«Улетайте в снежный улей,
Прямо в логово зимы,
Нынче ветер с юга дует,
Вы здесь больше – не нужны!»

Стихи подобны хвороста вязанке:
Они способны и спалить и обогреть,

Скольженьем плавным с наледи крутой,
Непопаданием в сплошные непролазни…

Она любила щуриться на лужи
И в них пыталась встретить – отраженье,
Она себе придумывала мужа,
К нему садилась тихо на колени.

Почти что видела она – шероховатость
И гладкость щек, и пятнышки веснушек,
Она хотела этот образ – спрятать,
И зарычать на всех – не лезьте в душу!

А в синих лужах отражалось – небо,
С барашками, что перед сном считают,
Порой не торта хочется, а хлеба,
Но и его на многих – не хватает. - лучше одна, но искренняя Любовь, терзающая душу и сжигающее сердце, чем приторные чувства...


+

Сколько было отмеряно времени?
Эти двое – гуляли по стрелочкам,
И она запасалась, как белочка,
Амулетами для воскресения.

Только вышли прогулки – недолгими,
От сушеных грибов много проку ли?
И зима подкатила жестокая,
Зазмеилась метель – кривотолками.

Хвостик рыженький, спинка мохнатая,
На морозе и шубка – пушистее!
Ты, наверное, знаешь, где истина?
И надолго ль в снегу ее спрятала?

Так чиркни спичкой! Не камина ради, А тех друзей, что возле – соберешь!

Морозит ночью, днем – весенний свет, Как будто на качелях март летает,

В свете солнца – желто-рыжем Капли с крыши – словно мёд.

Порой не торта хочется, а хлеба, Но и его на многих – не хватает.

Ты, наверное, знаешь, где истина? И надолго ль в снегу ее спрятала?

Скольженьем плавным с наледи крутой,
Непопаданием в сплошные непролазни…
Качельный мир последних дней – такой:
Зима с весной справляют странный праздник!

Их седая снего-матка
Не желает засыпать.

Порой не торта хочется, а хлеба,
Но и его на многих – не хватает.

Только вышли прогулки – недолгими,
От сушеных грибов много проку ли?
И зима подкатила жестокая,
Зазмеилась метель – кривотолками.

Так чиркни спичкой! Не камина ради,
А тех друзей, что возле – соберешь!

Качельный мир последних дней – такой:
Зима с весной справляют странный праздник!

Стихи подобны хвороста вязанке:
Они способны и спалить и обогреть,
Они – заветного молчания изнанка,
Сомнений и желаний круговерть.
В них есть одна невидимая дверца,
Лазейка в странный, но влекущий сад,
Ограда рифм, где можно опереться
На звуковой, чуть уловимый лад…
Цветут незримо чувственные строки,
Но осязаема нетронутость листа,
И - омуты метафор так глубоки,
Что вряд ли вынырнешь… с черемухи куста
Все соловей поет – о дивном саде,
А ты с вязанкой хвороста бредешь…
Так чиркни спичкой! Не камина ради,
А тех друзей, что возле – соберешь!

Морозит ночью, днем – весенний свет,
Как будто на качелях март летает,
Толкают в спину стайки непосед,
Его с размахом весело качают!

В стайке тучек-промокашек
Солнце, выставив плечо,
Золотой метлою машет,
Разгоняет белых пчел…

А в синих лужах отражалось – небо,
С барашками, что перед сном считают,
Порой не торта хочется, а хлеба,
Но и его на многих – не хватает.

Сколько было отмеряно времени?
Эти двое – гуляли по стрелочкам,
И она запасалась, как белочка,
Амулетами для воскресения.

занята - пишу

Раз тетки летают, как птицы, с тяжелою сумкой притом,
Парнишке ползти не годится средь талых сугробов пешком.

не ползать, а гордою птицей слетать за тяжелой сумой

Осталось лишь – выйти наружу, вращение дверей разбудить, И вот вам – бескрайние лужи, над ними – парить и парить.

Я на первое апреля обещаюсь
присмиреть
Наварить борщей да каши,
и стихи писать - не сметь!!!

""

Муж с утра уже - мечтает:
Будут лилии в пруду!
Это сделать обещает
Только раз один в году!

"Я тебя хочу - неделю,
Будем мы всю ночь, как встарь!"
Видно - первое апреля,
И не глядя в календарь.

"Подарю я все, что можно,
На руках в постель снесу!"
Ты шути поосторожней,
Уж - второе на носу!

Неудачница

Мечется в кухне, рассветом гонимая
В полдень… а остальное – все мимо, и
Пальцем стучит по стеклу – про безвыходность.
Ей в выходной – в неуемную бытность бы…
Полдень – крадется: морщинками, косточкой,
Рвутся колготки, и хочется, просто чтоб
Кто-то звонил, обрывал телефонные.
Он - не звонит – уж давно. И – знакомые
Звуки врываются в быль надоевшую,
Кто-то поет, прерываясь поспешно и -
Пилящий скрежет ремонтной агонии
Дразнит ее, неудачницу, гонит ли,
В логово полночи, в тьму коридорную,
В жизнь – так ненужно, бескрайне – просторную… -- покинутая женщина не всегда приходит в себя со временем... бывает, что депрессия чересчур затягивается из-за самокопания...

==

Не бывает лишних

Странная была, почти – мальчишка,
Пацаненок маленького роста,
В школе танцы – оставалась в лишних,
Караулить куртки, или – просто
На крыльце сидеть, ломая спички.

Был приятель – пес, почти домашний,
Рыжебокий, на коротких лапах,
Если наливали миску каши –
Приносил газету или тапок,
Тряс смешными черными ушами.

Как-то так случилось – вышла замуж.
Только муж ее с ребенком – бросил,
И тянула все потом - сама уж,
И старухой стала – в тридцать восемь,
Сын погиб в Чечне, в ауле горном.

Кормит голубей, а их гоняют…
Маленькая, сгорбленная бабка
И бездомных кошек привечает,
И собаку с перебитой лапкой.
Не бывает лишних, не должно быть…

трагические строки... кто виноват в её судьбе? Она сама? Общество? Или просто так"легли карты"?