[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Литературный форум » Я памятник себе воздвиг нерукотворный » Древняя русская литература (до XVII века) » Серапион Владимирский - епископ, проповедник,писатель (Один из первых древнерусских писателей XIII века)
Серапион Владимирский - епископ, проповедник,писатель
Nikolay Дата: Понедельник, 26 Сен 2011, 08:28 | Сообщение # 1
Долгожитель форума
Группа: Заблокированные
Сообщений: 8927
Награды: 168
Репутация: 248
СЕРАПИОН ВЛАДИМИРСКИЙ
(Серапио́н Пече́рский)
(1192-1196? — 12 июля 1275)


— русский проповедник и один из первых древнерусских писателей, в последний год своей жизни — епископ Владимирский.

Сведений о его жизни сохранилось мало. В летописи сообщается, что в 1274 году митрополит Кирилл поставил епископом Владимира, Суздаля и Нижнего Новгорода архимандрита (в других списках — игумена) Киево-Печерского монастыря Серапиона, а на следующий год Серапион умер. Летопись отмечает, что он был «зело учителен и книжен», то есть начитанный в духовной литературе и известный как проповедник.
В науке утверждалась мысль о принадлежности Серапиону, по крайней мере, пяти наставлений. В первом из них он призывает верующих к покаянию, напоминая им о грозных божественных наказаниях — землетрясения (возможно, идёт речь о землетрясении в 1258 г.) и о нашествии иноплеменников. В XIII веке русские земли, которые ещё не избавились от нашествия Батыя, переживали период неблагополучия. Об этом трагическом времени и говорит Серапион: «Се оуже наказаеть ны богъ знаменьи, земли трясеньемь его повелѢньемь: не глаголеть оусты, но дѢлы наказаеть. ВсѢмъ казнивъ ны, богъ не отьведеть злаго обычая. НынѢ землею трясеть и колЂблеть, безаконья грѢхи многия от земля отрясти хощеть, яко лѢствие от древа. Аще ли кто речеть: „Преже сего потрясения бѢша и рати, и пожары быша же“, — рку: „Тако есть, но — что потом бысть намъ? Не глад ли? не морови ли? не рати ли многыя? Мы же единако не покаяхомъся, дондеже приде на ны языкъ немилостивъ попустившю богу; и землю нашю пусту створша, и грады наши плѢниша, и церкви святыя разориша, отца и братью нашю избиша, матери наши и сестры в поруганье быша“».
Серапион призывает отказаться от несправедливого суда, от «грабленья, татбы, разбоя и нечистаго прелюбодѢиства, отлучающа вот бога, сквернословья, лжѢ, клеветы, клятвы и поклепа, иныхъ дѢлъ сотониных», только тогда, надеется проповедник, «оутѢшить ны богъ небесныи, акы сыны помилует ны, печаль земную отиметь вот нас, исходъ миренъ подаст намъ на оную жизнь».

О том же, о глупых нравах и поступках, что, по мнению Серапиона, и является причиной гнева Божьего, говорится и в другом его послании: он опять напоминает о плене земли, о захваченных городах, о трупах убитых мужчин и введённых в плен женщинах и детях, изображая поистине трагическую картину общего несчастья: «Сие уже к 40 лѢт приближаеть томление и мука, и дано тяжькыя на ны не престануть, глади, моровое животъ нашихъ, и в сласгь хлѢба своего изъѢсти не можемъ, и въздыхание наше и печаль сушат кости наша.» И опять проповедник призывает к покаянию, к отказу от глупых дел в надежде на милость Бога.
Той же теме — отображению современных ему событий — посвящённое и третье «слово» Серапиона, но всякий раз он находит всё новые и новые краски, изображая трагическую судьбу разорённой нашествием Русской земли: кровью родителей и братьев земля пропитана как водой в наводнение, исчезли крепости и сила наших князей и воевод, города опустели, заросли сорняковой травой сёла, наши богатства в настоящее время стали сокровищами иноплеменников.

В четвертом и пятом наставлениях Серапион выступает против языческого обычая по наущению волхвов поддавать казни людей, обвиняемых в колдовстве. Серапион осуждает эти суеверия во всеоружии своей христианской образованности. «ГдѢ сие есть въ Писаньи, еже человѢкомъ владѢти обильемъ или скудостью? подавать или дождь, или теплоту? О, неразумнии! вся богъ творит, якоже хощет; бѢды и скудость посылаеть за грѢхи наша и наказая насъ, приводя на покаянье».
Наставлением Серапиона свойственна высокая художественная ценность: изысканное мастерство риторики объединяется в них с необычной простотой и яркостью языка, эмоциональность с искренностью. Наставление Серапиона — не только феномен литературы, но и живое свидетельство трагических событий, отображения болезненных размышлений о причинах неслыханных несчастий, которые обрушились на Русскую землю и русский народ, который напрасно вопил к Богу о помощи. Творчество Серопиона как бы знаменовало собой сохранение в послемонгольский литературе лучших традиций торжественного и учительского красноречия Киевской Руси XII ст.
(Источник – Википедия; http://ru.wikipedia.org/wiki/Серапион_Печерский )
***

СЕРАПИОН ВЛАДИМИРСКИЙ
Серапион (? - 1275), епископ Владимирский и Суздальский, святитель.

Память 12 июля и в Соборе Владимирских святых
До 1274 года - архимандрит Киевского Печерского монастыря.
В 1274 году был хиротонисан во епископа Владимирского, Суздальского и Нижегородского митрополитом Кириллом.
Скончался в глубокой старости 12 июля 1275 года.
Гробница находится в Успенском кафедральном соборе г. Владимира.
В надписаниях его слов он называется "святым, преподобным и блаженным". В рукописных святцах он также поставлен в числе святых.
Еп. Серапион был поистине добрый пастырь и хотя епископствовал на Владимирской кафедре всего один год, много пользы принес своим чадам. "Он принадлежал к числу тех пастырей церкви, которые истинно радели о своей пастве, внимательно прислушиваясь к ее потребностям и стараясь врачевать ее раны". "Бе же зело учителен и силен в Божественном Писании", - говорит о нем современник. Еп. Серапион обладал проповедническим талантом.

Труды
Ему, несомненно, принадлежат пять поучений. Первые три поучения посвящены изображению татарского нашествия (полнее всего оно описано в третьем слове), сходному с изображением того же события в летописи и в других современных поучениях, так что сомневаться в фактической верности слов свт Серапиона нельзя. Грустя о бедствиях родной земли, проповедник сознает вместе с тем их необходимость, так как они посланы Богом в наказание за грехи людские и для исправления народа. Поэтому автор с особенной энергией указывает слушателям на их грехи, упрекая их в самых разнообразных пороках. Четвертое и пятое поучения посвящены изображению двух явлений русской жизни, порожденных суеверием: испытанию ведьм посредством воды и выкапыванию из могил похороненных самоубийц, так как они, по мнению народа, портили погоду и, следовательно, вредили урожаю. святитель допускает возможность влияния чародеев через бесов на людей, но только в том случае, если люди в них верят; поэтому св. Серапион прежде всего упрекает слушателей в том, что они еще до сих пор верят в волхвование. Далее проповедник обвиняет их и в том, что в вопросе о жизни и смерти они хотят поставить свидетелем бездушную стихию — воду. В пятом поучении С. старается разные народные бедствия, которым суеверные люди подыскивали причину в погребении самоубийц, поставить в связь с человеческими пороками, за которые Бог и карает.
Поучения святителя Серапиона отличаются простотою изложения; они гораздо доступнее витиеватых слов Илариона и Кирилла Туровского. Простота не мешает речи св. Серапиона быть образной, поэтичной и исполненной силы и одушевления.

Список изданных творений
- Семь слов к пастве, из которых 4 напечатаны в Приб. к твор. св. отцов, 1848, ч. I, с. 97-111, 192-205;
- два слова в Прав. собес., 1862, июль;
- одно слово изд. Шевыревым; Поездка в Кириллов м-рь, ч. 2, с. 36.
(Источник – Древо; http://drevo-info.ru/articles/13384.html )
***

Серапион, епископ Владимирский
(святой) — епископ Владимирский, один из немногих писателей-проповедников XIII века, более известный по литературным трудам, чем по биографическим фактам, был архимандритом Киево-Печерского монастыря до 1274 г., когда получил епископскую кафедру Владимира, Суздаля и Нижнего Новгорода, которую занимал около года (скончался в 1275 г.). — Литературная деятельность его сосредоточилась на церковном учительстве. В период, богатый событиями татарского погрома (с 1230 по 1275 гг.), им было произнесено, как видно из его поучений, много проповедей, и поэтому летописец называл его "учительным зело в божественном писании". Из письменных памятников его учительства сохранились, однако, лишь немногие случайные образцы, именно: "О казнех Божиих и о ратех" (нач.: "Слышасте, братие, самого Господа"), 2) "Поучение, да престанем от грех наших" (нач.: "Многу печаль в сердци"), 3) "О казнех Божиих и о ратех" (нач.: "Почюдим, братие, человеколюбие"). Эти три слова в Измарагдах и Златоустниках обыкновенно надписываются или именем св. Иоанна Златоуста или именем св. Ефрема, но в Троицкой Златой Цепи XIV века они вместе с четвертым "поучением" (нач.: "Мал час порадовахся") приписываются "преподобному Серапиону". Кроме того, именем "блаженного Серапиона" надписано и так называемое пятое поучение ("Слово о маловерьи", нач : "Печаль многу имам"), находящееся в Паисиевском Сборнике XIV—XV вв. Древность списков, русское содержание и современность татарщине для исторической критики служат ручательством, что автора перечисленных поучений не напрасно отождествляют с епископом Владимирским XIII века. Со времени преосв. Филарета черниговского, открывшего четыре первых поучения (в 1843 г.), и проф. Шевырева, нашедшего пятое поучение (в 1847 г.), кончая позднейшим исследователем сочинений С., Е. Петуховым (1888), не возбуждалось сомнений в их подлинности. — Во всех сохранившихся поучениях виден писатель, значительно отклонившийся от условных традиций панегирической проповеди домонгольского времени, ярким выразителем которой был в XII веке Кирилл, епископ Туровский. Поскольку последний был представителем ораторской искусственности и аллегоризма, составлявшим торжественные, праздничные слова для церковного (уставного) чтения их, постольку С. общедоступно излагал нравственное учение, отзывчиво откликался на потребности времени и сторонился от книжного риторизма. Это был проповедник несчастий, Иеремия татарского ига и его последствий, который и в физических, и в нравственных настроениях своего времени усматривал правосудный перст Божий, ниспосылающий несчастия за людское нечестие, подобно ветхозаветным наказаниям. Источником бедствий, с точки зрения проповедника, служат грехи, с прекращением которых должны уничтожиться и причины несчастий. Чем крупнее грехи — тем сильнее несчастия, и чем сильнее несчастия, тем крупнее грехи. Поэтому С. представляется, что современники погрязли в пороках, и он настойчиво обличает недостатки татарской эпохи: убийства, грабежи, ссоры, неправедные суды и т. п. В первом поучении, относящемся, вероятно, к 1230 г., а также и во втором слове, поводом к таким обличениям служили для автора современные ему несчастия: землетрясения, небесные знамения, мор и голод. Третье поучение, произнесенное спустя 40 лет после начала татарского ига, т. е. или в 1264-м, или в 1275 г., также содержит обличения грехов и указание на нашествие, как на призыв к покаянию. Четвертое поучение направлено против суеверного обычая сжигать волхвов (которых народ считал виновниками несчастий) и испытывать их посредством погружения в воду. Проповедник и здесь не упускает случая развивать свою излюбленную мысль, что несчастия ниспосылаются за грехи, а не по желанию волхвов. Основная мысль пятого слова, написанного в 1273 или 1274 г. (здесь упоминается о гибели Драч-града, т. е. Диррахиума, о чем говорит Пахимер под 1273 годом), — греховная жизнь приводит к бедствиям, посылаемым Богом для вразумления людей. Все эти темы и мысли обыкновенно аргументируются библейскими примерами, но развиваются без стройного порядка. Изложение отличается достаточною сжатостью и силою. — Кроме пяти перечисленных поучений, в научной литературе С. приписывают иногда и другие сочинения, но без достаточных оснований или доказательств. Сюда относятся: а) похвала преп. Феодосию Печерскому (нач.: "Похваляему праведнику, см. Чт. в О. И. и Др. Росс., 1890, II), б) поучение о среде и пятце (нач.: "Братие, приспе время доброго исповедания", см. Опис. слав. рукоп. Свято-Троицкой Сергиевой лавры, М., 1898, ч. I, стр. 103), в) поучение в неделю третью поста (нач.: "Братие, многажды вам глаголю", см. Систем. Опис. славяно-росс. рукоп. собрания гр. А. С. Уварова, М., 1893, I, стр. 402), г) слово св. Ефрема "о мятежи житиа сего" или "о мирской суете и о будущем суде" (нач.: "Уже наводит ны"), д) слово св. Ефрема о кончине мира сего (нач.: "Бойтеся, братие, грозы". Два последних поучения см. в Православном Собеседнике, 1858, ч. II, стр. 472 и 481) и др.

"Прибавл. к твор. св. отцев", 1843, ч. I, стр. 97—111 и 193—205. — С. Шевырев, "Поездка в Кирилло-Белозерский монастырь", М., 1850, II, стр. 36—38. — Е. Петухов, "Серапион Владимирский, русский проповедник XIII века", СПб., 1888. — Барсуков, "Источники русской агиографии". — Общие труды по русской истории и истории литературы.
Н. Никольский.
(Источник – Академик; http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_biography/111602/Серапион )

***

СЕРАПИОН (ум 1275) — епископ Владимирский, проповедник и писатель. Сведения о жизни его крайне скудны в лето писи под 1274 г сообщается что митрополит Кирилл поставил епископом Владимира, Суздаля и Нижнего Новгорода архимандрита (в других списках — игумена) Киево-Печерского монастыря С., а на следующий год С. умер. Летопись отмечает, что он был “зело учителей и книжен”, т. е. начитан в духовной литературе и известен как проповедник.
В науке утвердилось мнение о принадлежности С., по крайней мере, пяти поучений. В первом из них С. призывает верующих к покаянию, напоминая им о грозных божественных “наказаниях”— землетрясении (возможно, речь идет о землетрясении 1258 г.) и о нашествии иноплеменников. Сер. XIII в. отнюдь не была для Руси, еще не оправившейся от Батыева нашествия, временем благополучия: во время новых походов-татар опять были разорены Владимир, Суздаль, Юрьев, Москва, Тверь, Рязань и др. города. Об этом трагическом времени и говорит С.: “И вот уже поучает нас Бог предзнаменованьями, земля сотрясается по его повелению: хоть и не говорит устами, но делом поучает. Даже и так нас наказав, Бог не отучил нас от дурных обычаев. Вот теперь землю трясет и колеблет, многие грехи беззакония хочет стрясти с земли, как листья с дерева. Если же кто скажет: “И раньше были землетрясения и войны, и пожары ведь были”, то отвечу: “Так и было, но что потом было с нами? Не было ли голода? Не было ли мора? Не было ли ратей многих? Мы же все равно не покаялись, до тех пор пока не пришел на нас по попущению божественному народ безжалостный, и землю нашу опустошили, и города наши попленили, и церкви святые разграбили, отцов и братьев наших перебили, а над матерями и сестрами нашими надругались”. С. призывает отказаться от несправедливого суда, от “грабежа, воровства, разбоя и грязного прелюбодеяния... сквернословия, обмана, клеветы, ложных клятв и доносов”, только тогда, надеется проповедник, “утешит нас Бог небесный, как детей своих помилует нас, горе мирское от нас отведет и дарует мирный отход в иную жизнь”.
О том же, о дурных нравах и поступках, которые, по мнению С., и являются причиной гнева Божьего, говорится и в другом его послании: он вновь напоминает о пленении земли, о захваченных городах, о трупах убитых мужчин и уведенных в полон женщинах и детях, изображая поистине трагическую картину всеобщего бедствия: “Вот уже к сорока годам приближаются страдания наши и мучения, мы обложены тяжелыми поборами, всюду голод, болезни, вдоволь хлеба своего поесть не можем, вздохи наши и печаль иссушают кости наши...” И опять проповедник призывает к покаянию, к отказу от дурных дел в надежде на милость Бога.
Той же теме — изображению современных ему событий — посвящено и третье “слово” С., но всякий раз он находит все новые и новые краски, изображая трагическую судьбу разоренной нашествием Русской земли: кровью отцов и братьев земля пропитана как водой в половодье, исчезли крепость и сила наших князей и воевод, города опустели, заросли сорной травой села, наши богатства ныне стали сокровищами иноплеменников.
В четвертом и пятом поучениях С. выступает против языческого обычая по наущению волхвов предавать казни людей, обвиненных в колдовстве. С. осуждает эти предрассудки во всеоружии своей христианской образованности. “Где вы видели в Писании,— вопрошает он,— что человек властен над урожаем или недородом, что он может вызвать дождь или жару? О, неразумные! Все это Бог творит по своей воле: беды и голод посылает нам в наказание за грехи наши, побуждая к покаянию”.
Поучениям С. присущи высокие художественные достоинства: изысканное мастерство ритора соединяется в них с необыкновенной простотой и яркостью языка, эмоциональность с искренностью. Поучения С.— не только факт литературы, но и живое свидетельство трагических событий, отражение мучительных раздумий о причинах неслыханных бедствий, обрушившихся на Русскую землю, на народ, тщетно взывавший к Богу о помощи.
Творчество С. как бы знаменовало собой сохранение в литературе Владимирской Руси лучших традиций торжественного и учительного красноречия Киевской Руси XII в.
Изд.: Петухов Е. Серапион Владимирский, русский проповедник XIII в.— СПб., 1888; “Слова” Серапиона Владимирского / Подг. текста, перевод и комм. В. В. Колесова // ПЛДР: XIII век.— М., 1981.— С. 440—455; То же / Подг. текста и перевод Т. В. Черторицкой // Красноречие Древней Руси.— С. 108—122.
Лит.: Колобанов В.А. Общественно-литературная деятельность Серапиона Владимирского // АКД.— Л.; Владимир, 1962; Творогов О.В. Серапион // Словарь книжников.— Вып. 1.— С. 387—390.
Творогов О. В. Литература Древней Руси: Биобиблиографический словарь / Под ред. О. В. Творогова. М., 1996.
(Источник - http://ksana-k.narod.ru/Book/oldruss/serapio.htm )

***

«СЛОВА» СЕРАПИОНА ВЛАДИМИРСКОГО

I
СЛОВО ПРЕПОДОБНОГО ОТЦА НАШЕГО СЕРАПИОНА:
ГОСПОДИ, БЛАГОСЛОВИ, ОТЧЕ!

Вы слышали, братья, самого господа, говорящего в Евангелии: «И в последние времена будут знамения на солнце, и луне, и звездах, и землетрясения по землям, и голод». Тогда сказанное господом нашим ныне сбылось — при нас, при нынешних людях. Как часто видели мы исчезавшее солнце, и луну меркшую, и звезд изменения! Теперь же и землетрясенье своими глазами увидели: земля, от создания укрепленная и неподвижная, повелением божиим ныне движется, от грехов наших колеблется, беззаконья нашего вынести не может. Не послушали мы Евангелия, не послушали мы Апостола, не послушали сказания пророков, не послушали сих святителей великих, назову: Василия и Григория Богослова, Иоанна Златоуста и прочих святителей святых, которыми вера утверждена была, еретики изгнаны были и бог всеми народами познан был, — а они учили нас беспрестанно, но мы — все равно беззакония держимся! И вот уже поучает нас бог предзнаменованьями, земля сотрясается по его повелению: хоть и не говорит устами, но делом поучает. Даже так нас наказав, бог не отучил нас от злого нрава. Ныне — землю трясет и колеблет, многие грехи беззакония желая с земли отрясти, как листья от древа. Если же скажет кто: «И до этого землетрясения, войны и пожары бывали», — то отвечу: «Да, верно, но что потом было с нами? Не голод ли? Не мор ли? Не сражения ли многие? И все равно не раскаялись мы, пока не пришел на нас немилостивый народ, как наслал его бог; и землю нашу опустошили, и города наши полонили, и церкви святые разорили, отцов и братьев наших избили, над матерями и сестрами нашими надругались». И теперь, братья, все это признав, убоимся страшного этого наказанья и припадем к господу своему с обещаньем: да не падет на нас еще больший гнев господень, да не наведет на нас казни больше прежней. Недолго еще будет ждать он нашего покаяния, ждать нашего обращения. Если откажемся от греховных и безжалостных судов, если отстранимся от неправедного лихоимства и всякого грабежа, воровства, разбоя и грязного прелюбодейства, отлучающих от бога, сквернословия, лжи, клеветы, божбы и доносов и прочих сатанинских деяний, — если в этом переменимся, хорошо знаю: все благие примут нас не только в этой жизни, но и в будущей, ибо сам господь сказал: «Возвратитесь ко мне — вернусь и я к вам, отступитесь от всех — покину и я вас, казня». Когда же отступим мы от грехов наших? Пожалеем себя и своих детей: когда еще столько внезапных смертей видели мы? Иные не успели порядка наладить в доме своем — и похищены были, иные с вечера в здравье легли — но утром не встали: устрашитесь, молю вас, такого внезапного расставанья! Если же предадимся воле господней, утешит нас бог небесный, как сыновей помилует нас, печаль земную снимет с нас, мирный исход в иную жизнь дарует нам, где торжества и праздника вечного сподобимся мы, вместе с достойно послужившими богу. Многое я говорил вам, братья и дети мои, однако вижу: мало приемлете, учением моим исправляясь; многие же не относят его к себе, будто бессмертные дремлют. Боюсь, как бы не сбылось над ними слово, реченное господом: «Если бы я не говорил им, то не имели бы греха; теперь же нет им прощения в грехе их». Ибо часто говорю вам: если не переменитесь — прощенья не будет пред богом! Я же, грешный ваш пастырь, завещанное господом совершил, слово его вам передаю, вы же знаете, как господень дар преумножить. Когда он придет судить мир и воздать каждому по делам его, тогда потребует от вас ответа — и если вы преумножите свой талант, то восславит вас в славе отца своего с духом святым, ныне, присно и во веки веков!

II
ПОУЧЕНИЕ ПРЕПОДОБНОГО СЕРАПИОНА

Большую печаль в сердце своем ношу из-за вас, дети мои, потому что нисколько, вижу, не отвратились вы от дел непотребных. Не так скорбит мать, видя страдающих детей своих, как я, грешный отец ваш, видя вас, страдающих от дел беззаконных. Говорил я вам много раз, желая отвратить вас от гнусных нравов — но вижу: нисколько не изменились вы. Если кто из вас разбойник — разбоя не бросит, если крадет — воровства не оставит, если другого кого ненавидит — враждует без устали, если кто обижает и грабит — не насытится, если кто ростовщик — не перестанет проценты взимать, ибо, согласно пророку: «Суетится бесцельно: накопляя, не знает, кому собирает». Несчастный и не думает, что как родится нагим — так и отходит, ничего не имея, кроме проклятия вечного;
если кто любодей, — любодейства не бросит, сквернословец и пьяница, — привычек своих не оставит. Как же я утешусь, видя вас от бога отлученными? Чему я порадуюсь? Всегда сею в ниву ваших сердец семя божественное, но никогда не вижу, чтоб оно проросло и зерно породило. Умоляю вас, братья и дети мои, переменитесь к лучшему, обновитесь благим обновлением, перестаньте зло творить, устрашитесь создавшего вас бога, вострепещите суда его страшного! К кому идем, к кому направляемся, отходя от жизни земной? Что скажем, что ответим? Страшно, дети, подпасть под божий гнев. Почему не думаем, что постигнет нас, в такой жизни пребывающих? Чего не навлекли на себя? Какой казни от бога не восприняли? Не пленена ли земля наша? Не покорены ли города наши? Давно ли пали отцы и братья наши трупьем на землю? Не уведены ли женщины наши и дети в полон? Не порабощены ли были оставшиеся горестным рабством неверных? Вот уж к сорока годам приближаются страдания и мучения, и дани тяжкие на нас непрестанны, голод, мор на скот наш, и всласть хлеба своего наесться не можем, и стенания наши и горе сушат нам кости. Кто же нас до этого довел? Наше безверье и наши грехи, наше непослушанье, нераскаянность наша! Молю вас, братья, каждого из вас: вникните в помыслы ваши, узрите очами сердца дела ваши, — возненавидьте их и отриньте, к покаянью придите. Гнев божий престанет, и милость господня изольется на нас, и все мы в радости пребудем на нашей земле, по уходе от мира сего придем радостно, как дети к отцу, к богу своему и наследуем царство небесное, ради которого господом созданы были. Господь сотворил нас великими, мы же своим ослушаньем себя претворили в ничтожных. Так не утратим же, братья, величия нашего: «Не слышавшие завет праведны перед богом, но — исполнившие его». Если же в чем совратимся, опять к покаянью прибегнем, любовь к богу проявим, слезы прольем, милость к нищим по силе сотворим, если сможете бедным помочь — от бед избавляйте. Если не станем такими — гнев божий будет на нас; всегда пребывая в любви, спокойно мы заживем! Знаем о граде Ниневии: велик был обильем людей, но и полн беззаконья. Как только бог пожелал истребить его, как Содом и Гоморру, послал Иону-пророка, чтоб предрек он погибель их града. Они же, услыхав, не медля, тотчас отошли от грехов своих и каждый — от бесчестной стези своей, поборов свои беззаконья раскаяньем, и постом, и молитвой, и плачем,— от стариков и до юных, до самых младенцев, которых на три дня от молока отлучили, да и до скота: и коням, и скотине всей пост сотворили. Так умолили господа, от казни его освободившись, божию ярость пременили на милость — и погибель избыли. Предсказанье Ионы было напрасным, отчего он и богу пенял, и роптал за бесчестье пророчеств своих: ведь град не погиб! Иона, как человек, погибели города ждал; но бог, увидев в сердцах их истинное покаянье, увидев, что каждый из них отошел от своего зла и делом, и мыслью, — милость несчастным явил. Что же мы скажем об этом? Чего мы не видели? Чего не свершилось над нами? Чем не накажет нас господь бог наш, желая нас отвратить от беззаконий наших? Ни единого лета или зимы не прошло ведь, чтобы бог не наказывал нас, но никак не отрешимся от подлой нашей привычки: кто завяз в каком грехе — в нем пребывает, к покаянью никто не стремится, никто богу не обещает искренне зла не творить. Какие кары не примем в сей жизни и в будущем огне неугасимом? Так теперь же перестаньте бога гневить, молю вас! Многие меж вами богу искренне служат, но на этой земле равно с грешниками наказаны богом — тем светлее венец получат от господа, греховным же — больше мучений за то, что казнимы были и праведники за их беззаконья.

Слушая это, устрашитесь, вострепещите, отстаньте от зла и сотворите добро. Сам господь сказал: «Обратитесь ко мне — обращусь и я к вам». Ждет раскаянья нашего — помиловать нас хочет, и избавить от бед хочет, от зла хочет спасти! Мы ж за Давидом скажем: «Господи, посмотри на смиренье наше и прости все грехи наши, направь нас, боже, спаситель наш, отврати гнев твой от нас, да не вечно прогневаешься на нас, да не прострешь гнев твой от рода в род!» Ибо ты бог небесный, и тебя прославляем вместе с вечным отцом и с пречистым духом и ныне, и присно, и вечно!

III
Подивимся, братия, человеколюбию бога нашего. Как нас к себе приближает? Какими словами поучает нас? Какими угрозами нам не грозил? Мы же, мы — никак к нему не обратимся!

Видев наши прегрешенья умножившимися, видев нас, его заповеди отвергших, предзнаменований много явив, много страха насылал, много рабами своими поучал — и ничем не смог нас наставить! Тогда навел на нас народ безжалостный, народ лютый, народ, не щадящий красоты юных, немощи старых, младенчества детей; воздвигли мы на себя ярость бога нашего, по Давиду: «Быстро распалилась ярость его на нас». Разрушены божьи церкви, осквернены сосуды священные, честные кресты и святые книги, затоптаны священные места, святители стали пищей меча, тела преподобных мучеников птицам брошены на съедение, кровь отцов и братьев наших, будто вода в изобилье, насытила землю, сила наших князей и воевод исчезла, воины наши, страха исполнясь, бежали, множество братии и чад наших в плен увели; многие города опустели, поля наши сорной травой поросли, и величие наше унизилось, великолепие наше сгинуло, богатство наше стало добычей врага, труд наш неверным достался в наследство, земля наша попала во власть иноземцам: в позоре мы были живущим окрест земли нашей, в посмеяние — для наших врагов, ибо познали, будто небесный дождь, на себе гнев господень! Мы воздвигли ярость его на себя и отвергли великую милость его — и не дали присматривать за нами милосердным очам. Не было кары, которая бы нас миновала, и теперь непрестанно казнимы: не обратились мы к господу, не раскаялись в наших грехах, не отступились от злых своих нравов, не очистились от скверны греховной, позабыли страшные кары на всю нашу землю; в ничтожестве пребывая, себя почитаем великими. Вот почему не кончается злое мучение наше: зависть умножилась, злоба нас держит в покорстве, тщеславие разум наш вознесло, к ближним вражда вселилась в наши сердца, ненасытная жадность поработила, не дала нам оказывать милость сиротам, не дала познать природу людей — но как звери жаждут насытить плоть, так и мы жаждем и стремимся всех погубить, а горестное их имущество и кровавое к своему присоединить; звери, поев, насыщаются, мы же насытиться не можем: того добыв, другого желаем! За праведное богатство бог не гневается на нас, но, как сказал пророк: «Господь с небес взглянул, чтобы видеть, есть ли кто, разумеющий или ищущий бога, но все уклонились совместно», и далее: «Неужели не вразумятся творящие беззаконие, поедающие народ мой вместо хлеба?» Апостол же Павел непрестанно восклицает, говоря: «Братья, не участвуйте в злобных деяньях и темных, ибо лихоимцы и грабители совместно с идолослужителями осуждены будут». Моисею вот что сказал бог: «Если обидой обидите вдову и сироту, возопят ко мне, слухом услышу вопль их, и разгневаюсь яростью, и погублю вас мечом». И ныне сбылось о нас сказанное: не от меча ли мы пали? не однажды, не дважды ли? Что же следует делать нам, чтобы грехи исчезли, те, что терзают нас? Вспомните достойно написанное в божественных книгах, что и владыки нашего самая важная заповедь — любите друг друга, милость имейте ко всякому человеку, любите ближнего своего как самого себя, тело свое сохраняйте чистым, не оскверняя его, а коль осквернили, то очистите его покаяньем; не возгордитесь, не воздайте злом за зло. Весьма ненавидит господь бог наш злопамятного человека. Как можем сказать: «Отче наш, отпусти нам грехи наши», а сами не прощаем? Какою, сказано, мерою мерите, той и отмерится вам. Богу нашему слава.

IV
ПОУЧЕНИЕ ПРЕПОДОБНОГО СЕРАПИОНА

Краткое время радовался я за вас, дети мои, видя вашу любовь и послушанье нашей ничтожности, и подумал, что уже утвердились вы и с радостью приемлете божественное Писание, «на совет нечестивых не ходите и на собрании развратителей не сидите». Но вы еще языческих обычаев держитесь: в колдовство верите, и огнем пожигаете невинных людей, и тем насылаете на всю общину и город убийство; если же кто и не причастен к убийству, но мысленно с тем согласился, сам стал убийцей; или, если мог помочь и не помог — тот сам убить повелел. Из книг каких иль писаний вы слышали, будто от колдовства на земле наступает голод или что колдовством хлеба умножаются? Если же верите в это, зачем тогда пожигаете их? Молитесь вы колдунам, и чтите их, и жертвы приносите им — пусть правят общиной, ниспустят дожди, тепло принесут, земле плодить повелят! Вот нынче три года хлеб не родится не только в Руси, но у католиков тоже — колдуны ль так устроили? А не бог ли правит своим твореньем, как хочет, нас за грехи наказуя? Видел и я в божественных книгах, что чародейки и чародеи с помощью бесов влияют на род людской и на скот — могут его уничтожить; над теми вершат, а им — верят! Если бог допустит, то бесы вершат, попускает же бог лишь тем, кто боится их, а кто веру крепкую держит к богу — над тем чародеи не властны! В печаль я впал от ваших безумств; молю вас, откажитесь от языческих действий. Если хотите очистить город от неверных людей, я этому рад: очищайте, как Давид, царь и пророк, истребляя в граде Иерусалиме всех творящих беззаконие — тех убиеньем, других же заточением, иных темницами, но всегда град господень от грехов очищал он. Кто же из вас таким был судьей, как Давид? Тот страхом божьим судил, видел духом святым и по правде ответ свой давал. Вы же, вы, как можете вы осуждать на смерть, если сами страстей преисполнены? И по правде не судите: иной по вражде это делает, другой — желая той горестной прибыли, третий — по недостатку ума; хотел бы убить да ограбить, а что и кого убивать — того и не знает! Божьи законы повелевают лишь при многих свидетелях осудить на смерть человека. Вы же лишь в воде доказательства видите и говорите: «Если начнет утопать — невиновна, коль поплывет — то колдунья!» Не может ли дьявол, видя ваше неверье, ее поддержать, чтоб не утонула, чтобы и вас вовлечь в душегубство; как же, отринув свидетельство человека, созданного богом, идете к бездушной стихии, к воде, чтобы принять свидетельства, противные богу? Наверное, слыхали и вы, что от бога бедствия посланы на землю с самых древних времен: еще до потопа — на гигантов огнем, при потопе — водою, в Содоме — серой, во времена фараона — десятью казнями, в Ханаане — шершнями и огненным камнем с небес; при судьях — войной, при Давиде — мором, при Тите — плененьем, потом сотрясеньем земли и разрушением града. А в нашем народе чего не видали мы? Войны, голод, и мор, и трясенье земли, и, наконец,—то, что отданы мы иноземцам не только на смерть и на плен, но и в печальное рабство. Это же все нисходит от бога, и этим нам спасение творит. А теперь, умоляю вас, покайтесь в прежнем безумье и не будьте больше как тростник, ветром колеблемый. А если услышите некие басни людские, к божественным книгам стремитесь, чтоб враг наш, дьявол, увидев ваш разум и твердую душу, не смог подтолкнуть вас на грех, но, посрамленный, убрался. Ибо вижу я вас, с великим желаньем идущих в церковь и благоговейно стоящих; о, если бы мог я сердце и душу каждого из вас наполнить божественным разумом! Пусть не устану я, вас поучая, и вразумляя, и наставляя, ведь безмерная жалость давит меня, что вы такой жизни лишитесь и божьего света не узрите: ибо не может пастух успокоиться, видя овец своих волком расхищенных,— могу ли и я успокоиться, коль многих из вас похищает волк злобный — диавол?! И помня об этом желанье моем спасти вас, постарайтесь угодить сотворившему всех нас богу, которого вечно достойна всякая слава и честь.
(продолжение следует)


Редактор журнала "Азов литературный"
 
Nikolay Дата: Понедельник, 26 Сен 2011, 08:31 | Сообщение # 2
Долгожитель форума
Группа: Заблокированные
Сообщений: 8927
Награды: 168
Репутация: 248
V
СЛОВО БЛАЖЕННОГО СЕРАПИОНА О МАЛОВЕРЬЕ

Печаль многую ношу в сердце о вас, дети мои. Никак не измените мерзких своих привычек, все злое творите в противность богу на погибель душе своей. Правду отринули, любви не имеете, зависть и лесть процветают в вас — и вознесся ваш разум. Обычай языческий взяли: кудесникам верите и сжигаете на огне неповинных людей. Где вы найдете в Писанье, что люди властны над урожаем иль голодом? могут подать или дождь, иль жару? О неразумные! все бог сотворяет как хочет, беды и голод насылает за наши грехи, нас наказав, приводя к покаянью. О маловерные! слыхали о божьих вы казнях: в древние времена до потопа на гигантов — огнем сожжены, и содомляне огнем сожжены, при фараоне — десять египетских казней, при Ханаане раскаленные камни с небес напустил, при судьях войны навел, при Давиде — мор на людей, при Тите — плен на Иерусалим, а затем землетрясенье и разрушение града. И в наше время какого еще мы не видели зла? Многие беды, и скорби, и войны, и голод, от неверных насилье. Но никак не изменим злых обычаев наших; ныне же, гнев божий видя, решаете: если кто висельника или утопленника похоронил — чтобы не пострадать самим, вырываете снова. О, безумие злое! о, маловерье! Насколько мы зла преисполнены и в том не раскаемся! Потоп был при Ное не за повешенного, не за утопленного, но за людские неправды, как и прочие кары бесчисленные. Город Дураццо четыре года стоял, морем затоплен, и ныне в море лежит. В Польше от обилия дождя шестьсот человек утонуло, а двести других еще в Перемышле утонуло, и голод был четыре года. И все это было уж в наше время за наши грехи! О люди! это ли ваше раскаянье? тем ли бога умолите, что утопленника или удавленника выроете? Этим ли божию кару хотите ослабить? Лучше, братья, отстанем от злого, прекратим все злодеянья: разбой, грабежи, пьянство, прелюбодейство, скряжничество, ростовщичество, обиды, воровство, лжесвидетельство, гнев и ярость, злопамятство, ложь, клевету. Я же, грешный, всегда вас учу, дети мои, велю вам покаяться. Вы же не прекращаете злых дел. И если когда на нас кара какая от бога придет, еще больше прогневаем бога, распространяя приметы: из-за этого — засуха, из-за этого — дождь, из-за этого хлеб не родится!.. Распоряжаетесь божьим созданьем, но о безумье своем почему не скорбите? Даже язычники, божьего слова не зная, не убивают единоверцев своих, не грабят, не обвиняют, не клевещут, не крадут, не зарятся на чужое; никакой неверный не продаст своего брата, но если кого-то постигнет беда — выкупят его и на жизнь дадут ему, а то, что найдут на торгу,— всем покажут; мы же считаем себя православными, во имя божье крещенными и, заповедь божию зная, неправды всегда преисполнены, и зависти, и немилосердья: братии своих мы грабим и убиваем, язычникам их продаем; доносами, завистью, если бы можно, так съели б друг друга,— но бог охраняет! Вельможа или простой человек — каждый добычи желает, ищет, как бы обидеть кого. Окаянный, кого поедаешь?! не такого ли человека, как ты сам? Не зверь он и не иноверец. Зачем ты плач и проклятье на себя навлекаешь? или бессмертен ты? или не ждешь ни божьего суда, ни воздаянья каждому по делам его? Ибо — от сна пробудясь, не на молитву ты ум направляешь, а как бы кого озлобить и ложью кого пересилить. Если не перестанете, то позже горшие беды вас ждут! Потому вам с мольбой говорю: раскаемся все мы сердечно — и бог оставит свой гнев, отвратимся от всех злодеяний — и господь бог да вернется к нам. Ведь знаю я и вам говорю, что за мои грехи все эти несчастья творятся. Придите ж со мной и покайтесь, и вместе умолим мы бога, ибо я знаю: если покаемся мы — будем помилованы; если же не оставите вы безумья и неправды, то увидите худшее после. Богу же нашему слава.
(Источник - http://old-ru.ru/04-11.html )
***


Редактор журнала "Азов литературный"
 
Литературный форум » Я памятник себе воздвиг нерукотворный » Древняя русская литература (до XVII века) » Серапион Владимирский - епископ, проповедник,писатель (Один из первых древнерусских писателей XIII века)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: