Меню

Поиск


Варламов Евгений Степанович - Литературный форум

  • Страница 1 из 5
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Варламов Евгений Степанович (Авторская библиотека)
Варламов Евгений Степанович
geber Дата: Суббота, 19 Май 2012, 00:10 | Сообщение # 1
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3


Ветеран Вооруженных сил РФ. Писать начал в 2007 году после выхода в отставку. Стихи пробую писать только с февраля 2011 года. Публиковался в электронном журнале «Точка Zрения» № 43 , в журнале «Новая литература», журнале «Эрфольг». Получил грамоту от поэта Эльдара Ахадова за участие в поэтическом конкурсе «Озарение», занял второе место в конкурсе короткого рассказа сайта «Неогранка» ,победил в конкурсе сказок сайта «Литсовет»,конкурсе коротких рассказов сайта ОЛРС/ Неоднократный призер серии конкурсов "Большой финал" в номинации "Малая проза". Автор сборника рассказов "Рассказы, вышедшие в тираж", изданного в Германии. Интересуюсь литературой, живописью, музыкой. Живу в г.Тула Российской Федерации.
Прикрепления: 5657397.jpg(9.7 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!

Сообщение отредактировал geber - Суббота, 19 Май 2012, 15:15
 
Nechrist Дата: Суббота, 19 Май 2012, 03:13 | Сообщение # 2
Группа: Удаленные





Не, ну эт, конечно, все круто, но где сами произведения?
 
geber Дата: Суббота, 19 Май 2012, 15:13 | Сообщение # 3
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3


Петух

У старенькой бабушки Тихоновны сдох петух. Почему сдох, непонятно. То- ли объелся чего, то- ли дал ему по башке какой- нибудь злыдень палкой, кто его знает. Только пришла Тихоновна в курятник, а петух лежит, крылья раскинул. Потыкала бабушка в петуха батогом- не встает. Как есть - неживой.

А на улице-то весна! А значит надо кур на яйца сажать, чтобы они цыплят высиживали. Только какие же цыплята без петуха? Яйца- то будут не -опло -до -творенные! Ничего не получится. Петух тут нужон!

Пригорюнилась бабушка Тихоновна, побрела домой, батогом по дорожке постукивает. Зашла в дом, открыла старенький сервант, вынула из сахарницы туго завязанные в синенький платочек деньги. Посчитала - ан, маловато денежек -то. На прожитье надо? Надо. За свет платить надо? Надо. Да потратилась уже. Галоши себе новые купила, да зерна курочкам. А на петуха и не остается. И до пенсии далеко. Вздохнула Тихоновна, завязала деньги в платочек, да и уложила их обратно в сахарницу. Что делать, как быть?

Деревенька-то у них маленькая, десять дворов, да и в тех не во всех живут. Большинство только на лето приезжают. Дачники, вишь! Да и остальные-то хозяйство держать не хотят. Почитай одни пенсионеры и остались. Кому дети помогают, кто самогонку гонит, да продает, кто зиму кое-как перебивается, а на лето к дачникам нанимается - копать, полоть, косить...

А куры-то только у Тихоновны, да у Верки с того конца. Кур у ней много, у Верки, штук тридцать. И петух у ней есть. Хороший петух, весь из себя цветной, с широким гребнем набекрень, прям щеголь! Только Верка петуха не даст, самой нужон. Мало того, скандальная эта Верка, просто жуть. Чуть что не по ее, так орет, что хоть святых выноси! Ей еще и шестидесяти нет, крепкая, здоровая. Мужиком своим командует, как командир какой. Тот только успевает поворачиваться. Опасная она, эта Верка. Свяжись- ка с ней!
Только надо же что-то делать.

Пошла бабушка на петуха посмотреть. Словно невзначай идет по деревне, поглядывая по сторонам. Весна в разгаре, тепло, травка зеленая лезет, самое время кур на гнезда сажать. Две уж заквохтали, невтерпеж им. А петуха нет.

Глядь, а петух- то тут как тут, совсем рядышком со своими курами гуляет. Прохаживается важно, оглядывая глазом улицу, а то опустит одно крыло, да начинает его кончиком чертить круги вокруг курицы, ухаживает, значит. Увидел бабушку Тихоновну, насторожился, спросил строго:
-Ко- ко- ко ? Кто мол, такая, почему здесь шастаешь? Ничего не ответила ему бабушка, прошла мимо, будто не заметила.
А в голове у нее уже план!

Решила она подманить этого петуха, ..на время, чтобы сделал он свое петушиное дело в бабушкином курятнике, а потом Тихоновна его и отпустит. От петуха-то не убудет ведь? Правда же? Может ему только в радость?

Насыпала бабушка ячменя в мешочек, и пошла приманивать петуха. Снова, как бы невзначай, прошла мимо Веркиных кур, да сыпанула горсточку ячменя им под ноги. Петух подбежал, осмотрел внимательно подношение, и дал добро курам. Налетели тут куры, толкаясь и переругиваясь, стали клевать зерно. Тогда бабушка вернулась, и стала сыпать ячмень тоненькой дорожкой к своему курятнику. Ну и пошел по ней петух, удовлетворенно бормоча что-то, по вкусной -то по дорожке. Хорошо идет! Да вот только кур своих зачем-то зовет за собой! А куры-дуры все за ним. Куры-то чужие бабушке ни к чему. Морока одна с ними! Как тут быть?

Надо как-то кур от петуха отрезать. А как? Пошла Тихоновна на кур, батожком помахивает, птиц отгоняет. А петух насторожился, перестал клевать, стоит, смотрит. Повернулась бабушка к нему, взмахнула своей палочкой , да кричит:
- А ну, пошел домой, пошатущий!
Ну, как будто это ее петух, если соседи увидят. Гаркнул петух недовольно что-то неразборчивое, да боком, боком подался к бабушкиному сараю. А сам так и косит опасливо янтарным глазом.
- Иди, иди домой, - приговаривает Тихоновна. - Куры-то тебя заждались.

Да только подняла голову бабушка Тихоновна, а Верка - то, вот она, стоит у бабушкиного сарая, хмурится. Быть беде!

Отвернулась Тихоновна, будто Верку не заметила, и пошла прочь. Только Верка- то тоже не дура. Как закричит она, ажно петух подпрыгнул:
- Тихоновна, етит твою мать, ты что ж это творишь? Ты почто мово петуха к себе гонишь? Я тебя щас прям на месте разможжу!
- Дык рази это твой? Ой, дура я старая, ниче не вижу! Я ж мыслила, мой это!
- Ты мне дурочку-то не строй, мой петух- то цветной, а твой черный. Али не видать? Почто тебе мой петух, говори! Щас в милицию позвоню!

Потупилась бабушка Тихоновна, не знает, сказать Верке, или соврать? Да что уж там. Надо каяться. А то и правда в милицию позвонит. С нее станется. Грех- то какой!
- Бес попутал, меня, Вера, извини. Мой-то кочет сдох. Прям не знаю что и делать. Куры клохчут, а я без петуха.
- Так ты моим попользоваться хотела? Ну и дурища же ты, Тихоновна! Поделом тебе! Помнишь, о прошлом годе ты мою молодку к себе загнала? Вот Бог-то тебя и покарал! А не воруй!.
- Дак Вера, ни сном, ни духом...Не видала я твоей молодки...Христом-богом клянусь!
- Опять врешь! Что ж ты за человек такой? И врет, и врет, и врет! Дак еще и клянется! Тьфу на тебя! Дай пройти!
И Верка, чуть не задев Тихоновну нарочно выставленным локтем, подобрала с земли хворостину, и погнала своего пернатого красавца домой, приговаривая:
- Шагай, идол, своих кур мало ему, он к чужим прется!

Утром бабушка Тихоновна решила навести порядок в курятнике. Нашла старенький веник, и принялась обметать паутину по углам. Беда с этой паутиной. Только уберешь, глядь, а ее уже вдвое больше. Мух-то еще нет, чего же пауки там ловят?..
За этим занятием ее и застала Верка. Она вошла в низенькую дверь пригнувшись, и, протягивая бабушке розовое пластмассовое ведро, громогласно распорядилась.
- Так, Тихоновна! Давай, раскладывай яйца по гнездам, да сажай своих курушек. Я тебе три десятка принесла. Свежие совсем. Вчерашние и позавчерашние. Авось, будут цыплятки.
- Ой Вера, да как же? Да что ты? Я вить...
- Давай, давай, не спорь! Не пропадать же курам, если петуха нету. Живы будем, сочтемся! А вчерашнее я уж и забыла.. Что ж мы, не люди?

Взяла бабушка ведро из Веркиных рук, и вдруг заплакала. Негромко так, вроде как облегченно. Текут слезы по морщинистым щекам ,и капают прямо в ведро, на свежие куриные яйца. Ну да это не беда. Будут у бабушки Тихоновны к лету цыплята.
Будут!

Прикрепления: 3312613.jpg(58.3 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Суббота, 19 Май 2012, 15:20 | Сообщение # 4
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3


Рыжик

Впервые Рыжика Андрей увидел в июне.

Солнце еще нехотя карабкалось в зенит, но роса на траве уже высохла. Начиналась жуткая жара. Подходя к солдатской столовой, Андрей машинально поправил сбившуюся нарукавную повязку дежурного по части, вытер носовым платком потное лицо и, скосив глаза, в очередной раз полюбовался на свои погоны, которые, наконец-то, обзавелись третьей звездочкой. Звание старшего лейтенанта ему присвоили всего два дня назад, и поэтому Андрей немного смущался. Но и гордился тоже.

Он не торопясь шагал по тротуару, когда увидел, как из служебного входа в столовую к нему мчится маленький пылевой смерчик. Приглядевшись, старший лейтенант увидел рыжую дворняжку, волочащую за собой огромный кусок сырой свиной шкуры. Добыча была тяжела и неудобна, но собачка с воодушевлением и завидным упорством неслась по дорожке, взметая шкурой клубы пыли.

Из столовой выскочила повариха Валентина Петровна, полная женщина лет сорока, и, потрясая огромным кулаком, заорала:
- Убью, ворюга! Стой, кому сказала!

Собачка, не слушая грозного оклика, поравнялась с Андреем, который, пытаясь остановить нарушителя, наступил ногой на шкуру, но, поскользнувшись на ней, со всего маху грохнулся спиной на газон. Собачка же, крутнувшись, вновь подхватила оброненную добычу, и, молчком, понеслась за ближнее здание.

Приподнявшись на локтях, старший лейтенант, глядя вслед рыжему воришке, успел заметить, что тот как-то внезапно пропал из виду.
- Нора у него там, что-ли? - пробормотал он про себя.

- Товарищ лейтенант, не ушиблись? Я этому рыжему точно хвост отрублю! Вот ведь повадился воровать! Я добрая-добрая, а воровать не позволю! Ишь, взял моду! Все тащит. И ведь какой ловкий! Нипочем не поймаешь!

В голове у Андрея гудело, на затылке вырастала шишка, а говорливая Валентина Петровна стоя рядом с ним, продолжала на всю округу звонко выплескивать свое раздражение:
- И что же это делается-то? Чуть отвернешься, а он уже тут, как тут! Так и норовит что-нибудь слямзить! Позавчера кусок мяса спер. А я ведь его кормлю, полная миска у него завсегда. Не -ет, ему стибрить надо, а то невкусно! Ворюга, право слово!

Кое-как поднявшись, подобрав фуражку, и отряхнувшись, Андрей с досадой перебил повариху:

- Валентина Петровна, это что же, у вас собака продукты ворует? Как же вы так? Почему плохо следите? Где дежурный по столовой?
- Да ну, товарищ лейтенант, какие -такие продукты! Это отбросы. Но ворует же! Вот, шкуру унес. Она, конечно, нам не нужна, все равно выкинули бы, но ведь он и нужное что-нибудь спереть может! Нельзя же поваживать! Я уж и начпроду говорила, и начстоловой, только все бестолку. Одна я с ним воюю! Больше никому не надо, что -ли?
- Ладно, я понял, - сказал Андрей, потирая затылок. - Я разберусь. Кстати, я уже старший лейтенант.
- Ой, поздравляю, извините! Разберитесь, товарищ старший лейтенант, разберитесь. Может его пристрелить? Больно уж вредный пес. А у вас и пистолет есть.
- Идите, Валентина Петровна, готовьте пищу личному составу, - с досадой сказал Андрей, поправляя тяжелую кобуру. - Сказал же, - разберусь.

Он снова приложил ладонь к ноющему затылку, и решил сходить в санчасть. Пусть посмотрят шишку, может помажут чем-нибудь. А вдруг у него сотрясение мозга?

Но сначала Андрей решил посмотреть, куда делась собачка. Больно уж внезапно она пропала из виду.
Он пошел вдоль столовой, и вдруг увидел злополучную шкуру, зацепившуюся пыльным краем за торчащий из земли короткий кусок стальной арматуры. А неподалеку темнело жерло колодца заброшенной канализации, с которого какие-то уроды давным-давно сперли крышку вместе с чугунным основанием. Прислушавшись, Андрей уловил тихое поскуливание, а заглянув в темный колодец, увидел на его дне неясное шевеление.
- Эй, псинка, ты там? Я сейчас.

Колодец был сухим и глубоким. Крепкие стальные скобы шелушились пластами ржавчины, бетонные стены покрывала засохшая плесень.
- Ох и изгваздаюсь я с тобой, - проворчал Андрей спускаясь на песчаное дно колодца.- Ну, что сидишь? Пойдем.

В сумрачном дневном свете, доходящем до дна колодца, Андрей увидел , что дворняжка сидит на песке подняв левую переднюю лапку. Осторожно взяв в руки легкое, худое тельце, и тронув повисшую конечность, он понял, что без перелома не обошлось. Собачка пискнула, и, повернув голову к Андрею, посмотрела на него печальным и серьезным взглядом .
- Как же ты так неосторожно? Шкура зацепилась, а ты, по инерции, в колодец улетела? Ну ничего, ничего! Не боИсь!Что-нибудь придумаем! Надо только вылезти.

Вылезать, держа одной рукой собаку, а второй цепляясь за скобы,было неимоверно трудно. Подтягиваясь свободной правой рукой и хватаясь кончиками пальцев левой, Андрей осторожно, стараясь не потревожить сломанную лапку собаки, поднимался наверх. Наконец, сделав последнее усилие, он поставил дворняжку на землю, и, облегченно выдохнув, вылез сам. Подхватив под живот собачонку, он повернулся, и оцепенел. Перед ним, грозно хмуря брови и заложив руки за спину, стоял командир части, полковник Беденко.

Невысокий, но широкоплечий полковник пользовался заслуженным авторитетом за справедливость и чувство юмора, без которого, как известно, в армии служить тяжело. Толстые губы и нос картошкой выдавали в нем жизнелюба, но порядок в части Беденко держал крепко.
- Эт-то что такое?-спросил командир у Андрея. - Вы что, товарищ старший лейтенант, в сантехники переквалифицировались? Или вы дежурку в подземелье перенесли?
- Никак нет, товарищ полковник! Это вот собачка туда упала.

Тут Андрей некстати вспомнил, что он дежурный по части, и обязан доложить командиру о несении службы. Не отпуская дворняжку, он поднес правую руку к виску, и немного нервно, понимая что действует неправильно, пробормотал:
- Товарищ полковник, за время несения службы в части происшествий не случилось!
- Я вижу, что у вас порядок,- весело сверкнув глазами сказал полковник.- А собака у вас, как видно, служебная!
- Да нет, просто собака. Упала в люк и ногу сломала. Ну не бросать же? Пропадет!
- Ну чтож, понятно. Давайте-ка, товарищ дежурный, отнесите собаку в санчасть, пусть ее там подлатают, а потом приведите себя в порядок и продолжайте вашу службу. Желательно без происшествий.
- Есть без происшествий, товарищ полковник!

Врач в санчасти пощупал холодными пальцами шишку на голове Андрея, и сказал:
- Ерунда! До свадьбы заживет само.
- Да я уже женат!
- Все равно заживет. А собаку ты зря сюда припер. Здесь тебе не ветлечебница.
- Так командир приказал!
- Врешь! Не мог он такого приказать!
- Ей-богу! Так и сказал: - отнеси, мол, в санчасть, пусть ее подлатают.
- Ну, если командир.., - вздохнув, сказал врач,-тогда давай посмотрим. Черт, чем только ни приходится заниматься!

Накормленный и напоенный Рыжик, как решил назвать пса Андрей, уютно устроился на топчане в дежурке, удобно уложив загипсованную лапку. Глаза его внимательно следили за передвижениями Андрея, и временами, встречаясь с ним взглядом, Рыжик приветливо колыхал пушистым хвостом, свернутым в кольцо.

Лена, жена Андрея, с ужасом уставилась на рыжую, с загипсованной лапой собаку, стоящую в прихожей. Муж, пыхтя расшнуровывал ботинки, стараясь не встречаться взглядом с Леной. Он, конечно же, ожидал скандала, но твердо решил настоять на своем.
- Андрюша, это что за чудо-юдо? Ты что, с ума сошел?
- Спокойно, Ленусь, все нормально, все под контролем! - смущенно сказал Андрей.
- Нет, ты соображаешь что делаешь? Притащил домой какую-то грязную собаку с помойки. У нее, наверное, глисты или блохи. Или и то и другое сразу.
- Да ладно тебе, Лен. Нормальная собака. Справимся и с глистами и с блохами. Ничего страшного. Я все это умею. У нас знаешь сколько собак было? Про меня даже соседи болтали, что я, мол, как Маугли в собачьей стае живу. И ничего. Я и не болел ничем таким ни разу. Это все брехня, что собаки грязные, да вонючие. Смотря как ухаживать будешь.
- Не знаю как ты, а я никак ухаживать за ней не буду. И по одной простой причине: ты сейчас же отнесешь собаку туда, где взял.

Рыжик несмело проковылял к стенке, сел, чтобы не мешать людям выяснять отношения, и внимательно вглядывался в их лица, словно пытаясь определить, кто победит в этом споре.

- Ну нет, Ленусь, так нельзя. У собаки лапка сломана, ей нездоровится. Как можно? Я ее сейчас вымою, она и чистенькая будет. А завтра в городе в ветаптеку зайду, и все, что надо, куплю.
- Да куда такая страшная нужна? Кожа, да кости. Если захотел собаку, купи породистую, а не эту лахудру клочкастую.
- Ленусь, да при чем тут внешность? Любят ведь не за внешность. Вот ты меня за что любишь? За красоту? Ага, вижу, что нет.Вот и с собаками так же. А она жутко умная, мне про нее уже рассказали.
- Ну, делай, как знаешь. Только смотри.. .
- Вот и хорошо! То есть, все нормально будет!

Поначалу Андрею пришлось нелегко. Пока не срослись кости, он свозил Рыжика к ветеринару на осмотр, и на руках выносил пса на прогулки. Жена поначалу злилась, и даже немного ревновала, но, поразмыслив, решила, что нет худа без добра. Андрей, чувствуя бОльшую ответственность, стал внимательным и дисциплинированным. Без слов вставал намного раньше, чтобы погулять с собакой, помогал Лене по дому, и успевал еще и по службе. Командир его хвалил и ставил в пример.

Наконец Рыжику сняли гипс, и Лена так смеялась над его приобретенной привычкой скакать на трех лапах, что пес нешуточно обиделся, и до прихода Андрея со службы просидел под вешалкой в прихожей.

Между делом Андрей научил Рыжика стоять на задних лапах, и отдавать честь, коротко взмахивая правой лапкой. Это умение здорово помогало Рыжику в его нелегкой жизни. Стоило только показать очередным гостям, (которые не переводились в квартире Андрея) «отдание чести», как на артиста сыпались награды в виде кусочков курицы, косточек и конфет. Андрей злился, прогонял Рыжика от стола, но тот ловко ускользнув от хозяина, оббегал стол, и пристроившись у ног очередного гостя, вставал в стойку и лихо отдавал честь. Прием действовал безукоризненно.

Заработанные честным трудом продукты подействовали на Рыжика положительно: он поправился, стал ходить, а не бегать, и от грубой пищи воротил нос. Пришлось Андрею заниматься с ним дополнительно: бегать, прыгать и заставлять приносить брошенные в траву игрушки. Кстати, Рыжик особенно полюбил мягкого тряпичного цыпленка ослепительно желтого цвета. Он часто играл с ним, а ложась спать, неизменно укладывал игрушку себе под бочок. Однажды он вышел с цыпленком гулять, и случайно обронил его, а где - забыл. Ах, сколько скулежа пришлось выслушать Андрею и Лене, пока они, призвав на помощь половину населения дома, не нашли несчастную птицу в траве у забора.

Вообще Рыжик оказался компанейским парнем, смышленым, чистоплотным, и искренне любящим своих хозяев. Что совсем не предполагало взаимности со стороны Лены. Чувствовалось, что она терпит Рыжика только из-за Андрея, а не будь его, бедная собачка была бы быстро вышвырнута за дверь. Но мужу Лена этого не показывала, стараясь всеми силами сохранить мир в семье. И все же по тому, как она обращалась с псом, как тщательно, с брезгливым выражением лица мыла руки после контакта с Рыжиком, было видно истинное ее отношение к собаке.

Через год произошло два события. Лена забеременела, а Андрея перевели на более высокую должность в другую часть.Вроде бы обе новости хорошие, но вторая смутила молодого офицера больше, чем первая. Рождение ребенка - событие ожидаемое, планируемое, и радостное. А перевод в другую воинскую часть, расположенную за тысячу километров от старой, даже и на высшую должность - событие хоть и ожидаемое, и планируемое, но насквозь тревожное и волнующее. Что там будет, как будет? Какой коллектив, какой командир? Какое жилье дадут, и дадут ли вообще? Как быть с Рыжиком? Лена наотрез отказалась брать пса с собой, мотивируя это тем, что она ждет ребенка, а собака и ребенок в ее мозгу не совмещаются. Да и едут они неизвестно куда. Еще и с собакой припрутся. Нет, нет, и нет!

Андрей подумал-подумал, и согласился.С тяжелым сердцем, но согласился. Чего не сделаешь ради любимой женщины, да еще если ждешь от нее ребенка.

Когда за ними приехало такси, пес сидел на руках старшины Сергеева, которому было поручено холить и лелеять собаку. Сжимаемый здоровенными лапищами прапорщика, Рыжик молча смотрел на усаживающегося в машину хозяина, и по его умной мордашке текли крупные слезы. Андрей и сам не смог сдержать слез, прощаясь со своим любимцем, но ничего поделать не мог.

На новом месте все получилось более чем благополучно. Имея в виду беременность Лены, молодой семье сразу выделили большую двухкомнатную квартиру, в которой вещи, привезенные с собой выглядели бедными родственниками. Пришлось срочно обустраивать новое жилище, а когда ремонт и обстановка квартиры закончились, Лена родила прелестную девочку.

Начались будни. Служба, забота о жене и дочери занимали слишком большое место в жизни Андрея, чтобы думать о чем-то еще, но память о милом ему существе не проходила. Всякий раз при взгляде на пробегавшую мимо собаку, он немедленно вспоминал Рыжика. И чем дальше, тем больше. Наконец, он решился поговорить об этой проблеме с женой.
- Ленусь, как ты смотришь на то, чтобы я забрал к нам Рыжика?
- Какого Рыжика? Ты что,и здесь завел собаку?
- Нет,нашего Рыжика.Я все думаю о нем, вспоминаю.Где он сейчас, как он?
- Андрей, ты с ума сошел? Вспомнил! Вот еще не хватало! Да и зачем он тебе? Я уже тебе говорила: - возьми породистого щенка, я не буду против. А это чудо в перьях? Да кому он нужен?
- Мне нужен.Мне! Я его очень люблю! И по нему скучаю. Неужели ты такая черствая, что не понимаешь?
- Да не черствая я, только в толк не возьму, что в нем хорошего? Обыкновенная дворняжка! Ну стоит на задних лапах, и все? Глупости!
- Ну, ты как хочешь, а я его сюда заберу.
- Это как? Сбегаешь за тысячу километров?
- Придумаю, как.
- Ну-ну! Смотри не надорвись, думаючи. Сходи лучше мусор вынеси.

Правдами и неправдами Андрей в конце-концов выбил себе командировку в прежнюю часть. Получил в штабе документы и отправился. Всю дорогу его мысли крутились вокруг Рыжика. Желание увидеть песика было так велико, что он даже дрожал от нетерпения.

В прежней воинской части Андрей первым делом попытался разыскать прапорщика Сергеева, но оказалось, что тот тоже перевелся в другое место. Андрей просто охнул от обиды, но расспрашивая знакомых узнал, что собаку они с собой не взяли.
- А где же она?
- Да где-то здесь по территории шляется.

Воспрянув духом, Андрей стал методично обходить воинскую часть. Дело шло медленно, так как на каждом шагу встречались старые знакомые, которые живо интересовались жизнью Андрея и Лены, и было неудобно резко прекращать разговоры.

Наконец. поравнявшись со столовой, Андрей услышал до боли знакомое:
- Убью, ворюга! Стой, кому сказала! Ну, попадещься ты мне!

Из за угла на него выскочил маленький рыжий комочек, держащий в зубах куриный окорочок. Увидев хозяина, Рыжик резко затормозил, выпустил изо рта добычу, и издав поистине человеческий вопль, в мгновение ока оказался на руках Андрея, яростно вылизывая его лицо мокрым языком.
- Ах ты мой маленький воришка! Опять ты здесь! - сквозь слезы радости бормотал Андрей, прижимая к себе худенькое мохнатое тельце. - Теперь я тебя никому не отдам! Теперь ты насовсем мой! Рыжик, Рыжик мой!











Прикрепления: 6784502.jpg(54.2 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Суббота, 19 Май 2012, 15:23 | Сообщение # 5
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3



День рождения

Утром Шурику исполнилось сорок пять лет. Мать, покойница, говорила, что родила его ровно в шесть часов утра десятого января. Шурик навсегда запомнил эти ее слова, и праздновать свой день рождения неизменно начинал рано. Но не сегодня. Как то так вышло, что праздновать было совершенно не на что. Сыновья давно не приезжали, а денег никто ему не давал. Из продуктов дома остались только полпачки дешевых макарон, и полведра мелкой картошки, подаренные соседкой снизу, сердобольной бабкой Маней. Очень хотелось выпить, и с этим надо было что-то делать.

В комнате было темно, рассвет еще не наступил, только окно слегка мерцало от света далекого уличного фонаря. Шурик лежал на старом, продавленном диване, укрытый ватным одеялом, и вспоминал.

Детство его прошло в большом среднеазиатском городе, куда отец, мелиоратор, был приглашен на работу. Зарабатывали мелиораторы хорошо, продукты были дешевы, и мать Сашеньки, как она называла его, легко вела домашнее хозяйство, не помышляя о своей карьере. Старшая сестра, Валентина, помогала матери по хозяйству, а маленький Сашенька все свободное от уроков время гонял со сверстниками по улицам шумного и веселого города. Загар легко приставал к его коже, и русский мальчик внешне ничем не отличался от местной малышни. За какие-то полгода он выучил местный язык, и с удовольствием общался на нем с обитателями микрорайона, который почему-то назывался «Массив».

К сожалению, отец через несколько лет умер, Валентина вышла замуж, и уехала с мужем на Урал, а матери пришлось искать работу. Она устроилась учетчицей на камвольный комбинат, и Сашенька оказался предоставлен сам себе...

За окном посветлело и Шурик решил, что пора вставать. Отбросив тяжелое, пыльное одеяло, он опустил голые ступни на холодный пол, и поёжился. Нашарив под диваном старые тапки без задников, Шурик торопливо всунул в них ноги. Одеваться не было необходимости, потому что спал он не раздеваясь. Тяжело вздохнув, Шурик зашаркал на кухню. Кухня, комната, а еще туалет и ванная, это все, что оставила ему от трехкомнатной квартиры бывшая жена, ушедшая от него к другому. В принципе, Шурику хватало и этой жилплощади, но его мучило чувство досады при виде запертых дверей. Как же так, жена сама этой квартирой не пользуется, и ему не отдает! Может, он ее внаем сдавал бы! Но нет, жена категорически отказывала ему, не объясняя причин. Нет - и все тут!

Жена ушла давно, лет двадцать назад. Шурик в то время бросил работу, пробавлялся случайными заработками. В соседнем поселке всегда кому - нибудь нужны были рабочие руки. Дров напилить - наколоть, забор поправить, крышу починить... Платили немного, но Шурику хватало на бутылку и на нехитрую закуску. А больше ему не требовалось. Жил он одним днем, никогда не задумываясь о будущем. Жена терпела некоторое время, надеялась, что муж образумится. Но не дождалась. Забрала детей, и ушла, сначала к матери, а потом, познакомившись с хорошим мужчиной, к новому мужу. Но Шурик больше никогда уже официально не работал. Правда, сыновья не забывали отца, изредка навещали, иногда давали немного денег. Тогда Шурик напивался дешевой паленой водки, которой торговал жуликоватый мужик в соседнем подъезде, и, довольный, падал на свой древний и драный диван.

В этом состоянии к нему приходили сны. Будто бы мать, придя с работы, находит его, пьяного шестнадцатилетнего мальчишку на полу, и, поднимая, плачет, и все повторяет:
- Сашенька, Сашенька, как же так? Что же ты со мной делаешь, Сашенька?
И от этих ее горьких-прегорьких слов что-то переворачивается внутри Шурика, и он сам плачет мутными пьяными слезами.

На кухонном столе, придвинутом к батарее отопления, спал Рыжий, кот, самостоятельно избравший квартиру Шурика местом жительства. Узнав хозяина, он поднял большую, лобастую голову, открыл ярко - зеленые глаза, и вопросительно мурлыкнул. Шурик досадливо махнул на него рукой и сказал :
- Спи, все равно жрать пока нечего.

Рыжий поднялся, потянулся, и, спрыгнув на пол, неторопливо проскользнул мягкой походкой в комнату, досыпать на еще неостывшем после Шурика диване.

Проверив свои запасы продовольствия, Шурик обнаружил начатую пачку соли, и небольшую луковицу, закатившуюся в дальний угол шкафчика. Эта находка его сильно обрадовала. Если попросить у кого - нибудь немножко масла, можно пожарить лук, и это будет отличной приправой к макаронам или к картошке! Шурик воспрял духом, но вопрос о выпивке не отпал. Придется одеваться, и решать этот вопрос на стороне. День рождения, не хось - вось !

Спустившись этажом ниже, Шурик несколько раз нажал кнопку звонка возле ободранной двери. Бабка Маня была глуховата, и не сразу откликалась, но была добра и отзывчива. Наконец за дверью послышалось шевеление, и старческий голос спросил:
- Кто?
- Это я, баба Маня, Саша, - заорал в ответ Шурик. Бабка Маня всегда звала его Сашей, так звали ее покойного сына. Никто в целом мире не называл его Сашей, как бы подчеркивая его никчемность и ненужность. Только мать когда - то, давным - давно, называла его Сашенькой, да вот еще бабка Маня... Может быть от этого Шурик неосознанно тянулся к ней, чувствуя в старом человеке тепло души.

Загремел засов, и дверь открылась. Бабушка Маня, невысокая, но полная старуха, подслеповато щурясь, посмотрела в лицо Шурику, и, улыбнувшись, сказала :
- Заходи, заходи, Саша!
Шурик привычно шагнул через порог, и вслед за старухой оказался в маленькой, опрятной кухне. Здесь было тепло, и вкусно пахло чем - то жареным.
- Саша, чай будешь? Только что чайник скипел.
- Буду, баба Маня, - обрадовался никогда не отказывающийся от угощения Шурик.

За чаем с блинами Шурик спросил у старухи:
- Баба Маня, как дела - то? Все нормально? Ничего не надо ремонтировать?
- Нет пока, Саша, все вроде бы в порядке. А что такое?
- Да день рожденья у меня сегодня!
- Ой, Саша, поздравляю! Сколько тебе?
- Да хоть рублей пятьдесят?
- Да я спрашиваю, сколько лет тебе исполнилось. А ты все о деньгах.
- Извини, баба Маня, кому что, а вшивому баня. Сорок пять мне сегодня.
- Ой, Саша, такой молодой, а уж седой весь.
- Жизнь тяжелая, баба Маня, вот и седой. Так что, дашь? А то и попраздновать нечем.
Бабка Маня повздыхала, печально глядя на Шурика, встала и вышла в комнату. Пошуршав там, она принесла сложенные вдвое десятирублевые мятые купюры, и положила перед Шуриком.
- На вот, возьми в подарок. Будь здоров и счастлив!
- Спасибо, баба Маня! Обязательно буду.
Схватив деньги, и смяв их в комок, он шустро встал из - за стола.
- Ну я побегу, баба Маня! У меня еще дел - выше крыши!
- Беги, беги! Знаю я твои дела!

Забежав домой и накинув синюю куртку с желтой надписью поперек спины «METRO», Шурик решил еще раз попытать счастья. В крайнем подъезде жил частный предприниматель, который иногда входил в положение Шурика, и давал ему немного денег в долг, естественно, без отдачи. Немного помявшись возле красивой стальной двери, Шурик решительно надавил на кнопку звонка. Вышедший хозяин хмуро взглянул на Шурика, и спросил:
- Чего надо?
Шурик решил действовать очертя голову, и сходу ляпнул:
- Поздравьте меня, Николай Иванович, у меня сегодня день рождения!
Сосед помолчал, и уже не так хмуро сказал:
- Ну, и...
- Ну, Николай Иванович, выручайте! Гости придут, а у меня денег не хватает. Займите немного.
- Сколько?
- Ну хоть сотенную!
Николай Иванович взглянул Шурику в глаза .
- Ну Николай Иванович! Ну пожалуйста! На вас последняя надежда!
- Пошел ты, Шурик! Тебе что тут, богадельня? Я ведь деньги не кую, я их зарабатываю! Ты когда в последний раз работал? Помнишь хоть? Так что вали отсюда, пока я тебе в лоб не накатил!
- Николай Иванович, ну хоть немножко. А? Я отработаю!
Сосед, снова нахмурившись, пошарил в кармане шикарных брюк, и вынул пачку денег, квитанций и накладных. Отобрав несколько бумажек из этой кипы, он протянул их Шурику, и прорычал:
- Исчезни, шаромыжник!

Обрадованный Шурик, еще не веря в такое счастье, схватил протянутые деньги, и опрометью скатился по лестнице на улицу.

Разжав кулак, он пересчитал десятки. Сосед расщедрился, и дал семьдесят рублей. Это было классно! Вместе с бабкиной полсотней хватало на целый литр разведенного водой стеклоочистителя. Говорят, что вредно, а вот Шурик пьет уже давно и ничего.
Он развернулся к своему подъезду, и занятый своими мыслями не сразу услышал, что кто-то его зовет.
- Шурик, эй Шурик! Куда побежал?
Оглянувшись, Шурик узнал еще одного своего соседа, Игоря, по прозвищу Кабан, который был матерым уголовником. Теперь он радовался жизни, вернувшись с очередной отсидки. В распахнутом полушубке и валенках Кабан издалека выглядел импозантно, но вблизи бросалась в глаза его нездоровая худоба, и серая кожа туберкулезника.
- Куда ты, как напарафиненный? Меня погодь!
- Здорово, Игорек! С выходом тебя!
Кабан ухмыльнулся и предложил:
- Отметим, а?
Шурик на мгновение замялся, а потом сказал:
- Так день рождения у меня! Пошли, приглашаю!
- Ого! Вот я попал! Ну, подарок с меня!
И Кабан торжественно вынул из кармана полулитровую бутылку коньяка, и торжественно помахал ей в воздухе.
- Погоди, я тоже сейчас затарюсь. Стой здесь, - сказал Шурик, и торопливо направился по знакомому маршруту.
Через несколько минут он выскочил из подъезда, крепко прижимая что-то к груди под курткой.

В квартире Кабан снял полушубок, оставшись в черном костюме с атласными воротником и манжетами, и в валенках. Потопав валенками и сбив с них прилипший снег, Кабан прошел на кухню и выставил на стол коньяк и две банки шпрот.
- Во! Дождался! Буду пить коньяк и закусывать шпротами! Ты знаешь, сколько времени я об этом мечтал? Присаживайся!
- Так это, закусить чего - нибудь, картошки пожарить.
- Да нахрена твоя картошка? Присаживайся давай! Тебе что, мало?

Шурик торопливо достал из шкафчика две стопки, и две вилки из нержавейки. Вилкам было много лет, они были подарены им с женой на свадьбу какими - то родственниками. Теперь от столового набора остались только эти две вилки, остальные предметы затерялись во времени.

Дернув за колечко, Кабан вскрыл банку шпрот, и пальцами достав одну копченую рыбку, торопливо сунул ее в рот. Восторженно зажмурившись, он пожевал немного, и, сглотнув, распорядился:
-Наливай, Шурик!

Коньяк закончился быстро. Кабан не хотел медлить, и поминутно торопил Шурика. Выпили за здоровье, за родителей, за Кабана, за детей. Шурик достал водку, и вскрыл вторую банку шпрот. Кот, учуявший деликатес, коротко царапнул его за ногу, и Шурик незаметно опустил одну рыбку в жаждущую пасть Рыжего. Кабан был весел, хвастался своим влиянием среди урок, и обещал Шурику непробиваемую «крышу».Зачем она ему нужна, Шурик не понял, да и не задумывался над этим, поддакивал Кабану, и вдумчиво жевал копченых рыбок, утирая масляные губы рукавом. Он уже плохо слышал собеседника, и на какой-то вопрос Кабана не ответил, уставившись пьяным, задумчивым взором в заиндевевшее окно.
- Алё, тормоз, ты где? - донеслось до его слуха.
- Тут я, Кабан, - ответил Шурик, очнувшись.
- Какой я тебе Кабан, ты, охнарик? Это братанам я Кабан, а тебе, гнида, Игорь Николаевич! Понял, ссука?
- Да ладно тебе, Игорь, сорвалось просто...
- Чо ладно - то, чо ладно? Ты мене не тычь, я тебе не Иван Кузьмич! Ну - ка, кто я?
-Да ладно, Игорь, - Шурик никак не мог взять в толк, с чего Кабан так взъелся, - То есть Игорь Николаевич, все путем!
- Громче скажи, не слышу!
Шурик помолчал, покачивая головой, и внезапно в его пьяном мозгу возникла мать, умирающая от рака, печально смотрящая на него, и страдальчески шепчущая:
- Сашенька, Сашенька, как же ты будешь без меня?
Он поднял голову, и сфокусировав расплывающееся зрение на бледном, с нездоровым румянцем, лице Кабана, глухо произнес:
- Да пошел ты, пидор!

Ошеломленный Кабан несколько секунд смотрел на Шурика, словно не веря собственным ушам, а потом схватил вилку, и нанес ему удар точно по сонной артерии. Из раны неудержимым потоком хлынула кровь. Шурик попытался зажать рану руками, но это было уже невозможно. Кровь просачивалась между пальцами и быстро залила всю его грудь. Он упал головой на стол, и удивленно прошептал:
- А и не больно..

Мать подошла к нему, веселая и улыбающаяся, взяла за руку, и повела прочь из прокуренной кухни туда, где на полях цветет белоснежный хлопок, и вежливые мужики в полосатых халатах и вышитых тюбетейках продают жирный плов с мясом, и настоящий бараний шашлык. И рассерженный отец стоит у свежевырытого арыка, и ехидно спрашивает:
- Ну что, набегался? Марш домой!
И это было так прекрасно, вернуться домой, к маме и папе, что слезы радости выкатились у него из открытых глаз на залитый кровью стол, и остались там, затерявшись в тяжелых, мрачных сгустках.




Прикрепления: 7653305.jpg(3.1 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Суббота, 19 Май 2012, 15:27 | Сообщение # 6
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3


День победы

Витьке Пряхину казалось, что день задался с самого утра. В школу идти не надо было по причине выходного дня, а домашние и личные дела удавались ему сегодня не просто легко, а с блеском. Даже отец, обычно немногословный и скупой на похвалу, глядя на кристалльно -прозрачные оконные стекла, с улыбкой произнес:
- Ну, Витек, классно! Здорово вымыл!

Пропылесосив палас, и протерев влажной салфеткой все горизонтальные поверхности, Витька и сам не заметил, как оказался около платяного шкафа. В который раз за последние полгода он открыл дверцу, и вновь с грустью и гордостью, провел ладонью по рукаву дедова парадного кителя. От его прикосновения китель легко качнулся, и медали, нежно звеня, поздоровались с мальчиком. Прослушав звон еще раз, он сурово сдвинул брови, и решительно закрыл шкаф. Деда больше нет, и китель останется висеть на плечиках, как память о полковнике Пряхине, замечательном артиллеристе, который прошел всю Великую войну от начала и до конца.

Дед умер в ноябре, в возрасте девяноста лет, не дожив до очередного празднования Дня Победы. Вообще-то Витьке он приходился прадедом, но для всех в их большой семье он был просто Дедом. До последнего дня Дед оставался деятельным и энергичным, и только глубокие морщины на лице, и узловатые пальцы рук выдавали его возраст. Он и умер не в постели, а за письменным столом, правя свои мемуары. Не признавая официальной истории Великой Отечественной, Дед предельно правдиво, с ужасающими подробностями рассказывал в своих воспоминаниях о пройденном им горьком пути, о тяжелых людских потерях, о великих людях, которые выстояли и победили.

В прошлом году Дед впервые взял Витьку с собой на праздничную встречу ветеранов. Для двенадцатилетнего мальчика это было большое событие. Под руководством Деда он неумело, но старательно начищал мягкой тряпочкой многочисленные дедовы медали и ордена, с гордостью разглядывая их, и читая надписи на воинских наградах. Его отец также служил в артиллерии, и у него было немного медалей, но отцу не пришлось воевать. Витька был этим слегка раздосадован, но твердо знал, что уж он-то, в свое время, постарается украсить свой китель не меньшим количеством наград, чем у Деда. А иначе и жить неинтересно!

Для небольшого районного центра, где жили Пряхины, в сквере собралось на удивление много народа. Кто-то из ветеранов пришел со своими родными, кто-то пришел с друзьями, а были и те, кто похоронив своего родственника — ветерана, пришли отдать долг памяти вместо него.

Витька с удивлением и восторгом разглядывал пеструю толпу ветеранов, звенящую медалями, и сверкающую боевыми орденами. Он с удовольствием, открыв рот, слушал воспоминания старых воинов, подпевал незатейливому пению военных песен под старенький аккордеон, и с аппетитом угостился вкуснющщей пшенной кашей из настоящего солдатского котелка.

И вот Деда не стало! Витька печально вздохнул, и решил, что завтра, 9 мая, обязательно пойдет в сквер. Вместо Деда. Пусть все знают, что Пряхины не подведут. И если один упал, на его место встанет другой!

А пока мальчик решил погулять, благо погода была хорошая, светило солнце, и ветер, так надоевший Витьке, утих. Он прошелся по двору, но никого не встретив, свернул за угол и пошел по улице. Редкие прохожие спешили по своим делам, и на мальчика никто не обращал внимания. Лишь парень лет двадцати, стоящий у стены дома, внимательно и пытливо посмотрел на Витьку. Мальчик отчего-то забеспокоился, но решив проявить характер, с независимым видом , не глядя на парня, продолжал идти мимо него.
- Эй, пацан! Не поможешь?
- Что?- удивленно спросил Витька. - Что вы сказали?
- Помоги, будь другом! Дверь захлопнулась, а ключи дома остались. Залезь в форточку, открой дверь, а?
- Так я, это..,так не пролезу же.
- Пролезешь, только куртку сними. Я подержу.
- Ну я не знаю.., ну давай.

Как-то неудобно было отказать парню. С каждым же может быть такое. С Витькой, правда, не бывало, у них дверь не захлопывается, но вообще может быть.Надо помочь человеку. Витька со вздохом снял куртку и передал ее парню. Тот, зажав куртку подмышкой, подхватил Витьку за талию, и, оглянувшись по сторонам, приподнял его прямо к открытой форточке квартиры первого этажа. Мальчик ухватился за раму, и подтянувшись, неловко, головой вперед сполз на подоконник уже внутри квартиры.

В комнате, куда попал Витька, было тихо. Круглый стол под вязаной скатертью был завален газетами, в углу виднелся древний телевизор, марку которого мальчик не смог определить, у входа стоял платяной шкаф,с приоткрытой дверцей. Проходя мимо него Витька машинально заглянул внутрь, и оцепенел. Блеск медалей так живо напомнил мальчику Деда, что он не утерпел, и ласково прикоснулся к наградам, которые знакомо и мелодично зазвенели. Китель был другой, не цвета морской волны, а синий, и на узорчатых погонах была вышита одна большая звезда.
- Генерал,- подумал Витька.-Точно, генерал.

Неторопливо закрыв дверцу шкафа, он прошел к выходу, и легко открыл скрипучую дверь. Парень уже был там.Нервно оглядываясь, он сунул куртку Витьке, и шагнув за порог, за плечо выставил мальчика на площадку, торопливо прошептав свистящим шепотом:
- Спасибо, братан! Ты мне здорово помог! А теперь давай домой.Спешу я очень.

Накинув куртку, мальчик вышел из подъезда, и продолжил свой прерванный путь. Парень показался ему странным, но генеральский китель в квартире примирял Витьку с ним. Ведь генерал тоже был ветераном, а парень был как видно его родственником. Иначе, что ему там делать?

С этими мыслями Витька дошагал до киоска, купил мороженое, и уселся неподалеку на скамейке, старательно облизывая лакомство. Мороженое было замечательным, день был замечательным, и все было прекрасно!

Наслаждаясь мороженым, он лениво следил за прохожими, не особо приглядываясь к ним, но моментально встрепенулся, увидев знакомое лицо. Тот самый парень с сумкой в руке торопливо шагал по улице, не замечая Витьку, сидящего на скамейке. Отчего-то Витька насторожился, напрягся, и ни с того-ни с сего решил пойти следом за парнем. Словно почувствовал, что дело неладно.

Парень целеустремленно шагал к одному ему ведомой цели не оглядываясь, и вскоре свернул в узкую подворотню старого, полуразрушенного дома. Повинуясь неясному чувству тревоги, Витька осторожно, стараясь не шуметь, скользнул в грязную, полутемную подворотню, и попал в захламленный дворик. Поломанные доски, битый кирпич, тряпки и бумаги покрывали толстым слоем все пространство двора, кое-где возвышаясь отвратительными на вид кучами. Да и запах здесь стоял соответствующий. Мальчик пригнулся, и сделав пару осторожных шагов, притаился за одной из куч мусора. Во дворе было тихо, только с улицы, через арку в толстой стене, неясным фоном доносился шум редких машин.

Витька замер, чутко прислушиваясь, и стараясь понять, где находится парень. Его усилия увенчались успехом, и он услышал донесшийся из дальнего угла дворика неясный возглас. Затем раздался настолько знакомый звук, что Витька оцепенел. Звон медалей, тесно устроившихся на дедовом кителе. Ни с чем несравнимый. Мальчик встряхнул головой, словно пытаясь очнуться, но знакомый звук не пропал. Кто-то тряс китель с наградами, и они весело и мелодично звенели.

Витька выпрямился, и уже не таясь, направился туда, откуда доносился звон. Обходя кучи мусора, и стараясь не наступать в особенно загрязненные участки двора, Витька , за очередным нагромождением хлама обнаружил знакомого парня, который при виде мальчика вскочил с поломанного деревянного ящика, и угрожающе воскликнул:
- Ты, пацан! Тебе чего здесь надо? Ты что, падла, за мной следишь, что-ли?
Витька молча смотрел во все глаза на знакомый синий китель, увешанный наградами, и лежащий на грязной земле.Возмущение, удивление перед людской неблагодарностью, гнев на самого себя, и на парня, стоящего перед ним так переплелись между собой, что он осипшим голосом только и сумел выдавить из себя:
- Как можно? Это ведь с войны! Ведь люди воевали! За нас воевали!
Парень сделал скучающее лицо, и гнусно ухмыляясь, сказал:
- А ты чо, не просек, как я тебя купил? Ты же сам и слямзил эти побрякушки. Нет, скажешь?А кто в фортку лазил?
- И громко захохотал.
- Ах ты сволочь, - взъярился Витька. - Дурачка из меня делаешь? Да люди за эти побрякушки кровь проливали, с фашистами воевали. А ты хуже фашиста.Ты- предатель! Таких уничтожать надо!
- Но-но, щенок, умолкни, иначе я тебя здесь и закопаю, понял? Сто лет никто не найдет. А мне за эти железки нехилые бабки дадут.И ищи меня -свищи!
- Отдай! Это не твое! Это генерала! Он ветеран! А ты у него все награды украл! Отдай, говорю!
- И Витька бросившись вперед, схватил китель, снова звякнувший наградами. Но внезапно в глазах его потемнело, в голове вспыхнула ужасная боль, и он потерял сознание.

Очнувшись, и с усилием открыв глаза, Витька увидел спину парня, который помахивая сумкой, уходил прочь, перешагивая длинными ногами мусорные развалы. Освобожденный от наград китель грязной тряпкой валялся в луже нечистот. Сквозь боль, замутившую рассудок, мальчик ужаснулся тому, что ордена и медали, завоеванные ветераном в боях, будут проданы на рынке, словно горсть семечек, как никчемные безделушки. Он в отчаянии приподнялся, сжал кулаки, и внезапно ощутил, что правой ладонью сжимает обломок кирпича. Не размышляя, Витька встал во весь рост, и изо всех сил метнул обломок в спину вора. Тот удивленно вскрикнул, покачнулся, и упал ничком в кучу пустых пластиковых бутылок, которые подскакивая, веером вылетели из под тяжелого тела.

Витька сорвался с места, и, подвывая от боли в голове, побежал к упавшему. Вор лежал недвижимо. Кусок каленого кирпича попал ему в затылок, пробив кожу. Кровь тонкой струйкой текла из небольшой ранки по коротким волосам, и окрашивая ухо, капала на землю. Витька ошалело уставился на парня, и, еле совладав с собой, потряс его за плечо. Вор негромко застонал и что-то невнятно произнес.
- Жив, жив!- с облегчением подумал Витька.

Мальчик огляделся по сторонам, и увидев кусок грязной бельевой веревки, подобрал его, свел руки вора за спиной, и неумело, но крепко связал их. Закончив эту тяжелую работу, он поднялся, вытер грязными руками лицо, размазав слезы по щекам, крепко сжал губы, и, достав из внутреннего кармана куртки мобильник, испачканным пальцем твердо нажал «02».
Прикрепления: 6639444.jpg(120.4 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!

Сообщение отредактировал geber - Суббота, 19 Май 2012, 18:32
 
wasillevich1 Дата: Суббота, 19 Май 2012, 19:17 | Сообщение # 7
Долгожитель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 1460
Награды: 41
Репутация: 29
geber, С новосельем Вас, Евгений Степанович!
Замечательные, из жизни, у Вас рассказы. Буду заходить, читать.
Жду следующих.


Юрий Мацегор
 
geber Дата: Суббота, 19 Май 2012, 20:54 | Сообщение # 8
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3
Спасибо! Выставлю еще.

И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Суббота, 19 Май 2012, 21:52 | Сообщение # 9
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3

Гнев

Едва на экране телевизора Леонид Якубович с фальшивым удивлением восторженно завопил- Сектор при-из!!!, - как Манька, крохотная собачка непонятной породы, остервенело залаяла у входной двери. Василий Леонидович, новоиспеченный пенсионер и глава семьи, неохотно оторвался от телевизора, поднялся с кресла, и, успокоив собаку, посмотрел в дверной глазок. В сфере обзора ничего подозрительного не было, но в нюхе Маньки Василий Леонидович не сомневался. Чужих она чуяла за версту. Так что в подъезде кто-то был.

Василий Леонидович с женой жили в старом, довоенной постройки трехэтажном доме с осыпающейся штукатуркой, аварийной сантехникой и плохим отоплением. Дом стоял на окраине крохотного рабочего поселка, обслуживающего небольшой механический завод. От города к нему вела только одна дорога, и два раза в день рейсовый автобус соединял их поселок с цивилизацией.

На выходные дом пустел. Жильцы старались развлечься в городе, навестить родных, хоть как-то скрасить унылую повседневную жизнь. А за квартирами в их отсутствие неизменно просили приглядеть Василия Леонидовича. Пенсионер оставался дома, потому что ехать ему было некуда. Дочь Ольга с мужем жили за тысячу километров, в Архангельске, приезжали редко, что было неудивительно по нынешним временам. Дочь, бережливая до скаредности, умела считать деньги, и редко раскошеливалась на поездку к родителям.
Конечно, благодарные соседи не оставались в долгу, и неизменно баловали бдительного стража всякими вкусностями, привезенными из городских супермаркетов. На пенсию Василия Леонидовича проводили недавно, так что не привыкший к безделью, спокойный и добропорядочный, он сам искал себе занятие, и с охотой выполнял просьбы соседей.

Вот и сейчас, кроме глухой семидесятилетней старухи в квартире наверху и нашего героя с женой, в подъезде не должно было быть никого постороннего. И неожиданный лай собаки настораживал.

Отперев тугой замок, пенсионер перешагнул порог, и огляделся. Было тихо, но на верхней площадке почему-то не горело освещение. Манька сунулась было через порог, но Василий Леонидович отпихнул ее ногой и вернулся в квартиру. Следовало подготовиться ко всяким неожиданностям. Он взял стоящую в углу наготове автомобильную монтировку, и вынул из кармана висящей на гвозде куртки фонарик. Жена из комнаты спросила:
- Вася, кто там?
- Не знаю пока, сейчас посмотрю. Если что, вызывай полицию.

Тяжело вздохнув, Василий Леонидович снова открыл входную дверь, и вышел на площадку. Засветив фонарик, и крепко сжимая в правой руке монтировку, он неспешно и осторожно стал подниматься по лестнице. Подсвечивая себе под ноги, он внезапно увидел что-то большое и темное, лежащее на ступеньках. Осторожно ткнув это темное монтировкой, пенсионер уже представил себе будущие неприятности с полицией, когда, по его мнению « убитое тело мертвого человека», издало хриплое рычание, и до Василия Леонидовича донесся противный запах перегара.
- Алкаш! Вставай! Ты чего тут пристроился? - спросил чуть успокоившийся пенсионер.
- Ты это, извини, папаша, - жалобно прохныкал мужской голос, - я тут погреюсь, а то погибну на улице.
- Кой черт ты погибнешь, на улице плюс четыре? Октябрь еще, не зима. Уматывай давай, пока я полицию не вызвал.
- Да я тебе что, помешал? Сердца у тебя нету. Я же только до утра, а потом уйду.
- Нет уж, мотай отсюда, тебе говорят! Вставай! - И Василий Леонидович еще раз ткнул бомжа стальной монтировкой.

Тот ворча поднялся, и, протиснувшись мимо Василия Леонидовича, медленно пошагал вниз. При свете фонарика пенсионер внимательно рассматривал незваного гостя. На вид ему было лет сорок. Затертая и порванная по швам черная куртка в пятнах грязи, и серые брюки с характерным пятном между ног подсказали, что постоялец регулярно пьет горячительные напитки, и страдает недержанием мочи. Запах от него шел соответственный, так, что Василия Леонидовича чуть не вывернуло наизнанку.
На освещенной площадке бомж остановился , и, подняв к спускающемуся за ним пенсионеру небритое лицо, плаксивым голосом запричитал:
- Отец, ну не выгоняй ты меня! Ну что я тебе плохого сделал? Ну посплю здесь ночь и уйду. Ну отец...
- Не сделал, так сделаешь. Уходи отсюда, тебе говорят. Ищи ночлег в другом месте, а тут тебе не гостиница.
- Бессердечный ты мужик, папаша! Разве ты человек? Не человек ты! Разве...
- Иди-иди отсюда, пока я не рассердился. А то в обезьяннике ночевать будешь.

С укором взглянувший на Василия Леонидовича бомж повернулся, и не спеша зашагал вниз, помахивая пластиковым пакетом, оказавшимся у него в руке. Спустя минуту в подъезде хлопнула дверь, и воцарилась тишина.

Пенсионер прошелся по подъезду, подергал за ручки двери запертых квартир, и, успокоенный, вернулся домой.

Встревоженная жена торчала в прихожей, и, увидев входящего мужа, спросила:
- Ну что там?
- Бомжара решил поселиться. Я его прогнал.
- Ушел? Ты бы поосторожнее, Вася!
-Ушел! Да куда ему деваться? Против лома нет приема! - И Василий Леонидович довольно захихикал.

В девять вечера, согласно заведенному распорядку, Манька собралась гулять. Она подошла к хозяину, и, виляя пушистым хвостиком, стала обращать на себя его внимание. Василий Леонидович кряхтя поднялся, и ласково сказал своей любимице:
- Да иду я, Маня. Иду уже!
Одевшись потеплее, и, взяв подмышку собачку, он вышел из квартиры, и стал спускаться вниз. Против обыкновения Манька, покорно транспортируемая на прогулку, в этот раз завозилась, и принялась коротко взлаивать, как тогда, когда учуяла незваного гостя. Василий Леонидович остановился, и с сомнением посмотрел на Маньку.
- Тут он, говоришь? А ну-ка давай посмотрим!

Резво поднявшись по ступенькам, и увидев лежащее на лестнице «тело», он в раздражении ударил носком ботинка в бедро непокорного бомжа, и грозно закричал:
- Ты! Бомжара! Я тебе что сказал? Ты что, не понял. что ли? Выметайся отсюда, и чтобы духу твоего здесь не было. Еще раз увижу - звоню в полицию.
- Отец, - снова заскулил бомж,- ну не гони ты меня. Погибну я ведь на улице! Собаку, вон, жалеешь, на руках носишь, а меня гонишь. Ну что тебе стоит? Или, правда, сердца у тебя нет?
- Пошел вон, я тебе сказал! Пошел! - И снова ударив бомжа ногой пенсионер отступил в сторону.

Сгорбившийся мужчина поднялся со ступенек, и, по прежнему причитывая, стал спускаться по лестнице.
- Отольются тебе мои слезы, папаша, вспомнишь ты меня. Не человек ты, не челове-ек! Гонишь меня на мороз, на смерть меня гонишь. Хуже, чем к собаке ко мне относишься. Покарает тебя Бог, вот увидишь.
- Иди уж, сволота, повадился тут! Хватит уже скулить, выметайся!

Следом за бомжом Василий Леонидович спустился вниз, и вышел на улицу. Уже стемнело, но под фонарем, ярко горевшим у дома, было светло и уютно. Как всегда осенью, пока еще не выпал снег, свет фонаря имел резкую границу, за которой был уже непроглядный мрак.

Бомж пересек освещенное пространство, и удалился в темноту. Некоторое время слышался только звук шагов, а затем тишину прорезал его пьяный голос:
- Не человек ты, папаша, сволочь! Не по христиански поступаешь! Собаку пожалел, а меня выгнал. Не будет тебе счастья! Проклинаю я тебя! Не человек ты!
- Пошел, пошел отсюда, гад! Щас в полицию позвоню! Ты у меня попроклинаешь! Сволота!
- Проклинаю я тебя, и весь род твой, и всех детей твоих, и жену твою, сволочь! Всех проклинаю! И тебя трижды проклинаю! Не человек ты, потому проклинаю! Да будь ты проклят во веки веков! Да чтоб ты провалился, гад...!

Василий Леонидович молча слушал проклятия никчемного бомжа, и в его душе медленно нарастала тяжесть. Что-то темное, древнее поднималось из глубин его существа, то злое, что требовало наказать, убить обидчика. Он представил, что проклятия вонючего бомжа сбываются, и жена заболевает неизлечимой болезнью, дочь разводится с мужем и идет на панель, внучка, двенадцатилетняя Карина, попадает в грязные лапы маньяка, а сам он, потеряв крышу над головой, идет бомжевать по Великой Руси. Безумие мгновенно затопило его целиком, кровь ударила в лицо. Скрипнув зубами, пенсионер огляделся по сторонам, и увидел под деревом метровой длины палку.
- Эх, нет монтировки, не догадался, -прошептал он, - но я его и палкой ухайдокаю!

Он осторожно опустил на землю Маньку, которая сейчас же деловито побежала в кустики, и поднял палку, которая оказалась обрезком стальной водопроводной трубы. Взвесив ее в руке, Василий Леонидович резво побежал на звук проклятий. Бомж, увидев, что пенсионер бежит к нему, тоже решил что надо дать тому бой, и сам ринулся навстречу Василию Леонидовичу. Они встретились на границе света и тьмы. Пенсионер в ярости взмахнул трубой, и обрушил ее на голову бомжа, прикрытую грязной шапкой. Тот удивленно ойкнул и присел, не ожидав такого сопротивления. Василий Леонидович снова размахнулся, и ударил бомжа тяжелой железякой по спине. Следующий удар пришелся по выставленной вверх руке. Бомж опять ойкнул, и, поднявшись, попытался перехватить импровизированное оружие, но пенсионер оказался сильнее. Вырвав трубу из слабой руки алкаша, Василий Леонидович принялся лихорадочно молотить железкой почти наугад. Налитые кровью глаза мало что видели, но он продолжал избиение, пока в его мозгу что-то не щелкнуло, и тихий внутренний голос не сказал:
- Остановись! Ты его сейчас убьешь!

Избитый бомж сидел на корточках, прикрыв голову окровавленными руками, и, раскачиваясь, тихо стонал. Василий Леонидович с трудом опустил руку с уже занесенным орудием, и, задыхаясь, сказал:
- Уходи! Слышишь? Уходи! И больше никогда...

Тут он совсем задохнулся и закашлялся. Сердце выпрыгивало из груди, в висках молотило, наплывала дикая головная боль.
- Уходи, пока я тебя не убил, - снова, уже тихо сказал он, собрав все силы.

Бомж опасливо взглянул из под руки на грозного пенсионера, и, осторожно передвигаясь на корточках, уполз в темноту. Послышались торопливые шаги, и уже из дали донесся его рыдающий голос:
- Я тебя посажу, дед! Слышишь, сволочь? Посажу, так и знай!

Отбросив в пожухлую траву ненужную теперь трубу, Василий Леонидович, утерев пот с лица, пошатываясь от избытка адреналина, тяжело зашагал домой.

Добредя до подъезда, он остановился подобрать Маню, кружившую возле его ног, но, наклонившись, потерял равновесие, и тяжело, вниз головой, упал на сырую землю. Слева, в груди что-то сжалось в обжигающий тело комок, и Василий Леонидович потерял сознание.

Очнувшись, еще не открывая глаз, он почувствовал на своем лице быстрые, влажные прикосновения горячего собачьего языка, и услышал жалобные поскуливания.
- Все, все, Маня! Я встаю уже. Живой я, живой.

Со стоном поднявшись, ощущая необычную для его крепкого тела слабость, Василий Леонидович поднял на руки выражавшую восторг Маню, и, отпыхиваясь на каждой площадке лестницы, поднялся в квартиру. Войдя в прихожую, он опустил на пол собаку и обессиленно привалился к стене.

Жена, задремавшая на диване, встрепенулась, и, зевая, спросила из комнаты:
- Пришли? Ну что, хорошо погуляли?
-Отлично! - ответил Василий Леонидович.
Прикрепления: 8595040.jpg(15.9 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Суббота, 19 Май 2012, 21:55 | Сообщение # 10
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3


Обманщик


Вообще-то Зинка Николаева замуж и не собиралась. Плохо ли ей было ? К своим шестидесяти она сохранила крепкую фигуру при небольшом росте, нормальный цвет лица для ее возраста, хорошее здоровье и массу энергии. У нее была трехкомнатная квартира на втором этаже, в которой она проживала вместе с дочерью и внуками, небольшая дачка и кирпичный гараж, который остался после выгнанного прочь зятя. Зять был так себе: денег зарабатывал мало, купленные «Жигули» вдребезги разбил по пьянке, на дачке работать не любил...А потом вообще спутался с какой-то...Та ему все эсэмески слала. «Люблю»,мол, и так далее. Ну, Зинка почитала эсэмески, да его и выгнала. Он сначала все на работе ночевал, но потом подцепил еще какую-то дуру, да с ребенком. Сняли они квартиру в городе и, по слухам, живут себе...

А дочка сразу после развода появилась с другом. Ну, бойфренд сейчас называется. Зинка догадалась, что этот бойфренд у дочки еще до развода был, да молчит. А что теперь скажешь? И кто виноватее? И живет теперь дочка с бойфрендом, тоже квартиру снимают. А Зинка с внуками осталась. Вернее, с внучком шестилетним, с Павлушкой. Внучка, семнадцатилетняя девица, нашла себе жениха и быстренько переселилась к нему. Жених вроде парень неплохой, не обижает Ленку, работать не заставляет, все сам делает. Ленка только наряды меняет.

Ну да речь не о них.

Решила Зинка по осени порядок на дачке навести. Взяла грабли, сгребает себе бурьян в кучку, а на соседнем участке шабашники к даче пристройку делают. И привязался же к Зинке их бригадир. Полненький, кругленький, невысокого роста...как раз Зинке подстать. Блондин. Помоложе, правда, лет на несколько...ну да ведь не старше. И болтает, и болтает, и болтает. Уболтал Зинку. Правда, как мужчина, он Зинке не понравился. Ну да на безрыбье... Был у Зинки до него в любовниках один мужчина, женатый правда, но настоящий мужчина! Да вот беда, жахнул его инсульт прямо на Зинке, она и скорую вызывала. Ну и кончился этот мужик, как мужчина. Сам-то ничего, нормально, а вот с этим делом проблемы...

А Леша, бригадир-то, прямо в раж вошел. Давай, говорит, поженимся. У меня квартира в Москве, Фольксваген, не новый, правда, но есть. Тоже в Москве в гараже стоит. Зарабатываю я хорошо, будешь как сыр в масле кататься. Давай, поженимся! И, через неделю уже подарил Зинке цепочку золотую с подвеской. Подвеска-то с ярким красным камушком. Понравилась цепочка Зинке. И подвеска тоже. А Леша съездил в город и привез Зинке целый воз всяких вкусностей. И конфет и торт и буженину и икру. Красную. И вина привез. Ели-ели Зинка с Павлушкой , все не съели, не сумели. Зинка и вина выпила. Хорошее вино, крепкое. А Леша-то вина не пьет. У него, оказывается, тоже недавно инсульт был, но слабый. Быстро Леша отошел. Только вот с этим делом....проблемы. А Зинке надо. Она уж и подружкам говорит:
-Все бы хорошо, да, боюсь, любовника заводить надо будет. По деньгам-то он меня устраивает. А в постели нет. Слабоват!

Ну переселился Леша к Зинке. Работу свою спервоначалу не бросил, приезжал к Зинке на выходные, а неделю вкалывал на разных стройках. Привозил сумки агромадные с продуктами, колечки золотые Зинке дарил, купил ей куртку хорошую, кофточек кучу и новую обувь. И про Павлушку не забывал. Зинка сразу как-то раздобрела, ходить стала плавно и с достоинством. С первым-то мужем, электриком-алкашом, она только летала...То от стены к стене, то в дверь. Хорошо хоть развелась. А то все летала бы.

Даже шляпу ей Леша купил. Выглядела Зинка в шляпе, конечно, средне, если не сказать хуже, но важно что? Уважение!

А через полгода явился Леша с вещичками и сказал, что уволился из этой фирмы по собственному желанию. Мол, найду работу поближе. Чтобы не уезжать надолго.

С месячишко Леша отдыхал, ходил за грибами и на рыбалку, помогал Зинке по хозяйству. Про работу и не заикался. Потом деньги, привезенные Лешей, стали кончаться и он сказал, что поедет получать расчет. Мол, ему много причитается, может сразу все и не отдадут. Ну, хоть сколько! Уехал.

Приехал Леша через три дня с такой мизерной суммой, что и говорить-то о ней не хочется. А Леша-то и говорит:
-Задумал я, Зина, поменять окна в квартире на пластиковые. Перед отъездом замерил я их и, едучи домой с деньгами, заехал в фирму, которая устанавливает окна и сделал заказ. На все деньги. Как только изготовят окна по моим размерам, так привезут и установят.
Зинка рада до безумия. Многие соседи ее уже поставили себе пластиковые окна, только Зинке они не по средствам. Какие окна с ее пенсией? Обняла она Лешу, поцеловала.
-Молодец ты у нас, Леша! Хозяин!

Живут себе дальше. На Зинкину пенсию. Буженину, конечно, не покупают, но на хлеб и молоко хватает. Леша исправно ходит на рыбалку, про работу и не заикается. Зинка-то ему и говорит:
-Леша, ты на работу-то когда думаешь?
-К осени ближе. Мне обещали что место освободится в одной фирме. Охранником.
Вздохнула Зинка. Ну что ж, охранникам тоже деньги платят. Не такие, как шабашникам, но все же...
-А ты что же, все деньги на окна потратил?
-Нет, поеду в фирму, мне еще должны.

Поехал Леша снова. Взял у Зинки денег на дорогу и отбыл. Через три дня приехал. Без денег.
-Леша, где же деньги-то?
-Не дали, сказали потом отдадут.
-Как же, отдадут тебе, - осердилась Зинка. - Хотели бы отдать, отдали бы сразу, а теперь- пиши пропало!
-Ну что ж я сделаю!

Живут дальше. Без денег, на Зинкину пенсию. Леша про работу и не заикается.

А тут разговорилась Зинка с соседкой, у которой уже стоят пластиковые окна, да похвасталась, что и у нее скоро такие будут.
-А какой фирмы? -спрашивает соседка.
-А я и не знаю.
-Так замерщики-то приезжали от фирмы.
-Нет, у меня Леша сам замерял.
-Такого не бывает! Сначала замерщики должны приехать и сами все замерить. Они по чужим замерам не работают.
Кинулась Зинка к Леше, подняла его с дивана, стала допрос учинять.
-Признавайся, заказал окна?
-Конечно заказал!
-Какой фирмы?
-А.......!!!
-Так ты и про квартиру в Москве соврал и про Фольксваген? Признавайся, гад!
-Что ты, Зиночка, все есть, и квартира и Фольксваген. Хочешь, я завтра на нем приеду? Только у меня прав нету. И денег нету.
-Так, слушай сюда! Завтра утром ты выметаешься к чертовой матери со своими вещичками и чтобы я тебя больше не видела! Нет мужика и ты не мужик!
-Хорошо, Зиночка!

Вечером Зинка, на всякий случай, собрала все даренное золото и спрятала себе под подушку, благо что обманщик был отселен на диван в другую комнату, к Павлушке. Кошелек с остатком пенсии также уютно устроился под ее подушкой. Она поплотнее укрылась одеялом и крепко уснула.

Наутро Леша разбудил ее рано. Он был уже одет и у ног его стояла сумка.
-Зиночка, дай мне денежек на дорожку.
-Нет у меня денег!
-Ну мне же как-то ехать надо...
-Ну и езжай, как знаешь!
-Зиночка, я хотел колечко золотое взять, помнишь я тебе дарил? Только я не нашел.
-Пошел вон!
-Зиночка, я же много тебе дарил! Дай хоть одно колечко!
Разгневанная Зинка сгребла золото из-под подушки и молча швырнула его в лицо обманщику.
-На, подавись!

Леша наклонился, поднял одно тоненькое колечко, положил в карман, взял сумку и вышел. Зинка тут- же соскочила с кровати, пала на колени и принялась собирать разбросанное золото, приговаривая:
-Иди-иди, дурак какой, почти все мне оставил! И правильно! Я для него ничего не жалела. Теперь все мое.

И на лице ее появилась улыбка облегчения и безмятежности.





Прикрепления: 2829963.jpg(140.2 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
wasillevich1 Дата: Суббота, 19 Май 2012, 22:03 | Сообщение # 11
Долгожитель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 1460
Награды: 41
Репутация: 29
geber,

Господи, сколько зла в людях! Много раз слышал,
как люди высказываются о бомжах, как о животных. Но не все же они опустились до такой "жизни" добровольно, просто так. Что-то заставило их стать такими...


Юрий Мацегор

Сообщение отредактировал wasillevich1 - Суббота, 19 Май 2012, 22:03
 
geber Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 15:36 | Сообщение # 12
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3

Ревность

-Маша, Маша.....,Подожди, Маша, я хочу с тобой поговорить!

Солнце пекло которую неделю, трава на газонах высохла, листья на деревьях свертывались в трубочку от высокой температуры. Даже в тени было нечем дышать, а уж на открытом пространстве казалось что солнечные лучи проникают прямо в мозг.

Маша Белова, страдающая от жары пятидесятилетняя женщина недоуменно завертела головой, не понимая, кто же ее зовет?
-Маша, я здесь, посмотри наверх, это я, Алла!

Маша подняла голову, и увидела на балконе третьего этажа Аллу Андреевну, толстую восьмидесятилетнюю старуху, которая перегнувшись через перила, махала ей рукой. Одета была Алла Андреевна только в короткую ночную сорочку, из под которой были видны ее столбообразные отечные ноги.

Алла была больна уже давно, и очень редко отваживалась выходить из своей квартиры. Лифта в пятиэтажке , конечно же, не было, а спуститься с третьего этажа она соглашалась только в случае крайней необходимости, и с помощью своего мужа, Юлия Михайловича, который был моложе ее на четыре года и держался еще молодцом. Михалыч, как звали его во дворе, был подполковником в отставке, заядлым рыбаком, и любителем поболтать с другими пенсионерами на самые разные темы. Он звал свою супругу Бомбой, и частенько подтрунивал над ее избыточным весом, на что Алла обижалась, но ненадолго. Еще он любил выйти утром в трусах на балкон, и громогласно возопить:
-Здравствуйте товарищи, алкоголики, дебоширы, пьяницы!, У нас сегодня щи и завтра щи ! Мы все товарищи!

И вот сейчас Аллочка, как ее называли во дворе, отчаянно пыталась привлечь внимание соседки.

-Маша, ты знаешь, что мой козел спутался с этой, с первого этажа? Как ее там? Ну, с семнадцатой!
-Да что вы, Алла Андреевна! Не может быть!
-Чего там не может быть! Я же знаю! Я же сердцем чувствую! Спутался, только не знаю, он к ней ходит, или она к нему. Но я выясню! Так выясню, что ей мало не покажется!
Разгневанная Аллочка еще взмахивала своими ручищами, как пингвин крыльями, словно пытаясь взлететь с балкона, а Маша уже лихорадочно решала, кому первой рассказать потрясающую новость.
-Ладно, Алла Андреевна, побегу я, дела у меня. Не расстраивайтесь, все будет хорошо.

Весь день Аллочка была настороже, стараясь не пропустить появления во дворе соперницы. И ее ожидания увенчались успехом. Алевтина, женщина лет шестидесяти, коренастая, с голубыми глазами и носом картошкой, шла к подъезду, помахивая небольшой сумочкой. Ревнивица резво выскочила на балкон, перегнулась через перила, и, не боясь упасть, громко закричала:
- Женщина, женщина! Да, я вам говорю! Подойдите сюда!
Озадаченная Алевтина задрала голову вверх, и, подслеповато прищурившись, спросила:
-Я, что- ли?
-Да, вы! Подойдите, я хочу с вами познакомиться.
-Ну, давайте знакомиться. Я- Алевтина. А вас как зовут?
-Как меня зовут, вам знать необязательно! Достаточно того, что вы знаете, как зовут моего мужа!
-А кто ваш муж? - спросила ничего не понимающая Алевтина.
-Вы мне дурочку из себя не стройте! Ишь какая, не знает она! Видали мы таких! Так и норовят мужа увести! А притворяются, что ни при чем!
-Да вы о чем, женщина? Какой муж? У кого я увела? - удивилась Алевтина? - Вы что, с ума сошли?
В ответ бедная Алевтина услышала о себе массу нелестных отзывов, обидных слов, и еще кучу всякой ерунды. Аллочка перестала контролировать себя, и пошла вразнос. Вообще-то у нее был тонкий, медовый голосок, которым она словно облизывала собеседника, вставляя в свою речь массу ласковых и уменьшительных словечек типа «миленький», «родненький», «золотце мое». Но в ярости ее голос был подобен трубе, горну, который поднимает войска на битву.
В окнах начали появляться заинтересованные лица жильцов, привлеченные громким голосом Аллочки. Многие распахнули створки окон, чтобы слышать все без помех.
Алевтина обвела взглядом весь «амфитеатр», и, опустив низко голову, торопливо зашагала к подъезду.

К вечеру с речки возвратился Михалыч. Все жаркое время суток он просидел на рыбалке, утверждая, что около воды жара переносится легче. На речку, которая текла совсем рядом, в полутора километрах, пенсионер ездил на внучкином велосипеде. Вообще-то, у него в гараже стояла двадцатьчетвертая «Волга», которую Михалыч заводил пару раз в год, чтобы осмотреть, подмазать и в очередной раз пройти техосмотр. Но часто этой машиной он не пользовался, также впрочем, как и большинство стариков, которые не могут себе позволить расходовать дорогой бензин, ну и реакция уже не та, что прежде. Вот и пылятся в их гаражах старые автомобили, никому не нужные, но греющие сердца пенсионеров. Как же, у них есть автомобиль! Не последние люди!

Михалыч завел велосипед в гараж, запер его, подергал воротину, и, помахивая пакетиком с тремя полудохлыми карасями, отправился домой.

Через десять минут на горячий асфальт сверху сочно шмякнулся прозрачный пакетик с карасиками, которые благополучно перенесли полет с третьего этажа и еще вяло шевелились. К ним осторожно, принюхиваясь и присматриваясь, крадучись подбирался ничейный черно-белый кот. Через открытую балконную дверь в знойный воздух двора неслись неразборчивые крики и вопли, послышался звон разбитой посуды. Соседские окна и балконные двери открывались, зрители и слушатели наслаждались очередным скандалом.

Спустя еще пять минут из подъезда торопливо выбежал красный, тяжело дышащий Михалыч, и, по стариковски сгорбившись, протопал к гаражу, где снова вывел велосипед, оседлал его, и покатил в сторону речки. На балкон выскочила Аллочка в цветастом халате не сходящемся на животе, и закричала вслед мужу:
-Давай, давай, беги к ней! Она уже ждет тебя там, наверное! Козел старый! Седина в бороду! Бес в ребро! Давай, беги....
Аллочка задохнулась, и некоторое время стояла, широко раскрыв рот и учащенно дыша. Наконец, она закрыла рот и вошла в комнату. Громко, со звоном, хлопнула балконная дверь.

Стемнело. За углом прошуршали шины велосипеда, и в свете фонаря к гаражу подъехал Михалыч. Он снова неторопливо, со скрипом, открыл тяжелую створку ворот, и завел велосипед внутрь. Закрыв гараж, постоял с минуту, что-то ворча под нос, и направился к подъезду.

У подъезда на скамейке кто-то сидел. Михалыч чуть затормозил в сомнении, но тут темная фигура шевельнулась, и знакомый голос негромко сказал:
-Юлик! Это ты?
Он промолчал, но подойдя, сел рядом с женой. Весь день он провел в раздумьях, считал и сопоставлял, но ничего не понимал. Виноватым Михалыч себя не считал, и вины за собой не чувствовал. Но как объяснить это жене?

-Ты как вниз спустилась? Тебе же нельзя!
-Надо было, вот и спустилась.
-Зачем это?
-Юлик, прости меня! Я ошиблась, дура старая!
-Бомба, ты с ума сошла!
-Я знаю. Я ходила к Алевтине, и она все мне объяснила. Это не ты был. Я ошиблась сослепу. Можешь хоть сколько называть меня Бомбой, только прости меня!

Ничего не ответил Михалыч, только обнял свою ревнивую жену, да покрепче прижал ее к себе. Всякое в жизни бывает, а жизнь- она одна.
Прикрепления: 8966558.jpg(47.7 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!

Сообщение отредактировал geber - Воскресенье, 20 Май 2012, 16:04
 
wasillevich1 Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 18:19 | Сообщение # 13
Долгожитель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 1460
Награды: 41
Репутация: 29
geber,

Quote
Всякое в жизни бывает, а жизнь- она одна.

А жизнь - одна!


Юрий Мацегор
 
geber Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 19:38 | Сообщение # 14
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3

Метель

Разыгралась под утро метель.
Я не спал и сидел у окна,
И смотрел, как кружит карусель
Вихрей снежных, и мглы пелена.

Ниоткуда явилась печаль,
А за ней притащилась и грусть.
И без них мне себя было жаль,
А теперь, я боюсь, разревусь.

Разыгралась под утро метель,
Завывает и в окна стучит.
И давно уж остыла постель,
Что твой запах доныне хранит.

Нежной музыкой в сердце звучит,
память мыслей - печали свирель.
Взгляда влага, и дали магнит,
и никак не уймётся метель...

Добавлено (20.05.2012, 19:31)
---------------------------------------------

Добавлено (20.05.2012, 19:38)
---------------------------------------------
$IMAGE1$
Бумажные самолетики

Самолетов лихих эскадрилью
Запущу я в бездонное небо.
Пусть цветные, бумажные крылья
Их несут в те края, где я не был.

Пожелаю попутного ветра,
Им не сбиться в пути мимо цели.
Чтобы завтра, не позже рассвета,
На крыльцо твое стайкою сели.

Ничего я не жду,что ты, что ты,
И награды другой я не знаю,
Лишь бы ты, уходя на работу,
Улыбнулась, меня вспоминая.

Прикрепления: 9239872.gif(37.1 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!

Сообщение отредактировал geber - Воскресенье, 20 Май 2012, 19:31
 
glukin Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 19:42 | Сообщение # 15
Долгожитель форума
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 2699
Награды: 48
Репутация: 111
"бумажные самолётики" - понравилось
 
geber Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 20:23 | Сообщение # 16
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3


Мы с Марусей

Можно, чуть чуть посижу у тебя на крылечке?
К теплым ступенькам холодной рукой прикоснусь.
Буду смотреть, как туман вырастает над речкой,
Ждать, что придешь обязательно,правда, Марусь?

Вечер спокойный придет, неожиданно теплый,
В ласковый звон тишины с головой окунусь.
Вот уже солнце закатное в речке утопло,
Я не спешу,подожду еще, слышишь, Марусь?

Вот и звезда замерцала над старым забором,
Скоро, надеюсь, рукой до нее дотянусь.
Но засиял небосвод разноцветным узором,
И не найти мне заветную, жалко, Марусь!

Ночь на дворе, остывает ступенька крылечка,
Но ты не думай, тебя я конечно дождусь.
Может быть в этот раз вышла такая осечка,
Мы обязательно встретимся, правда, Марусь?
Прикрепления: 7656832.jpg(27.1 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!

Сообщение отредактировал geber - Воскресенье, 20 Май 2012, 20:24
 
geber Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 20:26 | Сообщение # 17
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3

Дудочка

А в реке вода, и рыбки плавают.
Муть струится над песчаным дном.
Мы с моей подругой,дочкой Клавою
Сядем здесь, на стульчике складном.

Размотаем торопливо удочку,
Сделав взмах, забросим в воду снасть.
И сыграет Клава нам на дудочке,
Чтоб душе к прекрасному припасть.

Пусть она мала, зато умелица,
Так играет-сердце на разрыв!
Как ночной туман над речкой стелется
Дочкин незатейливый мотив.

Птицы не поют, сопелку слушают,
Песню без начала и конца.
И наверно в жизни это лучшее,
Если дочь играет для отца.
Прикрепления: 2702679.jpg(9.2 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 20:29 | Сообщение # 18
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3

Ирис

Чтобы просто выдумать такое,
Цвет, размер и форму совмещая,
Надо, в состоянии покоя,
Вдаль смотреть,о нежности мечтая.

Выбрав подходящую фактуру,
Отщипнуть кусочек небосвода,
У Зари занять чуть-чуть пурпура,
(Пусть не обижается природа).

Облачко,раскатанное тонко,
Раскроить с душой, не по шаблону.
И раскрасить дымчатую пленку
Синим, красным,и чуть-чуть зеленым.

Не забыть пурпурную окраску.
В глубине цветка мазнуть легонько,
И широким взмахом, без опаски,
Зеленью покрасить стебель тонкий.

Наконец, с любовью и терпеньем,
Сотворить изящные изгибы...
Посмотрите на свое творенье.
Только боги так создать смогли бы.

Отображено изготовление цветка из "холодного фарфора"
Прикрепления: 9396815.jpg(32.3 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 20:31 | Сообщение # 19
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3

Не ругай

Не ругай меня, не надо,
не ругай!
Все сегодня
валится из рук.
Унесет бродяга-ветер
птичий грай,
Станет тихо
и светло вокруг.

Заклубится по-над озером
туман,
Вечер будет в окна
заползать.
Облаков седых
неспешный караван
В небесах рассвета
Будет ждать.

Я достану нежно
старенький футляр,
В нем ночует скрипка,
как дитя.
Тихо трону деки
лаковый загар,
Пальцами по струнам
шелестя.

Мы с тобою рядом
сядем у стола,
И шепну я:
-Милая, сыграй.
Чтоб хандру и скуку
скрипка унесла...
Не ругай, ты слышишь,
не ругай!
Прикрепления: 1612978.jpg(32.8 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
wasillevich1 Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 20:43 | Сообщение # 20
Долгожитель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 1460
Награды: 41
Репутация: 29
geber,

Quote
Птицы не поют, сопелку слушают,
Песню без начала и конца.
И наверно в жизни это лучшее,
Если дочь играет для отца.


Понравилось. applause applause applause


Юрий Мацегор
 
geber Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 22:44 | Сообщение # 21
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3


Шагает Май

Вечереет.Закатится Солнце
В перламутрово-розовый дым.
И стекло в приоткрытом оконце
Свет лучей отразит золотым.

Чуть прохладнее запах сирени,
Что вчера расцвела под окном.
И скрипят под ногами ступени
На крылечке при входе в мой дом.

Ветер стих, не качнет занавеску,
Соловей запевает в кустах.
Май шагает,уверенно, веско,
В травах, листьях и ярких цветах.
Прикрепления: 6627003.jpg(65.1 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Воскресенье, 20 Май 2012, 22:45 | Сообщение # 22
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3


Апрель

Поют скворцы, встречая утра свет.
Ночным дождем умыты дерева.
В такую рань еще прохожих нет,
И безупречна неба синева.

Лучи звезды тепло на Землю льют,
Сквозь аромат уверенной весны.
Любовь в сердцах найдет себе приют.
Поля и долы станут зелены.

И пусть туман клубится поутру,
Его объятья холодны, как лед,
Я буду ждать весеннюю жару,
И я дождусь. Жара еще придет!
Прикрепления: 8080760.jpg(13.3 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Понедельник, 21 Май 2012, 06:36 | Сообщение # 23
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3

Хотелось бы

Хотелось бы немного теплых дней,
Порадоваться солнцу безмятежно.
Чтоб небо было ярче и синей,
А лес стоял в сугробах белоснежных.

Чтоб крылья вырастали за спиной,
И воздух трепетал при каждом взмахе.
Хотелось бы, чтоб ты была со мной,
И прочь ушли полуночные страхи.

И душу ветром вычистив до дна,
У Бога за грехи спросив прощенья,
Подняться высоко, где даль видна,
И там парить на крыльях восхищенья.
Прикрепления: 8989875.jpg(51.2 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
geber Дата: Понедельник, 21 Май 2012, 06:38 | Сообщение # 24
Постоянный участник
Группа: Друзья
Сообщений: 110
Награды: 7
Репутация: 3

Примус

Сегодня Витька Столетов был весел и беспечен. Одетый только в великоватые трикотажные трусы голубого цвета, он резво топал босыми ногами по обжигающему песку, от избытка чувств подпрыгивал, и орал во весь голос:
- Ррры - ба! Кор-ря-га! Пррри - мус!
Идущая рядом с ним красивая девушка в сарафане и шляпке тоже смеялась и дирижировала Витькиному ору правой рукой.В левой она держала большую, но легкую сумку.

. Поселок был засыпан крупным песком, приносимым из степи порывистым, дышащим зноем, ветром. Девушка шипела, когда раскаленный песок попадал ей в босоножки, но стоически держалась, не желая испортить Витьке его победу.

Беспощадное солнце стояло в зените, и все живое попряталось в тень, под крышу, под навесы. Только ящерицы, прикрыв глаза, грелись на горячих камнях, сваленных в кучу у одного из домов. Да еще Витька. Этому все было нипочем. Непокрытая белобрысая голова его словно не чувствовала жара июльских солнечных лучей, а загорелое до цвета кофе тело не выделяло ни капли пота. Таким уж он уродился. Про него можно было смело сказать - «местный уроженец», или «абориген».

Его знал весь большой поселок, поэтому он без страха ежедневно кружил по узким улочкам, заглядывая во дворы через щелки в заборах. Витьку гнало неуемное любопытство и жажда знаний. Редких прохожих, уважительно здоровавшихся с Витькой, тот внимательно разглядывал, и непременно задавал кучу не связанных между собой вопросов. Если у прохожего было время, он старался хоть как-то унять Витькино любопытство, но в большинстве случаев дело кончалось торопливым - « Извини, мне некогда».Тогда Витька философски засовывал палец в рот, и долго смотрел вслед незадачливому ответчику.

А сегодня Витька был безмерно счастлив и горд. Только вчера отец, презрительно скривившись, и не глядя на сына, заявил матери:
- Да ничего у него не получится! Так и будет картавым всю жизнь ходить. «Кулочка »! «Пиложок »! Тьфу!
- Вася, да чтож ты так? Он же старательный! Буквы знает.Читает уже. Научится он эту букву «Р» говорить. Сам-то ты, сразу заговорил, что-ли?
- Да я и не помню. Сразу, поди! Не был я картавым никогда. В кого это Витька такой?
- Я вот те дам, « в кого»! Договоришься у меня!

Раскрасневшаяся мать и ухмыляющийся, веселый отец тут же забыли про Витьку, и заговорили о картошке, которая мелкая в этом году, да о погоде, которая « ужас, как печет!» Витька же насупился, отвернулся от них и чуть не заплакал. Вот как получается! Говоришь-говоришь, вроде все всем понятно, и вот на тебе! Одна единственная буква, а сколько от нее неприятностей! Улучив момент, Витька подкрался к матери, крепко ухватил ее за подол, и спросил:
- Мама, а как мне эту букву выучить?
- Витенька, да это очень просто. Берешь слова, в которых есть буква «Р» и начинаешь их вслух говорить, напирая именно на «Р». Потренируешься, так и научишься.
- А какие это слова?
- Ну, хоть «Рыба», « Коряга», «Примус».
- Ага, понял!

Весь вечер Витька провел на заднем дворе, декламируя волшебные слова.
- Л ыба, коляга, плимус. Лыба, коляга, плимус! Лыыба! Коляяага! Плиимусс!
Он немного охрип, но ко сну отошел повторяя вполголоса урок:
- Лыба, коляга, плимус.

С утра он, торопливо позавтракав, отправился снова на задний двор, и, распугивая глупых кур, то вполголоса, то почти крича, завел свою шарманку:
- Лыба, коляга, плимус.Лыба, коляга, плимус!

Наконец, он устал, и решил прогуляться. Привычным маршрутом, невзирая на жару, Витька прошел по поселку, и вышел к автобусной остановке. Ежедневно встречая и провожая рейсовый автобус, Витька знакомился с новыми людьми, иногда узнавал что-то интересное. Он присел в тенечке и снова забубнил:
- Лыба, коляга, плимус... .

Через несколько минут у обшарпанного остановочного павильона затормозил автобус.Пшикнула - скрипнула дверь, и из салона, таща за собой туго набитую сумку, вышла девушка. Автобус загудел, зашипел, и умчался вдаль. Оглядевшись, приезжая внимательно прочитала на табличке, привинченной к павильону, название остановки, и, удовлетворенно кивнув головой, наконец-то увидела светловолосого, загорелого малыша лет пяти, сидящего по турецки прямо на земле, и что-то бормочущего.

- А кто это у нас тут? - пропела нежным голоском девушка. - А чей же это мальчик такой красивый? А как тебя зовут, милый мальчик?

Витька поднял на приезжую затуманенные глаза, силясь понять, что ей нужно. « Лыба, коляга, плимус» - билось в голове. Наконец он понял, что она спрашивает, как его зовут. Он твердо взглянул в голубые глаза девушки, и торжествуя выкрикнул, звонко и раскатисто:
- Пррримусс!!!




Прикрепления: 3558528.jpg(11.9 Kb)


И не надейся! Я справлюсь!
 
wasillevich1 Дата: Понедельник, 21 Май 2012, 17:37 | Сообщение # 25
Долгожитель форума
Группа: Друзья
Сообщений: 1460
Награды: 41
Репутация: 29
geber,

Quote
Пррримусс!!!


Здорово! Напомнил рассказ моё детство, когда я, вот так же, уединялся и пробовал говорить эту проклятую букву РРР. Но, к сожалению, так у меня и не получилось выговорить её! Стеснялся из-за этого всегда - ужас! Страшно вспоминать. Потом уже, будучи взрослым, мне врачи сказали, что надо было уздечку перерезать под языком, чтобы язык больше высовывался. Сейчас мой "короткий" язык меня совсем не напрягает. Вот и сюжет для рассказа.

applause applause applause


Юрий Мацегор
 
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Варламов Евгений Степанович (Авторская библиотека)
  • Страница 1 из 5
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Поиск: