[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 8 из 8
  • «
  • 1
  • 2
  • 6
  • 7
  • 8
Ф. Фельдман. Переводы.
Phil_von_Tiras Дата: Суббота, 22 Июл 2023, 13:33 | Сообщение # 176
Житель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 1125
Награды: 14
Репутация: 38
Цитата Мила_Тихонова ()
Третий сайт на моей памяти увядает.
Умного нет. ТДВ от россиян закрылся - хотя я не понимаю, кто теперь туда писать станет - 5-6 эмигрантов, а больше и нет никого.
Одна стихира цветёт и пахнет и в основном дурноцветом каким-то.
Почти 60 миллионов произведений, кошмар. 59 можно спокойно в мусор отправлять.
В прозу схожу, почитаю.
А у меня пока только в ТВОРЧИСТВЕ ГЕНИЕФ новинки - ничего не пишется.
Сегодня у нас в лиман упал военный самолёт, пилот погиб.
Вот так - разворовали всё, что можно и поехали на войну.
Апофеоз абсурда.
Ребят жалко всех. За что воюют - к людям это никакого отношения не имеет.


Ты умница и во всём права. Здесь тоже есть ГЕНИИ. Надеюсь, ты своих ребят сбережёшь.


Дух дышит, где хочет.

Моя авторская библиотека
 
Phil_von_Tiras Дата: Воскресенье, 13 Авг 2023, 17:41 | Сообщение # 177
Житель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 1125
Награды: 14
Репутация: 38
Август Вильгельм Шлегель (1767-1845)

Вечерняя песнь далёкой

Лети мой взор! В долину прочь!
Там жизнь ещё ликует;
Вдохни под лунным светом ночь,
Что тишину дарует.
Ты сердцу сдержанно внемли,
В нём боль и сласть разлуки,
И от себя не удали
Их притяженья звуки.

Они легко спешат вослед
И возбуждают чувства.
Ответь, судьба, ты праздный бред?
Фантазии искусство?
Ещё в слезах, когда-нибудь,
Наполнит очи радость?
Хоть раз униженная грудь
Найдёт в покое сладость?

Но вот взывает разум мой:
«Задал бы ты ей жару!
Ведь полным может быть покой
Лишь вне земного шара».
К изгнанью той мой ум был глух,
Что льстиво щебетала,
Ведь часто мой заблудший дух
Она обогащала.

Коль память и разлуки гнёт
Вступают в брак пред нами,
То тени душ любых длиннот
Мягчеют вечерами.
Когда б не велено судьбой
Ткать в грёзах данность в цвете,
Как обеднел бы мир людской
В сияние, звуках, свете!

В явь мира сердце влюблено
Настойчиво до гроба;
И этим верит, что оно
Имущая особа.
Богатство, что себя творит,
Ограбленным не станет:
Оно в тепле и силе бдит
И с верой жизнь чеканит.

Пусть ясным днём иль в тьме ночной
Вкруг сердца всё изжилось,
Оно давно за каждый бой
Щит славы заслужило.
И несмотря на боль утрат
Несёт всё роковое.
Так сплю я, иль проснуться рад,
Не в благах, так в покое.

August Wilhelm Schlegel (1767-1845)

Abendlied für die Entfernte

Hinaus, mein Blick! hinaus ins Thal!
Da wohnt noch Lebensfülle;
Da labe dich im Mondenstrahl
Und an der heil'gen Stille.
Da horch nun ungestört, mein Herz,
Da horch den leisen Klängen,
Die, wie von fern, zu Wonn' und Schmerz
Sich dir entgegen drängen.

Sie drängen sich so wunderbar,
Sie regen all mein Sehnen.
O sag' mir, Ahndung, bist du wahr?
Bist du ein eitles Wähnen?
Wird einst mein Aug' in heller Lust,
Wie jetzt in Thränen, lächeln?
Wird einst die oft empörte Brust
Mir sel'ge Ruh umfächeln?

Und rief' auch die Vernunft mir zu:
»Du mußt der Ahndung zürnen,
Es wohnt entzückte Seelenruh
Nur über den Gestirnen;«
Doch könnt' ich nicht die Schmeichlerin
Aus meinem Busen jagen:
Oft hat sie meinen irren Sinn
Gestärkt empor getragen.

Wenn Ahndung und Erinnerung
Vor unserm Blick sich gatten,
Dann mildert sich zur Dämmerung
Der Seele tiefster Schatten.
Ach, dürften wir mit Träumen nicht
Die Wirklichkeit verweben,
Wie arm an Farbe, Glanz und Licht
Wärst dann du Menschenleben!

So hoffet treulich und beharrt
Das Herz bis hin zum Grabe;
Mit Lieb' umfaßt's die Gegenwart,
Und dünkt sich reich an Habe.
Die Habe, die es selbst sich schafft,
Mag ihm kein Schicksal rauben:
Es lebt und webt in Wärm' und Kraft,
Durch Zuversicht und Glauben.

Und wär' in Nacht und Nebeldampf
Auch Alles rings erstorben,
Dieß Herz hat längst für jeden Kampf
Sich einen Schild erworben.
Mit hohem Trotz im Ungemach
Trägt es, was ihm beschieden.
So schlummr' ich ein, so werd' ich wach,
In Lust nicht, doch in Frieden.


Дух дышит, где хочет.

Моя авторская библиотека
 
Phil_von_Tiras Дата: Вторник, 05 Мар 2024, 23:24 | Сообщение # 178
Житель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 1125
Награды: 14
Репутация: 38
Николаус Ленау (1802 – 1850)

Чёрное озеро

Глубокий водоём охвачен горным лесом,
В нём тени чёрные лежат одним навесом.

Покрыт весь небосвод, он в тёмной поволоке,
Молчит труба и спят воздушные потоки.

Серьёзен мир, в безмолвие ушедший вскоре,
Как будто звук последний сгинул в море.

Мне тишина приветом кажется, не боле,
Последнее прощай, как мрачный символ воли.

Серьёзен мир, вещая о земной болезни,
Последний крик души предав озёрной бездне.

Надежда, прочь! Остатки грёз переплетённых!
Любовь, сладчайшая болезнь ночей бессонных!

Вы сердце предали; не излечить мне раны,
Но в силе я ещё разрушить ваши планы. ‒

Вновь ветер. Вижу зыби лёгкое волненье;
Смягчит ли сердце мне вновь ветра дуновенье?

Дрожит густой камыш, шушукаясь зловеще,
На берегу крутом под ветром лес трепещет.

Природа, ты слышна в шуршании накидки,
Как платье у моей любимой фаворитки;

На шею сесть мне ‒ в том ли вновь твое хотенье?
Чтоб повторить невзгоды льстивым песнопеньем?

Крепчает ветер, вдруг бесчинствуя грозой,
И озеро мелькнёт дрожащей полосой;

Сверкают молнии как из времён счастливых,
И гонят мысли сквозь сердечные надрывы.

Вопят они: «Глупец! Что блажь твоя решила!
Свою надежду брось, здесь ждёт её могила;

Когда ж любви ко дну пустить ты хочешь годы,
То должен сам в пучины погрузиться воды!»

Nikolaus Lenau (1802 – 1850)

Der schwarze See

Die Tannenberge rings den tiefen See umklammen
Und schütten in den See die Schatten schwarz zusammen.

Der Himmel ist bedeckt mit dunklen Wetterlasten,
Doch ruhig starrt das Rohr, und alle Lüfte rasten.

Sehr ernst ist hier die Welt und stumm in sich versunken,
Als war ihr letzter Laut im finstern See ertrunken.

Als wie ein Scheidegruß erscheint mir diese Stille,
Ein stummes Lebewohl, ein düstrer letzter Wille.

Sehr ernst ist hier die Welt und mahnt, das Erden weh,
Des Herzens letzten Wunsch zu werfen in den See.

O Hoffnungen, hinab! zerrißne Traumgeflechte!
O Liebe, süßer Schmerz der schlummerlosen Nächte!

Ihr habt mein Herz getäuscht; nicht heilen wird die Wunde,
Doch hab ich noch die Kraft, zu stoßen euch zum Grunde. –

Der Wind wacht auf, ich seh ihn durchs Gewässer streichen;
Will denn sein Hauch das Herz mir noch einmal erweichen?

Das Schilf am Ufer bebt und flüstert mir so bange,
Im Winde bebt der Wald am steilen Uferhange.

Ich höre kommen dich, Natur! dein Mantel rauscht,
Wie der Geliebten Kleid, wenn ich nach ihr gelauscht;

Willst du denn noch einmal an meinen Hals dich hängen?
Ins Elend locken mich mit schmeichelnden Gesängen?

Es schwillt der Wind zum Sturm, es zucken Blitze wild,
Den schwarzen See durchglüht ihr schnell verzitternd Bild;

Sie leuchten durch den See, wie aus beglückten Tagen
Durch mein verfinstert Herz Erinnerungen jagen.

Sie rufen mir: "O Tor! was hat dein Wahn beschlossen!
Die Hoffnung kannst und sollst du in das Grab hier stoßen;

Doch willst in diesem See die Liebe du ertränken,
So mußt du selber dich in seine Fluten senken!"


Дух дышит, где хочет.

Моя авторская библиотека
 
Phil_von_Tiras Дата: Четверг, 28 Мар 2024, 19:24 | Сообщение # 179
Житель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 1125
Награды: 14
Репутация: 38
Эрих Кестнер.

Развитие человечества

Сидели ребята на ветках по врозь,
косматые и узколобы.
Из джунглей их выманить всех удалось.
Асфальт положили и, как повелось,
везде возвели небоскрёбы.

Спасаясь от блох, так зажили они
с центральным в домах отопленьем.
У них телефон на обычные дни,
И властвует тон между ними, сродни
лесному ещё поселенью.

Сильнее их зренье, и слух не былой,
В контакте они с мирозданьем.
Их зубы чисты, выдох их не гнилой.
Земля образованной стала звездой.
В ней много воды для купанья.

Они пневмопочту умело ввели,
бацилл изучают модели.
В природе уют для себя навели,
взлетают стремительно в небо Земли
и там остаются недели.

А то, что желудок у них не доест,
они обработали в вату.
Изучен и атом, под властью инцест
и ясно, что Цезарь, как выявил тест,
страдал плоскостопием смладу.

Итак, они речью и силой ума
в прогрессе техническом рьяны.
При свете ж, а правда проста и пряма:
в их сути глубинной весьма и весьма
они до сих пор обезьяны.

Перевод с немецкого

Erich Kaestner

Die Entwicklung der Menschheit

Einst haben die Kerls auf den Baeumen gehockt,
behaart und mit boeser Visage.
Dann hat man sie aus dem Urwald gelockt
und die Welt asphaltiert und aufgestockt,
bis zur dreissgsten Etage.

Da sassen sie nun, den Floehen entflohn,
in zentralgeheizten Raeumen.
Da sitzen sie nun am Telefon.
Und es herrscht noch genau derselbe Ton
wie seinerzeit auf den Baeumen.

Sie hoeren weit. Sie sehen fern.
Sie sind mit dem Weltall in Fuehlung.
Sie putzen die Zaehne. Sie atmen modern.
Die Erde ist ein gebildeter Stern
mit sehr viel Wasserspuelung.

Sie schiessen die Briefschaften durch ein Rohr.
Sie jagen und zuechten Mikroben.
Sie versehn die Natur mit allem Komfort.
Sie fliegen steil in den Himmel empor
und bleiben zwei Wochen oben.

Was ihre Verdauung uebriglaesst,
das verarbeiten sie zu Watte.
Sie spalten Atome. Sie heilen Inzest.
Und sie stellen durch Stiluntersuchungen fest,
dass Caesar Plattfuesse hatte.

So haben sie mit dem Kopf und dem Mund
den Fortschritt der Menschheit geschaffen.
Doch davon mal abgesehen
und bei Lichte betrachtet
sind sie im Grund
noch immer die alten Affen.


Дух дышит, где хочет.

Моя авторская библиотека
 
Phil_von_Tiras Дата: Пятница, 03 Май 2024, 23:10 | Сообщение # 180
Житель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 1125
Награды: 14
Репутация: 38
Филипп Отто Рунге (1777 – 1810)

В трауре глубоком пребывая

В трауре глубоком пребывая,
Размышлял я о себе самом,
Искру жизни в теле погашая;
Мук моих не знал никто кругом.
Что внутри меня ещё смущало тихо,
Угасало без надежд под гнётом лиха:
Всё чернее муть,
Проникала в грудь.
Произвол, насилье, страх и сущий ад!
Их с ухмылкой видишь ты у всех подряд.
Был и я там в час смертельный, час нелестный,
И на рану сердца падал свет небесный.

Одинок я и оставлен всеми,
Образ лишь её был жив во мне.
Страх своё навязывал мне бремя;
Не любим, я их любил вполне
Вплоть пока тоска, вихляясь, погрузнела,
И душа моя в итоге заболела.
Здесь её портрет!
Мёртвый ум в ответ.
Глубока пучина, нет желанья жить,
В фитиле лампадном прогорела нить.
И кому б я дум, молитв не рассекретил,
Ни одной души сердечной я не встретил.

Жизнь как радость, пламенная сила,
Корень, что потомством плодовит!
Уж надежда плод его вкусила,
Только от меня душой он скрыт.
Ты изломан весь и утопаешь в прахе ‒
Кто, раз всё мертво, пред болью, право, в страхе?
Весь реальный мир
Здесь не мой кумир.
Для чего я создан? ‒ Чтобы умереть?
И всего лишь в жизни с дрожью бездну зреть?
Отнят мой покой, не тешила услада,
Скорбь душевная сломала жизнь мне смлада!

Неужели Бог меня оставил?
Был ли слишком смел души полёт?
Мне ли не постичь священных правил,
Раз Он муку во спасенье шлёт?
Образ отними: то лучшее, что было,
Коль не всё Тебе же, что душа любила.
Время устрани,
Вечность изгони!
Не снесёт такого счастья жизнь моя,
Отбери её, избавь от бытия.
Милостью Твоей тянусь я к дням стократно,
Там где дар твой, Боже, Ты забрал обратно.

Вечный свет, таинственная воля,
В радость лишь любовь без мер и дна!
Да спадёт ли с глаз завеса что ли?
Если сдамся, боль устранена?
Вечно ль не найду, ответь мне, что ищу я?
О любви Твоей всемирно извещу я.
Да, то горний свет
В душу рвётся вслед:
В прошлом не было дано мне одного,
Я не понимал Творенья твоего,
Что Твой свет себя расцветьем обряжает,
И весь мир богатой жизнью наполняет.

В мраке я неужто зло признаю,
Коль казалось чёрное мне злом?
Пред собой любовь я созерцаю,
Ведь душа в глазах видна во всём.
Свет небесных грёз я обнаружил въяве,
С ним теперь земной соединить я вправе.
Зрю я милой вид ̶
Страсть во мне горит.
Раз кому-то не открылся вышний свет,
Радостей земных тому вкушенья нет.
Как бы из ключа очей твоих любимых
Взять и зов, и страсть для дел богохранимых.

В мир сиянье оживленье вносит,
Где брожу я, дышат там цветы.
Как глаза, блестя, тебя возносят,
Рдеют щёки, жаром налиты.
И, пульсируя, мои полнятся вены,
От любовных взглядов вплоть до чувств смятенных!
Образ милый твой
Отнял мой покой.
Сила, что дана сцепленьем наших рук
Вечности и жизни замыкает круг.
И коль без надежды я надежде верен,
Буду я любить любовь и в ней уверен.

Philipp Otto Runge 1777 - 1810

Tief in düstre Trauer hingesunken

Tief in düstre Trauer hingesunken
Saß ich brütend über mir allein.
Zehrend an des Lebens leztem Funken;
Niemand ahnte meines Herzens Pein.
Was sich still und langsam nur noch in mir regte,
Ohne Hoffnung sterbend sich nur noch bewegte:
Schwarz und schwärzer sich
In den Busen schlich
Der Vernichtung Grausen, Hölle! die Gewalt,
Die du grinsend zeigst an jeder Erdgestalt. –
Da bestand ich in der todesnahen Stunde,
Und des Himmels Licht fiel in die tiefe Wunde. –

So allein hatt' alles mich gelassen,
Nur ihr Bild lebendig in mir blieb.
Kaltes Grausen wollte mich erfassen;
Hatt' mich niemand, hatt' ich sie doch lieb. –
Bis die tiefe Sehnsucht fiel in dumpfes Schwanken,
Endlich mir die wunde Seele mußt' erkranken. –
War ihr Bild auch hin!
Kalt und todt mein Sinn,
Bodenlos der Abgrund, keiner Lebenslust
Schwächster Funken übrig in der öden Brust.
Wohin auch mein Denken, Sehnen, Beten zielte.
Nirgends nur noch eine Seele für mich fühlte.

O du Lust des Lebens, glüh'nde Flamme,
Reiner Kern, der blüh'nde Zweige trieb!
Hoffnung nahm schon Frucht von deinem Stamme,
Da dein Inhalt mir verhüllt noch blieb.
Du versinkst in Asche, deine Zweige brechen. –
Wer, wenn alles hinstirbt, kann die Schmerzen sprechen?
Da in aller Welt
Mir nichts mehr gefällt.
Wozu bin ich denn gemacht? – Daß ich vergeh',
Und im Leben schaudernd nur den Abgrund seh'?
Ist mir nirgends Trost und nirgends Ruh' gegeben.
Tiefer Seelengram, so kürze nur mein Leben!

Hat denn Gott mich ganz und gar verlassen?
War zu kühn des stolzen Geistes Flug?
Kann ich nicht den hohen Glauben fassen.
Daß er mir zum Heil die Wunde schlug?
Nimmst du mir dies Bild, dies Beste mir vom Leben,
Weil ich all' was mein war stets nicht dir gegeben?
O so nimm die Zeit,
Nimm die Ewigkeit!
Nein, ich konnte nimmer tragen dieses Glück:
Nimm das Leben, nimm mein Daseyn denn zurück.
Deine Güte ließ mich zu dem Tage kommen:
Nur was du gegeben, hast du, Herr! genommen. – –

Ew'ges Licht, du unerforschter Wille,
Einz'ger Trost, Lieb' ohne Maas und Grund!
Fällt mir von den Augen nun die Hülle?
Werd' ich mich ergebend noch gesund?
Was ich suche, bitte, werd' ich immer sinken? –
Deine Liebe, Herr! will ich der Welt verkünden.
Ja, des Himmels Licht
In die Seele bricht:
Wie mir jüngst so traurig jeder Tag verschwand,
Und ich dein Geschöpf, die Blumen, nicht verstand.
So dein Licht in Farben prangend sich nun hüllet,
Und die Welt mit vollem reichem Leben füllet.

Wollt' im Dunkeln ich das Böse sehen,
Weil das Schwarze mir das Böse war?
Die Geliebte seh' ich vor mir stehen,
Seele spricht in Augen offenbar.
Träumend, da ich wachend Himmelslicht gefunden,
Werd' ich mit dem ird'schen Licht nun auch verbunden.
Wie mein Aug' dich kennt,
Meine Lippe brennt.
Wem sich noch entschlossen nie das höchste Licht,
Der genoß das ird'sche Leben auch noch nicht.
O vom dunkeln Brunnen deiner lieben Augen
Will ich Muth und Lust zu jeder Arbeit saugen.

Lust'ger Schein, der nun die Welt belebet!
Wo ich walle, Blumen um mich blüh'n.
Wie dein Auge leuchtend sich erhebet,
Rosenroth die Wangen dir erglüh'n.
Daß zu vollen Pulsen mir die Adern schwellen.
Von der Liebe Blicken ausgeregt zu Wellen!
Deine Huldgestalt
Faßt mich mit Gewalt,
Und die Kraft, die mir dein Händedruck verleih't,
Knüpfet nun die Zeit mir an die Ewigkeit.
Weil ich ohne Hoffnung treu der Hoffnung blieben,
Will mich ohne Maas und Ziel nun Liebe lieben.



Дух дышит, где хочет.

Моя авторская библиотека


Сообщение отредактировал Phil_von_Tiras - Пятница, 03 Май 2024, 23:29
 
Phil_von_Tiras Дата: Пятница, 17 Май 2024, 14:33 | Сообщение # 181
Житель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 1125
Награды: 14
Репутация: 38
Клеменс Брентано
(1778 – 1842)


Счастье

Счастье ведь не редкость, право.
Счастье дарят и не раз,
Счастье в жизни многоглаво,
Жизнь об этом учит нас.

Счастье ‒ утра пробужденье,
Роскошь фауны цветной,
Счастье ‒ дни без треволненья,
Счастье ‒ смех не напускной.

Счастье ‒ дождь, когда нам душно,
Счастье ‒ солнце вслед дождям,
И мороженное нужно,
Счастье ‒ ваш привет гостям.

Счастье ‒ в лютый холод лето,
Счастье пляжного песка,
Счастье ‒ лес, покоя мета,
Счастье ‒ ближнего рука.

Счастье ‒ тихий час приволья,
Счастье ‒ книга эрудит,
Счастье ‒ дружное застолье,
Счастье ‒ дружеский визит.

Счастье не привязка к месту,
Счастье ‒ это вне времён,
И тому есть в счастье место,
Страстью жизни кто вспоён.

Clemens Brentano
(1778 – 1842)


Glück

Glück ist gar nicht mal so selten,
Glück wird überall beschert,
vieles kann als Glück uns gelten,
was das Leben uns so lehrt.
Glück ist jeder neue Morgen,
Glück ist bunte Blumenpracht,
Glück sind Tage ohne Sorgen,
Glück ist, wenn man fröhlich lacht.
Glück ist Regen, wenn es heiß ist,
Glück ist Sonne nach dem Guss,
Glück ist, wenn ein Kind ein Eis isst,
Glück ist auch ein lieber Gruß.
Glück ist Wärme, wenn es kalt ist,
Glück ist weißer Meeresstrand,
Glück ist Ruhe, die im Wald ist,
Glück ist eines Freundes Hand.
Glück ist eine stille Stunde,
Glück ist auch ein gutes Buch,
Glück ist Spaß in froher Runde,
Glück ist freundlicher Besuch.
Glück ist niemals ortsgebunden,
Glück kennt keine Jahreszeit,
Glück hat immer der gefunden,
der sich seines Lebens freut.


Дух дышит, где хочет.

Моя авторская библиотека
 
  • Страница 8 из 8
  • «
  • 1
  • 2
  • 6
  • 7
  • 8
Поиск: