Меню

Поиск


Писемский А. Ф. - русский писатель и драматург - Литературный форум

  • Страница 1 из 1
  • 1
Литературный форум » Я памятник себе воздвиг нерукотворный » Натурализм (XIX - XX вв) » Писемский А. Ф. - русский писатель и драматург (23 марта 2011 года - 190 лет со дня рождения)
Писемский А. Ф. - русский писатель и драматург
Nikolay Дата: Воскресенье, 27 Мар 2011, 19:24 | Сообщение # 1
Долгожитель форума
Группа: Заблокированные
Сообщений: 8927
Награды: 168
Репутация: 248

Картина И. Е. Репина
ПОРТРЕТ ПИСАТЕЛЯ АЛЕКСЕЯ ФЕОФИЛАКТОВИЧА ПИСЕМСКОГО, 1880 г.

ПИСЕМСКИЙ АЛЕКСЕЙ ФЕОФИЛАКТОВИЧ
(1821 – 1881)

- известный русский писатель, критик и драматург.

Родился 11 (23) марта 1820 года, по другим сведениям – 11 марта 1821 года в с. Раменье Чухломского уезда Костромской губернии. Потомок старинного, но обнищавшего дворянского рода, единственный выживший из десяти скончавшихся в младенчестве детей, окруженный любовью и строгостью патриархальной семьи, Писемский после окончания гимназии (где впервые проявились его литературная одаренность и интерес к театру) с 1840 года жил в Москве.

Окончил математическое отделение философского факультета Московского университета (1844), в котором проникся вольнолюбивым демократическим духом («В нем всегда чувствовался московский студент сороковых годов», – писал П.Д. Боборыкин в кн. «За полвека»), затем около 10 лет был на государственной службе в Костроме и Москве. В «костромской» период установил связи с московскими литературными кружками и начал писательскую деятельность (роман на актуальную тему женской эмансипации «Боярщина», 1846, не был опубликован; в 1848 опубликовал рассказ «Нина» (Эпизод из дневника моего приятеля), изложивший типичную историю превращения мечтательно-романтической девушки в приземленную мещанку).

В числе московских друзей Писемского – знакомый ему со студенческих лет А.Н. Островский, который опубликовал в «Москвитянине» повесть Писемского «Тюфяк» (1850), положившую начало литературной известности ее автора и определившую специфическую «физиологически» точную, фактографически бесстрастную манеру его прозы, раскрывающей в будничных картинах быта – в
традициях горячо почитаемого писателем Н.В. Гоголя и И.А. Гончарова – трагизм бесцельного существования «лишних» людей, затянутых тиной повседневности. Затем последовали многочисленные повести (в т.ч. «Сергей Петрович Хозаров» и «Мари Ступицына», «Брак по страсти», 1851), комедии (в т.ч. «Горькая судьбина», 1859) и рассказы (часто очеркового характера, как «Комик», «Питерщик», «Ипохондрик» и др.) из жизни провинции, тепло встреченные публикой и критикой, особенно радикально-демократической (Н.Г. Чернышевский, Н.А. Добролюбов, Д.И. Писарев), а также нравообличительные романы «Москвич в Гарольдовом плаще» (запрещен цензурой; вышел под названием «М-r Батманов») и «Богатый жених» (оба 1852).

В 1858 вышел роман «Тысяча душ» – центральное произведение Писемского, обозначившее усиление в его творчестве открыто тенденциозного, порою памфлетного начала, горько обличающего «убыль сердца» в современном обществе, зараженном антиромантическим практицизмом и на место идеала поставившем нового «идола» – комфорт. Широкий резонанс имел «антинигилистический» роман Писемского «Взбаламученное море» (1863), который, продолжая активную, с начала 1860-х годов антилиберальную публицистическую деятельность Писемского, демонстирует фальшь Крестьянской реформы 1861, доказывает неосновательность «шарлатанских» (и потому опасных) попыток «шестидесятников» изменить социальное устройство, высмеивает властителей дум радикальной молодежи – А.И. Герцена, Н.П. Огарева, Н.Г. Чернышевского.

После окончательного переезда в Москву в 1863 году из Петербурга (где Писемский жил с 1857 года, издавая совместно с А.В. Дружининым антирадикалистский журнал «Библиотека для чтения») Писемский – один из помощников М.Н. Каткова по редактированию «Русского вестника»; вскоре, третируемый как литературный поденщик, оставляет журнал. Постепенно отходит от литературных знакомств, теряя былую общительность и остроумие, становясь замкнутым и подозрительным, лишь в семье (жена – дочь известного в 1820–1830-х годах литератора П.П. Свиньина) находя успокоение, пока жизненные удары (самоубийство старшего и психическая болезнь младшего сына) не сводят его в могилу.

В последний московский период Писемский, тем не менее, много пишет: романы о современниках «Люди сороковых годов» (1869), «В водовороте» (1871; получил высокую оценку Л.Н. Толстого), серия очерков из помещичьей жизни – «Русские лгуны» (1865), произведения на темы русской истории 18 в. - драмы «Самоуправцы», (первоначальное название «Екатерининские орлы»), «Поручик Гладков», (обе 1867); «Милославские и Нарышкины,» (1886), и другие; и начала 19 в. – роман «Масоны» (1880 – 1881), где лишь «вольные каменщики» – люди высоких духовных качеств – оказываются способными противостоять разрушающей власти денег.

Обличение последней – основная тема драм Писемского «Ваал» (1873), «Просвещенное время» (1875), комедии «Финансовый гений» (1876) и романа «Мещане» (1877–1878), где, в противовес отвратительным для Писемского «героям времени» – дельцам, накопителям, по определению нравственно ущербным, – выдвигается образ утонченного и бездеятельного «барина-идеалиста», хранителя благородного духа рыцарства.

Умер Писемский в Москве 21 января (2 февраля) 1881 года.
***

АФОРИЗМЫ

Быть бессмысленно добрым так же глупо, как и быть безумно строгим.
***

В литературе, как и в жизни, нужно помнить одно правило, что человек будет тысячу раз раскаиваться в том, что говорил много, но никогда, что мало.
***

Зрячего слепые не собьют, а он их за собою поведет.
***

Время… великий мастер разрубить все гордиевы узлы человеческих отношений.
***

Человек своим телом может так же лгать, как и словом, и весьма часто под приятною наружностью скрываются самые грубые чувственные наклонности и самые низкие душевные свойства.
***

Анненков Павел Васильевич
Деловой роман в нашей литературе.
«Тысяча душ», роман А. Писемского
(Отрывок)

Новый замечательный роман г. Писемского не есть собственно, как знают теперь, вероятно, все русские читатели, история тысячи душ одной небольшой части нашего православного мира, столь хорошо известного автору, а история ложного исправителя нравов и гражданских злоупотреблений наших, поддельного государственного человека, г. Калиновича. Автор превосходных рассказов издародной и Провинциальной нашей жизни покинул на время обычную почву своей деятельности, перенесся в круг высшего петербургского чиновничества, и с своим неизменным талантом воспроизведения лиц, крупных оригинальных характеров и явлений жизни попробовал кисть на сложном психическом анализе, на изображении тех искусственных, темных и противоположных элементов, из которых требованиями времени и обстоятельств вызываются люди, подобные Калиновичу.

Автор не изменил своей манере притом: отличительное качество его таланта - выражать мысль свою посредством дела, - и одного дела, не прибегать к помощи описания характеров, а прямо возлагать на точное изображение их все свои авторские надежды, выдавая публике целиком образы и фигуры, без всякого косвенного ходатайства или хитрой рекомендации, - все эти качества в большей части случаев остались за ним и теперь. Разница только в том, что по самой глубине, разнообразию, смешанному свойству побуждений, одушевляющих новый мир, куда вступил автор, природные качества его таланта уже не могли действовать с той свободой, полнотой и уверенностью в себе, какими отличались прежде. В большей мере, чем при каком-либо создании из простой, цельной (хотя бы и грубой) жизни, тут требовались выбор, долгие соображения, мучительная работа отыскания верной и выразительной ноты для главного певца, к которой способен бы был пристроиться и весь хор остальных голосов. Нет сомнения, что автор вышел победителем из тяжелой задачи, им себе заданной, и новый роман, может статься, более всех прежних произведений его свидетельствует о силе его таланта, одолевающей при случае весьма значительные препятствия; но нет сомнения также, что упорный труд, предшествовавший и сопутствующий роману, неизбежно отразился на самом создании и лишил его того полета, той увлекающей силы, которые едва допускают заметку или возражение со стороны читателя, оставляя после себя только удовольствие разбирать произведенное ими впечатление и дополнять его новыми соображениями, возникающими в душе, как благодатные последствия представленного ей зрелища.

Не будем требовать однако ж от писателя тех свойств, которые уничтожаются самим содержанием выбранного им предмета. Какая уж история преобразователя совершается спокойно, не возбуждая горьких сомнений в уме самого историка и подчас не запутывая его суждения до того, что из-под пера его исходит нетвердый и двусмысленный приговор. Ведь преобразователи малые и великие, а равно и история их, стоят всегда между двумя противоположными воззрениями, взаимно исключающими друг друга, и сохранить тут золотую середину, а особенно свободу и развязность изображения, бывает весьма трудно, иногда невозможно. Нам достаточно, что автор заключил фалангу мыслящих и бездействующих героев повествовательной литературы нашей выводом на сцену лица, по преимуществу деятельного и притом трижды деятельного: на литературном, жизненном и гражданском поприще. Вот наконец и Геркулес, готовый на все двенадцать подвигов, и не только готовый, но и совершающий их. Для нас очень важно знать, как смотрит на него сам автор, потому что от воззрения автора зависит в сильной степени и душевное настроение читателя. Если писатель с иронией обращается к выведенному лицу, на долю последнего выпадает горькая участь. Как он ни старайся показать себя затем с хорошей стороны, как ни моли о снисхождении и о правах своих - ничто не поможет: характер запятнан иронией автора, словно клеймом, и, под каким бы платьем ни явился, клеймо неотвязчиво мелькает перед глазами читателя. То же и наоборот: если писатель отличил героя своей симпатией, то уже много надобно неосторожных поступков, вертопрашества и легкомыслия, чтоб погубить действующее лицо во мнении читателя, да и тогда еще все-таки остается кое-что, все-таки вырвется иногда ласковое и задобривающее слово. В новом произведении А.Ф. Писемского не видно ни большой симпатии, ни явной иронии к главному персонажу романа, г. Калиновичу, однако же пустить его гулять по свету без всякого аттестата с своей стороны, автор, разумеется, не мог. Калинович - прежде всего публичный человек, а публичный человек вызывает необходимо суждение и толки; их надо, по крайней мере, предупредить и направить. Исполняя обязанность эту, автор наш уже принужден был отступиться от роли отца, который может только одно из двух: или любить, или ненавидеть свое детище, - и принял роль бесстрастного судьи, который, пожалуй, не затруднится разложить на две разные кучки достоинства и недостатки подсудимого и, соображаясь с величиной той или другой из них, составить свое суждение. В первой части романа Калинович по ненасытному, но мелкому честолюбию, по сухости сердца, способного на отвратительное лицемерие, по эгоизму, приносящему в жертву доброе имя и честь его любовницы Настеньки и не отступающему даже перед самой безобразной ложью, Калинович является нам гораздо ниже того грубого, но добродушного общества, которое его окружает и перед которым он гордится своей приличной физиономией. В последней, четвертой части, когда, миновав лабиринт темных и большей частью позорных интриг, Калинович достигает своего жизненного идеала, становится славен, богат, силен и деятелен, является у автора нечто похожее на сочувствие к нему и на увлечение. Он горячо и по обыкновению мастерски описывает нам подвиги этого человека, ополчившегося на злоупотребления и начинающего истреблять их направо и налево в кругу своей власти, помимо всех местных соображений, иногда помимо приличия и необходимости, иногда даже помимо закона и установлений. Со всем тем (и это великое достоинства романа!) суждение читателя о Калиновиче нисколько не задерживается проблесками меняющихся отношений автора к герою: истина всех изображений так велика у автора, характер лица так полон жизни и правды, тип так ясно обрисован , что настоящая мысль романа является сама собой. Калинович есть произведение той самой почвы, от которой он хочет отделиться, которую он хочет исправить, которую попирает с презрением и из которой, при действительной обработке ее, он, вероятно, будет первый вырван и отброшен, как сорная трава. Здесь изобразительный талант автора одержал победу над запутанностью предмета, сложностью психологической задачи и, как нам кажется, над нетвердостью и колебанием собственной мысли его…
***
(Впервые опубликовано: «Атеней», 1859 г. № 2. Январь. С. 242 – 266).

Прикрепления: 1323384.jpg(90.6 Kb) · 0374530.jpg(42.0 Kb) · 5003803.jpg(14.6 Kb) · 1667160.jpg(12.0 Kb)


Редактор журнала "Азов литературный"
 
Литературный форум » Я памятник себе воздвиг нерукотворный » Натурализм (XIX - XX вв) » Писемский А. Ф. - русский писатель и драматург (23 марта 2011 года - 190 лет со дня рождения)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: