Геннадий Дмитричев - Литературный форум
Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS
Страница 1 из 212»
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Проза » Геннадий Дмитричев (пишу роман)
Геннадий Дмитричев
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Понедельник, 04.12.2017, 10:46 | Сообщение # 1
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Хотите с головой погрузиться в мир приключений, в мир удивительных тайн и загадок? Тогда читайте книгу «День, когда наступило будущее». Запутанный сюжет, динамически развивающиеся события и неожиданная развязка, оставят гамму положительных впечатлений.
Параллельно в романе будут развиваться две линии сюжета: древний Египет и современная Россия. Почему Россия? Существует гипотеза, что Россия отражение древнего Египта, а Волга — Нила. Недаром в названиях крупных городов Волги, прячется главный бог древнего Египта — РА: АстРАхань, СаРАтов, СамаРА.

Как, наверное, вы уже догадались, происходит реинкарнация— воплощение в России юного принца Древнего Египта, погибшего от рук врагов, которые не желали видеть принца наследником трона.
А дальше происходит невероятное: «воплощение» вспоминает свою прошлую жизнь… Что же из всего этого следует? Как говорится в рекламе: Вас ждут головокружительные приключения!.. Короче — Голливуд отдыхай!
АННОТАЦИЯ
ВЕРИТЕ ЛИ ВЫ В РЕИНКАРНАЦИЮ?
На протяжении столетий люди пытаются уяснить себе: жили они раньше, до «этого» своего рождения? Может, сегодняшнее наше бытие — лишь звено в бесконечной цепочке предыдущих жизней? Миллионы людей верят в то, что мы, умирая, где-то рождаемся вновь.
*********
Как говорил один здешний автор: «а я замутил новый роман». Идею книги вынашивал давно — так давно, что уже и не помню, когда она пришла мне в голову. И вот, наконец, решился… Право, пока сам не знаю к какому жанру отнести будущий роман (повесть); фантастика с элементами детектива, мистики… в общем, на стыках. Рабочее название будущего опуса «День, когда наступило будущее», но, конечно же, оно ещё может измениться. Думаю, новый роман или повесть можно рассматривать как продолжение моей предыдущей книги «Катарсис. Стрела времени» http://soyuz-pisatelei.ru/load/6-1-0-631 хотя сюжеты у книг совершенно разные, и действуют там другие герои, но есть там одна «пасхалка, которая связывает рассказы.
Прикрепления: 3936518.jpg(68Kb)


Сообщение отредактировал strong - Суббота, 16.12.2017, 12:07
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Вторник, 05.12.2017, 12:55 | Сообщение # 2
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ НАСЛЕДНИК ФАРАОНА

ГЛАВА 1 РАЗВЕДКА РЕШАЕТ ВСЁ!

Взвод старшего лейтенанта Романа Волгина в батальоне, да что там в батальоне — во всём полку считался везучим. С тех пор как командиром взвода назначили Волгина, отряд не потерял ни одного бойца. Может быть, всё дело в том, что там служили только контрактники — люди опытные и проверенные. А возможно всё дело было, действительно, в простом везении. Так или иначе, группе поручались самые ответственные и опасные задания. Впрочем, на войне неопасных ситуаций не бывает.
Вот и сейчас старшего лейтенанта вызвали в штаб полка. «Наверняка чтобы поручить новое задание», — по дороге думал Волгин. И он не ошибся. По данным воздушной разведки наблюдалось странное оживление боевиков — передислокация их бандформирований. Готовилось что-то крупное. Это не могло быть очередным наступлением в лоб. Командованию стало известно, что к боевикам прибыла группа арабских эммисаров.
Никакая другая; воздушная или электронная разведка не могли заменить наземной операции и человеческий фактор. И хотя наши соколы, наконец-то, засекли примерное дислокацию командного пункта боевиков, — точное местоположение штаба им вычислить не удалось.
На этот раз перед группой Волгина ставилась не только разведочная, но и диверсионная задача: найти и уничтожить вражеский командный пункт, но перед этим вынести всю имеющуюся документацию, и если удастся взять «языка» — желательно не простого… С базы уходили поздно вечером в полном молчании, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, и уже к утру рассчитывали быть в указанной лётчиками точке. В отряд входило десять человек — оптимальное число для разведгруппы. Во-первых, десять человек не так-то легко заметить в горной местности, где каждый валун служит укрытием, особенно если люди в камуфляже и идут неплотной группой. Во-вторых, отряд может дать достойный отпор при боестолкновении, если таковой, конечно, случится, что крайне нежелательно.
Сначала шли по «своей» территории. Предупреждённые блокпосты беспрепятственно пропускали отряд, не спрашивая даже пароля. Всё происходило в полной тишине. Но потом пошла незнакомая местность. Ориентировались по картам. Группа растянулась в длинную колонну. Земля приобретала скалистый характер. Почти исчезла растительность, лишь низкий колючий кустарник цеплялся за камуфляж.
В четыре часа утра, возглавляющий отряд Волгин вдруг резко остановился и поднял руку.
Шедший следом прапорщик Александр Гончаренко едва не наскочил на него.
— Ромыч, ты чего?
¬— Подожди, Сашка… сейчас. — Несколько секунд Роман стоял не шевелясь. В это время к ним подтянулись остальные. — Ох, не нравится мне эта полоска у горизонта, — наконец заговорил он. — Рык, Паша, сходите — посмотрите. — Два бойца скинули с плеч плоские рюкзаки и растворились в предутренней мгле. Внутри отряда не принято было обращаться друг к другу по званию — кто как представлялся того так и называли, а иногда даже придумывали клички. И никто не обижался. Конечно, — не по уставу. Но разведка во все времена стояла чуть в стороне от других род войск и устав здесь не всегда действовал. — Остальным отдыхать. И не курить мне! — свистящим шёпотом отдавал приказы старший лейтенант и тут же про себя улыбнулся — никто из десятки не курил, — сам подбирал людей в отряд. Он тоже снял тяжёлый рюкзак и сел на землю, прислонившись спиной к тёплому, не успевшему остыть за ночь валуну, с наслаждением вытянув ноги.
— Что-то ты нынче, Ромыч, раскомандовался.
Роман посмотрел на примостившегося рядом друга.
— Скажи, Сашка, а ты веришь в параллельные миры, вещие сны… в общем, в паранормальные явления?
— Не знаю, я там не был, — сверкнул белозубой улыбкой Сашка. — Но фокусники иногда вытворяют такое, что…
— Ну, понятно. Помнишь, я ещё в школе рассказывал тебе про мои сны? Ты тогда посмеялся надо мной. Мы даже чуть не подрались.
— А как же, конечно, помню — Египетские ночи Ромы Волгина.
— Вот-вот, я тоже думал, это из-за моего увлечения Древним Египтом. Но там что-то другое… Они мне больше не снятся…
— Ну и хорошо, — зевнул Сашка. — Ты тогда чуть не свихнулся из-за этих своих снов.
— Сашка, они приходят ко мне наяву.
Тот едва не выронил автомат, зажатый между колен:
— Иди ты!
— Я тебе говорю!.. Вернее не все сны. Помнишь, я говорил о золотом кулоне с изображением бога Ра? Это как зарница — мелькнёт перед глазами на секунду-две и исчезнет. А главное, возникает этот золотой бог, когда мне что-то угрожает. Как будто предупреждает: впереди опасность. Ты понимаешь?..
— И давно у тебя это? — с ноткой недоверия и беспокойства в голосе спросил Сашка.
Роман усмехнулся:
— Вот видишь, даже ты мне не веришь! Давно? Да, наверное, уже с полгода.
— Значит, как только мы на войну приехали. Что, и сейчас?..
Волгин кивнул:
— И сейчас.
— Ну-у, дел-а-а! — протянул Сашка.

Через полчаса вернулись разведчики.
— Засада, — ещё не отдышавшись, произнёс Рык — старшина Степан Рыков. — Нас ждут, Роман Львович. — Несмотря на то, что был он на три года старше Волгина, всегда обращался к нему по имени отчеству. Рядом с Рыком стоял тяжело дыша Паша Звягинцев — ефрейтор, только что отслуживший срочную... Вокруг них уже сгрудились все остальные.
— Я так и знал! — доставая карту, сказал Роман.
— Ни хрена себе, — встрял Сашка. — Да ты у нас, Ромыч, экстрасенс! Надо держаться к тебе поближе.
— Да ты и так не отстаёшь, — пробормотал Роман, не отрываясь от карты. Потом взглянул на Степана: — Сколько?..
— Не меньше роты. Там протекает ручей, небольшая роща, два пулемёта…
— Снайперов не заметили?
— Нет.
— Это хорошо. — Волгин снова уткнулся в карту. — Хо-ро-шо. Что делать? Ну что будем делать? — шептал он.
— А может, вертушки подгоним, — предложил Сашка. — Чеченам мало не покажется.
Несколько секунд Роман размышлял.
— Не пойдёт. Подумают — прорыв, успеют эвакуировать штаб. Надо всё сделать по-тихому. Пойдём в обход.
— Нормальные герои всегда идут в обход! — продекламировал Сашка.
Волгин взглянул на друга.
— Вот именно. — Потом посмотрел на остальных. — Придется заняться альпинизмом. — Картину «Переход Суворова через Альпы» все видели?.. Тогда вперёд.
— Да-а, были люди в наше время… — вновь подал голос Сашка.

В полной тишине, вновь растянувшись в колонну, отряд двинулся дальше. Где-то запела птица. Всё явственней стали проступать серые очертания скал. К гряде сплошных скал люди подошли, когда совсем рассвело. Дальше пути не было.
— Да раз плюнуть, — посмотрев вверх, сказал Сашка. — Не выше пятиэтажки.
— Балабол ты, Сашка, вот первый и полезай, — мрачно произнёс один из бойцов.
— Ну, ладно, — Гончаренко быстро взглянул на Романа и стал расстёгивать свой рюкзак.

Путь через скалы продлился примерно полтора часа и прошёл без особых эксцессов, если не считать, что у одного из солдат сломался карабин, чего в принципе не должно было случится — то ли проржавел, то ли сказался заводской брак, но товарищи подстраховали… Когда все спустились вниз, Волгин сказал:
— Отдыхаем пять минут. Боюсь, у нас нет больше времени.— Он сел прямо на траву, которая каким-то чудом выросла тут, и снова развернул карту. — Как думаешь, мы обошли их? — спросил Роман у Сашки, стоящего рядом и скручивающего в тугой жгут моток капроновой верёвки.
— А как же, — улыбнулся тот. — Не успели они моргнуть, а мы уже… в тылу. Эх, так и хочется им сказать: ку-ку!
— Вот именно: моргнуть… — задумчиво сказал Роман, вновь развёртывая карту. — Меня беспокоит, не заподозрили ли они что-нибудь? Не напоремся на них?!
Лежащий неподалёку старшина Рыков повернулся к ним:
— Роман Львович, может, я сбегаю — посмотрю что там?
Волгин взглянул на него, потом на наручные часы:
— По моим расчетам мы отклонились от маршрута на полтора километра. Успеешь? Хорошо, Рык, давай.
Степан быстро поднялся. На дёрнувшегося было Пашку махнул рукой:
— Сиди, я один.

…Рыков появился ровно через восемь минут.
— Порядок, Роман Львович,— прерывистым голосом доложил он. — Сидят на месте — ждут.
— Добро. Можем двигать. Все готовы? — повернулся Волгин к разведчикам и, не дожидаясь ответа, скомандовал: — Тем же порядком, рысцой, за мной! — мельком взглянул на Степана. — Ты как?
— Порядок.
Но уже через десять минут Роман вновь резко остановился, так что бегущий следом Сашка едва не наскочил на его спину, и предупреждающе поднял руку.
— Что, Ромыч, опять?.. — помощник взглянул на изменившееся лицо командира.
— Да. И близко. Подожди. — Несколько секунд Роман напряжённо вглядывался вперёд. — Авдеев, — негромко позвал он.
— Я, — отозвался один из бойцов.
— Проверь-ка эту тропку.
Вперёд вышел коренастый небольшого роста парень, на ходу отстёгивая от пояса портативный миноискатель. Сканировать землю он начал почти от самых ног Волгина.
— Мина, командир, — почти сразу же, не поднимая головы, будничным ровным голосом сказал Авдеев. — Ещё одна... Минное поле.
— Та-а-к, — протянул Роман, в то время как хотевший что-то сказать Сашка, так и остался с открытым ртом. — А обойти? — Волгин огляделся. — Не по-о-лучится, — протянул он. С обеих сторон возвышались отвесные скалы. Снова лезть на них или искать проход, который без сомнения где-то был, не оставалось времени. — Грамотно! Так-так, что у нас за минным полем? — он снова вынул карту. — А там ни-чего. А это значит… Гриша, — обратился он к Авдееву, — проход сделать сможешь?
— Попробую, командир, система вроде знакома.
— Авдеич, я тебя умоляю, только не задень что-нибудь, я ещё молодой, и жить хочу! — сказал Сашка.
— Все жить хотят, — пробурчал Авдеев, опускаясь на колени.
Сбившись в кучу, солдаты напряжённо следили, как Григорий Авдеев постепенно отдаляясь от них, извлекал из земли одну за другой и обезвреживал смертоносные болванки. Все прекрасно понимали; взорвись хоть одна мина, могут детонировать остальные и тогда им конец, но никто не прятался и не отходил на безопасное расстояние.
Когда сапёр находился от группы разведчиков метрах в десяти, он неожиданно поднялся на ноги и поднял большой палец руки. Затем медленно двинулся назад, поведя перед собой миноискателем.
— Готово, командир, — подойдя к Роману, доложил он.
— Хорошо, веди, — Волгин обернулся к разведчикам. — Ребята, — след в след.

Через сотню метров группа вышла к просёлочной дороге. Роман присел на корточки и стал внимательно рассматривать что-то на земле.
— А вот и они.
— Кто? — спросил Сашка.
— Следы от машин. И довольно свежие. Вот только не пойму, сколько их здесь проехало. — Роман встал, отряхивая ладони, и огляделся. Характер местности несколько изменился. Появились редкие низкорослые деревца, а вдали виднелись целые заросли кустарника. Да и окружающие скалы стали более пологими и низкими. — Ох, чувствую — это где-то здесь! Ребята, давайте на этот холм и не высовываться.
Все бесшумно поднялись на пологую скалу. Волгин подполз к краю утёса и достал бинокль.
— Так-так-так, — приговаривал он, медленно поведя биноклем. — Ага, а вот и машинки. — Открытый джип и небольшой грузовичок были загнаны в самую гущу кустарника, но замаскированы кое-как — закиданы ветками, лишь бы не заметили сверху.
— Ромыч, дай посмотреть.
— Подожди, Сашка. Опа-а, а вот и то, что нам нужно! — Роман передал бинокль Сашке.— Смотри, — и, обернувшись, тихо позвал: — Клык.
К нему подполз боец.
— Я!
— Твой выход, Коля. — Волгин отобрал прибор у друга и передал Коле Клыку. — Посмотри, — он указал направление. — Сможешь снять?
— Да как два пальца… в розетку.
— Ну, давай, Николай!
Клык сбросил с плеча ремень автомата и передал оружие Сашке.
— Смотри, не забудь…
— Будь спок, верну.
Клык проверил, как вынимается нож из чехла и ужом соскользнул с холма.
Роман прильнул к окулярам — два боевика, почти в таких же камуфляжах как у них и армейских кепи с автоматами за плечами о чём-то оживлённо переговаривались, размахивая руками. За ними темнел малоприметный вход в пещеру. И вдруг почти одновременно оба боевика рухнули, как подкошенные. От неожиданности Роман едва не выпустил из рук бинокль. На их месте, будто из земли вырос Клык. Посмотрев прямо в окуляры бинокля, он махнул рукой.
— Ловок, дьявол! — прошептал Волгин. Николай Клык был дагестанцем. Командование поначалу не хотело включать его в группу, но Роман отстоял… И вообще, он знал — в полку служат сотни кавказцев, и несколько десятков из них чеченцы. Оглянувшись, он скомандовал: — Ну, парни, пошли. Оружие к бою.
Вход в пещеру оказался настолько узким, что разведчикам пришлось протискиваться по одному. Через минуту загрохотали автоматные очереди, многократно усиливающиеся эхом, но вскоре оборвались так же неожиданно, как и начались. В первом отсеке пещеры находились всего пять боевиков, которые были уничтожены в мгновение ока. Где-то слабо гудел генератор, но под сводом пещеры висела всего одна тускло светящаяся лампочка.
— Командир, дверь! — крикнул один из бойцов. Из-за слабого освещения Волгин не сразу заметил её. Он подошёл. Эта была стальная плита-дверь, вроде тех, что изготавливают в сейфовых шкафах. Роман подёргал за ручку и прислушался.
— Тихо! — предостерегающе поднял он руку. — Там кто-то есть. — Из-за двери доносился слабый писк и бормотание. — Авдеев, — Роман нашёл взглядом подрывника.
— Я уже, — откликнулся тот, копаясь в своём рюкзаке.
— Давай.
Авдеев подошёл к плите-двери и оценивающе осмотрел её, затем быстро закрепил по её периметру пластиковую взрывчатку:
— В укрытие!
Раздался хлопок, и на секунду всё заволокло дымом, а в следующее мгновение стальная дверь рухнула наружу. Из пролёта полился целый поток свинца. Пули цокали о стены, выбивая рой острых осколков.
— Гранаты! — крикнул Волгин.
В проём полетело несколько свето-шумовых гранат. Пещеры озарила вспышка равная сиянию нескольких солнц. Выстрелы смолкли. Разведчики ворвались в отсек. На полу в различных позах лежали несколько человек — семь. Четверо из них, судя по всему, были полевыми командирами, остальные — те самые эмиссары, о которых прознало командование, об этом говорили шевроны, нашитые на их форму.
— Живы?
— Вроде дышат.
— Пакуйте этого борова, — Роман указал на военного, лежащего ближе всех к столу. — Приведите его в чувство. Ребята, в темпе, они вызвали подмогу. — В стороне на тумбе мигала зелёной лампочкой рация. — Документы в рюкзаки, чтобы ни одна бумажка не пропала. Макс, вызывай вертушки...
— Ромыч, сейф!
— Сколько?..
— Не меньше сотни.
— Командир, я видел тачку, — прокричал кто-то рядом.
— Тащи.
Оторвать сейф от стены и погрузить на ручную тачку оказалось минутным делом.
— Командир, вертушки в воздухе, — доложил Макс.
— Хорошо! Авдеев, как у тебя? — спросил Волгин у возившегося в углу подрывника.
— Сейчас.
— Ставь таймер на пять минут. Ну а теперь, ребятки — бегом.
— И пускай нас догонют, если смогут! — залихватски крикнул Сашка.

Когда группа садилась в вертолёт, приземлившийся в заранее оговорённом месте, горы сотряс оглушительный взрыв.

Задание было блестяще выполнено. Весь отряд старшего лейтенанта Волгина наградили медалями «За отвагу». Кое-кого повысили в звании. Добытые разведчиками документы трудно было переоценить. Они позволили не только сорвать планы боевиков, но, практически не вступая в боестолкновения, силами авиации разгромить отряды боевиков. Захваченный араб оказался бригадным генералом. Теперь у командования были прямые доказательства вмешательства иностранных государств…

— Ромыч, ты не спишь? — спросил Сашка у растянувшегося рядом друга.
Роман медленно открыл глаза.
— Уже нет, — недовольно пробурчал он и сел.
Оба были раздеты по пояс и расположились в тени палатки на лоскуте прорезиненного брезента. Солнце коснулось горизонта и уже не пекло как днём. Но духота, казалось, сгустилась ещё больше. Сашка сидел по-турецки скрестив ноги и поигрывал коробочкой из-под медали.
— А вот мне интересно, что было в сейфе, который мы давеча притаранили?
— Баксы там были. Под завязку набит пачками долларов.
— Эх ты, кабы раньше-то знать! — сделал комично-огорчённое лицо Сашка.
Роман усмехнулся.
— Ещё там был чемоданчик с драгоценностями.
— Эх, чёрт! — Сашка в сердцах бросил коробочку на землю.
Роман снова лёг, подложив под голову локоть.
— Ты знаешь капитана Осипова?
— Новенького? Штабиста?
— Ну да. Так это он…
— Что?
— Это он предупредил чеченов о нашем выдвижении.
— Иди ты! — Сашка замер уставившись на друга. — Предатель!? Вот сука, а! Взяли?
— Ушёл.
— Как же так!?
— Ничего, поймают. Думаю, тот чемоданчик предназначался ему.
— Вот, сволочь! Хотел бы я встретиться с ним лицом к лицу.
С минуту оба друга молчали. Солнце окончательно скрылось за горами, небо окрасилось в малиново-розовый цвет.
— Ну ладно, — вставая, сказал Роман, — пошли, скоро ужин.
— Кстати, тебе больше не мерещится тот медальон?
— Не мерещится. Спи спокойно. Давно хотел у тебя спросить: почему к тебе не прилипает никакая кличка? Наши ребята вроде мастера на это…
— Не поверишь, Ромыч, сам удивляюсь. Иногда, даже обидно, ей богу.
 
Лариса+Радченко (Ла-Ра)Дата: Вторник, 05.12.2017, 19:38 | Сообщение # 3
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 2803
Награды: 38
Репутация: 105
Статус:
Здравствуйте, Геннадий! Люблю фантастику, мистику. Текст у Вас хороший, гладкий, читается легко. Надеюсь, сюжет будет увлекательным, и тогда стану Вашим частым гостем!
Удачи и творческих успехов!


От себя не убежишь...
 
Людмила (Мила_Тихонова)Дата: Вторник, 05.12.2017, 19:52 | Сообщение # 4
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18458
Награды: 331
Репутация: 728
Статус:
Как же приятно читать не только интересное произведение, но и грамотно написанное.
Удачи автору и ждём продолжения.
 
Елена Долгих (ledola)Дата: Среда, 06.12.2017, 07:58 | Сообщение # 5
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 8106
Награды: 77
Репутация: 238
Статус:
Да, согласна с предыдущими комментами - интересно и гладко написано! Ждём продолжения! biggrin

А зверь обречённый,
взглянув отрешённо,
на тех, кто во всём виноват,
вдруг прыгнет навстречу,
законам переча...
и этим последним прыжком
покажет - свобода
лесного народа
даётся всегда нелегко.

Долгих Елена

авторская библиотека:
СТИХИ
ПРОЗА
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Среда, 06.12.2017, 07:59 | Сообщение # 6
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Лариса, Людмила большое спасибо! Приятно. Надеюсь, что не разочаруетесь. Сегодня выложу ещё пару глав. Пытаюсь прокатать. Так что, если заметите какие-то ошибки, недостатки…- указывайте. Со стороны всегда видней.
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Среда, 06.12.2017, 08:07 | Сообщение # 7
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Елена, и вам спасибо! Вы меня прям вдохновляете.
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Среда, 06.12.2017, 09:17 | Сообщение # 8
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
ГЛАВА 2 ПИРАМИДА

По тайному коридору Сид направлялся в спальню своего сына — Рене. Конечно, он мог пройти по верхней галерее, — так гораздо короче, да и удобнее — не пришлось бы пригибаться, но где гарантия, что кого-нибудь не встретишь? Сид хотел сохранить визит к сыну в тайне. Ночью жизнь во дворце не замирала, она переходила в новую фазу — незримую и потайную, которая даже ему — фараону, властителю Верхнего и Нижнего Египта, была неведома. И это несмотря на работу дворцовых шпионов.
«Или они только изображают бурную деятельность?!» — в который раз подумал Сид.
Сексоты вне дворца докладывали, что в государстве зреет заговор. Вначале правитель не придал должного значения их сообщениям. В его жизни это было далеко не первое предупреждение о заговоре с целью свержения фараона. Сид перестал обращать на это внимание. В прежние времена удавалось быстро локализовать врагов. Но не в этот раз. Теперь всё происходило аккуратно, незаметно. Сид только ощущал нарастающее беспокойство в душе.
Вычислить, откуда придёт опасность, не удавалось. Внешне всё казалось спокойным, и можно не прислушиваться к нескольким соглядатаем, ведь их могли ввести в заблуждение. Но Сид почти кожей чувствовал, что щупальца заговора тянулись из дворца и удара можно ожидать в любое время и из-за любого угла.
Это была одна из причин, почему фараон выбрал путь не по главной галерее, а крался по потайному коридору, о котором знал только он да верный слуга Горн, шедший впереди с факелом в руках. Смерти Сид не боялся, а опасался он не успеть подготовить своего преемника — передать Рене главную тайну фараонов. Правда, есть ещё жрец Шер… но Сид знал, что после его смерти тот потеряет власть или случится нечто похуже…
Скоро правитель достиг двери спальни принца. Подземная галерея тянулась дальше, и мгла коридора казалась бездной, в которой могли притаиться враги. Сид замер, прислушиваясь к тому, что происходило за преградой. Верный слуга отступил в сторону. Кроме слабого потрескивания факела в его руках фараон ничего не услышал. За дверью стояла мёртвая тишина. На миг правитель усомнился: не пуста ли комната? Странно. Два часа назад Сид проводил сюда сына, и сам стал свидетелем, как охрана заступила на стражу. Если бы Рене покинул покои, ему доложили бы.
Сид осторожно надавил на рычаг — дверь бесшумно повернулась на шарнирах. Изнутри, со стороны комнаты, она не запиралась. Вряд ли Рене даже подозревал о её существовании. Сколько раз он, наверное, смотрелся в отполированный лист бронзы, не подозревая о том, что это могло быть ещё чем-то кроме зеркала. «Сколько же всего нового предстоит сегодня узнать мальчику!» — подумал фараон и, сделав знак Горну, чтобы тот оставался на месте, тихо вошел в спальню. Здесь пахло свежестью и благовониями. После затхлости потайного коридора это показалось особенно приятным. Небольшую комнату освещал всего один масляный светильник.
На высокой резной кровати, отбросив тонкое покрывало, лежал Рене. Мальчик был уже достаточно взрослый, чтобы спать со служанкой-няней. И наоборот: слишком юн, чтобы разделять ложе с кем-то ещё. Хотя… Сид улыбнулся, вспомнив свою юность. Он вдруг почувствовал огромное облегчение при виде сына. С чего бы? Ведь расстались совсем недавно.
Сид сел на краешек кровати, и некоторое время смотрел на Рене, не смея нарушить его сон. Тот умиротворённо улыбался. Без сомнения, юный наследник видел что-то очень приятное. В колеблющемся красноватом свете плошки, висящей на стене, его лицо казалось ещё более прекрасным. Чёрные вразлёт брови, длинные ресницы. Иным, чтобы добиться таких, немало времени приходилось проводить перед зеркалом. Прямой точёный нос с широкими крыльями ноздрей. Красиво очерченные, ещё по-детски припухлые губы. «Да, — мелькнуло в голове у Сида, — Рен будет хорошим фараоном. Народ его полюбит». Наблюдая за сыном в течение нескольких лет, фараон выяснил, что он был честным и справедливым. Внезапно фараон помрачнел. Многие, очень многие, особенно среди знати, были недовольны (и это мягко сказано) тем, что будущий властитель рождён от наложницы — не египтянки. И хотя их пытались заверить, что любимая наложница фараона не простых кровей, — в её жилах течёт кровь иудейских царей, далеко не всех это устраивало. Некоторые тривиально не поверили, другие же ещё больше разозлились из-за того, что правитель связался с дочерью Израиля.
Наконец Сид протянул руку, чтобы разбудить сына, но не успел коснуться его, Рене открыл глаза; то ли почувствовал пристальный взгляд, то ли его разбудила тень от руки. Длинные ресницы юноши затрепетали, но в его взгляде не было страха; чего боятся в собственном доме? «Счастлив несведущий», — вновь пронеслось в голове у фараона.
— Это вы, отец? — сразу же узнал его юноша, будто вовсе не спал. — Вы не уходили?
— Одевайся, — не отвечая на вопрос, сказал Сид. — У нас не так много времени.
Рене послушно сел на кровати и стал облачаться в привычные одежды, не задавая больше вопросов, но с любопытством поглядывая туда, где раньше было зеркало, а сейчас зиял тёмный проём. В нем стоял Горн с факелом в руках. Юноша догадался, что отец появился оттуда.
— Украшения не нужны, — вновь сказал Сид, когда Рене потянулся к столику с браслетами и золотыми обручами. — Только вот это…
Правитель взял со столика широкий позолоченный ремень с большой пряжкой, где была изображена священная птица ибис, символизирующая Тота — бога луны, и самолично подпоясал Рене.
— Иди за мной.
Они вошли в тёмный тоннель. Сид вернул в первоначальное положение дверцу-зеркало. Юноша постарался держать эмоции под контролем, но неприятие места куда он попал, оказалось выше его воли. Он опустил голову, не произнося ни слова, безоговорочно доверяя отцу, пошел за ним следом. Гуськом они двинулись по узкому коридору — впереди слуга-факельщик, за ним Рене, замыкал фараон. Подросток часто оглядывался на отца, но ничего не говорил. Сид видел, что мальчишку так и распирало спросить. И только когда коридор заметно расширился, а из щелей в каменной кладке стал пробиваться дополнительный свет, Рене замедлил шаг и спросил у нагнавшего его фараона:
— Отец, куда мы идём?
— В Долину Царей.
— Нас ждёт повозка?
— Нет, Рен, — Сид взглянул на сына, — мы пойдём по подземному ходу.
— Что? Подземный ход!? — Юноша даже приостановился. У него агорелись глаза.
Фараон прекрасно понимал сына; в его-то годы узнать о потайной галерее, о подземном ходе… — для него просто увлекательнейшая игра.
— Рен, — Сид взял сына за руку, — сегодня тебе многое предстоит узнать. Если что-то тебе покажется непонятным, постарайся не удивляться. И всегда помни: я тебя в обиду не дам.
Юноша кивнул. Он понял еще в комнате – что-то случилось, и все происходящее не игра. Идя рядом с отцом, наследник хотел что-то сказать, но в этот момент они завернули за округлый поворот и увидели человека с факелом. Процессия остановилась. Сид подошёл к человеку и перекинулся с ним несколькими словами. Незнакомец взглянул на принца, и Рене узнал жреца Шера.
Передав факел фараону, жрец произнёс непонятную фразу:
— Проход открыт до утра. — Затем повернулся и скрылся в темноте.
Сид, смотря вслед Шеру,— на его сгорбленную спину, на острые плечи, с грустью думал, что у Рене уже не будет таких преданных людей. Жрец слишком стар и бездетен. Испокон веков повелось, что только фараон мог обладать даром бессмертия. Но почему? Когда-то он задал этот вопрос Шеру, и тот ответил: «Обладай даром бессмертия всякий, на Земле наступил бы Великий Хаос. — Потом добавил. — Я бы не хотел быть бессмертным».
Тогда Сид его не понял: кто же отступится от бессмертия?! Но сейчас, кажется, начинал понимать старика…

Правитель подошёл к своей маленькой группе и кивнул Горну. Тот двинулся вперёд, они пошли следом. Юноша не осмеливался больше задавать вопросы, слишком уж подавленным и задумчивым казался Сид. Через несколько шагов Горн свернул в узкое ответвление, которое Рене заметил только теперь, когда стало светлее. Далее все спустились по довольно крутой каменной лестнице (юноша насчитал двенадцать ступеней) и очутились в огромном мрачном зале, с массивными квадратными колонами. Как ни старался наследник ступать осторожно, эхо шагов громко отдавалось в пустом зале.
Рене и не заметил, как рукотворное помещение кончилось и они уже шли по просторной, но стремительно суживающийся пещере. Со свода свисали, переливаясь в свете факелов разными цветами сталактиты, иногда достающие до самой земли. Стены были испещрены округлыми наростами известняка и глубокими бороздами, по которым сочилась вода. От основного коридора пещеры отходили многочисленные ответвления. Куда они вели, осталось тайной и Рене не без потаённой радости подумал, что эту загадку предстоит разгадать ему.
Проходя мимо одного из ответвлений, юноша почувствовал близость воды, — запахло тиной и рыбой, показалось, что различает слабый перезвон камыша под напором ветра. Видимо галерея выходила на берег Нила. Внезапно он услышал шорох, как будто там осыпались мелкие камешки. Рене вопросительно взглянул на фараона.
— Крокодилы, — произнёс тот, отвечая на немой вопрос сына.
У юного наследника ещё больше разгорелись глаза — это означало, что можно устроить охоту.
Но они не свернули в галерею. Горн уверенно вёл их вперёд. Наконец, слуга остановился и, обернувшись, сказал:
— Мы пришли, фараон.
Наверх вела крутая лестница.
Ступени оказались настолько высокими, что юноше пришлось помогать себе руками, опираться на них ладонями, чтобы залезть на очередную. На верхней площадке Горн вставил факел в держатель на стене и взялся за скобы плиты. Мышцы рук и груди его вздулись, — Рене дал себе слово, что у него будут такие же — послышался скрежет, и над головой появилась темная серповидная щель, которая медленно расширялась. Когда проход расширился настолько, чтобы свободно мог пройти человек, слуга отступил в сторону.
— Оставайся здесь. — Горн в знак повиновения склонил голову. — Рен, идём, — повернулся Сид к сыну и первым вышел наружу.
Их встретила свежая прохлада. После затхлости пещеры воздух казался особенно чистым и прозрачным. Ничто не нарушало тишины. Лишь трели цикад вторгались в безмолвие, но и они сливались с ночью. Юноша вздохнул полной грудью. Их окружали какие-то тёмные развалины. Издалека донёсся вой шакалов.
— Где мы? — передёрнув плечами, спросил Рене.
— Долина Царей.
— Как?! Но ведь…— начал юноша и осёкся. На миг показалось, что отец шутит. Ведь даже на повозке от дворца до Долины Царей добираться не менее часа, а по подземному ходу они шли всего несколько минут, по крайней мере, так ему показалось. Оглядевшись, Рене вдруг обнаружил, что стоят они между лап Сфинкса, расположенного в центре Долины. Резко повернувшись и задрав голову, увидел почти человеческое лицо каменного исполина. Юноша был потрясён.
Сид словно почувствовав, что творится в голове у Рене, сказал:
— Потерпи. Скоро ты всё узнаешь.
Долина Царей ночью выглядела совсем по-другому, чем при свете дня. Пирамиды на фоне чёрного безлунного неба словно плыли над землёй и, казались, ещё более величественными и зловещими, будто бы созданные вовсе не человеческими руками, а гигантскими созданиями, прибывшими откуда-то извне, — из других миров. Юноша почувствовал себя пылинкой, жалкой козявкой, которую может раздавить любой… Он схватился за руку отца, и тут же его обжёг жгучий стыд, — он, уже взрослый человек — наследник фараона— ведёт себя как маленький. Хотел высвободиться, но Сид крепче сжал его ладонь. Мальчик почувствовал необычную теплоту и уверенность, исходящие от этого сильного человека.
— Отец, куда мы?.. — шёпотом спросил он.
— В твою пирамиду, — также тихо ответил Сид.
Рене резко вскинул голову:
— Но ведь туда невозможно проникнуть… пока…
Он скорее угадал, чем различил улыбку на лице фараона.
— О-о, как же тщеславны люди! — произнёс тот непонятную фразу. — Не один ты так считаешь, Рен. Они думают, что пирамиды лишь усыпальницы...
— А разве это не так, отец?
Сид не ответил.
— Мы пришли. Узнаёшь?
Мальчик десятки раз, если не сотни, бывал на строительстве собственной пирамиды и даже втайне от фараона попытался принять участие, обрабатывая огромный блок известняка. Казалось, что он уже сроднился с ней. Но сейчас в этой громадине не узнавал ни одной знакомой чёрточки.
— Кстати, твой блок на самом верху, — улыбнулся фараон. Рене удивлёно взглянул на него. — Ну что, пойдём. — Сид ступил на первую ступень неширокой лестницы, стрелой устремившейся вверх по грани пирамиды.
Юноша насчитал около сотни ступеней, потом сбился. Чем выше поднимались, тем сильнее завывал ветер. Он уже ничего не слышал и потерял чувство времени. Сколько длилось восхождение? Казалось, что поднимается на самое небо. Наконец, лестница закончилась небольшой площадкой с нависавшим над ней сводчатым потолком. Рене боялся посмотреть вниз. Он поспешно шагнул вглубь арки и прислонился к стене. Внезапно в нише стало светло, почти как днём. Сид что-то сделал с факелом, и язык пламени удлинился в два раза. Фараон с улыбкой взглянул на сына:
— Ну что, устал? Бывает.
Рене встрепенулся:
— Я в полном порядке, отец.
Не переставая улыбаться, Сид снял с шеи кулон и протянул сыну:
— Возьми. Он твой.
Кулон представлял собой небольшой, размером с детскую ладошку, золотой диск, на котором находилось выступающее изображение бога Ра. Рене вспомнил, что точно такое изображение было и на браслете фараона. Украшение было тёплым, почти горячим. «Ну и горячее же сердце у отца!» — подумал он.
Сид словно бы прочёл его мысли.
— Он живой, — сказал фараон.
— Кто? — Не понял в первый момент юноша. — Как это?!
Не ответив, Сид опустил факел и осветил противоположную стену.
— Приложи его сюда…
Рене увидел в стене круглое отверстие, соразмерное с окружностью кулона.
— Ну, смелее. Это ключ.
Юноша послушно приблизил руку с кулоном к стене и тот, словно и вправду был живой, скользнул из ладони и с лёгким щелчком вошёл в отверстие. Вроде бы ничего не происходило — Рене ожидал, что раздастся скрежет, и часть стены поползёт в сторону, и даже немного отступил. Но взглянув на отца, по его напряжённому лицу — фараон к чему-то прислушивался , понял, что-то происходит.
— Ну, всё, — через минуту сказал Сид, беря его за руку. — Пошли.
— Куда?.. — начал юноша, и вдруг с ужасом увидел, как фараон скрывается в стене и тянет его за собой.
Он зажмурился, а когда открыл глаза, обнаружил себя уже внутри пирамиды, стоящим вначале широкого и длинного коридора.
 
Елена Долгих (ledola)Дата: Среда, 06.12.2017, 11:09 | Сообщение # 9
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 8106
Награды: 77
Репутация: 238
Статус:
Цитата strong ()
Так что, если заметите какие-то ошибки, недостатки…- указывайте. Со стороны всегда видней.

Это мы завсегда happy happy
Цитата strong ()
наблюдалось странное оживление боевиков — передислокация их бандформирований.

"их" лишнее слово.
Цитата strong ()
где каждый валун служит укрытием, особенно если люди в камуфляже и идут неплотной группой.

"и" здесь лишнее
Цитата strong ()
Раздался хлопок, и на секунду всё заволокло дымом,

на секунду? не верится...


А зверь обречённый,
взглянув отрешённо,
на тех, кто во всём виноват,
вдруг прыгнет навстречу,
законам переча...
и этим последним прыжком
покажет - свобода
лесного народа
даётся всегда нелегко.

Долгих Елена

авторская библиотека:
СТИХИ
ПРОЗА
 
Елена Долгих (ledola)Дата: Среда, 06.12.2017, 11:23 | Сообщение # 10
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 8106
Награды: 77
Репутация: 238
Статус:
Цитата strong ()
Сексоты вне дворца докладывали,

неее...сексоты появились гораздо позднее)) Соглядатай!
Цитата strong ()
мальчишку так и распирало спросить

Цитата strong ()
мальчишку так и распирало спросить

распирало спросить -- гм... по мне это как-то не очень звучит. Распирало от вопросов -- скорее так.
Цитата strong ()
У него агорелись глаза.

буковка З пропущена
Цитата strong ()
Мышцы рук и груди его вздулись,

"его" - лишнее слово
Цитата strong ()
На верхней площадке Горн вставил факел в держатель на стене и взялся за скобы плиты. Мышцы рук и груди его вздулись

На мой взгляд предложение лучше сделать так:
На верхней площадке Горн вставил факел в держатель на стене и взялся за скобы плиты, мышцы рук и груди вздулись.
Слово "вздулись" мне как-то не очень... Возможно -- бугрились...Но это лишь моё видение))
*
В остальном всё замечательно и интригующе. Затягивает!))) biggrin


А зверь обречённый,
взглянув отрешённо,
на тех, кто во всём виноват,
вдруг прыгнет навстречу,
законам переча...
и этим последним прыжком
покажет - свобода
лесного народа
даётся всегда нелегко.

Долгих Елена

авторская библиотека:
СТИХИ
ПРОЗА


Сообщение отредактировал ledola - Среда, 06.12.2017, 11:25
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Среда, 06.12.2017, 13:34 | Сообщение # 11
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Елена, то что нужно!
А я сунулся было на ЭКСМО, но там форум какой-то недоброжелательный.
 
Лариса+Радченко (Ла-Ра)Дата: Среда, 06.12.2017, 19:59 | Сообщение # 12
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 2803
Награды: 38
Репутация: 105
Статус:
Хорошее начало! Заинтриговали. Есть недочёты. Я Вам в личке сообщение отправила. Если будет желание пообщаемся.
Удачи! Жду продолжения! smile


От себя не убежишь...
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Четверг, 07.12.2017, 09:47 | Сообщение # 13
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
[b]ГЛАВА 3 ВЕЛИКАЯ ТАЙНА[/b]

Мальчик испытывал почти суеверный страх. Державший его за руку фараон чувствовал состояние сына, но никак этого не показывал.
— Чудеса начинаются, — улыбнулся он. — Шер называет это диафрагмой...
От его спокойного и ровного тона Рене успокоился и дал себе слово ничему больше не удивляться. Сид одной рукой обнял сына за и увлёк вперёд по коридору. Как ни странно, конец коридора не терялся в темноте, а освещался призрачным голубоватым светом. Скоро юный наследник понял, что этот волшебный свет льётся откуда-то сверху. Через минуту они подошли к узкой и крутой, вырубленной в едином монолите лестнице.
— Нам сюда, — произнёс фараон.
— А там что? — указал юноша на галерею, ведущую вниз.
— Там царство демона Небежда*. Но ты не бойся, — поспешил добавить Сид, заметив испуг в глазах Рене. — Сюда власть Небежда не распространяется.
Лестница была настолько узка, что им пришлось подниматься один за другим. Впереди шёл фараон с факелом в руках, впрочем, надобность в коем отпала, так как сверху продолжал литься слабый, но достаточный для того чтобы различать окружающее, свет. За ним, стараясь не оглядываться — Рене. Несмотря на крутизну, почти отвесность лестницы, юноша особо не напрягался; высота ступеней оказалась небольшой, да и в стене с правой стороны вырублен длинный уступ, за который удобно было держаться. На этот раз восхождение длилось не так долго; ему показалось не больше минуты. Наконец Сид достиг верхней площадки и на секунду скрылся из виду. Рене взглянул вверх, и у него захватило дух.
Он дал себе слово не удивляться, но ничего не мог с собой поделать. Над головой распростерлось огромное небо! В первое мгновение он подумал, что искусный художник расписал потолок. Но небосвод был живой; именно от него исходил тот волшебный призрачный свет… Проплывали тёмные тени облаков. К тому же некоторые звёзды пульсировали, словно бы подмигивая ему. А одна сорвалась и, прочертив короткую яркую линию, исчезла. Но главное, никогда и нигде он не ощущал себя так близко от них — только протяни руку. Будто бы на самом деле оказался на небе.
Потом пришла мысль о недостроенной крыше, хотя какая крыша может быть в пирамиде?! Он ведь сам наблюдал, как сотни рабов волокли и устанавливали последний пирамидальный блок…
— Ну что, красиво? — вдруг услышал он голос.
Юноша очнулся от наваждения, в голове мелькнуло, что, наверное, выглядит очень глупо ,и поспешил закрыть рот. Сид протянул руку и, словно котёнка, вытянул его на площадку. Рене огляделся. Он очутился в небольшой комнате со скошенными стенами, на которых бурой или красной краской были начерчены незнакомые символы и иероглифы — Рене словно очутился внутри огромного свитка. Промеж записей ютились замысловатые рисунки: невиданные животные, фигурки людей, подобные богам из древних мифов… В центре комнаты находилась большая квадратная тахта, как и лестница, ведущая сюда, высеченная из монолита и ничем не покрытая. Но его взгляд всё время притягивал необычный свод.
— Да, это всё изобретения жрецов, — сказал Сид, указав наверх. — Это вроде двери-диафрагмы. Я сейчас, — добавил он и, проделав что-то с факелом, отчего пламя опять убавилось почти в два раза, вставил его в специальный держатель, прикреплённый к стене. Потом подвёл сына к каменной тахте, усадил и сел рядом. — Ну, теперь поговорим. — Но ещё долго молчал, словно бы обдумывая с чего начать.
Рене продолжал украдкой осматриваться. Несомненно, они находились в верхней части пирамиды — на самом верхнем её уровне. Но ведь он неоднократно видел у младшего жреца-архитектора папирус со схемой-рисунком пирамиды, и там не было никаких помещений, галерей, лестниц (кроме, разумеется, зала в нижнем уровне, где установят саркофаг). Да он и сам наблюдал за строительством, за тем как рабы плотно подгоняли друг к другу каменные блоки и не оставляли места для пустот. Правда, на том папирусе находились ещё какие-то незнакомые значки и символы… Как такое могло случиться?.. Загадка! Ещё он чувствовал, что беззаботное детство кончилось, что приобщается к чему-то серьёзному и таинственному.
— Рен, — наконец заговорил фараон, — как думаешь, сколько мне лет?
— Двадцать, — бездумно ответил Рене, всё ещё находясь в плену своих мыслях, но тут же осёкся.
Сид усмехнулся:
— Выходит я зачал тебя в семь?..
— Тогда, тогда… — мальчик беззвучно зашевелил губами.
— Прибавь к этим двадцати ещё восемьдесят.
— Что!? — юноша округлил глаза. — Отец, вы…
— Нет, Рен, я серьёзно. Могу прожить ещё пять раз постольку же. Я знал ещё отца жреца Шера — Харга. Именно от него узнал о тайне, которую сейчас открою тебе. Наверняка ты слышал, бессмертие — это привилегия фараонов.
— Да, но я думал, это сказка, выдумки! — Юный принц во все глаза смотрел на фараона. — Но как же?.. — Он не договорил, захлебнувшись воздухом.
— Ну, как видишь — это не выдумки, — продолжал Сид, не обращая внимания на то, что его перебили— наследник имел на это право. — Простой народ относится к нашему бессмертию как к само собой разумеющему. Они считают нас избранными — детьми бога Ра. Но ты должен знать правду. — Фараон сделал паузу, а Рене затаил дыхание, чувствуя, что сейчас услышит что-то необычное. — Мы вовсе не избранные, — продолжал фараон, — вернее, «неизбранные» в том смысле, который народ вкладывает в это слово. Ты понимаешь? — Юноша кивнул, судорожно сглотнув комок в горле. — Бессмертным может стать любой.
— Как!? — В этом возгласе было больше изумления, чем вопрошания.
И опять, казалось, фараон не обратил внимания на возглас, продолжая будничным голосом:
— Это великая тайна, о которой знают только фараон и несколько высших жрецов, но даже под пыткой они не выдадут... — Он замолчал, давая Рене переварить услышанное. Молчал и юноша. Внезапно глаза его загорелись.
— Отец, значит, и я буду бессмертен?! — Он схватил фараона за руку, но тут же устыдился своего порыва — наследному принцу следовало быть сдержанней. Хотел убрать руку, но Сид сжал её и улыбнулся.
— Да, Рен, время наступило. — И словно прочитав его мысли, добавил: — Не пытайся сдерживать эмоций, я вижу в твоих глазах тысячу вопросов.
Хотя в душе у юноши бушевала целая буря, он попытался скрыть это.
— Отец, как это произойдёт? Или я уже…
Улыбка Сида стала ещё шире:
— Думаю, ответ ты знаешь.
Рене задумался всего на секунду.
— Пи-рамида — это не только усыпальница, — повторил он недавно сказанные фараоном слова.
— Верно. Я рад… Жрец Шер называет их «генераторами бессмертия». — Внезапно Сид посерьезнел. — Не всё так просто. И ты об этом тоже должен знать: наше бессмертие, — он запнулся, — относительно. Для нас время течёт по иному, чем для простого смертного. На Земле могут пройти столетия, мы же постареем всего на десяток лет. Как говорит Шер: ничто не вечно, всё когда-нибудь заканчивается. Но редко кто из нас умирает от старости — своей смертью, — он на минуту задумался. — Да, я не знаю ни одного случая. Дар не защищает нас от наёмных убийц, от подлого удара кинжалом из-за угла… И это своеобразная плата…
— Но кто может покушаться на избранного?!
Сид тяжело вздохнул.
— Ты ещё слишком молод и не знаешь всех человеческих пороков, главный из которых зависть. Ну, не будем о грустном. — Он помедлил. — Тебе предстоит пройти первое испытание. Завтра, нет уже сегодня, — Сид посмотрел наверх, — зародится новая луна, начнётся новый цикл… И тебе, Рен, необходимо провести этот цикл здесь — в пирамиде.
— Как целый месяц?! Одному?
— Я надеюсь, ты уже не боишься оставаться один? — с некоторым беспокойством фараон взглянул на сына.
— Нет, конечно нет, но… но что я буду есть и пить, и… и…
— Пища тебе не понадобится, и всё остальное, — улыбнулся Сид. — Пирамида будет тебя подпитывать. Самое важное, не покидай эту комнату. Когда луна повзрослеет — таинство свершится.
— И я стану бессмертным?
Фараон кивнул.
— Когда наступит первая ночь полнолуния, я за тобой приду. — Он проследил за взглядом Рене, который снова смотрел на небесный свод. — Да, жрецы даже нам — фараонам не раскрывают всех секретов. Думаю, там, — Сид поднял руку,— огромная линза, нечто вроде бычьего пузыря.
— Отец, — тихо, почти шёпотом заговорил Рене, — всё же что это такое — пирамида? И почему на рисунке архитектора нет никаких комнат и коридоров… а сейчас они появились?
— Это ещё один секрет жрецов. Ты не обратил внимания: при строительстве используются как гранитные блоки, так и блоки из простого известняка?
— Но я думал… — Внезапно юноша замолчал, что-то вспомнив. — А кулон? Вы говорили: он мой.
— Да, кулон. Он не просто твой, — он часть тебя. Когда выйдешь из пирамиды, повесишь его на шею и не снимешь никогда. Ты слышишь, Рен, ни-ког-да. Даже во время купания.
— Как это — часть меня?
— Не знаю, помнишь ли?.. Я тебя водил к жрецам. Шер взял капельку крови. — Сид широко улыбнулся. — Ты тогда жаловался, что жрец Шер сделал тебе больно и требовал наказать его.
Рене кивнул.
— Так вот, — продолжил фараон. — Шер поместил твою кровь в кулон…
— Он что, полый?
Сид едва заметно пожал плечами:
— Выглядит как цельный. Вернее, твою кровь он соединил с золотом. И кулон ожил…
— Одушевлённый предмет! — воскликнул Рене. — Я слышал о чародеях, оживляющих разные вещи…
— Нет, Рен, Шер не чародей. — Фараон строго взглянул на сына. — Не относись ко всему как к сказке. Да, частичка души перешла к кулону. Он будет тебя оберегать… И ещё — это ключ. Но попади он даже в другие руки, никто не сможет воспользоваться им. Кроме тебя и меня никто не сможет проникнуть в пирамиду. Действие кулона ты уже видел.
— Отец, значит, такой же кулон есть и у вас?
Сид покачал головой.
— У меня браслет. — Он протянул правую руку, запястье которой обхватывал широкий, чуть ли не до половины локтя, браслет. Рене не раз видел это украшение, но сейчас с интересом рассматривал его. Браслет был вылит из красного золота. Был гладкий, без каких-либо гравировок, лишь в центре сверху выступало объёмное изображение бога Ра, точно такое же, как и на кулоне, разве что немного поменьше.
Юноша отвёл взгляд от запястья фараона и задумался. Сид не мешал, наблюдая за выражением его лица.
— Отец, — наконец заговорил Рене, — Значит ли всё это, что я смогу сделать бессмертными…
— Нет! — резко оборвал его фараон. — Знаю, о ком подумал. Никаких друзей и подруг.
Юноша густо покраснел. Сид чуть смягчился.
— Рен, ты думаешь, мне было легко смотреть, как стареют и умирают мои близкие?.. Это ещё одна цена — горькая цена, которую мы должны заплатить за наше бессмертие.
Фараон посмотрел наверх и встал, за ним поднялся Рене.
— Ну, мне пора. Скоро взойдёт утренняя звезда. — Сид обнял сына. — Мужайся! Факел оставляю здесь, он не погаснет…
Юноша хотел что-то сказать, но из горла вырвался лишь невнятный звук, он с трудом проглотил жёсткий комок. Фараон сделал шаг в сторону и быстро спустился по лестнице. Почти бегом направился по длинному коридору, заставляя себя не оглядываться, спиной чувствуя взгляд Рене, который стоял на нижней ступени лестницы. Не умеряя шага, лишь непроизвольно зажмурившись, Сид вошёл в стену в конце коридора. А когда открыл глаза, — находился уже на площадке по ту сторону стены. Его окружала мёртвая тишина и темнота. Даже ветер в этот предутренний час стих. Сид выдернул из паза блока кулон и, застёгивая его ремешок на шее, прислушался. Раздался тихий шелест, исходящий из каменного блока, как будто откуда-то тонкой струйкой ссыпался песок. И снова в который раз он подумал: что же происходит? Это и впрямь походило на чародейство. Но он твёрдо знал — не чародейство.
Через минуту шорох стих. Фараон протянул руку, ладонь упёрлась в твёрдую поверхность. Сид удовлетворённо кивнул — вход запечатан. Внезапно он почувствовал нарастающую тревогу в душе. Что это? Беспокойство за сына? Да, конечно! Но расстались они всего на месяц. Бывали разлуки и подлинней. Нет, что-то ещё. Он прижал руку с браслетом к щеке. Показалось, что браслет не такой тёплый как всегда. Открытие неприятно поразило. Но может это ему только почудилось?..
Так ничего не решив, Сид начал быстро спускаться по внешней лестнице. Казалось, тьма сгустилась ещё больше. Густая пелена окончательно затянула небо, скрыв и без того неяркий свет звёзд. Но он знал, что это ненадолго — стоит только появиться на небосводе Богу Ра и от облаков следа не останется. Впрочем, в дополнительном освещении фараон не нуждался, прекрасно различая окружающее.
Сид легко спрыгнул на землю с последней самой высокой ступени пирамиды. «Неплохо для столетнего старика», — усмехнулся он, и широко зашагал в направлении сфинкса. Миновав две пирамиды, завернул за угол и увидел тёмный силуэт колосса. На мгновение показалось, что статуя живая — движется на фоне мчащихся облаков. Он даже слегка замедлился, но потом прибавил шаг — небо уже начинало сереть. Фараон не опасался встретить кого-либо. Ночью вход в Долину Царей был запрещён, периметр охраняли стражники. Нарушителей ждало жестокое наказание, вплоть до смерти. Да и среди простого люда распространился слух, что в тёмное время суток Долина находилась во власти злых демонов…
Когда Сид уже подходил к сфинксу, где-то заголосил петух, — подхватил второй. Надо поторапливаться. Он подобрал кусок известняка и постучал по плите под ногами. Через секунду плита дрогнула и со скрежетом поползла в сторону — это старался Горн. Только ему под силу сдвинуть такую махину, да ещё со стоящим на ней человеком. Скоро щель расширилась настолько, что фараон без помех смог спустится вниз. На маленькой площадке, склонив голову, стоял слуга. Горн старался сдерживать дыхание, но было видно, как высоко вздымалась его грудь.
— Можешь закрывать, — произнёс Сид.
Горн склонился ещё ниже, и вновь взялся за скобы. Когда плита встала на место, слуга, мельком взглянув на фараона (тот едва заметно кивнул), вынул из глубокого отверстия в стене факел и начал спускаться по ступеням. Сид двинулся следом.
Проходя мимо ответвления, выходящего на илистый берег Нила, Сиду показалось, что видит высовывающую из галереи голову крокодила. Но вот огонь факела моргнул, в его всполохе видение исчезло. Фараон решил, что ему почудилось — принял за морду крокодила продолговатый валун. Вряд ли эти твари заходили так далеко. Он задумался. Кое-кто до сих пор обожествлял этих животных. Существовал даже культ крокодила. Говорили, что в низовьях Нила им в дар приносили человеческие жертвы! Кто-то внушал людям, что разливы ؝ила, влияющие на благополучие государства, зависело от этих тварей. И многие верили!..
За мыслями фараон не заметил, как достигли колонного зала. Миновав его, они поднялись по крутой лестнице. Пройдя ещё немного по галерее, похожей на лабиринт, где немудрено было и заблудиться, маленькая процессия свернула в узкий коридорчик, приведший их в тупик. Сид потянул за невидимый рычаг, и часть торцевой стены бесшумно заскользила в сторону.
Спальня фараона освещалась всего одним факелом. На этот раз вслед за хозяином в комнату вошёл и слуга. Подойдя к стене Горн укрепил свой факел в позолоченный держатель и, скрестив руки на груди, вопросительно посмотрел на Сида, ожидая дальнейших указаний. А тот, дотронувшись до известного только ему места на барельефном настенном рисунке, заставил панель вернуться на своё место и, взглянув на слугу, сказал:
— Иди, Горн, ты свободен.
Горн с достоинством склонил голову и вышел из покоев. Однако Сид знал, что преданный слуга не уйдёт далеко. Достанет из тайника, о котором, как он думал, никто не знал коврик — Сид улыбнулся, — расстелет и растянется под дверью, охраняя покой господина.
Сид подошёл к широкой мягкой тахте, стоящей в центре комнаты, но ложиться не стал. Сел в кресло, вырезанное из ствола драгоценного чёрного дерева, осторожно снял с головы и поставил на мраморный столик клафт* и, подперев кулаком подбородок, задумался.
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Четверг, 07.12.2017, 09:51 | Сообщение # 14
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Лариса, скачал файлы. Спасибо.
У меня такое ощущение, что мы где-то уже пересекались. Может быть, в «В мире писателей»?
 
Анири (АНИРИ)Дата: Четверг, 07.12.2017, 10:17 | Сообщение # 15
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 3557
Награды: 30
Репутация: 62
Статус:
Взвод старшего лейтенанта Романа Волгина в батальоне, да что там в батальоне — во всём полку считался везучим. С тех пор как командиром взвода назначили Волгина, отряд не потерял ни одного бойца (наверное, здесь подразумевалась ирония, но может прочитаться, как клише)

А возможно всё дело было, действительно, в простом везении. Так или иначе, группе поручались самые ответственные и опасные задания (тоже). Впрочем, на войне неопасных ситуаций не бывает (можно убрать, без потери смысла, читается слегка нравоучительно).


По данным воздушной разведки наблюдалось странное (поменять бы словечко) оживление боевиков — передислокация их бандформирований.

отовилось что-то крупное. Это не могло быть очередным наступлением в лоб. Командованию стало известно, что к боевикам прибыла группа арабских эмиссаров. (одно м и два с) smile

Никакая другая; воздушная или электронная разведка не могли заменить наземной операции ичеловеческий фактор (человеческий фактор – это скорее причина чего- то, надо заменить. На мой взгляд фактор не может заменить разведку, в любом случае. Здесь что-то вроде участия людей, надо поймать фразу)

И хотя наши соколы, наконец-то, засекли примерное (опечатка) дислокацию командного пункта боевиков, — точное местоположение штаба им вычислить не удалось.

На этот раз перед группой Волгина ставилась не только разведочная, но и диверсионная задача: найти и уничтожить вражеский командный пункт, но перед этим вынести всю имеющуюся документацию, и если удастся взять «языка» — желательно не простого…
(Надо бы запятые проставить, затруднено понимание. Впрочем, много таких мест)

…при боестолкновении (слово нехорошее) , если таковой, конечно, случится, что крайне нежелательно (можно спокойно убрать).

Земля приобретала скалистый характер (канцеляризм)

— Не знаю, я там не был, — сверкнул белозубой улыбкой (штамп, конечно, слегка раздражает. Впрочем…)

— Не меньше роты. Там протекает ручей, небольшая роща, два пулемёта…(звучит, как роща с пулемётами)

Путь через скалы продлился примерно полтора часа и прошёл без особых эксцессов, если не считать, что у одного из солдат сломался карабин, чего в принципе не должно было случится — то ли проржавел, то ли сказался заводской брак, но товарищи подстраховали… (каким образом?)

— Порядок, Роман Львович,— прерывистым (прерывающимся) голосом доложил он. —
сапёр находился от группы разведчиков метрах в десяти, он неожиданно поднялся на ноги и поднял большой палец руки. (уточнение не нужно, вряд ли кто про ногу подумает)

В проём полетело несколько свето-шумовых гранат. Пещеры озарила вспышка равная сиянию нескольких солнц (я бы поменяла это, на какое-нибудь чисто человеческое ощущение. Ослепив, может)
— Не меньше сотни.

— И пускай нас догонют (нят), если смогут! — залихватски крикнул Сашка.

.Они позволили не только сорвать планы боевиков, но, практически не вступая в боестолкновения, силами авиации разгромить отряды боевиков (очень газетная фраза, её бы слегка облЕгчить) .
Оба были раздеты по пояс и расположились в тени палатки на лоскуте прорезиненного брезента. Солнце коснулось горизонта и уже не пекло как днём. Но духота, казалось, (убрать, лучше) сгустилась ещё больше.

— Не мерещится. Спи спокойно (замените фразу, нехорошая)

В целом – всё понравилось. Интересно, хочется читать.
Немного диалоги показались рафинированными. Для таких брутальных мужчин )
Ну и препинаки. Их мало очень, на мой неискушенный взгляд wink


И коей мерой меряете

Сообщение отредактировал АНИРИ - Четверг, 07.12.2017, 10:24
 
Елена Долгих (ledola)Дата: Четверг, 07.12.2017, 11:09 | Сообщение # 16
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 8106
Награды: 77
Репутация: 238
Статус:
Классный романчик!))) Читаю с удовольствием. Написала в личку на СП. biggrin

А зверь обречённый,
взглянув отрешённо,
на тех, кто во всём виноват,
вдруг прыгнет навстречу,
законам переча...
и этим последним прыжком
покажет - свобода
лесного народа
даётся всегда нелегко.

Долгих Елена

авторская библиотека:
СТИХИ
ПРОЗА
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Четверг, 07.12.2017, 11:56 | Сообщение # 17
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Ну, девочки, чувствую мой роман, с Вашей помощью, превратится в конфетку!
 
Лариса+Радченко (Ла-Ра)Дата: Четверг, 07.12.2017, 12:35 | Сообщение # 18
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 2803
Награды: 38
Репутация: 105
Статус:
Цитата strong ()
У меня такое ощущение, что мы где-то уже пересекались. Может быть, в «В мире писателей»?

Нет, Геннадий, мы не встречались)) Кроме этого сайта я почти нигде не бываю.
Прочитала новую главу. Замечательно!


От себя не убежишь...
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Пятница, 08.12.2017, 07:18 | Сообщение # 19
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
АНИРИ, вы правы, с запятыми у меня просто беда.
 
Лариса+Радченко (Ла-Ра)Дата: Пятница, 08.12.2017, 08:38 | Сообщение # 20
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 2803
Награды: 38
Репутация: 105
Статус:
Цитата strong ()
АНИРИ, вы правы, с запятыми у меня просто беда.

С запятыми у нас у всех беда smile


От себя не убежишь...
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Пятница, 08.12.2017, 13:59 | Сообщение # 21
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
ГЛАВА 4 ЦЕНА БЕССМЕРТИЯ

Фараон вспомнил, как во дворце появился его верный Горн.

Длинная узкая лодка бесшумно скользила по водной глади широкой протоки. Кормчий продвигал лодку вперёд, осторожно гребя коротким веслом. На носу, в напряжённой позе с гарпуном наготове, сидел Сид. Фараон охотился, вернее рыбачил.
Рыбалка началась удачно. Не успела лодка достичь середины протоки, а на её дне уже лежали три рыбины, широко разевая рты и щели жабр. «Если дело так пойдёт и дальше, то улов придётся перегружать в ладью», — с лёгким беспокойством, но не без удовлетворения, подумал гребец.
Вода в протоке была на удивление прозрачна. Солнечные лучи доставали до самого дна, и оно просматривалось во всех подробностях.
Ладонь фараона взметнулась вверх. Сид заметил внизу длинный тёмный силуэт. Предмет можно было принять за обыкновенную корягу, но намётанный взгляд уловил по бокам «коряги» лёгкое шевеление… Не произведя ни единого звука-всплеска, гарпун молнией пронзил толщу воды и вонзился в спину рыбы. Верёвка, привязанная к гарпуну, стала быстро разматываться. Не дожидаясь, когда добыча ослабеет, Сид быстро перехватил верёвку. Ему нравилось чувствовать сопротивление рыбы. Ощущение схожее с гонкой на колеснице, когда поток упругого ветра в лицо…
Это оказался Нильский сом — самая желанная добыча рыбаков, — размером не меньше руки взрослого человека. Бросив сома на дно лодки, фараон взглянул на гребца, подавая знак к началу движения. Но не успел кормчий сделать и одного гребка, как впереди послышался шум камыша и громкий всплеск. В следующее мгновение Сид увидел плывущего, бешено молотящего руками по воде, человека. За ним гнался, стремительно приближаясь, огромный крокодил. Казалось, человек обречён. Пловец достиг только середины протоки, а крокодил — уже был в нескольких локтях от него.
— Э-ге-гей, эй! — громогласно закричал Сид, желая отвлечь зверя. Но его возглас произвёл обратный эффект. Крокодил не обратил никакого внимания на крик. Зато человек оглянулся и сбавил темп.
Но призыв был услышан кем-то ещё… Вдруг из плотной стены камыша появилась огромная ладья. Два десятка гребцов, что было сил, налегали на вёсла. С виду неуклюжая ладья мчалась вперёд со скоростью сокола в полёте, но находилась ещё слишком далеко от, готовой разразиться, трагедии. В воздухе замелькали стрелы и дротики. Но они не могли остановить монстра. Стрелы отскакивали от толстой шкуры, а те, которые вонзались, тут же отваливались. Дротики просто не долетали, бесшумно скользя в воду.
— Давай! — вновь закричал Сид, глянув на гребца. И тот понял своего господина. Вода, сзади лодки, взбурлила, нос высоко задрался… и уже, через мгновение, лодка врезалась в морду зверя, челюсти которого готовы были сомкнуться на теле несчастного пловца. Гарпун вонзился в глаз чудовища, почти полностью погрузившись в него. Вода вокруг закипела. Огромный хвост взметнулся и с силой ударил по воде, подняв фонтан брызг. Только чудом и мастерством кормчего лёгкая лодка не перевернулась. Верёвка, привязанная к гарпуну, стремительно стала скользить в воду. Выхватив из-за пояса нож фараон, одним движением, перерезал её, не позволив крокодилу увлечь лодку за собой.
В подоспевшую ладью, охранники уже вытаскивали обессилевшего пловца. По перекинутым мосткам, фараон перешёл в ладью. Несчастный полулежал, привалившись к борту. В первую очередь, Сида поразило его телосложение. Мускулы на руках, на груди, на животе были настолько развиты, бугристы и рельефны, что отбрасывали тени. Однако фигура бедняги не напоминала гору мышц. Была гармонична и пропорциональна. Удивил цвет кожи. Фараон не часто встречал людей с такой светлой кожей.
Судя по всему, незнакомец находился в беспамятстве. Из его плеча торчала стрела. В ладье не было лекаря, но охранники знали толк в ранах… Над беднягой склонились двое военных. Один из них, кончиком ножа, расширил рану и резко выдернул стрелу. Другой — затянул жгут наверху предплечья и накладывал на рану тугую повязку. Во время операции, незнакомец никак не проявил себя, — ни один мускул не дрогнул на лице, ни единого звука не вырвалось из его горла. И только по чуть вздрагивающим ресницам фараон понял, что тот в сознании.
— Кто ты? — тихо спросил Сид.
Раненный медленно открыл глаза, и опять Сид поразился их голубизне и глубине, словно на него смотрели два редких самоцвета. Такого взгляда он ещё не встречал.
— Я — Горн. Раб Горн, — последовал ответ.
Сид догадывался об этом. Потрёпанная набедренная повязка, которая была на пловце, и грязные отросшие до плеч волосы, не оставляли сомнений в том, кто бедолага. Более того, у фараона возникло подозрение, что Горн — беглый раб. Неподалеку находились каменоломни, где рабы выламывали и обтёсывали блоки для пирамид. Но Сид решил не развивать эту тему.
— Знаешь, кто я? — спросил он.
— Верховный Сов… — и вдруг Горн осёкся. Его взгляд скользнул мимо Сида, на корму ладьи, где стоял высокий трон, покрытый драгоценной красной, с набитым золотым узором, греческой тканью. А на ступеньке трона лежал полосатый клафт фараона.
—Ты фараон!? — Горн попытался приподняться.
— Да, фараон, — желая успокоить, явно поражённого раба, Сид улыбнулся. Затем распрямился, отошёл на корму и, надев клафт, уселся на трон. Повелительным жестом, приказал двигаться.
Ладья развернулась на месте и легко заскользила по протоке назад. Сид решил взять Горна во дворец. Чем-то ему нравился этот чужеземец.

Потом мысли фараона вернулись к Рене. Сидом снова овладели сомнения. Правильно ли поступил, открыв правду сыну, а главное, отведя его в пирамиду? По себе знал: какое это нелёгкое испытание... А ведь Рене всего тринадцать лет! Не рано ли? Или уже тринадцать... А сколько же было ему, когда узнал тайну фараонов?.. Но как Сид не напрягал память, вспомнить не мог. Время! Самое загадочное и таинственное явление на Земле. Закон, по которому оно живёт, человеку понять не дано. Лишь Боги распоряжаются его течением, лишь им оно подвластно. И только Богам решать, кому из смертных дозволено прикоснуться к таинству... Не потому ли жрецы отказываются от бессмертия?
Сид откинулся на высокую спинку кресла и закрыл глаза. Несколько минут не шевелился, крепко сжимая подлокотники — на руках вздулись мышцы, суставы на костяшках пальцев побелели. Его мысли вновь вернулись к Рене. Подтолкнул Сида на решительный шаг вчерашний приход жреца Шера. Тот сообщил, что пирамида принца полностью готова. Акцент жрец сделал на слове «полностью». И Сид понял — пора. Тем более что начиналась новая фаза луны. Конечно, время для фараонов течёт по-иному, чем для остальных. Но всё же течёт… «Да, Рен ещё успеет возмужать до вступления в права наследства. А он?.. — Сид подумал о себе как о ком-то постороннем. — Ну что ж, жрецы давно придумали безболезненный уход... — Смерти он не боялся. За её Порогом ждёт более справедливый и прекрасный мир. — Жаль только, что не встречу ТАМ Авиву!»
С момента гибели его Царицы прошло уже десять лет. А боль утраты не притуплялась — с годами только усилилась. Самое страшное заключалось в том, что её даже не мумифицировали, — тело так и не нашли, хотя на его поиски фараон посылал всё новых и новых рабов, многие из которых погибли. Но тщетно — крокодилы сделали своё дело…

…Она была одной из наложниц, предназначенных фараону, — подарок купца из Иудейского царства. Сид сразу же выделил эту небольшого роста, но стройную и тонкую как тростинка девушку из десяти остальных. В первую очередь фараона поразило необычное и красивое имя — Авива. Детский невинный голосок, будто у десятилетней девочки, очаровал его, а звонкий заливистый смех оживлял мрачные своды дворца.
Вскоре Авива родила фараону сына и назвала его Рене. Имя было необычное и чужое, но Сид не воспротивился, соглашаясь и потакая всему, что бы ни сделала его любимая. Не обращая внимания на закон, запрещающий фараонам жениться на наложницах, Сид решил сделать её Царицей, в то же время, понимая, что этим решением может вызвать недовольство многих.
Авиве очень полюбились лотосы, которые она впервые увидела только здесь. Почти каждый день в сопровождении подружек и служанок она отправлялась за ними в многочисленные протоки Нила. А после украшала этими огромными цветами все уголки дворца. Часто на протоки её сопровождал сам фараон. А в тот раз не поехал. До сих пор Сид не мог простить себе этого. Что или кто отвлёк его тогда?!
Уцелевшая служанка рассказала, что на лодку напал разъярённый гиппопотам. Сначала её словам не поверили, откуда там взяться гиппопотаму, ведь протоки кишат крокодилами — злейшими врагами гигантов. Да и разозлить флегматичных животных не так просто. Но все сомнения исчезли, когда вытащили лодку на берег и рассмотрели повреждения. Такое мог натворить только гиппопотам, если конечно в этих местах не поселился огромный змей Апоп, что было крайне сомнительно.
Безутешный фараон приказал перетащить повреждённое судно в свою усыпательницу и превратить её в погребальную лодку, пытаясь хоть как-то приглушить боль утраты. Он уже тогда готов был прервать свой земной путь, но вдруг почувствовал, что его МИССИЯ ещё не выполнена. И главная причина, удерживающая Сида на этом свете — Рене.
Через две недели после трагедии вышел указ, разрешающий охоту на крокодилов. И опять Сид попрал, казалось бы, незыблемый закон, вызвав волну недовольства, особенно среди знати. Испокон веков крокодил считался священным, за его убийство полагалась смерть. Теперь же их приравняли к обычной рыбе.

…Неожиданно Сид вздрогнул и резко распахнул глаза. С ужасом он уставился на правую руку, — запястье обжёг холод, как будто проползла змея. Через секунду ощущение прошло, но в следующее мгновение вернулось с удвоенной силой — змея обвила руку. «Браслет!» — пронеслось в голове. Он дотронулся до украшения, металл был холоден, словно его специально охлаждали.
Фараон услышал приближающий к двери шум, крики, лязг оружия. Сид всё понял и вскочил.
— О, великий Ра! Только не сейчас! — Первым его побуждением было броситься к потайному ходу, но в это время с треском распахнулись двери, и открылась ужасная картина. Окровавленный Горн яростно размахивал длинным ножом. Каждый удар достигал цели. У его ног лежало около десятка врагов. Но и у самого Горна из спины торчал короткий дротик и ещё два из груди. Несмотря на неравенство сил враги, явно не ожидавшие такого отпора, уже начали пятиться, но тут в отважного защитника полетел целый рой дротиков. Почти все попали в цель (один просвистел мимо уха Сида). Горн выпустил из рук нож. Выдернув из груди дротик, он метнул в наступающих. Под сводами дворца прокатился рык раненного, но не сдающегося льва. Ещё один враг рухнул, как подкошенный. Оглянувшись на фараона, Горн хотел что-то крикнуть, но из его рта хлынул целый поток крови и он рухнул на тела поверженных врагов.
Вновь воздух прочертило несколько смертоносных жал, два из которых угодили в грудь Сида и… отскочили, ударившись о большой золотой диск с изображением бога Ра. Но третий дротик пронзил шею фараона и отбросил его на сиденье кресла.
— Ре-ен, — прохрипел он и, нащупав горячий медальон, рванул из последних сил.
Ещё несколько дротиков пробило уже бездыханное тело.
С победоносными криками и в комнату ворвалась толпа заговорщиков. Один из них ткнул остриём копья в тело фараона:
— Готов! Теперь к ублюдку.

* * *
Один из двух стражников, охраняющих покои принца, сбежал сразу же, как только услышал топот, крики и звон оружия. Второй ещё несколько минут колебался. Но как только увидел приближающую вооружённую толпу и особенно пятна крови на их одежде, понял, что дело серьёзно и тоже припустился наутёк. Вслед полетело несколько дротиков, но ни один не достиг цели, — страж успел завернуть за угол.
Под напором людей дверь спальни затрещала и рухнула внутрь. Кровать была пуста. И напрасно заговорщики
метались по покоям. Наследник фараона исчез.
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Воскресенье, 10.12.2017, 10:03 | Сообщение # 22
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
ГЛАВА 5 СТРАШНЫЕ СНЫ

Роман резко открыл глаза и уставился в потолок. С минуту он не шевелился, потом сморгнул и вдруг почувствовал, как по виску поползла слеза. Откинув одеяло, так что оно оказалось на полу, сел и обхватил руками голову. «Что происходит? Что происходит?» — шептал он. Затем взглянул на часы, лежащие на табурете. Они показывали полпервого ночи. Несмотря на поздний час в квартире было светло почти как днём — в Питере стояли белые ночи. Машинально взяв часы, Роман застегнул ремешок на запястье. Поняв, что уже не заснуть, натянул и брюки. Босиком прошлёпал к окну. Шторами он ещё не обзавёлся, впрочем, как и мебелью. Да и не очень стремился к этому, используя свою берлогу исключительно для ночёвок.
«Двушку» в высотке на Товарищеском проспекте почти на окраине Санкт-Петербурга Роман приобрёл совсем недавно. Львиную долю зарплаты, полученную за годы службы в горячих точках, он отвалил за эту конуру с низкими потолками. Но, что поделать — Петербург!.. На остальную часть купил бежевый «Вольво» — мечту всей своей жизни. Вернее мечта была приобрести иномарку, название и происхождение автомобиля не имели большого значения. Но обязательно бежевого цвета. Правда, «Вольво» оказался не новым; более чем с шестидесятитысячным пробегом, но в довольно-таки хорошем состоянии. И ещё пришлось обратиться за помощью к предкам — не хватило совсем немного... Его родители были далеко не богатыми людьми, но Роман надеялся, что не разорил их. Мысль о родителях потянула за собой другую: «Надо бы купить пару кроватей. — Близкие обещали навестить. Да и сестрёнка Тайка, кажется, хочет продолжить обучение в северной столице. — Ради приличия надо бы занавески какие-никакие повесить, — он невесело усмехнулся. — Начинаем обустраиваться».
Из окна его квартиры, находящейся на последнем четырнадцатом этаже, хорошо просматривались крыши домиков небольшой деревеньки, а сразу за ней — чёрно-зелёная полоска леса. Рука инстинктивно потянулась к лежащей на подоконнике пачке сигарет. Сегодня Роман обнаружил её в машине. Наверное, забыла та весёлая компания, которую недавно подвозил. Не выбросил её, а принёс домой, хотя давно бросил курить. Он вытянул одну сигарету и, смяв в руках, с удовольствием вдохнул запах табака. От сердца немного отлегло. Стряхнув с ладоней табак и ещё раз взглянув в окно, Роман вернулся в комнату и оделся. Открыв стенной шкаф, достал замшевую светло-коричневую куртку и бейсболку. В маленькой прихожей надел кроссовки. Сняв с гвоздика ключи от машины, вышел в коридор. Чтобы не беспокоить соседей, лифт вызывать не стал.
Выйдя из подъезда, Роман нажал кнопку брелка, чтобы разблокировать двери машины. Гаражом пока не обзавёлся и вынужден был свою «красотку» держать во дворе. Сев за руль и запустив мотор, он внезапно поменял планы. Первоначально хотел потаксовать, что делал вот уже почти месяц — постоянное место работы в нынешнее время найти было непросто, приходилось подрабатывать извозом, но сейчас решил навестить своего друга — Сашку. Конечно время для визитов не самое урочное, но Роман знал: у друга бессонница. Так же как и он, Сашка никак не мог привыкнуть к белым ночам. Но даже если и спит — ничего страшного, друг рад видеть его в любое время дня и ночи. Впрочем, как и он его. Тем не менее, надо бы позвонить — предупредить, но он ещё не обзавёлся мобильным телефоном, свободных средств не было — копил на вступление в гаражный кооператив, а снова подниматься в квартиру, чтобы позвонить с домашнего, неохота.
Сашка был владельцем стрелкового клуба, вернее арендовал старое помещение ДОСААФского тира. Исполнилась его детская мечта: иметь собственный тир. Роман всегда считал: глупая мечта, да и невыполнимая. Но сейчас уже так не думал — бизнес как бизнес, не хуже других. На аренду помещения, на покупку лицензии и оружия Сашка тоже вбухал всё денежное довольствие, заработанное за время службы в горячих точках. Недавно Роман узнал, что два «ТТ» и один «Макаров» он привёз с войны. Даже от него Сашка скрывал это. До сих пор для Романа оставалось загадкой, как это ему удалось?! Правда пистолеты были неисправны и подлежали утилизации, но что такое для Сашки какая-то неисправность, когда мог заставить стрелять любую трубу! Ещё в школе его называли Сашка-золотые руки. Роман подозревал, что друг залез в долги, но точно не знал — тот отчего-то скрывал свои финансовые дела. Но, судя по его повеселевшему виду, дела в последнее время пошли в гору. Обитал он при клубе в маленькой каморке, переделанной в жилую комнату из кладовки.
…Роман плавно тронулся с места, свернул на проезжую часть и поехал в сторону центра. Дорога до клуба заняла чуть более часа. Машин на улицах было на удивление мало, а людей и того меньше. Он даже несколько раз проигнорировал красный сигнал светофора.
Вскоре Роман уже въезжал в открытые ворота на территорию ДОСААФа. Впрочем, ворот как таковых не было. То ли кому-то мозолили глаза красные звёзды, приваренные к ним, то ли кто-то решил нажиться на металлоломе. Так или иначе, створки ворот давно сняли.
Из небольшого кирпичного домика-будки — проходной вышел охранник (кое-какое имущество-оборудование в ДОСААФе всё же осталось). Узнав Романа, он кивнул и махнул рукой, разрешая проезд и указывая на парковочное место.
Затормозив около старенького «Жигулёнка» охранника Роман запер дверь своей машины и направился к тиру. На дверях главного входа в тир его внимание привлекла металлическая табличка, которой ещё не было неделю назад, когда в последний раз приезжал в клуб. Вернее вместо таблички тогда висел обыкновенный лист бумаги с написанным от руки небольшим текстом, который никто не читал. Красивыми объёмными буквами на табличке выгравировано: « СТРЕЛКОВЫЙ КЛУБ МИШЕНЬ»». Ниже более мелким шрифтом указывалось время работы тира и время перерыва на обед. Без сомнения табличка сделана руками Сашки, впрочем, как почти и всё в клубе. Роман очень бы удивился, если это оказалось не так.
Он не стал стучаться в эти двери, скорее всего его никто не услышит. Обойдя здание, Роман приблизился к более неприметной и узкой двери, на которой тоже красовалась табличка гласившая: «Заведующий клубом ГОНЧАРЕНКО АЛЕКСАНДР ЕВГЕНЬЕВИЧ».
Замок щёлкнул через полминуты после того как Роман позвонил. Он угадал, Сашке не спалось и, судя по замызганной тельняшке с масляными пятнами, что была на нём, и грязным рукам, что-то мастерил.
— О-о, Ромыч! Сколько лет, сколько зим, — друг раскинул руки, собираясь обнять, но смущённо отстранился. — Запачкаю. — Вместо этого он протянул руку ладонью вниз.
Роман коснулся запястья, что означало рукопожатие.
— Здорово. Что же это ты, Александр Евгеньевич, даже не спрашиваешь: кто там? — он шагнул в коридор.
На круглом курносом лице Сашки появилась добродушная ухмылка:
— Смотри, — он указал за спину Романа и шагнул, чтобы запереть дверь.
— Ух ты, где взял? — В углу на полке стоял небольшой монитор, на экране которого просматривалось обширное пространство перед дверью.
— Мне теперь положено, — не переставая улыбаться, уклончиво ответил Гончаренко. — Камеру видел?
— Нет.
— Это хорошо.
— А у главного входа тоже есть камера?
— А как же.
— Ну, ты растёшь!
— То ли ещё будет…
— Слушай, ты прости, что снова без звонка.
— Ерунда, Ромка, я всегда рад тебя видеть.
— Вот решил пострелять.
Двинувшийся было вперёд Сашка, приостановился и посмотрел на друга:
— Ты у нас вроде не любитель… да ещё ночью.
— Вот вдруг захотелось пошмалять. Не откажешь?
— Конечно, нет. Пошли.
В конце длинного и узкого коридора они остановились возле металлической двери. Сашка достал связку ключей и, выбрав один, довольно внушительного размера, вставил в замочную скважину. С лязгом распахнул дверь.
— Прошу, — и первым вошёл в помещение тира. Включив подсветку, он повернулся к Роману: — Из чего будешь?..
— «Шмайсера» у тебя, случайно, нет?
Сашка внимательно взглянул в глаза другу.
— Эка, тебя допекло! Нет, «шмайсера» нет, и «ППШа» тоже, — он сделал небольшую паузу. — Но есть кое-что получше… — подойдя к сейфу, встроенному в стену и открыв его, достал блиставшее воронением ружьё. Он передал оружие другу.
— Ух, ты! — воскликнул тот. — Откуда? Надо же, видел в каталогах, но в руках первый раз держу. — Роман вертел в руках полуавтоматический «Бенелли».
Сашка осклабился.
— Где взял — уже нет, — он положил на стойку два магазина. — Давай, выпусти пар. — Подтянув дальнюю мишень, сменил её.
— Слушай, обойдусь я тебе в копеечку?.. — неуверенно сказал Роман.
— Ерунда. Отстреляешься — оставь на стойке, я уберу. Я к себе.

Минут пятнадцать Роман как заведенный лупил по мишеням. Мозг отключился, а впереди вместо безобидных жестяных мишеней мерещились какие-то невидимые и неведомые враги. Роман очнулся только тогда, когда патроны закончились. Но ещё долго стоял неподвижно словно охотник, прислушиваясь к шорохам леса, и с наслаждением вдыхал пороховой дым. Потом положил «итальянца» на стойку и быстро вышел в коридор, не забыв выключить свет.
Минуя двери слесарной мастерской и классной комнаты, Роман направился к каморке, где обитал друг. Коридор пересекала тонкая полоска света, пробивающая из-з неплотно прикрытой двери. Сашка стоял возле открытого старенького шкафа, где хранился весь его небогатый гардероб. На нём уже была белая футболка и светло-синие джинсы.
— Я вижу, терапия дала хорошие результаты, — сказал Сашка, заметив в проржавевшем зеркале, встроенном в дверцу шкафа улыбающееся лицо друга.
— Да уж — отвёл душу. Послушай, я там раскрошил пару мишеней…
— Ничего, нарисуем ещё.
— Ого, да у нас сегодня пир горой, — взгляд Романа остановился на низком журнальном столике, одновременно и шахматном: часть его столешницы была расчерчена под шахматную доску. На столике лежал белый батон хлеба, в мелкой тарелке — аккуратно нарезанные коляски из сервелата, рядом — открытая банка с красной икрой и банка шпрот. Венчала всё высокая красивая коробка, содержимое которой не вызывало сомнений...
— Сит джаун, пли-и-из, — Сашка сделал широкий приглашающий жест.
Роман усмехнулся и сел на единственный в комнате стул.
— Да-а-а, произношение у тебя осталось прежним.
— Ничего, — устроившись на продавленном диване и доставая бутылку из коробки, сказал хозяин. — Главное чтобы русское произношение было правильным.
— Это точно. Скажи, а чёрной у тебя нет?
— Чего?
Роман кивнул на стол:
— Икры.
— А-а-а, обещали притаранить, — разливая коньяк в пиалы, серьёзным тоном ответил Сашка.
— Кудряво живёшь. — Роман взял в руки коробку из-под конька. — Ого, пять звёзд! Французский. А ну, колись: откуда изобилие?
— Счас. Давай выпьем. Три дня уже стынет в холодильнике.
— Ну, давай, — поднял пиалу Роман.
Они чокнулись, выпили.
— Хорош-о-о, — выдохнул Сашка. Он взял батон хлеба и, отломив большой кусок, передал Роману. — Понимаешь, Ромыч, нарисовался тут один жирный клиент… — Сашка намазал на хлеб толстый слой икры.
— Кто такой? — Роман вилкой подцепил рыбку из банки.
— Скажем так, — товарищ из Смольного.
— Ага, теперь понятно. Значит и те замечательные мониторы и «Бенелли»…
— У-у, — с полным ртом кивнул Сашка, — это ещё не всё… — Он отложил кусок, отряхнул ладони от крошек и, выдвинув ящик столика, достал небольшую чёрную коробочку.
Роман перестал жевать.
— Это что, мобила? — он осторожно взял прибор. — Похоже на рацию.
— Точно. Не просто мобильник. Это радиотелефон. Могу настраиваться на любую волну, даже милицейскую. — Сашка наколол на нож кругляш колбасы и, откусив от ломтя хлеба, стал нарочито тщательно пережёвывать, словно бы вовсе не замечая вопрошающего взгляда Романа. Потом не выдержал: — Я не говорил тебе раньше… не знал, как ты к этому отнесёшься… Но понимаешь, Ромыч, сейчас без этого не обойтись…. Короче, у меня появилась крыша.
Несколько секунд Роман молча смотрел на друга:
— Братва, что ли?
Сашка кивнул, затем энергично замотал головой:
— Не-е-е, менты.
— Менты?! — с удивлением переспросил Роман. — Да-а-а, — протянул он. — Я так понимаю, тот товарищ из Смольного тоже связан…
— А чёрт его знает. Вроде бы не замечал.
— А ты отдаёшь себе отчёт, что за всё придётся платить?
Сашка снова кивнул:
— Ребята не борзеют. Даже дали время на раскрутку. Зато быки не наезжают.
С минуту Роман задумчиво пережёвывал пищу.
— Наверное, ты прав. Эх, времечко! Всё смешалось в доме Облонских. Ну, ладно, — почти весело добавил он, — наливай, что ли. А что, Сашка, возьмёшь меня в помощники?
Явно повеселевший Гончаренко взялся за бутылку:
— Ромыч, мечтаю об этом. Не осмеливался предложить. Правда, давай, а? Будем как раньше — вместе.
— Давай сначала выпьем. — Они выпили. — Вот если и на этот раз не выгорит, тогда посмотрим, — ставя пиалу на столик, сказал Роман. — Завтра, нет, уже сегодня мне должны позвонить...
— Кравцов — мужик серьёзный, если что обещал… — Сашка взглянул на друга. — Кстати, как там дела у Маши? Давно вас вместе не видел. Рассказывай. Я же вижу, что-то тебя мучает. Не зря среди ночи примчался. Что, любовь-морковь спать не даёт?
— У Машки всё в порядке, — Роман усмехнулся. — Сегодня у них корпоратив — годовщина их агентства.
— А ты что же? Не пригласили?
— Маша звала. Но ты же знаешь, я не любитель…
— Понятно, — кивнул Сашка.
Несколько секунд в комнате стояла тишина. Оба сосредоточено жевали. Потом Роман внимательно взглянул на друга:
— Здесь другое. На душе погано. Может быть, я сам себя накручиваю, но ощущение такое как будто что-то должно случиться, что-то надвигается… недоброе. Понимаешь?
— Да-а, чуйка у тебя звериная. — И вдруг Сашкина рука с зажатым в ней ножом замерла над банкой со шпротами. — Что!? Неужели опять кулон привиделся?
—А-а? Да-нет.
— Фу-у, я уж думал…
— Нет, но ты недалёк… Я не ребёнок, чтобы пугаться какого-то ночного кошмара. Но понимаешь, Сашка, я уже неделю почти не сплю. Короче, ко мне вернулись те сны, помнишь?
— Иди ты! — Сашкины брови полезли на лоб. — А ну, рассказывай.
Роман помолчал, обдумывая с чего начать:
— Начинается всё как обычно: пирамиды, сфинксы и всё такое. Но потом… проваливаюсь в какое-то подземелье, катакомбы, пещеры… И саркофаги. А ещё монстры; то ли крокодилы, то ли гигантские змеи… Но главное ощущение утраты чего-то, безысходности… Понимаешь?
— С ума сойти!
— Вот именно. Боюсь этого.
— И давно у тебя это?
— Я же говорю, — уже больше недели.
— А с чего всё началось? У всего должна быть причина.
— Сам голову ломаю.
— Да-а, теперь я понимаю... Ну, а тот золотой божок тебе не снится?
— Кто? — не сразу понял Роман. — А-а, нет, не снится.
— Хоть это хорошо. Значит, смертельной угрозы нет. Ну, давай выпьем, — Сашка разлил остатки коньяка.
Не чокаясь, они выпили и закусили.
— Ладно, Саш, пойду, — вставая, сказал Роман. — Засиделся, — взглянул он на наручные часы. — Может, удастся немного поспать. Проводи меня. — Он кивнул на подоконник, где лежали боксёрские перчатки. — Бокс не бросаешь?
— А-а, — махнул рукой Гончаренко. — Времени не хватает. Стараюсь держать себя в форме. — У входной двери он крепко сжал ладонь Романа, обнял и похлопал по спине. — Ну, давай, братан, держись.
 
Елена Долгих (ledola)Дата: Воскресенье, 10.12.2017, 10:50 | Сообщение # 23
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 8106
Награды: 77
Репутация: 238
Статус:
Цитата strong ()
разевая рты и щели жабр.

ЖАБРЫ РАСКРЫВАЮТСЯ, а рты можно разевать)) -- корень - зев.


А зверь обречённый,
взглянув отрешённо,
на тех, кто во всём виноват,
вдруг прыгнет навстречу,
законам переча...
и этим последним прыжком
покажет - свобода
лесного народа
даётся всегда нелегко.

Долгих Елена

авторская библиотека:
СТИХИ
ПРОЗА
 
Елена Долгих (ledola)Дата: Воскресенье, 10.12.2017, 11:02 | Сообщение # 24
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 8106
Награды: 77
Репутация: 238
Статус:
Цитата strong ()
Впрочем, как и он его.

КАК И -- плохо звучит. Просто убрать "как".
Цитата strong ()
ДОСААФского тира

тира ДОСООАФ
Цитата strong ()
— тот отчего-то скрывал свои финансовые дела.

"ОТЧЕГО-ТО" УТЯЖЕЛЯЕТ ФРАЗУ, ЛУЧШЕ УБРАТЬ.
Цитата strong ()
ДОСААФа.

лучше не склонять - Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту. Просто ДОСААФ.
Цитата strong ()
нарезанные коляски из сервелата

"коляски" здесь двоякий смысл. Может, лучше "кружочки","кругляши"?

Всё очень интересно!! С нетерпение жду продолжения!! biggrin biggrin


А зверь обречённый,
взглянув отрешённо,
на тех, кто во всём виноват,
вдруг прыгнет навстречу,
законам переча...
и этим последним прыжком
покажет - свобода
лесного народа
даётся всегда нелегко.

Долгих Елена

авторская библиотека:
СТИХИ
ПРОЗА
 
Геннадий Дмитричев (strong)Дата: Воскресенье, 10.12.2017, 12:08 | Сообщение # 25
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 48
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Спасибо, Елена. Правлю у себя в файле. Здесь перелью попозже.
 
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Проза » Геннадий Дмитричев (пишу роман)
Страница 1 из 212»
Поиск:
© Все права защищены 2017 - Хостинг от компании .
Раздача наград