Набор стихов и рассказов о войне "Живая память" - Страница 3 - Литературный форум
ГлавнаяНабор стихов и рассказов о войне "Живая память" - Страница 3 - Литературный форум
[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 3 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »
Литературный форум » Работа издательства, публикации » Тематические альманахи » Набор стихов и рассказов о войне "Живая память"
Набор стихов и рассказов о войне "Живая память"
webmanyaДата: Понедельник, 28.03.2011, 08:28 | Сообщение # 1
Руководитель издательского отдела
Группа: Администраторы
Сообщений: 5550
Награды: 109
Репутация: 180
Статус:
Уважаемые авторы, для составления тематического коллективного сборника "Живая память" необходимы стихи и рассказы (не более 25000 знаков).
Здесь в теме оставляйте не больше 1-й подборки стихотворений. И свои данные: Фамилию, имя, город, адрес эл. почты. Повторные посты не рассматриваются. На предмет публикации редакция свяжется с вами!
Произведения должны быть только авторские! Ссылки на страницы не рассматриваются.
Авторские гонорары и бесплатные экземпляры не предусмотрены.
Проект финансируется издательством "Союз писателей"


Готова ответить на вопросы, касающиеся издания и публикаций.
rio@izdat-kniga.ru
С уважением, Мария
 
лабИРИНтДата: Среда, 11.05.2011, 01:23 | Сообщение # 51
Группа: Удаленные





Простите нас, родные старики... Ветеранам...

У ветеранов юная душа…
Они живут Победою дыша!!!
И помните не только по весне
О тех, кто в мае «НЕТ!» сказал войне…

Они за нас спешили воевать…
Нельзя об этих людях забывать.
Они в бою сражались до крови,
Чтоб мы родились в мире и любви…

Проходит с нами рядом ветеран,
Прикрыв своё плечо, где след от ран,
И видит безразличные глаза…
От этого в душе его слеза…

Нельзя об этих людях забывать!
Ещё о них мы будем горевать…
Всё меньше смелых юношей стоят,
Украсив сединою наш парад…

Мы в суете ненужной городской
Забыли о душе своей людской…
А ветераны ходят по земле,
Нуждаются в поддержке и тепле…

И только наступает месяц май –
Внимание героям через край…
И государство деньги раздаёт
Раз в год, и гордо дарит пару льгот…

А только День Победы отгремит,
Опять с тоской посмотрит инвалид
На календарь… Десятое на нём…
«До следующей Победы доживём?», -

У зеркала он спросит в тишине…
И вспомнит ту Победу по весне…
Уже на небесах его друзья…
Об этих людях забывать нельзя!

Они живут победою дыша
И в прошлое уходят неспеша…
Им чуждо отступать и предавать…
Нельзя об этих людях забывать!

Вы Родину спасали как в бреду,
А Вам за это день один в году
Сердечно подарили земляки…
Простите нас, родные старики!!!

Ирина Самарина-Лабиринт, 2011 Украина г.Полтава

 
akilegna1Дата: Среда, 11.05.2011, 02:37 | Сообщение # 52
Гость
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 15
Награды: 3
Репутация: 0
Статус:
ошиблась, Извините.

Беларусь, г.Гомель

Сообщение отредактировал akilegna1 - Вторник, 27.09.2011, 20:41
 
milanik73Дата: Пятница, 13.05.2011, 14:32 | Сообщение # 53
Постоянный участник
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 269
Награды: 10
Репутация: 15
Статус:
Безногий солдат.

Голуби кружились над скамейкой,
Семечки хватая на лету –
Дед угрюмый с выправкой армейской
Их кормил, а в мыслях был не тут.

Мыслями он был на поле боя
В сорок третьем пламенном году,
Вспомнил с грустью братство фронтовое –
Там он получил свою звезду.

Вспомнил, как на танки шёл с гранатой -
Все погибли – выжил он один.
Выжил, но безногим стал солдатом,
Со звездой героя на груди.

Смысла жизни больше не осталось –
Разве нужен я такой жене!
Там детей орава, только в тягость
Буду – страшной правдой о войне.

Пусть считают, что погиб героем,
Помнят пусть здоровым, молодым…
Стал солдат беспомощным изгоем –
Не подаст ему никто воды.

Стал бомжом и к маленькой церквушке
Он прибился, где придётся спал,
Хлеб ему носили две старушки –
Так бедняга тихо доживал…

Как-то раз, на Пасху после службы,
Приуныл на паперти старик,
Кроме Бога никому не нужный –
Бородой нечёсаной поник.

Красное яйцо лежало в шапке
Да кусок засохший кулича.
- Будет разговеться чем нам с шавкой, -
Молвил, - Да с портретом Ильича…

Только вдруг походкой робкой к храму
Молодая женщина пришла.
Оглядел солдат безногий даму:
- Видно тут лукавого дела!

Как две капли женщина похожа
На жену, но тридцать лет назад.
- Как же это, смилуйся, мой Боже! -
Губы лишь беспомощно дрожат.

- Дедушка, прошу вас, помяните
В День Победы воина - отца,
Пусть за подвиг - Райскую обитель
В дар получит папа от Творца.

Так сказала женщина с волненьем,
Положила в шапку сто рублей,
А солдат заплакал в исступленьи:
- Ах, зачем живу я на земле!

- Дочка, стой, а мать, скажи – жива ли? -
Хрипло простонал старик во след.
- Маму мы сегодня отпевали,
Помяни Марию»… - Охнул дед…

Старику из сумочки достала
Всё что было: «Больше нет, прости!
Я спешу, ждут братья у вокзала,
Ну, прощай же, с Богом, не грусти!»

«Дай благословлю вас в путь дорожку,» -
Проглотив слезу, сказал старик:
«Дал Господь мне радости немножко
Перед смертью – встречу подарил.»

«Что ты, дедушка, не плачь, родимый.
Потерял ты ноги - на войне?
Как скажи твое святое имя –
Помолюсь я о тебе вдвойне.»

- Как отец твой я зовусь Иваном.
А война, не только ног лишив,
Забрала и счастье вдруг, нежданно,
Попрошайкой сделав за гроши.

Что же, дочка, милая, спасибо
За тепло, храни тебя Господь!
Столько в жизни сделал я ошибок,
По любви – прощён, устала плоть.»

Голуби кружились над скамейкой.
Дед безногий - навсегда уснул.
А звезда на старой телогрейке
Пела про Победную весну.


Мила
 
Lana777Дата: Пятница, 13.05.2011, 14:59 | Сообщение # 54
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2419
Награды: 146
Репутация: 142
Статус:
Лана Штайн
Краснодар
shtain.lana23@yandex.ru

МЕТАМОРФОЗЫ ПАМЯТИ

Дедушке моему,
Военному лётчику, Участнику Великой
Отечественной войны
Короткову Гавриилу Федотовичу…

ПОСВЯЩАЕТСЯ.

Здравствуй дедушка! Это вновь я...
Забежала к тебе, как обычно,
Посмотреть как могилка твоя.
Всё прекрасно, поверь! Всё отлично!
Ты красивый такой у меня,
Как к лицу тебе лётная форма.
И во взгляде так много огня,
Впрочем, это фамильная норма.
Как ты здесь? Я тоскую, родной,
Твой портрет взгляд всегда привлекает.
Так похожи теперь мы с тобой,
Даже, внучка моя замечает...
Вот и память твоя... поселилась
Незаметно в моей голове...
Я во сне в самолете "носилась"
И горела с ним в жухлой траве.
Я стонала от боли смертельной,
Слёзы капали в душу свинцом!
Что же это со мной в самом деле?
Почему же с твоим я лицом?
Я лечу...Я сегодня "ведомый",
Прикрываю "ведущего" хвост.
Странно, термин какой-то знакомый,
Вижу "Мессера" вражеский нос.
Я стреляю, стреляю, стреляю...
На гашетку давлю и давлю!
Чёрт возьми! Я свой бок подставляю!
Помоги... Тихо Бога молю.
Бой гремел и пылал не на шутку!!!
Кто кого! Только, нас не возьмёшь!
Дед, прервёмся с тобой на минутку...
Знаю я, что меня ты поймёшь.
Вот твои фронтовые...в гранёном...
Ровно двести...глоток отопью...
Ты опять где-то в небе огромном.
Как же я тебя, дед мой, люблю!
Я не я. Я - все время летаю!
Мне послушен крылатый твой друг...
Твоей памятью я вспоминаю.
Стал единым наш памятный круг.
Вот и все, дед родной, мне пора...
Ты лежи здесь под небом родимым.
Пусть помашут тебе два крыла
Самолёта, что был так любимым...
Время лечит? Скорей всего нет!
Оно глупость войны обличает.
Только памяти огненный след
Внукам знамя победы вручает!

Я прошу для войны суда...

Почему же погиб ты тогда?
В том далёком году сорок пятом?
Ты ушёл и ушёл навсегда
Юным, нежным, безусым солдатом.
И уже никогда, никогда
В этом мире войною распятом
Не подарят герою года
Имя Папа звучащее свято.
У тебя не родится сын,
Тот, что стал бы великим поэтом.
Ты не станешь для внучки родным,
Никогда не споёшь с ней дуэтом.
Лишь любимая будет ждать
Тебя долгие дни и ночи.
Да ещё твоя добрая мать
С горя выплачет синие очи.
Почему же погиб ты тогда
В том бою, в том году сорок пятом.
Я прошу для войны суда
За все жизни, что были отняты.



моя страница
 
zs1525Дата: Пятница, 13.05.2011, 15:41 | Сообщение # 55
Постоянный участник
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 300
Награды: 12
Репутация: 27
Статус:
Ольга Логачева, г.Новокузнецк, olgalogachova@mail.ru



ВЕСНА ПОБЕДЫ

И снова май, и снова День Победы,
Война, казалось бы, ушла за горизонт.
Но вот надели ордена отцы и деды
И на парад как будто бы на фронт.

Весна любви пришла, весна Победы,
Бессмертно пламя Вечного огня.
Все в орденах, с цветами наши деды,
Воспоминания военных лет хранят.

И вспоминая о годах далёких,
Когда им было восемнадцать лет,
Обходятся они без слов высоких,
Волнует их Огня бессмертный свет.

Война, война, снаряды рвутся,
Воздушный бой на высоте идёт.
С врагом отцы и деды бьются...
Дымится "мессер", падая на лёд...

И снова май, и снова День Победы -
Прошедшие года не в счёт!
И рады видеть внуков наши деды,
От внуков им и уваженье, и почёт!

БУЛЬВАР ГЕРОЕВ

Притихли белые берёзы,
Печально ветви приклонив.
В глазах у ветеранов слёзы,
И внуки беспокоятся за них...

Бульвар Героев - место встречи,
И седовласые солдаты
Сюда приходят каждый вечер
Не только в памятные даты.

Всё меньше их и разговор короче,
Что говорить? Без слов всё ясно:
Пришёл - ну, значит, жив и прочее...
А нет его - болеет, пьёт лекарства.

Трёхкратный залп орудий в мае.
И группа ветеранов на бульваре
Цветы кладёт к Огню, вздыхая,
Товарищей погибших поминая...

Притихнут белые берёзы,
Печально ветви приклонив.
В глазах у ветеранов слёзы,
Святые слёзы... Как без них?

РАЗМЫШЛЕНИЕ У ВЕЧНОГО ОГНЯ

Бульвар Героев. Мне нравится этот уютный уголок в центре Новокузнецка. Воскресенье. Январь. На улице холодно. На бульваре только редкие прохожие. Но стоит немного потеплеть, как появятся здесь бабушки с внуками, школьники, студенты, ветераны…

Иду к «Венку Славы». Здесь, у Вечного огня, всё воспринимаешь по-другому. Чувствуешь себя обособленной от внешнего мира: только ты и солдаты Великой Отечественной, герои – победители… Рассматриваю отдельные сюжеты композиции и погружаюсь в военную атмосферу, будто воочию вижу сражающихся бойцов…

Почему здесь так остро воспринимаешь «дела давно минувших дней»? Почему эти дни ощущаешь не такими уж давними? Почему так волнуешься, стоя на стилобате у Вечного огня?

Да, талантливый замысел архитектора. Да, не менее талантливое воплощение замысла. И хотя прошло уже 66 лет со дня Великой Победы, события Великой Отечественной не ощущаются слишком далёкими. Во-первых, потому, что почти в каждой семье есть фотография отца, деда или других родственников, которые погибли, защищая Родину, и которых помнят сыновья и внуки. Во-вторых, потому, что живы ещё ветераны, свидетели тех огненных лет…

Мой отец, во время войны курсант лётного училища, участвовал в разведывательных полётах под Сталинградом, был ранен, контужен… Как многие вернувшиеся с войны, он рассказывать о ней не любит, но из разговоров ветеранов, из скупых строчек биографии удалось кое-что узнать.

Деревенский мальчишка, он с детства мечтал о небе. Ходил в ночное, пас лошадей и смотрел на звёзды, которые были рассыпаны по небу. Они мигали и казались живыми… Особенно нравилось ему смотреть на самую яркую и большую звезду, которая выделялась не только размерами и яркостью, но и какой-то загадочностью, таинственностью… Он часто смотрел на звезду и мечтал о небе. Долететь бы до звезды!

Она светила ярко… и была, казалось, очень близко. Мотор У-2 урчал потихоньку, как будто боясь спугнуть звезду-красавицу. Но лететь к звезде - дело будущего, а сейчас - разведка. Там, на земле, куда он должен был теперь смотреть с неба, почудилось какое-то движение. Пролетев ещё немного в одном направлении, он плавно повернул крылатую машину и, идя обратным курсом, зорко всматривался в темноту. Нет, движение ему не почудилось - внизу на самом деле что-то происходило. На железнодорожной линии, тянувшейся куда-то вдаль, стоял эшелон. Полным ходом шла выгрузка войск противника. Нужно срочно передать по рации: пусть высылают бомбардировщиков! Только успел сообщить координаты, как что-то в кабине самолёта сверкнуло, будто вспыхнула яркая звезда; огромная, она мгновенно приблизилась и … взорвалась! Он не успел разглядеть её - в глазах потемнело… А когда открыл глаза, то зажмурился: до того была непривычна белизна стен и всего, что его окружало. Снова открыв глаза, он увидел людей в белых халатах, которые что-то говорили, но что именно, он понять не мог - не слышал…

Давно отгремела война. Но по ночам в его снах война продолжала грохотать и вспыхивать яркой огромной звездой, мешая спать… Он просыпается, долго сидит на кровати, как будто вспоминая что-то, затем встаёт, подходит к окну и, всматриваясь в тёмно-синее небо, усыпанное бесчисленными звёздами, ищет ту, которая не только ярче всех, но и загадочнее… Её свет по-прежнему тревожит воображение. Но тогда, в 43-ем, под Сталинградом, звезда, приблизившись, отдалилась навсегда, потому что летать после этого он уже не мог. А всё равно любит смотреть в небо и мечтать…

Да, у каждого солдата своя история, а в целом – это история нашей страны.
Продолжаю рассматривать «кадры» монумента «Венок Славы»: нашествие, гибель солдат, рукопашная схватка, танковая атака, оплакивание погибших, подвиг бойца, закрывшего в бою дзот врага… и так до самого парада Победы.

Почему здесь так остро воспринимаешь «дела давно минувших дней»? Почему эти дни войны ощущаешь не такими уж давними? Почему так волнуешься, стоя на стилобате у Вечного огня?
Прикрепления: 0430095.jpg(185.1 Kb)


Ольга Логачева

Сообщение отредактировал zs1525 - Четверг, 13.10.2011, 18:15
 
viktorovnaДата: Суббота, 28.05.2011, 00:17 | Сообщение # 56
Гость
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 18
Награды: 2
Репутация: 2
Статус:
Ждановская Светлана г.Вельск Архангельская область sve-zhdanovskaya@yandex.ru

Мне, как человеку, рожденному в 37-годовщину со дня победы в Великой Отечественной войне, и начавшему ощущать себя, как личность, примерно с 6-ти летнего возраста, непросто осознать весь масштаб происходившего в период с июня 1941 года по май 1945 года на Земле. Первое открытие я сделала для себя еще в том, раннем периоде, когда любишь весь мир и он отвечает, как тебе кажется, взаимностью. Далеко еще до школы, до уроков истории и литературных чтений в канун 9 мая. Я, маленькая и сопливая, играю в куклы. В родном доме знакомо все до мелочей. Когда поднимаю вверх кудрявую головку, вижу: висят на стене две большие фотографии. На одной изображен мой любимый дедушка Митя, а кто на другой? На другой — старший брат бабушки Любы. Его зовут Миша. Он погиб на войне. Когда я спрашиваю об этом бабушку, она всегда вспоминает Мишу со слезами на глазах. Мне становиться очень ее жалко. Сильно хочется, чтобы она перестала плакать.
- Когда была война?
- Давно.
- Больше войны не будет?
- Нет.
- Сколько лет было Мише?
- Девятнадцать (с точки зрения шестилетнего ребенка, лет ему было уже очень-очень много).
Дальше бабушка всегда вспоминает рассказ своей старшей сестры Лизы, которая провожала брата на войну в 1943 году. О том, как он маршировал в колонне, какой он был красивый и как улыбался... Он был офицером. А потом, в сорок четвертом году, семья получила известие о том, что их сын и брат пропал без вести. Тут бабушка снова начинает плакать. Я больше ничего не спрашиваю. Именно в эти минуты я впервые начинаю понимать, что значит война.
Спустя несколько лет мы прочитаем в Книге Памяти Архангельской области вот эти строки: Климов Михаил Михайлович, 1925 год рождения, место рождения: Вельский район д. Есютинская, мобилизован Вельским РВК Архангельской области 10.01.1943 г., звание: мл. лейтенант, погиб 21.07.1944 г., область выбытия: Латвийская ССР, место выбытия: Даугавпилсский у., д.Були...
***
С пожелтевшего старого фото
Незабвенно глядишь на меня.
Словно хочешь напомнить нам что-то
В теплых сумерках майского дня.
И приветны открытые чувства,
И глаза ясным светом полны.
Девятнадцать... Наивный, безусый
Накануне Великой Войны.
По плечу тебе много казалось.
Защищая страну до конца,
Не сумел только самую малость -
Грудь свою уберечь от свинца.
Не сложилось тебе на рассвете
Возвращеньем обрадовать мать,
Дом построить, жениться и детям
О победах своих рассказать.
Не сложилось воспитывать внуков,
Стать для них добрым дедом седым...
Всё война. Беспощадная штука.
Ты остался навек молодым.
Мне глаза твои напоминают
Боль потерь... Позабыть не дают...
В чистом небе девятого мая
Торжествует Победы салют.

Также в раннем детстве я слушала рассказы дедушки Мити о его братьях, воевавших в Великую Отечественную (сам дедушка не воевал — в годы войны он был подростком, которого уже готовили к боевым действиям на учениях, но, к счастью, в 1945 году пришла Победа). Двое из них — Вениамин и Михаил — погибли. Можно многое вспомнить из этих рассказов, но остановимся на одном. Дедушкин брат Саша вернулся с войны живым. Во время войны ему довелось работать водителем легендарных полуторок на Ладожком озере. Он возил продукты в блокадный Ленинград. Дверки полуторок были сняты, чтобы в случае бомбежки водитель мог спастись, выпрыгнув из уходящей под лед машины. Один раз машина Александра все-таки ушла под воду во время бомбежки, а он успел выскочить и поэтому остался в живых. Водители ездили с приглушенными фарами — ставили на фары «заглушки» - жестянные банки, чтобы скрыть яркий свет от глаз фашистких летчиков.
К сожалению, я не застала дедушкиного брата в живых. Но я знаю, что в нашем городе живут его дети и внуки — достойные жители нашей страны.
Еще я отчетливо помню, как к нам в деревню на лето приезжала одна старушка с внучкой Маринкой. Добрая, улыбчивая бабушка Лида. «Она «блокадница», - слышала я от людей. «Блокадница» - это потому, что она жила в блокадном Ленинграде.
Почему Ленинград назывался блокадным? Что вообще означает это слово? Что такое полуторка? Такие, вроде бы, незамысловатые вопросы, возникали в моей любознательной детской голове. Когда пришли «школьные годы чудесные», я нашла ответы на все интересующие меня вопросы. И столкнулась еще с одним понятием: «Дорога жизни».
Дорога жизни... У каждого она своя. Повзрослев, я с матерью посетила Санкт-Петербург. Всего на несколько дней. Остановились, к слову сказать, как раз в квартире той самой бабушки-блокадницы. Поскольку ее семья оказалась очень гостеприимной. Дело было летом — в самом конце июля. И как же не посетить Петергоф? Великолепие фонтанов, золото и мрамор статуй, вековые деревья, между которыми прохаживался своими огромными шагами сам Петр I. Мы взяли билет на экскурсию, включающую посещение дворца. Пожилая женщина-экскурсовод мастерски рассказала нам «непросвещенным» много интересного, исторического. Внутри дворца есть экспозиция с фотографиями, изображающими Петергоф в период войны. Сегодня кажется невероятным, но он был разрушен почти до основания. Поражаешься мастерству русского народа, сумевшему воссоздать из руин то, что было практически утрачено. В последствие я посещала Петербург и Петергоф еще несколько раз. Не могу скрыть свое восхищение перед этими местами.
Наши дни. Год 2011. В силу своих должностных обязанностей общаюсь с несколько худосочным молодым человеком. Слышна неподдельная гордость, когда он произносит мне и моей коллеге место своего рождения: город Ленинград (дескать, куда вам, из вашей-то глуши, до моего города). Почему-то этот худосочный человек, современный «до мозга костей», уверен, что мы там никогда не бывали. Спешим его разочаровать: Санкт-Петербург нам довольно хорошо знаком. Все основные достопримечательности мы уже, в свое время, посетили. Но, как оказалось, не все. Наш собеседник бравирует тоннелями под Невой, «грозиться» показать их нам, когда мы посетим его родной город.
Дорога жизни... Что думал дедушкин брат Александр, курсируя на полуторке по льду Ладожского озера с очередной партией продовольствия. Думал ли он о ждущих его с надеждой ленинградцах? Или вспоминал в эти минуты родную деревню Гридинскую Вельского района Архангельской области, свою маму, младших братьев и сестру? О чем думали и о ком вспоминали его сослуживцы, идущие на легендарных полуторках к замерзающему городу на Неве? Дорога жизни... О чем молилась в то страшное время, будучи еще совсем молодой девушкой, старушка Лида, о чем думали окружающие ее люди? Выжить в невыносимых условиях голода и холода? Дожить до победы или, хотя бы, до отступления врага с родной земли? Дорога жизни... Постепенно уходят участники и ветераны Великой отечественной войны. Уже нет в живых ни доброй старушки-блокадницы Лиды, ни ее мужа Дмитрия — участника войны. Нет в живых и моей бабушки Любы — великой труженицы, ветерана войны. В моем родном Вельске с каждым годом на торжество к городской стелле памяти павшим войнам приходит все меньше и меньше нарядных пожилых людей с медалями на груди. Но каждый год 9 мая на душе особенно светло и торжественно. В любом населенном пункте нашей огромной страны люди идут к поклонным местам, чтобы почтить память тех, кто дал нам мирное небо над головой. Совсем юное поколение беспричинно радуется маю, теплу, свету, громкой музыке, красивым цветам, единению людей. Они, юные россияне, сходны непоседливым цыплятам. Наивные, счастливые. Многие из них вообще не понимают значения страшного слова «война». И слава Богу. Придет время, они познакомятся с уже далекой историей родного государства, и, возможно, их молодые мамы и папы расскажут о воевавших когда-то прадедах. У каждого из сегодняшнней детворы будет своя дорога жизни. Главное, чтобы на этой дороге не было места фашизму, экстремизму или иной «нечисти».


Ждановская
 
Сказоч-никДата: Понедельник, 30.05.2011, 15:55 | Сообщение # 57
Группа: Удаленные





Ленинград

Он, конечно, все помнит,
Только будет упрямо молчать,
Прижимаясь гранитом
К губам равнодушной Невы,
Он, наверное, станет
Сначала тебя изучать,
Этот Город, к которому
Я обращаюсь на Вы…

Будет хмурить, как брови,
Седые свои облака,
Будет окнами пристально
Душу твою отражать,
Это только покажется,
Будто бы все – свысока,
Надо, просто, любить его,
Чтобы, хоть что-то, понять.

И, быть может, тогда
Он поделится этим с тобой,
И протянет навстречу
Ладони своих площадей,
Ты поймешь, что остались
У Города счеты с войной,
Ты увидишь – он помнит
Девятьсот, Богом проклятых, дней.

Прикоснись к этой памяти
Кожей, руками, душой…
Поплыви по реке
Мостовых и горбатых мостов,
И в закрытых глазах,
За какой-то незримой чертой,
Ты увидишь – он плачет,
Если к этому будешь готов.

Как насквозь промерзала
Его каменистая плоть,
Как дробила гранит
Бесконечная вьюга – метель,
И горячая сталь
Все пыталась его расколоть,
И когтями до горла
Тянулся неистовый Зверь.

Он уже не жалел
Ни дворцовой своей красоты,
Ни зеркал золотых
Со своих эполетовых плеч,
И, как руки, ловили
Снаряды святые кресты,
Чтобы в Городе этом
Кого-то и как-то сберечь…

Черно-синяя полночь
Украла здесь свет и тепло,
Выл взбесившийся ветер
В протяжках пустых проводов,
И блестело как слезы
В оконных проемах стекло,
Где еще оно было
Среди бесконечных снегов.

Сверху падало небо
На город разрывами бомб,
И гнилыми зубами
Торчала остаточность стен,
А мороз на каналах,
Как внезапно сорвавшийся тромб,
Перекрыл путь воде
В паутине артерий и вен.

И, казалось, не будет
Уже ни надежды, ни сил,
И, казалось, не кончится
Смерти пьянящий разгул,
Раскрывая до сердца
Свое тело для братских могил,
Каменел Ленинград,
И бледнел белым мрамором скул.

Колоннадой склоняясь
Над пятнами скрюченных тел -
Обогреть бы чуть-чуть,
Да дыхание сковано льдом,
Лишь биением пульса
По-прежнему глухо звенел,
В коридорах проспектов,
В размеренный такт метроном.

И промокший комочек,
Облепленный крошкой махры,
На прозрачные пальцы –
Попытка еще один день
Этим хлебом прожить,
Чтобы снова назавтра пройти
Долгих триста шагов,
Слабым телом, похожим на тень...

А когда летний дождь
Смоет памяти страшный оскал,
Лучик солнца скользнет
По дорожке случайной слезы,
Ты, конечно, запомнишь
Что Город тебе рассказал,
И, как, я будешь тоже
К нему обращаться на Вы…

1945 Берлин

Лязгнул люк…
Осторожно Тишину изучая,
Копоть узкой полоской скользнула сквозь щель,
И расплавленным Солнцем глаза застилая,
Сладким запахом в ноздри ударил Апрель.

Еще теплая сталь под ладонью шершавой -
Изгибаясь змеей, заскользил по броне,
Пыль, безмолвно вальсируя осыпью ржавой,
Расстилала постель на сожженной земле…

Справа жмется всем телом к руинам пехота,
Слева в доме пожар, там теперь никого,
Значит – чисто…
а то помирать неохота,
Если тут до Победы километр всего!

Не за тем я к Берлину шел четыре столетья,
Стольких близких теряя, их жизнью живя,
Эта “тридцать четверка” у меня уже третья,
Два ранения, “Гвардия” и ордена…

Так, посмотрим в чем дело…?
- Ну, вот же зараза!
Есть - достал таки “фаустник” правый каток…
- Старшина, лезь сюда! Остальным – в оба глаза!
- Ну, что скажешь, механик?
– Покурим, Сашок…

Тут крути- не крути, командир - передышка.
Здесь работы на день! Вот такие дела…
На, курни… и без нас, говорю – немцу крышка!
… Тишина-то какая! Может, наша взяла?

- Сань, чего самоходку не с первого раза?
Она сколько попала! Хорошо – рикошет…
- Ну а ты, почему тормознул без приказа?
Чтобы целиться лучше? Струхнул, что ли, дед?

- Это брось, лейтенант, у меня же три “Славы”!
Я, считай, отбоялся на Курской дуге,
Впрочем… помнишь - “Пантера” у самой Варшавы
Нас достала? А я, уж… Спасибо тебе.

Грохнул выстрел. Упали…
– Ты глянь, снайпер – сука!
Вон он, метров за двести, бликует в окне…
Нет, ну ты посмотри, ведь какая подлюка –
Огрызается, мать твою!
… Саня… ты где?!

Башня плавно качнулась в смертельном движеньи,
В панораме прицела - оконный проем.
Громом плюнуло дуло по створу мишени,
Раскололо этаж… Полыхнуло огнем…

А потом был бросок страшным, быстрым приливом,
Полусогнуто скалясь, пехота пошла…
И неслось в эти спины по-волчьи, с надрывом –
Сашка! Сашенька... Ну-у, почему не М-Е-Н-Я!

Плакал старый танкист, и от боли немея,
Прижимая к груди синь распахнутых глаз,
Отпускал в тишину ароматов Апреля
За полдня до Победы…
А может – за час…*

* 30 апреля 1945 года , в 14 часов 25 минут, войсками 3-й ударной армии (командующий генерал В. И. Кузнецов, член Военного совета генерал А. И. Литвинов) была взята основная часть здания рейхстага.
За рейхстаг была кровопролитная борьба. Подступы к нему прикрывались крепкими зданиями, входящими в систему девятого центрального сектора обороны Берлина. Район рейхстага обороняли отборные эсэсовские части общей численностью около шести тысяч человек, оснащённые танками, штурмовыми орудиями и многочисленной артиллерией.
Непосредственный штурм здания рейхстага осуществляла усиленная 150-я стрелковая Идрицкая дивизия (3-й ударной армии), во главе которой стоял генерал Герой Советского Союза В. М. Шатилов. 150-ю дивизию поддерживали 23-я танковая бригада и другие части армии.
К концу дня 1 мая гитлеровские части общим числом около 1500 человек, не выдержав борьбы, сдались. Рейхстаг был полностью очищен от противника.

Фронтовая быль

Чёрная куртка от пыли “седая”,
Руны SS…
Тёплый апрель и листва молодая
Тронули лес.
Узкий чердак, слуховое окошко…
Враг у ворот.
В оптике – мост и кирпичная крошка…
Вражеский взвод.
Нет ни снарядов, ни топлива в баках
Грозных “пантер”…
Их, уцелевших в последних атаках,
Сжёг офицер.
Мост над каналом взорвать не успели –
Город открыт,
Старая женщина плачет в прицеле,
Плачет навзрыд.
Можно взрывчатку “достать” одной пулей,
Вдруг повезёт…
Только вот что будет с этой бабулей –
Тоже умрёт?
Поздно… Проехали мост англичане,
Город молчит.
Что там верзила с большими плечами
Ей говорит?
Сдвинул прицел чуть левее и выше -
Бритый висок…
Вот уж аукнется выстрелом с крыши
Этот бросок.
В прятки со смертью играют мгновенья –
Адреналин!
Сладкая месть на краю пораженья…
Сукин ты сын!
Гладит старухины щёки рукою,
Пряди волос,
А на глазах поволокой слепою
Капельки слёз.
…Он уходил со своим экипажем
Прочь от дорог.
Это потом он закурит и скажет:
- Нет… Я не смог.*
Долгую память и долгие вёрсты
Этой войны
Мне отогнать почему-то не просто,
Спрятавшись в сны.
Если бы тот, за еловою лапой,
Поднял бы ствол,
Может и дед мой с войны той проклятой
Тоже б пришёл…

* Оберштурмфюрер Оле Олин, финский доброволец, офицер танковой дивизии СС “Викинг”, участник боёв на Восточном фронте, в начале апреля 1945 года защищал немецкий город Минден от солдат британской 6-й воздушно-десантной дивизии. Стихотворение написано на основе реальных событий.

Егоров Юрий г. Лыткарино М.О. yne@list.ru
 
nosta57Дата: Четверг, 16.06.2011, 22:53 | Сообщение # 58
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2341
Награды: 56
Репутация: 51
Статус:
Носова Татьяна, г. Белгород.
nosta57@mail.ru

Танковое поле под Прохоровкой
Над полем боя звон. Здесь навсегда покой.
Расплавленный металл в земле навечно.
Июльский ветер по полю волной,
И с язычком огня шалит беспечно.

А Богородица простерла свой покров
Над теми, кто душою только выжил.
Алеет маками в хлебах их кровь...
Как в пламени, земля стесненно дышит…

И только колокол в прозрачной вышине...
К душе живой - живыми голосами:
Будь счастлив, внук, но помни обо мне,
Я здесь, с тобой... всегда под небесами...
__
Они сражались за Родину…

Всем версиям и байкам вопреки,
Они считали свое дело – правым…
Не только те, кто шаг чеканя браво,
С судьбой сроднили пушки и штыки…

В тот лютый день, в который залп огня
Разнесся над несжатой, мирной пашней,
Учитель, инженер, шахтер вчерашний
Ушли на фронт, захватчиков кляня…

Хлебнули боль… Историков дела –
Писать об этом сочинений груды…
Но пулей супостата пересуды
Вонзаются в их – выживших - тела!

Остановитесь, дайте им покой!
Перелицовкою былых событий
Мы режиссера тех кровопролитий
Клеймим… А платит истинный герой.

Да, каждый год плотней смыкает ряд…
И журавлями души - в рай небесный…
Для гордости страной оставьте место!
Пока еще живые к нам спешат…
*****
Вглядитесь в пламя вечного огня:
Живое, искрами протягивает руки…
И взгляд, и крик, и стук сердец храня,
Пылает болью нескончаемой разлуки…
Вглядитесь в пламя вечного огня…

Их мало, тех, кто в отблеске его
Увидеть сможет сына, мужа, брата…
А срок придет – и вовсе никого,
Кто знал живым погибшего солдата...

Безликой станет память…Только вот,
Утратив эту долю личной боли,
А вдруг допустят - и травою зарастет,
И исказят, и поменяют роли?!..

Вглядитесь в пламя вечного огня:
В нем боль, и кровь, и вера, и надежда -
Что майским днем, медалями звеня,
На миг воскреснут павшие, как прежде…
Вглядитесь в пламя вечного огня…


Татьяна Носова

Сообщение отредактировал nosta57 - Вторник, 01.05.2012, 18:35
 
JullianikaДата: Пятница, 17.06.2011, 02:47 | Сообщение # 59
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 3070
Награды: 88
Репутация: 101
Статус:
Юлия Санникова, Санкт-Петербург, jullianika_1978@mail.ru

Раннее утро 22 июня 1941 года было ясным и полным прохлады просыпающейся природы. Лес чуть поодаль от крепости, шелестел листвой, живя своей жизнью. Неровная равнина перед ним, укрытая зеленым ковром чуть подсушенной от жары травы, была наполнена гомоном тысяч насекомых. До горизонта вела дорога, словно бы упираясь в небо, еще полное звезд.
Крепость спала. В комнатах медсанчасти стояла прохлада, дежурная сестра задремала на посту. Было тихо, не спал лишь часовой расчет и дежурные по казармам.
В маленькой деревушке в двух километрах от крепости все тоже спали. Внезапно заплакал ребенок, мальчик лет четырех с копной светлых волос. Его мать проснулась и подошла к кроватке.
- Сережа, успокойся, мой родной, все хорошо.
- Мама, я видел страшный сон…
- Это только сон, родной мой, только сон.
- Расскажи мне сказку, мама, мою любимую, про птицу с белыми крыльями.
- Спи, мое сердце, еще рано, мы разбудим всех в доме – говорила женщина, наклоняясь над детской кроваткой и целуя мальчика в светлые кудри.
- Пожалуйста, мамочка…
- Ну, хорошо, только успокойся. Жил-был голубь, он был совсем обычным почтовым голубем с белым оперением и любил приносить людям хорошие новости. Однажды, когда голубь летел по своим делам, он увидел маленького мальчика, который потерялся. Ему стало очень жалко его, голубь снял свои крылья и подарил мальчику, чтобы тот смог добраться до дома. А сам остался ждать…
В этот момент вдалеке раздался странный, все возрастающий гул.
- Мама, что это?
- Гроза, мое сердце, спи…
Гул все возрастал, оконные стекла загудели. Казалось, что земля затряслась.
Женщина рванулась к окну. Вдали, на горизонте появилась серая грозная туча, которая стала быстро увеличиваться в размере, заслоняя собой небо. В хлеву тревожно заревели коровы. Собака, сидевшая на привязи перед домом, завыла, застыв на одном месте. А потом раздался страшный грохот, обрушивший покой этого утра. Первая авиабомба попала в здание птицефермы, и потом они стали падать одна за другой.
Елена схватила ребенка, все домашние уже проснулись и в панике выбегали из дома. Земля наполнилась огнем и жаром, взрывая судьбы простых русских людей с их простыми желаниями счастья и любви.
Елена схватила ребенка за руку, она не знала, куда бежать. Сережа плакал, ее муж пытался успокоить старшую дочь, у которой случился нервный припадок. За калиткой соседнего дома стояла старуха в белой сорочке, которая развивалась на ветру. В ее дом попал снаряд, седые волосы растрепались, а глаза, устремленные в небо, казались совсем отрешенными. Только губы шептали какие-то слова…
Откуда-то подоспела подвода, туда сажали женщин и детей. Началась суматоха: кто-то кого-то искал, плакали дети. Елена пристроила Сережу на нее и побежала назад, к мужу. В дыму почти ничего не было видно. Земля продолжала дрожать от взрывов снарядов. Не найдя его, она ринулась обратно, но сына уже не было. По дороге в сторону от границы уже тянулась вереница людей. Они разбегались в стороны и прятались в траве, когда в небе появлялись немецкие бомбардировщики в сопровождении самолетов прикрытия. Фоккевульфы пикировали на людей. Но вереница все двигалась, уже приняв и осознав происшедшее. Елена шла со всеми вперед, дойдя до поворота, она заметила разбитую подводу. С криком ужаса рванулась к ней, но среди мертвых тел не было ее родного Сережки. Кто-то сказал, что несколько детей спаслось и их забрали добрые люди, что не стоит терять надежду, все скоро образумится. И женщина покорно пошла вперед по этой долгой дороге, по которой текли тысячи людей, кто понуро опустив голову, кто прижав к груди самое дорогое, что у него есть, – ребенка.
- Поплачь, родная, - раздался голос мужчины. Обернувшись, Елена увидела старика. Его голова была совсем седой, а карие глаза, устремленные на нее, покраснели от дыма.
-Поплачь, дочка, обо мне… О моих близких и дорогих сердцу людях. Снаряд попал прямо в дом и все погибли. За них кроме меня не кому уже больше плакать… Поплачь, доченька…
Прошла неделя с первого дня войны. Лена нашла свою дочь, а муж ушел добровольцем на фронт. Она помнила всю жизнь минуты их прощания. Скупые слезы, поцелуй, самый нежный за всю ее и его жизнь и долгие месяцы ожидания…
Деревня, в которую они попали с дочкой, осталась нетронутой бомбежками, но оказалась в оккупации. Их приняла другая семья, чтобы прожить под одним кровом долгие месяцы войны. Уже потом она вспоминала белого голубя, что каждую ночь прилетал к ним во двор, садился на крышу дома и, взъерошив свои перья, ждал утра. Но однажды вечером голубь не вернулся.
Вблизи деревушки начались жестокие бои, в которых участвовали и те, кто пытался пробиться к своим.
Их было пятнадцать человек: грязных, измотанных, и среди них одна женщина, фельдшер, Ольга. Их часть находилась в нескольких километрах от Брестской крепости. Последнее, что успели увидеть эти пятнадцать перед отступлением- маленького мальчика, который шел по полю, где начался бой. Казалось, он не видел никого и ничего, вокруг взрывались снаряды и свистели осколки, дым и огонь пожирали пространство. А он ступал по земле своей детской неуверенной походкой. Иногда поднимая голову к небу.
- Надо вытащить его оттуда, - сказала Ольга. Один из бойцов ринулся под пули, он прополз почти половину расстояния, когда раздался страшный взрыв, и все заволокло едким дымом. Добравшись до места, где был ребенок, боец нашел лишь пустую воронку от разрыва снаряда.
Выйдя из боя, пошли через лес. Остановились на привал около маленькой запруды. Вдали грохотало. Костер не разводили, достали последний кусок хлеба и разделили на всех.
- Вы слышали? - спросил Сергей, молодой парень, служивший рядовым в их полку.
- Странный звук, - заметила Ольга.
- Кажется, он идет с правой стороны. Андрей, возьми двух бойцов и проверьте, - приказал единственный офицер, взявший на себя командование.
Трое бойцов, пригнувшись, ушли вправо. Прошло долгих десять минут. Но вот послышался легкий шелест. Со стороны запруды шли все трое, Андрей нес на руках ребенка.
- Я нашел его около большой сосны, он лежал, свернувшись клубочком, и плакал, звал маму.
- Господи, да это тот самый мальчик, которого мы видели там, в этом аду…Как он здесь очутился, как добрался сюда?
Мальчик смотрел на всех испуганными глазами. Лес вокруг затих, где-то вдалеке раздался крик улетающей стаи птиц. Роса на траве хранила прохладу ночи и свежесть утра, играя сотнями искорок, радостных живых огоньков, что перескакивают с травинки на травинку, всегда беззаботно и легко, не зная печали человеческого сердца.
- Мама, - заплакал ребенок, - я видел белого голубя…
- О каком голубе он говорит? – спросил командир.
- Он испуган, я возьму его, - сказала Ольга, бережно забирая у бойца ребенка.
- Маленький, как тебя зовут?
- Сережа, - прошептал ребенок, - я потерялся.
- Ты голоден?
Ребенок прижался к Ольге и заснул. А лес просыпался. Медленно отступали тени, крадучись сворачивались, словно обжигаясь лучами солнца, обозначая видимостью ход времени. То тут, то там раздавались крики птиц, отделенных беззаботностью полета от страха бытия. И только вдалеке грохотали разрывы снарядов, смахивая с листвы блестящие капельки росы, что, падали на землю сверкающими звездочками.
- Отдохнем, нам нужны силы. Мы не знаем, насколько далеко ушел фронт.
Так и порешили. Уставшие бойцы заснули. Через два часа снова загрохотало небо.
- Это наши, – с надеждой сказала Ольга, – я знаю эти места, тут недалеко находится хутор.
Ребенок проснулся. Двинулись дальше цепочкой. Солнце уже стояло в зените, его лучи высушили росу и каплями падали на лесные прогалины, выхватывая густую, темную зелень.
- Мы не можем идти на хутор все вместе, - сказал Александр, молодой офицер, отправивший бойцов за ребенком.
- Я схожу и проверю, - предложила Ольга, - я выросла в этих местах, если что, смогу уйти.
- Хорошо, только будь осторожна, Сергей проводит тебя до опушки.
Ольга сняла гимнастерку и пошла в сторону хутора. Было жарко, воздух горячей волной охватывал тело, нестерпимо хотелось пить. Она знала, что лес выходил прямо к деревушке. Со стороны хутора доносилось беспокойное мычание коров. Быстрым шагом девушка дошла до крайнего дома, калитка была открыта, а во дворе сидели дети.
- Мне нужна помощь, где взрослые?
- Мама в хлеву, – испуганно ответил рыжеволосый мальчуган лет семи, - я позову ее.
Мальчишка бегом побежал в сторону старого перекосившегося сарая. Через минуту оттуда выбежала немолодая женщина в белом платке.
- Кто вы? – испуганно спросила она.
- Мы вырвались из окружения, с нами ребенок, совсем маленький. Нам нужна еда. Вы не знаете, как далеко ушел фронт? Вы одна на хуторе?
- Муж ушел в лес, но вернется скоро. А фронт…Говорят, он продвинулся уже на десятки километров. Но здесь немцев пока не было.
Женщина опустилась на колени и заплакала.
- Что теперь будет?
- Помогите нам.
- Ах, миленькие, да, конечно, родненькие.
Женщина засуетилась, побежала в дом, через пять минут выбежав со свертком.
- Тут хлеб и картошка, немного сала и яиц. Это все, что есть…
- Мы оставим ребенка у вас?
- Конечно, милая. У меня своих пятеро, как-нибудь выдюжим…
Ольга взяла сверток и быстрым шагом пошла в лес. Гул на западе не прекращался. Он походил на далекую грозу, но она знала, что так гудят артиллерийские снаряды, непрерывной волной покрывающие землю. Слезы сами собой потекли по щекам.
- Так нельзя, - сказала девушка самой себе. Ей вспомнилась мама, ее слезы, когда Ольга решила уйти из дома, старенький платок, который она сжимала в своих натруженных, бледных, с вздувшимися венами, руках.
- Ольга, – услышала она голос Сергея, который ждал поодаль от их группы.
- Я взяла продуктов, а ребенка мы оставим здесь.
Ольга молча передала сверток, взяла на руки ребенка и пошла назад.
- Куда мы идем? – испуганно спросил мальчик.
- Не бойся, маленький, мы идем к друзьям.
- Там моя мама?
- Нет, Сереженька, там другая мама, она будет тебя любить также сильно, пока не придет твоя.
- А когда она придет?
- Скоро, совсем скоро, не бойся.
Вдали загрохотало с новой силой, казалось, что по земле прокатилась тяжелая грозная волна. Листья затрепетали.
Ольга подошла к калитке, где ждала женщина. Дети боязливо смотрели на гостью. Сережка захныкал.
- Не плач, солнышко, – мягко сказала женщина, взяв ребенка на руки. В этот момент в лесу заржала лошадь.
- Не бойтесь, – успокоила вздрогнувшую Ольгу женщина, - это возвращается мой муж.
- Мне пора…
- Что ж вы так, а я хотела напоить вас молоком. Или останетесь?
-Не уходи, – просто сказал Сережка.
- Я должна идти, солнышко.
Ольга подошла и обняла эту простую русскую женщину, прижавшись щекой к ее взволнованному лицу. И опять в сердце мелькнул образ матери.
- Прощайте.
- С Богом! – тихо сказала женщина.
Ольга отвернулась и побежала к лесу. Она не помнила, как дошла до своих. В горле стояли слезы, а руки предательски дрожали.
Отряд решил сделать маленький привал. Еду разделили поровну на всех. Через пол часа двинулись в путь. Шли молча.
- Скоро будет охотничья сторожка, – предупредила Ольга, - можно будет отдохнуть. Там есть кое-какие припасы и вода.
Группа вышла на тропинку, которая обогнула старый огромный тополь, на стволе которого были видны охотничьи зарубки. Тропинка привела на поляну, где стоял бревенчатый сруб, потемневший от времени и дождей. Начинало темнеть.
- Далеко отсюда до ближайшей дороги? – спросил Александр.
- Километров сорок.
- Выставим патруль, будем меняться каждый час, а на рассвете двинемся дальше.
Прорываясь с боем к лесу, бойцы сумели захватить несколько автоматов, у Александра был именной ТТ, подаренный ему за образцовое выполнение заданий командования. Этот новенький ТТ был его первой наградой, которой он очень дорожил. Вся группа входила в состав 84-го стрелкового полка, но в составе батальона была выведена перед самым началом войны на учения из Брестской крепости.
- Совсем плохо с патронами, – горько заметил Сергей.
- Будем экономить. Пойдем лесом, не вступая в крупные бои. Знать бы, как далеко ушли наши.
Молча расположились на ночлег. Стемнело совсем быстро. И вдруг наступила тишина, далекий гул гаубиц и артиллерийских снарядов затих. Где-то вдалеке кричала выпь.
- Какая тишина, как будто и нет войны, – заметила Ольга.
Молодой боец- киргиз развел костер. Быстро накипятили воды и заварили чай, заботливой рукой местных лесников припрятанный в сторожке. Огонь затушили сразу, чтоб не привлекать внимания.
- А воздух как у нас в степи, такой легкий, – прошептал молодой киргиз.
Ольга не могла заснуть, у нее перед глазами стояла мама. «Как она там…» - думала девушка. В тишине послышался резкий шелест. Киргиз сидел у затушенного костра и молча смотрел на звезды, которые казались огромными каплями света на темном покрывале небес.
- Это сова, – спокойно заметил он.
У парня было очень сложное имя – Тышканбай, и все звали его просто Толей.
- Скоро рассвет, а вы не спали.
- Не могу, – ответила Ольга, присев к уже остывшим уголькам. Она откинулась на землю и устремила свой взгляд на звезды, которые начинали уже бледнеть, словно проваливаясь в свое голубое покрывало, постеленное чьей-то заботливой рукой. Утро быстро набирало сил, а вдалеке опять загрохотало. Где-то рядом пролетела эскадрилья истребителей, сопровождая тяжелый бомбардировщик, неуклюже летящий на низкой высоте. Она знала эти звуки и могла по ним отличать марку самолета. Это были наши Лаги, легкие и маневренные.
- Вот и началось, – заметил Александр, выйдя из сторожки.
Внезапно со стороны тропинки раздался тарахтящий звук, похожий на металлический скрежет. Бойцы вскочили, схватившись за оружие. Где-то просвистело, и раздался грохот. Первая же разорвавшаяся граната задела Ольгу, что - то царапнула по голове. Она вдруг увидела себя маленькой девочкой, которая приходила купаться на речку, где беззаботно ловила ладошками свет, перескакивавший с волны на волну. А потом наступила темнота.
Прейдя себя, она открыла глаза, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, какая-то непонятная тяжесть навалилась и прижала ее к земле. Слепило яркое солнце. Сухие губы потрескались. Ольга не знала, сколько прошло времени, ей лишь казалось, что все уже позади. Что эта война, так жестоко ворвавшаяся в ее молодую жизнь, уже закончилась, и теплота этого чувства наполняла маленькое сердце. Лишь откуда-то издалека раздавался незнакомый, но добрый голос, который повторял и повторял: «Потерпи, миленькая, потерпи родненькая». «Почему я должна терпеть – подумала Ольга, - ведь все уже позади» А потом опять наступила темнота…
- Нооо, пошли миленькие! – загремел по тонущему в сумерках лесу взволнованный голос. Зарево над кромкой леса с запада залило кусок неба, утопив звезды в рваных красноватых сполохах пожара. Стояла прохладная июльская ночь.
Только потом Ольга узнала, что взрыв от ручного миномета отбросил ее на несколько метров прямо в медвежью яму. Бой был упорный. Группа отстреливалась до последнего патрона. Взвод немецких солдат рассыпался по окружающим зарослям и начал обстрел обороняющихся. От огня миномета старая сухая древесина сторожки быстро вспыхнула, бойцы попытались прорваться вперед. Те, что смогли добраться до леса, приняли рукопашный бой.
– Погибли ребята все. Три часа длился бой, а потом немцы забрали раненых и ушли. Похоронили мы хлопцев твоих, как полагается, вечная им память. А тебя случайно нашли, вся в крови, осколок то по виску царапнул, а второй плечо перебил. Думали - не живая, а ты вон, выжила, три дня в забытьи была.
Так Ольга и оказалась в маленькой деревушке, пока еще не оккупированной немцами. Она затерялась в густых лесных массивах, куда немецкие соединения боялись заглядывать, предпочитая на низкой высоте бороздить пространства в поисках партизанских костров.
- Попей, миленькая, – наклонилась над ней пожилая женщина.
- Что случилось? – спросила Ольга.
- Чудо, родненькая, иначе и не назовешь. Муж мой с сыном ехали на подводе в сторожку охотничью, что у медвежьей ямы. Услышали треск пулеметный и взрывы, испугались, да свернули в сторону. Эти места глухие, леса здесь непроходимые, много болот, не каждый рискнет зайти так далеко. А тут немцы. Три часа длился бой, а потом затихло все. Подождали они час, да вышли к сторожке, а та вся сгорела. Похоронили ребят, как полагается. Да голубь все там летал, а потом сел на веточку, что над медвежьей ямой, там и нашли тебя. Дотащили до подводы. Времена то нынче страшные настали. Да ты не волнуйся, поспи, сил тебе набраться надо.
Ранения Ольги оказались легкими, уже на второй день, как она пришла в себя, девушка встала на ноги.
Деревушка действительно находилась в глухом лесу. Спасало то, что леса были болотистые, топи кругом, без проводника не пройдешь. Тяжелая техника завязнет, а пеший солдат заплутает. А те тропки, по которым пройти можно, знают лишь местные жители.
- Сказывают, – рассказывала Марфа, а так звали хозяйку дома, где приютили Ольгу, – в деревушке, что в пятидесяти километрах от нас, появились каратели, скотину забрали, опустошили запасы, согнали людей к сельсовету, а потом расстреляли всех партийных.
- А что фронт?
- А фронт, милочка, далеко, на Москву немец прет и спасу нет, танков то у них – тьма.
- А точно не известно, где же наши войска?
- А точно сейчас никто не скажет, милая, сегодня оно так, а завтра уже совсем по-другому.
Так и прошла неделя. Ольга начала помогать по хозяйству. В лесах было много беженцев, некоторых приютили здесь, а многие шли дальше к фронту. Постепенно наладили связь, достали старенькое радио, которое включали каждый вечер и слушали сводки. Потом от руки переписывали и распространяли по деревням.
Однажды Ольгу отправили с пачкой таких листовок в маленькую деревушку, что находилась в пятидесяти километрах от них и была оккупирована немцами. Там была своя связная. Километров за десять пришлось спешиться. А дальше - пешком. Шел мелкий дождик, Ольга запрятала листки под старенькое пальто. Девушку-связную звали Лена.
Добравшись до назначенного места, она стала ждать, поеживаясь от порывов ветра, как вдруг справа раздался шелест. Ольга спряталась за дерево. Но на поляну вышла молодая девушка. Ее по-детски растерянное лицо было немного напряжено, тонкие губы сжаты.
- Ольга, – шепотом позвала она.
Ольга вышла из-за дерева и подошла к девушке.
- Вы Лена?
- Да.
Ольга заволновалась, это было ее первое задание.
- Вы местная?
- Нет, – ответила Лена, мы беженцы, бежали с дочкой из-под самого Бреста. Муж ушел на фронт, а сын…
Тут женщина не удержалась и заплакала.
- Погиб?
- Нет, пропал… Я не верю, что он погиб, не верю, что моего Сереженьки уже нет.
- А вашего сына звали Сергей? А сколько ему лет?
- Сейчас должно быть пять…
И тут Ольга начала рассказывать Лене о том, как, пробиваясь из окружения, они увидели на поле боя маленького мальчика, как один из бойцов пытался его вытащить, но мальчик пропал, а потом в лесу группа подобрала мальчишку.
Лена вскинула глаза на Ольгу и даже не спросила, а закричала.
- Где он?
- Мы оставили его в маленькой деревушке, что совсем недалеко отсюда, могу вас провести, я эти места знаю хорошо.
- Господи, - только и выдохнула Лена, - сколько туда идти? Сейчас здесь опасно, немцев много, у нас в деревне живет их взвод. Многих забрали, увезли на работы. Я заболела тогда, воспаление легких, так меня оставили. Вот, пришлось волосы обстричь.
Лена скинула платок, без него она стала похожа на молодого худенького паренька.
- Часа три-четыре по тайным тропам. У меня отец был охотником, ходил на медведя в этих краях. Он и брал меня с собой. Но ведь вас будут искать в деревне…
- Подождите меня здесь, я быстро обернусь, только оставлю листовки.
- Хорошо. Вы как будете подходить, так селезнем закричите, я и узнаю вас.
- Ой, а я не умею…
- Это просто, – Ольга сложила губы в трубочку и, плотно прижав кулачок к лицу, издала утиный крик, – Попробуйте.
Лена повторила крик селезня.
- Ну, вот и хорошо, я буду ждать вас здесь.
Прошел долгий томительный час, Ольга прилегла на сухую, уже начавшую желтеть траву, ветерок мягко касался лица, лес был полон своими обычными звуками, пугающими только того, кто не умел их читать. И в этом живом многоголосье она услышала тоненький утиный крик.
- Это я, – запыхавшись, сказала Лена, – я готова.
- Все прошло хорошо? Вы сказали, куда пойдете?
- Я сказала, что пойду за черникой, ее много в этих местах.
- А что немцы?
- А у нас многие в лес ходят. Немцы потом сами же и едят то, что мы приносим.
- А если немцы хватятся?
- Бог даст, не заметят.
Так и пошли. Долго молчали.
- Скоро стемнеет, вы не боитесь? – спросила Ольга.
- А я многого теперь не боюсь. А вы любили когда-нибудь? Вот так, чтоб по настоящему?
Ольга задумалась. Да, был в ее жизни человек, который казался дорог. Но как-то все прошло мимо.
- Да, любила.
- А он?
- Не знаю, не сложилось.
- Еще успеете, вы вон, какая красивая, – заметила Лена.
Вдали загрохотало. Раскатистое эхо низко летящих транспортных немецких самолетов вновь напомнило, что они находятся на оккупированной территории.
- Сейчас выйдем к дороге, можем напороться на патруль или какой-нибудь тыловой отряд. Подождем.
Девушки затаились у дороги. Вдали раздался звук мотора и вскоре показался немецкий грузовик. Солдаты пели какую-то песню.
- Совсем не боятся.
- Тише, – предупредила Ольга. Грузовик проехал мимо, и все затихло. Подождали еще пять минут, встали и перебежали на другую сторону.
- Осталось немного. Там наверняка немцы. Придется ждать ночи.
Шли еще около часа по лесу, Ольга быстро находила дорогу. Она уже узнала знакомую опушку. Совсем стемнело, полная луна залила лес серебристым светом.
- Все, пришли. Дом стоит прямо у опушки. Может, повезет, и не нарвемся на немцев.
Затаившись у края деревушки, девушки начали вслушиваться в ночные звуки. Деревня спала.
- Я пойду к дому, – сказала Ольга, – ждите.
- Я с вами.
- Нет, так нельзя. Если попадусь, то попадусь одна, а у вас останутся шансы найти ребенка. Ждите.
Ольга поползла к крайнему дому. Стало очень прохладно. Земля быстро остыла. Калитка была закрыта, но не заперта. Ольга аккуратно приоткрыла ее. Сердце затрепетало. Захотелось бросить все и убежать. Девушка сжала губы и зашла во двор. Свет луны освещал огород. Собаки не было. «Странно!» - мелькнуло у нее в голове. Она подошла к окошку. Откуда-то издалека ветер принес запах гари. Ольга решилась и постучала в окно, тихо-тихо. Сердце совсем упало. В доме кто-то встал и зажег лучину. Дверь скрипнула.
- Кто здесь? – тихо спросил женский голос.
- Это я, вы помните меня? Я оставляла вам ребенка.
- Господи, миленькая, да как ты решилась то. У нас вчера были немцы. Забрали всех здоровых мужчин и ушли. Проходи в сени.
Ольга зашла в дом. Лучина выхватила из темноты взволнованное и постаревшее лицо женщины.
- Он жив?
- Жив, родненькая, спит.
- Я пришла с его матерью, она ждет в лесу.
- Как же так! – всплеснула руками женщина, - зовите ее в дом.
Ольга быстрым шагом, не помня себя от страха, дошла до опушки. Лена выскочила навстречу.
- Он жив?
- Жив.
Они вдвоем добежали до дома. Дверь была открыта. В сенях горела лучина.
- Проходите, свет зажигать нельзя, привлечем внимание - сказала женщина, - подождите тут, я разбужу Сережку.
Она прошла в дом и через пять минут вышла с маленьким ребенком на руках.
- Он спит.
Лена кинулась к мальчику. Все ее лицо было залито слезами.
- Родной мой, радость моя, – зашептала она.
Мокрые слезы закапали на лицо ребенка. Он что-то произнес, но так и не проснулся.
- Мы должны идти, – сказала Ольга, - к рассвету будем у вашей деревни, а там я вас оставлю. Меня тоже ждут.
- Да, конечно!
- Вот, возьмите, – женщина протянула Ольге сверток. Тут картошка, все, что есть. Тяжело сейчас, немцы забрали все.
- Спасибо вам!
- Храни вас Бог!
Быстро вышли из дома, добежали до леса.
- Дойдем до ручья и отдохнем немного, – предложила Ольга.
Ребенок спал. Быстро перекусили и двинулись дальше. Шли молча. Лена всхлипывала. Но время и путь казались легкими. Начало светать. Холодная роса сверкала на траве и кустах беззаботными искорками.
- Мама,– заплакал Сергей, – это ты?
- Да, солнышко мое, не бойся.
- Я так тебя ждал, где ты была?
- Я искала тебя все это время!
- А где папа?
- Он тоже тебя искал и уехал в далекие края, но скоро вернется к нам.
Подошли к деревне.
- Все, – сказала Ольга, – вы доберетесь до дома, а мне нужно возвращаться.
- Мы еще увидимся? – спросила Лена.
- Да, обязательно, а когда кончится война, мы соберемся все вместе и будем долго-долго радоваться этой встрече.
Так и расстались. Со слезами и надеждой на то, что жизнь скоро наладится и что не нужно будет вот так тайком пробираться по родным лесам.
Уже возвращаясь в свою деревушку, Ольга долго думала о том, какой странной и жестокой порой бывает судьба, но что даже в кромешном аду войны иногда происходят маленькие чудеса. Подвода ждала в условленном месте.
- Где ты была? – спросил молодой парень-провожатый.
- Далеко..
- Ты сошла с ума, я переволновался, думал все, напоролась на немцев.
- Нет…
- Так что случилось?
- Чудо. Не спрашивай меня не о чем сейчас, я очень устала.
- Хорошо, садись, поехали.
Молча двинулись в путь. Ольга заснула сразу и снилась ей родная деревушка, центральная улочка вся в цветущих яблонях. И родная мама.
После этих событий случилось многое. Лену она больше не видела, но знала, что она жива. А потом война стала другой. Каждый день приходили сводки о продвижениях наших войск, но уже обратно, к потерянным при отступлении родным краям. Но и эта война закончилась…
 
Nadin-2009-06Дата: Пятница, 17.06.2011, 16:09 | Сообщение # 60
Группа: Удаленные





Надежда Кожуховская, г. Мурманск
ЗЕМНОЙ ПОКЛОН
------------------------
Четыре года страшная война,
Четыре года крови, слёз и смерти.
С фашистами боролась вся страна:
И старики, и женщины, и дети.
Сражались люди не за ордена,
Идя на смерть, "За Родину"-кричали.
И понимали: РОДИНА одна,
Её, родную землю защищали.
И даже там,где был глубокий тыл
Подростки, дети у станков стояли.
И "всё для фронта"- главный лозунг был,
И хлеб последний фронту отправляли.
Земной поклон фронтовикам и тем,
Кто хлеб растил, кто отливал снаряды,
Кто с боем шёл аж до Рейхстага стен,
Кто получил посмертные награды.
Поклон всем тем, кто внёс в ПОБЕДУ вклад,
Хоть маленький,что б чуть её ускорить.
Тем самым жизни сохранив солдат,
Избавив хоть кого-нибудь от горя.
ЗЕМНОЙ ПОКЛОН!
 
NazandrewДата: Вторник, 21.06.2011, 10:46 | Сообщение # 61
Гость
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 10
Награды: 2
Репутация: 0
Статус:
Да! Нас не звали!

В чем-то Вы безусловно правы,
Но у войны безумные нравы.
И думы, что у врагов есть дети,
Приходят потом, когда поживешь на свете.
Потом эти думы рвут и корёжат,
Но на пике боя понять не можешь,
Что перед тобой тоже люди,
А видишь лишь сталь штыка и пули.
И выбрать никто не позволит,
В смертельной схватке свободу воли.
И рад бы не бить, не стрелять, а надо,
Что б посмертно тебя не нашла награда.
И чётко совсем понимаешь,
Что если не ты стреляешь,
То сам превращаешься в цель,
И выжить пытаешься... - ты поверь!
Да нас в Афган не звали,
А приказом "за речку" послали.
И тот, кто в твоем прицеле,
Не думает о детях твоих на деле,
На деле - цель у него иная,
Нас убивать - не размышляя.
Зато наркотиков тонны,
Что жгли мы и истребляли,
Не вызовут матери стоны,
Что на игле детей потеряли.
И против нас были не дети,
И вряд ли они знали, чтили Пушкина,
А были наёмники Смерти,
Решая за нас - сколь нам отпущено.
И по-русски совсем не помнили,
Да и просто русский не знали,
Вот за таким шли в горы мы,
Хотя "да", нас в Афган не звали.
Ну а те же, кто знал по-русски,
Помнил Пушкина и учился в школе.
Шли ВМЕСТЕ С НАМИ тропками узкими,
И мы были друзьями, тем более!
Я не ищу себе слов оправданий.
Свой долг выполнял я честно!
И скрипели зубами, и переживали,
За друзей ингушей, и чеченцев.
Дагестанцы, чеченцы, русские,
Вместе были мы на Афганских вершинах,
Потом нас порвали в полоски узкие,
Так "правители" наши решили.
И прощенья просить за что мне?
Да и Вам оно вряд ли нужно.
Хотя часто вижу во сне я,
Что живем мы как ТАМ воевали
......................... - дружно.

Гвоздики войны

Цветочек одинокий, маленький – гвоздичка,
Фанерная звезда на холмике камней,
Кусочек хлебушка, стакан водички, -
Вот так хороним мы своих друзей.

В бою вчерашнем, быстротечном,
Нашла Санька та пуля, что была ему Судьбой отлита.
И Сашка в свои 30 шагнул в Вечность,
Но его гибель и не прощена, и не забыта.

И «Мне отмщение», и «Аз воздам», прости Господь,…не в этот раз,
ЗДЕСЬ нет Тебя, а заповеди мы забыли на гражданке,
Волной кровавой мстить пойдет спецназ,
За ту гвоздику на могиле, за звездочку, за друга Саньку.

За Сашку, за его жену Маринку,
За дочку младшую, что в первый раз сказала «Папа»,
Что как Дюймовочка сидела на картинке,
И пряталась, под мишки плюшевого лапой.

За дочку старшую, что в 1-й класс пойдет,
За платьице нарядное, которое ей подарили.
Вот только не Сашок её до школы поведет……
….гвоздика, звездочка, да хлебушек с водою на могиле….

У «духов» на груди, гвоздиками вход пули расцветает,
Мы мстить пришли, нам Чёрт не брат,
И «духов» тех, кто только ранен,
В плен не берем….на месте добиваем….
…..Ты отомщен….спокойно спи, Солдат!

Бремя ожидания

Темно в квартире, одиноко, тихо.
Постель пуста и холодна,
В танце свечи лампадной, перед Ликом,
Сквозь слезы молится жена.

В другой квартире, так же в час ночной,
Целуя фотки сына, снова и опять.
«Спаси и сохрани его, О, Боженька, ты мой!»
Припав к иконе, тихо стонет мать.

Вы знаете, какой работы тяжелее нету?
Что там война, что кровь и смерть…
Вам матери и жены скажут по секрету:
«Мужчин собрать в поход, заплакать не посметь»

А сын и муж опять на марше.
Опять в бою, опять он должен выживать.
И нет Молитвы искренней и краше,
И нет страшней работы, чем работа ждать.

Как сильно повезет тем матерям и женам,
Молитвы чьи, да попадают Богу в уши.
Но часто Бог не слышит, и нервом обнаженным
Летят к нему молитвы……уж на помин души.

Вот радость! Сын и муж вернулся.
На шею кинулись родные обнимать.
А через 10 дней, он от звонка в ночи проснулся.
Ответил «Есть!», собрался в путь. А женщинам опять….
В ночи не спать, стонать, лить слезы и молиться…..ждать….
….ждать….ждать….ждать….ждать…ждать….

Первый бой

Сквозь щели в камнях цветок пробивался,
Чрез толщу скалы он к жизни тянулся.
За ним наблюдая, я рядом валялся,
Застыло все тело – не разогнуться.

Глазами я шарюсь по склону напротив
Пока там все мирно, спокойно и тихо.
И мы ждем атаку, готовы к работе,
Плетет свои сети войны паучиха.

По склону напротив тень промелькнула.
И страхом безумным все тело встряхнуло
Колени дрожат и промокли штанины,
Узнают ребята - Не зачмырили б!

Ну все…началось – прильнул я к прицелу
Стрелять надо первым, что б реквием пуля нам не пропела,
Спокойно отдаться нелегкому делу,
Что б целью не стало моё драгоценное тело.

Родная винтовочка ищет добычу,
Она же не я – она не боится,
Её я плотней прижимаю к плечу,
Эх…лучше б мне было винтовкой родиться.

Сквозь оптику вижу - цель приближается,
Блин! «Черные Аисты»! Вот ведь зараза!
Хоть внешне не трушу, но от страха икается,
С такими столкнуться - не хотел бы ни разу!

В прицеле лицо человеческих черт не имеет
Спускается палец к курку – внутри все немеет.
Как в тире по «контуру» начинаю работать
И будь то, что будет – то Бога забота.

Тупая отдача приклада - смерть полетела
Без вскрика свалилось на камни цель-тело.
Я тут же вторую «пчелу» посылаю, -
И то, что укусит она, это точно я знаю!

Вот так, озверев от бойни кровавой,
Из «гнезд» своих лупим без тени сомненья,
Поняв, что для нас это стало забавой -
Не видеть людей, а видеть мишени…

И вдруг тишина….смолкло резко и сразу…..
Эхх….долго об этом писалось…
Искались слова, рифмы, фразы,
А бой был короче, иль только казалось?

Да нет, не казалось – всего три минуты,
Шел бой, иль убийство как будто…
Об этом немного мы позже узнали,
На базу вернувшись, бойцы рассказали.

Тогда обошлось без потерь, без «трехсотых»
И лишь цветочек, живущий с виском моим рядом,
Срезало пулей, - убила война мимоходом…
И кончилась юность моя на тех горных высотах.....

Снайпер

Что такое снайпер? Это воин,
Воин бессердечный и жестокий,
Воин, льющий океаны крови,
На севере, на западе, на юге и востоке.

Что такое снайпер? Это профи,
Профи с леденющими глазами,
Бездушно-каменное лицо в профиль.
Метко сеет смерть он меж врагами.

Что такое снайпер? Это лирик пули,
Пишет он легко и окрылённо.
В оптику он видит людей долю,
Жить – не жить, решая вдохновлёно.

Что такое снайпер? Просто он Мужчина,
Вставший на защиту очага и крова,
И не любит он войны пучину,
Жизнь его опасна и сурова.

Что такое снайпер? Человек он,
Просто человек, солдат, не боле.
Не бессмертный, пулею сраженный,
Похоронен будет в чистом поле.

Назаров Андрей Владимирович
г.Мытищи
nazandrew@gmail.com
http://www.stihi.ru/avtor/nazandrew


Доспехи нужны для битвы, а не для гордыни
 
Shigin_AVДата: Вторник, 21.06.2011, 15:35 | Сообщение # 62
Житель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 521
Награды: 17
Репутация: 67
Статус:
Веточка сирени

Денёк погожий катится к концу.
С улыбкою без видимой причины,
Букет сирени поднеся к лицу,
Сидит в кафе, задумавшись, мужчина…

И вдруг вопрос: «Где руку потерял?»
И сразу ясно – этот не отстанет,
Добьётся, что его обматерят
Или побьют… Ответ: «В Афганистане».

«В Афганистане?!» - «На медаль взгляни».
«Должно быть, без руки не жизнь, а мука?
И ты меня, конечно, извини,
Но, понимаешь, вот какая штука.

Ты ж выполнял приказы подлецов,
Жирующих в роскошных кабинетах!
Какую землю и каких отцов
Ты защищал? Ты понимаешь это?

Конечно, ты считаешь, я неправ,
И думаешь, ты этим не запятнан,
Но пенсия и твой пустой рукав
Нас убеждают-то, как раз, в обратном!

А пафосу-то, пафосу теперь!
Подайте, дескать, нам таким героям!
И барабанят в запертую дверь,
И думают, что им тотчас откроют…»

Солдат молчал и вспоминал о том,
Как под палящим азиатским солнцем
Мечтал вернуться в свой далёкий дом,
Где куст сирени веткой скрёб в оконце…

Затем разрыв гранаты… А потом,
В горячечного бреда липких лапах,
Среди кровавой ваты и бинтов
Мерещился сирени сладкий запах.

Ещё он вспомнил, что в столе лежит
Последний, пожелтевший снимок деда,
Который не вернулся, не дожив
Каких-то две недели до Победы.

За что же он, уральский паренёк,
За Сталина или за орден «Славы»,
Сражался и в сырую землю лёг?
В чужую землю, где-то под Бреслау…

Чем убедить того, кто брюхом сыт
И дышит смрадно перегаром виски,
Что ни какие точные весы
Не взвесят орденов и обелисков?

В какие б страны или города
Ни занесла военная судьбина,
Простой солдат сражается всегда -
За дом родной и тех, кого любил он!

И он в далёкой и чужой стране
Сражался не за сытные обеды,
А за любовь, за тихий свет в окне
И за сирень, посаженную дедом…

Но тут воспоминания прервав,
Зашёлся этот тип в словесной рвоте:
«За что, за что, за что ты воевал,
Геройствуя в забытой богом роте?!»

Солдат бы мог, конечно, подойти,
Единственной рукой, за обе твёрдой,
Рискнув сидеть от года до пяти,
Разбить об стол зарвавшемуся морду.

Но он поднялся ровно и без слёз
Перед любителем пустых досужих прений,
И, улыбнувшись, тихо произнёс:
«Я воевал… за веточку сирени…»


Андрей Шигин
Я на "Стихи.РУ"
 
pakhnushchyДата: Понедельник, 27.06.2011, 00:06 | Сообщение # 63
Долгожитель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 2150
Награды: 83
Репутация: 259
Статус:
Александр Пахнющий, Ессентуки, pakhnushchy@yandex.ru
Вот такая подборка:


Сержант Болеслав Ходаковский

"Конец войне, братва. У нас цветёт,
у южной стенки дома, — наша вишня,
а мы — Бог знает где, зачем-то вышли
и встали у Зееловских высот.

А завтра, хлопцы, дочке шóстый год,
как раз на Первомай. А жёнка пишет..."
"Славяне! Немец — впереди и выше,
вперёд, гвардейцы, вашу мать, вперёд!

Товарищ Жуков говорил, что тот,
кто первым в это логово войдёт,...
вставай, сержант, а то примёрзнет жопа!.."

Дед первым встал. И первым принял — в лоб!
"Ох, де-ти!" — и откинулся в окоп,
и больше не поднялся из окопа...


28 апреля 2010 г.
17:59(Мск)

_____________________________

Дед, который вернулся с войны

Восьмая дырка в старой гимнастёрке —
как раз под "делоправую"* медаль.
Семь первых — это пули да осколки.
Себя не жалко, гимнастёрку — жаль.

Да что там ордена, — вернулся с польской,
с румынской, финской и с большой войны, —
стрелял, бежал и падал, если скользко,
сдыхал, — но не просиживал штаны.

Да что там костыли, — срастутся кости,
была бы водка к боли, да махра,
вот только несподручно бегать в гости:
к "сегодня" надо выходить "вчера".

Да что там раны, — подрастают дети,
всё на глазах, всё — с самой с той весны,
вот только что не спится на рассвете:
какие перед боем, к чёрту, сны?!

Да что там военком, он вечно правый —
зовёт... Вернулся, руку — в пиджачок,
разжал кулак, а там сверкнула "Слава":
"Я стар, а ты — бери, храни, внучок..."

Я помню: дед смеётся исподлобья
в усы и гладит рану на виске...
.................................................................
Сосновый крест, дешёвое надгробье,
"Иван Пахнющий" — чёрным на доске...


28 апреля 2010 г.
19:39 (Мск)


____________
* Медаль "За победу над Германией"


____________________________________

15 февраля

гв. майору С. М. Иванову

Ну что, давай тихонько посидим,
нальём стакан, накроем чёрным хлебом.
Мы дóжили до внуков и седин, —
давай за тех, кого прибрало небо.

Ну что, давай глотнём за тишину,
за то, что звёзды небо обложили, —
давай нальём. Противно за войну —
давай за то, что мы её прожили.

Ну что, — за особиста, чёрт возьми,
за рапорт и за слово "добровольно",
за павших, остававшихся людьми,
за то, что им теперь уже не больно.

Ну что, — за письма, что хранили нас,
за то, чтоб стало меньше похоронных...
Давай, за Кандагар и за Кавказ,
давай — за то, что нас дождались дома.

Ну что, давай нальём — за матерей,
за их любовь, за веру и бессилье,
за наших жён поднимем, за детей —
глотнём за них, а значит, — за Россию.


13 февраля 2011 г.
15:36(Мск)


Александр Пахнющий

Сообщение отредактировал pakhnushchy - Понедельник, 27.06.2011, 00:09
 
ARTEGOДата: Понедельник, 18.07.2011, 10:38 | Сообщение # 64
Долгожитель форума
Группа: Автор
Сообщений: 1889
Награды: 148
Репутация: 139
Статус:
Над Мамаевым курганом...

Я хотел сказать бы деду,
Что мы помним их победу,
Но не слышит меня дед,
Весь в бетон и сталь одет.

Над Мамаевым курганом,
Он застыл на поле бранном,
Вписан золотом в гранит,
До сих пор покой хранит.

Чтобы внуки той победы,
Не стояли так, как деды,
И чтоб правнуки невежды,
Не предали их надежды...

Стал свидетелем унижения участника ВОВ...

Не обнять руками душу,
Край родной нельзя объять,
На войну пойду не струшу,
Если будем воевать.

А сегодня мы забыли,
Тех, кто жизнь отдал за нас,
Равнодушием убили
И живых в который раз.

Всех отцов своих и дедов,
Мы сразили наповал,
Словно не было победы
И никто не погибал.

Совесть спутали деньгами,
Как мешок на чёрный день,
Стали вдруг друзья врагами,
Всех пустили на размен.

И живём мы - «Хата с краю».
Учим этому детей,
Я другой страны не знаю,
Где всё ставят на чертей.

Нет людей на нас похожих,
Бьющих собственный народ,
Нет и Родины дороже,
Пусть она передохнёт.

Вы не трогайте руками,
Честь геройских стариков,
Не осталось больше с нами,
Настоящих мужиков.

Только бы свою утробу.
Набивать, как сундуки,
Нужно жить по новой, чтобы,
Возродились мужики.

Пуля дура???

Кто сказал, что пуля дура???
Не советовал бы вам.
Она смотрит через дуло,
В сердце метит девять грамм.

Суеверия и сглазы,
Не проходят здесь никак.
Пуля умная, зараза.
А стрелок? Вот, то дурак.

Не давайте в руки «пушки»
Тем, кто ищет похвалы,
Ведь для них они игрушки
Смерть несущие стволы.

Слабым духом, с жаждой власти
Не доверьте жизнь свою,
Тем, кто рад других несчастью
Не пойдёт вперёд в бою.

Трусы метят точно в спины,
Отсидевшись по тылам,
Как замедленные мины
Ищут цели тут и там.

Льёт свинец судьба на пули,
Дуракам их раздаёт,
Чтоб они хоть раз пальнули,
День и ночь свинец тот льёт.

Похоронка...

Мне в наследство досталась
Похоронка на деда,
Вся истлела, порвалась,
Но осталась победа.

Боль она исцелима,
Как бы не был он рван,
На клочке этом имя:-
Дед , Сафронов Иван.

Канцелярская крыса
Накарябала тушью,
По- военному писарь
Охладевший в бездушье.

И прислали к награде
Треугольник в придачу,
Что погиб в Сталинграде,
Выполняя задачу.

Познаются солдаты
В павших дедах, отцах,
Будем бить мы в набаты,
Чтобы помнить в сердцах

Прости меня друг...(Памяти Воина Интернецианалиста Андрея Фролкова)

"Давай закурим, товарищ, по одной"-
Слышу пенье, как вчера, из патефона.
Искалеченный Афганскою войной,
Умирал мой друг совсем без стона.

Он себе войну не выбирал,
Хоть клеймо такое ставили "афганцам",
Тихо возле мамы умирал,
Не ходя по политическим засранцам.

На подушках красных ордена
И медаль мужская "За отвагу".
Никому совсем не нужная война...
И лишь честь, не замаравшая присягу.

Что ж сейчас предательства в цене,
Кто-то может прикупить себе наград,
Не хочу я больше жить в такой стране,
Где бросают умирать своих солдат.

В обратку...

Не берите в руки ружей,
Не стреляйте. Кто? Куда?
Не уйти от кары божьей,
Возвращается беда.

И идёт она по кругу,
Бьёт в обратку, невпопад,
Может выстрелить по другу,
То же может быть и брат.

Могут быть и ваши дети,
Не скулите вы тогда.
Мы за всё потом в ответе,
Будь то радость, иль беда.

Не берите грех на души,
Не несите боль и смерть,
Сами строим, сами рушим
И лелеем страх и месть.

Не спасёт и не спасут...

На жизнь растянуто - ещё вчера,
А завтра - будет длиться вечность,
Когда нас призовут, тогда пора
И не спасёт дарёная беспечность.

Нас не спасут припрятанные тайны,
И нищета в лохмотьях не спасёт,
И не спасут богатство и обманы,
Нас жизнь вперёд ногами понесёт.

Давайте же забудем наши споры
И будем с миром вечность ожидать,
Пора кончать паносы и раздоры,
А жизнь нас будет днями награждать.

Другу и жертвам всех войн...

Я словно пальцем глажу лепесток,
Мне слышится мелодия цветка,
На самом деле нажимаю на курок,
В руках моих не роза, а АК-а…

И запах пороха, а не духов Шанель,
В глазах от выстрелов идут уже круги
И тлеет опалённая шинель,
Подолом начищая сапоги.

А розы? Будут. Только всё потом.
Положат на могилы наши их.
Ну, а пока от крови розовым бинтом
Мы делим поровну патроны на двоих.

И жизнь, и сигареты, и судьбу
На части мы разделим напоследок
И если суждено лежать в гробу,
Хотя бы знать, кому нужна победа.

Мой дядя разведчик...Посвящается Ледяеву П.П.

В новых лаковых сандалиях
И коротеньких штанишках,
О войне и о медалях
Знал совсем не понаслышке.

Дядя мой - боец отменный,
В боевой разведке фронта,
Человек он был военный,
Одним словом - спецпехота.

Я ж играя орденами
Мало, что тогда запомнил,
Он же бредил именами
И меня тихонько обнял.

Был он выпивши - я помню,
Поминал друзей погибших
Говорил со мной, как с ровней
Обо всех героях живших.

Помню день я тот поныне-
Май, девятое из детства,
Дядю чту всегда в помине,
До седин и с малолетства.

Всё прошло, но боль осталась,
Всех мы их не долюбили,
Как бы время не старалась,
Чтоб в веках не позабыли.

tegoram@mail.ru


Меня нет...
Я здесь больше не живу...

Вячеслав


Сообщение отредактировал ARTEGO - Вторник, 13.09.2011, 11:03
 
Alexandr-PikalovДата: Среда, 27.07.2011, 13:49 | Сообщение # 65
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 182
Награды: 8
Репутация: 16
Статус:
Солдаты Отчизны.

Озираясь назад и с грустью
В пласт истории вперив взгляд,
Вижу толпы солдат идущих
И глаза, что внутри горят.

Тех, кого по веленью Отчизны,
Иль за глупость сидящих в верхах,
Посылали на бойню, на тризну,
Позабыв при раздаче наград.

А награды, хватая формальные
В кабинетах за скрип пера,
Бесновались рожи нахальные
И отвальную пили с утра.

Ну а толпы родных и близких,
Иль далеких, неведомых мне,
Не колеблясь, прощались с жизнью
И всегда приносили успех.

Этой верою неистребимой
И порывом души своей,
Защищали Отчизну милую,
Ту, что жизни дороже всей.

Российский солдат(песня).

Торосы, разъемы, плывущие льдины,
Ведущий, ведомый, судьбою палимый.
Рожденный здоровым - калечен войной,
Но снова и снова мы движемся в бой.

Горящим Афганом, дымящей Чечней,
От раны до раны горючей слезой.
Идут караваны, но слеп поводырь,
Повсюду курганы и всюду пустырь.

По пустоши кованной, в море и гладе,
Жарою сушимый и в лютой прохладе.
От радости встречи до горьких утрат
Шагает ведомый российский солдат.

К огню любви, солдат ползи.

И фонари-огни стоят,
Бегут огни-машины.
И чувства в нас огонь творят,
Зажженный от любимых.

Но чувства все-таки горят,
И выгорают души.
Но ты храни огонь солдат,
Для тех, кому он нужен.

Кто, как и ты, придя назад,
К истоку возрожденья.
Зажжет свечение лампад,
В безмолвности моленья.

На углях, пепле, иль в грязи,
К огню любви, солдат ползи.
12.2010г.

Александр Пикалов, г.Волгоград. alexandr-pikalov51@ uandex/ru


Alexandr Pikalov

Сообщение отредактировал Alexandr-Pikalov - Воскресенье, 14.08.2011, 12:47
 
pni2006Дата: Четверг, 28.07.2011, 17:42 | Сообщение # 66
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 3528
Награды: 81
Репутация: 160
Статус:
Ствол... весь... в капельках росы...

Вновь в часах сошлись две стрелки,
На двенадцать указав.
Пять минут без перестрелки,
Мрак и сон стоят в глазах.
Слышишь вечности незримой,
Но уверенной шаги,
Вот она проходит мимо:
"Эй, солдатик, ты не спи!"
Ноль часов и ноль минуток,
Жизнь как будто замерла:
Нет ещё начала суток,
И конца уж нет... Туда,
В довоенье, допечалье,
Сон в догоречье летит,
В ту эпоху, до начала,
Когда смерть ещё в пути...
Вдруг: тик-так... И стрелка вправо
От двенадцати ползёт,
То ль к позору, то ли к славе
Снова начался отсчёт.
Сон в тумане растворился,
Улетучился во мрак.
Стан девичий стройный снился,
Не обнял его... Дурак!..
...А во вражеских окопах
Тоже смотрят на часы.
Скоро в бой. И жрать охота...

Ствол... весь... в капельках росы...

Прохоровское поле

Кромка поля. В поросли несмелой
За далёкий горизонт ушла
Пашня, взмыла в голубое небо,
Развернув огромных два крыла.

На траве - роса, и пар исходит
От живой, не умершей земли.
Не стонала, не горела вроде,
Словно в землю эту не легли,

Сделав свой последний вдох свинцовый,
Сотни дедов наших и отцов,
Бой последний встретили сурово.
Здесь на поле ратном был готов

Им приют... Из тысячи орудий
Не смолкала канонада здесь,
Не было и, даст Господь, не будет
Битв таких! Броню как будто жесть

Резало, крошило и ломало,
Жгло огнём неистовым и злым,
Монстрам гусеничным было мало
Места в поле, а над полем дым

Тьмой безглазой солнце занавесил,
Чтоб спасти святые небеса:
Молятся пускай за души с выси,
Преисподней не глядят в глаза.

Уходила из-под ног твердыня,
Всё мешалось: кровь, железо, прах...
...Как спокойно в поле этом ныне,
В поднебесье кружит мелкий птах.

Будет так...

Низко-низко облака
Над землёй плывут беззвучно.
Будет разное... Пока
В жизни всё благополучно.
Будет огненной заря
Подниматься, будет туго,
А пока не знаю я
Горя... Любим мы друг друга.
Пахнет скошенной травой,
Соловьём поёт посадка.
Ясно всё у нас с тобой:
Беззаботно, мягко, сладко.
Но наступит день и час,
Он уже не за горами,
Разлучит година нас,
И тернистыми путями
Мы пойдём через года,
Приближая нашу встречу.
А случится встреча та
От родных краёв далече:
Небо будет не своим,
И земля - совсем чужая,
Ты покажешься другим,
Я - как будто бы такая,
Что и прежде, но в глазах
Больше взрослости и грусти.
Шире станешь ты в плечах
И впервые не отпустишь,
Я впервые покорюсь,
Буду счастлива тайком я.
Пусть без свадьбы, мама! Пусть.
Жить зато я буду, помня
Тот единственный рассвет,
Что случится под Варшавой.
Будет сын, а мужа - нет.
Будет так... Сегодня парой
Мы вдвоём под небом спим.
Ты - совсем ещё мальчишка.
Чуб вихрастый... Сладу с ним
Нет. Над нами - звёздный мишка...

Поминки

Дядь Лёнь, наливай! ...По маленькой.
Не чокаясь, выпьем, дядь.
Своих ребятишек, дяденька,
Помянем и ляжем спать.
Лет пять уже сплю спокойно я.
Сказать, что забыл, совру.
Афган наш - давно история,
И дохнут духи к утру.
А помнишь, как спать хотелось там?
Боялись заснуть навек.
А может, напьёмся, дядя, в хлам?
...Хороший ты человек.
Ты помнишь Серёгу, Макса, Кита,
Как нас на вертушке снял?
Житуха была тогда не та,
Взрывная волна, обвал...
У Макса из горла кровь текла,
Серёга скулил, щенок...
Глаза без жизни, как два стекла.
...Ты сделал, дядь, всё, что мог.
А мы друг друга с Китом тогда
Так лаяли!.. М...аки.
За что, не помню... Но Кит достал.
Дай руку, дядь. Помоги.
Карету ближе сюда подвинь,
Я с ней сроднился давно.
Ну, ладно. Вспомнили всех. Аминь!
А водка снова - г...но.

Живые помнят

Лихими были те годы, знаю
Не понаслышке. Да кто ж поверит?..
Шли от июня сквозь пекло к маю,
Шли, оставаясь, где смерть постелет.

И между теми, что не дожили,
Шла я, бежала, себя не помня:
Не помню, косы какими были,
Не помню имя... Я тем не ровня.

Что точно знаю - хотелось выжить,
Хотелось замуж ещё и сына,
Укрыться, вжаться, к земле поближе,
И к телу рядом, что не остыло...

Хотелось очень ещё победы,
Чтоб просто кончилось всё. И - баста!
Победы быстрой Господь нам не дал,
Дал память, жизнь поколений нА сто.

Живые помнят, и этой силой
Героев подвиг - в веках бессрочно
В непобеждённой никем России
Живёт и крепнет. На этом - точка!

Запоздавшее письмо

Заветный треугольничек бумажный
Из старой сумки вынул почтальон,
И, что идёт война, не стало важно.
Он жив! Он написал. Вернётся он?..

"Вчера был день тяжёлый, наступленье,
Сегодня - удержать бы высоту.
Минутка передышки, и под сенью
Блиндажной я пишу... Ты помнишь ту

Мелодию? Её в просторной зале
Играл оркестр, и близился рассвет.
Мы ничего тогда ещё не знали...
А я читал шекспировский сонет"...

Глаза бегом промчались до последней,
Короткой, тесной строчки: "Ты дождись".
Цепляясь за букашку точку, в след ей,
Кричала дата!..
...Не вернулась жизнь.

Сорок четвёртый - за окном с весною,
А в уголке измятого листка
Сорок второй пронзал истошным воем,
Слезой солёной на ладонь стекал.

А в сорок третьем, в марте похоронка
Пришла к его родителям.
И всё.
Мать голосила на сухую звонко.
Теперь как плачет, слёзы тихо льёт.

И вдруг письмо. Как долго ты летало!
Болталось между небом и землёй,
(Вдовой девчонка, не невестой, стала)
Хранило радость, вылилось бедой.

...Ещё он написал, но что - не видно:
Слова плывут, и где-то говорят
С ней почтальон, соседи... Строчки слитно -
Теперь в тумане, под листком и над...

Жизнь с памятью о горе

Солдата честь
Была и есть!
...Не только честь у офицера.
Не потерять
И не отнять:
Честь - что религия и вера.

Лютует враг -
Приходит страх,
А следом - злостью чудотворной
Приказ: "Иди!
Не посрами"...
...Перекреститься незазорно.

В крови булат,
Погиб солдат!..
Героя ждёт посмертно слава.
Но честь - жива!
...Молчит вдова,
На то с детьми имеет право.

И память днесь
Изменит весь
Ребячий мир сестры и брата.
Их жизнь-река
Чиста пока.
Наследство - честь отца-солдата.

Чтоб никогда
Роса-вода
Не стала чёрною от крови,
Пусть человек
В грядущий век
Войдёт лишь с ПАМЯТЬЮ о горе...

Война и мир

Живущих в мирные года
Раскаты грозные орудий
И всполохи в окне не будят,
Тревога за родных всегда

Из глаз уставших приживалкой
На пир увечий не глядит.
Живущий в мире ночью спит,
Пусть даже мир - не сказка, свалка.

Покой... Какой-нибудь покой
Нам дарят без войны отрезки
Времён. Целее в храмах фрески,
Навар у смерти не густой...

Ведь мир, паршивый, захудалый,
Намного правильней войны,
Когда все-все - за полцены:
Творцы, нахлебники, вандалы...

Минута молчания

В минуту сокровенного молчания,
Пытаясь плачь земли перекричать,
Вдруг понимаешь, ждёт дорога дальняя,
Ведущая не в прошлое, но вспять.
По ней пройти - святое дело каждого,
В минуту эту тихо пережить
Судьбу народа!.. Гордого, отважного,
Которого так просто не сломить.
Сегодня, с высоты своих бесчисленных
Проблем, проблемок, реже - катастроф
Мы вспоминаем о войной отчисленных
Из перечня счастливых в список вдов,
Сирот, невест, увы, не ставших жёнами,
Отцов и матерей, что до седин
Всё ждут и ждут... А к их сынам с поклонами,
Как в церковь ходят. У огня один
Стоит солдат - из камня воплощение
Погибших и пропавших без вестей.
И мы пришли, молчим... Земля весенняя -
В цвету!
Мать поминает сыновей...

ДОЛИНА Даниэла, Белгород, pni2006@rambler.ru


Даниэла ДОЛИНА
Белгород, РФ
dddr21@rambler.ru


Сообщение отредактировал pni2006 - Четверг, 28.07.2011, 17:51
 
marianna12Дата: Понедельник, 01.08.2011, 20:43 | Сообщение # 67
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 338
Награды: 9
Репутация: 18
Статус:
Память

Снег заметает тропки до Ладожских ворот.
Бледнеющие губы и горько сжатый рот.
Приподнятые плечи. Погасший детский взор.
Нечаянная радость. Войны немой укор.
Тяжёлые салазки, на них бидон с водой.
Прорубленные лунки. Фугаски над Невой.
И чистые перила…Пыль съедена не мной…
И Память! Память! Память! -
Как стон над той Землёй!


Марианна Бор-Паздникова
 
pni2006Дата: Суббота, 13.08.2011, 18:38 | Сообщение # 68
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 3528
Награды: 81
Репутация: 160
Статус:
Quote (webmanya)
На предмет публикации редакция свяжется с вами!


Здравствуйте!

Я уже спрашивала в форуме "Отбор произведений в сборник "Новые сказки" выпуск 2". Повторюсь... Как долго редакция рассматривает предложенные к публикации тексты?
Если никто со мной не связался, значит, стихи не подходят? Или стоит ещё подождать?..

Заранее благодарю за ответ. С уважением... biggrin


Даниэла ДОЛИНА
Белгород, РФ
dddr21@rambler.ru
 
MrDenifilДата: Понедельник, 15.08.2011, 03:51 | Сообщение # 69
Группа: Удаленные





Наболело

Доколе это еще будет длиться?
Доколе на лице земли опять,
Нацистов будут появляться лица
И «хайль» как в сорок первом повторять?

Хоть кое-где еще остались шрамы
Воронками от взрывов, от войны,
И братские печальные курганы-
Герои наши в них погребены.

Их память словно пеплом мне на темя
Как стыдно, Боже, мне за край родной,
За то, что мы забыли это время,
Их подвиг обошли мы стороной.

Да что ж такое люди! человеки?!?
Да что ж творится, Родина, с тобой?!?
Да что ж теперь нам в двадцать первом веке
Нацизм оскал показывает свой?!?

Да что ж теперь в умах людей такое!?!
Кто вам позволил это сотворить!?!
Где наш солдат платил своей судьбою,
Фашист парадом будет проходить.

И почему асфальт твоих дорог,
Скажи моя заблудшая страна,
Еще теперь бьет кованый сапог
Дивизии СС «Галичина»

Да неужели память страшных дней
Искоренилась из души сегодня...

15-16.04.2011
 
Лисандр_ЛазаревДата: Пятница, 02.09.2011, 20:32 | Сообщение # 70
Группа: Удаленные





Лисандр Лазарев
г. Рязань
Lazarev.Lisandr@yandex.ru

Война
Ясный был день, практически вечер.
Тёплое солнце, чайки, весна...
Тихо шептал неласковый ветер,
Звуки войны жестокой неся.

Не далеко, на этой планете
Очередями "пел" автомат.
Там умирали, Господи, дети,
Ярко пылал кровавый закат...

Эта война страну поглотила.
Эта война разъела весь мир.
Почва, земля – сплошная могила.
Счастлив стервятник – празднует пир.

Утро, опять лишённое света.
Будущий мир разрушен до дна.
Будущий мир... наследие детям...
Злая планета,
...................чьё имя – Война.

p.s. точки служат, чтоб показать лесенку.

* * *
С песней гибли ветераны,
Правду нёсшие в делах.
Горько треплет ветер раны,
Мёртвой стужей сея прах.

Вот лежит пустая каска.
Кто ты, умерший солдат?
Много ль знаешь без украсок?
Сколько носишь ты наград?

Пуля вот, а где-то гильза,
Кто-то видит мёртвый сон.
Сколько вас, погибших быстро?..
Сколько умерших потом...

Знаю, подвиг ваш бесценен;
В песнях трудно описать.
Смертью выкупить победу,
С честью родину спасать...


Сообщение отредактировал Лисандр_Лазарев - Суббота, 29.10.2011, 20:35
 
sanniДата: Воскресенье, 11.09.2011, 15:23 | Сообщение # 71
Группа: Удаленные





Памятный бой

Отцу моему Николаю Александровичу посвящается

У каждого солдата есть свой самый тяжёлый, не похожий на другие бои, а потому запоминающийся, бой.
Это произошло в Германии, война уже близилась к победному своему завершению. Полк Николая с боями рвался к реке Эльбе, к городу Торгау. Среди солдат нашлись люди, которые что-то слышали об этом немецком городе. Они утверждали, что когда-то в древние времена это был славянский город Торгов, но больше ничего вразумительного, по этому поводу объяснить не могли.
Противник нёс большие потери в живой силе. Наши войска в конце войны очень эффективно использовали технику. После работы катюш и наших орудий их оборона выглядела жалко. Но и немцы так просто сдаваться не желали, иногда вели себя дерзко, даже героически. Участились такие случаи: поднимет такой немец руки, а автомат на шее висит, затем улучив момент, откроет огонь, унося со своей жизнью и жизни наших солдат.
В том бою, после артподготовки, пошли в атаку танки, затем пехота, в рядах которой и бежал, вместе со своим другом Василием, Николай. С Василием Николай познакомился полгода назад, когда прибыл в часть после госпиталя (в одном из боёв он получил ранение: осколок застрял в плече, плюс контузия). Они быстро сошлись характерами, к тому же были одногодки, оба с 24-го года. Василий был высокого роста (под 2 метра), спортивного вида, с правильными чертами лица и русыми, хоть и коротко стриженными, кудрявыми волосами. Он часто рассказывал о своём старшем брате, который уже третий год сбивал немецких ассов. Василий гордился им и рассказывал массу историй про лётчиков. Эти истории вызывали шутки со стороны товарищей, они осторожно подтрунивали над ним, всё же уважали его за огромный рост. Николай же был скромный, немного замкнутый в себе, не высокого роста боец. Говорил редко, его суждения были резкие, жёсткие и короткие, но всегда справедливые и верно подмеченные. Среди солдат он выделялся чёрными, густыми волосами и такими же бровями, из-под которых глядели светло – голубые, но холодные глаза. Его лицо было обезображено огромным, во всю щеку шрамом, полученным им ещё в детстве (неудачное падение с лошади). Товарищи редко шутили над ним, боясь получить жёсткий отпор, но уважали его за справедливость.
…Пехота преодолела первый окоп немцев, но шквальный огонь противника остановил её. Николай с Василием прыгнули в сухой окоп и замерли в нём. Вдруг неожиданно всё затихло, бой на какое-то время прекратился. Николай и Василий осторожно выглянули из окопа, осмотрелись.
– Смотри, – сказал Николай, указывая на небольшую фигуру, в метрах 15 от них, ползущую прямо к ним в окоп.
– Гитлерюгент какой-то, – предположил Василий. И в самом деле, фашист выглядел молодо: лет 15 на вид, каска была невообразимо велика для “солдата великого рейха”. На рукаве была повязка со свастикой.
– Контузило беднягу, вот и не понимает, что к чему, – констатировал факт Николай. Прицелившись в немца, подумал: “ Жалко лишать жизни пацана, скоро конец войне, ему ещё жить и жить”. Николай выстрелил мальчишке в ногу. Немец осунулся и затих.
– Попал,– сказал Василий и, сплюнув, достал кисет. – Давай закурим.
Николай не ответил ему, молча, опустился на дно окопа. Они закурили, сладко пуская клубы дыма, немного помолчали, каждый думая о своём.
– И всё же наши бабы красивее, – вдруг, почему то ляпнул Василий.
– Да уж…… - начал, было Николай, но Василий резко оборвал его.
– Берегись! – закричал он, вскидывая автомат.
Николай повернул голову и увидел его. В метрах 10, на другом конце окопа с его стороны сидел немец (в несуразно большой каске, с повязкой на рукаве, истекающий кровью юнец) и целился в них из винтовки. Прошли долгие мучительные секунды…. Василий выстрелил, но было поздно - горячий металл обжёг грудь Николая. В глазах у Николая потемнело. Перед глазами проплыло, искажённое горем и ужасом, лицо матери.
… В тот день он вбежал в дом и поспешил поделиться с матерью, радостной для него, новостью. За последний год ему надоела изнуряющая, монотонная, тяжёлая работа на заводе. Он устал от постоянного чувства голода. Он больше не мог видеть, вечно заплаканную, горем убитую мать: она уже получила похоронку на его отца и старшего брата. А здесь ему, 17-летнему пареньку, военком, наконец-то подписал заявление. Николай добровольцем уходит на фронт – радость-то, какая!...

Победу Николай встретил в госпитале. Ранение было сквозное. Врачи во второй раз залатали Николая. После войны Министерство обороны произвело сокращение численного состава армии. Сокращение производилось по возрастному принципу. Николай, как молодой ещё по возрасту, был направлен служить на Украину, где прослужил ещё долгих четыре года. В 1949году в звании старшины был уволен в запас. Прошло уже много лет, но друга своего Василия, Николай так и не встретил, сколько не разыскивал. Прошло уже много лет, а сердце, при воспоминании этого боя, по прежнему невыносимо болит.

С днём Победы Вас, ветераны!

С днём Победы Вас, Ветераны!
- Говорю я, слезу проглотив,
- Пусть утихнут старые раны
И звучит Победы мотив.

От того слезу я глотаю,
И в печали сегодня стою:
Без отца Победу встречаю,
Про себя его песню пою…


Сообщение отредактировал sanni - Среда, 11.06.2014, 22:47
 
partesДата: Четверг, 15.09.2011, 21:03 | Сообщение # 72
Зашел почитать
Группа: Друзья
Сообщений: 27
Награды: 5
Репутация: 4
Статус:
Елена Партес
г. Днепродзержинск
lenapart@mail.ru

ПАДАЕТ СНЕГ

Холод ночью тучи сводит,
Где же звёзды и луна?
В темноте по парку бродит
Девушка совсем одна.

В городе большом, унылом
Снег кружится… Красота!
И она о парне милом
Вспоминает неспроста:

"Снова здесь я, как и прежде,
И тебя всё также жду,
Хоть мне в простенькой одежде
Холодно на скользком льду.

На дворе мороз крепчает.
Где ж веселье, счастье, смех?
Почему меня встречает
В старом парке только снег?

Тёмный город, всё застыло
И никто меня не ждёт.
Ой, совсем я позабыла,
Что сегодня Новый год!!!

Сердце сжалось почему-то,
Лавочка здесь, как всегда.
В эту скорбную минуту
Я опять пришла сюда.

В том, что грустно мне немножко,
Я, наверно, не права.
Знаешь, днём была бомбёжка,
Но осталась я жива.

Где ж наш праздник, наши грёзы?
Ты на фронте, вдалеке.
Помнишь, год назад, в морозы
Мы кружили на катке?

Волшебством ночи красиво
Парк сверкал, как дивный сад!
В праздник нас манил игриво
Наш прекрасный Ленинград.

Были год назад подарки,
Счастья и веселья дни,
Освещали город ярко
Новогодние огни.

Ночь была, как будто в сказке!
И, казалось, небеса
Туч свинцовых сбросят маски,
Нам подарят чудеса.

Мы желанье загадали
Счастье удержать в руках,
Никого не замечали
И катались на коньках.

Вспомню я шаги, дорожки,
Толку мне грустить о том,
Что спаслась я от бомбёжки,
Но сгорел дотла мой дом.

Лучше вспомню, без сомненья
Твой прекрасный, нежный взгляд!
Словно чудное мгновенье
Был наш праздник год назад.

Я каток и не примечу -
Город снегом замело,
Но представлю нашу встречу –
Снова станет мне тепло.

О тебе мечтать я буду
И на небо посмотрю.
Новый год подарит чудо.
Верь! Я правду говорю!!!

С Новым годом поздравляю,
Встречу нашу буду ждать.
Боже мой! Я засыпаю!
В холоде нельзя мне спать!»

...Снег укроет осторожно,
Будет лавочка - постель.
Колыбельную, возможно,
Ласково споёт метель.

Мрак неспешно отступает,
И с любимым в сладких снах
Танец вновь она катает
В мире света!!! В облаках!!!

Ей не страшно совершенно!
Хоть в ночи совсем одна,
Но как счастливо, блаженно
Улыбается она!

А над нею, как пушинки,
Словно в сказке, снег кружит.
Не мешайте ей, снежинки!
Пусть она тихонько спит…

ОН ЕСТЬ!!!

…В далёком краю он лежал без движенья,
Ночь снова темна и закончился бой.
Что было: победа, позор пораженья –
Не важно всё это. Он еле живой.

И в мир, где блаженство, его смерть манила,
Но только увидел в слезах он лицо:
Девчонка, что так беззаветно любила,
Сжимает в дрожащих руках письмецо.

И плачет о нём, безутешны рыданья,
Испить предстоит ей всё горе до дна,
Сейчас так близка, словно нет расстоянья.
Он слышит слова, что кричала она:

«Эх, сердце моё, ты страдаешь, я знаю,
Как будто в груди то ли шип, то ли нож.
Любимый! Тебя с фронта я ожидаю,
Хоть все говорят мне, что ты не придёшь.

Вручили сейчас на тебя похоронку...
Летела стрелой эта страшная весть.
Но только в слезах я кричу ей вдогонку:
«Неправда всё это! Не верю! ОН ЕСТЬ!!!

Он есть! Он живой! Вам прощаю ошибку».
«Он есть! Он живой!» - эхо вторит в ответ.
«Любимого видеть хочу я улыбку
И смерти в объятья не дам его! НЕТ!!!»

…Он словно обидел её ненароком...
Чего же к ней горе бездушно летит?
Как будет она в мире страшном, жестоком,
Ребёнок совсем, кто ж её защитит?

Он миру себя не подарит иному.
И выбора нет! Нет другого пути!
К любви, к долгожданному раю земному
Сквозь ночь и сквозь ад нужно в жизни пройти…

БАЛ ВЫПУСКНОЙ

…Какой же вечер был чудесный!
Бал выпускной, десятый класс.
Их всех ждёт вечер интересный,
Они волнуются сейчас.

Звонки, уроки, переменки,
Пятёрки, двойки в дневнике
И все шпаргалки на коленке
Остались в детстве, вдалеке.

Со школой расставаться грустно,
Ещё открыта класса дверь.
Эх, как же с юмором, искуссно
К девчонке подойти теперь?

Веселья, счастья, танцев много,
Закрутит время карусель.
Но здесь девчонка-недотрога
И рядом - с книжками портфель.

Внезапно на щеках румянец,
А сердце бьётся всё сильней -
Как пригласить её на танец
И о любви поведать ей?

В коленках дрожь необычайна!
Возможно был судьбы каприз,
Но небеса им не случайно
В тот вечер сделали сюрприз.

Сейчас весь мир с огромной силой
Готов он радостно обнять -
Она с улыбкой нежной, милой
Сама идёт с ним танцевать!

Какой же вечер был чудесный!
Их первый вальс, сиянье глаз.
С ней был он искренний и честный,
В любви признался первый раз.

В углу лежит спокойно ранец,
Бал выпускной признаньем стал
С ней был красивый, нежный танец,
И он её поцеловал!!!

В былом веселье накануне
Не место скуке и тоске.
Но двадцать первое июня,
Год сорок первый - на доске.

Всё кончено... Ещё все живы...
Ещё судьба их берегла.
И вдруг внезапно коррективы
Жизнь в планы смелые внесла.

Сейчас тепло, на небе ясно,
Им светят звёзды и луна,
Но маршем в танец беспристрастно
Уже вторгается война.

В глазах веселье, радость, счастье -
Мир юности, как дивный сад.
Их ожидает боль, ненастье
И самый настоящий ад.

Они не знают, что страданье
И смерть наступит в эти дни.
Пройдут сквозь горе, испытание,
Останутся в живых они?

Танцуют... И замри мгновенье!!!
Дай воздух ласковый вдохнуть!
Любви и радости круженье
Пускай поможет им чуть-чуть..


Сообщение отредактировал partes - Вторник, 01.11.2011, 23:21
 
arlekinДата: Четверг, 15.09.2011, 23:11 | Сообщение # 73
Постоянный участник
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 341
Награды: 13
Репутация: 22
Статус:
Шишков Владимир, Мурманская обл., SH.CORP@mail.ru

В чистое небо...

Солнце афганское за горизонт
Сядет не скоро.
Скованы солью вершины красот -
Синие горы.

Рядом живая река Ханабад
Вьётся беспечно.
Только закончен для наших ребят
Бой скоротечный.

Слышится в шелесте ветра сухом
Кряканье уток.
Хрипло дышать мне с пробитым виском -
Пару минуток.

Там, где лежал мой товарищ и друг -
След от воронки.
Тронутся в путь из натруженных рук
Вам похоронки.

Кровью солдатской пропитан песок
Жгучий нелепо.
Даст Бог взглянуть мне последний разок
В чистое небо...


Шишков Владимир
 
almi00Дата: Суббота, 17.09.2011, 02:29 | Сообщение # 74
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 51
Награды: 5
Репутация: 2
Статус:
Мишарин Александр,
Алми - псевдоним, г. Новокуйбышевск, almi00@ya.ru

К 50-ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ

Земля — мгновение! Замри…
Уж новой эры есть дыханье.
Ты в царстве боли, в содроганьи
От войн и крови не умри!

Вглядись в ушедшие века…
Найдёшь ли ты ещё такую,
Войну жестокую и злую,
Как ту Вторую мировую,
С победой Красного Клинка?!

Солдаты Родины советской!
Вы с жаром пламенных сердец
Встречали пули и конец,
Когда разбили вы немецкий,
Фашизм и Вермахт молодецки —
И вам из Золота венец!

В аду истерзанной страны
Вы шли вперёд на смерть и беды,
Блестящей Родины сыны —
Восславят звёздные Победы!

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ

Над окопом туман,
У траншеи затишье,
Все солдаты мертвы,
А кто жив, тот, молчит.

На рубеж боевой
Мы с дивизией вышли.
И остались лежать, тут,
На вечный покой.

Дым идёт надо мной,
Всё в разрывах зияет,
И позиция наша,
Как сажа бела.

Не вернусь я домой
Шепчут ангелы рая.
Я погиб под обстрелом
И песня моя.

Над окопом туман,
У траншеи затишье,
Все солдаты мертвы,
А кто жив, тот, молчит.

На рубеж боевой
Мы с дивизией вышли.
И остались лежать, тут,
На вечный покой.

С ПЕСНЕЙ ПОБЕДИМ

Гармониста бойкого
В полк определили,
И сражаться с музыкой
Стало веселей.

Паренька мы этого
Сразу полюбили,
Только бой закончился —
Поиграй скорей!

Припев:

Знают красные бойцы,
Что победа рядом.
Завещали нам отцы:
Стойте до конца!

В передышке мы поём
Про полковое знамя,
Что сквозь огонь боёв и дым,
Всюду мы несём.

А когда на нас ползут
Вражеские цепи,
И когда оружие
Сжимаем мы в ладонь,

Взгляд бросаем мы вокруг
На родные степи
И кричим:
«За Родину, за Сталина – огонь!»


Так случилось воевать:
Пленных мы забрали,
И среди фашистов был
Редкий пианист.

Мы ему гармонь свою
Там послушать дали..
Но от звуков песни той —
Сразу он раскис.

Припев:

Знают красные бойцы,
Что победа рядом!
Завещали нам отцы:
Стойте до конца.

В передышке мы поём
Про полковое знамя,
Что сквозь огонь боёв и дым,
Всюду мы несём.

А когда на нас ползут
Вражеские цепи,
И когда оружие
Сжимаем мы в ладонь,

Взгляд бросаем мы вокруг
На родные степи
И кричим:
«За Родину, за Сталина – огонь!»


До Берлина мы дойдём,
Грохнет канонада,
Разобьём Германию,
Победу принесём.

Бить врагов в боях лихих
С песнею мы рады!
Ну, а после тех боёв
Мы опять споём!

Припев:

Знают красные бойцы,
Что победа рядом!
Завещали нам отцы:
Стойте до конца.

В передышке мы поём
Про полковое знамя,
Что сквозь огонь боёв и дым,
Всюду мы несём.

А когда на нас ползут
Вражеские цепи,
И когда оружие
Сжимаем мы в ладонь,

Взгляд бросаем мы вокруг
На родные степи
И кричим:
«За Родину, за Сталина – огонь!»


ПОСЛЕВОЕННАЯ ПЕСНЯ

Великая святая,
Ценою дорогая!
Досталася народу
Победа майским днём.

Гремит повсюду слава,
Советская держава,
Фашистский рейх повержен
И крест теперь на нём.

Припев:

Как звёзды над Москвою,
Как солнце за спиною,
Стоят бойцы на страже
Родины моей!
И если Сталин скажет —
То в бой пойдём мы, каждый!
Прославим знамя наше
Победою своей!


Как утром встало солнце —
Разбили мы японца,
Народам всей Европы
Свободу принесли.

Бегут враги повсюду
И прячутся иуды,
Где наши батальоны
Со славою прошли.

Припев:

Как звёзды над Москвою,
Как солнце за спиною,
Стоят бойцы на страже
Родины моей!
И если Сталин скажет —
То в бой пойдём мы, каждый!
Прославим знамя наше
Победою своей!


Гроза врагов коварных —
Вся мощь фронтов ударных,
Как молния сверкая,
Агрессора смела.

И вот стоит армада
Под стенами Рейхстага,
Где русская победа
Бессмертье обрела.

Припев:

Как звёзды над Москвою,
Как солнце за спиною,
Стоят бойцы на страже
Родины моей!
И если Сталин скажет —
То в бой пойдём мы, каждый!
Прославим знамя наше
Победою своей!


Гляди же враг, не суйся,
И с нами не балуйся,
Захватчика любого —
Расколет СССР.

Историю отваги
В Москве, Берлине, Праге —
Потомкам завещаем
Мы брать себе в пример!

Припев:

Как звёзды над Москвою,
Как солнце за спиною,
Стоят бойцы на страже
Родины моей!
И если Сталин скажет —
То в бой пойдём мы, каждый!
Прославим знамя наше
Победою своей!


* * *
Павшим в боях посвящается…

Я ПОГИБ...

Я в том дальнем бою потерял свою жизнь,
И теперь вот – душа моя бродит по свету:
Неприкаянный дух – ждёт небесную синь…
Ну, а рая для грешника – кажется, нету.

Я погиб непонятно… Но мёртвым уже –
Видел сам я себя, возвышаясь над телом…
Сколько тысяч легло… там, на том рубеже,
Сколько душ вознеслось над кровавым расстрелом!..

Я хожу по земле, и всё жажду так – пить!..
И ищу я приют, в одиночестве воя.
Мне хотелось немного – ещё бы пожить,
Ну, а я в той войне – не вернулся из боя…

Я в том дальнем бою потерял свою жизнь…
И пути в небеса – мне, наверно, уж нету.
Не простишь ли меня – ты, небесная синь?
Не поднимешь меня – к своему ли ты свету?..


Сообщение отредактировал almi00 - Пятница, 07.10.2011, 14:10
 
eugenicsДата: Воскресенье, 18.09.2011, 17:07 | Сообщение # 75
Долгожитель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 3497
Награды: 62
Репутация: 70
Статус:
Их не спросила война

Жизнь порой меняет план,
Развеивает мечты, бьет
По самым больным местам,
Но жалеет и любит нас.

Переступаем через преграды,
Проплываем реки, перепрыгиваем ямы,
В конце туннеля ждет награда,
«Неосуществимая мечта».

В ней все солдаты,
Героев единицы, дошедшие до конца.
Им воздать народ обязан,
За пройденное испытание.

Не спрашивала битва:
Что хотят? Сражаться
Надо было, спасать семью,
Родину и самих себя.

«За мир» - со словами
Шли на фронт солдаты.
14 ноября 2010 года

Война приносит много страданий. Самая страшная сила человека на всем пути существования цивилизаций и без передышек шла одна за другой. Все оглавление истории вызывает ужас, сколько времени было посвящено битвам!

_______________________________

Гвоздик Виталий, г. Ступино, vitaliy_g@pochta.ru


Философия - эта та система знаний, где можно ввести собственный закон.
 
Литературный форум » Работа издательства, публикации » Тематические альманахи » Набор стихов и рассказов о войне "Живая память"
  • Страница 3 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »
Поиск: