Новиковская Марина - Страница 2 - Литературный форум
ГлавнаяНовиковская Марина - Страница 2 - Литературный форум
[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Новиковская Марина (Поэзия и проза)
Новиковская Марина
filosof3Дата: Четверг, 06.09.2012, 16:40 | Сообщение # 26
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 37
Награды: 3
Репутация: 2
Статус:
У вас своеобразная проза. Очень близка дневниковым записям или размышлениям, беседам с собой. Вы затрагиваете многие философские вопросы. Вопросы смысла жизни. А это, мне кажется, в наше время важно!
 
pantera2Дата: Четверг, 20.09.2012, 14:33 | Сообщение # 27
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Роман "Орден" завершение главы 5

Но если фразу сказал он, то маркиза не смогла бы ее услышать, потому что мужчина стоял достаточно далеко.

Аласт Данкур, не отрываясь, смотрел на танцующую девочку.
«Жертва или возлюбленная? Кем тебе суждено стать?» - думал он.
В его черных, ночью кажущихся огромных глазах, плясало факельное пламя. Аласт Данкур остался стоять возле паперти даже когда бродячий театр закончил арлекинаду.
- Жанни, ты была сегодня великолепна! – сказал снявший маску Арлекин.
- Спасибо, Жак, я старалась.
- Значит, тебя зовут Жанни, - прошептал Аласт. – Я еще вернусь за тобой, когда решу кто ты: жертва или возлюбленная.

Добавлено (06.09.2012, 20:11)
---------------------------------------------
Роман "Орден" Глава 6



6
«Версальский дворец открыт для публичных увеселений»
Надпись на фронтоне главного дворцового корпуса

«Голос из свиты:
Но это ж Рубенс!

Мачеха:
Отговорки бросьте!
Скажите мне, в какой еще стране
Людей, что к королю приходят в гости,
Встречают голой жопой на стене?»
Леонид Филатов «Золушка до и после»

ХХХ
- Тебе нравится эта картина? – спросил герцог Ленуар Дамор Пропре своего слугу Готье.
В ответ слуга яростно закивал кучерявой головой, в знак согласия, и стал переводить восхищенный взгляд с картины на хозяина.
- Это «Спасение Дианой Ифигении» Шарля де Лафоса. Какие у Ифигении покатые молочные плечи. А это платье скорее приоткрывает, чем скрывает грудь. Я могу только представить нежные бутончики ее сосков, - герцог грустно поправил съехавший на бок парик «бинет», погладил его длинные, завитые крупными кольцами локоны. – Готье, знаешь, как мне надоела эта гадость?
Ленуар Дамор Пропре имел ввиду свой парик, который напоминал ему ежедневно, что молодость в прошлом.
Готье опять закивал, натужно замычал и, стал показывать руками, как он восхищается этой гадостью – картиной. Поскольку по губам хозяина смог прочитать только обрывки сказанной им фразы.
- Хватит кривляться, - герцог с досадой махнул на слугу рукой.
Готье – глухонемой с рождения отлично выучил основные приказы по жестам: принеси, подай, отнеси, подними, опусти. И немного разбирал фразы по губам. Но не всегда точно, отчего порой реагировал на веселые речи грустно, а услышав печальные, мог дико расхохотаться. Недалекий малый этот Готье, но герцога Ленуара Дамор Пропре он забавлял.
Герцог давно не бывал на исповеди. И хотя знал, что душа его давно погрязла в грехе, считал, что мысли и чувства свои доверит только богу и слуге Готье.
- Эхе –хе. Время уходит. Я старею. А в Версале столько красоток!
Готье посмотрел на печальное мощное с сильно выдающимся вперед подбородком лицо хозяина и скорчил гримасу оскорбленной обезьянки.
- Знаешь, недавно мадам Бете сообщила, что во дворец приехала новенькая. По ее словам очень хорошенькая, юная девушка.
Готье смотрел на хозяина мокрыми от слез глазами.
- Не плачь, мой верный Готье, не плачь. У меня есть шанс соблазнить ее. Ей всего пятнадцать. Приехала из какого-то забытого богом замка. Без охраны, с парой платьев и жалкой горсткой ливров. Она из обедневшей аристократии, Готье. Мне повезло.
Ленуар Дамор Пропре заулыбался. На его морщинистой крупной физиономии эта улыбка смотрелась весьма странно. Наверное, так выглядит улыбающийся крокодил.
Дамор Пропре прикрыл глаза и стал воображать. Перед его мысленным зрением торопливо пробегали стройные полуобнаженные девушки.
- Ее зовут Мария Луиза де Сансильмонт. Красивое имя, не правда ли?
Хлюпнув носом, Готье радостно захлопал в ладоши.
- Мадам Беде, думаю, оправдает мои ожидания, - герцог с наслаждением гладил мясистой рукой темно-зеленое сукно бильярдного стола. – Моя дорогая Анжела, чтобы я без тебя делал? Мне пришлось бы искать девушек в сомнительных домах у сомнительных дам. И все равно им не хватало бы свежести. Они напоминали бы протухшие яйца.
Анжела Бете – давняя любовница и с недавнего времени графиня, была величайшей сводницей Версаля. С герцогом Ленуаром Дамор Пропре она познакомилась еще двадцатилетней уличной торговкой сладостями.
Он, высокий молодой человек, тогда носил парик только при дворе, а на улицах Парижа предпочитал свои черные, вьющиеся от природы кудри. И этими кудрями, а возможно импозантностью и озорным взглядом зелено-карих глаз, Ленуар сразил сердце юной простолюдинке. Герцог был шутником. Он воспринимал жизнь как бесконечные развлечения, из которых самое изысканное – женщины. Не важно какие: знатные или бедные, главное чтобы у них имелась мягкая аккуратная грудь и округлая попка. В самом деле, зачем женщине что-то еще? И восторженно смотрящая безоблачным летним днем на Ленуара торговка тут же добилась расположение высокой особы приятным личиком и не менее приятными округлостями.
Естественным продолжением событий стал роман, который, к слову сказать, очень быстро бы закончился, если.…… Если бы у Анжелы Бете не оказалось мозгов. Но эта проворная девушка знавшая цену деньгам, мгновенно сообразила, чем может быть полезна герцогу. Ленуар Дамор Пропре воспринял идею торговки с удивлением и радостью. Теперь ему не придется искать новые развлечения в публичных домах, и на улицах. Анжела Бете предоставит ему отобранных, проверенных, лучших девушек Парижа.
Со временем, учитывая заслуги своей верной Анжелы, герцог Дамор Пропре добился для своей столь ценной пассии титула графини. С того момента Бете стала титуловаться мадам де Бете, и выбирала новых фавориток герцогу уже не из простолюдинок, а из прибывающих ко двору королевы юных аристократок. Конечно, герцог обладал достаточным шармом и мог сам заинтересовать за пару часов любую красавицу. Однако, с возрастом его чары, влияние при дворе и деньги стали терять прежнюю силу, так что услуги мадам де Бете оказались кстати.

ХХХ
Мария Луиза то устало прикрывала глаза, то открывала их вновь. Парикмахер уже полтора часа возился с ее прической. И девушку начинало тошнить от своего отражения в зеркале. Не в том смысле, что это отражение было ужасным или страшным. Просто с большим удовольствием Мария Луиза походила бы по дворцу, полюбовалась картинами. Мадам Жозани пыталась учить ее живописи. Да мадам Жозани вообще не имела никакого представления о живописи! Разве те жалкие наброски можно сравнить с….. Лицами на полотнах Версаля.
Когда Мария Луиза вступила под своды первого зала дворца, она просто онемела. Разве здесь могут находиться люди? Разве все это великолепие и роскошь созданы не для богов? Как здесь можно жить? Как здесь можно есть, спать? Если даже страшно прикоснуться к дверной ручке. Нарушить покой храма искусств.
Когда Мария Луиза с воспитательницей вошли во дворец, мадам Жозани сразу куда-то исчезла, а затем появилась в сопровождении полноватой низкорослой дамы в бежевом еще более полнившем ее платье.
- Мадам де Бете – это Мария Луиза, моя подопечная, - мадам Жозани ткнула в девушку пальцем. – Дочь мадам Жозефины.
- О, какая прелесть! – воскликнула мадам де Бете. – Мадам Жозефина де Сансильмонт писала мне, что ее дочь красавица. Но в действительности она превзошла все мои фантазирования.
«Это что, та самая дама из Версаля, с которой переписывалась моя мама? – Мария Луиза с неприязнью рассматривала круглое полное с маленькими поросячьим глазками лицо мадам де Бете. – Какая отвратительная особа!»
- Действительно, она прелестная девочка, - мадам Жозани кисло улыбнулась.
- Поверьте, моя милая, герцог будет просто в восторге!
Мария Луиза почувствовала себя оскорбленной. Что происходит? Она приехала в Версаль ко двору королевы Марии Антуанетты, а вместо этого ее встречает какая-то старая госпожа, более всего похожая на жабу. С прескверными манерами и речью. И эта «жаба» спокойно разговаривает с мадам Жозани о ней, так будто ее рядом нет!
- Простите, - вмешалась Мария Луиза, пристально смотря в выцветшие голубые глаза вульгарной мадам. – А вы кто будете?
- Графиня Анжела де Бете, - нараспев произнесла дама.
- Бетю? – Мария Луиза сделала вид, что плохо слышит. – Я не ослышалась – Бетю? Очень странное имя для графини. Бетю….. Вы не находите, мадам Жозани?
Мадам Жозани скривилась так, как будто только что съела нечто кислое.
- Мадам де Бете – графиня, - отчеканила она.
- А-а, мадам Бете. Графиня. Очень приятно познакомиться, - Мария Луиза говорила медленно, усмехаясь. – А я маркиза.
- О, как пожелаете, моя прелесть, - проворковала мадам де Бете.
- Мое имя, Мария Луиза де Сансильмонт. И я бы попросила вас называть меня именно так.
- Хорошо, хорошо, - покорно закивала мадам де Бете.
- Хочу заметить, - сказала Мария Луиза, - Я в Версале впервые. И потому в некоторой растерянности. Моя матушка перед поездкой говорила мне, что мадам, с которой она переписывается, а это как я понимаю вы, - маркиза внимательно посмотрела в глаза графини де Бете, - должна представить меня королеве.
- Моя милая девочка, - мадам де Бете заулыбалась снисходительно. – Я не могу вас познакомить с королевой. Думаю, вы и сами это соображаете. Но я могу вас свести с герцогом.
- С каким герцогом? – чем больше мадам де Бете говорила, тем более странной казалась ее речь Марии Луизе.
- Герцогом Ленуаром Дамор Пропре, - фальшиво улыбаясь, ответила мадам де Бете. – Дело в том, что именно он решает, представлять ли вновь прибывшую королеве. Сможете ли вы поехать в Трианон.
- Герцог это решает? – возмутилась Мария Луиза. – А причем здесь герцог! У меня с собой есть письма, которые королева писала моей матушке. Вы ведь знаете, что они переписывались? Наша фамилия достаточно известна при дворе. Моя матушка объяснила мне, что вы поможете мне попасть на королевский прием. А там я постараюсь сама привлечь внимания ее величества. Я покажу письма….
- Забудьте о письмах, моя девочка. Королева пишет такие письма тысячами. И тут же забывает о том, что написала. Она доверяет вкусу герцога Дамор Пропре.
- Вкусу герцога? – переспросила Мария Луиза. – Неужели человек со столь высоким титулом служит при дворе поваром.
- Я не понимаю вас? – мадам де Бете посмотрела на юную маркизу со злостью.
- Как впрочем, и я вас. Вы сказали, что ее величество доверяет вкусу некого герцога. Рассуждая логично, я делаю вывод, что этот герцог повар.
- Ленуар Дамор Пропре очень уважаемый человек!
- Я не сомневаюсь в этом, но причем здесь его вкус?
- Дело в том, что без соизволения герцога, - мадам де Бете сделала паузу, - И моего разрешения вы даже не сможете провести в Версале даже остаток этой ночи.
- Вот как. Тогда может мне лучше уехать сейчас? – Марии Луизе уже начинало казаться, что ей снится сон, причем самый скверный из всех снов, которые она когда-либо видела. – Как вы считаете, мадам Жозани?
Гувернантка смотрела на маркизу большими от ужаса глазами.
- Вы с ума сошли, мадмуазель?
- Нет.
- Давайте не будем томошиться! – мадам де Бете внезапно кинулась к Марии Луизе и обняла ее за талию. – Вам нужно с дороги отдохнуть. Я понимаю, моя милая, вы очень устали. А тут я и какой-то герцог. Мэл! – громко крикнула мадам де Бете. – Мэл, подойди.
Из-за ближайшей портьеры вышла приятная пожилая женщина. Похоже, она стояла и ждала, когда ее позовут.
- Ваша горничная, маркиза, - мадам де Бете заискивающе улыбалась. – Она провидит вас в вашу спальню. Во второй половине дня я зайду за вами.

ХХХ
Этой ночью Мария Луиза плохо спала. Перед закрытыми глазами то вспыхивали многочисленные костры, и факелы возле Норт Дам де Пари, то танцевала в воздухе уличная комедиантка, то с огромной скоростью проносились залы Версаля. А то внезапно появлялось лицо безумного музыканта в светло-коричневой куртке на голом теле. Да, и сама ночь, по сути, была уже на исходе. Почему они не могли заночевать в Париже? Какая нужда галопом нестись в Версаль, тратить на это два часа ночью? Все-таки мадам Жозани безумная женщина! Хотя в душе Мария Луиза знала почему. Мадам Жозани не терпелось оставить ее и уехать к родственникам в Париж. Чтобы свободно за кружкой пива рассказывать о годах, проведенных в Санси. Хвастать заработанным и вздыхать о том, как же вымотала ее эта несносная маркиза.

ХХХ
Парикмахер, наконец, закончил возиться с прической. Пышные всегда растрепанные волосы Марии Луизы оказались уложенными волнами вокруг головы. По бокам почти у самых висков в каштановые пряди вплелись искусственные цветы. Желтое платье подчеркнуло бледность кожи. Впрочем, еще никогда девушка не видела себя такой красивой.
- Мы сейчас пойдем на бал? – спросила она вошедшую мадам де Бете.
- Нет, - заулыбалась та. – Мы всего лишь пойдем в салон Изобилия. Туда уже пришли все. Короля сегодня не будет, но герцог Дамор Пропре придет. Думаю, получится замечательный вечер.
«Как странно течет время в этом дворце. Я приехала сюда глубокой ночью, день наступил незаметно, причем не с самого утра, потом так же незаметно куда-то исчез. И вот снова вечер».
Мария Луиза всем своим существом испытывала неприязнь к этому незнакомому герцогу Дамор Пропре. Она хотела увидеть королеву. Быть представленной Марии Антуанетте. А вместо этого…. Нелепица какая-то. Правда мама ее предупреждала, что в Версале не все так просто. Что это не Санси, одинокий всеми забытый замок, а резиденция королей, где все подчинено другим законам. Этикету. Странный, однако, у них этикет.
- Отчего так? – Мария Луиза не заметила, как задала этот вопрос вслух.
- Что, простите? – переспросил парикмахер, напоследок поправлявший прическу.
Он хотел убедиться, что все сделал великолепно.
- Я хочу понять, - Мария Луиза увидела в зеркале, что мадам де Бете удалилась, видимо решив, подождать за дверью, - Почему она так вольно ведет себя со мной? Ужасно вульгарно!
- Дама, которая только что отсюда вышла?
- Да.
- А вы никому не расскажите?
- Не расскажу что?
- Понимаете, - парикмахер наклонился к самому уху Марии Луизы. От него пахло мылом и духами. – Дело в том, что на самом деле мадам Бете никакая не графиня.
- Что? – у Марии Луизы от удивления мурашки поползли по телу.
- Тише. Да, да, она такая же графиня, как я король. Мы росли с ней. И ее звали Анжелка – торговка.
- Торговка?
- И эту даму, с которой вы вчера приехали, я тоже знаю, вместе по одним улицам бегали. Тоже важной особой стала. Как это у них получается. Думаю все дело в одном очень пикантном месте.
- В чем? – Мария Луиза не удивилась, если бы услышала такое в деревне, но во дворце, в Версале!
- Просите, госпожа. Я сказал лишнее.
- Вы с мадам Жозани и мадам Бете выросли вместе?
- Ну, скажем так, знал их.
-Но мадам Жозани не графиня, она просто занималась моим воспитанием.
- Ну да. А вот мадам Бете – графиня.
- Ничего не понимаю.
- Думаю, тут дело не обошлось без герцога Дамор Пропре.
- А вы знаете этого человека? Что он из себя представляет?
- Редкостный засранец! – сказал парикмахер с воодушевлением и тут же осекся. – Ой, простите, мадмуазель. Сорвалось. Редкостный шалун этот герцог, скажу я вам. Через его постель прошли все местные дамы без исключения. Тут в Версале люди сами понимаете, добродетелью не отличаются, но этот превзошел всех. Последняя его пассия графиня Иветта де Монпасье сейчас в трауре.
- А что случилось?
- Кажется, она надоела герцогу. Вот интересно, кого на этот раз мадам Бете найдет этому вертлявому Дамор Пропре? Вы поосторожнее с этими господами, мадмуазель.
Парикмахер внезапно замолчал, сообразив, что, вероятно, слишком много сказал. Но юная маркиза, потрясенная услышанным, уже не обращала на него никакого внимания.
Все ясно. Мария Луиза раздраженно встала. Превосходно, первой в Версале ее встретила обыкновенная сводница. Фальшивая графиня. Вот с кем, оказывается, переписывалась ее мама! Вот кому доверила судьбу дочери! И, ведь ничего с этим на данный момент поделать нельзя. Королева всего в получасе езды отсюда, но она так недосягаема. Мария Луиза попала в объятия чудовищного спрута, имя которому – этикет, по правилам которого, она не могла подойти к королеве и заговорить с ней. Не могла приехать в Трианон, любимый дворец Марии Антуанетты и слиться с толпой молодых дворян без чьей-то рекомендации. Ее должен кто-то представить. Кто-то, достаточно влиятельный.

Добавлено (08.09.2012, 10:01)
---------------------------------------------
Роман "Орден" Глава 7

7
Неужели в этих платьях они ходят каждый день? Но как?
Мария Луиза стояла в желтом с золотым отливом платье для торжеств, в одном из тех самых, которые ее матушка Жозефина де Сансильмонт все же настояла взять с собой в дорогу. Сколько, интересно, оно весит? Фунтов 60 не меньше, а то и больше. Бесконечные юбки, кружева, воланы, корсет, фижмы. Дома в Санси она надела это платье всего один раз, когда примеряла. И вообще в замке юная маркиза предпочитала носить «домашние» платья, достаточно просто сшитые и без корсета. А еще туфли нещадно жмут ноги. И это не бал, а обычный вечер за игрой в карты, распитием вина и поеданием фруктов. Сначала, когда мадам Бете предложила Марии Луизе трость, та отказалась. Она же не старушка. Но теперь жалела о своем поспешном решении. И чувствовала себя закованным в латы рыцарем. Только вместо металла кружева. Ну, да, и еще корсет – настоящая пытка. Врезается в ребра так, что невозможно дышать.
«Что же это за бредовая мода, если в платье трудно ходить»?
Салон Изобилия в этот вечер оказался особенно многолюден. Шикарные дамы в полонезах, сшитых по последнему слову моды, сидели в креслах или степенно, а вернее с трудом прохаживались от одной стены к другой в сопровождении своих кавалеров. Многие из них зачем-то держали в руках зонтики, будто с расписанного живописью потолка с минуты на минуту должен хлынуть дождь. Мария Луиза будто ступила в неведомое царство. Шаг, и захлопнувшаяся за ней дверь, навсегда отрезала путь назад. Мадам де Бете нетерпеливо толкнула в спину.
- Смелее, дитя, мое, смелее.
На Марию Луизу мгновенно обрушился поток разговоров, перешептываний.
- Почему королева игнорирует вечера в Версале? Разве ей неприятно наше общество? – спрашивала одна пожилая дама у другой пожилой дамы.
- Ей скучно, моя милая. Она молода еще для того, чтобы проводить время с такими старухами, как мы.
- Но в этом салоне собираются не только старухи! – воскликнула первая дама. – Здесь полно молодежи. Например, герцог Дамор Пропре…
- Герцогу Дамор Пропре уже за сорок! – возразила вторая дама.
- Ой, разве это возраст?
- Для нас с вами, матушка, нет. Но для молодой королевы.
- Ну, хорошо. А граф Дартуа?
- А вы разве видите сегодня в нашем обществе графа Дартуа? Он давно в Трианоне, любезная.
- И долго, вы будете слушать чужие разговоры? – спросила мадам де Бете, щуря и без того маленькие глазки. Сейчас они смотрелись щелочками на круглом расплывшемся лице.
Мария Луиза покраснела. В самом деле, у нее возникло ощущение, что она подслушала чужой разговор. Хотя говорили пожилые дамы вполне открыто, хотя и в полголоса.
- Они беседовали о герцоге Дамор Пропре, - сказала Мария Луиза мадам де Бете. – Но ведь он где-то здесь. А они так спокойно о нем говорят.
- Они не рассказывают о нем ничего непристойного. К тому же…., - мадам де Бете истерично хихикнула. - А вот и герцог. Мое почтение, ваша светлость, я привела девушку, о которой говорила.
Герцог Ленаур Дамор Пропре вальяжно расположил свое большое упитанное тело в обитом алым бархатом кресле. Уже пять минут он наблюдал за вошедшей вместе с Анжелой девушкой. Хороша. Несомненно, хороша. Неплохо сложена. Чувствуется порода. Пожалуй, он мог бы стать ее покровителем и постоянным любовником. Давно в этом дворце не появлялись такие редкие экземпляры. И если не подсуетится, то ее переманят молодые хлыщи из Трианона. Чертовы подлипалы! Несносная королева! Мария Антуанетта решила наплевать на традиции и покинула Версаль, покинула своего короля Людовика ХVI. А он как собачонка бегает теперь за ней, покорный прихотям самой Марии Антуанетты и этой интриганки графини Жюли де Полиньяк. А еще братец короля граф Дартуа. Да ну их всех к черту! Весь цвет аристократии есть, был и будет в Версале!
Мария Луиза почувствовала себя очень неуютно под пристальным взглядом зелено-карих прищуренных глаз герцога Дамора Пропре. И еще он очень неприятно улыбался, не разжимая губ, отчего лицо его становилось еще более громоздким. Мария Луиза почему-то подумала о том, что голова герцога совершенно не подходит к его туловищу. Эту голову будто бы сняли с другого более крупного человека и приставили к коротконогому шарообразному телу Ленуара Дамор Пропре.
- Вы маркиза де Сансильмонт? – тихо спросил герцог.
Его тон имел столь интимные нотки, что Мария Луиза еще больше смутилась.
- Да.
- И вы хотите быть представлены королеве?
- Да, хочу.
- Вы любите живопись? – неожиданно сменил тему герцог.
- Люблю, - просто ответила Мария Луиза. – Более того, я немного сама пишу.
- И что же вы предпочитаете писать?
Ленуар Дамор Пропре обводил взглядом фигуру Марии Луизы вверх – вниз, вверх - вниз.
- Мне нравится писать людей. Я только не очень умею обращаться с красками. У меня больше получается углем.
- А вы могли бы нарисовать меня? – улыбка герцога становилась все шире, при этом он умудрялся не размыкать губ.
- Могла бы, почему нет, - ответила Мария Луиза, не понимая, к чему клонит этот высокомерный господин в темно бордовом камзоле, так пристально, так настойчиво ее разглядывающий.
- Значит, вы согласны?
- Согласна на что?
- Рисовать меня?
- И когда вы хотите чтобы я вас рисовала? – спросила Мария Луиза, понимая, что за обычными словами скрывается какой-то другой смысл. Но какой, она понять пока была не в состоянии.
- Сегодня ночью, к примеру.
- Ночью?
Герцог Дамор Пропре расхохотался. В самом деле, забавная девочка. Похоже совершенно не искушенная.
- Я думаю ночью, при свечах, будет интимнее, - сквозь смех с трудом произнес Ленуар. – И вас, я надеюсь, не смутит, что я буду голым.
- Голым? - Мария Луиза почувствовала, как горячая волна приливает к ее лицу.
Наверное, она красная как висящий на стене гобелен, изображающий какую-то сцену из античной мифологии.
- Вас это смущает?
- Нисколько, - ответила Мария Луиза, разозлившись. – Знаете, я каждый день вижу голых неприятных мужчин, совершенно не воспитанных и бесцеремонных, - девушка почувствовала, что мадам де Бете ее толкнула в бок локтем. – Но мне казалось таким мужчинам место в деревне на сеновале, а не в салонах Версаля. Или я ошибаюсь?
В салоне стало тихо. Так тихо, что можно было услышать шум листвы за окном. Мария Луиза и не предполагала, что их разговор с герцогом не просто слушают, а внимательно слушают. Мадам де Бете стояла рядом растерянная. Ее бледность не скрывала даже пудра.
Герцог перестал смеяться, и, не отрываясь, смотрел в глаза Марии Луизе. По выражению его лица невозможно было прочесть, о чем он думает. Затем Ленуар Дамор Пропре громко расхохотался. И вместе с ним засмеялось все. Дамы, кавалеры, даже изображения на картинах.
- Так вы хотите быть представленной королеве? – как ни в чем не бывало, спросил герцог.
- Я уже сказала, что да, - этот визит утомлял Марию Луизу.
Ей хотелось развернуться и убежать, скинув тяжелое, неудобное платье, отшвырнуть жмущие ноги туфли.
- Превосходно. Мы продолжим этот разговор чуть позже. И если вы будете вести себя хорошо, возможно, в ближайший месяц увидите Марию Антуанетту.
Мадам Бете с неприязнью смотрела на маркизу де Сансильмонт. Прошли годы, а Анжела все никак не может смириться с тем, что Ленуар давно потерян для нее. Да, мадам Бете знала – герцог никогда не любил ее, но….. Анжела до сих пор ревновала Дамор Пропре к каждой, выбранной ею самой пассии. Нелюбимая, но необходимая. Всю свою жизнь. Всю жизнь на втором месте. А мадам Бете так мечтала о первых ролях в дворцовой игре. Во время своих грез она забывала обо всем: о своем низком происхождении, о нищем детстве, о давно минувших буднях уличной торговки. Герцог открыл для нее двери дворца, в которые Анжела самостоятельно никогда бы не вошла. Но войдя в них, Анжела понимала, что дальше комнат слуг ей никто пройти не позволит. Все и в том числе сама мадам Бете знали цену фальшивому титулу. Делали вид, что так и должно быть. Но это только пока. Пока Анжела была нужна герцогу Дамор Пропре.

ХХХ
Из дневниковых записей Марии Луизы.
«Возможно….. в ближайший месяц?! Он что издевается, этот герцог? Пресвятая дева Мария, я чувствую себя лишней в этом дворце. Весь этот праздник жизни явно не для меня. Почему там, в Санси все было так просто и понятно? Там была Селя, дядюшка Джо, жители деревни. Наконец, там была моя мама. Теперь даже она кажется мне такой родной. А здесь мадам Бете, герцог, странные люди, которых я никогда не видела. Здесь я впервые узнала о том, что такое нет денег. Если у тебя нет денег – значит ты никто. Пустое место. Тебя воспринимают не более чем игрушку. Позабавиться и выбросить. Этого хочет герцог Дамор Пропре, я знаю. Мне очень одиноко. Так одиноко, как не было никогда в жизни.
Мне почему-то вспомнился человек из моего сна, которого я встретила по прибытии в Париж. Что это? Совпадение? Предупреждение о моей грядущей судьбе? Мне страшно. Я не знаю, что мне делать. Я никогда не смогу отдаться герцогу. Он мне противен! Старый, отвратительный развратник! А весь двор смотрит на меня, ожидая моего решения. Мадам Бете говорить, что если я не выполню желание Дамора Пропре, то стану изгоем. Меня перестанут замечать.
Говорят, в Версале есть привидения. Похоже, мадам Бете думает, что я прекрасно впишусь в их прозрачное общество.

На следующий после разговора с герцогом день, я снова его увидела. Теперь уже в салоне Дианы. В этот день два престарелых графа развлекались игрой в бильярд. Дамор Пропре не играл. Он сидел среди дам на возвышении и наблюдал, иногда бросая на меня страстные взгляды. Правда, через некоторое время я стала ловить на себе другие взгляды, полные злобы и презрения. Дама, старше меня по виду лет на десять с прической аля экзотический сад восседала на кресле как раз напротив нас с мадам Бете. Дама то морщила длинный нос, то подносила к глазам лорнет, щурилась, то неистово обмахивалась веером. Хотя в салоне было совсем не жарко. А потом начинала через свой лорнет смотреть на меня. Сначала я отгоняла мысли о том, что сморит дама на меня. Ей что больше не куда смотреть? Тем более она меня не знает. Но потом убедилась, что видимо некуда. Она не просто смотрела. В ее взгляде читалось столько всего сразу. Неприязнь, надменность, чувство собственного превосходства.
- Мадам Бете, - в конце концов, я не выдержала, - Может, вы мне объясните, почему вон та мадам напротив нас так на меня смотрит?
- Охотно, дитя мое, охотно, - мадам де Бете так обрадовалась моему вопросу, что я пожалела, что задала его. – Это графиня Иветта де Монпасье. Бывшая возлюбленная герцога Дамора Пропре. Говорят сейчас она у него в немилости. Ведь он уже нашел себе новую…..
Мадам Бете многозначительно замолчала, посмотрев на меня.
Пресвятая Дева Мария, да они здесь даже ничего не скрывают. Вся моя жизнь отныне на виду у напыщенных сумасшедших. Может мне вернуться в Санси? Может проигнорировать все и вернуться? Но я представила себе выражение лица моей матушки, представила, как она будет причитать днями и ночами о будущем своей непутевой дочери. И я буду слышать эти причитания до самой ее или своей смерти…. Не может быть, чтобы не было выхода. И тогда мне в голову пришла одна совершенно безумная идея…..»

Добавлено (10.09.2012, 10:33)
---------------------------------------------
Роман "Орден" Глава 8

8
Мария Луиза глубоко вздохнула и испуганно проснулась. Огонь свечи рождал на портьерах и обклеенных тканью стенах призрачных чудовищ.
- Не бойтесь, это я, - в дополнение к ночным кошмарам сказал мужской голос на ухо.
Растерянно, совершенно не понимая, что происходит, Мария Луиза смотрела на сидящего на краю ее постели Ленуара Домора Пропре.
- Я сплю? – спросила девушка.
- Вы уже пробудились, моя красавица.
Мария Луиза посмотрела на часы – два ночи. В ее понемногу проясняющееся сознание начали проникать вопросы. Как он сюда попал? Как он вообще счел возможным прийти, к мало знакомой девушке в такое время? И главное, как открыл ее комнату? Ведь ключ от единственной двери, ведущей в ее спальню, спокойно лежал у маркизы….. Мария Луиза судорожно сунула руку под подушку. Ну да, лежит. Рядом с кинжалом.
- Как вы сюда попали?
- Вошел через дверь, - герцог улыбался так, будто бы Мария Луиза уже согласилась ему отдаться.
- Вы не поняли вопроса, - Мария Луиза повысила голос. – Как вы вошли в закрытую дверь, ключ от которой у меня?
Девушка достала из-под подушки ключ и сунула его под самый нос Ленуару. В ответ тот, продолжая улыбаться, достал из нагрудного кармана своего камзола точно такой же ключ.
- У меня был второй.
- И где вы его взяли?
- У мадам де Бете, - просто ответил герцог.
- Мадам Бете дал вам ключ от моей спальни? – Мария Луиза не верила своим ушам! Значит в этом дворце любой, кому взбредет в голову приволочься к ней ночью, беспрепятственно сделает это?!
- Моя дорогая маркиза, - проговорил Дамор Пропре тоном пастора – наставника, - Я понимаю, что вы еще очень юны, но, тем не менее, тебе следует понять, что в этом мире, в этом дворце, в этом королевстве тебе не прожить без покровителя, - герцог путался, обращаясь к Марии Луизе то на «вы», то на «ты». - Ты будешь никому не нужна, на тебя никто не будет обращать внимания. У тебя не будет друзей.
- А разве здесь у меня могут быть друзья? – с усмешкой спросила Мария Луиза.
- Конечно, - герцог не понял иронии маркизы, - И они у тебя обязательно будут, моя девочка. И первым твоим другом и покровителем стану я.
- Вы?
- Я!
- Я должна буду спать с вами, так?
- Именно, - герцог потянулся к Марии Луизе и положил руку на ее ступню.
- И вы уверенны, что я соглашусь.
- Уверен.
- И чем же вызвана такая уверенность, если не секрет?
- Я богат. Я сказочно богат. Я могу обеспечить ваше будущее, маркиза. Найти вам мужа, дать приданное. Ведь у вас нет денег, как я понял. Вы приехали из Санси без достаточного количества ливров.
Мария Луиза чувствовала, как волна ярости поднимается от пальцев ног, до самой макушки. Вот как! Все уже решено, ее покупают, и ее мнения никто спрашивать не собирается!
- А если я скажу, нет? – маркиза вновь сунула руку под подушку и на этот раз достала кинжал.
- Невозможно ответить «нет» такому мужчине, как я!
Герцог Ленаур Дамор Пропре сказал это уверенно, с нотками самолюбования в голосе. Похоже, оружие его не испугало.
Мария Луиза выставила кинжал впереди себя и с яростью в голосе сказала
- Уберите руку!
- Ты умеешь пользоваться им? - герцог Дамор Пропре стал вести рукой выше, выше, почти подобрался к бедру. – Ты кокетничаешь, моя милая.
- Я сказала, нет, - Мария Луиза приставила кинжал к горлу герцога. – Уберите руку. Еще одно ваше движение и вы уже никогда и никем не сможете обладать!
- Ой, - отдернул руку Дамор Пропре. – А ты опасная девочка. И все же, я настаиваю. Ты сопротивляешься для вида. Еще ни одна не отказала мне….
- Значит, я буду первой, - Мария Луиза откинула одеяло и вскочила с кровати. – А теперь убирайтесь из моей спальни.
- Возможно, - герцог, как ни в чем не бывало, продолжал улыбаться, - Тебе стоит подумать над моим предложением. Без меня у тебя при дворе нет будущего.
- Посмотрим, - Мария Луиза наблюдала, как за герцогом закрывается массивная дубовая дверь.
Странный этот герцог. Мог запросто сейчас обезоружить ее и забрать кинжал. Мария Луиза им действительно пользоваться не умела. А страх в глазах маркизы, похоже, только веселил Дамора Пропре. Он вел себя, как жирный, наевшийся копченого окорока кот, решивший поймать мышь. Есть уже не хочется, а вот поиграть стоит.
Мария Луиза поежилась. Но не от холода. И даже не от визита Дамора Пропре, а от только что привидевшегося ей во сне.
Тьма, царившая ночью в Комнатах Короля, казалось, сгустилась еще больше. Ее не в состоянии уже разогнать оставленные на ночь свечи. Тьма выползала из темных проемов спален, промежуточных зал, из-под тяжелых бархатных тканей. Мария Луиза неожиданно проснулась. Вернее, ей показалось, что проснулась. Ее разбудило чувство неясной тревоги и тихим женским голосом сказало в самое ухо: «Идем»! И девушка пошла. Она с трудом влезла в «домашнее» платье. В таких разрешалось ходить по дворцу, в покоях придворных. Не вызывать же в самом деле, прислугу – расторопную, быструю как моль Мэл. К тому же юная маркиза немного стеснялась ее. Когда давно, кажется, в иной жизни ее одевали Селя или мадам Жозани, ничто не смущала Марию Луизу. А тут – руки чужой незнакомой женщины на ее теле. Девушка каждый раз вздрагивала. Мария Луиза представила немой вопрос в глазах шестидесятилетней Мэл и кое-как оделась сама. «Идем, я жду тебя»! – настойчиво повторил незнакомый женский голос. Но вел Марию Луизу не он, а какой-то внутренний компас. Она прошла несколько сквозных комнат, отделенных одна от другой только массивными портьерами, вынырнула в коридор и остановилась. Марии Луизе показалось, что она чувствует запах, неприятный, но знакомый. Как в часовне на кладбище, когда там отпевали покойников. Как на деревенском скотомогильнике. Сладковатый, приторный, заставляющий задыхаться запах смерти. Откуда он во дворце? Может мышь или крыса? Чем дальше шла Мария Луиза, тем запах становился сильнее. От него уже тошнило и темнело в глазах. Нет, никакая мышь так пахнуть не может! Тогда что это? «Здесь»! – тихо прошептал голос, когда Мария Луиза остановилась возле темно бордовой оконной портьеры немыслимого закоулка. Странное окно, оно не вело на улицу, в парк, а смотрело своим громадным проемом в какую-то другую комнату, постоянно запертую на ключ. Придворные даже не знали для чего или кого существует эта комната. В ней никогда никто не жил, кажется, в ней никто никогда не бывал. И странное окно постоянно зашторено. Мария Луиза с лязгом отодвинула одну портьеру и чуть не упала в обморок. Запах мертвеца ударил в нос с утроенной силой, на девушку с запрокинутой на бок женской желто синюшной головы смотрели открытые белесые глаза.
Мария Луиза вздрогнула и проснулась. «Это был сон»? Но голос нежданно пришедшего в гости Дамора Пропре, разбил странное видение на разлетевшиеся в темноту осколки.

И вот теперь осколки стали прилетать обратно, соединяться друг с другом. Мария Луиза встала и с трудом надела «домашнее» платье. Она зачем-то решила посреди ночи повторить свое путешествие. Девушка вышла из комнаты и только теперь поняла, что, вероятно, не совсем проснулась. Так же тускло, как во сне горели свечи, было так же тихо, и…. Вскоре появился запах. Мария Луиза остановилась и прикусила язык. Боль ударила в голову, но запах не исчез. Мертвый, дурманящий, он все нарастал, по мере того, как девушка шла по маршруту, проделанному во сне. И вот окно, ведущее во всегда запертую комнату, темно бордовая портьера….. Резкий рывок в сторону. Мария Луиза, не веря своим глазам, смотрела на одетый в дорогое платье женский труп…..

ХХХ
- Он пролежал под портьерой, наверное, сутки, - задумчиво потирая лоб, сказал придворный врач месье Лешанс.
- От чего она умерла? - задал кто-то тревожный вопрос.
Придворные собрались утром в салоне Геракла, чтобы обсудить находку маркизы Марии Луизы де Сансильмонт.
- От потери крови, - ответил врач.
- Кто-то выпил ее кровь? – испуганно спросила Мария Луиза, вспомнив детские истории о вампирах.
- Не совсем. Кровь спустили из нее через небольшие, но глубокие надрезы по всему телу. Причем спустили медленно. Видимо тот, кто это сделал, наслаждался происходящим. Ее убивали в течение многих дней, господа.
Присутствующие в зале ахнули разом. Как будто великан выдохнул.
- Но.… Но кто она такая? – мадам де Бете напуганная, похоже, больше всех остальных подошла к месье Лешансу вплотную. – Никто из обитателей дворца не припомнит эту женщину.
Прикрепления: 6119068.jpg(91.2 Kb)


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1


Сообщение отредактировал pantera2 - Четверг, 20.09.2012, 14:33
 
filosof3Дата: Суббота, 22.09.2012, 11:18 | Сообщение # 28
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 37
Награды: 3
Репутация: 2
Статус:
Замысловато вы начали свой роман "Орден". Весьма замысловато.
 
pantera2Дата: Пятница, 28.09.2012, 10:47 | Сообщение # 29
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Что поделаешь. Фантазия богатая.... smile

Добавлено (22.09.2012, 12:24)
---------------------------------------------
Роман "Орден"
Продолжение главы 8 и глава 9

- Я расспросил прислугу, - видимо месье Лешанс решил взяться за расследование этого дела, поскольку больше этим заняться было некому. – Женщина была нанята недавно. Вы помните, на прошлой неделе скончалась графиня Ламбаль? Так вот, умершая женщина работала у нее, и звали ее, кажется, Элиза. Или Лиза. В общем, никто не знает ее имени точно.
- Но простите, - воскликнула мадам де Бете, - Кому понадобилось убивать прислугу, да еще так жестоко? И зачем ему кровь? Неужели во дворец проник изверг-убийца?
- Я не могу ответить на эти вопросы, мадам, - ответил Лешанс. – Я знаю не более вашего. Единственное, что могу сказать, кровь применяется в обрядах адептов многих сатанинских культов, коими кишит современный Париж. Кто-то из них проник во дворец, видимо, перестав довольствоваться кровью бедняков и нищих. Это пока все.
Мария Луиза слушала все это, приоткрыв рот. Служанка обескровлена в Версале служителями какого-то культа? Вот так запросто с человека кто-то спустил кровь, словно со свиньи?
- Вы не могли бы уделить мне минутку своего времени? – спросила графиня Иветта де Монпасье и взяла Марию Луизу под руку как будто они были лучшими подругами.
- Что вам от меня нужно? – с вызовом спросила маркиза.
- Я хочу поговорить, - графиня улыбалась, но губы ее дрожали.
- Думаю, нам не о чем разговаривать, - раздраженно ответила Мария Луиза, разозленная тем, что графиня заговорила первой. Если в этом дворце все еще правит этикет, то она не имела на это никакого права.
Но Иветта де Монпасье отступать не собиралась.
- Вы уверенны, что завтра точно так же кто-то не найдет ваш труп? – спросила она с вызовом.
- Мой труп?! – Мария Луиза пришла в бешенство. – Вы мне угрожаете мадам?
- Нет. Всего лишь хочу поговорить….

- Ну….
Мария Луиза выжидающе смотрела на графиню. Когда толпа придворных осталась далеко позади, когда они оказались с Иветтой де Монпасье одни в коридоре, девушке стало немного страшно. Вдруг графиня и есть убийца, разгуливающий по Версалю с ножом? Конечно, она не станет прямо здесь сцеживать из нее кровь, но вот поранить вполне может. Слишком уж горят ненавистью и безумием серые глаза Иветты, слишком уж дрожат ее руки и губы. Мария Луиза судорожно нащупала в складках своего платья рукоятку кинжала. Если графиня нападет….
- У вас уже что-то есть с герцогом Дамором Пропре? – спросила вибрирующим голосом Иветта.
- Что, простите?
- Ты спишь с ним? – закричала графиня де Монпасье и расплакалась.
- Я еще ни с кем никогда не спала, - тихо ответила Мария Луиза, потрясенная этим всплеском эмоций.
- Ты можешь поклясться на «Библии»?
- Я могу поклясться на святом распятии, - Мария Луиза достала нагрудный крест и поцеловала его. – Клянусь, что никогда не спала с герцогом Дамором Пропре.
Графиня Иветта де Монпасье смотрела на Марию Луизу с недоверием. Затем вырвала из ее рук маленький серебряный крестик, будто хотела убедиться, что он настоящий.
- Он освещен?
- Им меня крестили.
Несколько минут графиня молчала. Она, то отводила в сторону взгляд, пытаясь сдержать слезы, то сглатывала слюну.
- Но он тебе предлагал спать?
- Предлагал, - просто ответила Мария Луиза.
- А ты?
- А я отказалась.
- Но это пока, пока ты отказалась!
- Почему вы так думаете, мадам?
- Потому, что ему все, все отдаются в этом чертовом дворце!
- Даже мадам Солина де Аанж? – спросила Мария Луиза и рассмеялась.
Маркиза Солина де Аанж была самой древней обитательницей Версаля. Поговаривали, что она даже видела короля – солнце, великого Людовика ХIV, хотя это навряд ли. Маркизе максимум лет восемьдесят. Потому, что даже столько на свете не живут. Мария Луиза рассмеялась, представив, как герцог Дамор Пропре ощупывает морщинистое, похожее на птичий трупик тело старухи и при этом стонет.
- Причем здесь мадам де Аанж? - не поняла шутку графиня Иветта.
- Хорошо, - Мария Луиза вновь стала серьезной, - Я не сплю и не собираюсь спать с вашим герцогом. А почему вы сказали, что завтра могут найти мой труп?
- Потому что та женщина, которую убили, вероятно, перешла дорогу какой-то знатной даме, запрыгнув в чью-то выгодную постель.
- Не думаю, - пожала плечами Мария Луиза, - Зачем некой знатной даме обескровливать свою жертву. Не проще ли тихо убить и закопать.
- Нет, не проще. Она оставила труп на виду в назидание другим, молодым и наглым, - графиня Иветта с вызовом посмотрела на Марию Луизу. – Чтобы они не покушались на чужое добро.
- А, значит, вы хотите уподобиться этой неведомой знатной даме, зарезать меня в закоулках Версаля, а затем выпить мою кровь? – Марии Луизе опять стало смешно.
Нет, ну, в самом деле, какая она забавная эта графиня Иветта де Монпасье! Стоит сейчас и смотрит взглядом разъяренной плачущей кошки!
- Все эти сатанинские культы – чепуха, - топнула ногой Иветта, - Та дама не пила ничьей крови, она просто все сделал так, чтобы подумали…..
Графиня явно путалась в своих мыслях.
- Но служанка была уже не молода, - Мария Луиза попыталась использовать последний аргумент. – Не думаю, что на нее мог кто-то соблазниться.
- Но ты его соблазняешь! – мстительно прошипела Иветта. – И ты думаешь, он тебя будет любить? Как же будет, пока не надоешь ему! А потом ты будешь гнить здесь, в этом дворце, и все тебя будут презирать. Он никогда не представит тебя королеве!
- А знаешь, что, - Мария Луиза тоже перешла на «ты», чувствуя, что готова ударить со всей силой кулаком это надменное напудренное лицо, сорвать с дурной головы графини Иветты парик, бросить его на пол и растоптать. – Ты говоришь это потому, что он тебя оставил. А ты пытаешься вернуть утраченное, волочась за ним как собака! А герцог только пинает тебя сапогом и правильно делает! Потому, что такие как ты большего и не заслужили!
Мария Луиза резко развернулась и пошла прочь. Она могла только представить себе, как смотрела ей вслед графиня Иветта де Монпасье.
Прочь! Прочь из дворца! Прочь из Версаля! Ее некому представить королеве? Значит, она представится сама. Сама поедет в Трианон. Пришла пора осуществить безумную идею!

9
Из дневниковых записей Марии Луизы:
«Почему всю свою жизнь я куда-то иду или еду ночью? Сегодня девятого июля я задумалась об этом. Ночью я чувствую себя свободной. Вот и в Трианон я приехала далеко за полночь верхом на вороном жеребце. Я взяла в конюшне первого попавшегося, громадного, с горящими глазами. Я не знала, как зовут этого жеребца, и в тот момент почему-то не боялась, что он меня укусит массивными зубами. Он фыркал и трусил мордой, непокорный, бунтующий, как и я. Оседлала. Как хорошо, что Селя научила меня седлать коней когда-то. Тогда я даже не думала, что мне это может пригодиться. Забавы ради я научилась еще доить корову и месить тесто. Знала бы об этом моя матушка!
Всю дорогу меня преследовал голос той убитой, неизвестной женщины: «Все не так, как ты думаешь! Все совсем не так, как тебе говорят!» В ярком свете луны мне повсюду мерещился ее труп. В кроне придорожных дубов, в камышовых заводях. Один раз мне показалось, я вижу ее прямо перед собой на дороге…..»

ХХХ
Мария Луиза совершенно не понимала, куда она попала. Вдалеке на фоне леса под гигантской небесной свечой – луной - очертания дворца. Вероятно, Трианон. Но тогда что здесь делает деревня? И кто эти резвящиеся знатно одетые господа?
Мария Луиза спрыгнула с вороного жеребца. Ее тут же окружили дамы и кавалеры в парадных камзолах и платьях для танцев, схватили лошадь под уздцы и куда-то увели. Потом десятки рук стали тянутся к Марии Луизе, трогать ее, притягивать к себе.
- Что происходит? Где я? – испуганно спросила девушка.
- На величайшем празднике, который когда-либо устраивали боги, - нежно прошептала дама в маске тигрицы.
- Кто вы такие?
- Мы переставшие быть собой, - продолжала «тигрица», оттесняя от Марии Луизы остальных.
- Что это за место?
- Трианон, дитя мое. Самое прекрасное место на Земле.
Какой-то в пиратском облачении кавалер сунул в руку Марии Луизы маску - черную с прорезями для глаз, вся усыпанную блестками.
- Что это? – Мария Луиза повернула маску вправо, влево.
- Маска темной феи, - рассмеялась «тигрица», а затем добавила. – Ты видимо приехала издалека, раз не знала о нашем карнавале?
- Я только что приехала из Версаля, - сказала Мария Луиза.
- Правда! – воскликнула дама – «тигрица». – И что же ты там делала?
И Мария Луиза рассказала странной незнакомке о своем путешествии из Санси в Париж, о голосе священника в Нотр Дам де Пари, о завораживающем танце бродячей артистки на паперти собора, о Версале и его обитателях. Рассказала даже о загадочном убийстве, произошедшем накануне. О том, как ей надоело ждать непонятно чего, и потому она поскакала ночью в Трианон. О своем удивлении при виде самой обычной деревни. Не сказала только о предупреждении, услышанном из уст безумного человека с гитарой.
- О, - воскликнула «тигрица», - Это не обычная деревня. Утром при свете солнца ты поймешь почему. Это я придумала ее, деревушку на территории замка. И моя идея так понравилась всем.
- Скажите, - Мария Луиза набрала в легкие больше воздуха, чтобы решится задать этот вопрос, - А кто вы?
- На карнавале, когда мы надеваем маски, то забываем свои имена. Мы только веселимся, слушаем музыку, танцуем. Поэтому я советую и тебе надеть свою маску, тогда я покажу тебе все прелести ночного Трианона.
- Но я хотела бы спросить……, - начала Мария Луиза.
- Тс, - дама – «тигрица» приложила изящный тонкий палец к ее губам. – Ты задашь свои вопросы потом. А сейчас ты просто фея, попавшая в неведомое королевство.
Мария Луиза почувствовала, как незнакомка берет ее за руку и куда-то ведет.
Они пошли по деревне. Самой обычной, похожей на ту, в какой не раз бывала Мария Луиза, когда жила в Санси. Небольшие каменные домики с крытыми соломой крышами, низкие деревянные заборчики. И….. Посреди маленькой поляны стоял дядюшка Джо. Нет, присмотревшись, Мария Луиза поняла, что это вовсе не старый хромой цыган. Неизвестный молодой человек был одет почти как дядюшка Джо, и в руках у него скрипка. Взмах смычка и над поляной пустились в пляс звуки задорной, знакомой Марии Луизе с детства мелодии.
- Потанцуем? – спросила «тигрица» и, не дожидаясь ответа, закружила Марию Луизу.
«Если я сплю, или сошла с ума, то пусть все это доставит мне наслаждение»! – подумала маркиза и отдалась власти танца. Так забавно смотреть на разряженных по последнему слову моды кавалеров и дам, скачущих под звуки крестьянской мелодии.
Скрипка смолкла.
- Пойдем, я покажу тебе мой садик, - голос «тигрицы» в ночи показался звоном серебряного колокольчика.
Теперь уже Мария Луиза окончательно стала верить в то, что она спит. Не было никакого побега из Версаля, не было неистовой скачки на вороном жеребце. А значит, нет и всего того, что она видит сейчас. Мостики, перекинутые через небольшие запруды, цветущие розовыми чарующими пахнущими цветами деревья. И это летом? Летом деревья не цветут! Резные скамейки, фонтанчики, статуи обнаженных девушек и существ, похожих на сатиров.
- Тебе нравится?
- Очень красиво, - ответила Мария Луиза своей спутнице.
- Я знаю. А мне очень нравится твое платье. И то, как оно сочетается с маской темной феи.
- Платье? – Мария Луиза посмотрела на синее, в ночи почти черное, довольно уже поношенное дорожное платье. – Чем, интересно. Я бы давно выкинула его, если бы….., - маркиза запнулась.
«Если бы у меня было больше денег», - договорила она уже про себя.
- Нет, нет, - возразила дама - «тигрица», - Ты не права. Подожди. Стань вот так, чтобы луна светила прямо на тебя. Да ты будто пришла из другого мира.
- Наверное, так оно и есть, - грустно заметила Мария Луиза. – И когда я проснусь….
- Ты думаешь, что спишь?
- И когда я проснусь, то ничего этого уже не будет. Только темная спальня в Версале, Дамор Пропре и мадам Бете. И я опять не увижу королеву…..
- Королеву? Ты приехала в Трианон, чтобы увидеть королеву? – похоже «тигрицу» ужасно развеселило желание гостьи.
- Да, я ехала из Санси ко двору королевы Марии Антуанетты, а попала во дворец, где выжившие из ума старики и старухи развлекаются, соблазняя тех, кто к ним приехал.
Дама хохотала от души, звонко, заливисто. Она схватилась обеими руками за живот и согнулась пополам.
- Ста-ста- ста-ри-ки, - с трудом повторила она. – И ста-ста-ста-ру-хи?! Ра-ра – ра-звле-каются?! О, господи, - дама закашлялась от смеха, потом остановилась, перестав, крутится на одном месте и стала тяжело дышать. – Ну, меня давно так никто не смешил. Старики и старухи Версаля! Богадельня! Притон выживших из ума! Как тебя зовут, милая девочка?
- Маркиза Мария Луиза де Сансильмонт, - сказала девушка, даже не зная, кому она представляется.
- Так вот Мария Луиза де Сансильмонт, я обещаю познакомить тебя с королевой и при этом обещаю не домогаться, - «тигрицу» опять накрыл приступ смеха.
- Вы познакомите меня с королевой?
- Непременно и уже сегодня.
- Но как?
- Сегодня утром в десять часов утра во дворце Трианон в парадной зале королева как всегда будет давать официальную аудиенцию своим придворным. Приходи. Я найду тебя там и представлю королеве.
- Но как я узнаю вас без маски?
- Я сама подойду к тебе. Я запомнила твое лицо, а больше всего это очаровательное, бесподобно идущее тебе платью, - дама – «тигрица» достала висящие на цепочке, на груди часы, открыла изящную крышечку и ахнула. – О, да уже четыре ночи. А ты с дороги устала, наверное. Пойдем.
Они прошли мимо мостиков, беседок, фонтанчиков и статуй. Свернулись в деревню и вошли в один из домов.
- Здесь не покои дворца, но тоже достаточно уютно и можно спать. Приятных сновидений милая. И в десять я жду тебя во дворце.

ХХХ
«Она обманет. Она не подойдет, - тревожно думала Мария Луиза, стоя в толпе придворных, в ожидании выхода королевы».
Что-то в сложившейся ситуации показалось ей таким знакомым. Точно так же ждала она когда-то Селю. И та пришла. Но Селя – подруга детства. А даму в маске тигрицы она совершенно не знает! Мария Луиза хмыкнула, вспомнив, что даже не видела лица той незнакомки. Должно быть «тигрица» уже пришла. Стоит себе спокойно в стороне, смотрит на нее и смеется.
«Чужая! Я просто чужая в этой разряженной, шикарной толпе»!

Когда Мария Луиза пробудилась утром, то поняла, что действительно находится не совсем в обычной деревне. На первый взгляд все было, как в детстве. Каменные домики, крытые соломой крыши, колодец с родниковой водой, луг. Даже коровы, лошади и куры. Не было только запахов навоза, преющей травы, таких привычных там, в деревне недалеко от Санси. Кроме того, коровы и лошади выглядели, словно вымытые щелочным жидким мылом. И потому ничем не пахли. А когда в деревенскую пастораль врывались мостики, искусственные ручейки, беседки и статуи, то картина вообще начинала напоминать чей-то странный замысловатый сон.

- Скучаете, мадам?
Мария Луиза вздрогнула, возвращаясь из своих мыслей, и посмотрела на стоящего рядом мужчину. Он улыбался пухлыми прячущими усмешку губами.
- Могу я вам чем-то помочь?
- Даже не знаю, - растерянно ответила Мария Луиза.
- Вы в гостях у нас? – продолжал мужчина, внимательно разглядывая маркизу темно карими глазами. – Или намереваетесь здесь жить.
- Все зависит от воли королевы. Но я, к сожалению, не представлена ее величеству, - вздохнула девушка.
«Какой он красавец!»
- Не представлены? – на лице мужчины появилось выражение недоумения. - Но, в этом совершенно ничего нет страшного. Всегда найдется тот, кто вас познакомит.
- И кто же это? – настороженно улыбнулась Мария Луиза. Ведь она уже знала, какую цену может иметь подобная услуга.
- Я, например. Но мы ведь еще с вами не знакомы. Я забыл представиться: граф Карл Дартуа. Брат короля Людовика ХVI. А вы моя прекрасная мадмуазель….
- Маркиза Мария Луиза де Сансильмонт, - девушка не ожидала, что вот так запросто в толпе придворных в Трианоне встретит брата короля.
- Вы случайно не состоите в родстве с маркизом де Санси? – Карл Дартуа смотрел на Марию Луизу серьезно. Он перестал улыбаться. В его взгляде не было и намека на какую-либо непристойность.
- Случайно состою. Маркиз де Санси мой пра-пра-пра дедушка, - Мария Луиза любовалась графом Дартуа. Она еще никогда не видела таких красивых мужчин. Высокий, стройный. Синий фрак и такие же кюлоты (короткие штаны) бесподобно сочетались с белым с синей вышивкой камзолом. Лицо его будто сошло с полотен великих художников писавших королей. Да, он очень похож на своего брата, Людовика ХIV. Такие же капризные пухлые губы, такой же длинный прямой нос. Только черты лица у Карла Дартуа несколько утонченнее. Темно карие с густыми ресницами насмешливо прищуренные глаза, делали взгляд графа завораживающим.
Если бы Мария Луиза родилась в Париже или Версале. Если бы она с детства была посвящена в тайны дворцовой жизнь, то знала бы: Карл Дартуа – самый лакомый кусочек для здешних дам. О любовных похождениях графа рассказывали невероятные истории. Мария Антуанетта была от этого мужчины в восторге. Никто в целом мире не мог так развлекать королеву, как граф Дартуа. Любовные приключения Карла забавляли. Его изобретательность в способах соблазнения приводили в восторг. Граф практически каждый день демонстрировал королеве спектакль, разыгранный на сцене жизни, что, безусловно, Мария Антуанетта высоко ценила. В стенах Трианона допустимо все, кроме скуки.
Конечно, ничего этого, смотря в глаза графу, Мария Луиза не знала. Отчуждение вдруг выскочило из ее сердца. Неожиданно для себя самой девушка осознала, что вокруг нее улыбаются красивые молодые лица. Они не чопорны, не высокомерны. Их разговоры непринужденны и легки. Наряды изысканны.
- Это имя достаточно знакомо и уважаемо, - заметил граф Дартуа.
- Вы говорите об истории с алмазом?
- Не только. Оказанная маркизом Гарлеем де Санси в свое время услуга короне значительна. Я представлю вас Марии Антуанетте.
- Вы?
- Вас это удивляет? А вот, кстати, и она.
По красной ковровой дорожке шла молодая женщина. К удивлению Марии Луизы на ее голове не было замысловатой прически. Пепельные с серебристым отливом волосы аккуратно зачесаны к макушке и там закреплены изящной заколкой. Что-то знакомое промелькнуло в тонких нервных чертах лица королевы. Где-то Мария Луиза ее уже видела. Но где?
- Граф, - Мария Антуанетта подошла к Карлу Дартуа и маркизе де Сансильмонт, - А я ведь так и не угадала, кем вы были сегодня ночью.
- Я был традиционен до скуки, - улыбаясь, ответил Карл.
- И все же я не угадала. Вы принесли сегодня с собой маску?
- Нет. Я оставил ее до следующего карнавала, - граф демонстративно поклонился.
- А я взяла, - королева выставила вперед правую руку, которую до этого прятала за спину.
В тонких пальцах скалилась морда тигрицы.
- Это были вы? – невольно вырвалось у Марии Луизы.
- А ты думала, что я забыла о темной фее? – в серых глазах королевы плясали искорки – отражения лучиков солнца.

И тут в памяти Марии Луизы вспыхнуло, подобно огоньку, видение, которое она считала своим далеком сном. Мама и еще живой папа (как же это давно было) подвели пятилетнюю Марию Луизу к высокой худенькой девочке.
- Ты будешь играть со мной? – спросила она.
- Конечно, - ответила Мария Луиза, с удивлением рассматривая волосы девочки. Она еще никогда не видела таких волос. Как будто серебряных.
А потом они куда-то бежали. Громадные залы сменяли друг друга…..
Неужели.…… Неужели….. Мария Луиза была в Версале. Видела Марию Антуанетту. Она почти не изменилась. Та же открытая жизнерадостная улыбка, тот же озорной взгляд серых глаз.

Добавлено (24.09.2012, 10:29)
---------------------------------------------
Роман "Орден"
Глава 10


10
«Быть преданной – безумство и бессилье.
Отброшенной – нежданный поворот.
И я ушла как никогда красиво,
В одну из тысячи своих свобод.
Быть странницей. Быть просто выше.
Мечтать о встречах с ними день и ночь,
Но тот, кого я выбрала, не слышал,
Как уходила я красиво прочь.
Ведь что-то есть в бессилье и свободе,
И в отзвуке шагов.
Ведь так всегда уходят.
Всегда без слов».
Безымянная.

Из дневниковых записей Марии Луизы
«С нашей первой ночи прошло девять месяцев. Обычно, по истечении этого времени у женщины появляется ребенок. Из меня же вышла кровь и мертвая плоть. Но даже если бы он родился живым, то оказался бы не нужным графу. Много дней боль раздирала меня. Физическая, но намного мучительнее душевная. Несколько дней я провалялась в забытьи. Не понимая где я, и что со мной. Я помню только мокрую тряпку на своем горячем лбу. Тряпка отвратительно пахла сыростью. Помню чьи-то голоса, среди которых, кажется, был и мой голос. Похоже, я бредила. Еще в памяти осталось то ли видение, то ли сон. Я увидела юношу, продавшего мне «Монахиню». На этот раз я видела его очень отчетливо. Он якобы подошел к моей кровати, остановился очень близко и смотрел. Его взгляд был ужасен. Абсолютно черные глаза, даже не видно зрачков. Женственное, не человеческое, скорее ангельское лицо. Он просто стоял и просто смотрел. Я не выдержала и захотела спросить кто он, и что ему от меня нужно. Но мое горло сдавил спазм, и я ничего не смогла сказать. Тем не менее, юноша ответил:
- Я стоящий на грани двух миров. На грани времен. На грани двух сил.
- Ты демон?
- А кто такие демоны? – усмехнулся юноша, и усмешка его была ужасна тем, что взгляд его при этом оставался прежним: пустым и холодным.
- Это те, кто обитает в аду, - я поняла, что отвечаю ему мысленно.
- А что такое ад?
- Вы не знаете, что такое ад?
- Я не человек и мне безразличны ваши человеческие сказки.
- А кто вы?
Юноша опять усмехнулся, а потом исчез.
Думаю, он был игрой моего воспаленного воображения, которое пыталось закрыть меня от реальности.
А в реальности…
Оказывается, Карл просто развлекался. А вместе с ним развлекались все: королева, придворные. У меня перед глазами до сих пор стоит насмешливо сочувственное лицо герцога Ленуара Дамора Пропре.
- Моя девочка, неужели ты серьезно думала, что он женится на тебе?
А рядом мадам Бете.
- Возвращайтесь в Версаль, милочка. Здесь вам больше нечего делать.
Шепот и усмешки за спиной.
Холодные глаза Карла Дартуа.
- Я не давал тебе надежды. Я ничего не обещал.
Моя бедная мама была так наивна, отправляя меня ко двору, чтобы я нашла себе мужа. Брак давно здесь не в чести. Верность считается извращением. Если у придворной дамы нет помимо мужа любовника, ее считают ущербной.

А начиналось все так чарующе. Я помню….. Хотя это было так недавно, я помню только обрывки чувств, событий……»

ХХХ
На следующий после знакомства день королева предложила Марии Луизе поехать в Париж.
- Тайно, моя милая, мы поедем тайно. Только ты, я и граф Дартуа. Никакой свиты, никакого надзора.
- Но ваше величество, вас узнают, - изумленно ответила Мария Луиза, вспомнив рассказы мадам Жозани о тайных поездках королевы.
- Все знают, что я часто тайно езжу в Париж, - рассмеялась Мария Антуанетта. – Но никто не знает когда, в какое точно время.
- Вы не боитесь?
- Чего?
- Что все-таки вас кто-то увидит?
- Я и Карл будем в масках. А тебя в Париже еще никто не знает. Ну же, - королева крепко обняла Марию Луизу за талию, - Ты не должна боятся. В моем дворце красиво, но так однообразно…
Мария Антуанетта улыбалась, как если бы улыбался ребенок, задумавший шалость. В этот момент королева исчезла. К маркизе прижималась и заглядывала в глаза очаровательная девушка с «серебряными» волосами.

ХХХ
Мария Луиза, королева и граф Дартуа, выйдя из кареты возле Театра Пале Рояль на улице Монпасье, погрузились в толпу подобно ножу, режущему хорошо взбитое сливочное масло. Непонятно зачем Мария Антуанетта решила прогуляться «инкогнито среди народа». Так она сказала сама. Марии Луизе ее желание показалось странным. Тем более что и гулять особенно негде. Тогда нужно было отправиться в близлежащий парк. Там, по крайней мере, нет такой суматохи и толкотни. А тут нужно идти несколько десятков совершенно ненужных шагов. Хотя другие кареты останавливаются возле самых ступеней белого величественного здания – Театра комедии Пале Рояль.
- Сегодня многолюдно, - заметила королева, улыбаясь кончиками губ. Синяя бархатная маска закрывала почти все ее лицо, оставались только прорези для глаз и рта.
- Сегодня ставят «Маленькие вещички», - сказал граф Дартуа, смотря поверх человеческих голов, видимо соображая, как им можно пройти сквозь толпу быстрее. – Между прочим, на музыку Моцарта.
- Вам не страшно? – спросила Мария Луиза королеву.
- Страшно? И чего я должна боятся?
- Толпы, - серьезно ответила маркиза. – Толпа может раздавить.
- Это мой народ, - Мария Антуанетта гордо вскинула голову, - Он любит меня и никогда не причинит мне вреда. Тем более, в парижской резиденции королей.
- Возможно, - нервно усмехнулась Мария Луиза, - Но сейчас люди не знают, кто скрывается под маской.
- Дамы, не волнуйтесь, - весело воскликнул Карл Дартуа, - Мы уже пришли.
Возле ступеней входа в Театр Пале Рояль было не так оживленно. На спектакль пришли только те, кто мог себе это позволить. В основном днем парижан интересовали торговые лавки, увеселительные дома, таверны расположенные рядом с театром. Но Мария Луиза все равно вздохнула с облегчением. Она не любила столпотворения. Люди в таком количестве вызывали у нее панику, ей становилось трудно дышать. Хотелось сразу вырваться, исчезнуть. Маркизе почему-то казалось, что толпа сомкнется вокруг них и раздавит. Откуда такое ощущение?
- Вы так бледны, мадмуазель, - Карл взял Марию Луизу за локоть.
- Все хорошо, - улыбнулась маркиза и впрямь побледневшими губами.
- Вы просто еще не привыкли к Парижу, - граф Дартуа, в маске тоже смотревшийся вполне загадочно, а главное плохо узнаваемо, поцеловал запястье Марии Луизе. – Вы когда-нибудь слушали Моцарта?
Маркиза промолчала и покраснела. К своему стыду она не знала этого имени.
- Некоторая публика не очень любит его музыку, - продолжал Карл Дартуа, - Но, тем не менее, я считаю его величайшим композитором нашего столетия.
- Карл, - прервала речь графа королева, - Я думаю, маркиза не знает о Моцарте. Тебе же уже рассказывали, что она жила в замке.
- Забытом богом и просвещением, - рассмеялся Дартуа.
Марии Луизе стал неприятен этот разговор. Чтобы отогнать задевающие самолюбие мысли, она стала смотреть по сторонам. Ее ушей коснулась тихая, печальная мелодия. А потом зазвучал голос:

Áve, María, grátia pléna; Dóminus técum:
benedícta tu in muliéribus, et benedíctus
frúctus véntris túi, Iésus.
Sáncta María, Máter Déi, óra pro nóbis peccatóribus,
nunc et in hóra mórtis nóstrae. Ámen

(Радуйся, Мария, благодати полная!
Господь с Тобою;
благословенна Ты между женами,
и благословен плод чрева Твоего Иисус.
Святая Мария, Матерь Божия, молись о нас, грешных,
ныне и в час смерти нашей. Аминь.)

Мужчина в потертой светло-коричневой кожаной куртке на голое тело и коротких рваных штанах сидел на ступенях театра, играл на гитаре и пел. Голос взмывал к вершинам звуковой гаммы, потом, подобно увидевшему добычу коршуну падал вниз, и там стихал. Грязные грубые пальцы перебирали струны. Мужчина пел, склонив голову на бок, и его длинные сальные седые волосы касались грифа инструмента. Опять он! Чужак, показавший в детстве Марии Луизе, где найти кинжал. Безумец, хотевший остановить карету маркизы в первый день в Париже. Безымянный пророк. На этот раз он просто сидел и пел, как могут петь только архангелы на небесах.
- Как красиво! – выдохнула Мария Луиза. Страх в ее душе смешивался с восхищением.
Мужчина перестал петь и внимательно посмотрел в глаза Марии Луизы своим выцветшим голубым взглядом.
- Что? – переспросил граф Дартуа.
- Как красиво играет и поет этот человек!
- Этот? – Карл поморщил свой длинный нос. – Это же просто уличный нищий!
- Но он поет и играет просто волшебно!
- Моя прелесть, нищий не может играть волшебно! – воскликнул граф Дартуа. – Я вижу, вы совершенно не знакомы с миром искусства. Вот здесь, - Он указал на притаившийся под аркой вход в театр, - Можно услышать поистине волшебное пение. И не только.
Марии Луизе безумно захотелось подойти к уличному музыканту, своему таинственному чужаку, расспросить кто он и откуда, но она побоялась, что королева и Карл Дартуа ее неправильно поймут.
- Вы знаете, кто это? Часто он здесь играет? – спросила маркиза Марию Антуанетту.
- Не знаю, - беспечно ответила королева.
«Может он приходит сюда каждый день. Тогда в другой раз, когда буду здесь одна, я смогу поговорить. Я смогу понять, кто он: провидец, чародей, а может колдун?» - сказала сама себе Мария Луиза, входя в большие покрытые позолотой двери.

ХХХ
Шепот, бесконечный щекочущий уши шепот. Почему он не смолкает? Уже погашены в зале свечи. И в королевской ложе царствует мрак. Мария Луиза, королева и граф Дартуа прокрались сюда только что, в темноте. Их никто не видел. Вернее никто не обратил на них внимания. Там внизу, в амфитеатре и партере будут говорить, что королева не изволила посетить спектакль. Ее, как обычно, не было. Шепот. Уже актеры вышли на сцену, и началось представление. А шепот все не смолкает. Он звучит прямо в голове у Марии Луизы. Как будто кто-то шепчет в ее сознании. Девушка улавливает только обрывки разговора.

- Все это так однообразно, до тошноты…., - надменно произнес женский голос.
- Потерпите, Катарина, скоро в Версале будет бал, - сказал мужской голос.
- Вы думаете, там будет свежая кровь? – спросил тот же женский голос.
- А прежняя вам уже не по вкусу? – изумился другой мужской голос.
- У вас, Анри, странные вопросы! Кому, как ни вам знать, что в Париже не хватает крови. В городе не может умирать странной смертью больше людей. Иначе мы привлечем к себе внимание. Великий магистр ордена не допустит этого! – невидимая и неведомая дама повышала голос. Казалось, у нее сейчас начнется истерика.
- Вы, как всегда излишне эмоциональны, Катарина, - холодно заметил второй мужской голос. – Вы же прекрасно знаете, что Париж не может получить много крови сразу! Для того чтобы это случилось, нужны годы. Нужно подготовиться.
- И сколько вы будете готовиться? – спросила та, которую назвали Катариной.
- Больше десяти лет.
- Это долго!
- Послушайте, - вмешался первый мужской голос, - Праздник трех королей уже назначен. Мы не можем изменить даты. Такое событие невозможно организовать быстро. Мы еще не нашли исполнителей.
- Так ищите их, Аласт!

- Что с вами? – вопрос графа Дартуа ворвался в сознание Марии Луизы неожиданно, так если бы она вдруг незаметно для себя уснула.
А может быть, так оно и было? И маркиза задремала с открытыми глазами?
- Что, простите? – нервно сжала правую ладонь в кулак Мария Луиза.
- Что с вами происходит? Я уже некоторое время пытаюсь вам растолковать то, что творится на сцене. А вы будто не слышите меня.
- Мне почудились голоса, - растерянно прошептала Мария Луиза, - Они говорили о крови, называли какие-то имена.
- Сегодня очень душно в театре, - заметила королева. – Ты только что чуть не упала в обморок.
- А голоса?
- Просто у тебя богатая фантазия, - королева взяла ладонь Марии Луизы в свою и нежно пожала ее. – Надеюсь тебе лучше? Тебе нравится музыка?
Только теперь маркиза смогла посмотреть вниз. Из королевской ложи она видела полуовал сцены, разряженных с выбеленными лицами актеров и актрис. Они танцевали, воодушевленно, с надрывом и напоминали марионеток, которых невидимый кукловод дергает за ниточки. Музыка…. Музыка звучала немного странная, непривычная, выражающая то безудержное веселье, то черную скорбь.
- Это комедия? – спросила Мария Луиза темноту, не зная, кто ей ответит: граф Дартуа или королева.
- Да, и презабавная, - сказал Карл. – Так на чем я остановился? Ах да, вон тот актер, сейчас крайний справа - Жан Доберваль, он ведь не только танцор, но и балетмейстер……
Голос графа Дартуа потонул в монотонном гуле в ушах Марии Луизы.

- Я не могу смотреть на этот фарс!
- Катарина!
- Что?

Маркиза яростно затрусила головой, стараясь отогнать навязчивый чужой разговор. Неужели он только мерещится ей? Такой реальный, такой отчетливый. Будто неизвестные люди беседуют рядом с ними в королевской ложе.
Мария Луиза так и не смогла досмотреть спектакль. Она практически не слышал разъяснений Карла Дартуа. А граф, в конце концов, замолчал и полностью погрузился в мир представления.

Добавлено (26.09.2012, 14:41)
---------------------------------------------
Роман "Орден"
Глава 11


11
Если смотреть на Париж с высоты птичьего полета, то отчетливо можно увидеть, что улицы его напоминают тело гигантской змеи, свернувшейся кольцом. Веками город концентрически рос вокруг своего древнего ядра – острова Сите. В его сердце, похожие на айсберги, возвышаются Собор Парижской богоматери и ансамбль Дворца правосудия со зданием Консьержери. Река Сена голубой прожилкой рассекает Париж пополам. На левом берегу вблизи университета на холме возвышается Пантеон, Люксембургский дворец, на правом Лувр, Пале Рояль, зеленое пятно сада Тюильри, а за ним словно дрейфующие в северном море утлые кораблики, жилые дома, магазины, кофейни, лавки ремесленником. Но с высоты птичьего полета трудно увидеть дом мадам Гурдан. Он незаметно притулился к зданию театра Пале Рояль на улице Монпасье. Простой люд, приходящий гулять в публичный сад и не догадывались о том, что происходит в стенах этого дома. Для народа он был очередным красивым зданием, которым можно с недавнего времени любоваться. И только особы из высшего света знали, что предлагает посетителям гостеприимная мадам Гурдан.

ХХХ
Карл Дартуа сойдя со своими спутницами со ступеней театра, решительно потянул их в сторону дома мадам Гурдан.
- Что вы задумали граф? – Мария Луиза с удивлением уловила в голосе королевы нотки смущения.
Карл нагнулся и что-то прошептал на ухо Марии Антуанетте.
- Граф, это безумие! Она еще совсем ребенок!
- Мы просто посмотрим и все. Ну же!
- Если в Версале узнают, где я была. Если донесут королю!
- Но они не узнают, - полные губы графа довольно улыбались. Он демонстративно сорвал маску со своего лица.
- Что вы делаете? – воскликнула королева.
- Не бойтесь, - в темно карих глазах Карла Дартуа словно рождался демон, страстный, неудержимый.
- Вас теперь узнают! – еле сдерживая негодование, воскликнула королева.
- И пусть. Это не значит, что узнают вас.
- Ну, да, - нервно хмыкнула Мария Антуанетта. – Меня, конечно, трудно не узнать рядом с братом короля. Учитывая то, что весь Париж и Версаль в придачу, наслышаны о наших ночных похождениях. Притом, что маркиза и вы без маски. А я….. Моя маска теперь просто бесполезна!
- Ваше величество, - сказал с легким поклоном граф Дартуа, - Кто угодно и сколь угодно может говорить о том, что вы вечером одиннадцатого июля 1778 года посетили дом мадам Гурдан. Они могут описать ваш наряд и вашу маску, но доказать, что под маской скрывалась королева они не смогут. Да и не посмеют доказывать.
Мария Луиза слушала этот диалог в большой растерянности. Что происходит? Что такого особенного в этом белокаменном, увитом плюющем двухэтажном доме? Почему королева считает неприличным для себя переступить его порог?
- Согласна, - кивнула Мария Антуанетта хорошенькой головой. Она смотрела в глаза графа Дартуа и видела в них вызов. Хватит ли у королевы смелости совершить очередное безумие? – Мы посетим мадам Гурдан. Но пробудем там недолго.
- Как скажите, - граф Дартуа поцеловал королеве руку. – Но я привел вас в этот особняк не бесцельно. Вы сами всегда говорили, что вам нравятся красивые девушки. А здесь очень много красивых девушек.
- И что вы предлагаете? – у Марии Антуанетты перехватило дыхание от такой дерзости.
- Предлагаю вам выбрать нескольких для себя в королевский театр, - ответил граф спокойно, словно рассуждая о погоде, при этом улыбка его стала напоминать искусительную улыбку Иоанна Крестителя с картины Леонардо да Винчи.
- Моего театра, - похоже, эта мысль не приходила королеве в голову.


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
VolckovДата: Суббота, 29.09.2012, 07:23 | Сообщение # 30
Житель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 1171
Награды: 54
Репутация: 118
Статус:
Марина! Ну вот, впереди выходные, наконец-то доберусь до прождолжения вашего романа. :-)
Сейчас стихи ваши читаю...
"Графу Дартуа" - понравились выражения "бал - лобное место" - очень образно! - и "нарушите словом волну менуэта" - очень музыкально! Обращение "месье" в каждом четверостишье придает особую ритмику, как повторение фигур в танце. То же впечатление производят слова "можно" и "ложно" в третьем четверостишье. Повторения слов создают типичный для менуэта размер 3/4 - замечтательно, что словами вам удалось передать музыку! Что хотелось бы исправить: поставить вопросительный знак в конце второго катрена, и строчку "Пусть окончится пьеса, Проигранной жизни. Отпляшется бал" написать так: "Пусть окончится пьеса Проигранной жизни, отпляшется бал". Думаю, это будет более правильно по пунктуации.
 
pantera2Дата: Суббота, 29.09.2012, 08:35 | Сообщение # 31
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Спасибо за отзыв. Ваше замечание учла и уже исправила концовку стиха. biggrin

Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
VolckovДата: Суббота, 29.09.2012, 09:20 | Сообщение # 32
Житель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 1171
Награды: 54
Репутация: 118
Статус:
Марина! Вы ничего не обязаны исправлять, если что. :-)
Я просто советую. :-) Но, если я правильно понял, речь идет о "пьесе проигранной жизни". Зачем же тогда разбивать предложение точкой (или запятой)?.. Думаю, не надо там никаких знаков препинания, в конце первой строчки четвертого катрена.
 
pantera2Дата: Суббота, 29.09.2012, 15:08 | Сообщение # 33
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Я что-то исправляю только в том случае, если согласна с замечанием. Просто иногда что-то я могу не доглядеть. И у меня кроме того, полно всяких ошибок. Пунктуационных, иногда стилистических. Есть и просто банальные опечатки. Тексты, что называется никто, кроме меня не редактировал. biggrin

Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
VolckovДата: Суббота, 29.09.2012, 17:28 | Сообщение # 34
Житель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 1171
Награды: 54
Репутация: 118
Статус:
Марина! Почему бы вам не выложить "Идущий к трону" в разделе сайта "Наша музыка"? Уверен, кроме меня нашлось бы много почитателей вашего таланта. :-)
 
pantera2Дата: Суббота, 29.09.2012, 19:13 | Сообщение # 35
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Хорошо, попробую...

Добавлено (29.09.2012, 19:13)
---------------------------------------------
Нет, не получается загрузить. Слишком большой объем файла. Или не тот формат. Я в этом плохо разбираюсь.


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
VolckovДата: Суббота, 29.09.2012, 19:18 | Сообщение # 36
Житель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 1171
Награды: 54
Репутация: 118
Статус:
Сделайте ссылку. Люди зайдут, послушают. Правильно говорят, что талантливый человек талантлив во всем. И в литературе, и в музыке. :-)
 
pantera2Дата: Среда, 24.10.2012, 14:52 | Сообщение # 37
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Роман "Орден"
Продолжение главы 11 и глава 12


- А почему нет. Многие актрисы королевского театра приходили на сцену с парижских улиц. И оказывалось, они умели пользоваться не только платками. (в 18 веке публичные женщины часто пользовались платочками для привлечения клиентов, делая ими особые знаки).

ХХХ
Когда за королевой, графом Дартуа и Марией Луизой захлопнулась дверь дома мадам Гурдан, маркизе показалось, она попала в самый уютный дом, который когда-либо видела. Пространство гостиной сокращено до минимума. И казалось еще меньше из-за обилия мебели. Мягкие пестрые диваны, низкие кресла, маленькие столики, непонятные растения в деревянных кадках. В креслах и на диванах сидели в ярких платьях дамы. Марии Луизе они показались очень странными: и платья, и дамы. В Версале и Трианоне, как, впрочем, и в самом Париже в светском обществе не принято носить одежду, сочетающую яркие контрастные цвета. А в доме мадам Гурдан…..
Одна дама с черными, убранными в высокую без изысков прическу волосами, одетая в красно синее бархатное платье кунтуш, восседала на леопардовом диване, закинув ногу на ногу. Дама курила трубку и что-то медленно пережевывала.
Мария Луиза вспомнила наставления своей воспитательницы мадам Жозани о том, что цвета в женском облачении должны плавно перетекать один в другой, а не создавать вызывающее сочетание. «Приличная женщина, - повторяла мадам Жозани, - Никогда не наденет платье, в котором будет желтый лиф и синие юбки, или красный лиф – синие юбки. Ну, или нечто подобное. Это безвкусно, вульгарно!»
Однако и другие дамы в гостиной были одеты не менее пестро. Одна из них при виде гостей немедленно подскочила, суетливо поклонилась и, запинаясь, выдохнула
- Граф, о-о-о, какая честь. Вы изволили посетить мой скромный дом…
- Прекратите, - сказал Карл Дартуа, оценивающе разглядывая стоящую перед ним женщину. – Вы слишком стары для того, чтобы изысканно лгать. Покои этого дома уж никак не назовешь скромными.
Мадам Гурдан улыбнулась, и улыбка ее напомнила Марии Луизе мадам Бете – та же приторность и фальшь. И хотя хозяйка дома не была еще стара, слой пудры делал ее лицо словно неживым. Кунтуш мадам Гурдан выглядел аляписто, сочетая в себе целых три цвета лиф – красный, фижмы – зеленые и юбки – темно коричневые. Не женщина, а цветок. Мадам Гурдан мельком взглянула на Марию Луизу и скрывающуюся под маской королеву.
- О-о-о, вы решили посетить мое заведение с дамами.
Граф Дартуа кивнул.
Марии Луизе почему-то стало смешно.
- Нам показалось, что вечер дома, перед камином слишком банален и скучен. Поэтому мы приехали к вам. Надеюсь, у вас найдется, чем нас порадовать?
- Даже не знаю, граф, - мадам Гурдан засуетилась, нервно потерла ладонь о ладонь, ее восточные черные глаза, выглядевшие странно в контрасте с сильно напудренными русыми волосами стали смотреть то на королеву в маске, то на графа. Лишь изредка взгляд мадам останавливался на Марии Луизе. – Я не знаю, что бы вам могло быть интересно.
- Танцовщицы, к примеру, - ответил Карл. – В вашем доме говорят, живут очень талантливые девушки.
- Да, да, - закивала мадам Гурдан. – Конечно, я могу вам их показать прямо сейчас. Прошу вас следовать за мной.
Хозяйка подошла к стоящему возле леопардового дивана шкафу и открыла дверцу.
- Прошу! – сказала она, низко поклонившись гостям.
Королева хихикнула. Граф Дартуа стоял с невозмутимым видом. А Мария Луиза подумала, что мадам Гурдан – ненормальная. Ведь она предлагала им войти в шкаф!
- Прошу, - повторила мадам Гурдан.
Первым в шкаф вошел Карл Дартуа. Потом туда незаметной тенью скользнула королева.
«Как они там поместились?» С этими мыслями в дверцу вошла Мария Луиза.

ХХХ
За шкафом скрывалась комната. Роскошная, большая, с бассейном и даже небольшим садиком. Мария Луиза внутренне ахнула, когда увидела сидящих на мраморном полу дам. Красивые, роскошные в полупрозрачных платьях они о чем-то тихо между собой беседовали. Чувственные, притягательные юные девушки и даже зрелые женщины заставляли смотреть на себя с восхищением. И Мария Луиза смотрела. Сквозь ткань одеяний видны были тела. Их кожа, их изгибы завораживали. В комнате было жарко и влажно, как в самый знойный летний день. Мария Луиза почувствовала, что капельки пота бегут по ее спине. Разомлевшие дамы казались нереальными. Они напоминали грезы, которые могут привидеться после бокала хорошего вина.
- Ну и что вы сидите?- неприветливо, и даже зло шикнула на девушек и женщин мадам Гурдан. Ее грубый голос нарушил очарование наваждения. Как будто в воздухе резко щелкнули кнутом.
Мария Луиза вздрогнула.
Дамы испуганно вскочили с пола.
- Что желаете? – спросила худенькая, но с гармоничной фигурой девушка.
«Пресвятая Дева Мария, - подумала Мария Луиза, - Да ведь она, кажется, младше меня!»
И показалось вдруг маркизе, что роскошную с бассейном и садиком комнату разом заполнила тьма. Стало еще более душно и влажно. Мария Луиза поняла, что ежедневно в этом доме творится что-то противоестественное, гадкое, отвратительное человеческой душе. Что эти красивые дамы заточены здесь, и мира за стенами дома для них не существует. А мило улыбающаяся, напудренная мадам Гурдан не более чем надзирательница.
- Я хочу, чтобы вы танцевали для господ!- крикнула мадам Гурдан. – Танцуйте!
В глазах худенькой девушки Мария Луиза увидела слезинки. Или ей это только показалось? Просто отблеск свечей так упал на зрачки.
Дамы танцевали, и движения их заставляли Марию Луизу краснеть. Чтобы как-то успокоить бешено бьющееся сердце, она спросила.
- Что это за танец? Я никогда не видела, чтобы танцевали так….
- Возбуждающе, - прошептала королева.
- О-о-о, - воскликнула мадам Гурдан, - Этот танец пришел к нам с востока от магометан. Вы знаете, я обожаю восток! Он скрывает столько тайн, загадок. А в искусстве любви его женщины превзошли всех других женщин мира. То, что вы сейчас видите лишь жалкое подобие тех красавиц, что живут в гаремах Турции.
- А мне они нравятся, - с обидой в голосе сказала Мария Луиза.
Маркизе вдруг стало жалко обитательниц роскошной комнаты. Однажды в детстве ей из Парижа привезли механическую куклу. Кукла была некрасивая, грубо сделанная, зато могла танцевать. Правда танцевала она тоже некрасиво, однообразно. Подарок не понравился тогда Марии Луизе, хотя ее мама пришла в восторг. Танцующие сейчас дамы напомнили маркизе ту куклу. И хотя двигались они прекрасно, тела их, подчиняясь гармонии звуков, изгибались в такт неведомо откуда струящейся музыке, чувствовалось – они танцуют не по своей воле. Мадам Гурдан была тем механизмом, который приводил плоть дам в движение.
- Мне нравится! – восхищенно выдохнула королева. – А мы можем организовать такой театр у себя?
- Конечно, - улыбнулся граф. – Вам стоит только пожелать и он у вас будет.
- И я хочу, чтобы там танцевали именно эти женщины, - настойчиво сказала Мария Антуанетта.
- О-о-о, - во взгляде мадам Гурдан появился азарт. А Марию Луизу начало раздражать это показавшееся вначале забавным протяжное «о-о-о». – Вы хотите лишить меня хлеба?
- Вы наберете себе новых, - жестко заметил граф Дартуа.
- Но, господин, на это уйдет не меньше года! А вы же знаете, какие господа посещают мой дом.
- Я дам вам денег столько, сколько попросите, - воодушевленно воскликнула королева.
- Еще чего! – фыркнул граф. – Сейчас она запросит такую сумму, которая разорит королевскую казну. Мы заплатим вам за девушек и выделим деньги на поиск новых. А господам, которые станут задавать вам лишние вопросы, объясните, что девушки куплены для Трианона. Ясно?
Мадам Гурдан, видимо, не решаясь возразить, низко поклонилась.
- Милое дитя, - королева встревожено посмотрела на Марию Луизу, - Мы совершенно забыли о маркизе, граф. Она, наверное, удивлена и растеряна.
- С ней все в порядке, - уверенно сказал Карл Дартуа и обнял Марию Луизу за талию.
Это прикосновение странно подействовало на девушку. Танец, жара, влага, странный дом произвели на нее непривычное впечатление. В ее душе боролись два чувства: отвращение к тому, что только что произошло, и желание чего-то непонятного. По ногам маркизы пробежала дрожь, а внизу живота что-то мучительно заныло. Карл Дартуа прижимался к Марии Луизе все сильнее и сильнее, его руки с досадой натыкались на корсет, пальцы теребили шелковую ткань, он дышал маркизе в ухо. А Марии Луизе вдруг полностью захотелось опереться на графа, опрокинуться в его объятия.

Из дневниковых записей Марии Луизы:
«Я буду помнить эту ночь всегда. Его руки и на моем теле и глаза, ставшие от страсти еще более темными. Он целовал меня, то нежно, то, внезапно, под влиянием нахлынувшего чувства жестко и даже грубо. Он кусал мою шею и грудь так, что в какие-то моменты мне становилось даже больно. Его большие руки мяли меня, словно тесто. А мне казалось, что вот-вот и я потеряю сознание. Чувство падения и полета одновременно.
Словно в забытье шептал мне Карл Дартуа:
- Любимая, самая прекрасная женщина мира! Мы будем с тобой вместе вечно!»

12
- Она уехала! – сказала мадам де Бете, раздраженно поджав губы. – Я узнала, что эта несносная, дерзкая девчонка сама поехала в Трианон и познакомилась с королевой!
Мадам де Бете пыхтела, кровь приливала к ее круглому лицу, делая надутые щеки Анжелы еще более обвисшими.
Герцог Дамор Пропре слушал ее с мрачным видом.
- Мне еще никто никогда не отказывал, - процедил он сквозь зубы.
- Ленуар, она бросила вам вызов, она…..
- Помолчи, Анжела! У меня уши закладывает от твоей болтовни!
Мадам де Бете обиженно засопела, но замолчала.
- Она бросила мне вызов, - уже спокойно продолжил Ленуар. – Хорошо. Значит, мы сегодня же едем в Трианон.
- В Трианон? – мадам де Бете чувствовала, что ей не хватает воздуха, что она сейчас упадет. – Вы…. Вы будете таскаться за этой девчонкой?
- С каких это пор ты удивляешься моим действиям? – герцог посмотрел на мадам де Бете с неприязнью.
Анжелу передернуло от этого взгляда.
- Я…., - запинаясь, стала оправдываться она, - Я просто хотела сказать, что вам не солидно….
- Я сам решаю, что мне делать! – рявкнул Дамор Пропре. – Мне безразлично твое мнение, Анжела. Мне вообще плевать на чье-либо мнение, кроме моего собственного! Мы едем в Трианон!

ХХХ
- Вы беременны.
- Что? – переспросила Мария Луиза.
- Вы беременны, - постаралась более мягко сказать Мэл.
- Я беременна?
В голове у Марии Луизы все перемешалось.
Сначала в Трианоне появились герцог Дамор Пропре и мадам Бете. Маркиза сталкивалась с ними в залах дворца почти каждый день. При этом мадам Бете постоянно нашептывала маркизе на ухо, что граф Дартуа на ней никогда не женится.
Потом Мария Луиза поссорилась из-за какого-то пустяка с самим Карлом.
И вот теперь Мэл говорит….
- Мадмуазель, я родила шестерых детей и знаю, как это бывает, - горничная с сожалением смотрела на юную маркизу. – Мне жаль огорчать вас, но вы действительно беременны.
- Почему ты так решила.
- Когда у вас в последний раз были красные дни?
- Я не помню, - растерянно закусила губу Мария Луиза. – Кажется, месяца два, или три назад.
- Эти дни должны приходить каждый месяц, - вздохнула Мэл. – И вас стало часто тошнить.
- Может, я что-то не то ем?
- Вы беременны. Мне жаль, но это так.

Из дневниковых записей Марии Луизы:
«Я беременна. Без конца, поминутно, каждый день повторяю эти два слова. Я беременна. От него, от моего Карла. Мадам Бете не права. Старая интриганка просто исходит желчью, от того, что скоро я буду счастлива, что скоро выйду замуж…..
Так думала я всего несколько дней назад. А сегодня 20 ноября 1778 года я услышала от Карла роковые слова: «Я тебе ничего не обещал». Граф потом много мне чего еще говорил. Я слышала только обрывки из его речи. Я изо всех сил старалась не расплакаться. Карл говорил о том, что мне нужно срочно найти мужа. И что он даже знает, кого мог бы мне предложить. Шестидесятилетнего старика маркиза Ларфо. Он говорил о том, что это ребенок не нужен ему.
- Ну а я? Я тебе нужна?
Я смотрела в глаза своего возлюблено, такие страстные все наши ночи, теперь они взирали на меня отчужденно. Передо мной стоял не Карл, а совершенно чужой человек. И я не знала этого человека.
- Мне было хорошо с тобой, - улыбнулся пухлыми губами граф Дартуа. – Когда ты отойдешь от родов, думаю, мы сможем встречаться еще.
Он сказал это так спокойно, без тени какой-либо эмоции.
- Я для тебя развлечение?
Я беззвучно плакала, глотая слезы.
- Вся наша жизнь развлечение…..»

ХХХ
- Примите предложение графа Дартуа.
- Что ты такое мне советуешь, Мэл!
Мария Луиза смотрела на свою горничную в отчаянии. Она чувствовала себя зверем, попавшим в капкан. И даже Мэл, добрая старая Мэл, к которой маркиза уже успела привязаться, говорила ей подобное. Она ведь другая, ее горничная. Она не аристократка. Ее советь не должна быть заглушена роскошью и бездельем. Она не может такое советовать.
- Вам не выжить здесь, - серьезно сказала Мэл, пристально смотря, Марии Луизе в глаза. - Если вы не научитесь принимать жизнь такой, какая она есть, вам не выжить не только в Трианоне. Вам не выжить нигде.
- А какая она жизнь? – истерично закричала Мария Луиза. – Лживая? Чтобы выжить я должна научиться лгать? Лгать самой себе?
- Вы еще слишком юны, - ответила Мэл. – А юность вытекает вместе со слезами. Вы живете в мире лжи, моя девочка.
- А как же господь? А как же то, чему нас учат пастыри в соборах? Как же заповеди?
- Я не знаю ответы на эти вопросы, мадмуазель. На них может ответить только Бог.

ХХХ
- Он оставил тебя, - Ленуар Дамор Пропре смотрел на Марию Луизу снисходительно и, как показалось девушке, с жалостью. – Тебе не стоило прыгать в омут любви вниз головой. Тебе не стоило пренебрегать моим покровительством.
- Уходите, - тихо сказала Мария Луиза. – Я не хочу никого сейчас видеть.
- У тебя еще есть возможность быть со мной. Я все исправлю. Я научу тебя другой жизни.
- Вы предложите мне выйти за вас замуж? - с сарказмом спросила Мария Луиза.
- Нет, - ответил герцог, - На это можешь даже не рассчитывать. Я могу найти тебе мужа. А мы можем быть только любовниками.
- Я сказала, уходите, - Мария Луиза посмотрела на Дамора Пропре решительным взглядом.
- Не совершай глупость во второй раз! – воскликнул герцог. – Тебе в любом случае нужен муж и покровитель. Иначе когда родится ребенок, ты не сможешь жить ни в Трианоне, ни в Версале, ни в Париже. Королевский двор…
- А кто вам сказал, что я буду жить……

Добавлено (01.10.2012, 15:00)
---------------------------------------------
Часть 2
13

«За полшага от невероятных потерь,
В сонном царстве твоем потаенном,
Губы, в кровь, искусав, стонет раненый зверь.
- Что за мука в тебя быть влюбленным?»
Дедуля Фер из интернета.

- Иногда жизнь становится невыносимой, не так ли? – знакомый приятный баритон, местами переходящий в хрип обволакивал сознание Мария Луизы.
Она даже не обернулась на этот голос. Зачем? Теперь, когда она погрузилась в размышления о том, как ей умереть. Каким способом. Легко, без боли. Не все ли равно, кто теперь пытается с ней заговорить?
Утренняя прохлада щекотала кожу, заплаканные глаза. Мария Луиза проревела всю ночь, а под утро ощутила свое бессилие. Слез больше не было. Только усталость сводила судорогой все тело.
- Есть много способов ухода из жизни, - продолжал голос. – Можно повеситься. Можно перерезать себе вены. Правда, это достаточно неприятно. И, на мой взгляд, не эстетично. Я бы на вашем месте предпочел яды. Мир ядов разнообразен.
Мария Луиза перестала смотреть на аккуратные, казавшиеся искусственными деревья трианонского парка и все же перевела взгляд на своего неожиданного собеседника. Возле кресла, в котором она сидела на балконе, стоял высокий, худощавый, одетый в темно-красный камзол мужчина аскетического вида лет тридцати пяти. Он походил на переодетого монаха. Его худое с высокими выпирающими скулами и тонкими губами бледное лицо наводило на мысль, что человек этот много постится и ведет достаточно замкнутый образ жизни. Однако, тщательно завитые в крупные кольца черные волосы (похоже, что это его собственные волосы, а не парик) говорили о том, что мужчине не безразлично, что скажут о его внешнем облике в свете. Но более всего обращали на себя внимание глаза: черные, абсолютно. Настолько черные, что радужка сливается со зрачком. Посмотришь в такие, и будто бы окунешься в безлунную ночь.
- Я не специалист, но знаю некоторые, наиболее известные, - продолжал говорить мужчина в темно – красном камзоле.
Похоже, все-таки Мария Луиза видела этого человека. И здесь, в Трианоне, и в Версале. Несколько (девушка сейчас не могла припомнить точно сколько) раз его лицо мелькало в толпе подобно тени, которую видишь, но на которую не обращаешь внимания.
- К примеру, декохт – настой вытяжки из ядовитых грибов. Или болиголов пятнистый. Его, правда, нужно долго варить. Можно использовать сулему, змеиные яды, и более экзотические – яд курарэ. Но вы, как я понял, не хотели бы испытать при самоубийстве неприятных чувств? Однако умирать всегда неприятно. Даже если ты этого хочешь. Хотя, - незнакомец задумался, с улыбкой смотря на Марию Луизу. – Вы можете поставить в свою комнату ландыши. Много ландышей. На ночь. И тогда у вас появится шанс не проснуться утром.
Мужчина говорил все это спокойно, очень тихо, так что Марии Луизе приходилось напрягать слух, чтобы разобрать его слова. И так, будто сообщал не о способах самоубийства, а рассказывал последние дворцовые сплетни.
- Кто вы? – немного охрипшим голосом спросила Мария Луиза.
- Мы встречались уже. И даже говорили однажды. Однако имя мое вам, конечно, не известно.
- В то, что мы встречались, я еще могу поверить. С тех пор как я уехала из Санси, мне повстречалось много людей. Все лица просто невозможно запомнить. Но вот чтобы говорили.
«Хотя, - Мария Луиза задумалась. В воспоминаниях, почему то появились высокие нефы собора Нотр Дам де Пари, статуи, свечи, тихий голос исповедавшего ее священника. – Я могу перепутать. Что может священник делать во дворце?»
- Я тебя хорошо запомнил, дитя мое, - незнакомый мужчины смотрел на Марию Луизу и продолжал снисходительно улыбаться. – Твоя исповедь заняла почетное место в моей коллекции самых необычных исповедей. А их за мою жизнь было не так уж много.
- Вы священник?
Значит, это все же он. Священник, повстречавшийся ей в Париже по пути в Версаль. Мария Луиза слышала тогда только его голос. Но каким образом….
- Я здесь, потому что долг и вера обязывает меня находиться и в миру. Направлять заблудшие души. Вот я говорю с тобой и вижу - ты передумала умирать. По крайней мере, сейчас.
- Ничего я не передумала, - возмутилась Мария Луиза.
Пресвятая дева Мария, ей даже умереть спокойно не дают. Нет, какой там умереть! Даже подумать о смерти!
- А тебе не приходила в голову мысль, что это навсегда, - спросил священник.
- Что навсегда? – не поняла девушка.
- Смерть. Ты умрешь и больше не сможешь плакать и смеяться. Сидеть, как ты сидишь сейчас, и любоваться красотой мира.
- Я не любуюсь, я просто смотрю, - возразила Мария Луиза. – Для меня перестала существовать красота мира.
- Не делай поспешных выводов, дитя мое, - мужчина прошел в дальнюю часть террасы и принес оттуда другое кресло. Сел, перекинул ногу на ногу и продолжил. – Сейчас твой мир накрыла тьма.
- Она накрыла не мой мир, а весь!
- О нет. Только твой. Другие люди продолжают жить и радоваться жизни.
- Какое мне до них дело? – Марии Луизе вдруг опять захотелось плакать. И даже слезы откуда-то появились. – Я не могу жить и радоваться. Для меня нет места среди людей.
- Среди всех? – его спокойная улыбка начинала раздражать маркизу.
Конечно, он священник! Привык читать проповеди. О грехе, в общем, и о грехе самоубийства, в частности. О неведомом Боге. Кто видел этого бога? Почему он, этот бог допускает такие мерзости в мире, который создал.
- Да, - с вызовом сказала Мария Луиза, - Среди всех! Я никому не нужна.
- Начнем с того, что ты всех людей не знаешь. А с теми, которые тебе попадались, ты просто не умела правильно обращаться. Но это вполне понятно. Ты ведь еще почти ребенок.
- Правильно обращаться можно с вещами, - возмутилась маркиза. – А люди не вещи.
- Люди не вещи, но обращаться с ними нужно правильно. И первое, чему тебе следует научиться – уметь держаться от них на безопасном расстоянии. Дай угадаю, из-за чего ты хочешь покончить с собой. Из-за любви к какому-нибудь напыщенному графу?
- А почему вы так решили?
- Потому что многие юные, но бедные аристократки сводят счеты с жизнью из-за никчемных, самовлюбленных, но обладающих деньгами мужчин. Я не знаю, кто разбил твое сердце, но поверь, он не стоит, ни одной твоей слезинки, ни то, что жизни.
- У нас должен был быть ребенок. Он родился мертвым. Но это даже хорошо. Потому, что если бы он родился живым, то я окончательно стала бы изгоем, - Мария Луиза улыбнулась какой-то жалкой, вымученной улыбкой.
- Знаешь что, - решительно сказал священник. – Тебе нельзя оставаться в одиночестве. Одиночество словно червь яблоко изъест твою душу. И от нее не останется ничего, кроме трухи. Тебе нужно уехать из Трианона в Париж. Придворная жизнь не для тебя. Она вообще не для тех, кто умеет мыслить и чувствовать.
- И куда я поеду? - пожала плечами Мария Луиза. – У меня нет ни жилья, ни денег. Кроме того, что я буду делать в Париже?
- А что ты делала здесь.
- Искала мужа, - Мария Луиза истерично расхохоталась. – Так хотела моя матушка.
- В Париже я хочу ввести тебя в общество, отличное от того, которое ты знаешь. Познакомить с людьми, которые живут не только ради удовлетворения своих инстинктов.
- Ехать с вами? – спросила Мария Луиза священника так, будто он был сатаной, пришедшим искусить ее.
- Ехать со мной, - кивнул мужчина.
- Но я вас не знаю. Я даже не знаю вашего имени.
- Я забыл представиться. Прости. Анри Жерфо де Ла Россель. Епископ. Провожу службы в соборе Нотр Дам де Пари. С этого момента - твой покровитель.

ХХХ
Из дневниковых записей Марии Луизы.
«Он ворвался в мою жизнь как грозовой ветер. Как град, выбивающий стекла. Он протянул мне руку, и мне пришлось опереться на нее. Потому что иначе мне пришлось бы схватить за руку саму смерть. Анри Жерфо де Ла Россель. Те два часа, что мы тряслись в карете, по дороге в Париж показались мне вечностью. Епископ молчал. А я не находила слов, чтобы прервать это молчание. Вся моя жизнь в один момент вдруг оказалась в руках этого странного, непонятно, притягательного человека.
Анри Жерфо привел меня в свой дом. Обычный городской дом, без излишней роскоши, но уютный. Все, что осталось в памяти от первого вечера в этом доме: ванна, наполненная теплой пенной водой, заботливые руки старой служанки, обернувшие меня махровым полотенцем. Чашка настоя шиповника, свечи, горящие необыкновенно ярко. И спокойное с глубоким взглядом черных глаз лицо епископа.
- Я вижу, в тебе вновь просыпается жажда жизни.
И он был прав. Жажда текла по моим венам раскаленным металлом. Она заставляла меня дышать глубоко, с наслаждением.
- Завтра я познакомлю тебя с некоторыми представителями моего общества. Это люди, достойные уважения. Думаю, тебе будет с ними интересно.
Свечи с треском сгорали, их мерцание убаюкивало.
- Но прежде чем начнется твоя новая жизнь, я хотел бы спросить тебя. Чем бы ты предпочла заниматься. Какое искусство или ремесло тебе ближе всего?
- Живопись, рисование, - тихо ответила я, вспомнив необъяснимое наслаждение в те моменты, когда в руках у меня оказывался уголь для рисования.
- Ты училась у кого-то?
- Мне давала уроки мадам Жозани, - я посмотрела на Анри Жерфо, и неожиданно мне стало стыдно оттого, что я, по сути, ничего не смыслю ни в рисовании, ни в живописи. – Но это так, сущая ерунда. Я умею делать наброски.
- Ничего страшного, - епископ подошел ко мне совсем близко. От него странно пахло. Ладаном, немного вином и еще каким-то сладковатым запахом, приторным, дурманящим. – Я достаточно близко знаю Жозефа Дюплесси.
Анри Жерфо положил ладонь на мою щеку. Я вздрогнула, и от ее прохлады, и от осознания того, что епископ впервые ко мне прикоснулся.
- Это тот самый Дюплесси, который писал коронационный портрет короля Людовика ХVI? – спросила я, чтобы скрыть смущение.
- Именно. Он прекрасный живописец. Портретист. Кроме того, среди моих знакомых найдутся дамы, которые согласятся тебе позировать.
- Дамы? Согласятся быть натурщицами?
Я была удивлена, даже шокирована. В натурщицы брали обычных бедных девушек. С дам же писали парадные портреты.
- Как я уже сказал, - епископ погладил меня по щеке и спрятал руку за спину, - Общество, которое я имею честь представлять, несколько отличается от того, которое известно тебе.
- Оно не имеет к придворным никакого отношения? – заинтересовалась я.
- Ну почему же, имеет. Наши люди довольно часто появляются при дворе. Более того, многие из них играют не последнюю роль в политике двора. Я познакомлю тебя с каждым из них. В свое время. Но сначала круг твоего общения будет несколько ограничен. Я считаю, что все должно происходить постепенно. Здесь в Париже мы обычно встречаемся в доме недалеко от Нотр Дам де Пари. Ближайшую встречу, а она состоится завтра, посетят не многие из нас. Но думаю, Беатрис придет. Это милая девушка, чуть старше тебя. Графиня. Ее полное имя – Беатрис Сардин. Она, как и ты приехала когда-то в Париж в поисках счастья. Ее жизнь закончилась бы весьма трагично, если бы не герцог Аласт Данкур. Впрочем, сейчас тебе эти имена ни о чем не говорят. После завтрашней встречи все будет намного яснее.
Анри Жерфо подошел к ближайшему канделябру и стал пальцами тушить на нем свечи.
- Тебе пор спать. Завтра наступит быстро».

Добавлено (03.10.2012, 15:38)
---------------------------------------------
Мироздание
Одиночество - бесконечный путь во мраке.
Вселенная лишенная жизни.
Солнце без огня.
Одиночество - никогда не закрываемые глаза.
Сознание лишенное сна.
Чудовище пожирающее память.
Память о том, что ты когда-то был живым,
Что ты когда-то кого-то мог любить
Или ненавидеть.
Одиночество - пустота. Мир поглощающий
И не воскрешающий.
Великое ничто породило одиночество
Для того, чтобы Бог сотворил разнообразие....

Добавлено (24.10.2012, 14:52)
---------------------------------------------
Атлантида (легенда в стихах)

1
Их глаза сияли звездным светом
Белые одежды до земли,
С первым зарожденные рассветом,
Боги их Советом нарекли.
Облака еще клубились в небе,
Дух еще кружился над водой,
Звезды светоокие летели
С огненного мира в мир земной.
Но одна из них сорвалась камнем,
Рухнула из мрака высоты.
Поглотили воды океана
Лик несотворенной красоты.
Та звезда осталась частью мира,
Мир потом разбился на куски.
Ничего не помнящая сила,
Стала человеком от тоски.
Лишь в глубоких снах приходят братья,
Говоря на звездном языке,
А наутро призраки объятий
Оставляют слезы на щеке.

2
Ты в песках исчезла Атлантида.
Ты сокрылась в жаркой пустоте
Мне свою в конце оставив силу,
Умирала молча на кресте.
Ты была прекрасна и желанна
Колыбель погибнувших миров.
Ты на дне сокрылась океана
Моего кошмара древних снов.
И теперь путем воспоминаний,
По дороге пройденной к себе,
Пью я одиночество скитаний
На слезами залитой земле.

3
Город, затерянный в сердце пустыни,
Чрево манящее врат.
Взгляд твой пылающий бездною синей.
Ты в окруженье солдат.
Город сокрытый, город сакральный
Дико зовущий меня.
И открывающий путь в подсознанье,
Скорбную память храня.
Город, чьи башни взметнулись до неба,
Вечный песков исполин.
Ты меня в городе солнечном предал
Князю из мрачных вершин.
Гостем приехал, врагом оказался.
Слышатся стоны и плач.
Гений борьбы, волшебства и коварства.
Лютый, красивый палач.
Плащ подметал храма алого камни,
Голос звучал в пустоте.
Город исчез вдруг навеки желанный
В память о павшей звезде.
Я же любила, я слишком любила
Синий, пылающий взгляд.
Город песков золотых подарила
При снисхождении в ад.
После, утратив бессмертье богини,
Все о себе позабыв,
Я ощущаю дыханье пустыни,
Жаркого ветра порыв.

4
А теперь на этом месте ветер
Гонит позолоченную пыль.
Здесь в теченье всех тысячелетий
Света нескончаемая ширь.
И в барханах вязнут караваны,
Масками закрыты сотни лиц.
Здесь страдает кем-то долгожданный,
Проклятый семьей навеки принц.
Обратилось все в песок зыбучий.
Прошлое величье только прах.
Лишь лучи безжалостно – колюче
Выжигают влагу на глазах.

5
Я сюда пришла, оставив в прошлом
Сердце разорвавшую тоску.
Ничего не помнить было проще
Став снежинкой белой на снегу.
Позабыть космические бури,
Колыбель из жидкого огня.
Только на рассвете тихо будит,
Голос незабвенного звеня.
Горизонт смыкается с землею
Крыльями драконов и планет
И следят земляне за звездою,
Что на небосводе больше нет.
2000г.


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1


Сообщение отредактировал pantera2 - Среда, 24.10.2012, 14:50
 
filosof3Дата: Вторник, 30.10.2012, 19:44 | Сообщение # 38
Зашел почитать
Группа: Постоянные авторы
Сообщений: 37
Награды: 3
Репутация: 2
Статус:
Здравствуйте Марина! Видел вашу поэму на других сайтах. На нее даже несколько плейкастов сделали. smile
 
pantera2Дата: Четверг, 08.11.2012, 10:25 | Сообщение # 39
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Мария Магдалина

Ты тайна, облаченная в пурпур.
Мария Магдалина.
И кровь царей на жертвенном мече.
И символ твой – цветок – запечатлен средь храма.
Ты лишена всего и ты же госпожа.
Первосвященник нож держал,
И страсть его терзала.
А в ангельских очах он видел приговор.
Отравленное лезвие кинжала,
Кого-то ждет в молчанье до сих пор.
Она погребена в далеком тихом склепе
Предместья Рима. На надгробии печать.
Мария ты была Его любимой.
Цветок в неиссякаемых лучах.
А говорят – могилы прячут тайны.
А говорят – что мертвые молчат.
Мария Магдалина – лик печали
И лепестков трехлистия печать.

ХХХ
Канули в летопись древние тайны.
Имя Мария – душа без приюта.
Имя Мария – дороги скитаний.
Имя Мария – в столетьях минута.

ХХХ
Было лишь солнце, парящее жарко.
Капельки пота и капельки слез.
Танец босой средь разбитых бокалов.
Колкость шипов окровавленных роз.
Подлость в глазах у священного сана,
И прокуратора страстные губы.
Поступь, скользящая самообмана
В сердце разбитом на двое Иуды.
Встреча была, осиянная светом.
Вечности зов под разверзнутым небом.
В полузакрытых забвением веках
В тайное знание твердая вера.
Путь без возврата в долину распятий.
Рев Колизея. Летящая кровь.
Жадно ползущие следом проклятья.
И бесконечная вера в любовь.

ХХХ
Арена в крови. Император дал знак.
И новые жертвы восстали из тлена.
Трибуны ликуют. И, замерший страх,
Со зверем ползет на слепую арену.
Ревет Колизей. Ощетинился зверь.
Повсюду бегут искаженные лица.
Пучок желтой шерсти по имени смерть
На тело когтями спешит приземлиться.
Стоп кадр. Застыло. С безумием взгляд
Она устремила в потухшие взоры.
О, сколько столетий, минувших назад
Поднял ее крест на вершину позора.
Бушует толпа. Ощетинился зверь.
И мимо нее пролетел быстрым ветром.
Пучок желтой шерсти по имени смерть
Святую Марию в толпе не заметил.
На небе застыл опрокинутый диск
И воины в камне легли у подножья.
Поднял ее крест в необъятную высь
К долине крестов по пути бездорожья.
2000г.

Добавлено (01.11.2012, 12:16)
---------------------------------------------
Проповедник (поэма)

Часть 1
Замок.
Вздымался башнями до бога,
Когтями рвал обрывки скал.
К нему вела одна дорога
Над пропастью кривых зеркал.
И поглощали окна звезды.
На фиолетовой заре
Красавец проклятый и грозный,
Стремился в замок на коне.
На встречу смерти, озаренный
Кроваво-огненной луной,
Всегда отверженный, бездомный,
Зовущий в бездну за собой.
Дух, вечно жаждущий познанья,
Движенья, бешенной борьбы,
Гранитом черного отчаянья
Душа и плоть сотворены.
Мостом над пропастью распался
Язык змеиных тысяч жал.
Красавец роковой ворвался
В заросший паутиной зал.
Но только пыль его встречает,
Багровый бархат облачит,
Восхода солнца мир не знает,
Где замок мраморный стоит.
Лицо, в не меркнущем тумане,
Губящий все живое взгляд.
Пришельца чествует хозяин,
И закрывает путь назад.
"Войди в могилу мирозданья!
Познай безвыходность камней!
Ты жаждешь боли и страданья,
Чтоб навсегда забыть о ней:
Звезде, что искра среди пламя,
Земле, что капля в океан.
Ты все получишь бедный странник.
Я все возьму и все отдам.
Ты, разделяя каждой каплей,
Крови и пота мой закон,
Одна частича общей сабли
С названьем древним - легион.
Пройдешь как Данте круги ада,
Как Маргарита встретишь бал,
Твоя стезя людского стада
Непобедимый генерал".
Распались стены замка, ветер
Подул над смертной головой.
В своей постели дико бредил
То ли пророк, то ли больной.
В фонарном свете капли грели
Стекло потеющих окон,
На них глаза его смотрели,
Воспоминая вещий сон.
Земной восход давлел и плавил,
Карябал, стискивал, душил
На слишком хрупкой, тонкой грани
Красавец выбор совершил.

Встречай, встречай Земля героя!
Кумир толпы, пророк и князь,
Крест наложил у аналоя,
Притворно плача и смеясь.
Мужчина! Воин! Победитель!
Целитель! Праведник! Мудрец!
У мира есть его правитель!
У гроба есть его мертвец!

Часть 2

Летели комья грязи в яму.
Ударил гроб о глину дна.
Качаясь трепетно и плавно,
Дрожала в радуге струна.
И прокаженная мадонна
На облака роняла след.
И где-то плакала икона,
И где-то теплился рассвет.
Над свежевырытой могилой
Мироточил дубовый крест,
И женщина сжимала с силой
Лопаты острой грубый шест.
И замерло воронье эхо,
Лес пробуждался и стонал,
Бежали мертвые от смеха,
Что грудь скорбящей разрывал.
Рвал ветер черные одежды,
Выл на пригорке лютый зверь,
Без всякой веры и надежды
Она уходит в жизнь теперь.
Без обреченного младенца
За подаянием стоят.
Все, что останется от сердца
Толпе на паперти отдать.
Все поглотит безумный город:
Безверье, слезы, скорбь веков.
Величие прекрасно-гордых
И несрываемых оков.
Все преступленья, все заботы.
Всю суету, весь страх и стыд.
И в свете дня незримый кто-то
Над падшим городом стоит.
Его не видно в блеске солнца,
Но будет вечер. Выйдет он
И его голос разольется
Сердцам стучащим в унисон.
Воздвигнут храм. Волна ступеней
К его подножию бежит
Под хор церковных песнопений
Он тайну истины хранит.
И проповедник веру мира
Провозглашает в храме том,
Но от толпы закрыла сила
Его лицо живым огнем.
А море душ, в него влюбленных
Руки вздымают: "Говори
Царь обладания покорных,
И капля влаги на пыли!"
"Вы жаждите, не насыщаясь!
Нет праздника, без похорон!
Уходите, не возвращаясь,
Из краткой памяти времен.
Кричите: денег, зрелищ, власти,
А получаете позор.
Несчастье грядет за несчастьем,
А за костром разит топор.
Обожествляете пустоты
Своей духовной нищеты,
И распинаете красоты
На возведенные кресты.
Ваш рабский дух, покорный силе,
Не может вечности объять.
Червь в замурованной могиле
Не может плоть воссоздавать.
Чем вам помочь? Что дать вам люди?
К вам приходили и не раз!
Ваш ум, не поняв, позабудет
И мой сомнительный рассказ.
Сгорели в пламени, распялись
Безумцы страждущих времен.
Перед святыней преклонялись
Под похоронной мессы звон.
Не обещать пришел. Исполнить.
И по желанию возздать."
Он озаренный светом молний,
Не стал им более вещать.
Ушел. Печальный, одинокий.
И храм сомкнулся за спиной,
А голос черного пророка
Струился эхом над землей.

Часть 3
Князь

Князь опустил на щеку руку,
На подбородок тень легла.
Земная власть, навеяв скуку,
Покровы с жизни сорвала.
Все перед ним как на ладони,
Он может видеть, слышать, знать,
И может все, что хочет,кроме
Из праха души создавать.
Античный профиль, голос нежный,
Волос сребристый водопад,
Рот искривляется небрежно
И дышит страстью гордый взгляд.
Он непонятен и прекрасен.
Он непреклонен и любим.
И, надевая сотни масок,
Любским личинам господин.
Он дал им все, что жажда тела
За высший гений приняла.
Толпа ждала, толпа хотела.
Толпа в итоге обрела.
Но как же жалки, как ничтожны,
Как выразительно скверны.
Они лишились искры божьей
За подаянье сатаны.
Тех единиц закрылись веки,
Что были голосом пустынь
И превратились человеки
В рабов счастливых и рабынь.
Но знал, но знал Князь омраченный,
Что выбиваяся из сил,
Души не умерший, плененный,
Огонь немеркнущий светил.
Он был один, звезде подобный
На пепелище мертвых звезд.
И голос тихий, голос скорбный
Все повторял один вопрос:
"Смерч раздирает вихрем вены,
Сжигают молнии до тла
Обороняющие стены
И от вселенского тепла
Взметнулись, выросли, закрыли,
Заворожил неон огней.
И силуэты отразили
Обезображенных людей.
Такая ль власть тебе приснилась?
О том ли грезил древний Князь?
Мечта была, осуществилась,
И новой мукою зажглась.
Бездумно, сумрачно, безмерно.
Все безразлично. Старый мир,
Твоей руке покорно-верный
Последний совершает пир.
В последний раз тела сольются.
В последний раз сорвется крик.
Прошедшие столетья рвутся
Существовать последний миг.
Стерплю упреки и проклятья,
Стерплю безвыходность могил!"
И Князь ушедшую объятьем
С последним словом заклеймил.

Эпилог

Земля пуста - остались двое.
Внизу руины пирамид.
И в царстве вечного покоя,
Меж ними мертвое лежит.
Он растекался по граниту,
Ее рвала на клочья ночь.
Сердца застыли монолитом,
А плоть умчали ветры прочь.
Глаза в глаза. Печалью боли
Завороженные навек.
Они сыграли чьи-то роли
Среди безумцев и калек.
Сожгло их пламя обновленья.
И мир остался на пыли,
Чтобы иное сотворенье
Они приветствовать могли.

Добавлено (03.11.2012, 12:20)
---------------------------------------------
Ангелы

ХХХ
Я ухожу по огненной дороге,
Вдали давно не виден горизонт.
Я в одиночестве, и где-то слышат боги,
Как замирает диск, смолкает Гонг.
Вокруг меня лишь пламени объятья,
А вдалеке пустыня – океан.
Я крылья отдала священным братьям
И разделила сердце пополам.
И черными, бездонными очами
Через пространство, время я смотрю
В твои глаза. Я Ангел всех печалей
В огне непотухающем горю.
А где-то за пределом есть обитель,
Туда ведут бескрайние пути.
И каждый там творец и небожитель,
Себя сумевший, наконец, найти.

ХХХ
Трое Ангелов шли по пустыне,
В их мечах отражались звезды.
Говорили: «Присно и ныне
На Земле не прольются слезы».
Трое Ангелов поступью тихой,
Рассекая пространство и время,
Приносили в безмолвие вихри,
Поднимавшие мир с коленей.
И не знали они преграды,
И не знали они сомнений.
Трое Ангелов возле града,
Что поднимет людей с коленей.
И сошлись в небосводе звезды,
Отражаясь в мечах из молний.
И открылись ворота Ада,
И затихли навечно стоны.
Трое Ангелов шли навстречу
Зарождающемуся рассвету.
В их глазах отражалась вечность,
Их сердца зажигали веру.
И с последним отзвуком Гонга,
Разрывающим пространство,
Открывалась в небо дорога,
Уводящая в светлое царство.

ХХХ
Ангел расправил крылья,
Ангел ушел в закат.
Сильные мы любили
Много эпох назад.
Тьмою распалась бездна.
Крылья сложились – вниз!
Прежде чем он исчезнул
Крик пролетел: «Вернись!»
Стал этот ангел темным
Древнею темнотой,
Только белые крылья
Бредили высотой.
Он разучился верить
Призрачным миражам.
Только белые перья
Рассыпались по мирам.
На одиноком утесе
Демона слышен стон.
В море падали слезы
Каменные времен.

ХХХ
Я хотел бы быть с тобой –
Но ты лишь боль!
Я хотел бы быть любим –
Но я лишь дым!
Я хотел бы знать ответ
На сотни нет.
И сквозь крошево времен
Ты слышишь стон.



ХХХ
Мое имя Легион – легион уходит в небо,
Я же на закат.
На лице лишь снег и пепел,
А душа лишь ад.
Ты Печаль, над краем бездны,
Не смотри во мрак.
В нем печаль твоя исчезнет,
Порождая страх.
Ты последовал за мною
В мрачные миры
И утратил за чертою
Чувство высоты.
Не смотри, я не умею
Плакать и мечтать
И разбросанные перья
Мне не подобрать.
2005г.

Добавлено (05.11.2012, 13:17)
---------------------------------------------
Призрак города

Призрак города спит,
Вырывая из мглы
Леденящее душу: "Блокада!"
Это сны. Только сны. Лишь зловещие сны,
Пережившего мор Ленинграда.

И казалось прошла бездна дней,
бездна лет.
За туманом костлявые плечи.
Для кого-то закат, для кого-то рассвет
Стал дорогой блокадной навечно!

Умирает огонь. Исчезает. Молчит.
Обжигает отчаянным взглядом.
И мерещатся мне в тусклом свете свечи
Похоронные сны Ленинграда...

Добавлено (07.11.2012, 13:50)
---------------------------------------------
Из цикла "Свободные мысли"
Кусочки


За окном застывший кадр
Черно-белого фильма.
Кусочек улицы, кусочек неба,
Кусочками по мокрому асфальту
Разбросаны люди и машины.
Вечереет. Скоро городом
будет править ночь.
А я стою возле окна.
Мгновение застыло.
Кусочки души нелепо
приставлены друг к другу.
И вижу я в отражении оконном
В своих зрачках кусочки темного неба....

Добавлено (08.11.2012, 10:25)
---------------------------------------------
Мы вечны

Мы вечны.
И капли мирры с алтаря, как слезы
О человеке.
Мы ищем.
Теряем больше, чем удастся обрести.
Но вещи,
Цена которым прах
Очаровали.
И свечи
Отпустят души, тая на гробах.


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
irtyaДата: Четверг, 08.11.2012, 11:09 | Сообщение # 40
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 11217
Награды: 248
Репутация: 465
Статус:
Quote (pantera2)
Догма Быть сущим и пленником плоти, Быть вечным и странником бренным. Захлопнется дверь и воочью Я стану одной из вселенных. Нет формы, нет мысли, нет слова. Все ориентиры разбиты. Я сущий. Я бога живого Незримое чувство - молитва.
Марина, замечательное стихотворение. И вот эти две строки из следующего - просто блестяще!
Quote (pantera2)
Я проживаю жизнь. Так странно Быть просто словом в этой жизни...
знаешь, они сами по себе - уже целое стихотворение, вместившее в себя всё. Лаконичность присуща очень немногим авторам. Но это очень ценное качество. Но!!!
Quote (pantera2)
Душа - клубок строптивых мыслей.
pantera2, Марин, душа - клубок мыслей... Нет, мне кажется, душа - это что-то другое. Чувственное. Может быть, я не права, конечно, но...
Quote (pantera2)
И черными, бездонными очами Через пространство, время я смотрю В твои глаза. Я Ангел всех печалей В огне непотухающем горю.
ну это классика! Очень сильно!!!
Quote (pantera2)
Сильные мы любили Много эпох назад.
Quote (pantera2)
Стал этот ангел темным Древнею темнотой, Только белые крылья Бредили высотой.
хорошо! а дальше:
Quote (pantera2)
Он разучился верить Призрачным миражам. Только белые перья Рассыпались по мирам. На одиноком утесе Демона слышен стон. В море падали слезы Каменные времен.
ну, разучился верить миражам - велика ли потеря? Перья рассыпались по мирам ?.. Читателю остаётся только догадываться, что за перья и по каким мирам они рассыпались. Ну, не находка. ИМХО. Разучился, рассыпались, слышен стон (до сих пор?),падали слёзы - здесь всё смешалось: прошлое, настоящее... Инверсия в последнем предложении - не айс. Может быть, её можно как-то избежать? С Вашим талантом, я полагаю, что легко. Простите за... ну Вы же сами попросили... С уважением,


Ирина Кузнецова

авторская библиотека
 
pantera2Дата: Четверг, 08.11.2012, 12:34 | Сообщение # 41
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Спасибо Ирина за столь развернутый отклик. Насчет души я даже не знаю, что ответить. В принципе, мы мало знаем, что такое душа. Только ли чувства. Мне кажется, в понятие души входит и сознание, и какое-то сверх видение. То, чего обычными глазами не увидишь. И конечно все переживания, сомнения человека.
Quote (irtya)
Он разучился верить Призрачным миражам. Только белые перья Рассыпались по мирам. На одиноком утесе Демона слышен стон. В море падали слезы Каменные времен.
ну, разучился верить миражам - велика ли потеря? Перья рассыпались по мирам ?.. Читателю остаётся только догадываться, что за перья и по каким мирам они рассыпались. Ну, не находка. ИМХО. Разучился, рассыпались, слышен стон (до сих пор?),падали слёзы - здесь всё смешалось: прошлое, настоящее... Инверсия в последнем предложении - не айс. Может быть, её можно как-то избежать? С Вашим талантом, я полагаю, что легко. Простите за... ну Вы же сами попросили... С уважением,

С этим вашим замечанием согласна. Банальные сравнения. Однако миражи и стоны. Я в своей жизни тоже разучилась верить миражам и, если честно, сожалею об этом. Из жизни будто что-то исчезло. А стон - это страдания вечного неизменного существа, которым стал падший ангел. Этому произведению уже много лет. И я рада наконец то услышать мнение о нем. Ваше такое драгоценное мнение. Позже я еще вернусь к переработке этого стихотворения. Так сказать переосмыслю его. Все таки с момента его написания прошло какое-то время и мое видение мира несколько изменилось.
С уважением Марина Н.

P. S. Интересно было бы так же узнать ваше мнение о моей прозе, если конечно, вам интересна проза.


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1


Сообщение отредактировал pantera2 - Четверг, 08.11.2012, 12:38
 
irtyaДата: Четверг, 08.11.2012, 17:49 | Сообщение # 42
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 11217
Награды: 248
Репутация: 465
Статус:
Мариш, она мне интересна, только возле компа я так долго не бываю. Всё "набегами", "наскоками" и как-то между делом. Увы...
То дети, то муж напоминают женщине о её месте в доме))))
Я пока даже не успела прочитать те твои (после адекватной реакции на критику - можно на ты?))) стихотворения, которые в самом начале странички. Их много и все идут одним сообщением - это неудобно. Частями легче читать.
Но они мне интересны, поэтому добавила твою страничку в избранное и буду "набегать" biggrin


Ирина Кузнецова

авторская библиотека
 
VolckovДата: Четверг, 08.11.2012, 17:59 | Сообщение # 43
Житель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 1171
Награды: 54
Репутация: 118
Статус:
Ирина! Как хорошо, что Вы на этой страничке появились. Марина талантливая, правда? :-)
В последний наш разговор она так строго со мной побеседовала, что я беспокоить ее боялся. :-) Зато теперь - благовидный предлог снова вступить в общение. Мне не очень нравится демоническая тема в ее произведениях, но ведь это свойственно женщинам - идеализировать зло?.. Надеюсь, со временем это изменится.
 
irtyaДата: Четверг, 08.11.2012, 18:26 | Сообщение # 44
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 11217
Награды: 248
Репутация: 465
Статус:
Quote (pantera2)
Графу Дартуа

Улыбки, поклоны, плавные жесты.
Месье, ваши взгляды на мне так горячи.
Бал - это не жизнь, это лобное место,
Где каждое слово наполнено фальшью.


не лучше ли убрать "на" в первой строке?
Рифма немного смутила: горячи-фальшью

Quote (pantera2)

Месье, вы ко мне подойдете как кошка

ой, какое оскорбление для м-сье...
Пусть остаётся котом wink

а эта строка мне нравится, даже не смотря на сдвоенную "в". smile

Quote (pantera2)
А я совершу, в вас влюбившись, оплошность.

Марина, что с размером во втором катрене?..

(09) Чужая жизнь, чужие мысли,
(08) Чужой души чужая плоть.
(09) И словно яблоко изгрызли
(08) Возненавидевшие вновь,

(07) Меня. Им было мало
(08) Макнуть меня с размаху в грязь!
(09) Их разозлило то, что встал я.
(07) И снова в путь, к вершине.
(10) Власть, моя им не дает покоя.

из "Прогулки в гости" мне понравилось вот это:
Quote (pantera2)
Мне показалось подруга ушла,
И я пила в этот день с незнакомой,

Тусклой, надменной, бескрайне чужой
Женщиной в теплом от праздника доме.
Меланхолично часы - метроном
Секунды считали. Был снег на балконе.

Добавлено (08.11.2012, 18:26)
---------------------------------------------

Quote (Volckov)
но ведь это свойственно женщинам - идеализировать зло?..

Volckov, Даниил, хочется сказать: "Пройдёт, как сопли!" но... мне кажется, что этим нужно "переболеть". Мой старший сын тоже фигню какую-то читал и я ужасно злилась на него за это. А потом взрослый верующий человек рассказал мне о том, что в своё время он через всё это прошёл. Даже не верилось.

Я тут случайно удалила половину своего сообщения - хотела отредактировать, а оно само "уполовинилось"... sad

вернёмся к нашей подруге:


Подруга плеснула немного вина,
Вылив с бутылки явно остатки.


я там писала, что первая строка - замечательная. Не налила, а именно плеснула! Так по-барски, свысока - (очень хорошо характеризует!), имея многое - слегка плеснуть.
А вот вторая строка мало того, что сама по себе трудночитаема выливсбу... (правильнее было бы: долив из бутылки), но тут ещё заковыка: плеснула, вылив - получается почти как масло масляное...

как трудно повторить то, что было написано (склероз)

Добавлено (08.11.2012, 18:26)
---------------------------------------------
последняя фраза относится ко мне! wink


Ирина Кузнецова

авторская библиотека


Сообщение отредактировал irtya - Четверг, 08.11.2012, 18:16
 
pantera2Дата: Четверг, 08.11.2012, 19:22 | Сообщение # 45
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Ирина и Даниил! Меня так позабавила ваша переписка в мое отсутствие biggrin
Даниил, не надо меня бояться. Это я с виду страшная, а в душе smile
Правда, иногда в отстаивании своего мнения переборщить могу. Потому что увлекающийся человек. Насчет демонической темы. Вы дочитали "Орден" до конца? Собственно я ведь не о демонах, а о людях говорю. Хотя как вы знаете мистикой и всяким потусторонним тоже увлекаюсь. Может Ирина и права - с возрастом пройдет. Правда, навряд ли я стану верующим человеком в общепринятом плане. Кстати, недавно смотрела сериал "Тюдоры". Там потрясающе раскрыта тема религиозного познания и к чему иногда это познание приводит. Рекомендую сериал. Стоящая вещь.
Ирина, спасибо еще раз за внимание к моим стихам. Понимаю, что писать так как я - наобум не совсем правильно. И с размером и с ритмом проблемы. А за "Долив из бутылки" отдельное спасибо! Когда писала стихотворение, то думала, думала как мысль выразить и что называется выразила ляпом. Плеснула и долив в данном случае не будет повторением, потому, что плеснуть можно и из полной бутылки. А тут угощение остатками роскоши. Ситуация с подругой, кстати, взята из жизни.

Добавлено (08.11.2012, 19:15)
---------------------------------------------
Попыталась сейчас на этой странице исправить текст стиха и не получилось почему-то cry

Добавлено (08.11.2012, 19:22)
---------------------------------------------
Да и о зле. Я его не идеализирую. Наоборот, в "Ордене" я хотела показать как отвратителен и жесток человек, стремящийся к абсолютной власти и как бессмысленно, в конечном итоге, его стремление. Когда я стала смотреть сериал "Тюдоры", то была поражена тем, что мой Анри существовал в реальности. И видимо не раз существовал. Генрих VIII. А в продолжении "Ордена" я буду говорить о битве за человека. За обретение человеком самого себя и своего истинного существования. Темные боги вовсе не восхищают меня, скорее я им противостою. cool


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
irtyaДата: Пятница, 09.11.2012, 01:48 | Сообщение # 46
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 11217
Награды: 248
Репутация: 465
Статус:
Марина...
не поверишь, 5 часов к ряду читала твою страничку. Читала с мобильного, не имея возможности подойти к компьютеру.
Офигительно! (да простят мне читатели это словесо)
Просто совершенно другой мир, в который окунаешься и уже так далека действительность, что просто...

Volckov, Даня, что же ты мне не рассказал об этом авторе?!!!
На форуме столько тем, что всё труднее и труднее в этом потоке не заблудиться.
И как я раньше сюда не зашла?
Я редко читаю прозу с экрана, но несколько авторов на нашем сайте - это что-то!
Блин, придётся от своих слов о прозе... Ах!
Какая же ты умница. Боюсь, что ты и сама этого до конца не осознаёшь.
Пиши, пиши, пиши! И картины, и прозу, и стихи - тебе многое по плечу. Это ведь твои картины в теме?
Я поняла это, когда читала о художнике - знания о технике не наносные, это всё нужно пережить, прочувствовать.
Жалею только об одном - что с телефона я не умею писать сообщения. Я очень во многом чайник тот ещё! Но я обязательно вернусь к твоим текстам как-нибудь ранним утром, пока все мои будут спать. biggrin


Ирина Кузнецова

авторская библиотека
 
pantera2Дата: Пятница, 09.11.2012, 11:33 | Сообщение # 47
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
Ириночка! Твои слова - бальзам на мою измученную душу. Объясню почему. Дело в том, что и за мои стихи, и за мою прозу меня как только не называли люди, которые называют себя литераторами и критиками. Плохими словами. Говорили, что писать не умею, что мои тексты надо переделывать (именно прозу). Некоторые над моими текстами откровенно смеялись. Но я как упорный Юнсу, упрямая как баран пру на литературные ворота, невзирая ни на что. Даже в последнее время начала думать, а не забросить ли мне все это. Но вы поддержали меня. За что огромное спасибо! Особенно сейчас, когда я работаю над вторым романом.
Да, картины мои. И их немного больше. Здесь можно посмотреть все работы: и живопись, и графику http://artwin.ru/rus/gallery/author/id/541.phtml
А здесь музыкальная композиция к роману "Орден" http://pesnik.ru/mp3....8%D0%B9

Есть и на этом сайте на форуме http://soyuz-pisatelei.ru/forum/124-3866-1

Еще раз вам огромное спасибо за моральную поддержку!!! smile

Добавлено (09.11.2012, 10:09)
---------------------------------------------
И это просто подвиг с мобильного текст читать!

Добавлено (09.11.2012, 11:33)
---------------------------------------------
И еще. Ирочка, если захотите прочитать тексты моих крупных творений, то я могу их вам скинуть на почту. Потому что на этом сайте полных версий нет.


Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1


Сообщение отредактировал pantera2 - Пятница, 09.11.2012, 11:00
 
irtyaДата: Пятница, 09.11.2012, 14:31 | Сообщение # 48
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 11217
Награды: 248
Репутация: 465
Статус:
Quote (pantera2)
Да, картины мои. И их немного больше.

больше всех меня впечатлил "Взгляд Вечности", аж мурашки...
Quote (pantera2)
музыкальная композиция

Пианино - чарующая музыка.
Спасибо!


Ирина Кузнецова

авторская библиотека
 
pantera2Дата: Пятница, 09.11.2012, 14:37 | Сообщение # 49
Долгожитель форума
Группа: МСТС "Озарение"
Сообщений: 2479
Награды: 47
Репутация: 82
Статус:
И тебе спасибо!

Марина Новиковская

Авторская библиотека
http://soyuz-pisatelei.ru/forum/35-3697-1
 
irtyaДата: Пятница, 09.11.2012, 14:40 | Сообщение # 50
Долгожитель форума
Группа: Модератор форума
Сообщений: 11217
Награды: 248
Репутация: 465
Статус:
такое вот "навеялось" после вчерашних чтений
Сообщение # 2356


Ирина Кузнецова

авторская библиотека
 
Литературный форум » Наше творчество » Авторские библиотеки » Новиковская Марина (Поэзия и проза)
Поиск: