Что-то грустинка посетила Юленьку, даже мне взгрустнулось...

И прошлого легка печать,
Так учатся любить и плакать,
Ведь первозданности под стать
Дождей причудливые знаки

Говорили, улыбались,
оказалось, злые - просто,
улетая сердцем в дали,
дотянулась в небо ростом.

Любила – да не прошлое,
Все в будущем сплетала вязь,
Пригнулась здесь под ношею,
Коленками упала в грязь.

Кричала, да не голосом,
Молчанием скрепляла явь,
Седели только волосы,
Да горько плакала – устав…

А ты прошел – невидимый,
Но полнилась тобой – душа,
Так и ожили, видимо,
Цветы, что в высь спешат…

И искала в ночи не тайны,
Ведь постичь на земле ее,
Точно встать за чертою крайней,
Что в бескрайнее бытие,

В этих масках мы так похожи -
по пустыням шагаем дней.

Но неволит меня иная,
Жажда-мука, что как стрела,
Так упрямо все ищет рая,
Не приемля ни капли зла.

Привычная - но не одна,

Отделю я любовь от горя

Ах, господа, как Вы сегодня колки,
Но шутки ваши так опять пусты,
Источенные временем иголки,
Завядшие иссохшие кусты.

Я не хочу ни ваших вдохновений,
ни остроты жеманно-гулкой . Ложь,
лишь поласкает прошлые мгновенья,
подкладывая истину под нож.

Вы правите умами лишь мгновенье,
С трибун высоких рубите живых,
И мертвых поминаете с сомненьем,
Как будто мир от истины отвык.

Трибунные голодные витии,
Гламурные герои пустоты,
Ах, как же вы сегодня отпустили
На шутки не разменные мечты.

Ах, господа, как ваши мысли колки,
И вкривь летят остроты - не стереть,
Но могут ли надменности иголки
Времен перенаправить круговерть?

А ведь и снилась – точно кречетом
По полю возносилась –в высь,
С тех пор за облаком отмечена
Та, от которой - отреклись.

Думали – ветрена точно,
Толпы гремучих невежд,
Вслух обвиняя заочно.

Но ошибались всегда,
Мазали грубые краски,
Лишь притворялась тогда,
Прячась за ветреной маской.

Я читала стихи воронам,
Там у рощи, где шум листвы,

И искала в ночи не тайны,
Ведь постичь на земле ее,
Точно встать за чертою крайней,
Что в крылатое бытие,

И суеты пустой обряд
Без остановок листья кружит.

Никем не званный – без пальто,
В помятом свитере и брюках,
Он через север на восток
Бредет по всем закрытым люкам.

Как будто в поиске людей,
Или того, кого обидел,
Он как печальный лицедей,
Спешит за тем, чего не видел.
Назад за светом – через ночь,
И бьется сердце в крик - живое,
Ему бы только превозмочь
Ту суету, что мир освоил.

Ах, господа, как Вы сегодня колки,
Но шутки ваши так опять пусты,
Источенные временем иголки,
Завядшие иссохшие кусты.

А жребий сегодня разделен меж нас,
То подвиг великий – молитва о счастье,
На каждый предсказанный времени час,
Где делится время на вечности части.

Сегодня печаль стала взглядом твоим,
И я прочитала там вещую правду,
Все сгинет, пройдет, кроме дней, что храним
В застенках сердечных, как нашу награду.

Не изломать живого трепета,
У сердца стынь, что вещий гром,
Многоголосая – а скрепится
В надежды поизмятый том.

А ведь и снилась – точно кречетом
По полю возносилась –в высь,
С тех пор за облаком отмечена
Та, от которой - отреклись.

Назад за светом – через ночь,

С тех пор за облаком отмечена
Та, от которой - отреклись.

Все сгинет, пройдет, кроме дней, что храним
В застенках сердечных, как нашу награду.

Как непроглядна эта ночь,
Ее немая паутинка,
Так тяжела, что превозмочь -
Почти расплавить хлада льдинку.

Ах, как же вы сегодня отпустили
На шутки не разменные мечты.

Ах, господа, как ваши мысли колки,
И вкривь летят остроты - не стереть,
Но могут ли надменности иголки
Времен перенаправить круговерть?

Слезы тяжелые – так,
Что и не снилось зевакам,

А жребий сегодня разделен меж нас,
То подвиг великий – молитва о счастье,
На каждый предсказанный времени час,
Где делится время на вечности части.

В каких закоулках пустыни
рождаются матери снова,
в сердцах у которых остынет
любви материнской основа.

В каких полутемных дорогах
утеряны нежность и тайна,
рождения, смерти - под ноги
бросали ребенка - случайно,

В каких полутемных дорогах
утеряны нежность и тайна,
рождения, смерти - под ноги
бросали ребенка - случайно,

Кидали и прятались в мусор
своей опустевшей берлоги,
где мысли навязчивым гнусом
кричали как ржавые дроги.

В каких закоулках пустыни
рождаются матери снова,
в сердцах у которых остынет
любви материнской основа.

Юленька, как же у вас тяжело на сердце, читаешь и грузом тянет вниз от правды ... Время такое - темное.., но в это время мы и должны суметь свой Дух удержать на Высоте - в стадии Радости и Любви Духа, не приземляться тяжестью оков, а смотреть на мир с состраданием и пониманием происходящего, если мир не можем изменить, так хоть себя, тогда и остальные задумаются - а может она есть Истинная Радость?!

Жизнь такая, какой мы себе ее представляем!

Блажен - кто верит, а Силен - кто Ведает!!!

С удовольствием присоединюсь к Вашим беседам и дискуссиям.