыбался и, казалось, был счастлив не меньше неё. - Теперь мы с тобой на золотой базар поедем, - сказал Самир тоном, не допускающим возражения. – Будем выбирать даме «брачный дар».
-Никуда мы не поедем, - ответила она, останавливаясь. – И давай, закроем эту тему.
-Лиз, дарить золотые украшения женщине – это святая обязанность мужчины, - сверкнул глазами Самир. - Ты хочешь опозорить меня перед Аллахом и людьми? Так предписывает Коран. Я не могу нарушать волю Великого и Всемогущего.
-Самир, по-моему, мы с тобой договорились не искать поводов для ссор. У нас слишком мало времени осталось, - столь же решительно ответила Лиза и направилась к выходу.

Он догнал её уже на улице. И по упрямому выражению лица, Елизавета поняла, тот что-то задумал. Спорить больше не стал. Усевшись в автомобиль, молодые люди выехали с парковки.

-Хорошо, я больше не поднимаю вопрос о «брачном даре», но привезти из султана Оман знаменитые арабские духи ты имеешь право?
-Арабские духи, - встрепенулась женщина. – Ой, хоть бы понюхать. Да, конечно. Парфюм мне, в конце концов, Маша могла подарить.
-Хвала Аллаху, - надув щеки, выдохнул Самир. – Едем в фирменный магазин.

В огромном магазине, устланном коврами, их встретили две женщины в черных хиджабах. Пока Самир о чем-то говорил с ними по-арабски, Лиза с восторгом рассматривала изумительные флакончики, выставленные на столе. Ей принесли кучу пробников. Она никак не могла остановиться на чем-то конкретном. Запахи были сладкими и нравились ей все. К несказанному удивлению, Самир тоже нюхал пробники и отрицательно мотал головой. Наконец, что-то сказал продавщице. Она принесла маленький флакончик и помазала из него запястье у Лизы. Самир вдохнул и радостно улыбнулся.

-Лиз, это точно твой аромат.

Она поводила рукой перед носом и поняла, что он угадал. На удивление точно определил, именно её парфюм. А, когда принесли духи в упаковке, вообще пришла в восторг. Они были налиты в золотой кувшинчик с разноцветными камушками.

-Эти маслянистые духи называются Фахр Аль-Араб, - пояснил Самир. – Переводится – арабская гордость. Тебе нравится? Берем?
-Ооочень, - прямо пропела она. – Конечно, берем.

В машине она продолжала с блаженной улыбкой принюхиваться к своей надушенной руке. Духи были слабостью Елизаветы. От такого подарка отказаться не было сил, сколько бы они не стоили. Мужчина довольно щурился.

-Слушай, - произнес Самир, осторожно поглаживая руку Лизы, - по-моему, нам пора перекусить. Ты как?
-Согласна, - улыбнулась она, тоже нежно прикасаясь к его руке. – А куда мы поедем?
-Мне известно одно уютное местечко, в котором изумительно готовят. Не волнуйся, в кафе, где на диванах или подушках прямо на ковре восседают арабы и курят кальян, я тебя не повезу, - весело подмигнул он. - Заведение, которое я предлагаю, тоже арабское. Но, с моей помощью сможешь выбрать блюда, которые обязательно тебе понравятся. Пробовала когда-нибудь светлый аравийский кофе?
-Нет, пожалуй. Я вообще дома только растворимый пью.
-Значит, ты вкуса кофе вообще не знаешь, - усмехнулся Самир. – И это надо срочно исправить.

Интерьер кафе, в которое они вошли сразу поразил Елизавету. Все отделано именно в красивом и загадочном восточном стиле. На полу ковры. Никаких стульев, только диваны с подушками. Народу днем было совсем мало. И, конечно же, звучала тихая арабская мелодия. Им тут же принесли две папки с меню. Лиза глянула и улыбнулась. Написано на арабском и английском языках. А Самир стал изучать, бормоча по ходу: «Это ты не будешь, суп такой тоже не понравится». И тому подобное.

-Лиз, ты омаров пробовала когда-нибудь? – поднял он на неё глаза. - Их подают с рисом. Специи и подливу отдельно. Не понравится, можешь без них есть.
-Это такие огромные лобстеры типа наших раков? Конечно, не пробовала. Только ведь замучаюсь из них мясо выковыривать. Они же в панцире.
-Не волнуйся, я с тобой, - прищурился Самир. – А мы закажем омары Термидор. Чтобы не мучиться. Их разделывают на кухне. Вытаскивают мясо, готовят в масле, запекают, потом складывают в разрезанный панцирь и подают. Будешь есть вилочкой, как с тарелки. Правда, подождать придется. Бедняжки омары пока ещё живые. В водичке плавают.
-Ну, если так, согласна, - кивнула Лиза.
-Я закажу самца и самку.
-Господи, Самир, - изумленно воскликнула Лиза. – Да, какая разница? Что, повара будут рассматривать, где он, где она?
-Не скажи, - усмехнулся тот. – Самое вкусное у самца – это печень. Я просто млею, когда ем. А у самки, изумительная на вкус икра. Как служащие станут выискивать по половой принадлежности, меня не волнует. Это блюдо стоит таких денег, что можно и порыться.
-Они большие по размеру?
-Встречаются особи до двух килограммов. Но, пока их готовят, надо ещё что-нибудь перекусить, - Самир вновь стал просматривать меню. – О, - радостно воскликнул он, - предлагаю шаверма взять.
-А это что за зверь? – недоверчиво поинтересовалась дама.
-Зверь, - хихикнул тот. – Это мясо ягненка с салатом, завернутое в арабскую лепешку. Уверен, будешь в восторге. Все иностранцы ей объедаются. А сладкое и кофе закажем позднее.

Шаверма Лизе действительно понравилась. А Самир вообще поглощал с завидным аппетитом. Они ели и говорили друг с другом глазами. Здесь, на людях, он не мог себе позволить даже прикоснуться к её руке. И это делало их общение ещё более необычным и загадочным. Между ними была тайна. И об этом знали только они.

Когда принесли омаров, Самир достал фотоаппарат. Сказал, что этот исторический момент надо зафиксировать. Он много снимал Лизу и пообещал до её отъезда сделать фото. Потом, рассматривая эти снимки, она отметила, что такой счастливой не выглядела никогда.

Наконец, подали аравийский кофе в небольшом чайнике и целый поднос сладостей.

-Куда столько то, Самир? – изумилась Лиза.
-С собой заберем, - пожал тот плечами. – Я, кстати, тоже сладкоежка.

Из всех угощений ей больше всего понравился сладкий сырный пирог с кремовой верхушкой – эш-асая. Он просто таял во рту. Закончив трапезу, Самир приказал упаковать сладости в коробку. Они вышли из кафе и направились домой.

Уже дома, развалившись на диване, Самир приказал Кирену принести кальян, и с наслаждением затянулся. Лиза пристроилась под его рукой.

-Тебя дым не раздражает? – обеспокоенно поинтересовался он.
-Нет, - покачала она головой. – Дым от кальяна даже приятен. Не то, что табачный. А сигареты ты куришь?
-Даже не пробовал. Вот, марихуану раза два покурил. Просто ради интереса. Так ничего и не понял. Кайфа никакого не словил и больше не рисковал.
-Надо ведь к Марии идти. Она меня совсем потеряла и волнуется, - тяжело вздохнула Лиза.
-Лизонька, - умоляюще произнес Самир, - так позвони. Чего проще? Мне не хочется тебя никуда отпускать.

У Самира в доме было несколько городских телефонов. Один из аппаратов стоял в спальне. Елизавета набрала номер Маши. Подруга ответила почти сразу, как будто ждала звонка.

-Машенька, ты меня потеряла? – виновато спросила Лиза.
-А кто это? – холодным тоном ответила та.
-Маш, ну не сердись. Я скоро приду и все объясню.
-Ой, как это я сразу не догадалась, кто мне звонит, - ехидно произнесла Мария. – Наложница арабского шейха снизошла до бедной Маши. Или он тебя уже четвертой женой в свой гарем берет?
-Ну, что уж ты так сразу.
-Ладно, - несколько смягчившимся голосом произнесла подруга, - сейчас я везу сына к русской учительнице. Вернусь часа через два. Приходи. Поговорим.

Лиза положила трубку и прижалась к плечу Самира.

-У нас с тобой два часа в запасе. Маша вернется к шести. И я пойду сдаваться.
-Хочешь, я с тобой пойду, - предложил он.
-Нет. Сама справлюсь. Ты только её ещё больше разозлишь.
Прикрепления: 3998144.jpg(21.9 Kb)


Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Понедельник, 15.09.2014, 15:52
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 11:32 | Сообщение # 30
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18896
Награды:
334
Репутация: 737
Статус:
Цитата v1323246 ()
Как исправить эту ужасную ошибку? я в шоке.

Зайдите ко мне в профиль,
http://soyuz-pisatelei.ru/index/8-3348
там есть функция "Удалить из ЧС"
Нажмите и всё.
Ничего страшного.)))
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 11:57 | Сообщение # 31
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18896
Награды:
334
Репутация: 737
Статус:
Цитата v1323246 ()
увидела, что десницы её милого уже не источают гнева. В них читалась растерянность и даже мольба.

Таня, я тут у тебя совершенно запуталась в десницах. Это что здесь обозначает? Именно здесь.
Потому что, насколько мне известно, десница - это правая рука. Шуйца - левая.
А здесь это в каком-то другом смысле?
Роман интересный. Уже дочитываю. И жду продолжения. biggrin
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 12:46 | Сообщение # 32
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
Мила, мне, конечно, известно, сто десница - это правая рука. Но... дело в том, что при написании романа, досконально проштудировала Коран на русском языке. В повествование вставляла цитаты из этой священной книги. Так вот там дословно написано: "Если женщина (не жена), завладела вашими десницами (указано, что глазами), вы можете с ней договориться, сделать брачный подарок. И это уже не будет харам (грех). А саму дословную цитату утеряла. Но смысл этот. то есть, десницы здесь читаются, как глаза. конечно, в романе следовало это исправить. что я и сделаю. Но так долго изучала Коран, что, когда писала, оставалась под впечатлением. Мне уже несколько грамотных и внимательных читателей об этом говорили. Я исправила, но не в самом источнике, откуда копирую теперь роман для вставки на сайт. Исправила в тексте на других сайтах. спасибо, что заметили и напомнили.

Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Понедельник, 15.09.2014, 15:49
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 13:06 | Сообщение # 33
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
АРАБСКАЯ СКАЗКА. ГЛАВА 8.

Молодые люди сидели на диване в обнимку. Самир перебирал волосы Лизы и улыбался. Потом, взял её левую руку, стал целовать каждый пальчик, ладошку и шептать что-то по-арабски. Она не просила перевести. Сердцем понимала его слова. Ей казалось, что Самир просит у неё прощения за что-то. Он шептал слова, как молитву, и Лиза решила разрядить обстановку.

-Самир, а Маша мне говорила, что шейхи живут на виллах, чуть ли не во дворцах. Кругом охрана. Близко не подойдешь.
-Правильно говорила, - согласно кивнул тот. – Только от всего этого устаешь. Я бы мог позволить себе останавливаться в пятизвездочном отеле, приезжая в Оман. Но мне иногда просто хочется побыть одному. Без этих навязчивых телохранителей. Шайтан их забери. Прости, Аллах, за упоминание в речах этого имени, - сложил он ладони и провел ими по лицу. – Отец гневается, что без охраны в Маскат езжу. А я так думаю, кто на шейха покусится в арабской стране? Чушь полная, - добавил Самир.
-Слушай, как узнаЮт, что ты шейх? – удивленно спросила Лиза. – Ладно, когда ты в машине, по номеру. А если просто идешь по набережной? Я смотрела художественные фильмы о восточных правителях. Эмиры, шейхи всегда увешаны золотом и перстнями с драгоценными камнями. А у тебя ничего нет.
-Тебе и твоей подруге, может, и непонятно. А для арабов и тех, кто давно здесь проживает ничего пояснять не надо, - с улыбкой ответил мужчина, прижимая её к себе. – Далеко не всякий араб может позволить себе дидшаху из очень дорогого, не мнущегося оманского хлопка. Мой игаль, головной обруч, ручной работы. В него вплетены золотые нити. Ихрам, платок, сделан из тончайшей ткани и отделан ручной вышивкой. Да и сандалии из крокодиловой кожи стоят больших денег.
-Надо же, какие тонкости.
-Как говорил товарищ Сухов, - с хитрой улыбкой заметил Самир, - «Восток, дело тонкое». Я смотрел «Белое солнце пустыни». В России. У меня дома много кассет с русскими фильмами. И книг на русском языке.

Он пододвинул ближе к ней тарелку с фруктами.

-Полакомься, давай. Фрукты заменили. Не со вчерашнего дня стоят. Вот, наше любимое манго. И я вкушу с тобой.

Они вновь откусывали от одного манго, целовались, смеялись и слизывали сладкий сок с губ друг друга. Самиру даже пришлось пойти в душ помыть бороду. Когда он вернулся, по выражению глаз женщина догадалась о его намерениях и сказала:

-Самир, присаживайся. Давай просто ещё о чем-нибудь поболтаем.
-Хорошо. Но, надеюсь, эту последнюю ночь ты подаришь мне? – вопросительно посмотрел он на женщину.
-Конечно. Даже не сомневайся, - чмокнула она его в щечку. – А покажи мне свой обруч для головы. Интересно, как он держится и не спадает? – шутливо спросила Лиза.

Она внимательно рассматривала игаль, держа его в руках. Попробовала надеть себе на голову. Он оказался ей явно велик.

-И правда золотые нитки вплетены. Так их и не разглядишь издали. А перстни с драгоценными камнями у тебя есть?
-Да, у меня много, чего есть, - хмыкнул Самир. – Но, известно ли тебе, что по Корану мужчинам арабам запрещено носить золото и шелковые одежды.
-Почему?
-Здесь много причин. Долго придется объяснять. Написано так – Пророк взял шелк в правую руку, золото в левую и провозгласил: «Эти две вещи запрещены мужчинам моей уммы, но разрешены для женщин».
-Должна же быть причина для этого, - недоуменно произнесла Лиза.
-В Коране объяснение такое, что нельзя похваляться роскошью. Это ведет к ослаблению нации, и её упадку. На использование золотой и серебряной посуды строгий харам и мужчинам, и женщинам.
-Можно подумать, арабы этот запрет исполняют, - хмыкнула она.
-Нет, конечно, - согласился Самир. – Ещё много веков назад Цицерон произнес слова: «O tempora, o mores!» (О, времена, о, нравы!) Один в один эти слова подходят для сегодняшнего дня. Любят арабы золото и не могут устоять перед искушением продемонстрировать это. Особенно в Дубае многие мужики носят золотые ручки, часы, цепочки, кольца. В Омане, реже. Только в Саудовской Аравии, насколько я знаю, даже сейчас за это можно штрафу подвергнуться.
-Странные какие-то у вас в исламе запреты, - фыркнула женщина. Татары тоже мусульмане. Их в Тюмени не меряно. И золото носят, у кого деньги есть. И алкоголь хлещут не хуже русских. Но жена у них всегда одна.
-Я имел в виду не всех мусульман, - возразил Самир. – Только арабов.
-А ты носишь золотые вещи?
-Когда за границу выезжаю, и одет в европейскую одежду, конечно. В Дубае иногда надеваю часы или перстень с небольшим, но очень дорогим камнем. Один раз в жизни я навесил на себя все, что мог, - с иронией сказал он. – Но, на это были веские причины. Во время моего приезда в Питер, на годовщину выпуска в университете.
-Вон, как! – изумилась Лиза. – Ну-ка, рассказывай.
-Вначале тогда некую предысторию надо поведать, - начал Самир, устраиваясь поудобнее. – Где-то на четвертом курсе к нам в группу откуда-то перевелась Света Смирнова. Яркая такая девушка с претензиями. Москвичка. Папа у неё, видать, большой начальник был. Она и одевалась лучше всех наших девчонок. Иногда её к институту на машине подвозили.
-И ты сразу на неё глаз положил, - иронично вставила Лиза.
-А вот и нет, - скорчил он смешную гримасу и показал язык. - Это она вдруг стала меня выделять из всех. На лекциях рядом садилась. Ресничками хлопала. То ручкой меня заденет, то ножкой невзначай. То, всей пышной грудью на руку мне навалится, заглядывая в конспект.
-Бедненький, - продолжала ехидничать Лиза, - а тебе это было так неприятно.
-Лиза, да ты же ревнуешь, - рассмеялся он. – Не перебивай, а то не буду рассказывать.
-Ладно. Продолжай.
-Кстати, никто из ребят не знал, что я из семьи шейхов. Что женат и имею детей. Что уже Гарвард закончил. Я жил в обыкновенном общежитии. Не для иностранцев. Одевался, как все. Деньгами не сорил. Никаких колец, цепочек на себя не весил. Короче, для студентов я был свой парень в доску.
-А почему? Из скромности?
-Лиз, в противном случае, одни бы меня сторонились и даже ненавидели. А другие стали бы льстить и навязываться в друзья к «богатенькому Буратино». И ещё в памяти не заживала трагическая судьба младшего брата. Об этом я потом тебе расскажу.
-Все, молчу, - приложила она ладонь к губам.
-Светка стала интересоваться большая ли у меня семья? Кто родители? Сколько они платят за мое обучение? Я прикинулся полным лохом. Сказал, что семья у меня очень большая, - вновь рассмеялся Самир. – И не соврал. У меня уже было две жены и трое детей. Гизлян четвертым беременна. Просто не стал уточнять, из кого моя семья состоит, - продолжал он усмехаться. – Сказал, что мое обучение оплачивает государство, и я не знаю, сколько. Врать не буду, девушка меня волновала, особенно, когда грудью наваливалась. Но все отношения заканчивались взаимными улыбками и переглядыванием.

О нашем, якобы, романе стали уже шептаться. Парни мне даже завидовали. Дескать, такую гордячку уломал. А у меня и в мыслях не было её соблазнять. Я вообще к девчонкам из нашей группы относился по-братски. Никаких амуров не крутил. Зачем мне заводить романы с молоденькими девочками? Голову им морочить. Я ведь старше всех был. Поступил в университет в двадцать два года, а они сразу после школы. Домой летал почти на каждые выходные. Всего шесть часов от Питера до Дубая. Так что женской лаской не был обделен. С двумя то женами, - хитро прищурился он.

Самир встал, пересел в кресло и раскурил кальян. Елизавета поняла, что воспоминания почему-то взволновали его. Но, она обещала молчать и не проронила ни слова.

-Однажды, мне случайно удалось подслушать разговор Светланы с одной из наших сокурсниц. Вернулся после лекции в пустую аудиторию. Кое-что забыл на столе. А они сидели в лаборантской, вход в которую, прямо из класса. Дверь была приоткрыта. Я просто услышал свое имя, вот и прислушался. До сих пор удивляюсь, как мне удалось сдержаться тогда.
-Да, что уж такого девушка сказала?
-Дословно, конечно, уже не помню, но разговор был примерно такой:

-Ой, Светка, как я тебе завидую, - говорит сокурсница, - наш неприступный Самир явно в тебя влюбился. Может, замуж позовет. Будешь жить в Дубае.
-Нашла, чему завидовать, - отвечает та. – Мужик он, конечно, смазливый. Горячий, видать. Покувыркаться в постели с таким можно. Любовник, наверное, классный. Но, замуж за нищего араба?
-С чего ты взяла, что он нищий?
-Был бы при деньгах, квартиру бы снимал. Или, хотя бы, в общежитии для иностранцев жил. А то в этом клоповнике. У него, наверное, с десяток братьев и сестер. Его, как старшего отправили образование за счет государства получить, чтобы потом всех содержал. Оно мне надо за тупого араба замуж идти?
-Не знаю, насколько Самир богатый, но не тупой точно, - возразила подруга. – Он один из лучших студентов на весь университет. Почти все экзамены автоматами сдает.
-Запомни, милая, - ехидно так возражает Светка, - арабы умными не бывают. Дети эмиров и шейхов бывают просто богатыми. Этот красавчик для меня не вариант. Надо искать кого-то из Европы или Америки. С Самиром я, конечно, пересплю. Не упущу такого случая. А для замужества стану искать поумнее и побогаче. Сваливать надо из нашей поганой России.

Самир отодвинул кальян и взял с тарелки сочный персик. Глаза его метали молнии.

-Мне даже не за себя, - зло сказал он, - за всю арабскую нацию обидно стало. Она и Родину то свою презирала. А пошлая-то какая. Покувыркаться ей, видите ли, со мной захотелось. Тьфу! С тупым нищим арабом.
-Ладно, успокойся, Самир. – Чего ты так разволновался? – спросила Лиза. – Как потом-то ваши отношения складывались?
-Да, никак, - хмыкнул мужчина. – Я ничего Светке не сказал, что слышал их разговор, но открыто игнорировал все её попытки приблизиться ко мне и уж тем более, затащить меня в постель.

Он пересел к Лизе на диван. Обнял её и дал откусить от персика. Взгляд его повеселел.

-Собственно, я начал рассказывать, как и для чего напялил на себя все свои драгоценности, - уже весело продолжил Самир. – Прошел год со дня нашего выпуска. С Генкой и Серегой, с которыми прожил в общаге столько времени, мы связи не теряли. Переписывались, созванивались. Звонил, конечно, я. Мужикам по международному телефону не по карману связываться. Ты понимаешь.
-Ещё бы, - согласилась Лиза.
-Группа у нас была дружная, и решили собраться в июне. Встретиться, рассказать, как у кого судьба складывается. Геннадий по телефону мне сообщил, что Светка тоже на встречу придет. Тогда я и решил представление устроить, - с усмешкой сказал он.
-Решил открыться всем, что ты шейх?
-Своим-то самым близким друзьям, Гене и Сереге я, в конце концов, признался во всем, а остальные понятия не имели, кто с ними в группе учился. Мои ребята были организаторами встречи. Согласие дали человек пятнадцать. Я прилетел заранее. Причем, не один, а с пятью телохранителями, - возбужденно продолжал он рассказ.
-Господи, - изумилась Елизавета, - зачем тебе столько?
-Ха, - хмыкнул тот, - так у меня с собой было драгоценностей, чуть ли не на миллион долларов. Они не только меня охраняли. Все приглашенные интересовались, по сколько сбрасываемся? Геннадий сказал, чтобы деньги брали с собой, а стол они закажут и аванс внесут сами.

-Короче, это я оплатил шикарный стол в банкетном зале престижного ресторана. И вышел, когда уже все собрались. Естественно, в арабской одежде и с толпой охранников. На шее тяжеленная золотая цепь. На руке золотые часы с браслетом, который усыпан маленькими бриллиантами. И почти на всех пальцах перстни с огромными драгоценными камнями.
-Нарядился, как Новогодняя елка?
-Точно, - со смешком согласился Самир. – Нарушил все каноны ислама. Поверх дидшахи никакие украшения категорически нельзя надевать. Но русские-то об этом не знают.
-И, какая была реакция?
-Полный шок, - глаза Самира лукаво искрились. – Я, конечно, встал, сказал тост. Извинился, что не открывал своё истинное положение в обществе. Сказал, что просто хотел быть с ними на равных. Что всех их люблю и помню.
-Простили?
-Конечно, - пожал он плечами. - Я с большинством во время учебы был в хороших дружеских отношениях. Потом все приняли на грудь, расслабились. Подходили ко мне, обнимали. Хлопали по плечу. Рассматривали мои перстни. Охали и ахали. Предлагали выпить с ними. Мои телохранители чуть с ума не сошли. Такое панибратство с шейхом! – с усмешкой продолжал он. – Представляешь, это было застолье по-русски недавних студентов. Ребята пели, танцевали, некоторые к концу изрядно набрались. Я постоянно оказывался в куче людей. Перемещался с одного конца зала в другой. Охранники бегали за мной и не знали, что делать.

Мой начальник охраны уже в самолете признался, что поседел за те часы. В его представлении в России живут только воры и бандиты. Все боялся, что мне или кинжал в бок вонзят, или отравят и ограбят. Он уже представлял, как мой отец собственноручно расстреливает всю команду телохранителей за то, что не уберегли сына, - со смехом продолжал Самир.
-Больше всего ребят поразило количество у меня детей. Все интересовались, когда я столько деток настрогать успел? – усмехнулся он.
-А что Света?
-Светка больше всех была поражена. Как она просчиталась. На последнем курсе закрутила с итальянцем. Он ей ребенка сделал и свалил после окончания учебы. И вдруг, Самир шейх. Подкатила ко мне, дескать, пойдем, поговорим. А мой начальник охраны стоит рядом и не отходит. Я ей сказал, что он не понимает по-русски, может говорить, что угодно.
-Ты ещё и артист.
-Есть немного, - улыбнулся тот. – Я могу изобразить на лице надменность и высокомерие истинного правителя. Что и сделал, когда мы с ней уединились. Она мне давай рассказывать о своей обманутой мечте. Врала, что была влюблена в меня, а я её игнорировал.

Хотелось мне тогда признаться, что слышал их разговор с подругой о нищем и тупом арабе. Да, не стал. Показал фотографии своих детей и жен. Ещё и снимки с любовью поцеловал. Светка аж взвыла. У меня уже было три жены и шесть детей. Знаешь, я не стал говорить, что считаю её падшей. Как бы там ни было, оскорбить женщину проще всего. А это недостойно для самого мужчины. Мне даже жаль Светку стало.

-Чего такую жалеть? Как говорится, за что боролись…
-Вот так я единственный раз продемонстрировал свое богатство. Глупо, конечно, - пожал он плечами. – Но, я это сделал.
-Если ты не носишь эти перстни, зачем покупаешь?
-Это хорошее вложение капитала, - ответил тот. – Никогда не знаешь, как жизнь повернется. А золото и драгоценные камни, всегда будут в цене. Я и золотые слитки покупаю.
-А что случилось с твоим братом, если не секрет? – поинтересовалась Лиза.
-Саид учился в Лондоне. Жил на квартире. И была у него слабость, похвастаться, что он из семьи шейха. Что богат. Надевал на себя дорогие украшения. Дохвастался. Бандиты пришли грабить его квартиру, а он в это время вернулся. И его просто убили, - с тяжелым вздохом произнес Самир. – Глупая смерть. А какое горе родителям. Думали, мать с ума сойдет. Зульфия вообще руки хотела на себя наложить. Отец с матерью её к себе в дом забрали, чтобы не допустить ещё одной трагедии. Потому я и взял женщину третьей женой, чтобы она не свихнулась от горя.
-Прости, что я заставила тебя это вспомнить, - прижалась к нему Лиза.
-Ничего, - тихо ответил тот, поглаживая её по руке. – Что ни говори, время лечит.
-Самир, - поинтересовалась Лиза, - а зачем ты после окончания Гарварда поступил в Ленинградский университет? Уровень совсем другой. Гораздо ниже.
-Видишь ли, когда я учился в Штатах, познакомился с парнем из России. Коля совершенно уникальная личность. Можно сказать, гений. Он родом из Ленинграда. И патриот своей страны до мозга костей. Оставаться за границей не собирался, хотя предложения уже во время учебы поступали о работе. Как он рассказывал о России, - восхищенно произнес Самир. – Благодаря ему, я стал читать русских писателей. В переводе, конечно. Но Николай сказал, что читать надо только на русском. Перевести на английский Достоевского, Бунина, Толстого и других писателей совершенно невозможно. Короче, безумно он меня Россией заинтересовал. Я приехал изучить саму страну и русский язык.
-Все-таки молодец ты, Самир. – Не перестаю тобой удивляться.
-Да, я просто любопытный. В мире так много интересного. Почему это должно пройти мимо меня? – хитро улыбнулся он.

Они некоторое время сидели молча. Елизавета посмотрела на часы. Было уже половина шестого. Пора было собираться.

-Лиза, - глядя на неё очень серьезно, сказал Самир, беря девушку за руку, - послушай меня и постарайся правильно понять.
-Я вся внимание.
-Когда я слушаю новости из России, у меня волосы дыбом встают. В восьмидесятые, во время моей учебы в Ленинграде, такого не было. Теперь я буду страшно переживать за тебя.
-Самир, - улыбнулась она, - у меня все нормально.
-Повторюсь – никто не знает, как повернется жизнь. Сегодня у тебя есть муж, а завтра можете разойтись. Извини, но у русских это очень просто происходит. Тем более, детей у вас нет. И потом, я все-таки специалист по международному праву. Нутром чувствую, Россия на пороге новых потрясений. Похуже ГКЧП будет заварушка.
-Типун тебе на язык, - отмахнулась Лиза. – К чему ты этот разговор начал?
-К тому, что все в твоей личной жизни, да и в стране может поменяться в худшую сторону. И я все-таки купил тебе подарок и хочу, чтобы ты приняла его. – Он протянул руку к изящному столику, выдвинул ящичек и вытащил красную бархатную коробочку. – Посмотри сюда.

Лиза взяла коробочку в руки и открыла её. Там находилось кольцо необычной формы.

-Это колечко из розового золота. Здесь тридцать три старинных европейских бриллианта круглой огранки, общим весом 1, 65 карата.
-Тридцать три бриллианта! - изумленно воскликнула женщина. – Оно же бешенных денег стоит.
-Причем здесь цена? - вздохнул Самир. – Ты примерь, - сказал он, надевая Лизе на палец. – Так, на безымянный велико, а на средний палец в самый раз, - радостно заключил он. – Тебе нравится?
-Конечно, нравится, - тихо ответила она, любуясь колечком. – А что я мужу скажу?
-Ничего не говори, - хмыкнул он. – Неужели у тебя в доме не найдется укромного местечка, куда его можно спрятать? Это кольцо не на каждый день. Ты его можешь хранить, как фамильную драгоценность. Как память обо мне. Вдруг, у тебя когда-нибудь родится дочь. Подаришь ей. Или жене сына.
-Ой, Самир, я прямо не знаю, что тебе ответить.
-Ничего не отвечай, - обнял он её. – Просто прими и все. В случае безвыходного положения, ты всегда можешь его заложить или продать. Только его надо будет обязательно задекларировать при вылете. Поэтому здесь чек в коробочке. Иначе нельзя. Кольцо стоит пятьдесят тысяч долларов.

Елизавете никогда в жизни не приходилось держать в руках такую дорогую вещь. В женщине боролись противоречивые чувства. Но, глянув в глаза Самиру, поняла, что оскорбит его своим отказом. Этот подарок был сделан искренне и от всего сердца.

-Хорошо, Самир. Я буду хранить его, как память о тебе, - тихо сказала Лиза, целуя его. – Но мне пора идти к Марии.
-А когда вернешься?
-Я тебе потом сама позвоню, как освобожусь.

Самир проводил её до выхода. Еле передвигая ногами, Лиза направилась к дому подруги. Разговор предстоял не из легких.
Прикрепления: 5072220.jpg(108.0 Kb)


Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Понедельник, 15.09.2014, 15:50
 
Меркушова Наталья Сергеевна (натальямеркушова)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 13:25 | Сообщение # 34
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 4021
Награды:
45
Репутация: 85
Статус:
Всё интересней и интересней... Размещайте поактивней!) Мне очень нравится, Татьяна!

Меркушова
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 13:35 | Сообщение # 35
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
Спасибо, Наталья. Я не тороплюсь, думаю, мало, кто читает. Хорошо. Буду по две главы в день выкладывать. Сюжет романа на целых двадцать лет растянут. Действие начинается 1993 году. А заканчивается в наше время.

Татьяна Белая
 
Меркушова Наталья Сергеевна (натальямеркушова)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 14:25 | Сообщение # 36
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 4021
Награды:
45
Репутация: 85
Статус:
Читают, читают!)))

Меркушова
 
Королёва+Зинаида+Алексеевна (korzina0505)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 14:59 | Сообщение # 37
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 257
Награды:
7
Репутация: 10
Статус:
Каждый раз всё с большей неохотой уходишь со страницы.
Очень интересно.Таня, а сколько глав в романе?
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 15:09 | Сообщение # 38
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
Всего в романе 22 главы. Так что, наберитесь терпения. Если заметите опечатки, обязательно пишите. Я публиковала его с пылу, с жару на "Парнас". Много осталось ляпов. Потом, на сайте исправляла, а в основном тексте не всегда.

Татьяна Белая
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 15:17 | Сообщение # 39
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
АРАБСКАЯ СКАЗКА. ГЛАВА 9.

Когда Лиза вошла в дом, Маша сидела в зале у телевизора. Поймав насмешливо-укоряющий взгляд подруги, начала говорить первой.

-Марийка, только не надо меня сейчас учить и воспитывать. Я уже взрослая девочка.
-А я вообще молчу, - пожала та плечами. – У тебя своя голова на плечах есть. Сама понимаешь, что твой роман с шейхом - это полная безнадега. Самир развлекся и вернется к своим женам и детям. А ты-то ведь страдать будешь. Корить себя за измену Антону. За невозможность увидеться с арабом снова. Мне тебя искренне жаль.
-Все я понимаю, Машенька, - вздохнула Лиза. – Только поделать с собой ничего не могу. Вот, было у тебя так, когда «Ах» и все? И ничего вокруг не видишь кроме него? У нас осталась одна ночь и один день. И сказка моя закончится. Я действительно побывала в чудесной сказке, но она оказалась очень короткой. И в ней не может быть счастливого конца.
-Лиза, я не имею права тебя осуждать, - вздохнула Маша. – Понять, конечно, можно. В первый раз приехала за границу. И сразу в такой рай попала. А рядом экзотичный красавец-гид. Вот тебе крышу и снесло. Мало, кто бы из женщин устоял.
-Маша, Самир не только красивый, он умница, - взволнованно сказала Лиза. – Он ходячая энциклопедия. Я его с открытым ртом слушаю.
-Он тебе случайно не говорил: «Закрой рот, дура, я уже все сказал», - усмехнулась Маша.

От этих слов Лиза вздрогнула, на глаза навернулись слезы. Увидев это, Маша подскочила к подруге и обняла её.

-Да ты чего, Лизок, я же пошутила. Слез нам только не хватало.
-Шуточки у тебя, - с обидой произнесла Лиза, убирая руку Маши с плеча.
-Не обижайся, Лиз. Пригласила я подругу погостить, называется. Эх, не надо было мне уезжать в Дубай. Может, ничего бы и не произошло.
-Как же, - хмыкнула Елизавета. – Думаешь, я бы тебя спрашивать стала?
-Ладно, - Маша уселась рядом, - случилось и случилось. Теперь уже ничего не изменишь. Расскажи, как хоть он тебя уговорил? Уж я-то свою подружку знаю. Антон четыре года за тобой ухаживал. Однако, до свадьбы ни-ни. А Самир за несколько дней сумел соблазнить.
-Знаешь, Марийка, - усмехнулась Лиза, - а он меня и не уговаривал. Просто каждый день возил на какую-нибудь экскурсию. Рассказывал, показывал, все пояснял. Вел себя очень корректно, сдержано. И всегда был в дидшахе. Никаких неприличных намеков не делал.
-Ну, и как ты в его постели-то оказалась?
-Сама не знаю, - вздохнула та. – После каждой встречи я влюблялась в него все больше и больше. Он меня буквально заворожил, околдовал. Однажды вечером Самира к себе даже в гости пригласила. Но он меня и за руку не взял. Только глазами сверкал. Ты видела, какие у него глазищи?
-Видела, видела, - улыбнулась Мария. – Ты к нему что, сама в гости напросилась?
-Нет. В тот день Самир предложил съездить в какой-то оазис. Там горы, поэтому впервые был в джинсах, рубашке и без ихрама. Я глянула на него в нормальной одежде и поняла, что совсем погибла. Именно в той поездке я почувствовала, что тоже ему нравлюсь. Не знаю, как это объяснить. Мы в тот день признавались друг другу в любви только взглядами. Без слов. Вернулись поздно вечером. Самир, как я и ожидала, пригласил меня к себе в гости. Поужинать и отдохнуть на мягких диванах.
-Ой, Лиза, Лиза, - вновь обняла её Маша и прижала к себе. – Я твоего Самира всего раза три, четыре видела и разговаривала с ним. Мужик он, безусловно, умный. А ещё в нем чувствуется внутреннее достоинство. Ну, не из тех он, чтобы кого попало к себе в постель тащить. Отсюда делаю вывод, что ты ему не на шутку понравилась. Чем-то ты его зацепила. Видать, и хитрый ещё, - улыбнулась она. – Вначале Самир влюбил мою Лизоньку в себя. А потом взял уже тепленькую без особого напряжения. Молодец.
-Значит, ты не исключаешь, что он тоже в меня влюбился? – с надеждой в голосе спросила Лиза.
-Ну, влюбился, не влюбился, - пожала плечами Маша, - однако, что ты ему симпатична, я сразу заметила. Но, честно говоря, не думала, что у вас до постели дойдет. Зачем тогда он признался о своих женах и детях, если намеревался тебя соблазнить?
-Самир мне сказал, что боролся сам с собой, но устоять не смог, - улыбнулась Лиза. - Знаешь, как он все это обставил? Арабская музыка тихонько звучала. Стол, уставленный разными фруктами. И он не набрасывался на меня. Столько красивых слов мне наговорил. Был безумно нежен. Я вообще не представляла, что мужчина может дарить женщине такие ласки. Со мной такого никогда не было. Я вообще находилась в другом измерении.
-Твой Самир хоть нацию-то не опозорил? – иронично поинтересовалась Маша.
-В каком смысле?
-Ну, как любовник. Чего непонятного?
-Конечно, нет, - лукаво улыбнулась Лиза. - Мне Самир цитаты из Корана приводил. Оказывается, у арабов занятие сексом считается богоугодным делом. За которое полагается садака (подарок) от Аллаха. Так что арабы, насколько я поняла, занимаются любовью с таким же неистовством и рвением, с каким совершают намаз. Ты видела, как они молятся? Стоят на коленях и чуть ли не бьются лбом об пол.
-Видела, конечно. Но, Лизонька, когда это случается в первый раз. Когда отношения только начинаются, всегда бывает нежно и романтично. Не так ли?
-Вот тут я с тобой не совсем соглашусь, - задумчиво произнесла Лиза. – Мы с тобой на эту тему никогда не говорили. Просто возможности не было. Но сейчас я могу признаться. Говоришь, в первый раз всегда нежно и романтично? Антон ухаживал за мной с четырнадцати лет. В восемнадцать взял меня, можно сказать, измором. Мы поженились. Он мне, конечно, нравился. Но влюблена в него я не была. Как сейчас выяснилось, вообще не знала, что это такое, умирать от любви. Хороший парень, преданный, надежный. Почему бы и не выйти за него замуж, - пожала она плечами.

-И что ты думаешь? – насмешливо поинтересовалась Лиза. – Я ту первую брачную ночь вспоминаю, как кошмар. Мне было больно, страшно и стыдно. Никакой романтики. Никаких «телячьих нежностей». Он, наконец, получил право на мое тело. Сделал все грубо и жестко. Я, извини, с болью месяц в туалет ходила. И у меня потом даже отвращение к близости выработалось. Сравнить мужа мне было не с кем. Думала, так и надо. Значит, мне не дано испытывать удовольствие в интимной жизни.
-Да ты что? – изумилась подруга. – Но теперь-то тебе есть с кем сравнить. И, как я понимаю, сравнение не в его пользу.
-Нет, - покачала головой Лиза. – Что касается мужских достоинств, он ничем не хуже Самира. Все у него на месте, все работает, как часы. Пожалуй, у араба только эмоции через край перехлестывают. В силу своего темперамента.
-Тогда в чем проблема?
-Проблема? – задумалась Лиза. – На мой взгляд, проблема в воспитании. Всем Антон хорош. И по дому мне поможет, и в магазин сходит. Не пьяница, не гулена. Руки золотые. И деньги для семьи старается заработать. Что касается постели, он получает удовольствие исключительно для себя. Ни разу за четыре года не спросил, я хоть испытываю какое-то удовлетворение? Нет.
-Может, тебе самой его попробовать как-то настроить, расшевелить?
-Ага, - рассмеялась Лиза. – Попросила Антона как-то руку мне на грудь положить. Он положил, так она у него мертво и пролежала. А Самир считает, что секс – это наслаждение, дарованное человеку Аллахом.
Он вообще удивился, что я уже четыре года замужем и такая стеснительная и зажатая. Иди, говорит, ко мне четвертой женой и я сделаю из тебя самую чувственную женщину.
-Ладно, Лизок. Пойдем чайку попьем, и выскажу я тебе свое мнение по этому поводу.

Дамы отправились на кухню. Хозяйка заварила чай, выставила на стол свою выпечку. Некоторое время подруги молчали.

-Значит, так, - начала Мария, - ты можешь прислушаться к моему совету, можешь нет. Дело твое. На мой взгляд, прощайся со своим Самиром и спускайся с небес на землю. Сказка сказкой, а жизнь идет своим чередом. Не вздумай с Антоном развестись под впечатлением эйфории. Вам надо срочно завести ребенка. И переключится твое внимание на дитя. Уж поверь мне, начнется у вас новый этап в жизни. Все наладится, - уверенно заявила она. – Теперь ты, как говорится, «школу молодого бойца» со своим шейхом прошла, вот и попытайся научить всем этим премудростям Тошку.
-Может, ты и права, - согласилась Лиза. – Пора ребенка рожать. Посмотрела на твоего сынулю, даже завидно стало. От Антона я уходить не собираюсь. Только как мне из огня да в полымя? Как к мужу в постель лечь после измены? Мне страшно. Боюсь проговориться.
-Не вздумай! – возмутилась Мария. – Ещё чего? Он же этого не переживет. И себе жизнь сломаешь, и ему. А уж как из примерного мужа сделать и хорошего любовника, сама подумай. Раскинь мозгами. Кстати, - строго поинтересовалась подруга, - вы хоть с Самиром как-нибудь предохранялись?
-Нет, - покачала головой Лиза. – Я с собой таблетки не взяла. Не собиралась же с мужиком спать в отпуске.
-Ну, нифигассе, - изумленно воскликнула Маша. – А не боишься, что через девять месяцев своему мужу арабчонка в коробчонке подаришь?
-Маша, я даже не подумала об этом, - с ужасом ответила Лиза.
-Уфф, - выдохнула подруга. – Ну, заморочил шейх тебе мозги. Она не подумала.

Хозяйка стала убирать со стола, а Лиза сходила в свою комнату. Принесла духи и кольцо, подаренные любовником.

-Маш, глянь, сюда. Это мне Самир подарил.
-Эти духи я знаю, - сказала подруга. – Очень стойкие. Надо буквально капельку. Даже после купания аромат остается. И запах точно твой.
-Это Самирчик выбрал, - с гордостью произнесла Лиза. - Перенюхал в магазине море пробников и сказал, что эти мне больше всего подходят.
-Мама дорогая, - рассмеялась Мария, - шейх у нас уже Самирчик. Ладно, пусть будет так. А это что? – спросила она, раскрывая коробочку с кольцом. – О, достойный подарок. Не бриллиантовое колье, конечно. Но, тоже пойдет.
-Я вообще не хотела ничего брать, - вздохнула Лиза. – Самир меня все на золотой базар заманивал. А это колечко без моего ведома купил. Придется от Антона прятать. Ещё сегодня обещал мне фотографии напечатать. Тоже прятать надо будет.
-Ты не вздумай такую драгоценность дома хранить, - округлила глаза подруга. - Положи в ячейку в банке. Сохраннее будет. И никому не показывай. Даже самой близкой подруге. Люди завистливы. Или Антону нашепчут. Или тебя шантажировать станут.
-Пожалуй, ты права. Положу в ячейку и кольцо, и снимки общие.
-Слушай, я тебе вот что предлагаю, - возбужденно сказала Маша. – Ты Самиру свое фото в шубе подари. У меня есть. Я тебе сейчас принесу. Ты там прекрасно выглядишь. Он слезами будет обливаться, глядя на тебя. И пусть тоже пострадает.
-Думаешь?
-Однозначно.

Около девяти часов раздался звонок телефона.

-Бери трубку, - улыбнулась Маша. – Твой, наверное.

Это действительно оказался Самир. Он сказал, что соскучился и устал ждать. Договорились встретиться минут через десять у его дома. Но, когда Лиза вышла, тот уже стоял возле Машиной калитки. Причем, был одет в элегантный бежевый костюм.

-Ой, - удивленно воскликнула Елизавета, - кто это?
-Девушка, - шутливо ответил тот, - а что вы делаете сегодня вечером? Не желаете посидеть в пабе? Разделить одиночество бедного влюбленного араба.
-Да, я бы и не против, - поддержала она шутку. – Только вы сегодня на араба не очень похожи.
-На что не пойдешь ради любимой женщины, - хитро прищурился Самир. – В таком одеянии я же тебе больше нравлюсь.
-Ты мне нравишься в любом одеянии и без оного тоже, - хитро улыбнулась Лиза. - А ничего, что шейх появится в общественном месте в таком виде?
-Это личное дело шейха, - усмехнулся тот. – Идем?
-Конечно.

Они не спеша прогулялись по шумной набережной. Дошли до паба и уселись на те места, где Лиза когда-то сидела с Машей. Официантка принесла меню. Самир открыл его и задал неожиданный вопрос:

-Лиз, а давай закажем вина?
-Что? – изумленно уставилась на него женщина. – Ты будешь пить?
-А, - махнул Самир рукой, - грешить, так грешить. Аллах милостлив. Покаюсь, простит.
-Хорошо. Тогда закажи сидр. Мы с Машей его пили. Мне понравилось.

Им принесли по бокалу вина и земляные орешки. Больше ничего не заказывали. Оба были не голодны.

-Почему ты решил сходить сюда?
-Здесь мы в первый раз увидели друг друга, - ответил тот. – Теперь у меня в Маскате есть место, где я могу предаваться приятным воспоминаниям о голубоглазой русской красавице.
-А мне бы хоть фотографию этого заведения, - грустно сказала Лиза. – Тоже могла бы предаваться воспоминаниям.
-Так я уже сделал снимок. Мне отпечатали все наши фотографии. Сегодня я тебе их отдам.
-Да? – удивилась Лиза. – Как здорово.
-Знаешь, Лиз, - задумчиво начал Самир, - пока тебя не было, мне в голову пришла такая мысль. Я знаю, что ничего в этом мире не происходит без ведома Аллаха. И задумался, для чего Великий и Всемогущий устроил нашу встречу? Для чего, если мы не можем быть вместе?
-Самир, причем здесь Аллах? – недоуменно пожала плечами Лиза. – Это просто стечение обстоятельств.
-Не скажиии, - качая головой, протянул Самир. – Во-первых, в этот раз мне не было особой необходимости приезжать в Оман. Все вопросы можно было решить по телефону. Но, меня как что-то позвало сюда, - сказал он. – Во-вторых, в тот день, когда мы увиделись, я совершенно не собирался идти в паб. Случайно встретил на улице старых друзей, и они предложили посидеть здесь. Только уселся, глаза поднял, а напротив белокурая красавица, - продолжил Самир. – А уж, когда мы повстречались у запертой калитки, это вообще невероятно, - развел он руками. – Я вечером уже сел в автомобиль, включил зажигание, намереваясь ехать в старый Маскат, и вдруг, передумал. Решил прогуляться пешком по набережной. Да, я пешком практически никогда не хожу. Везде езжу на машине. Ну, не Аллах ли подал мне сигнал?

-Ясное дело, - хитро улыбнулась женщина, - без воли Аллаха тут никак не обошлось. И что дальше?
-Что дальше? Дальше ты сама знаешь, - хмыкнул Самир. – Познакомились, проводил. Любовался тобой. Это я уже три знака свыше насчитал. И последний, заключительный аккорд во всей этой истории – неожиданный отъезд семьи Петерсонов в Дубай. Чтобы не мешать нам сблизиться. Что скажешь?
-Скажу, что ты сказочник. Давай, тогда за это и выпьем, - предложила Лиза.

Они просидели в пабе около часу и отправились домой. Перед уходом Самир зачем-то подходил к стойке бара. Лиза видела, что он кому-то звонил. Но, не стала спрашивать, зачем и кому.

Войдя во двор, Елизавета остолбенела. Повсюду стояли огромные корзины с цветами и горели маленькие свечки. Весь путь до их спальни был в цветах и огоньках. А постель в комнате была усыпана лепестками белых и алых роз.

-Что это? – изумленно воскликнула она.
-Все в честь тебя и нашего грустного праздника расставания, - прошептал Самир, обнимая женщину.
-Это ты перед уходом свечи зажег?
-Нет, я Кирену из паба позвонил, - улыбнулся тот.
-Самир, - Лиза задохнулась от переполнявших её чувств и обвила его шею руками. – Я тебя обожаю.

Они сидели на диване и рассматривали снимки. Вспоминали свои экскурсии, и заново переживали всю историю их сближения.

-Самир, я тоже хочу тебе кое-что оставить на память, - сказала Лиза, открывая свою сумочку. – Вот такой ты меня никогда не видел. Как тебе?

Мужчина некоторое время внимательно рассматривал фотографию и, наконец, произнес:

-Лизонька, радость моя, лучшего подарка придумать невозможно. Какая ты! Ну, какая же ты красивая! – казалось, у него не хватало слов, передать свой восторг. – Смотри, у тебя глаза такие же голубые, как небо на снимке. Хочу в Тюмень, в зиму. Хочу купаться в снегу.
-А замерзнуть не боишься? – рассмеялась Лиза. – Это тебе не бассейн с подогревом.
-Так ты же меня потом отогреешь, - шутливо пробормотал Самир, укладывая голову ей на колени. – Отогреешь?
-Непременно.
-Ладно, в снегу здесь купаться негде, а пойдем тогда искупнемся в бассейне, - неожиданно предложил он, поднимая голову с её колен.
-Ночью в бассейн. Это круто.
-А почему нет? Там сейчас пусто.
-Так темень непроглядная.
-Мы свет включим. Будет очень красиво, - сказал он, начиная раздеваться.
-Оойй, - насмешливо протянула Лиза. – Шейх мой дорогой, ты из бокала всего два глотка сделал, а, по-моему, опьянел.
-Глупости все это, - он подхватил женщину и поставил рядом с собой. – Я пьянею только от тебя. От твоих огромных голубых глаз. Раздевайся. Наденем халаты и вперед.
-Самир, ты серьезно, что ли? – удивилась Лиза.
-Абсолютно, - заверил он, стягивая с неё платье.

Самир накинул на себя халат. Лиза его рубашку. Они взяли с собой два больших полотенца и отправились в бассейн, который располагался буквально рядом с его домом. Было так темно, что Самир с трудом нашел выключатель. Но, когда загорелись лампы по периметру, вода заиграла лазурными красками. Казалось, она отливала перламутром.

Мужчина спустился в бассейн и протянул Лизе руки. Она прыгнула в его объятия. Это был восторг. Черное небо, усыпанное звездами, перевернутый месяц и бирюзовая гладь воды. Они бесновались, как дети. Лиза взвизгивала от брызг. Самир нырял и фыркал, выныривая на поверхность. Женщина плохо плавала и боялась идти на глубину. Тогда он предложил ей лечь ему на спину и держаться за шею. Он катал свою принцессу, и она чувствовала в нем такую силу, что замирало сердце. Шуму было много, а радости ещё больше.

Где-то через полчаса, раздался возмущенный женский голос. Говорили по-английски и Лиза не поняла.

-Что она говорит? – шепотом спросила она.
-Говорит, что мешаем им спать, - ответил тот. – Здесь прекрасная слышимость. Вылезаем?
-Конечно.

Они обтерлись полотенцем и бегом побежали к дому, не прекращая при этом смеяться.

Вернувшись, вместе встали под душ, чтобы смыть хлорную воду. И в этом тоже был восторг. Радость единения и наслаждения от каждого прикосновения, каждого поцелуя.

А потом запах лепестков роз на постели, казалось, вознес их души к небесам. Лиза слушала мелодичную арабскую речь Самира и умирала от счастья. Она тонула в черных глазах своего любимого. Они были одним целым и принадлежали в этот момент только друг другу. И в этом не было ничего постыдного и греховного.

-Лиз, можно я раскурю кальян? – тихо спросил Самир. – Иначе у меня сейчас сердце из груди выскочит.
-Кури, конечно. Мне нравится этот запах.

Она встала и прошла вместе с ним на диван. Женщине ни на минуту не хотелось отрываться от него. Сидела, прижавшись к плечу, и млела.

-Пока тебя не было, я прослушал записи, которые мне прислал Генка из России, - сказал Самир. - Ещё в Дубае получил бандероль, но времени, прослушать перед вылетом в Маскат, не было.
-Какие записи? – удивленно поинтересовалась Лиза.
-Да, я тебе не рассказывал, - спохватился Самир. - Геннадий, с которым я учился, по специальности работу найти не может в Москве. Он сам из Кемерово. Домой уезжать не захотел. Пристроился в студии звукозаписи режиссером. Я, когда на встречу нашего курса приезжал, привез ему такую классную аппаратуру, которую в России вообще не купишь. Он теперь мне записи присылает. Расплачивается, так сказать, - усмехнулся Самир.
-Так ты с него деньги не взял?
-Конечно, нет, - кивнул тот. – Откуда у Генки такие деньги? Зато, теперь у них в студии лучшие группы записываются. Слышала о «Фристайл»?
-Ещё бы, - хмыкнула Лиза. – В России из каждого чайника и утюга стенания Вадима Казаченко слышатся: «Больно мне, больно».
-Знаешь, - прижимая Лизу к себе, заметил Самир, - мне в данный момент самому так же взвыть хочется. Я боюсь даже думать, что ты уедешь.
-Самир…
-Ладно, я не об этом, - вздохнул он. – Эта группа недавно записала новую песню. «Ах, какая женщина». Не знаю, насколько она станет популярной. Но я слова прослушал и удивился, насколько они созвучны моему настроению. Не все, конечно, подходит. Но, зацепило. Хочешь послушать?
-Включай.
-И мы с тобой потанцуем.
-Потанцуем? – изумилась она.
-А почему нет? – пожал он плечами. – Вряд ли у нас с тобой ещё будет такая возможность.

Самир вставил кассету, и полилась музыка вступления.
[audio]
Cкачать Фристайл Ах, какая женщина бесплатно на pleer.com[/audio]
Слушатели России ещё не слышали песни, которая станет в дальнейшем шлягером. А в далеком султанате Оман посреди ночи играла нежная мелодия. И под эту музыку в белоснежном арабском доме танцевали двое влюбленных. Шейх Самир бен Махрам Шихабуддин в халате. И хрупкая русская женщина Елизавета в его рубашке на голое тело. Оба передвигались по ковру босиком. И были от этого ничуть не менее счастливы.

Пол не чуя под собою
Между небом и землею
Как во сне с тобой танцую
Аромат духов так манит
Опьяняет и дурманит
Ах, как сладко в нем тону я
Так близки наши тела
И безумные слова
Без стыда тебе шепчу я
Ах, какая женщина, какая женщина
Мне б такую!!!

Самир подпевал на ушко своей Лизоньке. Из её огромных голубых глаз катились слезы. Слезы неизбежного расставания. А слова: «Не моя ты, не моя», - мужчина прошептал с отчаянием и надрывом.
Прикрепления: 1268711.jpg(79.1 Kb)


Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Воскресенье, 15.02.2015, 07:59
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 15:41 | Сообщение # 40
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
АРАБСКАЯ СКАЗКА. ГЛ.10.



Утром Лиза проснулась от арабской песни, которую исполнял мужчина. Она глянула на часы. Мама, дорогая, уже двенадцатый час. Самира рядом не было. Видимо, наступило время дневного намаза. Утренний он наверняка проспал. Угомонились вчера поздно. Выглянула в коридор. Точно. Сандалии Самира у молитвенной комнаты. Лиза никак не могла до конца поверить, что такой образованный, умный мужчина искренне верит в Бога. Или в Аллаха. Какая разница? А с другой стороны, не разыгрывает же он перед ней спектакль. Зачем?

Лиза умылась и вернулась в комнату. Самира до сих пор не было. Надела платье и вышла в коридор. «Сколько можно молиться?» - подумала она и подошла к двери. А, может, его там уже и нет? Осторожно потянула ручку двери. Самир стоял на коленях, упираясь лбом в пол. Почему-то эта картинка её потрясла. «Вот ведь, грешит и кается, грешит и кается. Ну, не грешил бы», - думала она, возвращаясь в спальню.

Сразу вслед за ней вошел Самир. Он пребывал в прекрасном расположении духа. Подмигнул Лизе и прибавил звук. Она с удивлением наблюдала, как он вдруг стал двигаться в такт мелодии. Движения были едва заметны. Слегка плечами и головой. Очень сдержанно, но с внутренней энергией. Самир прикрывал глаза, и было видно, что он получает истинное наслаждение от мелодии. Мужчина уселся рядом с ней на диван, взял за руку и пел вместе с исполнителем, с любовью глядя в глаза женщине. Лиза поняла, что ему очень хочется говорить с ней именно на своем языке. Чтобы она его понимала. Вскоре, музыка закончилась.

-Самир, я все поняла, - тихо сказала Лиза, прижимаясь щекой к его ладони. – Арабский язык очень мелодичен.
-Тебе правда нравится?
-Правда.
-Так выходи за меня замуж, - прошептал он. – Я буду петь тебе каждый день. Ты родишь мне арабов с голубыми глазами.
-Самир, у тебя и так много детей, - ответила она.
-Детей много не бывает, - возразил Самир. – Дети – это радость. Я хочу наших с тобой.

Он положил ей голову на колени. Лиза пропускала между пальцев его густые черные волосы и молчала. Ей нечего было сказать в ответ. Послышался стук в дверь. Кирен принес завтрак.

К неописуемому изумлению женщины, на тарелке лежали блины. Самые настоящие русские блины. Горяченькие. С пылу, с жару.

-Ничего себе сюрприз, - восхищенно воскликнула она.
-А вот, - довольным тоном произнес Самир. – Даже с икоркой. Все для тебя, дорогая. Обожаю блины. Синду научилась их печь. Зря, что ли я в России шесть лет прожил.

Они приступили к трапезе. И вдруг стол буквально затрясся. Зазвенели стаканы. Самир с Лизой застыли в недоумении. Через минуту толчок повторился.

-Господи, что это?
-Надо понимать землетрясение, - неуверенно ответил Самир. – Сейчас позвоню. Узнаю.

Он сделал несколько звонков. С кем-то говорил по-арабски, с кем-то на английском. Толчки ощутили все, но никакого официального заявления ни по телевидению, ни по радио не было.

-И часто здесь такое случается? – поинтересовалась Лиза.
-Не часто, - ответил Самир, - но бывает. Испугалась?
-Конечно. Жуть.
-Лиз, а чего ты в платье нарядилась? Мы сегодня никуда не пойдем. Хочу провести этот последний день наедине с тобой.
-Я в коридор выходила. Вдруг, там Кирен появится. Неудобно.
-А что ты делала в коридоре? – лукаво прищурился Самир. – За мной подглядывала?
-Чего подглядывала-то? – возмутилась Лиза. – Тебя искала.
-Я слышал, что ты дверь открывала в комнату. Не надо этого делать, - строго произнес он. – Общение с Аллахом – дело интимное.
-Я тебе помешала?
-Лиза, послушай сюда, - возбужденно сказал Самир. – Намаз, это не простая молитва. Основа её – ракаат. Это набор поз и движений, которые сопровождаются молитвенными формулами. Если меня отвлечь, и я могу сбиться, тогда Аллах меня просто не услышит. И я не смогу уже обратиться к нему со своей проблемой и просьбой. Это отрабатывалось веками. И не мне процедуру менять. Я хочу, чтобы Великий и Всемогущий меня слышал.
-Ну, беда. Как у вас все сложно, - пожала плечами Лиза. - Самир, а что женщинам и в мечеть нельзя ходить?
-Кто сказал, что нельзя? – удивился тот. – Обычно женщины ходят в мечеть на пятничную молитву. Просто для них отдельный вход. Если мечеть большая, то и отдельная комната для молитвы. Если маленькая, высокая загородка, отделяющая от мужчин. Если уж совсем места мало, тогда женщины стоят позади мужчин.
-А почему? – иронично наклонила она голову. – Ты же уверял, что Аллах создал мужчину и женщину равными.
-Почемучка ты моя, - обнял её Самир. – А почему женщина может родить и кормить дитя грудью, а мужчина нет. Быть равными в правах, не значит быть одинаковыми. На мой взгляд, может, я и не прав, женщина не должна видеть, как её супруг, отец, брат или другой мужчина из семьи стоят на коленях в низком поклоне перед Всевышним. Аллах велик. Он все предусмотрел, - воздел Самир руки.
-А я однажды разговаривала с татаркой, она сказала, что и на кладбище им нельзя приходить.
-Глупости какие, - хмыкнул Самир. – Женщинам не положено быть только на процессе самого захоронения. Потом, приходи, сколько угодно.
-Ой, тяжело разобраться во всех тонкостях ислама.
-Давай, мы о другом поговорим, - предложил он, усаживая Лизу на колени. – У меня к тебе такое предложение. Может, летом прокатимся по Европе. Я сделаю тебе визу, какую надо. Сядем в автомобиль и поедем, куда захочешь. Испания, Италия, Греция, Франция. В любую страну. Там мы не только в обнимку ходить по улицам сможем. Даже целоваться на глазах у всех. И нам ничего не будет, - весело сказал Самир. – Никто пальцем показывать не станет. А, Лиза.
-Ой, - вздохнула она. – Ты точно сказочник. Во-первых, я работаю. И следующий отпуск у меня будет только через год. А потом, - Лиза встала с его колен, - если ты не забыл, я, на всякий случай, замужем. Как я объясню супругу свой вояж?

Самир некоторое время сидел молча. Потом раскурил кальян. Курил и думал. Гнева на его лице Лиза не видела. Он просто думал. И ничего, видимо, умного не смог придумать.

-Лиз, а ведь ты оказывается сильнее меня, - неожиданно произнес он. – Меня, мужчины и шейха. Ты уже все решила. – Самир до хруста сжимал кулаки и скрипел зубами. – Не пугайся, - грустно улыбнулся он. – Не собираюсь я убивать твоего Антона. Я ему просто дико завидую. Невероятно. Ты полюбила меня, но возвращается к своему мужу.
-Дорогой, давай не будем поднимать этот вопрос. Мы ничего не можем изменить. Я благодарна Богу, за то, что он послал мне встречу с тобой. А для чего? Наверное, чтобы смогла понять, что такое настоящее чувство, настоящая любовь. Только свой грех перед мужем, мне до конца жизни не замолить.

Лиза позвонила Марии. Та сказала, что они тоже ощутили толчки. Подруги договорились, что встретятся ближе к вечеру.

-Ты каким рейсом летишь? – поинтересовался Самир.
-По-моему номер 286. Маша проводит меня до Дубая, посадит в самолет, чтобы быть спокойной. Там нам ещё четыре часа до отлета в Тюмень ждать придется.
-Хорошо, что подруга тебя провожает. С ней вы можете подождать в салоне для VIP пассажиров. Там уютно.
-А ты когда домой возвращаешься? – спросила она.
-Дня через три, наверное. Как раз в это время в Дубае Большие верблюжьи бега будут. Хочу попасть туда.
-Верблюжьи бега, - удивилась Лиза. – Хотела бы я посмотреть это зрелище.
-О, это гораздо интереснее, чем лошадиные, - с вдохновением произнес Самир. – Я подростком сам в них участвовал.
-А почему подростком?
-Чем меньше вес седока, тем быстрее бежит верблюдица.
-Верблюдица?
-Ну, да, - кивнул он головой. – В скачках только верблюдицы участвуют. Они легче поддаются дрессировке. У меня даже ферма небольшая есть. Пять самок там. Призовые места занимают. Мои чемпионки, - с гордостью добавил Самир.
-Им же скучно без кавалера, - лукаво сказала Лиза.
-Так один то самец у меня есть. Для поднятия настроения дамам. Но он столько хлопот обслуге доставляет.
-Почему?
-Ой, - рассмеялся Самир, - когда у него гон начинается, он с ума сходит. Ломает все ограждения. На свободную охоту ему надо. В пустыню. Хотя под боком аж пять подружек.
-А как его потом ловят?
-Погонщики его же верблюдиц выпускают следом. Он их покрывает одну за другой, пока не насытится. И потом уже возвращаются все вместе.
-Интересное кино, - улыбнулась Лиза.

В это время раздался звонок телефона. Самир долго разговаривал с кем-то по-арабски. Лицо его стало серьезным и озабоченным. Положив трубку, он обернулся к Лизе.

-С нефтевышки звонили, - пояснил он. – Там какая-то серьезная авария из-за землетрясения. Говорят, здорово тряхануло. Человеческие жертвы есть. Извини, Лиза, но придется мне туда ехать. Эх, как некстати, - сморщился Самир.
-Ты надолго?
-Не знаю. Я тебе оттуда позвоню.

Самир стал собираться, а Лиза с интересом наблюдала облачение араба в национальную одежду. Прежде, чем накинуть ихрам, он надел на голову плотную шапочку.

-Аха, - радостно воскликнула она, - так вот за счет чего обруч на голове держится. Ты шапочку под платок надеваешь. А я мозги сломала, как этот игаль не падает.
-Ой, Лизонька, - сказал Самир, подходя к ней и целуя в щечку, - какой ты у меня ещё ребенок. Нашла над чем голову ломать. Давай, я поехал, а ты жди моего звонка.

Елизавета не отходила от телефона до самого вечера. Самир не позвонил.

-Лизок, - возмутилась Мария, - ну, что ты телефонный аппарат гипнотизируешь? Значит, не может он позвонить. Иди, поспи немного. В три часа я тебя разбужу, и поедем в аэропорт. Может быть, Самир туда приедет.
-А вдруг, он будет звонить, а я наверху не услышу.
-Если Самир вернется, сам сюда придет. Дорогу знает. Иди, давай, укладывайся.

В аэропорту Лиза крутила головой, в надежде увидеть знакомую фигуру. Самира не было. Она не слышала, что ей говорила Маша. Не отвечала на её вопросы. «Все, все, все, - стучало в мозгу. – Я его больше никогда не увижу».

До Дубая лететь всего сорок минут. Практически, взлет и посадка. Лиза все делала на автомате. Очнулась лишь, когда они с Машей сидели за столиком в зале для VIP пассажиров.

-Лизааа, - трясла её за руку подруга, - Ну, что ты, как мумия. Ты летишь домой. Все, кончилась твоя сказка. Значит, не смог Самир приехать. Опомнись.
-Да, Маша, я уже пришла в себя. Собственно, готовила себя к расставанию. Но, не думала, что будет так тяжело.
-Знаешь, Лизок, я тебе так скажу. Может, оно и лучше, что у него жены и дети. Что ты не можешь выйти за него замуж.
-Почему? – удивленно уставилась на неё Лиза.
-Ой, - тяжело вздохнула Мария, - Если бы вы оба были свободны и поженились, не факт, что брак оказался счастливым.
-Ты не веришь, что Самир меня любит?
-Верю, - искренне призналась подруга. – И даже не сомневаюсь. Иначе бы он не стал с тобой шашни крутить. Не такой Самир мужик. Он действительно поддался чувству и страсти. Но…, - она на несколько минут задумалась. – У вас настолько разный менталитет, настолько разные понятия о жизни, что вряд ли вы нашли бы компромисс. Ты, как привыкла. Знаешь, куда муж пошел, когда вернется. Можешь даже предугадать его действия.
-Ты думаешь, что Самир стал бы от меня гулять?
-Причем здесь гулять? – хмыкнула Мария. – Самир привык жить по-другому. Он построил бы тебе шикарный дом, нанял прислугу, и сидела бы ты там, детей воспитывала.
-С какой это стати? – возмутилась Елизавета. – У его отца одна жена и они живут вместе.
-Пусть так. Жили бы вместе, - согласно кивнула Маша. – Для арабов семья – это святое. А семья не только мама, папа, братья, сестры. Но и все родственники в седьмом колене. И тебе предстояло понравиться им всем без исключения. Подстроиться под их понятия. Вряд ли тебе бы это удалось. Прости, дорогая, но я тебя хорошо знаю, - улыбнулась она.

-Твой арабский супруг никогда не будет говорить, куда он пошел, зачем, и когда вернется. У них не принято отчитываться перед женщиной. Уж, поверь мне. Есть у меня знакомая русская, которая живет с арабом в гражданском браке. Она мне и рассказывала. Назир предлагает ей оформить официальный брак, а Люда до сих пор не решается. Три года живут. Хотя, он её тоже любит. Обожает просто. А в Россию к родителям одну не отпускает. Замужней даме одной путешествовать не положено. Если он не может поехать с ней, сиди и не вякай. Хорошо, что родня у него не в Маскате живет. Но, когда они приезжают в гости, Людмила вся на нервах. Седые волосы уже появились в неполных тридцать. Так что, не бывает худа, без добра. И слава те Господи, что Самир женат, - покачала она головой.

-А Тошка свой, надежный, проверенный, предсказуемый. Ты, главное, пока не убедишься, что от Самира не залетела, предохраняйся с мужем, - строго посоветовала Маша. – Чтобы потом неприятностей не было. Лиза, ты меня слушаешь? – помахала она у подруги перед глазами. – Я тебе говорю.
-Слышу, Марийка, слышу, - тихо ответила Лиза. – Мне бы хоть один разочек ещё его увидеть, - со слезами на глазах прошептала она. – Один единственный.

Елизавета потягивала кофе из стаканчика. А Мария заполняла бланк декларации на золотое колечко с брюликами. Вдруг, она подняла взгляд, и глаза её расширились до пяти копеек.

-Лизка, глянь, - толкнула она подругу. – Смотри, кто идет.

Внимательно вглядываясь в сидящих за столиками пассажиров, по залу гордо вышагивал шейх Самир бен Махрам Шихабуддин. В этот раз на голове его был цветной ихрам. Заметив женщин, он подошел к ним и присел на свободное кресло. Мария вежливо удалилась, чтобы не мешать влюбленным.

-Как ты здесь оказался? – удивленно спросила Лиза.
-Я опоздал на ваш рейс и прилетел следующим, - тихо ответил Самир. – Извини, что не позвонил. Телефонный кабель поврежден на разработках.
-Ты решил вернуться домой?
-Нет, - покачал головой Самир. – Я приехал попрощаться с тобой и сразу возвращаюсь в Маскат. Не могу сейчас ехать домой. Не хочу никого видеть и слышать. Только тебя. Приехал в последний раз полюбоваться на твои бездонные глаза. Сказать, что люблю тебя.
-Я думала, что больше никогда тебя не увижу, - по щекам женщины катились огромные слезы.
-Не надо плакать, Лизонька, - прошептал Самир. – У тебя ещё есть время передумать. Мое предложение руки и сердца остается в силе. Одно твое слово и мы возвращаемся в Маскат вместе. Там оформляем брак и ты жена шейха.

Здесь, на глазах у людей, он не мог даже прикоснуться к её руке. Не то, чтобы подарить прощальный поцелуй. Они смотрели друг другу в глаза и молчали. Влюбленные все уже сказали. Самир понимал, что Лиза не передумает. А она не могла оторвать взгляд от дорогого лица. Старалась запечатлеть в памяти каждую его черточку. Они не обменивались ни адресами, ни телефонами. Зачем? Оба понимали, что это действительно прощальная встреча. Искра страсти, которая возникла между ними и бросила их в объятия, не могла перерасти во что-то иное. Лиза и Самир жили на одной планете, но, казалось, в разных мирах. В разных измерениях. Ни Аллах, ни Иисус Христос не могли помочь им. Быть вместе не судьба.

-Что-то у меня во рту пересохло, - наконец, проговорила Елизавета. – Пойдем, соку возьмем.
-Хорошо, - ответил он, поднимаясь.

Маша проводила их взглядом. Видела, что они направились к прилавку. Через некоторое время на электронном табло появилась надпись, что начинается регистрация на Лизин рейс. Она оглянулась, но у прилавка ни Лизы, ни Самира не было. «Куда они делись?» - обеспокоенно подумала женщина. Поднялась, оглядела зал. Влюбленные, как сквозь землю провалились.

Мария подошла к тому месту, где они только что стояли. Никого. Рядом с выходом на кухню висела какая-то тяжелая штора. Автоматически, она отодвинула её и обомлела. Шейх обнимал свою хрупкую Лизоньку, припав к её губам долгим поцелуем.

-Твою дивизию! – ошеломленно прошептала Маша, прислоняясь к стене. – Они чего хоть делают-то? А, если обслуга увидит?
-Лизка, - зашипела она, вновь чуть отодвигая штору. – Лизавета, регистрацию объявили.

Молодые люди ничего не слышали и продолжали целоваться. Она подскочила к Лизе, схватила её за руку и буквально выволокла в зал. Самир вышел из укрытия не раньше, чем через пару минут. Видимо, он приходил в себя. А Мария уже тащила подругу к выходу. Лиза оглядывалась и едва передвигала ногами. Увидев Самира, сделала прощальный жест рукой. Шейх ответил ей сжатием несколько раз ладони. Он не мог сдвинуться с места.

-Нет, ну ты рехнутая дурочка, - возмущалась Маша, стоя в очереди на регистрацию, - шейх-то понимает, чем ты рисковала, - постучала она себя по лбу.
-Чем рисковала? – с блаженной улыбкой поинтересовалась Лиза.
-Мы отдыхали в Дубае со своими знакомыми из Лондона, - задыхаясь от волнения, рассказывала Мария. – Они молодожены. Приехали в свадебное путешествие. По дороге с пляжа шли в обнимку и целовались.
-И что?
-Что!!!!! Загребла полиция, и медовый месяц они провели в арабской тюрьме. За нарушение общественного порядка. Это дикая мусульманская страна. Самир об этом прекрасно знает. Теперь нашим знакомым пожизненный запрет на въезд в Арабские Эмираты. Его-то папа шейх, может, и вытащил бы. А тебе пришлось бы задыхаться в тюремной камере.

Елизавета слушала равнодушно и никак не реагировала. Усевшись в самолете, она достала из сумочки фотографию Самира и не могла оторвать от неё взгляда. Слез уже не было. Только ноющая боль в груди.
Прикрепления: 8233937.jpg(44.0 Kb)


Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Суббота, 23.04.2016, 07:32
 
Меркушова Наталья Сергеевна (натальямеркушова)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 16:16 | Сообщение # 41
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 4021
Награды:
45
Репутация: 85
Статус:
Татьяна, накал повествования потрясающий!

Вы говорили, что нужно смотреть ошибки. Как прочитала это, так смотреть начала... )Отвлекалась..)))

Вот это слово для детей не подходит, мне кажется -бесновались-
Цитата v1323246 ()
Они бесновались, как дети.


А ещё, когда слово протяжное, у Вас рядом буквы без тире. Но я не уверена, что я права.

И вот слово, которое мне кажется, шейх не сказал бы...Искупнёмся.
Цитата v1323246 ()
-Ладно, в снегу здесь купаться негде, а пойдем тогда искупнемся в бассейне


В начале какое - то слово смутило, но я не знала тогда, что можно Вам сказать. Лиза сказала его.
Это мелочи.
Ошибок грамматических нет!

Картина расставания - слов нет!


Меркушова
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 16:26 | Сообщение # 42
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18896
Награды:
334
Репутация: 737
Статус:
А дальше?
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 16:27 | Сообщение # 43
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18896
Награды:
334
Репутация: 737
Статус:
Цитата v1323246 ()
Шейх ответил ей сжатием несколько раз ладони.

Здесь надо думать. Фраза очень неловкая.
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 17:52 | Сообщение # 44
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
Мила, Наталья, спасибо за замечания.
По-поводу не ловких выражений, пожалуй, соглашусь. мог ли араб сказать:"Искупнемся", запросто. Имела счастье знать такого. Он получше некоторых русских говорит. На предмет образованности и употребления расхожих русских выражений, это я с него списывала образ героя. Тот говорит с акцентом, но очень грамотно. А фото моего героя взято из инета. К моему ужасу, это оказался наследный принц Дубая Хамдан. Снимок я просто отыскала в интернете и уже после узнала. Там же нашла его и детские фотографии. Я вот думаю, если нельзя вставить снимки по ходу текста, может, отдельный альбом создать к роману. В местах, которые я описываю, была лично. В этом районе Маската сейчас проживает моя дочь с семьей. Очень много своих фотографий этих мест есть.

А приведенное четверостишье о пропасти между ними, взяла на Стихи.ру. Там публикуется именно наследный принц. У него, оказывается, мама русская. Пишет отличные стихи на русском языке. Публикуется под именем Фазза.

Ещё на других сайтах вставляю музыку, где это возможно. Арабская сказка, мой любимый роман, из шести написанных. До сих пор живу этими образами. Мои читатели уговаривают написать хотя бы послесловие к роману. подумаю над этим. А сейчас ещё одну главу выложу. Я совершенно спокойно принимаю любую критику. И всегда исправляю, если согласна. Так что, не стесняйтесь.

Я ещё на этом сайте не научилась на странички авторов выходить. Надо позвонить Тане Гуровой. Спросить.


Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Понедельник, 15.09.2014, 18:33
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 18:30 | Сообщение # 45
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
АРАБСКАЯ СКАЗКА. ГЛ. 11.

Тюмень встретила Елизавету снегопадом. Конец апреля, а весной и не пахло. Ожидая багаж, Лиза смотрела в окно. Голые ветви деревьев и сугробы наводили тоску. После благоухающего, цветущего пышной зеленью Маската, картинка казалась нереальной. Как будто она видела это впервые. А где-то там пальмы, море, бассейн с лазурной водой, аккуратные белые домики и шейх Самир в дидшахе, ихраме с рукотворным игалем на голове. Душа рвалась назад. Но мосты были сожжены. Сказка закончилась. Надо было возвращаться в реальность. Получив чемодан, вышла в зал ожидания и сразу попала в объятия Антона.

-Привет, лягушка-путешественница, - чмокнул он жену в щечку. – Мы с Валеркой тебя на машине встречаем. Как отдохнулось?
-Привет, Тошка. Устала в дороге очень. Считай, ночь не спала, - вяло ответила она, стараясь не смотреть мужу в глаза. – Ты же на вахте должен быть. Я бы и на такси до дому доехала.
-Мне как теща сказала, когда ты прилетаешь, сразу подменился ради приезда супруги, - весело сообщил тот. – Зато теперь целый месяц дома. За тобой ухаживать буду. Я твои любимые голубцы сегодня приготовил. Правда, здорово, что поменять смены удалось?
-Конечно. Я очень рада, - устало ответила она.

Вышли на привокзальную площадь. За рулем девятки Жигулей сидел счастливый обладатель этого чудо техники, Валера. Лучший друг супруга.

По дороге Антон расспрашивал её о впечатлениях, о семье Марии, о погоде в султанате. Лиза отвечала автоматически. Пыталась улыбнуться. Но получалось не очень. Вот и родной дом. Старая кирпичная пятиэтажка. Обшарпанный подъезд, окурки на окне, надписи на стенках. Однокомнатная хрущеба вообще показалась Лизе конурой. Хотя чувствовалось, что Тошка постарался. Ни пылинки, ни соринки. Плита сияла чистотой. Вкусно пахло голубцами.

И вдобавок ко всему, не успели они войти в квартиру, как нарисовалась свекровь. Она жила в соседнем доме и увидела их приезд в окно. Тут уж надо было превозмочь себя и пытаться изобразить искреннюю радость встречи. Уселись на кухне за стол.

Невестка, по её просьбе, стала показывать Нине Ивановне фотографии. Снимки с ней Самира она заранее отложила подальше. Но на одном он был сфотографирован в пабе вместе с семьей Петерсенов. Томас в тот день попросил сделать это официантку. Свекровь сразу заинтересовалась экзотичным арабом.

-А это что за красавец?
-Это друг Томаса, - стараясь казаться равнодушной, ответила Лиза. – Он, кстати, арабский шейх, - почему-то не удержалась от уточнения женщина.
-Ну-ка, ну-ка, как шейхи выглядят? – взял в руки снимок Антон. – А что, правда, видный мужик. Глазастый.
-У Самира три жены и семеро детей, - насмешливо сказала Лиза.
-Ух, ты, - аж присвистнул тот. – Плодовитый араб. Вообще-то, раз три жены, вот и нарожали. Как они так живут? – удивленно пожал он плечами. – Вообще-то им даже четыре жены можно иметь. Ещё одно место вакантно. Он случайно тебя четвертой к себе в гарем не звал? – шутливо поинтересовался Антон.

У Елизаветы екнуло сердце. Она почувствовала, что её бросило в жар. Щеки запылали. Пришлось объяснить это переутомлением в дороге.

-Шейхи только на арабках женятся, - как можно спокойнее ответила она. – Иноверок в жены не берут.
-Ой, а мальчишка-то какой славный у Маши, - восхищенно прямо пропела свекровь. – Чудо, не мальчик. Я уж, наверное, никогда внуков не дождусь, - обиженно поджала она губы.
-Правильно, мама, - поддакнул ей Антон.
-Дождетесь, Нина Ивановна, - улыбнулась невестка. – Обязательно дождетесь. А Джеки действительно славный пацанчик. Умница. Так интересно на русском языке рассуждает. Очень развитый мальчик.
-Ну, так планируйте уже ребенка, - завела старую песню свекровь. - Пора. Образование получили. Работа есть. Чего ждать-то? Годы идут.
-Что его планировать, - рассмеялся Антон, обнимая супругу. – Его делать надо. Правильно я говорю? – подмигнул он Лизе. – Вот сегодня и начнем.
-Тошка, - укоризненно посмотрела на него жена, - при маме такое говорить. – Постеснялся бы. Может, позволишь мне хоть ванну принять с дороги и отдохнуть?
-Ванна, святое дело, - согласился тот. – Иди, я тут все уберу.

Елизавета отправилась в ванную комнату. Мать с сыном остались одни.

-Антон, - вкрадчиво спросила Нина Ивановна, - может, у вас не получается? Может, к врачу надо сходить? Сколько уж лет женаты.
-Да, чего не получается? – раздраженно ответил сын. – Лиза таблетки противозачаточные глотает.
-Какие таблетки? Ну-ка, покажи.
-Да, вот, - Антон открыл шкафчик, достал небольшую белую баночку и подал матери.
-Господи, травится всякой химией, - возмутилась женщина. – Ты-то куда смотришь? Выбрось их к чертовой бабушке.
-Истину глаголешь, мам, - согласился Антон. Высыпал таблетки себе в ладонь и вышел. – Все, - сообщил он, вернувшись, - я их в унитаз бросил и смыл.
-Вот, и правильно, - удовлетворенно кивнула та. – Ладно, пошла я. Удачи, сынок.

Когда Лиза вышла из ванной, свекрови уже не было. Антон подошел к жене и нежно обнял её.

-Лизок, я соскучился, - прошептал он, целуя в щечку. – Пойдем, я уже и диван расстелил.
-Иди, я сейчас, - ответила она, направляясь на кухню. – Соку выпью после баньки.

Воровато оглядываясь, она открыла шкафчик. Баночки с таблетками на месте не было. Пошарила рукой. Пусто. Спрашивать у мужа не решилась. На ватных ногах, обреченно зашла в комнату, где супруг ждал её в постели.
*

Когда почти через месяц Антон улетел на вахту, Елизавета уже знала, что беременна. Для убедительности купила тест. Две полосочки не оставляли никакого сомнения. Но, от кого? Это было известно только Богу.

Бедная женщина ни с кем не могла поделиться своими сомнениями. Поэтому, когда ей позвонила из Омана Мария, Лиза разрыдалась. Рассказала, что муж поставил её в безвыходное положение. Неусыпно следил, чтобы жена вновь не купила злополучные таблетки. Маша сообщила, что обратно в Маскат они летели вместе с Самиром. Тот был мрачнее тучи. Почти не разговаривал. Сидел, уставившись в одну точку. Через пару дней заходил к ней, интересовался, как Лиза добралась? Все ли у неё в порядке? Больше Самира она не видела.

Известие о том, что у них, наконец, будет ребенок, привело Антона в восторг. Он трясся над Лизой, как над хрустальной вазой. Уезжая на вахту, затаривал холодильник до отказа. Чтобы, не дай Бог, жена не надорвалась, таская тяжелые сумки. Поручил своему лучшему другу, Валере, звонить супруге и узнавать, что ей надо. Может, картошки купить или ещё чего.

А Елизавета вся измучилась в сомнениях. Иногда просыпалась в холодной поту. Видела сон, что родила темнокожего ребенка. В Омане насмотрелась на арабчат. И явно представляла кареглазого, курчавого мальчика. Она стала раздражительной. Но Антон все списывал на капризы беременной женщины. Стойко терпел.

Однажды летом, когда она вернулась из женской консультации, муж с таинственным видом пригласил её на кухню.

-Смотри, что я достал, - радостно сказал он, указывая на глубокую тарелку. Это манго. Ты же говорила, что любишь его. Тебе витамины надо есть. Я даже пробовать не буду.
-Спасибо, Тошка, - улыбнулась Лиза. – Ты самый лучший муж на свете.

Антон вскоре ушел куда-то по делам. Лиза сидела на кухне и смотрела на плоды заморского фрукта. Воспоминания нахлынули волной. Она решила попробовать разрезать манго так, как делала это Синду. Получилось не очень ловко, но, похоже. Усевшись в комнате перед телевизором, женщина откусила кусочек. И в тот же момент наяву ощутила вкус губ Самира. Самых красивых и вкусных в мире губ своего любимого. Сладкий сок стекал с подбородка и смешивался с солеными слезами, лившимися из глаз. Елизавета плакала и ела этого невольного свидетеля её греха. Вкус манго с той поры стал для неё вкусом любви. Вкусом страсти и безумия.

Время шло. Животик рос. Малыш вел себя очень активно. Пинался и дрыгался. А в октябре месяце случилось то, что потрясло мир. Танки в Москве. Обстрел Белого дома. Сумятица в стране. Глядя на экран телевизора, Лиза вспоминала предсказания Самира: «Похуже ГКЧП заварушка будет».

Кольцо с бриллиантами и фотографии любимого она действительно хранила в ячейке банка. Иногда приходила туда. Грела колечко в своей ладони, целовала снимки с Самиром и молилась. Молилась, чтобы Господь смилостливился над ней и её верным Антоном. Послал им дитя не от арабского шейха. Что будет в этом случае с ней, Лиза не думала. Но, Тошка этого не переживет, - понимала женщина.

Антон задаривал жену цветами. Зимой в Тюмени они были очень дорогими. Терпеливо переносил все её истерики и капризы. Ждал ребенка, как манны небесной.
Он садился напротив неё, улыбался, целовал животик и всячески успокаивал жену. Симпатичный, сероглазый, светловолосый русский парень. Лиза не уставала удивляться его терпению. Раскаяние терзало её душу. И несколько раз была уже на грани того, чтобы рассказать супругу о подлой измене. Но, Антон этого не заслужил. Самый преданный, самый родной мужчина в мире. «Самир, наверное, давно успокоился в объятиях своих жен», - думала она. А для Тошки она была единственной и неповторимой.

Чем ближе к родам, тем нервознее становилась Лиза. Она боялась. Безумно боялась и самих родов, и того кого родит. Старшая сестра Антона работала заведующей родильным отделением в клинике. Наталья пыталась успокоить невестку. Уверяла, что беременность у нее проходит нормально. Никаких осложнений не должно быть. Лиза слушала её слова и внутренне усмехалась. Пояснить, чего она боится более всего, женщина не могла. В ночь на Старый новый год 1994 года у Лизы начались схватки.

Антон буквально вытащил сестру из-за праздничного стола и велел срочно ехать в клинику, потому, что жена рожает. Он рвался быть с супругой, но в те времена присутствие мужа при родах в России, во всяком случае, было исключено.

-Да, иди ты уже, иди, - строго сказала ему Наташа. – Все у твоей Лизаветы будет нормально.
-Цветок Лизе передай, - попросил он, вручая желтенький ей в руки. – Скажи, что я здесь ночевать буду. Пусть не волнуется.

Утром Елизавета Соколова родила девочку. Роды прошли без осложнений.

Прикрепления: 6085048.jpg(32.2 Kb)


Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Понедельник, 15.09.2014, 21:52
 
Королёва+Зинаида+Алексеевна (korzina0505)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 20:57 | Сообщение # 46
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 257
Награды:
7
Репутация: 10
Статус:
Я ничего не могу говорить - вся переживании. cry
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Понедельник, 15.09.2014, 21:39 | Сообщение # 47
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
Поверьте, Зинаида, все переживания впереди. Это только половина романа.

Татьяна Белая

Сообщение отредактировал v1323246 - Понедельник, 15.09.2014, 21:40
 
Белая Татьяна Александровна (v1323246)Дата: Вторник, 16.09.2014, 08:01 | Сообщение # 48
Постоянный участник
Группа: VIP-КЛУБ
Сообщений: 389
Награды:
10
Репутация: 19
Статус:
АРАБСКАЯ СКАЗКА. ГЛ.12.


Утром молодой мамочке впервые принесли малышку на кормление. Елизавета смотрела на свою девочку и благодарила Бога. «Проиграл твой Аллах в схватке с Иисусом, - думала Лиза, мысленно обращаясь к Самиру. - Русую доченьку мне послал. Антоново семя». Впервые, за много месяцев женщина вздохнула спокойно. Всевышний на небе услышал её молитвы. А, когда новорожденная открыла глазки, Лиза даже рассмеялась. Небесная голубизна очей девочки окончательно успокоила маму.

Материнское чувство захлестнуло её. Она растворилась в своей доченьке. Уход за малышкой доставлял ей ни с чем несоизмеримую радость и наслаждение. С этими счастливыми хлопотами и заботами, все переживания и страхи, отошли на задний план. Говорят, что родительской любви много не бывает. Видимо, это не так. Антон ни в чем не мог отказать своей ненаглядной доченьке. Бабушки и дедушки молились на белокурого Ангела. Все семейство радовалось очередному «успеху» малышки. Вот, она научилась переворачиваться. Появился первый зубик. Сделала первые шаги. Девочка подрастала в любви и обожании. И Катенька, к сожалению, очень хорошо эту любовь научилась использовать. Маленькая принцесса очень быстро поняла, ревом и топаньем ножками можно выпросить все, что угодно. Взрослые наивно полагали, что девочка вырастет и поумнеет. Но, чем старше Катя становилась, тем стремительнее росли её капризы и запросы.

Когда доченьке исполнилось три годика, семья уехала в Новый Уренгой. Антону надо было расти на службе. А для этого вахтовый метод не подходил. Да и Лизе надоело дожидаться супруга месяцами.

Пожалуй, это был самый счастливый период их жизни. Все-таки, люди на Севере совсем другого склада. Добрее и мягче. Несмотря на суровый климат. Вначале Катенька ходила в садик. Затем, пошла в школу. Жили они в благоустроенном доме. Елизавета тоже трудилась в системе Газпрома. Денег зарабатывали достаточно. Имели возможность не только помогать родителям, но и ездить по заграничным курортам.

Несколько раз отдыхали вместе с семьей Марии в Дубае. А вот съездить в Оман, Лиза не решалась, хотя, Петерсоны их не раз приглашали. Маскат стал для неё табу. Женщина не хотела видеть до боли знакомые места, напоминающие о любимом. Безумно боялась ненароком повстречаться с Самиром.

Маша говорила, что как-то столкнулась с арабом в том же пабе. У неё с собой оказалась фотография семьи Соколовых с маленькой дочкой. Самир долго рассматривал снимок и просил передать свой белокурой русалке Лизоньке пожелание счастья и семейного благополучия. О себе ничего не сказал и больше подруга его за все годы ни разу не видела. Лиза всеми силами гнала воспоминания о шейхе из памяти. И, думала, что это ей удалось.

Лишь однажды, во время встречи Нового года, когда вся семья сидела за праздничным столом, а по телевизору показали выступление группы «Фристайл» с песней «Ах, какая женщина», у Елизаветы случилась истерика. Никто ничего не мог понять. Антон суетился возле супруги. Принес ей успокоительные капли. А женщина закрывала глаза, и воочию видела комнату с арабским убранством, своего шоколадного шейха в нелепом махровом халате и его неповторимые, бездонные, черные глазищи, смотрящие на неё с любовью и болью от предстоящей разлуки. А мелодия песни уносила её в несбывшееся счастье. Ступни, казалось, явственно ощущали мягкость ковра, на котором они танцевали в ту ночь.

Когда Катеньке исполнилось двенадцать лет, Антона перевели на работу в областной центр, снова в Тюмень. Он стал вначале ведущим специалистом, потом заместителем, а, со временем, и генеральным директором тюменского Газпрома. Елизавета продолжала трудиться в том же Главке. Их дочь, Катя, училась почти на «отлично», но характер с каждым годом становился все неуправляемей. Мучились с ней не только родители, но и учителя. Упрямая, взбалмошная красавица не раз показывала свой нрав. Кроме того, девушка была очень скрытной. Иногда, глядя на дочь, во время очередного выяснения отношений, Елизавете казалось, что она упрямо сжимает губы, ну, совсем, как Самир. Да, и форма её губок очень напоминала женщине рот любимого. Она даже тихонько крестилась. Видимо, несмотря на прошедшие годы, образ шейха не выходил у неё из головы. И схожесть дочери с любимым просто мерещилась.

К пятнадцати годам, Лиза поняла, что совершенно не владеет чувствами и эмоциями дочери. «Я взрослая, и буду делать, что хочу», - безапелляционно заявила та. В то время Катя начала встречаться с каким-то парнем. Родителям ничего о нем не рассказывала. Своими девичьими тайнами не делилась ни с кем. Лизу огорчало, что и близких подруг у дочери не наблюдалось. Она оказалась для дружбы слишком высокомерной и заносчивой. «Как же быстро ты выросла, малышка моя, - тоской думала мать. – Вот, и тебе пришло время влюбиться. Что принесет тебе, это первое чувство? Спаси и сохрани, Господь, мою доченьку от разочарования», - мысленно обращалась она к Богу.

Однако, Всевышний, видать, отвернулся от несчастной женщины. Однажды, внимательно приглядевшись к дочери, Лиза поняла, что та беременна. Наступило время расплаты за давний грех матери. Шок был полный. Антон рвался «убивать» отца ребенка. Лиза глотала капли. Катерина молчала, как партизан. А срок, как оказалось, был уже не маленьким. Думать о прерывании беременности не представлялось возможным. Да, Елизавета с Антоном, и не позволили бы этого сделать молодой девушке. Однако, они даже в страшном сне не могли представить, что ещё бОльший удар, ждет их впереди.

Узнать, кто ОН не составило большого труда. «Коварным соблазнителем» оказался девятнадцатилетний студент Сергей, проживающий по соседству. Когда родители девушки явились к молодому человеку домой, для выяснения отношений, мать «жениха» встала в позу и заявила, что её сынок на распутной девке ни за что не женится. Увы, отец ухажера оказался мэром города. Замечание Антона, что их сын угодит в тюрьму за совращение несовершеннолетней, привело отца с матерью Сергея в чувство. Благодаря связям мэра, несмотря на возраст невесты, брак был оформлен моментально. Жили молодые в квартире Соколовых. Зять оказался совершенно беспутным, изнеженным недорослем. Из, так называемой, золотой молодежи. Днями пролеживал в постели. Пропускал занятия в институте. Ночи, частенько проводил в кругу друзей и случайных подружек в ночном клубе. Беременная жена отчаянно рыдала в подушку, но не теряла надежды, что с появлением ребенка, непутевый муженек опомнится.

Вскоре выяснилось, что Катя ждет двойню. Отец беременной дочери поставил условие – переводиться зятю на заочное обучение и идти работать. На стенания и возмущенные крики сватьи, что «мальчику» надо продолжать учебу, он не обращал внимания. Антон Соколов сам сделал свою карьеру и не выносил бездельников. Никак не мог понять, за что его дочь влюбилась в этого шалопая. Катин папа был истинным трудоголиком. И не представлял иного для мужчины и главы семейства.

Роды у Кати, конечно же, начались ночью. Родители, а не муж, отвезли её в роддом, но Наталья, сестра Антона, которая в свое время принимала роды у Лизы, заявила, что схватки ещё очень слабые. И велела идти домой. Елизавета с Антоном просидели перед телефоном всю ночь. Сергей спал мертвым сном. Ему, казалось, было все равно. Утром звонок от Наташи.

-Родила твоя, - зло сообщила женщина Лизе. - Но, она же, сучка, кормить их не хочет.
-Почему? – изумленно спросила мать.
-Приезжай сама и разбирайся, - сухо ответила та.

Напуганная её словами и жестким тоном, Лиза рванулась в роддом. Антон за ней. Наталья встретила их презрительным взглядом.

-Быстро надевайте халаты, бахилы и идите за мной, - холодно приказала врачиха. - Я за вашу гулящую дочь не отвечаю, - резко сказала она и направилась по коридору.

Зашли в отдельную палату, где Катя лежала одна, как роженница-малолетка. Елизавета глянула, и почувствовала, что пол уходит из-под ног. В красивых прозрачных кроватках лежали два шоколадных младенца.

-Не знаю, где она этих черномазиков нагуляла. Кормить не хочет. Не мои дети, говорит. А в этот день вообще никто больше не рожал. Сережка еще даже не звонил, - сообщила Наташа.

И только тогда Лиза поняла. Катя – дочь Самира. Она родила ему внуков. Это была жуткая гримаса судьбы. «На все воля Аллаха», - сказал бы арабский шейх. Провидение било наотмашь. Суровая правда выплыла наружу аж через шестнадцать лет.

Что переживала в этот момент Елизавета, описать невозможно. Она виновата во всем!!! Как признаться!? Что говорить!? Как спасти любимую дочь от бесчестия!?

Антон пытался успокоить супругу. «Ну, поднимем мы этих пацанов. Что теперь делать? Катькины же. Вырастили мы с тобой такую..., - уточнять не стал и замолк. - Нагуляла, видать, наша Катюха. Лиза, только не переживай», - горько вздохнул он.

Всю ночь Елизавета пролежала молча, отвернувшись к стене. Это был её грех. Женщина не могла подставлять свою любимую доченьку под удар. Утром она встала и направилась, прежде всего, в банк. Забрала из ячейки несколько фотографий Самира. Глядя на снимки, глотала слезы. «Мечтал о сыне, а получил сразу двух внучат. Не у всякой сказки бывает счастливый конец, - тихо шептала она. – Где ты сейчас, любовь моя? Неужели твой Аллах не пошлет тебе никакого знака?»

Когда на следующий день, мать вошла в палату дочери, та спала. От медсестры она узнала, что вчера, после посещения супруга, Катерина впала в жуткую истерику. Пришлось делать успокоительный укол. Лиза сидела у кровати дочери, нервно перебирала в руках снимки Самира и пыталась подобрать слова для рокового признания. Наконец, девушка открыла глаза.

-Мама, - услышала она тихий шепот Кати, - Сергей вчера приходил и орал на всю больницу, что я проститутка. Мамочка, спаси меня. Я не понимаю, почему у меня родились такие дети. Я жить не хочу!
-Доченька, - взяла её за руку Лиза, - нет твоей вины ни в чем. Я должна тебе все объяснить. И мужу твоему расскажу. Всем все расскажу. Только выслушай меня спокойно.

Она замолчала. Немного подумала и дала Кате в руки фотографии Самира. Девушка недоуменно рассматривала их и ничего не понимала.

-Это твой настоящий отец, Катенька, - севшим голосом продолжила мать. – Пока ты не родила, я и сама об этом не догадывалась. В тот год я отдыхала в Омане у тети Маши. Там с Самиром познакомилась и влюбилась в него без памяти. Ты родилась белокурой, а гены араба перешли к твоим детям. Мы сделаем генетическую экспертизу и докажем, что мальчики дети Сергея. Может, не сразу, но должен он понять и сменить гнев на милость.

Ошеломленная признанием матери, Катя смотрела на неё распахнутыми голубыми глазищами, и, казалось, не понимала услышанного. Когда, наконец, до неё дошел смысл, она резко, брезгливо откинула от себя фотографии и закричала:

-Ты, ты, - она не могла подобрать слов. – Кто всю жизнь учил меня беречь честь смолоду? А сама? – девушка схватила первую попавшуюся фотографию Самира и стала рвать снимок на мелкие клочки. – Ненавижу тебя! Не нужен мне такой отец! И выродки эти не нужны!!!

У неё вновь началась истерика. Пришедший врач выпроводил мать из палаты. Едва передвигая ногами, Елизавета вышла на улицу. Шел проливной дождь. Вскоре разразилась гроза. На небе с грохотом сверкали молнии. У женщины не было с собой зонта. Но, она, казалось, не замечала этого. Мокрое платье прилипло к телу. По лицу катились горькие слезы. О том, что творилось в душе женщины, знала только она. Предстоял трудный разговор с мужем. И не только с ним.

Придя домой, Лиза переоделась и встала под теплый душ. Затем, закутавшись в большое полотенце, женщина начала звонить Сергею и его родителям. Она решила собрать всех сразу. Дважды рассказывать историю своего падения было невыносимо. Со своими мамой с папой, и родителями Антона, она намеревалась поговорить отдельно. Елизавета прекрасно понимала, что, вероятней всего, после такого ошеломительного признания, останется в одиночестве.

Невероятную правду женщины все присутствующие выслушали вначале, молча. Первой нарушила тишину горделивая, самоуверенная сватья:

-Я тебе не верю, - окатила она Лизу ненавистным взглядом. – Ты пытаешься выгородить свою распутную дочь. – Юрий, - обратилась к супругу, - мы уходим. Нечего нам делать в этом вертепе разврата, - мужчина безропотно поднялся, и они направились к двери. – А ты чего расселся? – закричала мать на Сергея. – Быстро домой!

Елизавета с Антоном даже не пытались их остановить. Супруг был белее стены и молчал, опустив глаза. Затем, медленно подошел к шкафу и стал собирать вещи. Он хмурился, видимо, соображал, как все случившееся объяснить своим родным. Мужчина не задал жене ни одного вопроса. Ушел тихо, даже дверью не хлопнул. Убитая горем женщина осталась в доме одна. Плакать не было сил. Надо было что-то решать. Примерно через час, она встала, оделась и отправилась к своим родителям. Разговор предстоял не из легких.

На следующий день позвонила Наташа и сообщила, что Катерина убежала из больницы. Отказ от детей она не подписала, просто ушла и все. Антон молчал, даже ни разу не позвонил. Из вещей взял с собой только самое необходимое. Лиза поняла, что растить кареглазых внуков придется ей самой. Благодаря нужным знакомствам, бабушка смогла быстро оформить себе декретный отпуск и опеку над младенцами. Какой дом малютки? Это были ЕЁ дети.

Екатерина появилась дома через неделю. Ни на какие вопросы не отвечала. К сыновьям не только не подходила, даже не смотрела в их сторону. Молока у неё не было. Стала часто пропадать из дому на день или два. Ни на какие слова матери не реагировала. Над бывшим семейным очагом Соколовых сгустились черные грозовые тучи. В этом доме давно не слышалось ни говора, ни смеха. Гробовую тишину нарушал лишь плачь невинных младенцев. Которые с каждым днем все больше и больше походили на своего арабского деда Самира.


Прикрепления: 6041658.jpg(6.5 Kb)


Татьяна Белая
 
Меркушова Наталья Сергеевна (натальямеркушова)Дата: Вторник, 16.09.2014, 08:29 | Сообщение # 49
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 4021
Награды:
45
Репутация: 85
Статус:
Ничего себе, продолжение! Неожиданно...

Татьяна, замечательно!

Не останавливайтесь - размещайте!


Меркушова
 
Королёва+Зинаида+Алексеевна (korzina0505)Дата: Вторник, 16.09.2014, 12:35 | Сообщение # 50
Постоянный участник
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 257
Награды:
7
Репутация: 10
Статус:
Ах, Судьба ты, Судьба горькая....
Я знала много примеров, когда именно во внуках проявляются гены их дедов.
Таня, ждём продолжения.
 
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Татьяна Белая Любовный роман
Поиск:

Для добавления необходима авторизация